Текст книги "Владыка Черных Песков 2. Расколотые небеса (СИ)"

Автор книги: Константин Дадов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 43 страниц)

– И вы утверждаете, что это не начало войны? – Возмущенно вскинулась Сансет.

– А разве Блэксэндия и Народная Федерация, когда-то подписывали мир? – Прищуриваю глаза, сконцентрировав взгляд на после КНС. – Все это время между нами шла вялотекущая война, состоящая из мелких стычек на границе, сейчас же мы перешли в активное наступление. Однако же не беспокойтесь, мисс Хард, у Блэксэндии пока что нет планов по захвату вашей родины.

– Вы сумасшедший? – Земная пони отступила на шаг, широко распахнув глаза и глядя на меня с недоумением и скрытым страхом.

Ощущая состояние подруги, вперед выступила золотая единорожка, всем видом показывающая, что готова защитить Лимон, если я нападу.

– Не буду утверждать, что абсолютно нормален. – Пожимаю плечами. – В конце концов, у каждого разумного, свои собственные понятия о нормальности.

– Вы обрекаете свою страну на уничтожение. – Земная пони нахмурилась, все же мое поведение ее удивило, так как выбивалось из составленного обо мне мнения. – Конфедерация уже начала мобилизацию, Народная Федерация расконсервировала хранилища "железной гвардии". Не пройдет и декады, как на Блэксэндию обрушится военная мощь союза свободных стран.

– Благодарю за информацию. – Продолжаю вежливо улыбаться, на секунду прикрыв глаза. – Если вдруг вам понадобится политическое убежище, можете смело обращаться в любое наше посольство.

– На что вы надеетесь? – Ощущая как теряет "почву", напрямую спросила Лимон.

– Эквестрия не станет вмешиваться в войну, на стороне захватчиков. – Внесла свою лепту Сансет.

– Захватчиков? – Удивленно вскидываю брови. – Что вы, ваше высочество, именно сейчас, после разрушения баз армии вторжения, границы моего королевства вернулись к тому состоянию, которое было у восточной Зебрики, до высадки сил Республики. Мисс Хард, вы с этим не согласны?

"Нужно ускорить обустройство обороны на береговой линии. Может быть использовать переброску оборудования через "Пещеру чудес"?".

– По итогам войны, эти земли отошли Республике. – Светло-желтая кобылка слегка прикусила нижнюю губу. – В любом случае, ваши действия подвергли опасности мирное население нескольких городов.

– Мирные жители? – На этот раз удивление даже не пришлось разыгрывать. – На военных базах по определению нет мирных жителей. Кроме того, все так называемые "мирные жители" с которыми встретились солдаты Блэксэндии, оказались членами опасной радикально настроенной секты, представитель которой стал причиной гибели одного из ваших коллег. Кажется его звали министр Один?

– Это не относится к делу. – Лимон поморщилась, будто целиком проглотила лимон.

– Вы абсолютно правы: какое значение могут иметь фанатики, раз за разом пересекающие официальную границу с целью убийства граждан другой страны? – Присев на задние ноги, развожу передними копытами. – Раз Республика... Прошу прощения, "Народная Федерация" не признает того, что на их территории орудуют сектанты, я и другие Магистры королевства пришли к выводу, что на самом деле это диверсанты забрасываемые на нашу территорию с целью подрыва экономики. Как видите, наши действия – это не более чем попытка защититься...

– На что вы вообще надеетесь? – Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, (будто говорит с умственно отсталым психом), каким-то усталым голосом спросила светло-желтая земная пони.

– На силу слова и силу оружия. – Скрестив передние ноги на груди усмехаюсь. – Сила слова уже подействовала, так как Седловская Аравия, уже заявила о том, что не будет вмешиваться в разборки Блэксэндии и Народной Федерации. Ее примеру последовали несколько малых стран... ведь ваш союз собирался исключительно ради противостояния Эквестрии, а не для решения своих проблем.

"Удар попал в "яблочко". Конфедераты не столь едины, сколь хотят казаться".

– И что же вы им предложили за невмешательство? – Лимон внутренне подобралась, готовясь услышать худшее.

– Не "предложил", а "предупредил". – Позволяю тени самодовольства выползти на морду. – Я отправил вашим союзникам сообщение о том, что если их войска подойдут к границе Блэксэндии, война придет и на их земли, собрав жатву среди мирного населения. В конце концов, не зря же большая часть моих подданных – маги. Подумайте вот о чем, посол: готовы ли ваши сограждане, ради колоний которые так и не принесли ощутимой пользы стране, бороться с новыми болезнями, паразитами, хищными гадами прямо у себя дома?

– Вы не посмеете... – В ужасе расширив глаза, земная пони сделала еще один шаг назад.

– Если нас заставят – посмею. – Эти слова были мной произнесены совершенно серьезно, без тени улыбки и фальшивой вежливости. – Республика должна благодарить судьбу, за то что не вымерла еще во время завоевательного похода. Мы более не намерены играть в благородство, раз нас не считают даже за разумных существ, способных желать себя защитить.

Снова на поляне повисла тишина, нарушаемая разве что пением птиц, шелестом листвы и напряженным сопением принцессы Сансет, (которой до превращения в аликорна, осталось сделать решающий шаг, который позволит преодолеть ограничения смертного тела).

– Мы этого так не оставим. – Пообещала Лимон Хард, а затем не дожидаясь моего ответа, развернулась ко мне хвостом и пошла в сторону дворца.

– Я буду говорить с мамой и тетушкой о том, чтобы вас изгнали из Эквестрии. – Тихим, угрожающим тоном пообещала Сансет.

– Это ваше право, принцесса. – Киваю и слегка иронично улыбаюсь кобылке. – Но вам не кажется странным тот факт, что вы защищаете посла страны, которая напрямую угрожает вашим семье и государству? Все же Конфедерация создавалась именно для того, чтобы противостоять Эквестрии. Я не удивлюсь, если даже мой сегодняшний поступок, вместо какой-то серьезной реакции вроде ввода войск на территорию Блэксэндии, вызовет лишь недовольство и осуждение... Тем более что "мирных граждан", я им верну живыми и почти невредимыми.

– Что вы имеете в виду? – Единорожка напружинилась, будто кошка перед прыжком.

"И все же Селестия права: когда сердится, она становится очень милой".

– Принцесса, вы – официальный представитель власти своей страны. – Делаю тон снисходительным, словно объясняю жеребенку прописные истины. – Если сейчас на вашу... дружбу с послом другого государства смотрят хоть и неодобрительно, но снисходительно, то после того как вы станете аликорном... Учитесь отделять личное и общественное. Ваша... подруга, прекрасно умеет это делать.

Молча отвернувшись, золотая единорожка ушла догонять земную пони. Когда ее шаги стихли, я вернул себе спокойный и безразличный вид, уселся на поджатые под себя задние ноги и уперся в землю передними копытами.

– Может все же покажешься? – Произношу в пространство перед собой.

Не успели мои слова эхом затеряться в листве, как спину обдало теплым ветром, а затем справа и слева меня обхватили большие белые и пушистые крылья, источающие удушливый жар. Селестия уткнулась мордочкой мне в макушку и скрестив передние ноги на моей груди, укоризненно заявила:

– Ты был похож на классического книжного злодея: "Я всех победю... побежду... мозгами забью".

– Ничего смешного. – Откидываюсь назад, спиной облокачиваясь на грудь и живот очередной проекции богини дня. – Я ощущал себя полным...

– Без выражений. – Белая аликорн укусила меня за ухо и отстранилась. – Теперь начнется самое сложное...

– Если ты права, то твой "старый друг" сделает все что угодно, но не позволит Конфедерации ослабнуть из-за никому ненужной войны. – Выпутавшись из пушистых крыльев, поднимаюсь на все четыре ноги. – А если ты ошибаешься, у меня есть несколько "козырей", которые смогут удивить любого.

– Зря ты увлекся карточными играми. – Принцесса дня потянулась выгнув спину и расправив крылья. – Азарт до добра не доводит.

– И все же, свою часть договора я исполнил. – Прищуриваю глаза с ожиданием.

Вместо ответа Селестия шагнула вперед и наклонившись, коснулась своими губами моих губ. Прошла секунда и вместе с длинным ловким языком, мне в рот проскользнуло маленькое жаркое солнышко, из-за которого горло моментально пересохло. Искра же, задержавшись на моем языке, проскользнула по дыхательным путям и остановилась рядом с сердцем марионетки.

– Кхе-кхе... – Когда белая аликорн отстранилась, со смешинками в глазах и безмятежной улыбкой на губах следя за мной, сам я едва не рухнул на землю, с огромным трудом удержав контроль над телом. – Могла бы и предупредить... или придумать другой способ.

– Могла. – Согласилась кобыла, затем мотнула головой, так что пряди огненно-золотой гривы превратились в своеобразный колышущийся ореол, весело добавила. – Но это было бы не так приятно и интересно.

"Сколько ей тысяч лет? А ведет себя как жеребенок".

– Я хорошо сохранилась. – Хмыкнула богиня солнца и вскинула голову. – Нет, я не читаю твои мысли, просто сейчас они на морде написаны крупными буквами.

Пара минут мне потребовалась, чтобы вернуть нормальное управление над марионеткой. Все это время принцесса дня терпеливо ждала, а когда убедилась что я ее могу воспринимать нормально, произнесла совершенно серьезно:

– Я надеюсь, что ты с умом отнесешься к моему жесту доверия.

– Не беспокойся. – Хмыкнув, встряхиваюсь словно собака после купания. – Теперь, если Эквестрия погибнет, Блэксэндия ненадолго ее переживет.

Примечание к части

Вот как-то так...

Жду отзывов.

КОЛЕБАНИЕ МАЯТНИКА. (ОТСТУПЛЕНИЕ)

(Отступление).

В тишине и темноте каменной ниши,зарешеченной толстыми железными прутьями, на тонком матрасе расстеленном поверх железной лежанки сидел минотавр. Горбатый и кривой, когда-то он мог похвастать рельефной мускулатурой, словно бы сплетенной из стальных жгутов, но плоть истлела под действием бурлящей в организме силы, так что сейчас о былой мощи напоминала только обвисшая шкура висящая на костях. Впрочем, ни собственная физическая немощь, ни даже тьма властвующая в тюрьме для особо опасных заключенных, совершенно не доставляли неудобств верховному жрецу культа крови из жидкого огня.

Когда стражники с магическими светильниками или масляными лампами проходили мимо, их взглядам представало незавидное зрелище: худой и одетый в черное тряпье минотавр, шея, руки и ноги которого скованы металлическими браслетами с рунной вязью на внешних поверхностях, соединенные между собой короткими цепями, которые не позволяли горбуну выпрямиться даже наполовину от нормы. Когда же пленник поднимал голову, в его глазах можно было заметить оранжевый отсвет неугасимого пламени, что продолжало теплиться в убогой смертной оболочке.

Раз в день каждому пленнику приносили воду и еду, и если все остальные "гости" этого места набрасывались на скромное но питательное угощение, горбун даже не делал попыток подняться. Он ждал одного единственного собеседника, которому бог приказал передать послание, после чего душа Модо сможет обрести покой... или же продолжит служить "отцу" в иной ипостаси.

"Цок-цок-цок... Неужели мое ожидание подошло к концу?".

Темноту подземелья разогнало сияние белой сферы, которая плыла в паре метров над ровным полом выложенным из серых блоков, охваченная серым телекинезом. Через несколько секунд после того как показался светильник, из-за угла выступил черно-серый зеброг, левый глаз которого буквально источал жизнь, а правый подчинял дикий ветер. Он был одет в черный комбинезон и плащ с алой подкладкой, и несмотря на свою должность, не носил никаких корон, или иных регалий подчеркивающих статус своего хозяина в глазах подданных. Лишь трое охранников тюрьмы, сопровождали посетителя в качестве свиты.

"Зачем глупые безделушки тому, кто силой доказал свое право?".

– Приветствую вас, гранд-магистр Мозенрат. – Сухо прошелестел голос Модо, будто раскаленный нож разрезая тишину подземелья. – Рад, что вы нашли время встретиться с ничтожным рабом.

– Мне передали, что вы настойчиво хотите увидеться, верховный жрец. – Голос зеброга был сух и спокоен, но в глубине глаз читалось любопытство исследователя. – Вы не кажетесь удивленным столь скорым моим визитом.

"Ты бы с удовольствием вскрыл мои тело и душу, если бы не был уверен в том, что прежде того как лезвие коснется моей плоти, она сгорит в пламени невзирая ни на какие ограничители. Так что забудь о лишней вежливости".

– Мой бог явил мне пророчество, которое должны узнать "хозяйка небесного огня" и "владыка искаженной смерти". – Мысли Модо не отразились ни в голосе, ни в выражении морды, лишь глаза стали пылать чуть ярче.

– Жаль... – Правитель Блэксэндии разочарованно скривился. – Я думал, что это будет серьезный разговор. Скажите, верховный жрец, если ваш бог может открывать будущее, почему он не рассказал о нашем нападении?

– Кто сказал, что дарующий кровь из огня не предупредил меня? – Впервые за разговор пленник изобразил ехидство.

– Да неужели? – Жеребец в ответ лишь иронично изогнул брови. – Тогда, почему вы в плену, а ваши сообщники либо мертвы, либо бежали на кораблях?

– Так должно было быть. – Минотавр приподнял уголки губ в доброй улыбке, что учитывая его худобу и обвисшую кожу, производило весьма неоднозначный эффект. – "Бастион" должен был пасть чтобы мои братья и сестры смогли вернуться на родину. Я должен был попасть в плен ради этого разговора. Молодой сын хана Седловской Аравии, должен был прибыть с внезапной инспекцией, дабы твердыня продержалась требуемый срок.

– А погибшие? – Словно разговаривая с сумасшедшим, гранд-магистр изобразил участие в голосе.

– Их жертва послужит общему делу. – Модо опустил веки, собираясь с силами и восстанавливая в памяти текст пророчества. – Создайте барьер, дабы нас не могли подслушать посторонние. Я знаю, что вы доверяете своим охранникам, но информация не предназначается для их ушей.

– А если я не хочу узнавать пророчество? – Зеброг приблизился к прутьям, окружая себя и вход в нишу куполом плотного воздуха, который глушил звуки и искажал изображение.

– Тогда, гранд-магистр, вы бы ушли в тот самый момент, как я лишь заикнулся о предсказании. – Оскалившись в улыбке, горбун уперся взглядом в разноцветные глаза своего собеседника, но ни один из них так и не пожелал проиграть своеобразную борьбу.

– Я слушаю. – Поторопил пленника Мозенрат.

– "В день, когда тысячеликий зверь скинет оковы и сотни глоток огласят небеса своим воем, небесный огонь потускнеет и мир лишится одного из столпов порядка". – Почти торжественно провозгласил Модо.

– И все? – Жеребец казался разочарованным. – Я надеялся на нечто более точное.

– Чем менее четкую версию пророчества ты услышишь, тем выше вероятность того, что удастся избежать худшего из вариантов будущего. – Терпеливо ответил минотавр, за один миг постаревший лет на десять. – Грядет буря, гранд-магистр: ветер будет дуть с востока, но корабли разобьются об западные скалы.

– Еще одно пророчество? – Зеброг нахмурился. – Два по цене одного... С чего такая щедрость?

Однако ответа не последовало, а через несколько секунд плоть горбуна истлела, кости же почернели и рассыпались прахом.

– Ненавижу пророков. – Мозенрат поморщился и развеял барьер. – Принесите мне несколько банок. Нужно собрать образцы.

Один из охранников, терпеливо дожидавшихся окончания разговора, развернувшись на месте рванул в дальний конец коридора, где находилась комната дежурной бригады. Остальные бойцы только проводили излишне старательного напарника насмешливыми взглядами и снисходительными усмешками, (сами они были такими же, не так уж и давно).

***

"Война – бесконечная стрельба над головой...".

"Тысячу лет гниет в сырой земле напарник мой...".

"Там не так пелось!".

"Моя версия лучше".

"Тьфу на вас".

"Не понял?".

"Тьфу на вас еще раз. Теперь дошло?".

"Не будь ты голосом в моей голове...".

"Но я – голос в твоей голове. Смирись: ты сотню раз пытался заставить меня замолчать, при этом не лишившись моей силы, но у тебя так ничего и не вышло".

"К прискорбию".

"Так изгони меня! Я даже готов добровольно с этим помочь, так что не придется лезть под залп артефактов вроде "элементов гармонии"".

"И лишиться четверти всех своих сил на кануне финальной стадии плана? Я может быть и сумасшедший, но не идиот".

"Может быть? Ты сомневаешься?".

"Кроме того, иногда даже приятно поболтать с умным и понимающим собеседником, физически не способным придать".

"Как же я тебя ненавижу".

"Страдай, звездный паразит".

Известие о том, что Блэксэндия нанесла удар по Народной Федерации, разом вышвырнув минотавров с территории ранее принадлежавшей Зебрике, застало владельца темно-синего плаща с глубоким капюшоном, во время подготовки сложного ритуала. Пришлось отвлекаться и созывать совет своих ближайших сторонников, (правильнее было бы их назвать "приспешниками"), чтобы дать ценные указания по вопросу возникшей ситуации.

"Казалось бы, что это такая мелкая неприятность, но сколько последствий она за собой может потянуть!".

"Чувствую, что к этому делу приложила свое копытце Селестия".

"И как ты догадался?".

"Ну, если исключить из числа подозреваемых тебя, то игроком подобного плана остается только она".

"А как же Кризалис? Или...".

"Кризалис сразу откидываем, ибо ей подобное не выгодно: Блэксэндия служит хорошим щитом для Зебрики, а ее уничтожение поставит под угрозу границы земель перевертышей и их рабского воинства клонов. Что касается остальных: Найтмер стеснена в средствах, да и в королевстве полукровок у нее почти нет агентов, Дискорд все еще в камне, ну а Сомбра... Хм-м... Он мог бы такое провернуть, но для этого пришлось бы проявиться на материальном плане бытия".

"Мозенрат мог научиться проникать в план теней. Очень одаренный жеребенок".

"Почему ты его не завербовал?".

"Сперва хотел понаблюдать, а затем это стало почти невыполнимой задачей, так как слишком много чужого внимания он привлек. С тем же успехом, можно было явиться в кабинет к нынешнему Цезарю в часы, когда он принимает просителей".

"Признайся честно: Селестия тебя обошла".

Молчание стало ответом внутреннему голосу.

"Так и знал! Ты зазнался, мой дорогой С...".

"Тссс... Не произноси моего имени даже в мыслях, грязная мерзкая тварь!".

"Тише-тише, великий архимаг, не стоит так резко реагировать".

"Еще одно слово и я поклянусь, что приложу все возможные и невозможные усилия, ради того чтобы распылить твою сущность на звездную пыль".

На этот раз, что ответить не нашел уже второй собеседник. Все же прекращать свое существование он не хотел.

"Ты уверен, что твой ученик и Гидра, справятся с заданием?".

"Если они провалят настолько простое дело, то проще будет за оставшееся время найти им достойную замену, нежели вложить в пустые головы хоть каплю мозгов".

Войдя в ритуальный зал, обустроенный под крепостью, где проводил свои дни нынешний император грифонов, жеребец закутанный в темно-синий плащ уставился на рисунок восемнадцатилучевой звезды, в каждом из углов которой стояло по серебряной чаше в виде черепов разных животных, внутри которых горел ядовито-зеленый магический огонь.

– Владыка. – Силиция вышла из темного угла и склонила голову в низком поклоне, позволяя серебристым прядям гривы упасть на мордочку, (после недавнего случая, когда ее жизнь висела на волоске, теперь приходилось краситься скрывая седину). – Я завершила подготовку. Восемнадцать сердец разумных, уже помещены в сосуды и их души отдают свою энергию рисунку...

– Ты поторопилась, моя дорогая. – Ласковым, можно даже сказать "приторно-сладким" голосом произнес древний чародей.

Зебра вздрогнула, словно от удара и подняла на собеседника растерянный взгляд. Ее голос дрогнул, когда она задала следующий вопрос:

– Неужели вы решили отменить ритуал? Но тогда мне нужно...

– Тшшш. – Медленно подойдя к кобыле, жеребец коснулся ее левой щеки своим правым копытом, после чего ласково погладил и провел линию до подбородка. – Я мог не успеть вернуться, так что жертвенные души погибли бы без какого-либо толка. Однако же, я понимаю что ты хотела просто помочь...

"И наверняка сделала какую-то гадость, чтобы ритуал с гарантией провалился на одном из последних этапов, когда ты сам будешь почти беспомощен".

"Не мешай мне отыгрывать роль доброго дедушки".

"Конечно-конечно: все равно, на более активную роль ты уже не годишься".

– Моя дорогая, ты меня слушаешь? – Древний чародей приблизил свой капюшон к мордочке начавшей мелко подрагивать шаманки.

– Да, владыка. – Ответила Силиция ровно и почти спокойно, успешно подавив предательскую дрожь голоса.

– Прекрасно. – Владелец темно-синего плаща кивнул и слегка похлопав собеседницу по щеке, встал на все четыре ноги и требовательно заявил. – Сейчас мы уберем это непотребство и я начну подготавливать ритуал с самого начала, от тебя же требуется принести новые ингредиенты. Ступай...

Спустя два часа древний чародей выставил Силицию за двери зала, запретив заглядывать внутрь под страхом развоплощения души. Сам он, используя заклинание телекинеза, устроил бессознательное тело красного грифона в середине звезды.

За последние годы молодой император вырос как физически и духовно, так и магически, так что теперь легко справлялся в схватках с любым грифоном, одерживая верх даже над воинами "кровавой тысячи". Однако, особым умом он не блистал, тактическим и стратегическим мышлением своего отца, похвастать не мог, да и вообще использовался как ширма, из-за которой государством правила глава гильдии шаманов.

"Сегодня это закончится".

"Птенчик обретет силу и величие, о которых всегда мечтал...".

"Будучи частью большего! Аха-ха-ха!".

"Над злодейским смехом следует еще поработать".

"Много ты понимаешь".

Отойдя к стене помещения, жеребец скинул с себя плащ, позволяя отсветам ядовито-зеленого огня пылающего в серебряных чашах, отразиться на худощавом но все еще крепком теле. Единственным недостатком единорога было то, что его шкура почти полностью полысела и лишь морда осталась совершенно не затронута прошедшими сотнями лет.

Из-под полуопущенных век светил серебряный свет, не позволяющий различить зрачки и белки, витой рог покрывали черные полосы, словно бы оставленные ударом молнии, бледно-голубая шерстка словно маска из льда, придавала морде мертвенную неподвижность.

"Это тело хорошо мне служило, даже жаль от него избавляться. Я привык к нему... как к родному".

"Ха-ха. Хорошая шутка... была. Лет двести назад".

– Ничего ты не понимаешь, паразит. – Вздохнув полной грудью, древний чародей направился к неподвижному грифону, по пути начав бормотать речитатив заклинания.

Языки зеленого огня взметнулись к потолку, воздух завибрировал, слова давно забытого языка стали эхом отражаться от стен не затихая, а лишь усиливая громкость и сливаясь в сплошной гул.

Остановившись перед своим новым сосудом, единорог поднял правую переднюю ногу и нанес удар, пробив грудную клетку молодого грифона. Вытащив из раны все еще трепещущее сердце, он поднял его к потолку и продолжая читать заклинание, следил за струйками крови стекающими по ноге.

Ядовито-зеленый огонь начал закручиваться спиральной воронкой, все ближе подступая к жеребцу и уже мертвому птенцу. Когда свободное пространство сузилось до трех метров в диаметре, тот кого называют Владыка, целиком запихнул сердце жертвы себе в рот и проглотил не жуя. Тут же его собственное тело начало бледнеть, а голодный огонь наконец обрушился на желанную добычу.

Несколько долгих минут танцевали языки пламени, пока наконец не втянулись в одну точку, где превратились в изумрудное солнце. Кроваво-красный грифон поднялся на задние лапы и расправив крылья, безумно расхохотался. Подчиняясь его воле, серебряные чаши взмыли в воздух и превратились в бесформенную прозрачную массу, при помощи которой он залепил дыру в груди.

– Славно-славно. – Полыхнув серебряными глазами, древний чародей материализовал на себе темно-синий плащ с глубоким капюшоном. – Что же, теперь я готов явить себя миру.

"Это тело выгорит лет за пять-десять, в зависимости от частоты применения тобой магии".

"Мне хватит времени с запасом. Кроме того: разве ты не рад вновь ощутить вкус жизни, пусть и совсем ненадолго?".

***

По загородному парку провинциального городка Народной Федерации, наслаждаясь пением птиц и тенью отбрасываемой переплетенными над дорожкой ветвями деревьев, в одному ему известное место направлялся пожилой минотавр со спиленными рогами. Он сидел в кресле-каталке, укутав ноги клетчатым пледом, одетый в бардовую рубашку и расстегнутый черный пиджак. За его спиной, толкая кресло за ручки, неспешно вышагивал один из телохранителей главы Синдиката, почти официально захватившего власть в государстве двурогих воителей.

Что руководитель страны, от которого по большей степени зависели внешняя и внутренняя политика делал здесь, вдали от столицы, в то время когда над страной нависла нешуточная угроза раскола? Тот же самый вопрос можно было бы задать и его главному оппоненту в борьбе за власть, показавшемуся из-за стволов деревьев на противоположном конце дороги.

– Оставь нас. – Негромко приказал Марио.

Телохранитель, крупный минотавр одетый в темно-синий джинсовый костюм, на секунду замешкался чтобы бросить взгляд на мастера ордена рунных магов, но затем все же отпустил ручки, позволяя креслу ехать вперед за счет встроенного моторчика.

Они встретились примерно на середине пути, смерили друг друга взглядами и одновременно свернули на узкую тропинку, ведущую между кустов вглубь маленькой рощи. Бруно пришлось пропустить кресло-каталку вперед, а в нескольких местах он даже помог своему сопернику перебраться через выступающие из земли корни. Но вот путь наконец оборвался и пожилые минотавры уставились на надгробную плиту.

– Временами мне кажется, что она заслуживала жизни гораздо больше чем я, или ты. – Не поворачиваясь к вставшему рядом мастеру ордена рунных магов, с глухой тоской в голосе произнес Марио.

– Ты снял эти слова с моего языка. – Невесело ухмыльнулся Бруно.

Несколько минут они молчали, невидящими глазами рассматривая одну единственную надпись выгравированную в камне: "Никогда не отступай".

– В другой жизни, мы могли бы быть одной дружной семьей... – Бруно покачал головой, словно отгоняя от себя дурные мысли.

– В другой жизни. – Подтвердил его собеседник. – Зачем ты хотел увидеться... здесь?

Мастер ордена рунных магов сунул правую руку в карман и извлек на свет информационный кристалл, который тут же протянул своему почти другу, (пусть это и осталось в далеком прошлом). Глава Синдиката без вопросов принял артефакт и спрятал его в карман пиджака.

– Надеюсь, что это наша последняя встреча. – Отвернувшись от надгробия, Бруно медленно зашагал прочь. – Наши пути разошлись, но мы делаем одно дело. Если я не справлюсь...

– Я завершу твою работу. – Марио скривил губы в улыбке. – Как и всегда.

Ответа не последовало и на несколько томительных минут, в маленьком тихом уголке пригородного парка, установилась уютная тишина. Однако, ничто не может продолжаться вечно, так и эта иллюзия безмятежности распалась, когда к главе Синдиката подошел его телохранитель.

– Возвращаемся в Таурен, мальчик мой. – Старик ссутулил плечи, в последний раз посмотрел на надгробие и кивнув, уже более твердо объявил. – Народ требует решительных действий и мы их ему дадим... Пусть потом не жалуются.

***

Лиана лежала на матрасе из пены, плавая по маленькому бассейну установленному в подвале личного особняка и наслаждалась массажем, попутно читая донесения разведки. Огромный минотавр, из одежды на котором был только тонкий кроваво-красный ошейник из кожи, глядя затуманенными глазами на свою госпожу, аккуратно мял мышцы на спине и ногах зебры, вызывая довольное урчание, (при этом не забывая краем глаза заглядывать в документы, чтобы в спокойной обстановке осмыслить прочитанное и составить свою собственную картину происходящего в мире).

– Чуть выше... ммм... превосходно. – Магистр гильдии биомантов, с удовольствием зажмурила глаза, когда руки ее раба прошлись по изящной шее, а затем соскользнули на плечи, поясницу, круп... – Нет-нет, шалунишка, не сейчас.

Звонко хихикнув, Лиана все же углубилась в отчет, составленный специально для нее одним из агентов работающих прямо под носом Цезаря в Новом Риме.

"Наш затворник рвет и мечет, на чем свет стоит ругает Мозенрата, "продавшегося" пони. Ха! Кто бы еще говорил о продажности! Мне иногда кажется, что не зебры владеют Зебрикой, а Эквестрийцы: на каждом шагу эти разноцветные лицемерные морды".

Нельзя сказать, что глава гильдии биомантов всерьез недолюбливала пони, но и теплых чувств к ним не испытывала. Зони были ближе, хотя бы потому что являлись наполовину зебрами, но вот умирать из-за них в очередной глобальной мясорубке, желания почему-то не появлялось.

Пальцы Тореро заскользили по гриве, разглаживая и выпрямляя длинные пряди. Вспыхнувшее было раздражение тут же начало утихать и вскоре окончательно исчезло.

– Тебе определенно следовало стать массажистом, а не военным. – Заметила кобыла, млея от удовольствия.

– Вы несомненно правы, госпожа. – Дрожащим от возбуждения голосом, отозвался двурогий гигант.

"Может прогнать его, чтобы работать не мешал? Нет пожалуй, пусть остается".

Цезарь приказал своим вроде бы подданным, чтобы в Блэксэндию, для отражения нападения Народной Федерации, отправили сразу два, (!), легиона с военной техникой и воздушным прикрытием. С одной стороны это было логично: падут полукровки и минотавры возьмутся за зебр...

"Но почему отправлять своих бойцов должны биоманты?! Пусть свой легион отправляет на помощь приятелю, или Кризалис прикажет".

На самом деле Лиана мысленно ворчала исключительно ради приличия, так как и сама понимала расстановку сил. Да и перевертышей, рой местных вампиров на свою территорию не пустит. Впрочем, это еще не значило, что магистр биомантов не сделает свой ход, отыгравшись хотя бы по мелочи.

Правая ладонь Тореро в очередной раз "совершенно случайно" сползла на круп черно-белой кобылы, а пальцы мимолетно проскользнули под хвост. Зебра слегка выгнула спину и глубоко вдохнув все же произнесла:

– Приготовь ужин и постель... Я буду через сорок минут. Ужин принеси в постель.

– Как прикажете, госпожа Лиана. – Изобразив поклон, при этом склонившись к уху зебры, жарко прошептал минотавр, после чего развернулся к "хозяйке" спиной и легко выбравшись из бассейна, даже не думая что-либо на себя надевать, направился по лестнице на первый этаж.

Тореро уже давно руководствовался принципом, "что не запрещено, то разрешено", а потому собирался в полной мере воспользоваться выигранным временем. Конечно, ничего особо серьезного ему натворить не даст ошейник, но ведь жизнь состоит из мелочей.

(Конец отступления).

Примечание к части