Текст книги "Владыка Черных Песков 2. Расколотые небеса (СИ)"

Автор книги: Константин Дадов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 43 страниц)

– Я – принцесса. – Резонно заметила собеседница.

– Это легко исправить. – Перехожу на деловой тон. – Просто скажите "да" и в Блэксэндии будет наследуемая монархия.

– Не боитесь обидеть или разозлить своих жен? – Принцесса любви прищурилась еще сильнее. – Я не согласна быть "одной из", а они вряд ли согласятся отказаться от своего положения.

– Астрал и Тантра – кобылки понимающие и я уверен, что мы что-нибудь придумаем. – Произношу это как можно более убежденным тоном.

– Оч-чень соблазнительное предложение. – Крылато-рогатая пони зажмурилась, ее улыбка стала предвкушающей а голос зазвучал так, словно бы это она меня искушала. – Быть королевой молодой страны, да еще и женой самого завидного жеребца Эквуса... пожалуй "нет".

Последнее слово словно удар палача, разрушило всю нагнетаемую атмосферу.

– Но... Но... – Широко распахнув глаза падаю на колени. – Почему? Это все потому, что я полосатый?

– Что за глупости. – Сменив роль на высокомерную неприступную аристократку, Каденс отмахнулась левым передним копытцем. – Это совершенно не имеет значения, будьте вы хоть синим в желтую крапинку.

– Тогда, потому что у меня нет крыльев? – Встрепенувшись вскакиваю на ноги. – Это легко изменить...

– Нет-нет. – Нежно-розовая аликорн замотала головой, добавив в голос капризных ноток. – Все не то.

– Мое сердце разбито. – Прижав уши опускаю голову.

Не выдержав, Каденс начала тихо но мелодично смеяться, прикрыв мордочку краем правого крыла. Я так же прекратил изображать роль влюбленного и улыбаясь уголками губ, дождался пока гостья успокоиться, после чего совершенно серьезно произнес.

– Мое предложение остается в силе до конца экскурсии.

– Сожалею, но своего решения я не изменю. – Принцесса любви весело сверкнула глазами. – Спасибо за эту игру, во дворце порой начинаю забывать, что есть те с кем можно общаться свободно.

– Всегда рад помочь. – Легким кивком указываю на вход в главный коридор Дворца Двух Сестер. – Прекрасная леди окажет честь недостойному варвару и посетит его мрачную обитель?

– Ведите, "недостойный варвар". – Еще раз хихикнув, Каденс вскинула голову и с по истине королевской величественностью зашагала к дверям...

Бок о бок, обмениваясь ничего не значащими фразами, мы прошли по центральному коридору до дверей ведущих в тронный зал, а затем свернули налево, по ответвлению к башне принцессы Селестии. До того момента как нас скрыл угол стены, я ощущал любопытные взгляды стражников, наблюдавших все наше представление от начала и до конца. О том что они кому-то проболтаются о дурачестве гранд-магистра и принцессы любви волноваться не стоило, все же богиня солнца предполагала и такой вариант, а потому приставила для охраны лаборатории своих доверенных пони, умеющих держать язык за зубами.

"Ну а даже если слухи разойдутся, пусть и в узком кругу, кому это навредит?".

***

– Ммм. – Нежно-розовая аликорн стояла перед рядом из десяти высоких прозрачных колб, внутри каждой из которых, в чуть мутной зеленоватой жидкости плавало по маленькому жеребенку с рогом и крыльями. – Я точно помню, что вам передавали всего одну яйцеклетку.

– Вы совершенно правы. – Отвечаю невозмутимым голосом, сохраняя на морде непроницаемое выражение.

Как только в главную лабораторию вошли я и Каденс, остальные сотрудники, (большинство которых были еще и моими учениками), поспешили покинуть помещение по самым разнообразным причинам. Все же, за время совместной работы, мне удалось внушить им определенные шаблоны поведения, относящиеся к тем или иным ситуациям. Даже Эпплджек, как личная ученица имеющая право остаться, пока ей не будет напрямую приказано выйти вон, предпочла не подслушивать разговор старших.

"Нужно поощрять правильное поведение. Сделаю ей подарок, о котором мечтает половина земных пони, а вторая половина просто об этом не признается".

– Тогда, откуда еще девять жеребят? – Принцесса любви развернулась в мою сторону и уперлась в меня требовательным взглядом.

– Каденс... ты не против перейти на "ты"? – Вопросительно изгибаю брови, лишь повернув голову в сторону собеседницы. – Просто мы уже не первый год знакомы, а когда красивая кобыла все время "выкает", это заставляет чувствовать себя старым.

– По моему мы об этом уже говорили. – Принцесса нахмурилась, затем мотнула головой и продолжила. – Хорошо, Мозенрат, как ты объяснишь еще девять жеребят?

– Понимаешь, Каденс, одной яйцеклетки для полноценных экспериментов слишком мало. – Пожимаю плечами. – Возможно мне бы и удалось с первой попытки провести успешное оплодотворение. Может быть даже жеребенок, который бы развился в итоге, стал аликорном...

– Нельзя ли покороче? – Прервала меня крылато-рогатая кобыла, пристукнув по полу правым передним копытцем.

– Я – биомант не из последних. – Заявляю, указав правым передним копытом в потолок. – Воссоздать яйцеклетку по образцу получилось хоть и не сразу, но это было не невозможно.

"Сколько на это ушло ресурсов, а так же расчетных мощностей биокомпьютеров, лучше умолчу".

– И...? – Принцесса любви покосилась на колбы. – Они все... клоны?

– Не уверен, что в данной ситуации это слово применимо. – Качаю головой в отрицательном жесте. – Все же, яйцеклетки оплодотворялись разными образцами. На самом деле, они даже родственниками твоими могут считаться весьма условно.

– Но... – Вскинулась было кобыла, только я ее опередил, ответив на еще не заданный вопрос.

– Оригинал, по примеру которого собирались искусственные яйцеклетки, сейчас находится в специальном хранилище. Его мы не будем использовать в эксперименте до тех пор, пока не убедимся в работоспособности методики.

Некоторое время мы молчали, каждый думая о чем-то своем, а через пару минут Каденс шумно выдохнула и опустив мордочку к полу заявила тихим голосом:

– Вроде бы не произошло ничего особенного, но я чувствую себя грязной. Что будет с этими жеребятами?

– Ты уверена, что хочешь это знать? – Интонациями показываю свое нежелание отвечать.

– Пожалуй... "нет". – Нервно усмехнувшись, принцесса любви повернулась к колбам крупом. – Во всяком случае не сегодня. Проводишь к выходу?

– Почему сразу не телепортируешься в Кантерлот? – Еще только произнося вопрос, неспешно направляюсь к дверям ведущим в коридор и на лестницу.

– Хочу проветриться. – Каденс поежилась. – Тут как-то жутко, а мне нужно сохранять образ невозмутимости перед подданными.

"Наука – дело грязное. Не запачкав копыт, успеха не добиться".

С начала проекта "аликорн" прошло уже полтора года, а сколь-нибудь удовлетворительных успехов у меня до сих пор нет. Пришлось приостановить остальные свои исследования, оставив только те разработки над которыми мы работаем совместно с другими "Безымянными". Учитывая же все сложности, которые возникают буквально на каждом шагу, я начинаю думать о том, что зря взялся за эту работу.

Молча мы поднялись из подземелья на первый этаж, миновали обеденный зал где собрался почти весь персонал лаборатории, прошли через "Т" образный коридор и оказались во внутреннем дворе старой твердыни. Мягкие солнечные лучи тут же заиграли на гранях кристаллических чешуек нагрудника Каденс, ее грива колышущаяся на неощутимом ветру будто бы обрела утерянный минутами ранее объем, а на мордочке снова заиграла легкая улыбка.

"Селестия ее хоть и учит, но излишне оберегает. Это может сыграть дурную службу в будущем".

– Спасибо за экскурсию, надеюсь вскоре увидимся. – На этот раз в словах нежно-розовой аликорна звучало больше естественности, словно бы меня перевели в категорию более близких знакомых.

"Раньше мне вообще не удавалось отличать тонкие оттенки ее голоса. Росту".

– Всегда рад приятной компании. – Отвечаю вежливой полуулыбкой и едва заметным кивком.

Отойдя на несколько шагов вперед, принцесса любви раскрыла крылья во всю ширь, чуть присела согнув колени задних ног и грациозно оттолкнувшись, стремительной стрелой унеслась вверх оставляя за собой след из медленно растворяющихся розовых искорок. Не прошло и десяти секунд, как она уже затерялась в небесной синеве, а стражники все продолжали смотреть вслед нежно-розовой аликорну.

– Что рты пораскрывали? – Шайнинг Армор, сверкая начищенными доспехами и суровым взглядом льдистых глаз, одним своим появлением заставил подчиненных повысить бдительность и воспылать энтузиазмом к выполнению работы. – Засиделись мы во дворце... Надо бы намекнуть принцессе, что неплохо было бы сменить дежурных.

Произнесена последняя фраза была совсем тихо, так чтобы услышал только я.

"А ведь он прав: слишком уж остро бойцы отреагировали на появление красивой кобылы".

– Я подниму этот вопрос при следующей встрече. – Произношу так же негромко, давая понять единорогу что услышал его.

***

– Готова? – Стоя на верхней площадке левой башни Дворца Двух Сестер, активировав частичную трансформацию второй стадии активации ПНБ, требовательно смотрю на ученицу.

– М... – Эпплджек осторожно посмотрела вниз, перегнувшись для этого через низкий парапет, а затем мелкими шажками отодвинулась к лестнице ведущей на нижний этаж. – Может быть в другой раз? Что-то мне как-то нехорошо... простудилась наверное.

Для большей убедительности, земная пони пару раз шмыгнула носом и смущенно улыбнулась, невинно хлопая изумрудными глазами.

– Точно заболела? – Изображаю на морде обеспокоенность и парой быстрых шагов сокращаю дистанцию до кобылы, чтобы приложить к ее лбу правое переднее копыто. – Хм, жара вроде бы нет, но это еще ни о чем не говорит. Давай спустимся вниз, там у меня было несколько настоек для укрепления организма, да и на всякий случай очистку кишечника стоит провести...

– Мне уже лучше. – Мордочка ученицы стремительно потемнела, а взгляд начал лихорадочно метаться из стороны в сторону, пытаясь отыскать пути к отступлению, (от лестницы я ее незаметно оттеснил).

– Уверена? – Добавляю в голос беспокойства. – Может быть все же для профилактики стоит провести полное обследование? У меня все давно готово, так что...

– Я в полном порядке, честно-честно. – Паника Эпплджек только нарастала, что позволило ей забыть даже о своей боязни высоты.

– Тогда, дорогая моя. – Оскаливаюсь в доброй улыбке садиста-вивисектора. – Активируй печать.

Сглотнув, земная пони зажмурилась и сконцентрировалась, а через три секунды по ее оранжевой шкурке начали распространяться ломанные красные линии. Еще через пол минуты, за спиной у кобылки распахнулись четыре белоснежных крыла, что сделало ее похожей на бабочку.

– Готово. – Радостно и немного нервно объявила пони.

– Теперь прыгай. – Взглядом указываю на пространство за парапетом окружающим площадку.

– Может не надо? – Эпплджек состроила жалобные глазки. – Земные пони не рождены для полетов.

– В госпитале стоит аппарат для промывания, рассчитанный на пять литров. – Усмехаюсь. – Думаю, нам следует его испытать.

Помотав головой, кобылка осторожно забралась на бортик, раскрыла крылья и замерла в нерешительности. Ускорившись, я слегка подтолкнул ученицу под круп, придавая ускорения и уверенности...

– Ааа! – Где-то на пол пути к земле, Эпплджек вспомнила о крыльях и начала ими взмахивать, постепенно взяв падение под контроль и замедлившись. – Учитель, ты – садист!

– Я тобой горжусь. – Произношу на ухо земной пони, вися в воздухе за ее спиной.

– Ты... Ты-ты... – Рефлекторно отпрянув, кобылка сумела удержаться в воздухе.

– Ты же не думала, что я оставлю тебя без подстраховки? – Изгибаю брови в вопросительном жесте и складываю передние ноги на груди.

– З-зачем тогда...? – Не в силах подобрать слова, ученица бессильно развела передними копытцами.

– Чтобы преодолеть страх, а так же наиболее успешно освоиться с новыми конечностями, тебе была нужна по настоящему экстремальная ситуация. – Поморщившись, вздыхаю и произношу без тени высокомерия или насмешки. – Прости, но так было нужно.

Пару секунд Эпплджек просто смотрела на меня, после чего тихо заплакала обхватив себя за плечи. Ее крылья тут же распались и кобылка не упала на землю только потому, что я успел ее подхватить и прижать к себе.

– Тшшш. – Подлетев к одному из балкончиков левой башни, опускаюсь на него вместе со своим ценным грузом, при этом даже не думая разжимать объятий несмотря на то, что под нами была уже надежная твердая поверхность. – Тише-тише... Ты молодец, просто умница... Все хорошо, все позади...

Успокаивать пони пришлось довольно долго, все же эмоциональность моей подопечной оказалась даже выше ожидаемого, а мирная жизнь в Эквестрии явно не готовила к подобным стрессам. Когда же кобылка выплакалась, на место страху пришла агрессия и она пару минут без разбора била по мне передними копытцами, (не слишком сильно, да и полученными на тренировках навыками не пользовалась от слова "совсем").

– Успокоилась? – Спрашиваю участливо, протягивая на правом переднем копыте чистый носовой платок.

– Угу. – Приняв тряпицу, тяжело дышащая Эпплджек начала ожесточенно вытирать мордочку, а когда закончила с этим делом, обиженным взглядом посмотрела на меня. – Учитель...

– Обещаю больше никогда так не делать. – Поднимаю передние ноги в защитном жесте, усевшись на поджатые задние ноги. – Но скажи: оно того стоило?

Земная пони уже открыла рот желая высказать мне все что думает, но так и не произнесла ни слова. Посмотрев вниз через парапет балкона, она еще раз активировала свою печать, которая была нанесена на основание шеи и выглядела как четырехлистный клевер. Распахнувшиеся белые крылья пару раз дернулись, затем осторожно взмахнули отрывая хозяйку от пола.

– Стоило. – Хмуро констатировала ученица, когда ее копытца снова коснулись твердой поверхности, а крылья из псевдоматерии распались белым туманом. – Но я тебе этого не забуду.

– Правильно. – Удовлетворенно киваю и чуть грустно улыбаюсь уголками губ. – Никогда не забывай. Пока ты моя ученица, я не позволю тебе серьезно пострадать и буду защищать от опасностей, с которыми ты не способна справиться сама.

– А...? – Глаза кобылки расширились, но вопрос задать она так и не успела.

– Жизнь – сложная штука. – Убираю свое правое переднее копыто от губ Эпплджек. – Не стоит загадывать так надолго.

На балконе повисла гнетущая тишина, которую не решались нарушить ни я, ни земная пони, (хоть ей и хотелось, о чем говорила закушенная нижняя губа).

"Быстро же она нашла лазейку в моих словах. Растет".

– Может быть чаю? – Вопросительно вскидываю брови. – Говорят что сладкое, отлично помогает успокоить нервы.

Примечание к части

Вот как-то... так.

Жду отзывов.

БУДНИ УЧЕНОГО 5

В просторном подземном зале с монолитным каменным полом и полусферой из кости заменяющей стены и потолок, друг напротив друга застыли я и "Седьмой". В свете конусовидного кристалла, излучающего светло-желтое сияние, едва разгоняющее густую и кажущуюся вязкой тьму, наши морды лишенные масок, сами по себе казались искусными неподвижными масками.

На "Безымянном" был надет черный комбинезон с коротким плащом и серым передником, мое же тело облегала черная как ночь ткань не стесняющего движений костюма, а на спине покоился плащ с алой подкладкой. Мы оба не шевелились и даже не моргали, опасаясь пропустить момент атаки противника...

"Сколько раз я прорабатывал эту ситуацию в своем воображении? Жаль бездарно потраченного времени".

С моего рога сорвались три луча взрывного заклинания, от которых таврас легко ушел изобразив "маятник". Пальцы его рук сложили серию трехмерных магических знаков и в следующую секунду в то место где я стоял, устремился поток иссиня-черных молний.

"Духовная молния с примесью тьмы. Верба показала?".

Размышления о сути атаки противника промелькнули в фоновом режиме, не отвлекая меня от боя. Рывок влево позволил покинуть опасную зону, новая серия формульных заклинаний сорвалась с кончика рога, (на этот раз это были "ледяные стрелы").

"Безымянный" раскрыл рот и из его горла на свободу устремились сотни белых змеиных тел, непрерывно шипящих и извивающихся. Ползучие гады сформировали перед призвавшим их магом живую стену и легко приняли на себя точечные удары, заставляя меня воспользоваться "дыханием вечности", как одной из самых разрушительных массовых атак. В облаке белого тумана змеи испарились, отправляясь обратно в "Пещеру чудес", но противника на прежнем месте уже не было.

Звук рассекаемого воздуха раздался из-за спины, но остро заточенный длинный тонкий клинок, чуть изогнутый к окончанию, рассек лишь иллюзию, оставленную мной во время перемещения. Воздух, взятый под контроль при помощи правого глаза, стальными тисками сомкнулся на правой руке тавраса, с влажным хрустом переламывая кости предплечья...

– Тс-с-с. – Недовольно зашипев, "Седьмой" словно ящерица отбрасывающая хвост, небрежным движением оторвал свою конечность до самого локтя.

Не желая терять неожиданно полученную инициативу, отправляю в противника очередь из дюжины "ледяных стрел", а затем несколько "огненных копий". К сожалению, боль от утраты половины руки не заставила "Безымянного" двигаться хотя бы на процент медленнее и он размазавшись в воздухе до состояния размытого силуэта, применив "маятник" увернулся от всех снарядов, после чего выплюнул мощную струю воды.

Решив переместиться за спину противника я был вынужден встав на задние ноги, передними конечностями блокировать удар с разворота его правого копыта. Сила атаки была такова, что если бы не чакра при помощи которой мы оба "примагничивались" к полу, меня вполне могло отбросить до самой стены. Но даже так, мои задние ноги проехались по каменному полу почти половину метра.

Использовав "режущий луч", (заклинание стихии света, показанное Селестией во время очередного чаепития, когда слуги забыли принести столовый нож), заставляю "Седьмого" разорвать дистанцию, спасая голову от распиливания на две равные части. Однако же таврас сумел воспользоваться ситуацией, активировав силу своих глаз дарованную духами жизни, чтобы отрастить утраченную конечность.

Стороннему наблюдателю могло бы показаться, что после того как мы сорвались с начальных позиций и обменялись ударами, в итоге просто поменялись местами. С начала боя прошло едва ли больше десяти секунд, что для разогнанного до предела восприятия, являлось почти вечностью...

– Не плохо, "учитель". – "Безымянный" криво усмехнулся. – Я бы сказал, что ты вырос в моих глазах...

Рывком "Седьмой" постарался обойти меня справа, попутно уходя от струи огня, а затем пропуская под собой "копье грома". Мне же пришлось кувырком уходить от "лезвий ветра", запущенных с режущей кромки меча, неведомым образом вновь оказавшегося в руках хозяина.

– Но ты все еще остаешься полосатой маленькой лошадью. – Широко ухмыльнувшись, таврас сложил символ концентрации пальцами правой руки. – "Активация".

За мгновение до того как пространство вокруг меня вспыхнуло огнем, создаю "сферический барьер", (заклинание узнанное у Шайнинга Армора на нашей совместной тренировке, позволяющее сократить затраты магии почти на четверть от стандартного объема). Однако же, противник и не надеялся на успех от первого взрыва, так что когда спало пламя, я увидел пять десятков свитков с рисунками взрывных печатей, которые облепили мою защиту.

"Вот ведь...".

Извлекаю из печати хранения, нанесенной на правую переднюю ногу, совсем маленький каменный кувшин и активирую печать нанесенную на его внутреннюю поверхность. На какую-то секунду, весь мир для меня погас и по ушам ударила абсолютная тишина. Когда же звуки и зрение вернулись, вокруг уже не было ни барьера, ни взрывных свитков, а одноразовый артефакт рассыпался мелким песком.

– Ку-ку-ку-ку. – Таврас облизнулся вмиг удлинившимся языком. – Запечатал себя чтобы избежать урона? Как интерес-сно...

Вместо ответа, активирую модифицированные печати нанесенные на мои бока, из которых тут же вырвались два потока черного песка, вмиг разорвавшего мой костюм. Черные кристаллики заполненные моей чакрой, послушно окутали тело равномерным слоем брони, позволяя уверенно встать на задние ноги.

Меч тавраса заискрился молниями и он принял низкую стойку, раскрыв крылья и практически распластавшись по полу. Кончик клинка смотрел в мою сторону и с него то и дело слетали яркие искры.

На встречу друг другу мы рванули одновременно, а я еще и парой "ледяных стрел" сопроводил свои действия, (впрочем, без особого успеха). Моя левая передняя "лапа" стремительно удлинилась и схватив "Безымянного" за голову сжалась, из-за чего дубликат развеялся облачком белого тумана.

Свист рассекаемого воздуха послышался сверху, а в следующую секунду моя голова отделенная от тела, покатилась по каменному полу. Обезглавленная туша сделала еще пару шагов, затем пошатнулась и... атаковала не ожидавшего подобного хода противника. С кончика моего рога сорвались несколько "огненных стрел", помогая загнать "Седьмого" к стене, в то время как черный песок продолжал распечатываться, занимая все больше объема.

Пока противник не придумал чего-то еще, даю своей чакре команду на детонацию. Мое тело вместе с таврасом, оказались поглощены сферой рыжего пламени, от жара которого каменный пол начал трескаться.

Из огня вылетела совсем небольшая белая змейка, яростно сверкающая изумрудными глазами. Найдя взглядом мою голову, жизнь в которой поддерживалась благодаря силе глаз, ползучий гад устремился в атаку.

"Со стороны это должно быть смотрится комично: мелкая гадюка нападает на живую голову".

Выращивать лапки чтобы иметь возможность убежать, а тем более отращивать новое тело, у меня не было ни сил ни времени, так что пришлось использовать заклинание под названием "вакуумный взрыв" с эпицентром на месте самого себя.

***

"Проиграл. Неприятно. Не успокаивает даже то, что я не показал все на что способен, ведь он тоже дрался не в полную силу".

Открыв глаза, поднимаюсь с лежанки, установленной в углу одной из малых лабораторий, разбросанных по территории всей Блэксэндии, (а так же в Зебрике). Не успел я размять затекшие конечности нового аватара, как сиреневый чашеобразный бутон цветка, росшего в деревянной кадке в противоположном углу, стремительно завял, а из-под земли показалась голова тавраса.

– Значит, последним ударом я все же тебя достал. – Отмечаю удовлетворенно.

– Достал. – Согласился "Седьмой", рывком выдергивая свое тощее тело из кадки. – Ценой своей "жизни".

– Я проиграл в тот момент, когда потерял голову. – Раздраженно передергиваю плечами, снова переживая воспоминания о том, как искрящая молниями сталь, перерубает мою плоть.

– Оставалось попытаться свести дуэль хотя бы к ничьей.

– Лучше бы научился "сбрасывать кожу". – Мой напарник по тренировкам уселся на край низкого стола и запустив руку в стоящий рядом ящик, извлек оттуда такой же корнеплод, из которого вырастил себе тело.

– Ты не думал о том, что занимаешься самоедством? – Вопросительно изгибаю брови.

– Что поделать если я вкусный... – "Безымянный" впился зубами в клубень, разом откусывая пятую часть. – А еще питательный. Так что, будут мои "цветы жизни" выращивать за пределами Блэксэндии?

– С Цезарем я договорился, Селестия рассматривает предложение. – Телекинезом извлекаю из ящика еще один корнеплод и поднеся его к своей морде, с хрустом вгрызаюсь зубами. – Тебе бы добавить немного специй, чеснока, может быть сыра...

– Неужели Эквестрии не нужны дешевые и неприхотливые в выращивании продукты? – Не обратив внимания на мои последние слова, удивился "Седьмой".

– Принцессе нужно учитывать интересы собственных фермеров, которые могут из-за нового корнеплода не только потерять прибыль, но и вовсе разориться. – Усевшись на пол поджав под себя задние ноги, откусываю еще кусок клубня. – Никто не станет разрушать свою экономику чтобы угодить нам.

– А Зебрика? – Таврас попытался поймать меня на несоответствии собственных слов.

– Нельзя разрушить то, чего практически нет. – Сделав короткую паузу добавляю. – По этой причине партию семян закупили грифоны, с минотаврами же мы торговать не можем из-за политики.

– На прямую не можем. – Заметил собеседник. – Уверен, что через подпольных торговцев...

Кивнув, соглашаюсь с правотой "Седьмого". Банши и ее агенты уже подготавливали пути сбыта семян на территорию КНС, собираясь провернуть это через "третьи копыта", при этом накрутив стоимость в три, а то и четыре раза.

– Чтобы не вызывать подозрений, нам пришлось вывести красные цветы, желтые и синие. Их бутоны тоже раскрашены одинаковыми узорами, которые не являются печатями.

"Безымянный" кивнул, показывая что принял мои слова к сведению.

– Как продвигается разработка контрактов ограниченного призыва? Поднявшись на ноги, всем своим видом показываю, что собираюсь уходить.

– Прототип будет готов через две декады, в серию выпустим через полтора месяца. – Таврас тоже поднялся на ноги, (дистрофиком он уже не выглядел, буквально на глазах обрастая мышцами). – Перед распространением среди зони и зебр Блэксэндии, сам сможешь убедиться, что все честно.

***

Что могут сделать пять сотен молодых зеброгов, чей ментальный возраст равняется восемнадцати годам, а биологический лишь трем? Даже учитывая то, что их тела вполне взрослые, а весь подростковый период они провели в состоянии общего обучающего сна, новые жители Блэксэндии отличались удивительной энергичностью, неутолимым любопытством и завидной жизнерадостностью. С их появлением, "Город мастеров" засиял новыми красками, что не всегда было лишь фигуральным выражением.

Чтобы хоть чем-то занять новоявленных младших научных сотрудников, я дал им задание: разработать и вывести новый вид небесных "китов", которые были бы лишены такой уязвимости как жилые надстройки закрепленные на спине. Умные, но местами наивные словно жеребята жеребцы и кобылы, с энтузиазмом взялись за подкинутую задачку, привлекая к ее решению своих старших товарищей и новых знакомых. В результате, не прошло трех декад, как мне на суд представили "ската".

Новый живой воздушный шар имел длину в тридцать метров, в ширину всего восемь, а в головной своей части имел кожаные "крылья", под которыми размещались дополнительные пузыри для газа, на случай долгих перелетов. Самое же главное, что жилые постройки переместились со спины, внутрь тела "Ската", занимая примерно пятую часть его туши. Костяные полости, в которых предполагалось обустроить каюты экипажа, отделялись друг от друга полупрозрачными перепонками похожими на диафрагмы, а входы и выходы из внутренних помещений, представляли собой аналог клапанов.

"Учитывая что оружие, припасы и нежить можно перевозить в печатях хранения, не все так плохо. Только вот экипажи будут слишком уж маленькими".

Оценив объем проделанной работы, да и саму идею с жестким скелетом "ската", я похвалил юных деятелей за усердие и велел довести изобретение до ума. Воодушевленные зеброги, активно переговариваясь удалились в свой городок, собранный буквально за пару дней, а следом за ними ушли и грифоны, приставленные в качестве охраны.

"А ведь на подходе еще несколько партий клонов. Может быть задержать их выпуск на год? Пусть явят себя миру уже в ментальном возрасте равном двадцати четырем годам".

К сожалению, задерживать партии новых граждан Блэксэндии было нельзя, слишком уж мало у государства подданных и много проектов, к осуществлению которых можно приставить молодых ученых.

Примечание к части

Жду отзывов.

НЕМНОГО О... 5. (ОТСТУПЛЕНИЕ)

(Отступление).

На площади перед небоскребом, (башней из кристалла и железа), собралась толпа минотавров численностью больше двух тысяч. Среди них были корреспонденты газет, работники звукозаписывающих студий, торговцы и некоторые политики. Многие из счастливцев сумевших раздобыть билеты были одеты в военную форму армии уже не существующей страны, что позволяло совершенно не знакомым между собой быкам и телочкам ощущать некое единство и причастность к чему-то большему.

На возвышении сцены, установленной буквально за час до концерта силами строительной бригады корпорации "Старые патриоты" уже были размещены музыкальные инструменты: струнные, ударные, духовые и клавишные. Сами члены группы, сольный дебют которой состоялся не так уж и давно, пока что скрывались за кулисами, готовясь предстать перед публикой в наилучшем виде.

– Флаги Республики...

– Фотографии музыкантов с автографом...

Пирожки с капустой! Не дорого...

– Только на нашей волне, прямая трансляция с концерта группы "Соната". Без рекламы и перерывов на отдых, я – Грегорио Механик, буду на прямой связи со студией...

Несмотря на то, что с утра небо над Тауреном было затянуто серыми тучами, к шести часам вечера нанятые организаторами концерта дирижабли разогнали облака и теперь, жители и гости столицы Народной Федерации могли насладиться вечерним солнцем, медленно но неуклонно клонящимся к горизонту. Городская стража, предусмотрительно оцепив центральный район и главные улицы столицы, готовилась к множеству не слишком опасных, но ничуть не менее неприятных правонарушений, (в то, что подобное сборище пройдет спокойно, не верили даже самые закоренелые оптимисты).

За несколько минут до начала концерта главная площадь Таурена была заполнена полностью: кроме минотавров, взгляд наблюдателя мог выловить из толпы земных пони, которым приходилось стоять на задних ногах чтобы не занимать слишком много места, (кобылок охотно поддерживали молодые быки, в то время как большинству жеребцов приходилось справляться самостоятельно). Но вот наконец музыканты вышли на сцену, заняли свои места и взяли в руки инструменты.

Не успели еще голоса публики затихнуть, как лидер "Сонаты" ударил пальцами по струнам гитары, тем самым высекая из усилителей громкий резкий звук. Ромеро поддержали и остальные актеры, а затем зазвучала песня:

Дай руку мне!

Здесь лишних нет!

Ветру, ты кажешься не больше песчинки...

Ветер, легко собьет с дороги, если взлетая ты одинок!

Дай руку мне!

Здесь лишних нет!

Время, меняет тишину на цунами.

Если, ты будешь с нами рядом, силе стихий не сбить тебя с ног!

Следующие слова хором пели все музыканты, а затем им начали вторить голоса зрителей:

Сила твоя, в том что ты есть,

Сила твоя, в том что мы здесь.

Сила твоя, в том что ты есть,

Сила твоя, в том что мы здесь!

(Ария).

Когда отзвучали последние аккорды мелодии, Ромеро вскинул голову и громко прокричал:

– Привет друзья! Я рад видеть вас всех сегодня здесь... И от того что вас так много, моему сердцу особенно радостно. Как вы уже могли догадаться, наша первая песня посвящается бойцам воздушных сил нашей славной страны...

В течении двух часов "Соната" выступала с новыми песнями, презентуя публике большой альбом под названием "Патриот". Все это время, за концертом из окна третьего этажа дома, стоящего на краю главной площади Таурена, внимательно наблюдал пожилой минотавр со спиленными рогами.