Текст книги "Все недостающие фрагменты (ЛП)"

Автор книги: Кэтрин Коулз

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 24 страниц)

ГЛАВА 34

РИДЛИ

Каждый дюйм моего тела словно вибрировал, пока я ждала. Ждала, когда Кольт склонится в ту или иную сторону. Ждала, сожжет ли он мир вместе со мной. Позволит ли воцариться хаосу.

Но я никогда не была терпеливой. Всегда была из тех, кто прыгает, не глядя, насколько глубока вода внизу.

Обхватив талию Кольта ногами, я притягиваю его невероятно близко. И чувствую, как его член напрягается. Мои губы приоткрылись, взывая к нему.

– Я попаду в ад, – пробормотал он.

А потом его рот оказался на мне. Не на губах, а на шее, скользя по чувствительной коже, где синяки уже почти сошли на нет. Его пальцы запутались в лямках моего топа.

– Эта чертова майка, – прорычал он.

Я слегка отстранилась, задыхаясь, но желая увидеть его лицо.

– Что она тебе сделала?

– Преследовала меня в гребаных снах, вот что, – огрызнулся Кольт. Он спустил одну бретельку, потом другую. – Я умирал от желания узнать, как они все связаны. Было интересно, если спущу одну, они все упадут?

Он потянул еще одну и еще, пока ткань не спустилась до талии, и перед Кольтом не обнажились мои груди. Мужчина смотрел на них сверху вниз, прослеживая взглядом каждую деталь. Подняв руку, провел большим пальцем по подреберью, а затем вверх.

– Всегда было интересно, она такая же красивая, как и все остальное в тебе. – Большим пальцем провел по моему соску, и я затаила дыхание.

– Кольт. – Его имя прозвучало как мольба. О чем, я даже не знала. Но отчаянно нуждалась в этом.

Он снова обвел круг мозолистым пальцем, сильнее сжимая бутон, заставляя меня желать большего. Покрутил вершинку, и я издала звук, который был скорее животным, чем человеческим.

Кольт опустил голову, втягивая мой сосок между губами и глубоко посасывая. Между бедрами собралась влага, и я подалась к нему, жаждая разрядки от нарастающего давления. Кольт зубами сжал мой сосок, и я вскрикнула.

Он поднял голову и встретился со мной взглядом.

– Черт. Эти звуки, которые ты издаешь, Хаос. Хочу услышать, как ты звучишь, когда я в тебе.

Моя вагина сжалась, но внутри нее было пусто, и это лишь напомнило мне, как сильно я жаждала Кольта. Как сильно нуждалась в нем. Может быть, с того самого момента, как впервые увидела его. Эти чертовы широкие плечи и хмурый взгляд, который каким-то образом умудрялся делать этого мужчину еще сексуальнее.

Но дело было не только в этом. Какая-то часть меня знала, что это так, даже если я не хотела слишком внимательно рассматривать эту часть, ту частичку связи, которая была намного глубже, чем все остальное – то, как мы понимали боль, потерю друг друга.

Сжав руки вокруг плеч Кольта, я притянула себя к нему, не желая думать об этом. Сейчас единственное, чего я хотела, это чувствовать.

Наши губы снова встретились в лихорадочном ритме. Языки боролись за первенство, и мне не хотелось, чтобы это когда-нибудь заканчивалось. Но затем Кольт перевесил чашу весов.

Он подался вперед, прижимая меня к себе одной рукой, а другой отпихивая в сторону бумаги. Затем я прижалась спиной к прохладному дереву стола. Перепад температур только усилил напряжение в каждом нервном окончании, заставляя их подниматься все выше и выше, требуя большего.

Кольт на мгновение уставился на меня сверху вниз. Рукой скользнул по моему лицу, большим пальцем провел по губам, а затем по нежной коже шеи. Он проследил линию моих ключиц и опустился ниже.

Моя спина инстинктивно выгнулась, соски заныли в ожидании прикосновений Кольта. Он дал мне то, чего я хотела, теперь уже обеими руками, большими пальцами. Затем снова покрутил соски, и я выгнулась навстречу ему, еще больше влаги собралось между ног.

– То, как ты двигаешься. Как чертово произведение искусства. Я мог бы провести всю жизнь, запоминая все твои изгибы и формы.

Я вздрогнула от его слов, от обещания в них.

Затем Кольта отпустил мои соски и скользнул руками ниже. Одной проследил изгиб моего бока, а пальцами другой обвел мой пупок. Он не торопился, дразня и исследуя, но так и не достигая того, чего я так хотела.

– Кольт, – прошептала я.

Эти темно-карие глаза потемнели еще сильнее. Некоторые женщины неправильно истолковали бы изменение цвета, были бы поражены или даже испугались. Но эта перемена лишь заставила мои ноги крепче сжать талию Кольта.

– Не надо. Не. Торопи. Меня, – прорычал он. Провел пальцами над поясом шорт вдоль нижней части моего живота. – Мне нужно знать, как ты выглядишь под всей этой чертовой одеждой. И так ли ты хороша на вкус, как пахнешь.

Меня снова охватила дрожь, а сердце бешено заколотилось о ребра.

– Пожалуйста, – прошептала я.

Его губы едва заметно изогнулись.

– Боже, как же ты красива, когда просишь. Думаю, это заслуживает награды.

Затем оба пальца Кольта оказались за поясом моих шорт. Одним быстрым движением он сдернул их вниз по моим ногам. Голой задницей я опустилась на холодный стол и не смогла сдержать стона.

Но Кольт уже вернулся, встал между моими коленями и уставился на меня сверху вниз. Единственным предметом одежды, который еще оставался на моем теле, была майка, болтающаяся на талии. Его взгляд прошелся по мне и остановился между моих ног.

– Ноги на стол, – приказал он низким, хриплым голосом.

Я задрожала, повинуясь, подняла одну ногу, затем другую. Все в этой позе было уязвимым, самая интимная часть меня была выставлена на его обозрение.

Темные глаза вспыхнули, в них промелькнул золотой оттенок.

– Так. Чертовски. Великолепно. Влажная. Только для меня.

Мои губы приоткрылись, когда я тихо втянула воздух, пытаясь ухватиться за что-нибудь, что удержало бы меня на земле, когда казалось, что я могу просто взлететь со стола.

Кольт пальцами скользнул по моему бедру, шершавые мозоли только усиливали ощущения. Затем раздвинул меня, проведя пальцем по моей щели, и застонав.

– Идеально. – Пальцем обвел мое отверстие, но так и не вошел внутрь.

– Кольт, – умоляла я, но в этот момент мне было все равно.

– Мне нравится, как звучит мое имя на твоих губах.

Наши глаза встретились, и я не отвела взгляд.

– Кольт, – снова выдохнула я.

Два пальца вошли внутрь.

– Так чертовски совершенна, что заслуживаешь еще одной награды.

Моя спина выгнулась дугой, пока он вводил и выводил эти пальцы, почти лениво, в ритме, который был присущ только ему. Но каждое скольжение по моим стенкам было самой прекрасной пыткой.

– Пожалуйста, – прошептала я, закрыв глаза, стараясь впитать каждый намек на ощущения.

– Пожалуйста, что? – прохрипел он.

– Кольт, – взмолилась я.

– Это моя девочка. – Затем его пальцы исчезли.

Я заскулила в знак протеста, но звук затих на моих губах, когда Кольт опустился на колени. Он обхватил мои бедра и потянул ближе к краю стола, положив мои ноги себе на плечи.

– Не кончай, Ридли. Скажешь, прежде чем кончить, потому что в первый раз, когда заставлю тебя разбиться вдребезги, я буду внутри тебя.

Его слова вибрировали в моем сердце, сочетание звука и дыхания омывало меня, но у меня не было возможности протестовать, потому что его рот был на мне. Его язык кружил вокруг моего клитора, дразня плоть и побуждая ее к вниманию.

Его пальцы снова скользили внутрь, извиваясь при каждом движении. Кончик его языка провел точную атаку, от которой я едва не распалась на части.

Мое дыхание участилось, руки сжались в кулаки, пока я пыталась сдержать оргазм. Губы Кольта сомкнулись вокруг пучка нервов, посасывая и поглаживая. Все мое тело содрогнулось.

– Кольт, – взмолилась я. Все во мне кричало о разрядке. Требовало отпустить. Но Кольт должен быть тем, кто разрушит меня.

– Собираешься кончить, Хаос? – шепот слов прошелся по моему клитору.

– Да.

Мужчина в мгновение ока оказался на ногах. Я даже не могла собраться с силами, чтобы смотреть на него, оценить все великолепие, которое являл собой Кольт. Я услышала, как звякнул ремень, расстегнулась молния. Звук разрывающейся упаковки презерватива, а затем Кольт навис надо мной. Кончик его члена коснулся моего входа, и мужчина уставился на меня темными глазами.

Глаза шторма.

В них я могла бы затеряться в море и никогда больше не найтись. И я бы с радостью пошла на дно вместе с этим кораблем.

– Скажи, что я могу получить тебя.

Ответ был только один, и он прозвучал на выдохе:

– Да.

Это было все, что нужно Кольту. Он вошел в меня одним длинным толчком.

Это не было жестко, но и не нежно. В этом и был весь Кольт. Мощный и немного грубый по краям.

И все, что мне было нужно.

Моя спина выгнулась дугой, когда он снова вошел в меня. Я обвила ноги вокруг его талии, пытаясь удержаться, пока он толкался в меня. Мои внутренние мышцы затрепетали.

– Еще нет, – прохрипел Кольт. – Мне нужно больше этого тепла.

Это почти добило меня. Я схватилась за край стола над головой. Пытаясь продержаться подольше. Чтобы дать Кольту то, что ему нужно.

Мужчина издал рык, окинув меня взглядом, и я поняла, что движение еще больше обнажило мои груди. Я вся была на виду. Для него.

Последняя ниточка контроля оборвалась. Кольт вколачивался в меня снова и снова, задевая ту точку внутри, от которой мир вокруг меня становился туманным. Я крепче вцепилась в край стола, и боль помогла сохранить ту единственную нить контроля.

– Ридли, – прохрипел Кольт приказ.

И я поняла.

Я отпустила. Выпустила на свободу все, что сдерживала неделями. Это была не спираль и даже не раскол. Это было нечто большее.

Это был хаос.

Все мое тело билось и трепетало, обвиваясь вокруг Кольта всеми возможными способами. Вбирая его глубже и погружая в себя. Требуя большего.

И он дал мне это.

Кольт шлепнул ладонью о стол рядом с моей головой, когда вонзился в меня в последний раз и кончил с криком, и я приняла все и даже больше.

Его грудь вздымалась, когда я медленно ослабляла хватку на столе. Мои пальцы онемели, и, когда к ним вернулась кровь, их начало покалывать. Это ощущение совпадало с ощущениями во всем теле.

Кольт долго смотрел на меня сверху вниз, и я видела, как маска медленно опускалась на место.

– Не надо, – предупредила я.

Его лицо ожесточилось.

– Чего не надо?

– Не ставь эту стену.

Кольт выскользнул из меня, и я не смогла сдержать легкого вздрагивания. Его руки нежно скользили по моим бедрам.

– Я сделал тебе больно?

Я села, не обращая внимания на то, что была совершенно голой, а Кольт стоял там в одной футболке и больше ни в чем.

– Нет. Я чувствую себя чертовски фантастически, но если ты будешь так странно себя вести со мной, то это очень испортит мне кайф.

Его губы подергивались.

– Испортит кайф, да?

– Ты знаешь, о чем я. Мы оба взрослые люди, которые немного повеселились. Не надо это портить.

Кольт долго смотрел на меня.

– Это опасно. Мы работаем вместе. Происходит много серьезного дерьма, и...

– И нам нужна отдушина, – возразила я. Потому что, черт побери, я хотела больше Кольта. Все, что он мог дать. – Друзья с привилегиями.

Кольт придвинулся ближе, скользнув большим пальцем по моей ключице.

– Так вот кто мы, Хаос? Друзья?

Я прикусила нижнюю губу.

– Враги с выгодой?

Он хихикнул, но пальцем осторожно высвободил мою губу из хватки зубов.

– Не буду врать. Я хочу больше тебя.

Мои соски снова запульсировали, а дыхание участилось.

– Тогда мы установим основные правила, чтобы это было безопасно. Я принимаю таблетки и прошла обследование.

Глаза Кольта вспыхнули, когда он погладил большим пальцем мою ключицу.

– Я тоже проверялся.

– Хорошо. Это физическая безопасность. Так же нам нельзя спать в одной постели.

Выражение лица Кольта стало настороженным.

– Никаких зарождающихся чувств.

– Не начинать думать, что это так.

Он кивнул в знак согласия.

– Никаких связей с кем-либо еще, пока все это происходит, – сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, несмотря на то, что мысль о Кольте с другой женщиной вызывала у меня тошноту. – Если кто-то из нас заинтересуется кем-то еще, мы прекратим это.

Эти глубокие карие глаза потемнели до черноты.

– Достаточно правил?

Я тяжело сглотнула.

– Думаю, да.

– Хорошо. – Затем он бросился на меня, взвалил на плечо и понесся по коридору.

– Кольт, – пискнула я.

Он шлепнул меня по заднице, звук эхом отразился от стен.

– Чертовски рад, что ты не установила никаких правил насчет душа.

ГЛАВА 35

КОЛЬТ

Я не мог перестать пялиться на нее. Или прикасаться к ней. Или просто вдыхать ее запах. Этот аромат жженого апельсина был теперь повсюду. Воздух в столовой, превращенной в офис. Простыни, на которых я засыпал каждую ночь один. Впивался в мою проклятую кожу.

– На что ты хмуришься? – спросила Ридли, прервав мои блуждающие мысли.

Я откинулся в кресле, пытаясь напустить на себя беззаботность.

– Ни на что. Просто мы уже дюжину раз просматривали эти дела. Не думаю, что это принесет что-то новое.

Ридли выпрямила ноги из положения кренделя. Сегодня на ней были джинсовые шорты и свободная блузка без рукавов с крошечными цветочками. Волосы спадали свободными волнами, а цвет их был немного светлее обычного. Возможно, потому, что вчера она почти весь день работала на улице. Мучая меня в очередной своей проклятой майке, она лежала на полотенце и читала последний полицейский отчет, который я получил.

Ее пристальный взгляд блуждал по мне, молчаливо оценивая.

– Тебе нужно пробежаться?

Я нахмурился еще сильнее.

Ридли подняла обе руки, сдаваясь.

– Извини. Боже.

Это я должен был извиниться. Но меня раздражало, что она так хорошо меня знала. Знала, что после нескольких часов, проведенных за этим столом, мне нужно двигаться, чтобы избавиться от боли и смерти.

Я повернул голову, отчего шея хрустнула.

– Не твоя вина. – Но только это… это все из-за нее.

– Ты не мог бы посмотреть эту запись? – спросила Ридли.

Черт.

Мне не нужно было подходить ближе. Не нужно было вдыхать этот соблазнительный запах. Чувствовать тепло, которое всегда исходило от нее волнами. Быть достаточно близко, чтобы коснуться ее кожи.

Но я пошел. Потому что не пойти – значит признать, насколько я слаб, когда дело касается Ридли Сойер Беннет.

Я встал и зашел за ее кресло, обхватив пальцами спинку, чтобы не было соблазна запутаться в белокурых прядях, а затем перевел взгляд на экран ноутбука. Совершенно новый, поскольку я не смог вернуть ее старый, не смог найти того мудака, который ее обидел.

Этот факт только усиливал мое раздражение. Казалось, что все, что меня окружает, это сплошные неудачи. Я сосредоточился на экране, на изображении, пытаясь вытеснить все остальные мысли. Это было видео, которое я уже видел раньше. Тренер Керр стоит у бензоколонки, заправляя свой внедорожник.

Кадры были немного зернистыми, но это точно был он. Рубашки-поло, которые он всегда носил. Низко надвинутая бейсболка с надписью «Уимблдон». Его номерной знак, подтверждающий принадлежность автомобиля. Время показывало 20:13. Это было самое лучшее, что можно было придумать в качестве алиби.

Потому что в это время Эмерсон лежала без сознания в кузове грузовика. На пути к тому, чтобы пострадать самыми ужасными способами, которые только можно себе представить. Мои пальцы крепко сжались на спинке кресла, и я на мгновение закрыл глаза.

Эмерсон была в безопасности. Она не пострадала физически. Но это не меняло того факта, что ее жизнь изменилась навсегда.

– Что-то не так с этой записью, – пробормотала Ридли.

Я, прищурившись, уставился на экран.

– Что ты имеешь в виду?

Я наблюдал, как Керр повернулся и посмотрел на что-то через плечо. Это точно был он. Во время преступления. В дополнение к записям, дежуривший в ту ночь парень подтвердил, что видел его. Нам просто повезло, что они сохраняли старые кассеты на неделю, прежде чем начать запись заново.

Ридли не подняла на меня глаз, не отрывала взгляд от экрана.

– Эмерсон была похищена двадцать третьего мая, верно?

Я кивнул, но тут же понял, что девушка меня не видит.

– Да. Перед выходными в День поминовения и окончанием занятий в школе.

– Я просмотрела все, что касается того дня. Было ли полнолуние? Какая была температура? Погода? Во сколько заходило солнце?

– Было холодно, – автоматически ответил я. – Я помню, что на мне была куртка, когда я поехал забирать Эм.

Ридли кивнула, повернувшись ко мне.

– Было похолодание, которое длилось три дня. Похоже, в горах это нормально. Дикие колебания температуры.

Я нахмурился.

– Да. В один день может быть двадцать пять, а на следующий четыре.

– Все было не так резко. Но двадцать второго числа максимальная температура была двадцать два. А двадцать третьего – восемь, и это в разгар солнечной активности. Так почему же, – она повернулась к экрану, – тренер Керр в шортах и поло?

У меня внутри все сжалось, по коже пробежали мурашки.

– Может быть, он тренировался с командой. Может, забыл куртку.

Ридли постучала по экрану своего ноутбука.

– Вот здесь, на заднем сиденье, лежит толстовка. Или, если бы было прохладно, он мог бы вернуться в джип, пока заправляется бензин. Но он этого не делает. Он даже не дрожит. Не выглядит ни капельки замерзшим. Я посмотрела температуру в восемь часов вечера двадцать третьего. Было два градуса. – Она подняла на меня глаза. – Даже пробежав милю, мне все равно захотелось бы надеть хотя бы толстовку, если бы на улице было так холодно.

Черт возьми.

Я долго смотрел на экран.

– Видеозапись подлинная.

– А дата? – спросила Ридли.

Я покачал головой.

– У нас есть оригинальные кассеты в качестве доказательства. На них написаны даты. Они были помечены каждой неделей, когда заправка начинала работать заново.

Ридли встретила мой пристальный взгляд.

– А насколько сложно было бы просто написать новую этикетку с другой датой?

Все внутри сжалось. В то время я еще не был помощником шерифа, но разговаривал с каждым офицером, который занимался делом моей сестры. По нескольку раз. Люциан, продавец на заправке, парень лет двадцати пяти, на той неделе работал по ночам. Он сказал офицерам, что видел Керра той ночью. А владелец заправки, Билл, был тем, кто передал кассеты. Тяжело представить, что все они участвуют в каком-то заговоре. Но все же...

Я отпустил свою хватку на кресле Ридли.

– Нужно доставить Керра на допрос.

Она в мгновение ока оказалась на ногах.

– Я иду с тобой.

– Черта с два.

Выражение лица Ридли стало грозовым.

– Я думала, мы это уже проходили. Мы же в одной команде.

– Это активное расследование. Ты не можешь просто взять и поехать со мной.

– Я дала тебе информацию, которая привела к этому.

– Да, но...

– Не вышвыривай меня. – Голос Ридли понизился. Это была не мольба, а нечто худшее. Она верила, что я поступлю правильно.

Я выругался.

– Езжай в участок, встретимся там. Я скажу Райан, чтобы она позволила тебе наблюдать за происходящим.

Все лицо Ридли озарилось, словно из ее кожи лился чертов солнечный свет, настолько яркий, что это чуть не сбило меня с ног. Девушка приподнялась на цыпочки и прижалась губами к моей щеке, а затем прошептала мне на ухо:

– Спасибо, Законник.

ГЛАВА 36

РИДЛИ

Я почувствовала, как взгляд помощника шерифа скользнул по мне, пока мы стояли, наблюдая за происходящим. Не осуждающий, скорее любопытный, оценивающий. Софи Райан встретила меня в приемной с непроницаемой маской на лице, чему она наверняка научилась у Кольта.

Когда он сказал мне, что Райан встретит меня, я не ожидала увидеть женщину. И уж точно не женщину, которая всего на год или два старше меня. На ней не было макияжа, а волосы были собраны в пучок у основания шеи. Я поняла эту игру. Она пыталась быть одной из парней, насколько это возможно, поэтому не было ничего, что могло бы подчеркнуть ее женственность.

Но Софи ничего не могла поделать со своими великолепными зелеными глазами. Или со своей красотой в целом. И я знала, что если она была заместителем Кольта, то должна быть чертовски хорошим офицером.

Поэтому я позволила ей разглядывать себя, удерживая взгляд на одностороннем зеркале передо мной, пока ждала, когда Кольт приведет Керра. Позади нас стояло несколько офицеров, их голоса сливались в негромкий гул. Но я не присоединилась к ним.

Я не была новичком в правоохранительных органах. И знала, как это делается. Чем больше буду молчать, тем больше узнаю. Поэтому я оставалась неподвижной и слушала.

Двое парней спорили о тренере. Один говорил, что всегда знал, что этот парень – отморозок. Другой посмотрел на меня и сказал, что это нелепо, что они притащили сюда парня только потому, что на нем не было куртки.

– Дело зашло слишком далеко, если ничего не выйдет, Кольт должен будет уйти в отставку.

Слова были негромкими, но то, что они вообще были сказаны, заставило меня повернуться к женщине рядом со мной.

Райан встретила мой взгляд оценивающим, и я поняла, что она добилась того, чего хотела: настоящей реакции с моей стороны.

– Он тебе небезразличен, – сказала она.

Это был не вопрос, но я все равно вздрогнула под его тяжестью.

– Он заслуживает того, чтобы найти виновных. Это поможет ему наконец исцелиться.

Райан ненадолго замолчала, обдумывая сказанное.

– Поэтому ты делаешь то, что делаешь? Чтобы помочь себе исцелиться?

Раздражение промелькнуло во мне раньше, чем я успела его побороть. Я не была в восторге от того, что Кольт распространяет информацию о моих делах, но в то же время понимала, что это необходимо.

Райан покачала головой, считав это раздражение.

– Кольт не сказал ни слова. Я сама навела о тебе справки. А Трей, возможно, направил меня в нужное русло, не хотел, чтобы я составила о тебе неверное представление.

У меня слегка отвисла челюсть.

Она хихикнула.

– Да ладно. Ты заставила моего шерифа прыгать через обручи, весь город в смятении, а потом ты чуть не погибаешь. Мне стало любопытно.

Я ненавидела то, как она на меня косится. Как заставляла меня задуматься, было ли когда-нибудь что-то большее, чем профессионализм между ней и Кольтом. И я поняла, что это ревность. Это была не та эмоция, с которой я была хорошо знакома.

Я чувствовала то же самое иногда, когда росла. Как же иначе, когда моя сестра была звездой всего, за что бралась, в то время как я порхала от одного занятия к другому, никогда не задерживаясь надолго, чтобы закрепиться? Но никогда в отношениях. Не то чтобы у меня их было много с тех пор, как мы с Джаредом расстались той ночью.

Он пытался быть рядом со мной после того, что произошло. Чтобы залатать трещину между нами. Но я была слишком оцепеневшей, чтобы даже осознавать его присутствие.

После этого у меня были только случайные партнеры. Друг, который на какое-то время становился чем-то большим. Пару раз мы встречались на одну ночь. Но в основном я была сама по себе. Никаких шансов для ревности, как это было сейчас.

– Итак, – подтолкнула Райан. – Поэтому?

Я снова повернулась к женщине рядом со мной и решила дать ей понять. Рассказать ей правду.

– Я не найду покоя, пока его не обретет моя сестра, но, по крайней мере, я могу помочь другим найти его.

– Надо было стать полицейским, – пробормотала Райан.

Это вызвало у меня интерес – у Райан была своя история. Мне стало интересно, что это за история.

Прежде чем успела задать хоть один вопрос, дверь в комнату для допросов открылась, и внутрь вошли двое мужчин. Кольт стоял спиной к зеркалу, но я видела, как напряжены его плечи и шея. Мышцы были так туго натянуты, что казалось, могут лопнуть от легкого прикосновения пальца.

– Мы начинаем, – рявкнула Райан.

– Да, босс, – быстро ответил один из парней позади меня.

– Хорошо. Тогда заткнитесь к чертям.

Кто-то из них хихикнул, но это быстро оборвалось ударом локтя в живот.

Я проигнорировала все это, мой взгляд был прикован к картинке передо мной, пытаясь увидеть тренера Керра новыми глазами – седину в его темных волосах и более глубокие морщины вокруг глаз и рта. В прошлый раз я решила, что это линии улыбки, свидетельство того, что человек часто улыбается. Но если кто-то улыбается, это не значит, что он не может быть чудовищем.

Взгляд его карих глаз забегал по комнате, прежде чем остановиться на зеркале. Мужчина смотрел куда-то между мной и Райан. Мне было не по себе, когда он смотрел в никуда, но при этом находился так близко ко мне. Но я пыталась заглянуть в эти карие глаза, желая понять, способен ли этот человек покончить с таким количеством жизней, причинить такую невыразимую боль.

Кольт жестом указал на стул на противоположной стороне стола.

– Присаживайся. Мне нужно задать тебе несколько вопросов. С тобой всегда может присутствовать адвокат. Тебе нужен адвокат, Брайан?

Использование имени тренера было сознательным выбором. Чтобы все выглядело нормально, как обычная встреча, а не допрос.

Керр тяжело сглотнул.

– Нет... мне не нужен адвокат, Кольт.

В комнате воцарилась тишина, Кольт откинулся в кресле. Эта тишина, словно удав, скользила по полу, обвивалась вокруг Керра, а затем душила его.

Он снова сглотнул, на этот раз более отчетливо.

– Что все это значит?

Кольт помолчал еще мгновение, прежде чем заговорить.

– Расскажи мне о двадцать третьем мае десять лет назад.

Керр перевел взгляд в сторону, а затем снова посмотрел на Кольта.

– Но я же рассказывал это миллион раз. У вас есть видеозаписи всех моих допросов.

– Я хочу услышать это от тебя еще раз.

– Хорошо. Ладно. У нас была обычная тренировка. Эмерсон осталась после, как всегда. У нее был запасной ключ от комнаты с оборудованием, так что я оставил ее с мячом. Она тренировалась, когда я ушел.

Кольт не двигался, и я поняла, что он пригвоздил тренера к месту этим своим штормовым взглядом.

– Кто-нибудь еще был там, когда ты ушел? – спросил Кольт.

Керр вытер ладони о штаны.

– Нет. Там больше никого не было. Перед уходом мне пришлось убрать остальное оборудование.

– Но ведь его было не так уж и много, верно? У ребят были свои ракетки, а Эмерсон все еще пользовалась мячом.

Тренер поерзал на своем месте.

– Я немного понаблюдал за ее тренировкой, дал ей несколько советов, а потом ушел.

– Интересно. Не помню, чтобы ты рассказывал об этом, когда тебя допрашивали раньше.

– Я... я, наверное, просто забыл. Это было очень напряженное время.

– Угу, – выдохнул Кольт. – Должно быть, для тебя это был настоящий стресс. Не сравнить с тем, что было с моей сестрой, которую похитили, ударили по голове и бросили в кузов грузовика.

– Я не имел в виду...

– Конечно, нет. Так куда же ты пошел, когда покинул парк?

Дыхание Керра участилось.

– Я немного покатался по окрестностям. Пытался обдумать несколько новых упражнений и тактику тренировок. Я всегда езжу за рулем, чтобы подумать.

Кольт издал тихий насмешливый звук. Это было даже не слово, но для Керра это было как физический удар.

– Боже, а он хорош, – тихо пробормотала Райан.

И это правда. Кольт медленно, но верно загонял тренера в угол.

– Потом я поехал на заправку, потому что у меня было мало бензина.

И теперь Керр был там, где он хотел. Кольт, как паук, плетущий идеальную паутину.

Он откинулся в кресле. Я не видела его лица, но знала, что он берет тренера в оборот, используя молчание как оружие. Керр заерзал на своем сиденье, отчего металл заскрипел.

– Знаешь, Брайан, это интересно. Иногда ты смотришь на что-то столько раз, что перестаешь по-настоящему видеть. С тобой такое случалось?

Керр открыл рот, потом закрыл его, потом снова открыл.

– Не знаю. Может быть?

Кольт издал низкий хмыкающий звук.

– Возьмем видео, где ты на заправке. Я всегда зацикливался на времени. На том, чтобы увидеть твое лицо. Проверял и перепроверял, что это действительно ты.

Тренер начал дрожать, его руки тряслись так сильно, что он спрятал их под стол.

Кольт продолжал плести свою паутину, сплетая нити все туже, создавая идеальную ловушку.

– Я был настолько зациклен на этих крошечных деталях, что упустил общую картину. Потребовался кто-то другой, чтобы я по-настоящему все увидел.

У Керра перехватило горло, и он с трудом сглотнул.

– Брайан, ты знаешь, какая температура была двадцать третьего мая, десять лет назад? – спросил Кольт. В его тоне звучало искреннее любопытство.

Керр нахмурил брови. Его нервы ничуть не ослабли, но теперь к ним добавилось и искреннее замешательство. Неосторожная маленькая муха, не понимающая, куда попала.

– Нет... я...

– Было всего два градуса, – сказал Кольт, прервав его.

– Ладно...

Кольт слегка повернул голову, ровно настолько, чтобы я смогла увидеть, как на его лице промелькнула улыбка.

– Я всю жизнь прожил в Шейд-Коув. Привык к этим холодам. – Любой намек на ухмылку исчез в мгновение ока. – Но я все равно не стою на улице и не жду, пока наполнится бак, когда на улице два градуса. Особенно когда на мне гребаная футболка-поло и шорты. Я, черт возьми, по крайней мере, накинул бы толстовку с заднего сиденья.

Керр замер. Ни одна его часть не шевелилась, кроме легкого движения груди.

Кольт наклонился вперед, уперся предплечьями в старый металлический стол с облупившимися углами.

– Так что было бы гораздо логичнее, если бы это видео было сделано накануне вечером, когда температура в восемь часов была девятнадцать градусов. Это же почти жара, ты не находишь, Брай?

Именно обращение «Брай» сделало это со мной. Я не смогла сдержать ухмылку, которая расползлась по моему лицу. Боже, Кольт был чертовски хорош. Я тоже ловила собеседника на лжи. И даже ломала кое-кого на записи. Но наблюдать за работой Кольта было просто восхитительно.

Его голос упал до почти сценического шепота.

– Так скажи мне. Если я покажу эту фотографию всем членам теннисной команды, что они скажут? Это был тот самый наряд, в котором ты был в вечер похищения Эмерсон? Или на тебе было что-то другое?

Позади меня раздалось несколько шепотков, но слева от меня Райан не издала ни звука. Она была слишком поглощена происходящим перед нами.

На лбу Керра выступили капельки пота, а его дрожь усилилась. На мгновение мне показалось, что парень упадет со стула. А потом он сломался.

Громкие, душераздирающие рыдания. Они были похожи на волны, накатывающие на тело. Настолько сильные, что казалось, могут сломать человеку кости.

– Я... не... это был не я. Клянусь! – закричал Керр.

– Тебя ведь не было на заправке в тот вечер, когда похитили Эмерсон? – надавил Кольт.

Тренер покачал головой.

– Н-нет. Не было. Я заплатил Люциану, чтобы он солгал. Чтобы поменял дату на кассете. Потому что он знал, что я этого не делал. Что я никогда не причинил бы вреда Эм...

– Не произноси ее имя, – прорычал Кольт.

Керр захлопнул рот.

– Где ты был тем вечером?

Требовательность в голосе Кольта заставила меня обхватить себя руками и крепко зажмуриться в ожидании. В голове пронеслось миллион вопросов, но остался только один.

Этот человек убил мою сестру?

Когда я смотрела на него, то видела лишь слабость. Страх, пронизывающий его насквозь. Я не могла представить, чтобы кто-то подобный совершил те ужасные вещи, которые я связала воедино. Но разве тот монстр не был таким же слабым? Это была высшая степень слабости – доминировать над теми, кто слабее тебя. Подкрасться, накачать наркотиками, ранить, сделать гораздо худшее. Так что, возможно, это и было то самое лицо монстра, которое так долго было под маской.