Текст книги "Лунная смена (ЛП)"

Автор книги: Кэсси Александер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 21 (всего у книги 22 страниц)

Дрен пожал плечами и поднёс серп к горлу вампира из Дома Грея.

– Разве ты не хочешь узнать про Санта… – начал тот. Анна даже не подняла взгляда. Дрен завершил движение и вампир рассыпался облачком праха.

Далёкий вой приближался. Анна опустила взгляд на Хелен:

– Такой трапезы у меня ещё не было. Неудивительно, что раньше мы держали ваш род как питомцев. Пожалуй, это и станет твоим наказанием. Я посажу тебя на цепь у изножья своей кровати и буду опустошать каждую ночь.

На краю круга присел на корточки волк – Лукас. Он прыгнул вперёд, и волчья форма сошла с него так же плавно, как и пришла. Он приземлился мягко, на одно колено, обеими руками коснувшись земли. Ещё двое оборотней ворвались в круг следом за ним.

– Их наказания – наши наказания, – Лукас выпрямился и посмотрел на Хелен. – О чём ты думала? Как ты могла так опозорить нас?

– Мой отец убил моего мужа, чтобы скрыть свою тайну, чтобы купить себе лишние годы жизни. Фенрис – мой Фенрис – погиб из-за того, что отец тайком пользовался вампирской кровью и не хотел, чтобы кто-нибудь об этом узнал. – Хелен зачерпнула горсть снежной каши и швырнула к ногам Лукаса. – Фенрис-младший был слишком молод, чтобы возглавить стаю, а стая никогда не выбрала бы женщину. Мне пришлось позволять этому ублюдку жить, пока положение моего сына не станет надёжным. А потом он взял и сделал правителем Лукаса! – Её лицо исказилось от ярости. – Именно тогда я заключила сделку и сказала Дому Грея, что соберу армию и заберу кровь отсюда. Они отказали отцу в вампирской крови, Йорген пытался его убить, но этот мерзавец никак не умирал. Всё шло прахом. Все мои ожидания, всё терпение и ради чего?

На лице Лукаса читались одновременно жалость и ужас.

– Я говорил, что буду вожаком лишь временно. Почему ты мне не поверила?

– Ты когда-нибудь видел, чтобы мужчина добровольно отказался от трона?

Лукас стиснул кулаки.

– Я не такой, как он, Хелен.

– Так говорят все мужчины.

Анна встала прямо перед Лукасом.

– Я требую её жизни. Жизнь за жизнь – так было всегда.

– Мы накажем её по своим законам. Вместо неё возьми Йоргена. – Оборотни рядом с Лукасом рванулись к Йоргену, и тот бросился отбиваться.

– Нет! – закричала Хелен, тянувшись к нему, пока его утаскивали прочь.

– Это тот, кто напал на тебя, Эди? – спросила Анна. Я молча кивнула. – Тогда мы примем его. Его смерть будет такой, какой ты пожелаешь.

Я сделала два шага назад.

– А если… если я не хочу этого?

Её глаза сузились.

– Сайк погибла не для того, чтобы этот человек жил.

Я застыла, не в силах вымолвить ни слова.

Я могла колоть пациентов иглами, могла очищать болезненные раны, могла удерживать плачущего ребёнка, чтобы поставить ему назогастральный зонд, и могла пустить кровь вампиру. Но могла ли я одним словом отдать приказ убить человека?

– Позвольте внести предложение, дамы, – вмешался Дрен. – Я всегда хотел иметь оборотня в качестве Гончей.

Анна посмотрела на меня, потом снова на Дрена.

– Сделай это.

Это было лучше, чем смерть. Так ведь? Я не сопротивлялась, когда Дрен взял Йоргена под свою руку. И в тот миг я поняла: я буду жалеть об этом всегда.

Дрен вывел его за пределы круга. Там было темно, и я не видела, что происходит, но слышала, как Йорген вскрикнул.

– Нет, – прошептала Хелен. – Самсон, Ларс, Никола… Когда они начали задавать вопросы, почему Уинтер живёт так долго, он подкупил некоторых из них кровью. Возьмите кого-нибудь из них вместо него! – взмолилась она. В задних рядах стаи, в тени, несколько оборотней оторвались и бросились прочь.

Лукас щёлкнул пальцами, и другие волки рванули за беглецами.

– Кто ещё?

– Никто! – выкрикнула Хелен.

– Хорошо. Тогда решение остаётся за нами.

Внутри стаи раздался пронзительный рык. Хелен побледнела.

– Фенрис, нет…

Фенрис-младший ворвался в круг, сначала на четырёх лапах, потом, перекидываясь, приземлился на две и рухнул на колени перед матерью.

– Не трогайте её! – выкрикнул он.

Лукас метнулся к нему и схватил за загривок, точно щенка, приподняв над землёй.

– Нет, Лукас… нет… – прошептала Хелен.

– Честь стаи требует, чтобы род твой понёс наказание. Это касается вас обоих. – Из темноты вперёд потянулись лапы и когтистые руки, врываясь в круг, хватая Хелен и утаскивая её во мрак. Лукас швырнул Фенриса-младшего на землю.

Тот упал неуклюже, запутавшись в собственных руках и ногах. Я рванулась вперёд и встала прямо перед ним.

– Ты не можешь так поступить, Лукас. Он же ребёнок!

– Эди, отойди.

– Я не позволю тебе это сделать, Лукас! – Я метнула взгляд на Анну в поисках поддержки, но она лишь подняла руки, словно они у неё были связаны. – Ты будешь жалеть об этом всю оставшуюся жизнь, если убьёшь его!

– А я буду жалеть всю жизнь, если оставлю его в живых. Тогда я стану вожаком, обесчещенным перед стаей.

– И что? Кому это вообще важно? Никому не должно быть до этого дела! – Я обхватила Фенриса-младшего, прижимая к себе, закрывая собой.

В этот миг к кругу прорвалась новая волна оборотней: волки и полулюди, чёрные, с белыми пятнами, словно забрызганные мелом. Добежав до границы круга, они сбросили волчью шкуру, и в центре оказался Виктор – наконец-то без своей неизменной шляпы.

– Мне есть дело. Никто из этого рода больше не достоин вести стаю. – Виктор шагнул в самый центр круга и закричал так, чтобы слышали все. – Я всё понял. Всё до последней детали. Просто никто из вас не хотел меня слушать. Я привёл сюда одного из наркоторговцев – допросил его. И выяснил, что он получал свой препарат, «Luna de Lobos», прямо от Йоргена.

Полулюди толкнули мужчину вперёд, и тот рухнул на асфальт, ударившись коленями.

Это был Джейк.

Сердце у меня оборвалось. Почему Джейк не был там, среди обезумевших новообращённых оборотней? Я не могла сейчас оглянуться, чтобы посмотреть, как Тени «разбираются» с хаосом. А Джейк смотрел вниз, но рано или поздно он должен был поднять глаза и увидеть меня.

Виктор продолжал:

– Ты недостоин быть вожаком, Лукас. Посмотри на весь этот хаос в своей стае. Столько предателей. Убей мальчика, а потом сразись со мной за право вести стаю!

Лукас следил за Виктором, пока тот гордо расхаживал по кругу.

– Кто ты такой, чтобы указывать мне, что делать? – процедил Лукас.

– Я видел все твои бои. Знаю каждую твою слабость. И теперь все твои трофеи достанутся Виктору! – Он ударил себя в грудь и отступил на шаг.

Лукас сделал три шага в мою сторону, казалось, он идёт за Фенрисом. Тот вжался в меня, а потом, добравшись до края круга, снова перекинулся в волка. Раздались испуганные тявканья, и он метнулся прочь. Лукас будто собрался броситься за ним, но вдруг резко развернулся и рванул на Виктора. Он выбросил вперёд руку и впечатал кулак в живот Виктора, поднимая его силой удара. А потом, не останавливаясь, вонзил всю руку ему в грудь, заставляя Виктора подняться на цыпочки.

– Похоже, у меня твоё сердце, – спокойно произнёс Лукас.

Виктор не мог вымолвить ни слова. Лицо его побагровело, грудная клетка судорожно вздымалась, пытаясь втянуть воздух. Лукас не сводил с него взгляда.

– Никто не будет указывать мне, как вести мою стаю! – Лукас швырнул Виктора за пределы круга, и, едва тот пересёк границу, чёрная волчья форма окутала его, словно плащ. – Лечись и держись позади. И никогда больше не смей меня поучать.

Лукас обвёл взглядом стаю и раскинул руки в стороны.

– Это улажено? Есть ещё кто-то, кто хочет бросить мне вызов? – Стая молчала. – Хорошо. Пусть ни один волос не упадёт с головы Младшего. Доставьте его домой в целости, ко мне.

Он повернулся ко мне, я всё ещё сидела в круге, прижавшись к земле от усталости и напряжения, и протянул руку, покрытую запёкшейся кровью. Учитывая, что за этот вечер в меня уже один раз стреляли оборотни, я всё равно приняла её.

– Ты родилась не в том виде, – произнёс он почти беззлобно.

Я обмякла от облегчения и накатившей изнеможённой слабости.

– Не думаю.

ГЛАВА 52

Лукас ушёл вместе со своей стаей. Я не представляла, как Фенрис-младший будет со всем этим справляться завтра утром. Не сомневалась и в том, какое наказание ждёт Хелен. А на что я обрекла Йоргена, отдав его Дрену? Знать не хотела.

Джейк по-прежнему не поднимал глаз. Интересно, ранили ли его оборотни или он просто боролся с действием «Luna de Lobos»?

– Джейк? – позвала я.

Он поднял ладонь, показывая: «Стой».

– Я в порядке. Просто делай то, что должна, Эди, – тихо ответил он. В другое время я бы не стала с этим соглашаться, но тут нас перебила Анна.

– Есть ещё что-то, что нужно сделать сегодня ночью? – Она упёрла руки в бока и выпрямилась, будто готовясь принять новый удар судьбы.

Я вспомнила, чем занималась прямо перед тем, как погибла Сайк.

– Мне нужно ещё кое в чём признаться.

– М-м-м?

– Я… уничтожила много крови. Фактически всю. Не могла рисковать и позволить им её заполучить.

За спиной у Анны Джина услышала мои слова и вскинула кулак в воздух, будто праздновала маленькую победу.

– Что ж, это было неожиданно, – протянула Анна, а потом огляделась и громко позвала: – Тени!

Луна опускалась всё ниже, и тени от деревьев становились длиннее, гуще. Ближайшая Тень отозвалась:

– Мы можем вернуть больницу в прежнее состояние и исцелить многих из этих людей. Но мы не в силах отыскать отдельные клетки крови и восстановить их. Будь они здесь, возможно. Но их смыли час назад, а до этого денатурировали.

– Денатурировали чем?

– Химическими растворителями.

Плечи Анны опустились, со стороны она выглядела обескураженной. Но когда она заговорила снова, в её глазах вспыхнул холодный расчёт.

– Когда другие Дома узнают… – Она покачала головой, будто изумляясь открывающимся перспективам, и на губах её заиграла жадная улыбка. – Они все будут передо мной в долгу. И, разумеется, я буду великодушна и предложу им пинту за пинтой замещающей крови. За символическую плату.

– А в тебе это всё-таки есть, – сказала я.

– Да, есть. – Она коротко, почти незаметно кивнула мне, словно подтверждая: мы с ней на одной стороне. – Так и быть, Тени, – уже громче произнесла она. – Ускорьте процесс. Рассвет близко.

Я подошла проверить, как там Рэйчел и Гидеон. К нам присоединилась Джина.

– Никогда не видела столько оборотней, – Рэйчел смотрела по сторонам с каким-то благоговейным ужасом.

– Рада, что Чарльза тут нет. У него бы случился припадок, – Джина скрестила руки на груди. – Скучаю по нему.

– И я. – Я перевела взгляд на Гидеона. – Ты в порядке? Тебе понадобится новая шляпа.

Гидеон поднял руку, продемонстрировал палец без «антенны», а потом показал большой палец, типа, всё нормально.

***

Ближе к больнице оборотни выстраивались в очереди. Там, где раньше они были опьянены «волчьей водой» и находились под контролем Дома Грея, теперь Тени брали ситуацию в свои руки, расставляя их в ровные ряды и разбираясь с каждым по очереди. Волна чёрной тени прокатывалась по ним: оборотни с искажёнными руками и мордами входили в неё, а выходили уже обычными людьми.

Выжившие бродили кругами, растерянные, не понимая, как оказались на холодной зимней парковке больницы. Потом они потихоньку расходились.

Некоторые не выходили из этой волны вовсе. Другие, лишившись звериной силы, теряли способность двигаться: один рухнул, как камень, и тут же раздался женский крик.

– Не волнуйся, – прогнусавило одно из кошмарных теневых существ, почувствовав мой взгляд. – Мы можем спрятать мёртвых.

– Это ужасно, – прошептала я.

– Хавьер! – снова закричала женщина.

– Чёрт. – Я заковыляла в ту сторону.

***

Лус держала Хавьера, а он хватал ртом воздух, как выброшенная на берег рыба. Она дико озиралась по сторонам.

– Где мы? Как мы сюда попали? Что с Хавьером?!

О боже. Он умирал здесь, на холоде. Мы были слишком далеко от больницы, чтобы попытаться дотащить его внутрь. «Luna de Lobos», которую Лус дала ему без моего ведома, вернула ему ноги и исцелила позвоночник, но лишь на время.

– Лус, – начала я.

Не знаю, узнала ли она меня или просто почувствовала знакомый силуэт медсестры.

– Ты! Помоги ему! – Она качала его на коленях, а он синел у неё на руках.

– Я не могу. – Все экстренные службы исчезли. Техники разошлись по домам. Четыре медсестры, одна из которых только что слилась с ослепительным, осуждающим светом, явно не справятся с такой бедой.

– Он умрёт! – кричала Лус. – Сделай хоть что-нибудь!

– Тени? – Я опустилась на колени и стукнула кулаком по земле. В тени, отбрасываемой бетонным бордюром, мне ответили.

– Его время истекло. Мы исправляем порядок вещей, а не меняем судьбу.

Лус продолжала плакать и укачивать его.

– Сделайте что-нибудь! Быстрее! Я готова отдать за него свою жизнь!

– Ты правда это имеешь в виду? – Анна подошла бесшумно, но прозвучала так, будто рухнула каменная плита.

Лус уставилась на Анну, и в её взгляде кипела ярость пополам с отчаянием.

– Конечно!

– Ладно. – Анна присела на корточки и с силой прокусила собственную руку. Потом прижала окровавленные пальцы к губам Хавьера, он судорожно втянул воздух. Анна подняла глаза на Лус и протянула ей руку.

– Теперь с ним всё будет в порядке. Пойдём со мной.

Лус смотрела на окровавленную руку Анны, не понимая.

– Ты сказала: «Свою жизнь за его». Ты человек слова или нет? – Анна встряхнула рукой, и капли крови сорвались вниз.

Лус схватила её руку. А когда Анна отпустила, она большим пальцем провела по лбу Лус, оставляя кровавую полосу.

– Хорошо. Останься с ним пока. Я за тобой вернусь. – Она выпрямилась и пошла прочь.

Я поспешила за ней, но Анна заговорила раньше, чем я успела что-либо сказать:

– Мне нужна сестра, а не служанка. Я обращу её завтра ночью.

– Анна… Сайк нельзя заменить, как какую-то игрушку.

Анна резко остановилась.

– Я чувствую её потерю сильнее, чем ты. Ты просто чувствуешь вину, – бросила она, и от этих слов стало так, будто в грудь снова вонзили вампирский клинок. Но потом её лицо смягчилось, когда она посмотрела на меня. – Сейчас моё право – строить свой Дом. Я спасла ему жизнь, а девушка согласна. Такова цена крови.

Тут подошла группа вампиров, которых я смутно припоминала: это были те самые, что сегодня вечером подавали коктейли с кровью Анны во время её восхождения.

Анна жестом включила их в разговор.

– Обычно утрата такого количества драгоценной крови – преступление, караемое смертью. Но ты уже однажды проходила через суд, и мы обе знаем, чем он закончилось. Остаётся лишь одно подходящее наказание.

– Какое? – Джина встала рядом со мной, готовая защищать, будто собиралась броситься в бой.

Анна одобрительно ей улыбнулась, потом снова посмотрела на меня:

– Мы отречёмся от тебя, Эди. Никто не будет с тобой связываться, под страхом смерти. Теперь этот мир для тебя закрыт.

– Постой… что? – У меня перехватило дыхание, я не могла поверить, что услышала это правильно.

Она подошла ближе и подняла руку, чтобы коснуться моей щеки.

– Помнишь, я поклялась не причинять тебе вреда?

Я молча кивнула.

– Я сдержала слово. И буду скучать по тебе, Эди. – Она отступила, и я почти физически ощутила, как между нами вырастает стена. Потом она бросила мне ключи и я поймала их. – Возьми машину Дрена. Уезжай. Будь в безопасности.

– Постараюсь, – ответила я, и горло сжалось так, что слова давались с трудом. Это было самое малое, что я могла пообещать после всего, что случилось этой ночью.

ГЛАВА 53

Анна ушла к своим сородичам, оставив моих коллег и Джейка в редеющем лунном свете.

С Джейком я решила разобраться в последнюю очередь. Он был таким тихим, наверное, до сих пор не пришёл в себя.

Рэйчел стиснула меня в объятиях, а потом похлопала по спине, будто подбадривая:

– Ты справилась.

Джина плакала так, что не могла вымолвить ни слова. Всё, что хотела сказать, она сказала этим объятием.

Последней я подошла к Мясник. Она крепко прижала меня к себе, потом схватила за плечи и посмотрела прямо в глаза:

– Не оглядывайся, Эди. Просто уходи.

После этого наконец поднялся Джейк.

– Подбросишь до дома, сестрёнка?

– Конечно. – Я протянула ему руку, и он её взял.

***

Было даже хорошо, что у меня есть повод держаться спокойно, пока мы шли к машине Дрена. Иначе я бы просто сломалась.

Из тени фонарного столба, которая лежала на асфальте, будто рваный шрам, донёсся голос Теней:

– Хочешь, мы его исправим для тебя?

Я посмотрела на Джейка, он выглядел растерянным. Покачала головой:

– Нет. Нам с ним нужно поговорить.

– Как пожелаешь. Да и всё равно никто ему не поверит.

Тень снова стала просто тенью, а я открыла двери машины.

***

Машина Дрена была куда лучше моей. Я мрачно подумала, оставят ли её мне. Мы с Джейком ехали молча. Я почти надеялась, что он заговорит первым, я точно не знала, с чего начать этот разговор.

– Джейк…

– Сверни здесь. – Он указал на приближающийся съезд.

– Но это не…

Я взглянула на его руку и поняла, что это уже не рука Джейка. У меня перехватило дыхание, а потом до меня дошло: Ашер принял облик Джейка.

– Это дорога к моему дому. У меня нет с собой телефона, а такси тут вряд ли встретишь, – произнёс Ашер своим мягким британским акцентом.

Я резко вывернула руль на съезд. По встречной полосе пронеслась вереница машин экстренных служб, Теням предстояло многое исправить до рассвета.

– Ты… ты ведь к нему прикасался, да?!

Ашер пожал плечами, будто это вообще не стоило обсуждения.

– Это было несложно. Твой брат любит тебя, где-то в глубине души. Мне просто пришлось убедить его, что тебе будет лучше без него, чтобы он уехал из города. Четыреста долларов тоже не помешали.

Я ударила ладонью по рулю.

– Дело не в этом, чтоб тебя! – Я наклонилась, опустив плечи.

Я была рада, что Тени до сих пор оберегали брата от худшего, несмотря на его привычку выпивать по четыре флакона «сока с отпечатком лапы» в день. Но кто знает, станут ли Тени его защищать теперь, когда меня изгнали? А с исчезновением его поставщика «Luna de Lobos» я не сомневалась, что он найдёт что-нибудь покрепче для продажи. И он никогда не узнает, что все мнимые «полезные свойства» этого зелья были для него чистым плацебо.

Я молча следовала указаниям Ашера, пока не подъехала к его дому. Остановилась на подъездной дорожке. Он повернулся ко мне:

– Что бы ни случилось с твоим братом, Анна права. Так безопаснее.

– Я знаю. Согласна. – Я уставилась на руль. После сегодняшней ночи я не могла этого отрицать. Я пыталась держаться в игре с той самой секунды, как меня ранили. Это было безумие.

– Эди, изгнание – это касается всех. Оборотней тоже.

Я примерно так и думала, просто не хотела признаваться в этом даже себе. Кивнула, глядя на приборную панель.

– Эди…

Я повернулась к нему и протянула руку.

Он непонимающе посмотрел на неё.

– Серьёзно? Просто рукопожатие?

В полумраке салона я посмотрела на него:

– Нет.

Он потянулся ко мне, а я подалась вперёд. Наши губы встретились на полпути. Я поцеловала его отчаянно, и он ответил так же. Я хотела отпустить всё, что успела испортить, и думать только об этом мгновении, потому что, если я начну думать о чём-то ещё, я просто расплачусь.

И, стараясь не думать, я упустила момент. Его губы отстранились. Он чуть отодвинулся, вглядываясь в моё лицо, будто боялся его забыть, хотя я знала, что для него это ложь: он никогда ничего не забывал. Он ничего не сказал, просто открыл дверь машины и вышел. Не обернулся. Я смотрела ему вслед и надеялась, что он оглянется. Но он не оглянулся.

Я завела машину и выехала со двора.

***

Когда я добралась до парковки у своего дома, рассвет был уже совсем близко. Я встала на первое попавшееся место и пошла к подъезду. Из темноты ко мне шагнул человек и пошёл рядом.

– Мне нужны мои ключи, – сказал Дрен.

– Разве ты не должен теперь меня избегать? – Мои шаги хрустели по снегу.

– Обычно изгнание вступает в силу с рассветом. Это даёт обиженным сторонам последний шанс свести счёты.

– Полагаю, такая юридическая тонкость как раз в духе Живодера.

Он протянул свою укороченную руку:

– Ты всё ещё должна мне за мою руку.

– Изгнание не аннулирует мои долги?

– Нет. Просто я больше не смогу к тебе приставать из-за них.

Я остановилась, и Дрен тоже.

– В этом нет никакого смысла.

Он ухмыльнулся – эта ухмылка добралась даже до его травянисто-зелёных глаз.

– Скажем так: у меня такое чувство, что мы ещё увидимся.

Я открыла рот, чтобы сказать: «Надеюсь, что нет». И думала, что правда этого хочу. Но на самом деле я не знала, чего хочу. Мне была ненавистна эта ночь и всё, через что я прошла, но и обычная жизнь, которая ждала впереди, пугала меня не меньше.

Я подбросила ключи, и он поймал их.

– К тому же, Эдит, ты из тех, кто вечно влипает в неприятности… или погибает, – бросил Дрен.

Я так и осталась с закрытым ртом, не найдя ни одного слова в ответ. Он отвесил нарочито пышный поклон и, развернувшись, зашагал прочь, оставляя за собой цепочку следов на снегу.

Добравшись до своей двери, я отперла замок и вошла. В квартире всё было по-прежнему: ковёр ещё хранил новизну, и, ступив на него, я вдруг почувствовала себя так, будто шагнула на землю совершенно незнакомого мира.

Приняла душ. Потом просто сидела и ждала, пока придёт рассвет. А когда он наконец наступил, я уснула.