Текст книги "Лунная смена (ЛП)"

Автор книги: Кэсси Александер

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 22 страниц)

ГЛАВА 30

Единственное, чего мне стоило опасаться по пути к машине, так это гололеда. Погода и не думала брать пощаду – вместо того чтобы насыпать нормального снега и окончательно парализовать город, на улице то и дело слегка теплело, ровно настолько, чтобы покрыть все поверхности свежей, идеально гладкой коркой льда. Я юркнула в салон, и мотор, к моему облегчению, завелся с пол-оборота. Проявив секундную дальновидность, я выудила из сумочки пластинку ибупрофена и перекинула её в бардачок – очень не хотелось бы через две недели, когда у меня начнутся месячные, обнаружить, что Джейк их благополучно спиздил.

Брат уже поджидал меня на обочине у ворот Арсенала. Завидев мою развалюху, он шутливо выставил большой палец, как заправский автостопщик, а я в ответ моргнула ему дальним светом.

– Привет, сестричка! – весело воскликнул он, запрыгивая на переднее сиденье.

– И чем я заслужила такую честь? – спросила я, плавно отъезжая от бордюра.

– Обычное дело. Твоим отменным вкусом на родственников и тем фактом, что у нас общая мама. – Он задорно ухмыльнулся мне в зеркало заднего вида. – Как сама?

– Ну так… Устала как собака.

– Ты работаешь в ночную смену. Ты всегда уставшая.

– Твоя правда.

– Но у меня для тебя сюрприз.

– Да неужели? И какой же?

– Сегодня я угощаю.

Я тут же щелкнула правым поворотником.

– Ты чего? – удивился он.

– Беру курс на ближайший «Бургер Кинг».

Он фыркнул:

– Давай прямо еще два светофора, а на следующем повернешь налево.

Я послушно выполнила его инструкции, а дальше он уже координировал меня по ходу движения. В итоге мы припарковались у закусочной в районе, который с большой натяжкой можно было назвать приличным. Я бывала здесь давным-давно, когда мама высаживала нас с Джейком у полузабытого зала игровых автоматов, выдав горсть четвертаков, чтобы мы убили где-нибудь вторую половину дня. Автоматов уже и след простыл, а вот забегаловка устояла.

– Ого, ну и привет из прошлого, – заметила я, заезжая на тесную парковку.

– Я так и думал, что тебе понравится.

– Спасибо. Кажется, и впрямь нравится. – Он вежливо придержал передо мной дверь на входе.

Проходя мимо него, я заметила, что одет он прилично и вообще выглядит весьма опрятно. Моему разуму было чертовски трудно состыковаться с этой новой версией Джейка – чистым, вежливым и заботливым. Официантка проводила нас к угловому диванчику.

– Всё как в старые добрые времена. Хочешь шоколадный коктейль? – спросил Джейк, пока девушка ждала наш заказ на напитки.

– Пожалуй, лучше горячий шоколад. И бургер, пожалуйста.

– Мне то же самое. Только двойной.

Официантка черкнула что-то в блокноте и удалилась.

– Ну? – я выжидающе уставилась на брата.

– Что «ну»?

– Серьезно, Джейк. Что случилось? – Я сняла шапку и положила её на стол. Внутри, по крайней мере, было тепло и уютно. И, что немаловажно, никаких безглазых киборгов.

– А у меня обязательно должно что-то случится?

– В твоем случае – всегда.

– Я просто очень хочу, чтобы ты снова начала мне доверять.

– И сколько раз ты меня обкрадывал, Джейк?

– Я не хочу ворошить прошлое.

– Как удобно.

– Неужели мы обязаны перемывать одни и те же кости каждый блядский раз, когда встречаемся?

Я прищурилась, глядя на него:

– Ну, разве что в те дни, когда мы вообще не разговариваем.

Он скрестил руки на груди и по-детски высунул язык. Я не сдержалась и прыснула от смеха. Официантка как раз принесла наш горячий шоколад, и мы на какое-то время увлеклись, размешивая ложками зефирки.

– Я тебя не виню, – начал Джейк, и я уже приготовилась к привычной отговорке, которая всегда следовала за этими словами: «Я не виню тебя за твои проблемы, например за то, что ты мне не доверяешь», – и при этом ни слова о собственных косяках. Но на этот раз он продолжил: – Я не виню тебя за то, что ты на меня злишься. Но хочу, чтобы ты знала: я начал новую жизнь.

От меня не ускользнула ирония: на дворе мёртвая зима, и никакой новой листвы не будет до самой поздней весны.

– В каком смысле?

– Для начала – я сегодня плачу за ужин. А в следующем месяце оплачу свою половину счёта за телефон.

Я поджала губы. Будь мы обычной семьёй, такие вещи обрадовали бы меня – это были бы признаки того, что мой непутёвый брат наконец встаёт на ноги. Но Джейк научил меня одному: у всего всегда есть подвох.

– На какие шиши?

Джейк небрежно пожал плечами.

– Нет. Серьёзно, Джейк. Мне нужно знать.

– Просто в последнее время много работаю, вот и всё.

– Об этом и речь, Джейк. – Я не могла прямо сказать брату, чтобы он перестал тусоваться с бездомными – с белыми парнями с дредами, которые, скорее всего, торгуют наркотиками. – Чем именно ты занимаешься?

– Тем да этим.

– Торгуешь наркотиками, – предположила я, уже готовясь выскользнуть из кабинки. Подходящее ли это время, чтобы устроить сцену? Да и бывает ли подходящее время для такого? Из всего, что Джейк мог сделать, чтобы окончательно оттолкнуть меня, это было бы самым страшным, последней каплей.

– Нет. Энергетическими добавками.

– Теперь так называют метамфетамин?

Он глубоко вдохнул и выдохнул.

– Я знал, что ты всё усложнишь, Эди.

– Прости. Рада, что у тебя всё налаживается. Но если ты берёшь деньги за то, что толкаешь наркотики, а потом пытаешься на них меня накормить – я этого просто не вынесу.

– Это не наркотики! – возразил он. Я встала, и он тут же вскочил следом. Теперь на нас косились другие посетители.

– Почему ты просто не можешь в меня поверить? – прошипел он.

– Ты серьёзно это спрашиваешь? – мой голос сорвался на крик. Он вытянул руки ладонями вверх, будто умоляя.

– Эди. Я тебя люблю. Мне просто нужно, чтобы ты ещё хоть раз в меня поверила. Всего один раз.

Я стояла и смотрела на него сверху вниз, разрываясь между желанием убежать и желанием броситься к нему. Сделала тяжёлый, глубокий вдох – и снова опустилась на сиденье.

– Энергетические добавки, – повторила я, будто пытаясь убедить саму себя.

Он кивнул.

– Они реально популярны. В следующем месяце я оплачу счёт за телефон. Весь счёт, не только свою половину. Я тебе должен.

– Ладно, – сказала я ему и себе. – Ладно.

***

Нам принесли ужин. Джейк раскрыл свой бургер и под моим пристальным взглядом полез в карман, вытащил целую горсть стеклянных флакончиков.

Я уже видела такие. «Luna de Lobos». Точно такие же были у Лус и, возможно, она тайком дала один Хавьеру, пока я отвернулась. У флакончиков Джейка не было этой шрёдингеровской неопределённости: он открутил крышки и высыпал содержимое прямо на бургер – капли растеклись по сыру. Он заметил, как я брезгливо поджала губы.

– Эй, я не просто владелец, я ещё и участник. – Он водрузил верхнюю булочку на место и сделал широкий жест, будто только что провернул фокус, а потом достал из кармана ещё один полный флакончик и поставил передо мной.

– Что там внутри? Витамины и средство для мытья стёкол?

– Скорее витамины и кофеин. – Он откусил несколько раз, улыбнулся и отложил бургер. – Знаешь, Эди, я правда думаю, что именно эта штука дала мне второй шанс.

– В каком смысле? – я подняла флакончик, разглядывая его, и всмотрелась в лицо Джейка, искажённое голубоватым стеклом. Внутри плавали какие-то крупинки – похожие на перец.

– Просто… с тех пор как я начал это… – его голос затих: он явно подбирал слово, которое не выведет меня из себя. – …участвовать в многоуровневом маркетинге, – наконец выдавил он.

– Угу.

– Тяги, которые раньше были, пропали. Я купил один такой, начал принимать – и все остальные позывы просто исчезли.

Я вспомнила, сколько денег давала ему, когда он «заботился» обо мне после того, как меня пырнули ножом. Очевидно, он потратил их не только на обеды.

– А потом я понял, с кем надо поговорить, чтобы самому начать их продавать и получать процент, – и всё пошло на лад, правда. У меня теперь есть деньги. Я больше не хочу ловить кайф. Единственный кайф, который мне нужен, – это ощущение, что я выкладываюсь по полной. – Я видела, как в его глазах вспыхнул огонёк воспоминаний. – Боже, я так хорошо себя не чувствовал с тех пор, как бегал на стадионе.

– Мы оба знаем, Джейки, что это было очень давно. Мы уже не в старшей школе.

– Но суть та же. Я хочу понять, как далеко смогу зайти. Насколько круто у меня получится. Точно так же, как на беговой дорожке в те времена.

Джейк был бы не первым наркоманом, которого я видела: человек бросает одну привычку, а вместо неё тут же цепляется за другую. Я встречала зависимых, которые сожгли себе перегородку в носу, а потом подсели на покупку дорогущих кроссовок – когда кокаин перестал давать нужный эффект. Всегда должно быть что-то, что заполняет эту ноющую пустоту.

– Просто попробуй один. Ну правда, тебе понравится, клянусь. – И вот он опять пытается меня уговорить. Я вспомнила, как в первый раз он протянул мне стеклянную трубку с набитой чашей и хохотал, глядя, как я кашляю от горячего дыма.

– Знаешь, Джейк… – я вернула флакончик на стол. – Рада, что тебе сейчас лучше, но это точно не моё.

– Именно это и не даёт мне снова искать дозу, Эди. Это прямо магия какая-то.

– Ну да. – Я опустила взгляд на свой обычный, ничем не приправленный бургер, потом взяла его и откусила огромный кусок. Лишь бы не сказать того, о чём потом пожалею.

Джейк вздохнул, покачал головой и доел оставшиеся у него на тарелке картошку фри. Когда подошла официантка с коробкой для еды навынос, он взял счёт – и имел наглость пофлиртовать с ней прямо у меня на глазах. Она даже ответила тем же.

Я попыталась посмотреть на него её глазами: не как на очередного клиента, а как на человека. Он выглядел опрятно. Чёрт, он вообще выглядел неплохо. У него были папины карие глаза, а его взлохмаченные каштановые волосы явно нуждались в стрижке, но лёгкая небрежность в этом городе была почти редкостью. Зима заставляла большинство людей расплываться и становиться какими-то рыхлыми. А он выглядел так, будто недавно бывал на улице, будто знает, что делать с футбольным мячом или граблями. Он положил наличные за оба наших ужина и оставил щедрые чаевые – как настоящий взрослый.

Приходилось признать: пусть даже с этой странной жидкостью в голубых флакончиках – я впечатлена. И очень рада, что успела наесться картошки.

– Вот, Эди, возьми. Вдруг передумаешь, – сказал он, когда мы встали.

Я глубоко вздохнула, чтобы возразить, но вдруг поняла, что устала с ним бороться. Суть в том, что Джейк всё равно всегда делает то, что хочет. Он до конца останется продавцом – с ним невозможно выиграть. Мне просто хотелось, чтобы он нашёл это своё призвание пораньше.

– Ладно, хорошо. – Я сунула голубой флакончик в карман, и мы вместе пошли к моей машине.

ГЛАВА 31

Мы ехали к Армори в тишине. Я сосредоточилась на дороге: снегоуборочные машины не появлялись на этих улицах с рассвета, и ехать становилось всё опаснее. Джейк выглядел довольным, будто выиграл какой-то спор, о котором я даже не подозревала.

Я притормозила у обочины в квартале от приюта – тут я могла припарковаться параллельно, не рискуя ни чужими жизнями, ни чужими машинами. Джейк ухмыльнулся, глядя на меня в полумраке улицы.

– Слушай, всё хотел спросить, да забывал: можешь глянуть, не лежит ли кто в больнице? Ты его встречала на Рождество – Рэймонд. – Он заметил вопрос у меня на лице и заговорил быстрее, чем я успела ответить: – Он не вернулся прошлой ночью в приют, и я волнуюсь, вдруг с ним что-то случилось.

– Попал под перекрёстный огонь в войне за энергетические добавки? – саркастически бросила я.

– Или замёрз насмерть после того, как его избили какие-нибудь придурки из колледжа, – так же язвительно ответил Джейк.

– Я посмотрю, – пообещала я.

– Ладно. – Он потянулся ко мне, и мы обнялись прямо на передних сиденьях моей машины – неуклюже, из-за толстых курток и из-за того, что мы давно не практиковались в таких объятиях. Он снова застегнул все слои своей плотной новой куртки.

– Знаешь, Эди, – начал он, глядя в окно. – Жить с тобой было не так уж плохо.

Я порадовалась, что в машине темно, а мотор заглушён: надеялась, что темнота скроет эмоции, которые сменялись у меня на лице.

– На этот раз я мог бы платить, – продолжил он. – Понимаю, сейчас у тебя тяжёлые времена – не знаю почему, но ты не можешь это от меня скрыть. Я не предлагаю вписывать меня в договор аренды или что-то такое, но я мог бы оплачивать половину аренды, и мы снова могли бы делить расходы.

Я-то прекрасно знала тысячу и одну причину, почему жить с Джейком – плохая идея. И это не считая того, что у меня временно обосновались киборг и спящий вампир. Когда пузырь того, что он сейчас продаёт, лопнет, когда у него кончатся деньги, когда он снова попытается употреблять или, хуже того, продавать что-то посерьёзнее… А потом я снова стану той самой плохой сестрой, которая его выгнала.

– Это просто мысль, Эди, – тихо сказал Джейк.

Просто мысль – и от неё всё равно было больно.

– Прости, Джейк. Сейчас мне нужно сначала разобраться со своей жизнью.

– Да, понимаю. – Он протянул руку и легонько постучал костяшками мне по голове, как в детстве, а потом распахнул дверцу машины. Зимний воздух ворвался внутрь и буквально вышиб из меня дыхание. Я снова отправляла его в холод.

– Пока, сестрёнка.

– Пока, Джейк.

Я смотрела, как он выходит из машины и идёт по улице, и чувствовала, как моё сердце раскалывается надвое.

Дорога до шоссе была недолгой – вот только я пропустила съезд: слишком витала в облаках. Не в первый раз я пожалела, что не могу рассказать Джейку всё. Что не могу снова ему доверять, как в детстве. Но прошлое не переписать, а будущее сейчас расплывалось в тумане. Вместо одного левого поворота я сделала три правых и снова проехала мимо Армори.

Притормозила, чтобы глянуть, не видно ли Джейка внутри. Первый этаж здания был ярко освещён, стёкла там были как в банковских кассах. Хоть бы там было тепло. И безопасно.

– Эй!

Я услышала голос, хоть оба окна и были подняты. Вздрогнула, огляделась – наверняка это не мне.

– Эй!

И тут я его заметила: мужчина в фетровой шляпе мчался по улице. Виктор, оборотень, с той самой ночи.

– Эй! – снова крикнул он, размахивая руками над головой, будто пытаясь меня остановить.

Я вдавила газ, надеясь оторваться, но у моего «Шевроле» тяги было не густо. Машина дёрнулась вперёд, а он сорвался с тротуара и выбежал прямо на проезжую часть – мне пришлось в пол ударить по тормозам, чтобы не сбить его. Рывком перевела коробку в задний ход и покатилась назад, почти вслепую.

– Я просто поговорить хочу! – он бежал рядом, колотя по капоту. На металле оставались вмятины.

– Господи Иисусе! – я упёрлась рукой в пассажирское сиденье и глядела назад. Впереди маячил переулок. Я не каскадёр, но…

– Просто поговорить!

Я резко крутанула руль и взмолилась, чтобы навстречу никто не ехал. Машину занесло в переулок, я снова врубила «драйв» и на этот раз выжала педаль в пол. Пронеслась по тёмной улице, глядя, как он мчится следом, всё так же размахивая руками, будто диспетчер на взлётной полосе, пока ночь не поглотила его фигуру.

На этот раз я не пропустила съезд на шоссе и поехала прямиком на работу.

***

Припарковалась на гостевой стоянке, надеясь, что на территории больницы Тени меня прикроют. Что Виктор делал в центре города? Случайность или он за мной следил? Будет ли Джейк в безопасности? Надо было попросить Анну и его защитить. В следующий раз, когда я обратила внимание на то, где нахожусь, я уже была в лифте, который опускался на Y4.

Поддавшись порыву, я нажала кнопку «стоп» и подняла взгляд.

– Эй. – Я постучала свободной рукой по стене. – Вы там, Тени? Это я, Эди. – Постояла в тишине, потом вздохнула. – То ли у вас нет чувства юмора, то ли вы не в курсе популярной литературы.

Снова тишина. Но я была уверена – они слушают.

– Лучше присмотрите за ним и от оборотней тоже, – сказала я в потолок. И отпустила кнопку.

В Y4 я приехала на час раньше. Чарльз зашёл в комнату отдыха, пока я шарила в глубине холодильника в поисках своей аварийной банки диетической колы.

– Привет, Эди! Тебя тоже вызвали?

– Я уже тут была, да и погода дрянь, так что смысла ехать домой не было, – соврала я. – Чего, дел много?

– А когда их мало, – ответил Чарльз и прошёл мимо, достал из морозилки «Хот Покет», сунул в микроволновку, а я тем временем вскрыла колу. – Столько доноров вчера набежало. Зачем им столько крови?

После утреннего разговора с Анной у меня имелись кое-какие подозрения. Поскольку формально я ещё не на смене, я присела.

– Чарльз, а Тени тебя когда-нибудь подводили?

Он обернулся от микроволновки.

– С чего вдруг спрашиваешь?

– Твой шрам. Тот, что ты мне показывал. Тогда они тебя не защитили, верно? Но… что бы они с тобой ни заключили, чтобы ты тут работал, они ведь держат слово?

– Ага, – сказал он, а за его спиной микроволновка отсчитывала секунды назад.

– Можно спросить… что именно?

Он на секунду задумался и тяжело вздохнул.

– Моей жене нужна была пересадка сердца. Она стояла в конце списка.

– То есть… Тени её продвинули?

– Не-а. Ей просто стало лучше.

– Ох… Боже. – Его жена… значит, он не может уйти из Y4. Ну, технически может, но если уйдёт… есть реальный шанс, что она умрёт. Это был какой-то новый уровень ужаса – куда страшнее того, как они привязали к этой работе меня. У меня хотя бы оставалась призрачная надежда, что Джейк когда-нибудь сможет держаться подальше от дури.

Раздался сигнал микроволновки, и он достал свой «Хот Покет».

– Чёрт.

– Вот именно. А как они тебя зацепили?

– Мой брат – полный кошмар. Наркоман. Бездомный. Абсолютно без понятия, что творит. – Мне хотелось выложить Чарльзу всё, что творится в моей жизни, но я знала, что не стоит. У него и так забот хватает, да и он уже предупреждал меня держаться подальше от оборотней. – Мир – опасное место, вот и переживаю за него.

– Ну, Теней я не люблю, но не думаю, что они бросят это место. Тут отличная территория для «кормёжки». Куда им ещё податься? – Он откусил кусок «Хот Покета» и зашипел – изнутри вырвался пар.

– Не могу поверить, что ты взрослый мужчина и до сих пор это ешь.

– Если когда-нибудь встретишь мою жену, не сдавай меня. Она делает мне сэндвичи, но я всё равно по дороге сюда покупаю вот это. – Из кармана у него зазвонил телефон. – Кстати о ней, – ухмыльнулся он, доставая трубку.

– Она тебя каждую ночь дожидается?

– Она тоже сова. Мы отличная команда.

Я улыбнулась. Приятно было знать, что у кого-то отношения всё-таки складываются. Допила колу и выскользнула за дверь.

***

Если я задержусь в Y4, меня тут же поставят в смену. Я снова юркнула в лифт и велела ему везти меня в травматологическое отделение интенсивной терапии.

Если я попытаюсь влезть в систему и пробить данные пациентов ради Джейка, у меня будут проблемы. Но с открытым бейджем и парой незакрытых окон можно было хорошенько порыться по углам. Вряд ли в больнице так уж много белых парней с дредами.

Палата Хавьера и Лус пустовала: теперь там лежала женщина, отливающая оранжевым, как Умпа-Лумпа, – печёночная недостаточность. Готова поспорить, стонала она почти как Гидеон. Наверняка Хавьера перевели в реабилитационный центр, а Лус всё ещё держится ради него – по крайней мере пока. Она крепкая, но это была первая любовь, а первая любовь долго не живёт. Так говорила я – человек, который вообще отказывался признавать, что когда-либо был влюблён.

Я быстро обошла все отделения интенсивной терапии. Убедившись, что хотя бы попыталась помочь Джейку, я написала ему сообщение, пока ждала следующий лифт:

«Твоего друга тут нет».

А потом, не успев толком подумать и пожалеть о сказанном, добавила:

«И я всё ещё думаю над твоей идеей».

Ответ прилетел быстрее, чем я сама успела бы напечатать:

«Спасибо, сестрёнка. Я твой должник».

Как обычно. Лифт приехал, и я вернулась в Y4.

***

После того как я походила по самой кромке правил конфиденциальности, я переоделась в форму и успела как раз к началу смены.

Мясник заметила, как я выхожу из коридора у раздевалок.

– Я только что раскидала задания. Ты сегодня будешь за углом. Джина взяла отгул по болезни.

– Ещё бы.

Брови Мясник поползли вверх – мол, поясни. Я покачала головой.

– Неважно. – Я не могла винить Джину за то, что она захотела пропустить смену после той ночи, что ей выпала. – С кем я в паре?

– С Рэйчел.

Едва Мясник отошла, я скорчила гримасу. Рэйчел была из тех, кто твёрдо верит: четыре лапы – это хорошо, а две – плохо. Её смены почти никогда не совпадали с нашими с Чарльзом. В те редкие разы, когда мы работали вместе, я ни разу не видела, чтобы она хоть немного поболтала с коллегами. Настолько, что у меня сложилось твёрдое мнение: она нас терпеть не может. Провести восемь часов в загоне для оборотней наедине с ней, без единой живой души для разговора, – это будет настоящий ад.

Будто одно упоминание её имени призвало её саму: двойные двери в Y4 резко распахнулись, и появилась Рэйчел.

– Эди, мне нужна помощь. Там посетители.

Первой моей реакцией было удивление: она вообще знает, как меня зовут. Потом я замерла, ожидая, что жалоба развернётся во что-то большее, и лишь через мгновение поняла: это и была вся жалоба. Посетители. У двери её пациента.

Я кивнула.

– Сейчас буду.