Текст книги "Вторая жена господина Нордена (СИ)"

Автор книги: Катя Лакруа

сообщить о нарушении

Текущая страница: 3 (всего у книги 28 страниц)

Глава 4

Адриэн

Девчонка шла, опираясь на меня и понуро опустив голову. Слава богам, молчала. Я не стал отчитывать её за неподобающее поведение: ну хочется взбалмошной госпоже возиться на кухне – пожалуйста. Скорее всего, она делает это нарочно, чтобы вызвать моё недовольство, но я ей такого удовольствия не доставлю. В конце концов, многие дамы из высшего света приглашают к себе именитых поваров и учатся готовить. Правда, судя по порезу, Элианна вряд ли была завсегдатаем кухни и вряд ли очень усердно изучала домоводство в пансионе.

Толкнув дверь в спальню, я завёл её внутрь и усадил в кресло. Девчонка всё ещё шмыгала носом и вообще выглядела несчастной. Никогда не умел утешать плачущих женщин и вряд ли научусь. Лину просто обнимал и ждал, когда слёзы иссякнут. Но обнимать Элианну желания не возникло.

– Обед в два, не опаздывайте, – сказал я и вышел в коридор.

Если бы не Нэйлия, и в кухне не стал бы изображать сочувствие. Недовольство служанки меня не тронуло: и так понятно, что идея с моей женитьбой ей не по душе, но, разумеется, вслух она этого никогда сказать не посмеет. Пусть привыкает: даже она должна верить, что я потерял голову от госпожи Азерис.

Я вернулся в кабинет и сел в кресло, чувствуя себя совершенно выжатым. Женат второй день, а жизнь уже успела превратиться в какой-то хаос. Покоя дома, кажется, теперь не дождёшься. Я предвидел, что Элианна не будет тихонько сидеть в спальне и вышивать цветочки, но и стольких проблем сразу не ожидал. И вроде не похоже, чтобы девчонка делает это нарочно: даже такая сумасбродка вряд ли станет калечиться, просто чтобы меня позлить.

Тяжело вздохнул, откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. Ещё и бессонница вернулась, демоны её побери. Наверное, придётся просить Эксерса снова дать мне то сильное снотворное.

Подвинув к себе справочник по судебным прецедентам, открыл нужную страницу, но сосредоточиться не получилось: мысли снова вернулись к собственной жизни. Если бы не эта дурацкая брачная неделя, завтра ушёл бы в свой кабинет в Доме правосудия. Там хотя бы можно спокойно работать.

Ладно, что толку сетовать? Может, мой план и не безупречен, но попробовать надо. А значит, придётся терпеть. Кстати, надо бы связаться с целителем и спросить, может он нас сегодня принять или нет. У него даже в выходной полно пациентов. Для меня он время всегда найдёт, но злоупотреблять его добротой тоже некрасиво.

Потянувшись к кристаллу магпереговорника, прижал к нему ладони, направляя мысли на целителя. Кристалл начал тонко звенеть. Отлично, связь есть. Спустя полминуты кабинет заполнил низкий, хрипловатый голос Рониэля:

– Адриэн, старина, рад слышать. Прости, что заставил ждать: как раз заканчивал с пациентом. Так как, тебя уже можно поздравлять?

– Надо же, а я думал, ты забыл, – ухмыльнулся я.

– Издеваешься, да? Ну прости, что не смог приехать. Сам знаешь, с этой работой вся жизнь мимо проходит, даже на свадьбу друга не вырвешься. Вот была бы церемония в Леренсе…

Именно поэтому я сразу отказался от мысли проводить церемонию в столице: не хотел лишней шумихи. А Азерисы так торопились избавиться от непутёвой дочери, что без возражений приняли все мои пожелания. И, признаться честно, я рад, что друзья не приехали: нарочно предупредил их в последний момент. Но им об этом знать не обязательно.

– Не переживай, я всё понимаю. – Я поменял местами руки на кристалле.

– Как всё прошло?

– Как любая другая свадьба, – ответил я.

– Я не только о церемонии, – и Эксерс издал сдавленный смешок. – Меня больше интересует то, что было после.

Я демонстративно вздохнул, но Рониэль не смутился.

– Теперь точно и бессонница пройдёт, и нервы придут в порядок, и магический баланс наладится. Все современные исследования подтверждают, что супружеская близость действует на организм крайне благотворно.

Эксерс – толковый целитель и прекрасный человек, но его бестактность даже меня способна вывести из равновесия.

– Рэмиса на тебя нет, – ухмыльнулся я.

– Уверен, ему тоже было бы интересно, – не сдавался Эксерс. – Развесил бы уши и с радостью послушал.

– Вот женишься, и мы с ним с радостью послушаем твой отчёт.

– Ну и ладно. – Рониэль изобразил обиду в голосе. – Не очень-то и хотелось. А вообще, от души поздравляю вас с Элианной и желаю счастья. Буду рад познакомиться с ней.

– Непременно познакомишься, и гораздо раньше, чем думаешь.

– Что, неужели есть повод меня навестить?

– Привезу её к тебе на осмотр прямо сегодня, если найдёшь для нас время.

– Конечно, привози, это не обсуждается. – Тон Рониэля разом стал серьёзным. – Что с ней случилось?

– Аллергия на укус комара, глубокий порез и несколько незначительных царапин. Я, конечно, постарался оказать первую помощь, но лучше, если ты посмотришь. Особенно меня беспокоит укус: выглядит… жутковато.

– У меня никто не записан на четыре. Вас устроит? Если нет, могу кого-нибудь перенести. Только скажи.

– Приедем к четырём.

– Вот и отлично. Тогда до встречи. А теперь извини, мне пора бежать: в приёмной уже целая толпа пациентов. И это несмотря на выходной! – Эксерс картинно вздохнул, но я-то знал, что он не против такого положения дел: собирается жениться будущей весной и вовсю откладывает деньги на свадьбу. Вообще он человек прижимистый, но ради своей невесты готов потратить все сбережения.

– Беги, конечно. – И я убрал руки с кристалла, обрывая связь. Взял со стола карандаш и почесал им за ухом. Одно дело сделано. Надо только не забыть пригласить Эксерса с невестой в гости в воскресенье, раз уж собираю друзей. Взглянул на часы: половина второго. Скоро обед, потом – визит к целителю… Нет, определённо, если Элианна не перестанет подкидывать мне проблем, придётся запереть её в спальне. Может, ещё и к кровати привязать для надёжности.

Мне так и не удалось нормально поработать: мысли были далеко, и я впервые за долгое время просто не мог сосредоточиться. Слова Рониэля всё ещё звучали в ушах. И почему люди считают, что время лечит? Да, оно притупляет боль, но память-то себе не сотрёшь… Поэтому я и растерял весь прежний круг общения. Остались только самые упёртые – Рэмис и Эксерс.

Словно в ответ на мои мысли магпереговорник замигал синим, и перед мысленным взором предстал Яник. Я снова прислонил ладони к кристаллу и ответил:

– Доброго дня, Яник.

– Адриэн, дружище, ну что, тебя уже можно поздравлять?

Ещё один. Даже фразы те же.

– Можно. – Я постарался изобразить в голосе счастье. По-моему, получилось не очень.

– Тогда прими поздравления, старина! Счастья вам обоим. Пусть боги хранят ваш брак. Как свадьба прошла?

– Как положено: спокойно и согласно обычаям. – Я пожал плечами, будто Яник мог меня видеть.

– Рад за тебя. Надеюсь, и брачная ночь не разочаровала.

Я выразительно хмыкнул.

– Вы с Эксерсом сговорились, что ли?

– В отличие от Эксерса я не жажду знать подробности, – тут же нашёлся Яник. – Просто к слову пришлось.

– Ты лучше расскажи, как прошёл твой визит к отцу?

– И не спрашивай. Старик совсем из ума выживает: я-то думал, что-то серьёзное стряслось, а он, оказывается, хотел обсудить перестройку дома. Мы с Мэдейлин за эти два дня устали так, словно поле перепахали вручную. Да и маменьку жаль: приходится терпеть сумасбродства. А так-то я, конечно, лучше бы на твоей свадьбе потанцевал.

– Ладно, не расстраивайся. Мы особенно не задержались, как видишь. Приехали поздно вечером.

– Зато тебе предстоит весьма приятная неделя, – хитро засмеялся Яник. – Никаких подследственных, никаких допросов, знай себе развлекайся с молодой женой.

Ещё один!

– Кое-кто нарывается, – предупредил я.

– А что я такого сказал? Просто озвучил факты.

– В следующий раз будь добр такие факты озвучивать исключительно про себя. А вообще я хотел позвать вас на ужин в воскресенье. Заодно и с Элианной познакомитесь, раз уж на свадьбу не попали.

– Отлично! – По голосу Яника было слышно, что он заулыбался. – С огромным удовольствием. Мэди просила передать тебе привет и поздравления. Мы оба за тебя ужасно рады.

– Спасибо. Передавай Мэдейлин поклон от меня.

– Прямо сейчас схожу и поклонюсь. И вообще, пожалуй, закончу отвлекать тебя от общества жены. – Яник снова хохотнул.

– Не забудь про воскресенье, остряк, – притворно суровым тоном сказал я. – Приходите к семи.

– Даже не надейся, что забуду. Будем ровно в семь!

И разговор прервался. Я слегка выпрямился в кресле. Несмотря на поздравления и дурацкие шуточки, друзья не очень-то верят в мою внезапную влюблённость и желание наладить личную жизнь. Ну, на то они и друзья, что слишком хорошо меня знают, а я чувствую их ложь. Яник, как только узнал о свадьбе, стал смотреть на меня с таким подозрением, будто я собираюсь совершить нечто противозаконное, но никаких соображений не высказывал. Рониэль притворялся удачнее, однако и ему меня провести не удалось, хотя я ценил его деликатность. Вот даже сейчас оба сделали вид, что верят… Надо попытаться их переубедить, чтобы понять, может ли сработать мой план или нет.

Я повернул голову и уставился в окно, однако перед глазами будто застыла пелена. Яник и Рониэль видели меня разным. Таким, каким не видел больше никто и никогда. После трагедии я приходил в себя сначала в доме Рониэля, а когда по моей милости ему пришлось затеять в доме ремонт, меня забрали к себе Яник и Мэди. Моих возражений никто и слушать не стал.

– Надо будет, свяжем и притащим насильно, – хмуро предупредил Яник.

Признаться честно, тогда я хотел, чтобы они все от меня отвернулись, однако друзья оказались непоколебимыми. Конечно, они до сих пор за меня переживают, но уж точно не осуждают. Скорее, недоумевают. Но молчат.

Отвернувшись от окна и снова откинувшись на подголовник кресла, я постарался настроиться на работу. Но ничего не получалось: мысли разбегались, ни на чём не задерживаясь. В конце концов я перестал сопротивляться и прикрыл глаза.

– Адриэн, – раздался совсем рядом такой родной и желанный голос. – Я тебя всегда поддержу, ты же знаешь. Если тебе нужно было жениться, значит, есть какой-то план. Правда же, любимый?

– Лина? – одними губами прошептал я.

Перед глазами появился смутный образ. Снова без лица, как обычно: Лина никогда не снилась мне такой, какой была при жизни.

– Но разве ты не должна меня осуждать? – продолжил я.

– Ни за что. Кто ещё всецело тебя поддержит, если не я?

– Ты точно не одобрила бы мой план, если бы знала все тонкости. Ты слишком добрая и светлая.

– Я просто тебе доверяю.

И вдруг со стеллажей с громким стуком начали падать книги. Я вздрогнул, открыл глаза и выпрямился в кресле. Книги на месте, а стучат в дверь. Вовремя задремал, нечего сказать! По телу прошёл озноб, а душу скрутила тоска. Как всегда после снов, в которых являлась Лина.

Бросил взгляд на часы: ровно два. Конечно, разве Нэйлия хоть когда-то опаздывала?

– Войдите, – ответил я, крепко зажмуриваясь и снова открывая глаза.

– Господин Адриэн, обед подан. Госпожу сейчас позову, – сообщила Нэйлия, лишь слегка приоткрыв дверь.

Я попытался взять себя в руки, но не сразу смог подняться из кресла. Озноб не проходил, голова казалась ещё более тяжёлой, чем после обычной бессонной ночи, а в ушах стоял голос жены.

Открыв дверь, я вышел в коридор. Нэйлия уже ушла, зато под дверью обнаружилась Элианна: она явно ждала меня. Вид у девчонки был по-прежнему потерянный.

– Столовая там. – Я кивнул на двойные двери. – Разве Нэйлия вам не сказала?

– Знаю. Но я… не была замужем и не помню, имеет ли жена право прийти первой.

Выглядит несчастной, но язвить всё-таки не разучилась!

– Принесу вам из библиотеки книгу с правилами этикета, освежите знания, – криво усмехнулся я, поправляя ворот рубашки и приглаживая волосы. На мгновение показалось, что девчонка вздрогнула.

– Может, вы лучше сами расскажете, как должна вести себя жена?

– Поменьше болтать в присутствии мужа. Это, пожалуй, главное. А если вы вдруг первой сядете за стол, так и быть, прощу. Так что идите в гостиную, я сейчас приду.

И, обойдя Элианну, направился в ванную: надо бы привести себя в порядок. Зеркало подтвердило, что вид у меня тот ещё: бледный, под глазами тени, сами глаза красные, из «хвоста» вылезло несколько прядей. Хотя, наверное, для устрашения новой жены вполне сойдёт: не зря её аж в дрожь бросило.

Тщательно умывшись и заново собрав волосы, я направился в гостиную. Элианна сидела за столом, сложив на коленях руки. Напротив неё молча стояла Нэйлия, уже готовая нас обслуживать. Я отодвинул стул и сел, кивнув служанке. При этом очень старался не думать о том, что отныне так будет всегда: слишком привык к одиночеству и уединению.

Нэйлия положила мне на тарелку рагу из овощей с мясом – как всегда по понедельникам. Потом обслужила Элианну и удалилась, пожелав нам приятного аппетита.

Все семь лет я пытался убедить служанку, что могу, как и она, есть в кухне, однако успеха не добился. «Господин Адриэн, так положено, вам ли не знать. И мне спокойнее», – твердила эта упрямица. Конечно, я мог просто настоять на своём, но всё время откладывал, а потом просто привык.

– А камин вы разжигаете? – В мысли вторгся голос девчонки.

Я отложил взятую было вилку и поднял на Элианну взгляд: разглядывает камин так заинтересованно, будто у них в доме ничего такого нет. Очередное притворство? Или просто повод завести бесполезный разговор?

– В этом нет необходимости. Когда я дома, сижу в кабинете.

Элианна, кажется, была разочарована, но больше ничего не сказала. И мы, наконец, приступили к обеду. Девчонка и в самом деле проголодалась, и я почувствовал себя неуютно. Я ведь нарочно велел Нэйлии не оставлять завтрак, чтобы Элианна сразу привыкла к распорядку дня и правилам. Служанка, кажется, только позлорадствовала, хотя и сохраняла невозмутимый вид.

Я ел без особого воодушевления, почти не чувствуя вкуса. В общем-то, к этому тоже привык: просто знаю, что Нэйлия прекрасно готовит. Голова прояснилась, но тоска не ушла. Чтобы немного отвлечься, глянул на Элианну. Девчонка тоже явно оценила обед: справилась со своей порцией, когда у меня с тарелки не убыло и половины, однако просить добавки явно не решалась. Надо же, какая скромная! Однако я всё-таки позвал Нэйлию, позвонив ей в кухню. Служанка появилась почти сразу же.

– Да, господин Адриэн?

– Положи добавки госпоже, – сказал я, тщетно пытаясь подавить усмешку.

– Э-э… наверное, мне хватит, – пробормотала девчонка, опустив глаза и украдкой почёсывая руку. – Но… вообще это очень вкусно, Нэйлия.

– Не без вашей помощи, госпожа. Вы вот даже пострадали. – Нэйлия взяла миску и подошла к Элианне. Я отложил вилку и задумчиво наблюдал за тем, как служанка накладывает девчонке ещё порцию. То, что она явно поддела Элианну, мне не понравилось. Просто потому, что в случае конфликтов между ними решать их придётся мне.

– Я разве что крови туда добавила, поэтому заслуга целиком ваша, я не имею привычки присваивать себе чужие успехи. – Девчонка открыто посмотрела на служанку. Судя по взгляду, почувствовала издёвку.

Нэйлия, как ни странно, смиренно опустила голову и сосредоточилась на своих прямых обязанностях.

– Достаточно, госпожа? – спросила она.

– Да, вполне. Спасибо, Нэйлия.

Служанка снова оставила нас, а я вспомнил, что не предупредил девчонку насчёт визита к целителю.

– В четыре нас будет ждать целитель Эксерс, Элианна. Это мой старинный товарищ, к тому же своё дело знает прекрасно. От пациентов нет отбоя даже в выходной, как видите.

– Может, не стоило его беспокоить? – Элианна нервно выдернула из подставки салфетку и прижала к губам. – Я, в общем-то, в порядке.

– А руку чешете просто от нечего делать? – уточнил я: девчонка даже сейчас теребила рукав платья. – Да и порез глубокий, нужно убедиться, что заражения не будет. Не спорьте, Элианна.

Девчонка тяжело вздохнула и снова поскребла руку, но под моим насмешливым взглядом тут же перестала, смутилась и сделала вид, что очень занята едой.

– Так-то лучше, – хмыкнул я. – Жене следует быть покорной: кстати, это одно из правил этикета.

Глава 5

Полина

Всё время до обеда я провалялась на кровати, чувствуя себя отвратительно. И не потому, что за какие-то сутки умудрилась нахватать столько ссадин, царапин, укусов и порезов. Скорее, из-за отношения ко мне в этом доме. И особенно удручало то, что так, возможно, придётся провести всю оставшуюся жизнь. Разумеется, всё это не добавляло жизнерадостности.

Клонило в сон, но уснуть или даже просто подремать не получилось: желудок скручивало от голода, и все мысли занимал предстоящий обед. А когда до комнаты стали доходить аппетитные запахи, я начала поминутно поглядывать на часы, как будто от этого время обеда могло наступить быстрее. В общем, когда я, наконец, оказалась за столом, уже не обращала внимания ни на Адриэна, вид у которого был ещё более мрачным, чем раньше, ни на Нэйлию с её неприязнью. Просто ела и наслаждалась.

Кроме рагу с мясом служанка подала травяной отвар, который я окрестила местным чаем, и какой-то замысловатый десерт с вишней – что-то среднее между суфле и пастилой, поданное в маленьких креманках. Он оказался таким вкусным, что захотелось взять ещё порцию. Я покосилась на Адриэна, проигнорировавшего десерт, и решилась спросить:

– Вы будете есть свою порцию?

Муж слегка вздрогнул – кажется, опять глубоко задумался, – и перевёл на меня рассеянный взгляд.

– Что вы сказали?

– Спросила, будете ли вы есть свою порцию десерта, – ответила я, поёжившись.

– Можете забирать, я равнодушен к сладкому, – ответил муж, придвинув к себе чашку с отваром.

Интересно, а зачем тогда Нэйлия готовит десерт? Ну не для меня же! Я придвинула к себе креманку и принялась за её содержимое. Сладкое немного приподняло настроение, однако стоило вспомнить о визите к целителю, как снова стало тревожно. Спорить с Адриэном я, конечно, не стала: раз он уже успел договориться, значит, точно не отступится. Хотя, признаться честно, рука чесалась всё сильнее, и я сама начала мечтать о каком-нибудь чудо-средстве.

Когда я разделалась с десертом и допила отвар, осталась сидеть, не зная, что делать дальше. Чашка Адриэна почти не опустела, и он явно не торопился заканчивать с обедом.

– Хотите ещё отвара? – спросил муж, заметив, что я отодвинула чашку, и кивнул на кувшин, который оставила Нэйлия.

– Нет, спасибо.

– Если вы закончили, можете идти, но на всякий случай напомню: по этикету жена не имеет права выходить из-за стола раньше мужа, так же, как и дети.

– Именно так я и подумала, – кивнула я и поспешила сбежать из столовой. Фраза про детей мне совсем не понравилась. Хорошо, что у меня пока есть подарки от Розины Иверс, но что буду делать, когда они закончатся, даже думать страшно. Я поёжилась, вспомнив про то, что как минимум каждые полгода нам придётся исполнять супружеский долг. Драгоценные мешочки я сунула в карман бордового вечернего платья. Надо бы, наверное, перепрятать получше. Мало ли что. От мысли, что скоро содержимым одного из мешочков придётся воспользоваться, стало ещё тоскливее.

Я плотно прикрыла за собой дверь спальни и тяжело вздохнула. Ужасно хотелось прилечь и подремать, но я подавила это желание. Уже почти три часа, а значит, стоит хотя бы наряд выбрать и вообще привести себя в порядок. Надо подобрать ещё какое-нибудь платье с длинным рукавом, которое прикроет раздувшуюся руку, переделать причёску и накраситься: Адриэну не должно быть за меня стыдно.

Надо найти Нэйлию, чтобы помогла с крючками на платье. Не к муженьку же с этим идти! Я открыла дверь и решительным шагом направилась в кухню. Пора начинать учиться быть непробиваемой, как Элианна. Проходя мимо кабинета Адриэна, я опасливо оглянулась: вдруг сейчас выглянет и опять отчитает за то, что громко хожу? Но, к счастью, дверь осталась закрытой, и из-за неё не донеслось ни звука.

Как я и думала, служанка обнаружилась в кухне: мыла за нами посуду. То ли не услышала моих шагов, то ли притворилась, но, когда я вошла, голову не повернула.

– Нэйлия, мне нужна ваша помощь, – стараясь придать голосу твёрдости, начала я.

Служанка резко развернулась, сделав удивлённое лицо.

– Госпожа, я и не слышала, как вы подошли. Помогать вам – моя обязанность. Что случилось?

А взгляд при этом цепкий и холодный. На Адриэна она смотрит совсем иначе – с сочувствием, теплотой. Хотя это и не удивительно: я тут человек новый. К тому же Нэйлия, возможно, любила первую жену господина. Интересно, какой она была?

– Мне нужно застегнуть платье.

– Это срочно? Я хотела бы закончить с посудой…

Я замялась. Наверное, надо поставить служанку на место, сказать что-то вроде: «Конечно, помощь госпоже – это всегда срочно, а посуда подождёт». И Элианна наверняка не спустила бы служанке такие вольности. Но я всё-таки не смогла и ответила:

– Жду вас через десять минут.

Пока ждала Нэйлию, натянула платье и переделала причёску. Снова вспомнила услужливую Иси, которая сейчас носилась бы вокруг и заглядывала в глаза, лишь бы госпожа осталась всем довольна… Интересно, как она там? Одобрил ли Бруно её брак с младшим садовником?

В дверь коротко постучали, и Нэйлия вошла, не дожидаясь моего разрешения. Ещё раз показала, что я здесь никто: к Адриэну она так запросто не заходит. Я, сидя за туалетным столиком, в зеркало наблюдала, как служанка подошла сзади и взялась за крючки. Руки у неё оказались слегка влажными, и я невольно вздрогнула.

– Что-то не так, госпожа? – Брови Нэйлии взлетели вверх, а потом она изобразила на лице раскаяние. – Наверное, мне нужно было лучше высушить руки.

И я всё-таки не выдержала. Нахмурилась и процедила:

– Да, следовало бы. Очень надеюсь, что впредь вы это учтёте.

Нэйлия слегка поклонилась, но я успела заметить, как скривились её губы. Скоро, кажется, я наживу себе здесь настоящего врага! К счастью, с крючками Нэйлия справилась быстро.

– Я вам ещё нужна, госпожа? – сцепив руки на животе, служанка изобразила смирение.

– Нет, можете идти.

Благодарить её не хотелось. Нэйлия снова отвесила небрежный поклон и быстро ушла. Ходит она почти бесшумно. Вот что значит многолетняя выучка…

К половине четвёртого я была уже полностью готова. Всё время, пока собиралась, старалась не думать о том, что меня ждёт у целителя, полностью сосредоточившись на бытовых мелочах.

Перед тем, как выйти из спальни, ещё раз посмотрелась в зеркало: выгляжу грустной, конечно, но это ерунда. В целом самая обычная девушка. Открыв дверь, я нос к носу столкнулась с Нэйлией.

– Господин Адриэн велел вам выходить: он уже ушёл заводить машину, – сообщила служанка. Я кивнула и отправилась в коридор. Дёрнула дверную ручку, но она не поддалась. Попробовала толкнуть дверь – точно помню, что открывается она наружу – однако снова ничего не вышло.

– Внизу есть рычажок, госпожа. Очевидно, господин Адриэн нечаянно захлопнул дверь, когда выходил. – Нэйлии явно доставляли удовольствия мои проблемы.

«Или ты сама нарочно захлопнула дверь», – подумала я и нащупала рычажок. Дверь, наконец, открылась, и я вышла во двор. На улице было жарко и душно, и я только сейчас поняла, что в доме не только темно и мрачно, но ещё и прохладно. Ну, допустим, летом это даже хорошо, а вот что будет зимой? Хотя зимы здесь, наверное, мягкие.

Я постояла, щурясь от непривычно яркого после полумрака дома солнышка, и уже собралась спускаться, как увидела быстро идущего ко мне от ворот Адриэна. На муже теперь, кроме рубашки, был ещё и сюртук. Интересно, ему не жарко? Или здесь так принято?

Я невольно засмотрелась: всё-таки в мужья мне достался очень даже видный мужчина, и что бы там про него ни болтали, мне, наверное, надо считать себя удачливой. Жаль только, что мужем он мне будет только формально. И даже не мне… Так, стоп. С чего это я об этом жалею? Правильно было бы сказать: «И прекрасно, что мужем он мне будет только формально».

Адриэн быстро подошёл ко мне, но вместо того, чтобы подать руку, оглядел с явным удивлением и поинтересовался:

– Вы собираетесь ехать прямо так?

И это вместо того, чтобы сделать молодой жене комплимент?!

– А… что вас не устраивает? – осторожно спросила я, оглядывая подол платья и ноги в туфлях. Крючки Нэйлия вроде застегнула, причёска должна быть в порядке, макияж неброский. Что я упустила?

– Где ваша накидка?

Это та штука с капюшоном, что ли? В одной я ехала, вторая должна висеть в шкафу. Вот, значит, для чего они нужны, и это не часть свадебного ритуала, а повседневная одежда? Но в поместье я ходила без неё, и вроде никто не возмущался. На меня снова накатило ощущение беспомощности.

– Э-э, совсем забыла… рука отвлекает. – Я неуклюже попыталась оправдаться и смиренно прибавила: – Сейчас принесу.

И собралась уже повернуться к двери, как она сама распахнулась и на пороге появилась Нэйлия.

– Госпожа, госпожа, вы забыли! – И она протянула мне вчерашнюю накидку, в которой я ехала со свадьбы. – А я смотрю на вас и думаю: чего-то не хватает. Простите, господин Адриэн, это я виновата: должна была проследить за госпожой.

Вот же… стерва! Ведь она это сделала нарочно, а потом подслушивала под дверью, надеясь, что Адриэн меня отчитает! Но он не отчитал, и мне очень захотелось сказать служанке что-нибудь вроде: «Что, съела?» Можно было бы ещё и язык показать до кучи. Эх, хоть представить подобное – и то приятно…

Муж с невозмутимым видом забрал у Нэйлии накидку и помог мне её надеть. Ну хоть капюшон вроде не нужен, по крайней мере, пока. А Адриэн, между тем, взял меня за руку, и я начала осторожно спускаться с лестницы. Радует, что при Нэйлии он изображает из себя влюблённого.

Мы медленно дошли до машины, Адриэн открыл пассажирскую дверцу и, не спрашивая моего мнения, обхватил меня за талию и подсадил. Я опустила голову, чтобы скрыть лёгкий румянец. Ну вот и как прикажете это понимать? Мне нравится, когда он до меня дотрагивается. И это… как-то неправильно!

На сей раз нам, похоже, нужно было если не в самый центр города, то недалеко от него. Сначала мы ехали по тихим, обсаженным деревьями улочкам, и я, продолжая почёсывать руку, просто прилипла носом к окну. Одно дело – видеть город в вечерних сумерках, можно сказать, почти ночью, и совсем другое – днём. Улицы здесь вымощены не булыжником, а плиткой, повсюду зелень. Машин на дорогах почти нет, зато встречаются конные экипажи.

А после уютных зелёных улочек мы выехали на довольно широкий по местным меркам проспект, где машины стали попадаться чаще, но всё равно карет и повозок было больше. По тротуарам, тоже вымощенным плиткой, степенно шли мужчины в сюртуках и дамы в платьях и таких же, как у меня, накидках. Шпиль самого высокого здания стал гораздо ближе. Значит, это уже центр, но многоэтажных домов нет. Вообще похоже на какой-нибудь старинный европейский город с узкими улочками и вычурной архитектурой.

Судя по всему, местный общественный транспорт – дилижансы. Пока мы ехали, видела несколько карет. На окнах висели шторки, и мне не удалось посмотреть, много ли внутри народу. Разглядывая улицы, я даже немного воспрянула духом. А здесь довольно приятно. Климат мягкий, кругом всё зелёное, удобства есть. Хоть что-то положительное, и человек, в общем-то, ко всему привыкает.

Когда мы стояли на перекрёстке – вместо светофоров здесь регулировщики в ярко-красной одежде – я заметила впереди кованые ворота, явно ведущие в парк. Постаравшись прогнать прочь воспоминание о парке в родном городе, который сыграл со мной такую злую шутку, я покосилась на мужа и тихо сказала:

– Какой красивый парк! Мне бы очень хотелось там погулять.

– Можем зайти после посещения целителя, – ответил Адриэн, не отрывая взгляда от дороги. – Но только если он разрешит вам гулять и ненадолго: у меня много работы. А вообще, когда вам захочется гулять по городу, скажите об этом Нэйлии.

Я несколько удивилась, зачем нужно отчитываться перед служанкой, но только кивнула в ответ. Мы как раз съехали с проспекта на менее оживлённую дорогу, и почти сразу свернули на довольно узкую улицу, по обеим сторонам которой впритык располагались двухэтажные дома. Я про себя окрестила их таунхаусами. Адриэн остановился у одного из подъездов, и я с сожалением поняла, что мы приехали. Колени снова начали подрагивать.

– Сидите спокойно, я сейчас помогу вам спуститься, – сказал муж и открыл дверцу, ловко спрыгнув на тротуар.

Мне стало неловко. Адриэн уже так со мной намучился, что на всякий случай просит посидеть смирно, как маленького ребёнка. Может, думает, что я выскочу и убегу, несмотря на ногу? А я вообще-то никуда и не рвусь. Муж открыл дверцу с моей стороны и протянул обе руки. Я уже привычно ухватилась за них и постаралась сойти вниз как можно изящнее. Ощутив под ногами твёрдую почву, оправила подол платья и накидку. Адриэн тем временем запер двери и подставил мне локоть.

Пока мы поднимались по ступенькам крыльца, я невольно задумалась о том, что, наверное, со стороны мы неплохо смотримся. Стало жаль, что меня сейчас не может видеть Антон. Вот бы здорово утереть ему нос! Мой муж даст ему как минимум сто очков вперёд.

Адриэн приложил руку к кнопке звонка, и спустя каких-то пару секунд дверь распахнулась. На пороге стоял немолодой, седоволосый слуга. При виде нас он поклонился и тут же заулыбался, отступая, чтобы мы могли войти.

– Приветствую вас и вашу супругу, господин Норден, – сказал мужчина.

– И тебе доброго дня, Жеремис.

– Господин Эксерс как раз заканчивает с пациентом и попросил проводить вас в гостиную. – Слуга кивнул нам, приглашая следовать за собой. – Пока что могу предложить вам кофе или травяной отвар. Кухарка как раз испекла печенье.

– То самое, выходного дня? – усмехнулся Адриэн.

– Именно так, господин Норден, – серьёзно кивнул слуга.

– Заманчиво, но я воздержусь, – ответил муж и вопросительно посмотрел на меня. Признаться честно, мне хотелось одного: побыстрее пообщаться с целителем и уехать. Тем более что Адриэн обещал зайти со мной в парк.

– Спасибо, но я тоже ничего не хочу. – Я улыбнулась слуге.

– В таком случае можете полистать газеты или журналы. – Жеремис открыл перед нами двойные двери, впуская в гостиную.

Первым вошёл Адриэн, я за ним. Слуга провёл нас к большим и явно удобным креслам и подвинул ближе столик, заваленный прессой. Когда мы расположились, Жеремис откланялся и вышел.

Адриэн взял со столика какую-то газету и принялся её листать, а потом и вовсе углубился в чтение. Поколебавшись, я тоже выбрала из стопки журнал с элегантной дамой на обложке. Похоже, это местный «Космополитан» или «Мари-Клэр». Или какие там у нас ещё есть издания для женщин? «Гламур»? «Элль»? Я никогда ими особенно не интересовалась, но Ксюша каждую неделю покупает себе какой-нибудь такой журнал и зачитывает до дыр, иногда и мне давая ознакомиться с особенно зацепившей её статьёй. Последняя, помнится, была про то, как разнообразить супружеский секс. И вот зачем я сейчас об этом вспомнила?