Текст книги "Вторая жена господина Нордена (СИ)"

Автор книги: Катя Лакруа

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 28 страниц)

– Вы так не любите кошек, что не пускаете бедную Майми в дом? – всё-таки нашлась я.

– Я в самом деле предпочитаю собак, но ничего не имею против кошек. И никогда не запрещал Нэйлии держать её в доме. Можете спросить у неё лично, если не верите.

Я снова смутилась и промолчала. И вот чего привязалась к мужику? Какая мне разница, любит он кошек или нет? Мне в новом мире всё равно пока не до животных. Хотя, наверное, это можно было бы обдумать…

– И предвосхищая следующий вопрос, – Адриэн не дал мне додумать мысль, – собак держал раньше, ещё когда жил не в самом Леренсе, а в семейном поместье за городом. Если не считать всех тех, которых держали родители, когда я был ребёнком.

Меня снова прошиб озноб. Вот откуда он узнал, что я собиралась спросить про собак? Вроде бы никто не говорил, что менталисты умеют читать мысли!

– Если вас удивляет, как я догадался про следующий вопрос, то вы довольно предсказуемы в своём любопытстве, – усмехнулся муж, и я, наконец, осмелилась поднять на него взгляд. К счастью, он на меня не смотрел, уставившись куда-то вдаль.

– Конечно, ведь все женщины вообще предсказуемы, да?

– Не все, есть исключения. Но, пожалуй, большинство.

Шовинист хренов! Так и хочется спросить: «Не все – это только ваша покойная жена?» Но я тут же прикусила язык и снова перевела взгляд на Майми: кошка окончательно признала меня безопасной и повалилась на спину, подставляя животик, на котором ярко выделялось одно-единственное крохотное белое пятнышко.

– Надеюсь, Нэйлия не будет против, что я трогаю её питомицу? – спросила я, чтобы перевести разговор.

– Не думаю, что вас должно волновать мнение Нэйлии. – Голос Адриэна прозвучал холодно, и я так и не поняла, относилось это к моим глупым вопросам или к их со служанкой конфликту.

Где-то в кустах возле изгороди закричала неведомая птица, и Майми немедленно вскочила, навострив уши. Хвост заходил из стороны в сторону, а потом кошка бросилась к кустам. Я поднялась на ноги и почувствовала, что сейчас упаду: перед глазами начался хоровод. Наверное, встала слишком резко…

Адриэн придержал меня за локоть и посмотрел с беспокойством.

– Вы в порядке?

Честно говоря, я теперь в этом сомневалась, но предпочла покачать головой.

– Просто устала, вот и всё.

– Уже успели осмотреть сад? – спросил муж и убрал руку с моего локтя. – За домом есть скамейка, сможете присесть и отдохнуть.

И он, кивнув мне, пошёл вперёд. Я поплелась за ним, всё ещё ощущая себя странно. Кажется, у меня начинает чесаться всё тело. Неужели это реакция на кошку? Но аллергией на шерсть я точно никогда не страдала. Цветы? Но я их пока не трогала и даже близко не подходила. Что за ерунда?

Пользуясь тем, что Адриэн меня не видит, я украдкой почёсывалась и ощущала себя при этом совершенно по-дурацки. Что со мной опять такое? Я даже представлять не хочу, как опять скажу бедному мужу о своих недомоганиях! Может, это нервное? Или от усталости? Сейчас поброжу ещё минут пятнадцать, приму ванну и завалюсь спать. Утром наверняка почувствую себя бодрой и свежей.

Мы дошли до угла дома. Слева виднелось ещё какое-то небольшое строение. Наверное, гараж. Дом же, как оказалось, несколько длиннее, чем изнутри: сзади к нему пристроен тот самый флигель. И судя по его архитектуре, пристроен позже. Я запрокинула голову и посмотрела наверх: ага, похоже, что под треугольной крышей основного строения всё-таки есть пространство. Я уже хотела окликнуть Адриэна и спросить насчёт чердака, но он меня опередил.

– Здесь, как вы уже, наверное, поняли, гараж, а это флигель. Вход в него с другой стороны. Это на случай, если вам понадобится Нэйлия, пока она будет у себя. А сейчас мне нужно кое-что забрать из машины, а вы можете присесть на скамейку.

Под небольшим навесом стояла деревянная, бежевая скамейка с резной спинкой, которую я уже успела заметить раньше. Присесть было бы сейчас весьма кстати, но, может быть, воспользоваться моментом и сказать мужу то, что собиралась, прямо сейчас? Заодно посмотрю, что из себя представляет гараж. И я осторожно отправилась вслед за Адриэном.

Он уже успел открыть дверь и войти. По-моему, гараж как гараж. Такие же ворота, такая же дверь… Я осторожно заглянула внутрь. Муж стоял спиной ко входу и что-то искал в багажнике.

– Что вы хотели, Элианна? – спросил он, не оборачиваясь, и я невольно вздрогнула. Да уж, собраться с мыслями не получится!

– Адриэн, – смело начала я, даже не запнувшись.

– Наконец-то, – перебил меня муж. – Вы делаете успехи, и притом быстро. Похвально!

Вот же… зараза!

– Так вот, я хотела сказать… что мы могли бы…

Я запнулась, пытаясь унять внезапную дрожь в коленях. Нет. Кажется, я всё-таки переоценила свою смелость… Или это Адриэн весь настрой сбил.

– Да? – Муж, наконец, развернулся ко мне: в руках у него появилась книга. Так вот что он тут искал!

– Я хотела сказать насчёт… брачной ночи…

– Предпочитаете сделать это прямо тут? – Брови Адриэна взлетели вверх, и в глазах снова заплескалась издёвка.

Я вскинула на него возмущённый взгляд и нахмурилась, невольно сжав руки в кулаки.

– Если это ваша заветная мечта, то очень сожалею, но придётся разочаровать: я лишь ставлю вас в известность, что предпочитаю консумировать брак завтра.

Муж на это только хмыкнул.

– Во сколько?

Нет, всё-таки та ещё зараза! И ведь ему даже никак не отомстишь: мои подначки его явно не цепляют.

– А это уже вам решать.

– Хорошо. В таком случае приду в вашу спальню после одиннадцати вечера.

– Э-э… договорились.

До чего же всё-таки идиотская ситуация! Очень надеюсь, что в полумраке гаража не видно, как сильно я покраснела. И стою очень удачно против света. Тело, будто в ответ на переживания, снова начало дико чесаться. Адриэн по-прежнему смотрел на меня, и лицо не выражало ни капли смущения. Совершенно непрошибаемый, чёрствый сухарь!

– Хотите сказать что-то ещё?

– Нет. – Я развернулась и, выпрямив спину, вышла на улицу. Нужно срочно уходить отсюда подальше. Пожалуй, обойду дом и закончу с прогулкой. Адриэн умеет унизить, ничего обидного не сказав. Вот бы и мне обрести такой талант…

Я обошла дом, посмотрела на вход во флигель и его окна с белым, кружевным тюлем и цветочными горшками в каждом. Похоже, Нэйлия любит растения. Наверняка и цветы в саду тоже её рук дело.

Заходить дальше я не стала: дорожки, ведущие вглубь, выложены булыжником, а не гравием, и вряд ли удобно ходить по ним в туфельках. Ладно, надо просто найти среди обуви Элианны что-то попроще, и обойти весь сад. Там и какие-то плодовые деревья есть, и ещё несколько скамеечек. Но сад не назовёшь образцовым, да и дом выглядит нежилым. Тут и там по камню вьётся плющ, сам камень местами щербатый…

Я почесала голову, потом руку. Может, прохладная вода поможет? Всё, решено: пока возвращаюсь домой и приму ванну. Тем более, на сад опустились сумерки: как-то быстро, если не сказать внезапно… Я прошла мимо флигеля и очутилась возле крыльца. Поднялась по ступенькам и уже собиралась открыть дверь, но тут она распахнулась сама, и я нос к носу столкнулась с Нэйлией.

– Ах, это вы, госпожа? – Служанка выгнула тонкие брови. – Хорошо погуляли, надеюсь?

– Прекрасно, – ответила я.

– Понравилось ли вам в саду, госпожа?

– Да, очень мило, и цветы красивые. – Я выдавила улыбку и не без труда сделала вдох.

– Если вам нравятся какие-то цветы, которых нет в саду господина Адриэна, я могла бы посадить. – Нэйлия тоже улыбнулась, но меня такой фальшивой гримасой не проведёшь.

– Спасибо, но пока мне не до этого.

– Что ж, как скажете, госпожа. Если я вам больше не нужна сегодня, пожалуй, пойду к себе.

– Конечно, идите.

Нэйлия отвесила мне свой обычный небрежный поклон и, оставив дверь открытой, удалилась. Я вошла в тёмную прихожую и остановилась. Внезапно так сильно зачесалась спина, что я не удержалась от страдальческого стона. Прислонилась к стене и потёрлась о неё. Блин, хорошо-то как! Сделав ещё несколько движений, я даже глаза прикрыла от удовольствия.

Но тут блаженство бесцеремонно прервал вспыхнувший под потолком свет, и на меня уставились ошарашенные серые глаза. Три раза блин! Я отпрянула от стены, однако Адриэн явно успел что-то увидеть.

– Что это вы такое делаете? – поинтересовался он: взгляд сразу же стал прежним, холодным и непроницаемым.

– Э-э, да так… ничего. Просто… голова закружилась, я оперлась о стену…

– И решили её протереть?

– Нет, прислонилась, и всё. А когда вы вошли, как раз собиралась пойти к себе.

Адриэн посмотрел на меня как-то странно, и в глазах снова проступило что-то тёмное и мрачное. Меня будто парализовало страхом: на какой-то миг показалось, будто он прикидывает, как лучше приложить меня головой о стену, чтобы я умерла без мучений. Или с какой силой нужно сдавить мою шею… Однако муж ничего не сделал и даже ничего больше не прибавил. Зачем-то спрятал руки в карманы, пожелал мне спокойной ночи и удалился к себе в кабинет. А я осталась стоять, чувствуя себя – в который уже раз – круглой дурой.

Глава 11

Адриэн

Когда Элианна, развернувшись, ушла из гаража, я прислонился к багажнику машины и тяжело выдохнул. Нелегко всё-таки держать лицо во время подобных разговоров. Хотя я ведь сам просил девчонку меня предупредить… да и как иначе узнать, готова она или нет? Но всё равно чувствую себя идиотом. Я стоял, прижимая к себе книгу, и ощущал полное опустошение. Не надо было, наверное, вообще выходить.

А началось всё с визита Нэйлии. Я сидел у себя, погрузившись в отчёты судебного целителя и Яника по поводу вскрытия тела бывшего министра безопасности, когда раздался осторожный стук в дверь. Я дёрнулся от неожиданности. Кого, демоны вас дери, принесло? Если это Элианна, точно получит строгий выговор.

– Войдите, – с досадой отшвырнув ручку, рявкнул я: виски тут же полоснуло болью, отдавшейся резью в глазах. Надо всё-таки прислушаться к Рониэлю и начать уже спать. Для разнообразия.

Дверь с тихим щелчком приоткрылась, и в кабинет протиснулась Нэйлия. Ну надо же! «Подумай о демоне, вот и он собственной персоной», – как любит говорить Эксерс. Вид у «демона», правда, крайне смиренный: голова и плечи опущены, руки по швам… Образцовая прислуга, что тут скажешь!

– Ты уверена, что пришла с действительно важным вопросом? – просверлив служанку взглядом исподлобья, спросил я и снова взял ручку.

– Господин Адриэн, простите, что побеспокоила, – вкрадчиво начала та. – Но ведь вы просили наблюдать за госпожой и сообщать о странностях…

– Помню.

– Так вот, сразу после ужина она взяла у меня стакан воды.

– И что в этом такого странного? – Я чувствовал, как внутри снова собирается сила, и стук сердца начинает отдаваться в висках. – Тебе не приходило в голову, что она просто захотела пить? И теперь ради подобной ерунды отвлекаешь меня от работы.

– Простите, господин Адриэн, но ведь госпожа пила отвар после ужина. Если ей было мало, она могла попросить добавки.

– Возможно, она будет пить воду ночью. Демоны, Нэйлия, ты в самом деле считаешь это таким подозрительным?

– Мне это кажется странным, господин Адриэн. К тому же она попросила чайную ложечку. Но если вы так не думаете, я рада. Просто сочла своим долгом предупредить.

– Хорошо, принял к сведению. Что-то ещё?

– А пять минут назад госпожа куда-то ушла из дома.

– Знаю, она пошла гулять в сад и, между прочим, с моего разрешения.

– Ах, вот как, – протянула Нэйлия. – Ещё она отказалась от моей помощи с вещами, и теперь они наверняка вам мешают…

– Её право.

– Как скажете, господин Адриэн. – Служанка поклонилась и отступила к двери. – В таком случае, не смею больше докучать вам.

– Своевременно, – проворчал я, когда она, наконец, скрылась из виду.

Поднявшись из кресла, я принялся мерить шагами кабинет. Нэйлия и Элианна хороши каждая по-своему и, пожалуй, стоят друг друга: ведут каждая свою игру, а посередине я, и именно мне приходится между ними лавировать… Но, если уж быть совсем честным, девчонке я сочувствую больше. По крайней мере, пока.

Во время ужина служанка совершенно не вняла моим словам и делала всё назло: нарочно медлила, прислуживая Элианне, но усердно изображала послушание при мне. А сейчас весьма некстати вспомнила о том, что я просил присматривать за девчонкой.

Кстати, об Элианне… А ведь и правда любопытно, зачем ей чайная ложка. Если воду объяснить ещё можно, то ложкой она собралась что-то перемешивать. Вот только что? Учитывая все произошедшие с ней странности, это может быть что угодно. И так ли осмотрительно с моей стороны было разрешать ей одной идти в сад? Мало ли, что с ней опять может случиться? В очередной раз подвернёт ногу или напорется на какую-нибудь острую ветку.

Но не идти же за ней, в конце концов… Хотя мне надо забрать из машины книгу, которую дал почитать Яник – псевдонаучный труд некоего Элуна Марси «Нетривиальные способы ведения расследований». Читаю её, когда нужно скоротать время, потому и вожу в машине. А сегодня она вполне может помочь меня усыпить: уж очень не хочется глотать снотворное Рониэля.

К счастью, Элианна выглядела относительно целой: играла с кошкой Нэйлии и снова пыталась меня подначивать, а потом и вовсе заговорила о брачной ночи. Однако вид у неё какой-то болезненный. Хотя вполне возможно, что дело в волнении. Уж если даже я чувствую себя неловко после разговора о подтверждении брака, то что должна испытывать вечно краснеющая новая Элианна, даже представить страшно.

Я обошёл машину. Да уж, после поездки в поместье Азерисов и вчерашнего ливня она точно нуждается в хорошей ванне. Завтра нужно будет выгнать её во двор и полить из шланга. Можно, конечно, и отвезти на мойку и не мучиться, но, пожалуй, мне просто не хочется лишний раз куда-то выезжать.

Я прикрыл дверь гаража и направился домой. В прихожей послышались какие-то странные звуки, похожие на стоны. Демоны, и что там опять случилось? Я резко рванул дверь, нащупал выключатель и огляделся. Элианна стояла у стены, крепко зажмурившись, и с упоением тёрлась о неё спиной. Что за ерунда? Когда зажёгся свет, девчонка распахнула глаза и уставилась на меня со смесью страха и смущения.

– Что это вы такое делаете? – спросил я, понимая, что правду она всё равно не скажет.

– Э-э, да так… ничего. Просто… голова закружилась, я оперлась о стену…

– И решили её протереть? – Я попытался успокоиться, скрывая истинные чувства за шуткой.

– Нет, прислонилась, и всё. А когда вы вошли, как раз собиралась пойти к себе.

Очень правдоподобно. Считает меня идиотом или просто смутилась, что застигнута за странным занятием? В виски дал импульс, и я с трудом поборол желание схватить девчонку за руки, прижать к стене и начать ментальный контакт. Увидеть, наконец, что скрывается за этими вечно испуганными глазами. Так, спокойно, нельзя сейчас ничего предпринимать: я слишком вымотан и в таком состоянии точно поврежу девчонке, так что потом её уже никаким ритуалом не сделать нормальной.

– Спокойной ночи, – хмуро бросил я и поспешил скрыться в кабинете, оставив девчонку в коридоре наедине со стеной. На всякий случай повернул ключ в замке, чтобы побороть искушение прочитать её мысли. Сам не знаю, почему именно это происшествие вызвало такую бурную реакцию. Нет, надо и в самом деле поспать. Нервы совсем истрепались, демоны их раздери.

И всё-таки, что это было? Может, как раз откат после какого-то ритуала? Потом девчонка начнёт без причины хохотать или заваливаться на пол в судорогах. Да мало ли вариантов. Может и с ножом наброситься. Возможно, это направлено лично против меня, и тогда я сильно рискую, проявляя щепетильность.

Я прошёлся от двери до окна и обратно, сжимая и разжимая кулаки, и попытался успокоиться. Ещё одна странность девчонки. Днём в этот список добавилось подозрение, что Элианна не умеет читать. И вот это уже совсем не поддаётся логическому объяснению. Впервые эта мысль посетила меня, когда она увидела на столе свежий номер «Леренского вестника». Ну, предположим, там не написано ничего необычного – всё-таки государственное издание. Стандартная заметка, такие появляются после свадеб всех более или менее именитых горожан.

«В минувшее воскресенье главный имперский дознаватель, господин Адриэн Эретьен Норден, сочетался браком с госпожой Элианной Бруной Азерис, дочерью заместителя министра водных угодий. Свадьба прошла в узком кругу родных и друзей в поместье родителей невесты. (Напомним, что все близкие родственники господина Нордена, за исключением племянницы, были жестоко убиты семь лет назад вместе с его первой супругой. Убийца так и не был найден.) Редакция поздравляет уважаемых молодожёнов и желает многочисленного потомства и долгих лет жизни».

Обычная лицемерная ерунда на потеху обывателям. Из необычного разве что напоминание о трагедии семилетней давности – чтобы добродетельные жёны могли повздыхать о тяжёлой судьбе «бедного господина Нордена и его несчастной семьи», а их мужья – припомнить за бокалом горячительного где-нибудь в таверне все слухи, которые обо мне ходят. Но Элианна, судя по всему, только поразглядывала фотографию.

А потом очень недвусмысленно растерялась, когда я сказал про опись вещей на сундуках. И это только укрепило в подозрениях. Я решил, что пока это не самый важный вопрос, но теперь жалел об этом.

Остановившись у открытого окна, я глубоко вдохнул свежий ночной воздух и оперся ладонями о подоконник. Может, с брачной ночью всё же стоит подождать? Если Элианну подвергли какому-то тёмному ритуалу, превратив, по сути, в другого человека, я смогу это доказать. В таком случае брак без проблем будет аннулирован, а девчонка отправится обратно к родителям. И они уже сами решат, оставлять её дома или поместить в «Сайлентис».

Возможно, на Элианну наложили заклятие, чтобы через неё добраться до меня: недоброжелателей вокруг хватает. Однако схема слишком уж сложная, проще использовать наёмного убийцу. Да и на заклятие подчинения не похоже: у его жертв нет обычных эмоций и реакций. Однако Элианну в этом не упрекнёшь: слёз она успела пролить море, а ментальный фон пропитан страхом и отчаянием.

Я потёр виски, отошёл от окна, прошёл к двери и развернулся. Заклятие подчинения – самое опасное, а со всем остальным как-нибудь справлюсь. Мне, в общем-то, без разницы, изменяли девчонке сознание или нет. Она ведёт себя вполне смирно, против подтверждения брака не возражает, старается быть незаметной. Да, тёмный ритуал может иметь откат или обратную сторону, но у меня на это есть свои способы воздействия. А если план сработает, тем более всё равно, что сделали с Элианной и её характером. Но спокойствия ради надо всё-таки попросить Рониэля, чтобы связал со своим знакомым тёмным целителем. Пусть проверит.

Закрыв окно, я направился к столу и опустился в кресло. Можно и самому влезть к девчонке в голову, но это опасно: слишком велик риск окончательно повредить разум, даже если действовать осторожно. Ладно, у меня есть время ещё подумать до завтрашней ночи. И вообще-то не помешало бы выспаться…

Я придвинул к себе склянку со снотворным, которая так и стояла на столе, и откупорил её. В нос ударил резкий запах. Зелья у Эксерса одно хуже другого: Элианна вчера чуть за грань не отправилась, а эта гадость способна отправить в вечный сон, если перебрать с дозой. Жаль, Эксерс всегда был проницательным и строго за этим следил, демоны его раздери…

К склянке прилагался мерный стаканчик, и я влил немного, следя за меткой. Всё, достаточно – пока хватит минимальной дозы: и правда не хотелось бы проспать брачную ночь, потому что я хочу с этим покончить так же, как и Элианна. Надо только оставить записку Нэйлии.

Взяв со стола ручку, я быстро написал: «Меня не будить, госпожу накорми в любое время и желательно молча» и вышел, чтобы прикрепить листок к двери. Нэйлия не удивится, а Элианна, вероятнее всего, ничего не поймёт. Я осушил стаканчик, поморщившись от разлившейся на языке жуткой горечи, и отправился в спальню. Очень надеюсь, что не просплю до полудня.

Глава 12

Полина

Дверь с оглушительным скрипом открылась, и едкий голос поинтересовался:

– Вы готовы?

Я вздрогнула и попыталась натянуть повыше одеяло, которое почему-то застряло и натягиваться не хотело.

– Но… мы же договорились на завтра! – Я дёрнула сильнее, но тщетно.

– Так завтра уже наступило. Вот, смотрите, сейчас пять минут первого. – Муж, снова одетый в тёмный балахон, переступил через порог.

– Вы обещали, что придёте вечером! К тому же я неважно себя чувствую.

– Вздумали со мной спорить, Элианна? Так-то уважаете мужа и его желания? Если мне потребуется, останусь хоть на весь день, хоть на неделю, и вы будете обязаны меня развлекать так, как захочу.

Он подошёл и уставился на меня, хотя в полутьме – горел только тусклый ночник – его лицо, почти полностью скрытое капюшоном, было невозможно разглядеть отчётливо. Муж, между тем, вырвал у меня из-под головы подушку и прижал к моему лицу. Я почувствовала, что начинаю задыхаться. Попыталась высвободиться, сделать вдох, но тщетно.

«Это сон. Это всего лишь сон. Сейчас я просто проснусь, и всё», – подумала я и начала в самом деле выплывать в реальность. Но если раньше после кошмаров просыпалась резко, то сейчас с трудом смогла разлепить глаза.

И поняла, что мне и правда очень трудно дышать. Я насквозь мокрая от пота, а всё тело невыносимо чешется. Кажется, даже волосы чешутся! Значит, дело не в нервах, и у меня снова какие-то проблемы со здоровьем. Да что ж это такое? Мне уже самой неловко, что говорить про Адриэна: он точно будет крайне недоволен! Скоро точно меня на улицу вышвырнет, устав возиться.

Кое-как сев в постели, я начала с упоением чесаться, но очень скоро поняла, что чем больше это делаю, тем сильнее зуд. Огляделась вокруг: в комнате горит ночник, который я забыла выключить.

Вернувшись в комнату после нелепой встречи с Адриэном в прихожей, я поспешила взять чистое белье и ночную сорочку и приняла прохладную ванну. Почувствовала себя немного легче и с наслаждением завалилась в кровать. Было, кажется, около полуночи, а сейчас два часа ночи. Всего лишь! И до семи утра, или во сколько в этом доме начинается жизнь, ещё очень далеко!

А судя по тому, как мне плохо, я вряд ли усну. Уж лучше бы Адриэн и правда придушил меня подушкой, как во сне! Хоть мучиться перестала бы… И что делать? Я поскребла голову и ощутила полнейшую беспомощность. Глаза обожгло, и по щекам покатились слёзы.

Придётся идти к Адриэну. Пусть смотрит на меня, как на последнюю дуру, пусть язвит, пусть тащит к целителю с его ужасными зельями – мне уже на всё плевать. Только бы перестать чесаться. И дышать нормально тоже хотелось бы.

Я встала, нацепила домашние туфли Элианны с милыми помпонами и отправилась в коридор. Из-за всех переживаний даже забыла, что он забит сундуками, и неплохо приложилась об угол одного ногой.

– Вашу мать! – прошипела я, потирая ушибленную ступню о левую ногу.

Добравшись до двери кабинета, я разочарованно выдохнула: полоски света не видно. Интересно, Адриэн спит? На двери что-то белеет. Я протянула руку и осторожно потрогала пятно: ага, записка. Интересно, для кого? Хотя мне от неё толку ноль. Осторожно толкнув дверь, я вошла и попыталась сориентироваться. В комнате царит кромешный мрак.

Я почесала бедро, потом второе и, набравшись наглости, начала ощупывать стену в поисках выключателя. Когда Адриэн так нужен, он почему-то не появляется неожиданно и без предупреждения. Закон подлости!

Наконец, клавиша нашлась, и я осторожно нажала на неё. Под потолком вспыхнул свет, и я снова разочарованно вздохнула: хозяина в кабинете нет. Бумаги на столе сложены ровными стопками, ручки торчат из стакана, не очень к месту, пожалуй, только склянка и мерный стаканчик – явно от целителя Рониэля.

Сыщик из меня так себе, но судя по всему, муж принял снотворное и ушёл в спальню. Я попыталась одновременно почесать обе руки и всхлипнула от отчаяния. Ладно, придётся идти к нему. Да, я рискую навлечь на себя гнев, но умереть от невыносимого зуда или от руки Адриэна – разница небольшая. Главное, что итог один.

Погасив свет, я вышла и прикрыла за собой дверь кабинета. Спальня находится напротив, но напрямую в неё теперь не попасть из-за сундуков. Придётся обходить их… Протиснувшись к двери, я дёрнула за ручку и чуть не взвыла от отчаяния: заперто!

– Вашу мать, – снова прошипела я. Немного помялась и тихонько стукнула в дверь: один раз, два, три… Приложила ухо к замочной скважине: тишина. Ну, зато муж, по крайней мере, не храпит. Хотя мне-то какая разница?

Я почесала шею и снова попробовала постучать, но уже громче. Снова ноль реакции. Значит, всё-таки придётся ждать до утра. А может, дойти до флигеля? Вдруг Нэйлия что-то придумает? Но я тут же одёрнула себя: нет уж, только не служанка. Да и потом, она ведь тоже спит. Нет, я не могу перебудить весь дом. Элианна бы наверняка тут всё разнесла, но добилась своего, но я не такая.

«Ты дура», – сказала я сама себе и, опустив плечи, направилась обратно в спальню.

* * *

Нельзя сказать, чтобы я так уж редко болела. В детстве, конечно, перехватала много всяких болячек, включая скарлатину и ветрянку, которой меня наградила Ксюша. Да и став взрослой, тоже частенько сваливалась с простудой или каким-нибудь коварным вирусом, отправлявшим на карантин половину школы. Но так отвратительно себя не чувствовала очень-очень давно.

Вернувшись к себе, легла, но повертевшись туда-сюда и хорошенько расчесав кожу, поняла, что если продолжу в том же духе, к утру на мне живого места не останется. Сходила в ванную, намочила полотенце и попробовала прикладывать к зудящим местам, однако помогло мало.

Походила немного по комнате и вдруг на глаза попалась чашка. Точно, я же её так и не вымыла после зелья! Схватив чашку, отправилась в кухню, радуясь возможности хоть чем-то заняться. Включив свет, подошла к раковине и поискала глазами губку для мытья посуды. Кажется, вот она, нечто серое, бесформенное и пористое я уже замечала в руках у Нэйлии. А где мыло? Брусок обнаружился тут же, возле раковины. Я осторожно нажала на рычажок, и из крана полилась вода. Тщательно намылив губку, протянула руку к чашке и взялась за верх. Но тонкое стекло выскользнуло из мыльных пальцев, и чашка полетела на пол. Я стояла и беспомощно наблюдала за её падением. Раздался оглушительный звон, и осколки разлетелись по полу.

– Вот же блин, – прошипела я, прислушиваясь, не хлопнет ли дверь спальни Адриэна. Постояв так некоторое время, поняла, что мне повезло, и муж не проснулся. Или наоборот не повезло?

Присев на корточки, я начала очень осторожно подбирать осколки. Найти бы швабру и совок, но где они хранятся? Я открыла дверцу под мойкой, однако там обнаружилось только мусорное ведро – совершенно пустое – и больше ничего. Значит, придётся всё делать руками. Повезло, что чашка разлетелась на довольно крупные части. Нэйлия, конечно же, обнаружит в ведре осколки. Неприятно, что она опять убедится в моей неуклюжести.

Разделавшись с остатками злополучной чашки, я поднялась, вымыла руки и отправилась обратно в спальню. Снова легла, заставив себя думать о чём-то отвлечённом, но мысли то и дело возвращались к проблеме. Итак, судя по симптомам, у меня снова аллергия. Вариантов, на что именно, несколько. Во-первых, еда. Нэйлия приготовила какой-то замысловатый омлет, больше похожий на суфле, и очень вкусные крохотные пирожки с джемом на десерт. Но вряд ли дело в ужине: даже если предположить, что яйца тут не куриные или куры у них другие, то всё равно маловероятно, ведь раньше я уже пробовала выпечку, а тесто без яиц вроде как обычно не готовится. Значит, пища, скорее всего, отпадает. Есть ещё цветы из сада и кошка. Возможно, что у меня и правда аллергия на шерсть местных кошек. Однако питомица Нэйлии не живёт в доме, и после того, как я перестала её тискать и вымыла руки, всё должно было пройти. Ведь и в поместье Азерисов я гладила кошку, но ничего потом не чесалось. К цветам я не прикасалась и не подходила настолько близко, да и на них аллергия обычно проявляется в виде насморка: у Ксюшиного мужа весной всегда течёт из носа.

Я села в постели и обеими руками сжала голову, уперев локти в колени. В конце концов пришлось признать, что, похоже, у меня аллергия на чудо-средство Розины. И если это правда, то мне, наверное, нужно готовиться стать матерью в ближайший год. Конечно, при условии, что не отправлюсь на тот свет раньше от местных зелий. Потому что других средств защиты не знаю, а рисковать ещё раз не хочется. Меня бросило в дрожь от необъяснимого ужаса перед будущим.

Я спустила ноги с кровати и прямо босиком прошлёпала к окну, подышать. Остаётся ещё вопрос, как сказать обо всём Адриэну. Страшно подставлять целителя Иверса и его супругу под удар, а муж наверняка догадается, кто снабдил меня противозачаточным зельем. Блин! А может, Адриэн и Рониэль не станут ничего выяснять? Просто целитель даст мне ещё какой-нибудь жути, и всё пройдёт. Хотя… чтобы муж и не стал ничего выяснять? Ну нет, это на него совсем не похоже. Свалить всё на цветы или Майми? Но тут есть риск навлечь на себя ещё большую неприязнь Нэйлии. Вдруг Адриэн велит ей прогнать кошку или выкопать все цветы? Нет уж, придётся перечислить все варианты, а там пусть целитель сам скажет, какой из них верный.

Хотя… наверное, пока самым разумным будет просто пожимать плечами. Мол, ничего не знаю, просто стала чесаться, вот и всё. Ведь и правда – мало ли, по какой причине возникла аллергия.

Промучившись от зуда и тяжёлых мыслей, я, в конце концов, задремала, однако как только сквозь некрепкий сон услышала звук открываемой входной двери, тут же вскочила с постели. Половина седьмого. Значит, завтрак через час, и Адриэн наверняка скоро проснётся.

Я быстро влезла в платье, раздёрнула шторы, впустив в комнату утренний свет, и подошла к зеркалу. Мамочки, ужас-то какой! Лицо распухшее, в глазах полопались сосуды, волосы растрёпанные. Самая настоящая баба Яга! По телу прошёл озноб. Ну вот, кажется, у меня ещё и температура! Прекрасно, просто прекрасно. Жизнь медленно превращается в кошмар. А учитывая, что скоро я, возможно, забеременею, хочется повеситься. В будущем вообще ничего радостного не предвидится!

Не став мудрить с причёской, заплела косу и вышла из комнаты. Судя по звукам, Нэйлия уже хлопотала на кухне. Посетив ванную, я направилась к ней. Служанка просеивала муку, но на сей раз меня заметила сразу. Повернулась и отвесила поклон.

– Доброе утро, госпожа Норден. Как рано вы сегодня поднялись! Плохо спали?

– Здравствуйте, Нэйлия. Нет, просто уже выспалась.

– Завтрак я подам, как обычно, в половине восьмого, – уточнила служанка. – Господин Адриэн оставил мне записку. Он принял вчера снотворное, а значит к завтраку не встанет точно, но вас велел накормить.