Текст книги "Вторая жена господина Нордена (СИ)"

Автор книги: Катя Лакруа

сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 28 страниц)

Глава 34

– Пожалуй, надо бы выйти проветриться, – заметил Яник, когда с горячим было покончено.

– Проветриться, как же, – засмеялся Рониэль. – Ты хотел сказать: «Задымить весь двор» и просто оговорился?

– Эксерс, не занудствуй. Так и быть, угощу тебя.

– Не надо меня соблазнять, я давно завязал.

– И даже не попробуешь ардентисский табачок? – Яник хитро сверкнул глазами.

– Вот же искуситель, демоны тебя раздери. Простите, дорогие дамы. Ладно, разберёмся. Хотя я бы не отказался сразу приступить к десерту. Что нас ждёт, кстати?

– Ванильный пудинг, грушевый пирог и вишнёвое желе, – ответил Адриэн. – Заказывал всего побольше нарочно для тебя. Ну и печенье от Нэйлии.

Рониэль довольно потёр руки и поднялся.

– Тогда пойдём скорее. Я боюсь оставлять наших милых дам поблизости от таких потрясающих лакомств.

– Надеюсь, они оправдают твои опасения, – ухмыльнулся Яник и тоже поднялся. Видимо, в предвкушении перекура он как-то подобрел.

Адриэн присоединился к ним последним. Перед тем, как встать, шепнул мне:

– Не заговаривайте первой.

Я кивнула.

– Эй, дружище, успеешь ещё обменяться нежностями, – смеясь, бросил ему Рониэль. – Как-никак вся ночь впереди.

– Эксерс, Эксерс, бедняга, – с деланным сочувствием протянул Яник. – Заклятие повторяющихся мыслей тяжело снимается.

Продолжая шутливую перепалку, мужчины вышли, и в комнате будто стало светлее и просторнее.

– Наконец-то, – провозгласила Иния. – Мы хоть познакомимся поближе с очаровательной Элианной. Как вас называли дома, моя дорогая?

– Лиа, – пробормотала я, поправляя лежащую на коленях салфетку.

– Вот и прекрасно, Лиа. Мы все, признаюсь, были немало удивлены решением Адриэна жениться, но теперь-то я понимаю: он просто не смог устоять перед вашим очарованием. Что ж, ему давно пора было снять траур, и наконец-то он сам это понял.

Я скромно опустила глаза. Нет, ну правда, что на это ответить? Я никогда не считала себя красавицей, и настоящая Элианна с её надменным выражением лица и непокорным взглядом явно гораздо более привлекательна для мужчин. Но с другой стороны Адриэн всё-таки ко мне неравнодушен. По крайней мере, в постели.

– А вот вы счастливой не выглядите, – продолжила между тем Иния. – Полагаю, вашего мнения никто не спрашивал.

Блин, вот засада! Надо ли дать понять, что совсем не рада навязанному браку, как это наверняка сделала бы Элианна, или стоит хранить невозмутимость? Наверное, всё же второе. Тем более что я, в общем-то, уже успела оценить, как мне повезло с мужем.

– Родители поставили перед фактом, – ответила я. – Но, полагаю, они руководствовались лучшими намерениями.

– Договорной брак обычно самое правильное решение. – В разговор вмешалась Мэдейлин. – Во всяком случае, и мне, и моим сёстрам повезло с мужьями, которых выбрали родители.

– Согласна, многим везёт, – кивнула Иния. – Мне, однако, достался несчастливый билет, как вы сами знаете, Мэди. Кстати, сколько вам лет, Лиа?

– Двадцать… два, – пробормотала я, не понимая, к чему клонит Иния. Я выгляжу слишком старо? Хотя раньше наоборот переживала, что не тяну на свой возраст…

– Значит, между вами с мужем пятнадцать лет разницы… Что ж, не так уж плохо. Мой Седрин был старше меня на двадцать пять, Лиа. Меня выдали за него в восемнадцать. Как назло он, как и все маги воздуха, обладал завидным здоровьем: мы прожили вместе почти двадцать два года. И он всю жизнь смотрел на меня так же снисходительно, как сейчас Адриэн на вас.

На лицо Инии набежала тень, но она быстро взяла себя в руки.

– Хотя, конечно, глупо сравнивать моего покойного муженька – да будет ему жарко в царстве демонов! – с нашим дорогим Адриэном. Уверена, вы с ним будете счастливы. Привыкнете к его нраву, познаете женскую мудрость и оцените его по достоинству.

– Иния права. – Мэдейлин улыбнулась, вытащила из подставки салфетку и принялась тщательно вытирать пальцы. – Адриэну не откажешь в надёжности.

– И постоянстве в привязанностях, – усмехнулась Иния, и меня покоробило это замечание, однако невеста Рониэля явно не посчитала себя бестактной и продолжала, как ни в чём не бывало: – Надеюсь, он с вами не слишком строг? Думаю, ему нелегко привыкнуть, что он снова женат, но это лишь вопрос времени.

Я пожала плечами, не зная, что ответить. Не посвящать же женщин в тонкости наших отношений. Иния, однако, неслась дальше: моё участие в беседе не требовалось.

– А уж когда подарите ему наследников, точно смягчится. Даже мой Седрин и тот на время усмирял своих демонов, когда появлялись дети.

Она вздохнула, а я выдавила смущённую улыбку. Не знай я про то заклятие, сейчас бы знатно напряглась. Однако где-то в глубине души заскреблось странное чувство, что Адриэн лишает меня выбора. А что если бы я мечтала о детях?

– Так что мой вам совет, моя дорогая: не тяните с детишками. Адриэн уже не мальчик, к тому же жизнь его здорово потрепала… Кто знает, сколько вам отмерено прожить вместе? А дети будут опорой и поддержкой. Я вот и не заметила, как мои малыши стали достаточно взрослыми… Кстати, Мэди, я говорила, кто посватался к моей Бэттине? Средний сын господина Илоса! Нет, вы представляете?

Мэдейлин хмыкнула.

– Надо думать, вы ему отказали и всё же предпочли Артениса?

– Ох, Мэди, я бы, может, и обдумала предложение, всё же такое уважаемое семейство. Да только слухи о них разные ходят, сами знаете. А я больше всего боюсь, что девочка повторит мою судьбу в замужестве…

Мэдейлин глубокомысленно покивала, и на её лице появилось выражение нежности.

– Вы правы, Иния, пусть выбирает сама. Я тоже стараюсь подвести Яника к мысли, что нужно прислушиваться к желаниям детей. Зная, каким он может быть упёртым, начинаю уже сейчас.

– Вот-вот, не успеете оглянуться, как будете смотреть женихов и невест, – хохотнула Иния, взяв со стола стакан с соком. – Кстати, вы слышали, что к вдове Мэйен посватался лучший друг её покойного супруга?

– Боги, неужели эти слухи – правда? – Мэди отложила салфетку, которую сразу же подхватила маячившая у неё за спиной Майрия. – Я была уверена, что очередные выдумки «Сплетника».

– Мне об этом рассказала госпожа Оклен, а уж она никогда не была замечена в сплетнях. Однако, надо признать, слухи про их связь ходили давно, просто когда был жив достопочтенный господин Мэйен, злым языкам приходилось сдерживаться.

– Ах, ну надо же, какой невиданный скандал! И ведь срок траура ещё не прошёл. Выходит, она и в самом деле согласилась?

– Госпожа Оклен утверждает, что да. Не далее как на прошлой неделе я беседовала с ней в вышивальном клубе. Один на один, конечно же. Но вам можно доверить любую тайну, моя дорогая.

Мэдейлин наклонила голову и слегка улыбнулась, однако смущается она, похоже, только для вида. Иния тем временем выдала очередную сплетню.

– А вы слышали, что ребёночек госпожи Дойрис родился рыжим, хотя в роду ни у неё, ни у супруга рыжих никогда не было?

– Думается мне, наши кумушки могли и присочинить, – усмехнулась Мэдейлин.

Они продолжили болтать о незнакомых мне людях, а я изо всех сил пыталась подавить приступ паники и отчаяния. Слова Мэдейлин и Инии про возраст Адриэна меня так взбудоражили, что даже пальцы похолодели, а в ушах начал неприятно отдаваться каждый удар сердца. Слишком больно резануло и то спокойствие, с которым Иния говорила про смерть. Вдруг с Адриэном и правда случится непоправимое, а я не успею признаться, что не Элианна? Что тогда буду делать? Одна в чужом и враждебном мире, безо всякой поддержки… Хотя нет, звучит не лучше, чем слова Инии: будто я переживаю только за себя. Но ведь я искренне желаю мужу долгих лет жизни…

– Лиа, дорогая, с вами всё хорошо? Вы так побледнели. – Голос Мэдейлин заставил вынырнуть из страшных мыслей, и я оглядела комнату невидящим взглядом.

– Всё в порядке, просто немного… душно, – соврала я.

– Вы правы, здесь стало жарко, – поддакнула Иния. – Оэлли, душенька, открой окно.

Майрия тоже дёрнулась было помочь, но Мэдейлин вовремя ухватила её на локоть и заставила остановиться. Потом встала и подошла ко мне, с тревогой заглядывая в лицо, и принялась обмахивать меня салфеткой. Иния присоединилась к ней.

– Мы вас утомили своей глупой болтовнёй, дорогая, – сокрушённо проговорила она. – Оэлли, сходи в кухню и принести госпоже Элианне стакан воды.

Служанка быстрым шагом удалилась, а я выдавила извиняющуюся улыбку.

– Иния, Мэдейлин, спасибо за заботу, но со мной правда всё хорошо. Просто я принимала много разных зелий в последнее время. Думаю, дело в них.

– Ах, да, Ронни рассказывал, что вы зачастили к нему в кабинет. – Иния присела передо мной на корточки и сочувственно потрепала по руке. Нет, всё-таки её проявления заботы очень приятны. Мэдейлин стояла рядом и тоже смотрела участливо.

Я снова заставила себя улыбнуться женщинам. Как ни крути, а мне нужно с кем-то здесь дружить. И жёны друзей Адриэна, кажется, наилучший вариант из возможных. Я просто не знаю, где ещё можно с кем-то познакомиться.

– Свадьба – слишком волнующее событие, не мудрено, что у вас разыгрались нервы. А от них и все недомогания, – изрекла Иния. – Помню, я примерно за месяц до свадьбы перестала спать. Меня маменька и служанки уж как только ни пытались привести в нормальный вид, но всё равно на свадебных снимках я выгляжу будто покойница.

– Я тоже волновалась, почти ничего не ела, – усмехнулась Мэдейлин. – Но моя старенькая няня, да будет ей уютно за Гранью, сказала, что жених меня испугается, если перестану есть, и аппетит тут же вернулся. Уж очень я боялась, что свадьба отменится. Может, помните, как раз в то время разгорелся скандал: жених одной девушки из уважаемого семейства сбежал перед свадьбой, и…

Рассказ прервала вернувшаяся из кухни Оэлли. Она подошла ко мне и с поклоном протянула стакан, который я приняла с благодарностью. Не то чтобы очень хочется пить, просто нужно чем-то занять руки. Я сделала три маленьких глотка.

– Ну как, вам полегчало? – спросила Мэдейлин, и я кивнула.

– Так что там была за история, Мэди? – Иния поднялась на ноги и села рядом со мной на место Адриэна. Мэдейлин вернулась на свой стул.

– В общем, то происшествие со сбежавшем женихом меня напугало. Не помню точно фамилию, не то Тэрниен, не то Торниен…

– О, теперь я вспомнила! Того мальчика звали Эддис Торниен. Вроде бы говорили, что он влюбился в молоденькую служанку и сбежал с ней. Однако их поймали, девочку отправили под суд, а его сослали на границу с Сейридом, ведь после его выходки, конечно, ни одно благородное семейство не согласилось бы отдать за него дочь. Разве что девицу из чёрных списков…

– Да, поучительная история для молодых и не в меру строптивых, – вздохнула Мэдейлин.

– Но, полагаю, вам можно было не бояться: уж кто-кто, а ваш Яник слишком чтит закон и правила приличия.

– Этого не отнять. – Мэдейлин рассмеялась. – Кстати, что-то мужчины долго проветриваются. Яник, наверное, уже выкурил весь свой запас…

– Пусть поболтают, – усмехнулась Иния. – Посплетничают, порасспрашивают старину Адриэна о том, каково ему снова быть женатым. Ну а потом станут со снисходительным видом пенять нам на чрезмерную болтливость. И нам тоже нужно познакомиться ближе, ведь Лиа теперь часть нашей компании. Кстати, моя дорогая, вам непременно стоит вступить в наши женские клубы. Мы с Мэди состоим в вышивальном, вязальном, посещаем театральный кружок и поём в хоре. А вы чем увлекаетесь?

Я замялась, не зная, что сказать. Признаваться, что играю на пианино, наверное, пока не стоит. Что же до пения и театра… Когда училась в музыкальной школе, пела там в хоре, а в бытность студенткой сыграла роль служанки в пьесе, написанной к восьмому марта одним местным гением. Произносила всего пару реплик, но в целом было весело. Однако чтобы петь в хоре, нужно знать, как пишутся местные ноты, а пьесу придётся сначала прочитать…

– Не стесняйтесь, моя дорогая. Клубов по интересам много. Есть танцы, верховая езда, чтение вслух, шитьё, рисование, помощь в богадельнях и больницах, кружок кулинарии. Вы просто скажите, чем увлекались до замужества, и мы введём вас в круг. Не думаю, что Адриэн будет против.

– Наверное, я должна уметь шить… или вязать, – начала я и повертела в руках стакан с водой. – Или ездить верхом… Но незадолго до свадьбы я, гуляя по лесу, случайно забрела на болота и потеряла память. И теперь не помню, как и чем жила раньше.

– Ах, моя дорогая, мы слышали об этом от Ронни и Яника. – Иния подалась ко мне и сжала мои ладони в своих – крепких, тёплых и слегка шершавых. – Ужасное, чудовищное происшествие. Впрочем, нынче тёмное целительство шагнуло далеко вперёд. Думаю, вы обязательно поправитесь, уж Адриэн-то об этом позаботится.

Я внутренне поёжилась, а Иния отпустила мои руки. Я сложила их на коленях. Как же тоскливо от мыслей обо всех этих тёмных целителях! Скорее бы уже вернулся Адриэн: тогда женщины точно оставят меня в покое.

– Что же до больниц, я… боюсь вида крови, – тихо прибавила я.

– Ничего, моя дорогая, не волнуйтесь. Вас никто ни к чему не принуждает. Клубы по интересам – не пансион, где вас заставят сдавать экзамены. Наши дамы собираются, скорее, чтобы пообщаться, обменяться новостями, перемыть косточки слугам и мужьям. – Иния весело сверкнула глазами. – Ну и между делом помочь несчастным. Мы устраиваем благотворительные базары, концерты, даже скачки, и все средства отправляем тем, кому они нужны. Поэтому мужчины не запрещают нам иногда примерять на себя их роли.

– Как только почувствуете себя готовой, просто скажите. Мы будем брать вас с собой, – поддержала Мэдейлин.

Вроде бы мне стоит радоваться, что могу найти занятие по душе, но почему-то стало ещё тоскливее. Местные женщины, кроме детей и хозяйства, живут только сплетнями. Похоже, что все их клубы по интересам тоже существуют для того, чтобы они могли вдоволь обсудить всех и вся. Но показывать этого нельзя. Уж лучше ходить в клубы и привыкать сплетничать, чем просто сидеть дома и жалеть себя.

– Спасибо, буду рада.

– А зачем ждать, когда будете готовы? – Иния вскинула брови. – Вот в следующую субботу собирается театральный кружок: готовим к осени небольшой спектакль. Вы вполне можете посмотреть нашу репетицию, заодно познакомитесь с дамами. Пусть видят, какую умницу и красавицу нашёл себе Адриэн, и перестанут уже чесать языками на его счёт.

– Иния, не нужно. – Мэдейлин предупреждающе глянула на подругу.

– А что, моя дорогая Мэди, разве я не права? Некоторым нашим дамам не помешало бы думать, прежде чем говорить.

Я еле удержалась, чтобы не хмыкнуть, и заметила, как Мэдейлин мимолётно опустила голову. Похоже, мы с ней мыслим схоже.

– Так как, Лиа, мы договорились?

– Наверное, надо спросить у моего супруга, – пробормотала я: признаться честно, знакомиться с местными сплетницами страшновато. Может, Адриэн мне запретит? Было бы хорошо.

– Да что вы, моя дорогая, мужья обычно не возражают против посещения жёнами кружков. Более того, им даже удобнее: могут спокойно собираться в своих… мужских клубах, пока женщины при деле. – И глаза Инии снова блеснули.

– У мужчин тоже есть клубы? – спросила я и снова заметила предупреждающий взгляд Мэдейлин, брошенный ей на Инию.

– Ах, моя дорогая, ну конечно, есть. А где же им, бедненьким, играть в азартные игры, выпивать и обсуждать достоинства борде… Простите, – Иния с притворным ужасом ударила себя по губам. – Достоинства жён, разумеется. Вот они и собираются в своих клубах.

Мэдейлин хмыкнула, но ничего не сказала.

– И… Адриэн тоже? – спросила я, не сумев сдержать любопытство.

– Нет, что вы, моя дорогая. Вы, полагаю, наслушались всякого про своего супруга, однако с тех пор как… – Иния запнулась. – С тех пор как он потерял семью, вообще мало где появляется.

– Думаю, если бы не упорство Яника и Рониэля, он бы и с ними порвал всякую связь, – прибавила Мэдейлин. – Но они, конечно, никогда не бросили бы друга в беде.

– Я вас всех в то время не знала, но и не сомневалась, что Ронни и Яник прекрасные друзья, – улыбнулась Иния. – И вообще я давно говорю, что хватит уже Адриэну тосковать по погибшей семье. В конце концов, скорбью никого не вернёшь.

– Ох, Иния, тише, прошу вас. – Мэдейлин оглянулась по сторонам, будто боясь, что у стен в прямом смысле есть уши. – Пусть Адриэн и женился, но это ещё не значит, что можно говорить нечто подобное.

– Моя дорогая, – Иния и не думала сбавлять громкость, – неужели вы думаете, что я настолько бестактна? Но помяните моё слово, с молодой женой наш любезный друг быстро придёт в себя. Умерших, конечно, нельзя забывать, но и жить прошлым – не выход. Хотя я знаю такой тип мужчин, они по большей части несколько… фанатичны в своих привязанностях.

Я прикусила губу, стараясь успокоиться. Может, конечно, я просто слишком много общалась с Адриэном за эту неделю, и он успел несколько раз отчитать меня за бестактность, но слова Инии покоробили. И ведь не она одна озвучивает подобные мысли… Конечно, она в чём-то права, однако каждый человек имеет право носить траур столько, сколько нужно по его мнению.

– А по-моему, то, что Адриэн до сих пор не может отпустить семью, говорит о нём, как о надёжном человеке, – всё-таки выпалила я. – Не каждый сумеет столько лет хранить в душе любовь к покойной жене.

Иния вскинула брови и, как мне показалось, улыбнулась слегка снисходительно.

– Моя дорогая, ваше желание вступиться за супруга очень трогательно. И вам, пожалуй, простительна такая… наивность. Вы ещё очень молоды, но поверьте моему опыту: чем дольше живёте на свете, тем больше начинаете ценить каждый миг. И тратить драгоценную жизнь на тоску по тем, кого всё равно не вернуть, глупо.

– Но и заставить себя вдруг забыть и начать радоваться жизни тоже невозможно, – возразила я. – Вы не можете просто щёлкнуть пальцами и вычеркнуть из жизни трагедию. Тем более, такую.

– Да разве же я утверждала обратное? – Иния снова глянула на меня, как на малолетнюю дурочку. – И, конечно, это прекрасно, что он столько лет был верен памяти покойной… забыла, как её звали…

– Линара, – суховато ответила Мэдейлин и поджала губы. – Но давайте всё же…

– Да-да, Линара, точно. Так вот, прекрасно, что он был верен ей до сих пор, однако это ведь не жизнь. Я тоже носила траур и знаю, каково это. Конечно, глупо сравнивать…

– И правильно, не сравнивайте, – перебила Мэдейлин. – И хоть Лиа очень молода, она совершенно права. Мы с вами, да и никто другой, не имеем права судить, кто и сколько должен горевать по умершим. Лина была прекрасным человеком, и я бы никому не пожелала пережить всё то, что довелось Адриэну. И, прошу вас, давайте всё же поговорим о чём-нибудь другом. Верх неприличия обсуждать хозяина дома прямо в его гостиной.

– Пожалуй, вы правы, Мэди, я веду себя не лучше кумушек из клубов, которым только дай перемыть кому-нибудь косточки. – Иния, кажется, вообще не смутилась отповеди младшей подруги. – Но я просто ужасно рада за нашего Адриэна, вот и несу первое, что в голову взбредёт.

Она взяла со стола бумажную салфетку и обмахнулась ей, как веером.

– Оэлли, душенька, – позвала она, и служанка тотчас возникла на пороге. – Плесни-ка мне сока.

– Конечно, госпожа Иния. – Оэлли слегка поклонилась и прошла к столу.

– Кстати о слугах. – Мэдейлин посмотрела на меня уже гораздо более приветливо, чем в начале вечера. – Мы обещали Адриэну поискать подходящую служанку. Может, у вас есть пожелания? Мужчины мало что в этом понимают: они уходят на службу и проводят там большую часть времени. А со слугами общаться нам…

Я замялась, не зная, что ответить. Как вообще выбирают слуг? По цвету волос? Тембру голоса? Кулинарным способностям?

– Мне главное, чтобы она была как можно менее заметной и не раздражала Адриэна шумом, – наконец выдала я и взяла стакан, где ещё оставался сок.

– Понимаю вас, – улыбнулась Мэдейлин и сурово взглянула на застывшую в дверном проёме Майрию. – Постараюсь как можно скорее помочь, но пока, наверное, придётся вам потерпеть эту неумёху: мы одолжим её на то время, пока Адриэн будет на службе.

– Благодарю вас, – улыбаясь как можно более тепло, ответила я, соображая, почему мне обязательно нужна служанка. Я могу и одна дома побыть. Или нет?

Я хотела сказать ещё что-нибудь вежливое, но тут хлопнула дверь в прихожей, и дом заполнил бас Рониэля. Ну наконец-то можно выдохнуть…

Глава 35

Адриэн

– Ну, дружище, давай рассказывай, – потребовал Рониэль, едва мы спустились со ступеней на дорожку перед домом.

– Что именно?

– Как что? Про жизнь семейную.

И Эксерс расплылся в хитрой улыбке. Однако долго улыбаться ему не дали.

– Может, мы хоть закурим для начала? В отличие от тебя, я сюда вышел не языками чесать. – Яник полез в нагрудный карман сюртука и извлёк оттуда бумажный конверт.

– Доставай свои сигары, а Адриэн пока может начать рассказ.

– Эксерс, ты меня знаешь: я ничего не скажу, – хмыкнул я, сцепив руки за спиной. – Да и что именно ты хочешь от меня услышать?

– Ничего себе! Ты скоропалительно женишься после стольких лет одиночества, и пытаешься убедить меня, что это естественно? – Рониэль взял у Яника сигару и принялся разминать в пальцах.

– Составишь нам компанию? – перебил его Рэмис и протянул мне конверт. – Сигары что надо.

Я покачал головой и краем глаза подметил, как Эксерс состроил страшные глаза и пихнул Яника в бок. Эти двое вечно обмениваются тайными знаками на мой счёт, искренне полагая, что я этого не замечаю. Приучены ещё с тех времён, когда любое неосторожное слово могло иметь необратимые последствия. Лина не переносила запах табака и хотя никогда не выражала недовольство, я сам решил завязать с этой привычкой. После гибели Лины не начал заново в память о ней.

– Если думаешь, что я просто так отстану, глубоко ошибаешься. – Эксерс похлопал меня по плечу. – Так как, брачная ночь состоялась?

Яник закатил глаза и сотворил искру, от которой первым прикурил Рониэль.

– Эксерс, демоны похотливые тебе под хвост, вообще-то, брачная ночь вполне естественное дело, кто станет с этим тянуть?

– Когда Адриэн привозил ко мне Элианну, а было это в среду, подтверждение брака ещё не состоялось. – И Эксерс глубоко затянулся, тут же закашлявшись.

– Эксерс, ты бы помолчал, а? – проворчал я, дождавшись, пока его отпустит. – Как же целительская тайна?

– Так ведь я не рассказываю про здоровье Элианны, – тут же нашёлся Рониэль. – Всего лишь хочу за тебя порадоваться.

– Мне ли тебя не знать, – отмахнулся я: дым попал в нос и заставил поморщиться.

– Для целителя у тебя и правда слишком длинный язык, – хохотнул Яник и тоже затянулся.

– Я просто желаю друзьям счастья.

– Верим, – скептически протянул Яник и продолжил, разом посерьёзнев: – Мне вот другое интересно. Всё-таки с чего вдруг ты вообще решил жениться? И, главное, так скоропалительно: тут я даже с Эксерсом соглашусь.

– А что в этом такого? Разве человек не имеет права жениться? – снова вмешался Рониэль. – Да хотя бы даже, чтобы не шататься по борделям.

Яник посмотрел на Эксерса раздражённо.

– Ты опять? Если сам женишься ради супружеского долга, твоё дело. Но вот на Адриэна это не похоже.

– Почему же? – Я изобразил удивление. – Чем я хуже Эксерса? Может, мне правда надоело ходить к шлюхам, и я решил остепениться?

Яник отвёл глаза и сказал уже тише:

– После семи лет траура? Вот так, даже нас предупредив только в последний момент? Никто не убедит меня, что ты женился по большой любви.

– Будто сам не знаешь, что я не склонен распространяться о чувствах. – Я пожал плечами. – Я же рассказывал: был в поместье Азерисов по делам, увидел Элианну и понял, что пора снова жениться.

– Ну-ну, – как-то невесело хмыкнул Яник, а Эксерс хитро сверкнул глазищами.

– А что, я вполне верю. Элианна девушка красивая, а наш Адриэн давно отвык от общества приличных женщин. К тому же она молодая, из неё можно вылепить идеальную спутницу жизни.

– Допустим, однако вопрос о спешке с заключением брака всё равно не даёт мне покоя. Если я правильно понимаю, вы выждали лишь три месяца?

– Рэмис, просто ты бесчувственный чурбан, – перебил его Рониэль. – Положенный приличиями год – настоящая пытка, уж я тебе точно говорю, потому что самому приходится ждать и того больше.

– Вот именно, даже ты не женился спустя три месяца, хотя в вашем случае это как раз было бы не так странно.

– Я не могу пойти против воли Инии, а она непременно хотела выждать год, да ещё свадьбу сыграть именно весной… Вот и выходит все полтора! Хотя три месяца вполне допустимый приличиями срок, и я давно мог бы быть женат… – Эксерс картинно закрыл лицо свободной от сигары рукой. – Так что Адриэн поступил правильно.

– Ладно тебе страдать, – отмахнулся Яник. – Можно подумать, вы терпите до свадьбы.

– А может, и терпим? Мы, вообще-то, благовоспитанные люди, соблюдающие приличия.

– Ну-ну, – ухмыльнулся Яник и перевёл цепкий взгляд на меня. – Так вот, возвращаясь к вопросу… Может, расскажешь, зачем на самом деле женился?

В любом другом случае я бы давно прервал этот бестактный допрос, но друзья должны верить, что у меня были веские причины. Рэмис слишком дотошный, чтобы оставлять в его голове хоть один повод для сомнений.

– Надоели нелепые слухи. – Я пожал плечами и сунул большие пальцы в карманы брюк. – Будто сами не знаете, какую чушь обо мне болтают.

– Ну а теперь-то болтать, конечно, разом перестанут, – криво ухмыльнулся Яник и затянулся.

– Не перестанут, но будет сложнее приплетать мне новые грехи. Мужчина, женатый на молодой, красивой девушке вряд ли побежит в бордель при первой возможности. В конце концов, в нашем возрасте уже начинает цениться респектабельность, а брак вполне этому способствует.

– Хочешь сказать, что наконец-то внял увещеванием начальства? – Яник усмехнулся. – «Репутация работников правосудия превыше всего»?

Я тоже усмехнулся. В отличие от Румо Алиенса, обожавшего скандалы, господин Эрранс считает, что моральный облик работников его ведомства едва ли не главное в работе.

– Очень смешно. Может, я и не тяну на влюблённого, но Элианна мне прекрасно подходит: она из уважаемого рода, молодая, красивая. Пусть все, включая писак из «Сплетника», думают, что я потерял голову от любви после долгих лет одиночества.

– Да и о наследниках пора подумать, – поддакнул Эксерс и тут же отпрянул, потому что получил явно неслабый тычок под рёбра от Яника. – А что я такого сказал? Адриэну уже не так мало лет. Никто не знает, когда кто из нас отправится за Грань.

Я поморщился, но промолчал. Что я могу ответить Эксерсу? Он во всём прав, только мне не нужны наследники. Если Элианне повезёт, она ещё найдёт себе более порядочного мужа и родит детей от него.

– Вот именно, что никто, и нечего болтать ерунду, – осадил Рониэля Яник.

– К тому же тут немаловажен процесс…

– Эксерс, я сейчас плюну на этику и наложу на тебя заклятие молчания. До завтрашнего утра помолчишь, может, немного поумнеешь.

– Мне так нравится, когда ты изображаешь ханжу, – хохотнул Рониэль и подмигнул. – Никогда не устану за этим наблюдать.

Яник фыркнул и снова перевёл взгляд на меня.

– То есть ты всё-таки женился только ради общественного мнения? – уточнил он, ещё раз свирепо посмотрев на Рониэля.

– Не только. Как бы Эксерс ни раздражал своей зацикленностью на супружеской близости, это тоже… сыграло роль. Приятнее иметь под боком постоянную женщину, согласись. Я в самом деле порядком устал от борделей и прочей ерунды.

От собственных слов пальцы начало покалывать. Хотя я не так уж и далёк от истины: если бы не план, точно не пренебрегал бы супружескими обязанностями. Во всяком случае, пока память к Элианне не вернулась. А ведь я сегодня дважды обнимал её, пусть и в шутку, и она явно не была против…

– И он не лжёт, – раздался над ухом весёлый голос Эксерса. – Вон как взгляд-то затуманился…

Я вздрогнул и резко развернулся.

– Эксерс, демоны похотливые тебя раздери, забыл, что ко мне лучше не подкрадываться?

– Так я и не подкрадывался. Просто подошёл поближе, чтобы удостовериться: брачная ночь всё-таки состоялась.

– Опять незаконно читаешь ауру? – вмешался Яник, щёлкнул пальцами, и остаток сигары в пальцах погас.

– Само получилось. – Рониэль с притворным смущением сцепил перед собой руки.

– Надеюсь, вы оба удовлетворили любопытство? – поинтересовался я, незаметно сбросив излишек силы в землю рядом с дорожкой. – Может, теперь поговорим о чём-нибудь другом?

– Ну уж нет, – упёрся Рониэль. – Расскажи, как прошла ночь. Ну понятное дело, что невинные девицы не лучший подарок в постели, но… Ай, Рэмис, ты доиграешься, я ведь и ответить могу.

В висок неприятно ударил импульс. «Знаю, но… не помню. Так что, можно сказать, вы будете первым», – прозвучал в голове голос Элианны. Она, конечно, слегка слукавила. Судя по тому, как она в конце концов осмелела, помнит гораздо больше, чем хочет показать. И что бы я ей ни говорил, меня это задело.

– Ещё пара таких фраз, и я, пожалуй, присоединюсь к Янику и продлю заклятие молчания на пару дней. Будешь с больными на пальцах объясняться. – Я смерил Эксерса хмурым взглядом.

– Да ладно тебе. Я ведь и так знал, что ты ничего не расскажешь. – Рониэль с притворной обидой в голосе отвернулся.

– Тогда зачем спрашивал? – усмехнулся я. – Ну, так и быть…

Эксерс развернулся так резко, что даже покачнулся. Яник вскинул брови и вопросительно уставился на меня. Неужели они правда такие наивные, что ждут откровений?

– … Скажу, что мы уже посетили бюро архивов и получили брачный кристалл.

– И всё? – Рониэль глянул на меня с видом оскорблённого достоинства. – Это и так понятно…

– Не всё. После бюро архивов зашли пообедать в таверну.

– Издеваешься?

– И в мыслях не было. Угадайте, кого мы там встретили.

– Не томи, говори уже. – Яник смотрел заинтересованно.

– Господина Румо Алиенса.

– Что-то такое я и предполагал, – скривился Рэмис. – Говорят, он нарочно полдня проводит в таверне: жена не очень-то рада его обществу дома, ну заодно и отличная возможность сплетни пособирать.

– А ловко ты перевёл тему, – пробурчал Рониэль, покосившись на меня. – И что? Наверняка старый дурак не преминул наговорить гадостей?

– Он, кажется, до сих пор не может простить мне, что не пожелал с ним породниться.

– Только ради этого стоило жениться, – осклабился Яник. – Пусть бесится.

– Рад что ты одобряешь, а то уже начал переживать, – ухмыльнулся я. – Думать, не зря ли решил вернуться к «нормальной», в вашем понимании, жизни.

Рэмис потупился и полез в карман за конвертом с сигарами. Зато Рониэль не смутился.

– Зря ты язвишь, – заметил он. – Мы полностью поддерживаем твоё решение. Так что Алиенс? Одобрил твой выбор?

Яник, вытянувший из конверта две сигары, засмеялся и протянул одну Рониэлю.

– Так и представляю старого склочника, желающего тебе счастья. А на физиономии написано что-то вроде: «Да чтоб твою душу демоны унесли».