Текст книги "Нежеланный брак, или уроки любви для герцога (СИ)"

Автор книги: Кати Владмар

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 23 страниц)

Глава 26. Неожиданная встреча

Королевский дворец сиял тысячами огней. На подъезде к нему я невольно затаила дыхание. Величественное здание, украшенное флагами и гирляндами, казалось воплощением всего великолепия столицы.

– Впечатляет, не правда ли? – произнес Родерик.

Я кивнула, стараясь скрыть волнение. Розали наверняка приходилось бывать здесь раньше, и мне следовало вести себя соответственно. Но сердце предательски колотилось при мысли о том, что вскоре я окажусь среди сотен аристократов на королевском балу.

Наш экипаж остановился у парадного входа. Лакей открыл дверцу, и герцог помог мне выйти. Я нервно расправила складки своего платья.

– Не волнуйтесь, вы выглядите великолепно, – тихо сказал Родерик, предлагая мне руку.

Я благодарно кивнула и невольно залюбовалась им самим. В строгом вечернем костюме, с безупречно повязанным белоснежным галстуком и с волосами, аккуратно зачесанными назад, он выглядел еще более аристократичным и недоступным, чем обычно. Его серые глаза казались глубже в свете фонарей, а четко очерченные скулы подчеркивали благородство черт. Я вдруг осознала, что многие дамы сегодня будут бросать на него восхищенные взгляды. И по какой-то причине эта мысль вызвала во мне укол ревности.

Мы поднялись по широкой мраморной лестнице и вошли в просторный холл, где уже собирались гости. Повсюду сновали слуги в ливреях, разнося напитки. Дамы в роскошных платьях с перьями в высоких прическах и джентльмены в строгих вечерних костюмах или военных мундирах создавали пеструю, живую картину.

Церемониймейстер громко объявил наши имена, и я почувствовала, как десятки взглядов обратились к нам. Родерик, казалось, не замечал этого внимания. Он уверенно вел меня через толпу, изредка кивая знакомым.

– Герцог Бельмонт! Какая приятная неожиданность!

К нам подошла пожилая дама с властным лицом и пронзительными глазами.

– Леди Маркорт, – Родерик слегка поклонился. – Позвольте представить вам мою жену.

– Наслышана, наслышана, – произнесла она, окидывая меня оценивающим взглядом. – Весь город только и говорит о вашей… неожиданной свадьбе.

Я сделала реверанс, чувствуя, как напрягся Родерик рядом со мной.

– Для меня честь познакомиться с вами, леди Маркорт, – произнесла я с вежливой улыбкой.

– Хм, – только и сказала дама, прежде чем отойти, уступив место другим желающим поприветствовать нас.

Следующий час прошел в бесконечных представлениях и светских беседах. Я старалась запоминать имена и лица, но их было слишком много. Родерик держался рядом, изредка поясняя шепотом, кто есть кто среди гостей.

Внезапно я заметила знакомые лица. В нескольких шагах от нас стояли мать Розали, ее брат Джеймс и младшая сестра Маргарет. Они еще не заметили нас, но встреча была неизбежна.

– Родерик, – тихо произнесла я, – мои родные здесь.

Он проследил за моим взглядом и слегка нахмурился.

– Я знаю. Я видел их имена в списке приглашенных, – сказал он. – Давайте подойдем поздороваться.

Я кивнула, хотя внутри все сжалось от волнения. Мне не очень хотелось встречаться с семьей Розали, учитывая обстоятельства. Судя по тому, что вся забота о дочери ограничилась одним единственным письмом, они не слишком беспокоились о ее судьбе и были даже рады избавиться от неудобной родственницы. Джеймс практически продал сестру, лишь бы не тратиться на ее наряды и не краснеть за ее поведение.

В этот момент брат повернулся и увидел нас. Затем он наклонился к матери и что-то сказал ей. Она обернулась, и ее взгляд встретился с моим.

– Герцог Бельмонт, – произнесла баронесса с легким кивком. – Какая… неожиданная встреча.

– Баронесса, – Родерик холодно поклонился. – Лорд Уилмор, леди Маргарет.

– Сестра, – Джеймс обратился ко мне с некоторым удивлением. – Ты… хорошо выглядишь.

Я сделала реверанс, стараясь сохранять спокойствие.

– Рада видеть вас всех в добром здравии, – сказала я.

– Действительно, – подхватила Маргарет, разглядывая меня с любопытством, граничащим с бестактностью. – Ты выглядишь совсем не так, как раньше. Замужество тебя изменило.

– К лучшему, смею надеяться, – ответила я с легкой улыбкой.

– Мы получили ваше письмо, милорд, – сказала баронесса, обращаясь к Родерику. – Признаться, были удивлены вашим отказом принять нас.

Я бросила быстрый взгляд на Родерика. Значит, все же отправил им письмо.

– Мы были очень заняты, – ответил герцог спокойно.

– Конечно, – холодно улыбнулась баронесса. – Мы понимаем, что у новобрачных много… забот.

В этот момент раздались звуки фанфар, и церемониймейстер объявил о прибытии королевской семьи. Все разговоры стихли, и гости повернулись к главному входу в бальный зал.

Первым вошел король – пожилой мужчина с седыми бакенбардами и величественной осанкой. За ним следовала королева – миниатюрная женщина с добрым лицом. Далее шел принц – наследник престола, Фредерик, высокий и статный, с военной выправкой.

Я внимательно осмотрела процессию, ища глазами младшего принца Альберта, о котором ранее рассказывал Родерик. Его прогрессивные идеи и проекты по улучшению города заинтриговали меня, но среди входящих членов королевской семьи его не было.

– А где принц Альберт? – тихо спросила я у Родерика.

– Младший принц практически не участвует в официальных церемониях и балах, – ответил он, слегка наклонившись ко мне. – Он предпочитает более тихие развлечения – научные дискуссии, музыкальные вечера. Говорят, он может появиться позже, когда закончится официальная часть, но это не гарантировано. Многие считают его эксцентричным, но король позволяет младшему сыну такие вольности, поскольку Фредерик безупречно выполняет все обязанности наследника.

Я вспомнила наш разговор у реки, когда Родерик говорил, что вторым сыновьям дозволяется чуть больше свободы, чем наследникам. Сам Родерик, став главой семьи после смерти старшего брата, был лишен той свободы, которой, вероятно, мог бы наслаждаться, останься он вторым сыном. Интересно, думал ли он об этом сейчас, глядя на королевскую семью? Я украдкой взглянула на его лицо, пытаясь уловить изменение настроения. Но, как обычно, его чувства были надежно спрятаны за маской идеального спокойствия.

Глава 27. Принц Альберт

После официальных приветствий и речей начались танцы. Родерик извинился и отошел поговорить с какими-то джентльменами, а я осталась с семьей Розали.

– Расскажи, как тебе живется в поместье Бельмонтов? – спросила Маргарет с плохо скрываемой насмешкой. – Говорят, оно огромное.

– Да, поместье впечатляет, – ответила я. – Особенно сады.

– Сады? – хмыкнув, переспросила Маргарет. – С каких пор тебя интересуют сады? Ты всегда говорила, что ненавидишь природу и предпочитаешь городскую жизнь.

Я мысленно выругалась. Очередная деталь о Розали, которой я не знала.

– Люди меняются, – сказала я. – Особенно после замужества.

– Да, ты определенно изменилась, – пробормотал Джеймс, внимательно наблюдая за мной. – Почти не узнать.

К счастью, в этот момент к нам подошла леди Хелена с несколькими дамами.

– Герцогиня! – воскликнула она с теплотой, которая явно удивила мою семью. – Я так рада снова вас видеть. Я как раз рассказывала леди Парсонс о вашем интересе к образованию. Она, как и я, состоит в комитете по благотворительности.

Я с благодарностью улыбнулась леди Хелене, радуясь возможности сменить тему. Краем глаза я заметила, как Маргарет и мать обменялись недоуменными взглядами. Очевидно, их поражало, что я так легко общаюсь с одной из самых уважаемых дам высшего общества.

– Леди Хелена, какая приятная встреча, – произнесла я. – Леди Парсонс, рада с вами познакомиться.

– Дорогая, – продолжила леди Хелена, – я также хотела представить вас леди Бервик. – Она указала на элегантную женщину чуть за тридцать с умными глазами и тонкой улыбкой. – Я рассказала ей о вашей любви к литературе, и она очень заинтересовалась.

– Леди Бервик? – я не смогла скрыть своего удивления и восхищения. – Та самая леди Бервик, чьи… – я вовремя остановилась, вспомнив, что ее авторство романов, публикуемых под мужским псевдонимом, считалось тайной в обществе.

Леди Бервик улыбнулась еще шире.

– Леди Хелена упомянула, что вы необычайно разумны, – сказала она тихо. – Я буду рада побеседовать с вами о литературе… и, возможно, о некоторых моих скромных трудах.

– Это большая честь для меня, – искренне ответила я.

Джеймс откашлялся, явно сбитый с толку происходящим.

– Розали всегда интересовалась… чтением, – произнес он нерешительно, словно сам не верил своим словам.

– О да, – подхватила леди Хелена с энтузиазмом. – Герцогиня обладает удивительно острым умом и широким кругозором. Мы имели чудесную беседу о современной литературе во время ее последнего визита в наш дом.

Маргарет выглядела так, будто вот-вот потеряет сознание от изумления. Я едва сдержала улыбку, вспомнив, что настоящая Розали, по всей видимости, не проявляла особого интереса к книгам, предпочитая более легкомысленные развлечения.

– Да, я считаю образование крайне важным, – сказала я.

– Особенно для девочек, – добавила леди Парсонс, полная дама средних лет с добрыми глазами. – Мы как раз обсуждали новый институт для благородных девиц, который планируется открыть в следующем году.

– Это прекрасная инициатива, – согласилась я. – Хотя, на мой взгляд, стоило бы подумать и об образовании для детей из низших сословий.

Маргарет фыркнула.

– Зачем учить детей бедняков? Чтобы они забыли свое место?

– Напротив, – возразила я. – Чтобы они могли найти свое место в меняющемся мире. Образованные люди приносят больше пользы государству, независимо от их происхождения.

– Какая интересная мысль, – раздался мужской голос за моей спиной.

Я обернулась и увидела мужчину немного старше Родерика, который с интересом прислушивался к нашему разговору. Он был высок и строен, с тонкими аристократическими чертами лица, темно-каштановыми волосами и внимательными голубыми глазами. Его костюм, хоть и безупречно сшитый, был заметно проще, чем у большинства придворных – без лишних украшений и вычурности. Что-то в его манере держаться – спокойно, с достоинством, но без напыщенности – привлекло мое внимание.

Заметив, что леди Хелена и другие дамы присели в глубоком реверансе, я поспешила последовать их примеру.

– Ваше Высочество, – произнесла леди Бервик.

Только тогда я поняла, что передо мной принц Альберт – тот самый младший сын короля.

– Пожалуйста, продолжайте, – сказал принц с легкой улыбкой. – Вы говорили об образовании для низших сословий. Это тема, которая меня чрезвычайно интересует.

Я почувствовала, как краснею под его внимательным взглядом.

– Я просто считаю, что образование должно быть доступно всем, кто стремится к знаниям, – сказала я. – Это позволит выявить таланты, которые иначе могли бы остаться незамеченными.

– Совершенно верно, – кивнул принц. – Я давно продвигаю идею создания общедоступных школ. Но многие считают это… революционным.

– Потому что это и есть революционное предложение! – воскликнула Маргарет. – Простите, Ваше Высочество, но если мы начнем учить всех подряд, кто будет работать на фабриках и в полях?

– Те же люди, – ответила я, прежде чем принц успел возразить. – Но они будут делать это более эффективно, с пониманием процессов и возможностью их улучшить. Разве это не принесет пользу всем?

Принц Альберт смотрел на меня с явным одобрением.

– Вы выразили мои мысли лучше, чем я сам мог бы это сделать, – сказал он. – Позвольте узнать ваше имя.

– Герцогиня Бельмонт, Ваше Высочество, – представила меня леди Хелена.

– Ах, да, – кивнул принц. – Я слышал о вашем недавнем браке. Герцог Бельмонт – достойный человек.

– Благодарю, Ваше Высочество, – произнес Родерик, неожиданно появившийся рядом со мной. – Я вижу, вы познакомились с моей женой.

– И должен сказать, что восхищен ее умом и прогрессивными взглядами, – улыбнулся принц. – Вам повезло, герцог. Не каждый день встретишь женщину, которая так глубоко понимает важность образования для всех слоев общества.

Я заметила, как что-то промелькнуло в глазах Родерика.

– Да, мне действительно повезло, – сказал он, глядя на меня с непривычным выражением. – Моя жена полна сюрпризов.

Принц Альберт еще несколько минут беседовал с нами о своих будущих проектах и планах по улучшению городской инфраструктуры, затем извинился и отошел, чтобы поприветствовать других гостей.

– Вы произвели впечатление на принца, – заметил Родерик, когда мы остались одни. В его голосе звучала странная смесь гордости и чего-то еще, что я не могла точно определить.

– Надеюсь, это хорошо? – спросила я с легкой улыбкой.

– Да, конечно, – ответил он, но его взгляд на мгновение метнулся в сторону, где стоял принц Альберт. – Хотя его высочество, кажется, проявил к вам… особый интерес.

– Он просто заинтересовался моими взглядами, – пояснила я, внимательно наблюдая за реакцией Родерика.

– Разумеется, – произнес он с едва заметной ноткой сарказма. Затем, словно приняв какое-то решение, он выпрямился и протянул мне руку. – Позвольте пригласить вас на танец?

Предложение прозвучало так неожиданно, что я на мгновение потеряла дар речи.

– С удовольствием, – ответила я, вкладывая свою руку в его.

Родерик вывел меня в центр зала, где уже формировались пары для следующего танца. Это был вальс – танец, требующий близости партнеров, что заставило мое сердце биться чаще.

Когда зазвучала музыка, Родерик положил руку мне на талию и привлек к себе – чуть ближе, чем того требовали правила приличия. Я почувствовала тепло его тела и уловила легкий аромат одеколона. Его ладонь на моей спине была теплой и уверенной, а пальцы слегка сжимали мою руку. Эта неожиданная близость вызвала странное головокружение, словно воздух вокруг нас стал разреженным.

Мы начали двигаться в такт музыке, и я была удивлена тем, как легко мы вписались в ритм друг друга. Будто наши тела знали какой-то секрет, о котором не догадывались мы сами.

– О чем вы говорили с принцем Альбертом? – спросил Родерик, ведя меня в повороте. Его голос звучал небрежно, но я заметила, как внимательно он наблюдал за моей реакцией.

– Об образовании, – ответила я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, несмотря на то, что его близость лишала меня способности ясно мыслить. – О том, что оно должно быть доступно не только аристократии.

– И принц разделяет эти взгляды? – В его тоне промелькнуло что-то похожее на напряжение.

– Да, вполне. Он даже упомянул о каких-то своих проектах, – я подняла глаза и встретилась с его взглядом. – Вас это беспокоит?

Родерик сделал вид, что не понял вопроса.

– Почему меня должны беспокоить образовательные проекты принца?

– Я имела в виду его внимание… ко мне, – уточнила я, сама удивляясь своей смелости.

Его рука на моей талии чуть напряглась, притягивая меня еще ближе.

– Принц известен своим интересом к умным женщинам, – сказал он после паузы. – Но вы – герцогиня Бельмонт. Моя жена.

В этих последних словах прозвучало что-то собственническое, отчего по моей спине пробежала дрожь.

Глава 28. Тепло его губ

Остаток бала прошел как в тумане. После нашего танца с Родериком что-то изменилось. Он больше не отходил от меня надолго, словно опасаясь, что принц Альберт может снова завладеть моим вниманием. Еще несколько раз герцог приглашал меня на танец, и каждый раз его рука на моей талии казалась чуть увереннее, а взгляд – теплее.

Я заметила, как некоторые гости с любопытством наблюдали за нами. Особенно выразительными были лица семьи – Маргарет не скрывала изумления, а Джеймс выглядел так, будто не мог поверить своим глазам. Очевидно, поведение Родерика не соответствовало тому, что они ожидали от нашего брака.

Леди Хелена, проходя мимо нас после очередного танца, тихо сказала мне.

– Вы покорили не только принца, дорогая. Я не видела Родерика таким… оживленным уже много лет.

Я хотела спросить, что она имеет в виду, но в этот момент к нам подошла леди Бервик.

– Герцогиня, – сказала она с теплой улыбкой, – я была бы рада, если бы вы навестили меня как-нибудь. У меня есть несколько книг, которые могли бы вас заинтересовать.

– С удовольствием, – искренне ответила я.

– Прекрасно, – кивнула она. – Я пришлю вам приглашение в ближайшие дни.

Когда она отошла, Родерик задумчиво посмотрел ей вслед.

– Леди Бервик редко приглашает к себе новых знакомых, – заметил он. – Вы действительно произвели на нее впечатление.

– Она необыкновенная женщина, – сказала я. – Писать такие книги и при этом сохранять тайну своего авторства…

Родерик слегка нахмурился.

– Вы помните наш разговор у Рочестеров, – заметил он. – Должен признать, леди Бервик несомненно талантлива и эрудирована, но я не вполне одобряю ее… методы. Женщине ее положения не следовало бы прибегать к подобным уловкам.

– Но разве у нее был выбор? – возразила я. – Издатели вряд ли приняли бы рукопись, подписанную женским именем.

– Возможно, – неохотно согласился он. – Но есть определенная… двусмысленность в том, чтобы вести двойную жизнь.

– Если леди Бервик хочет реализовать свой литературный талант, у неё просто нет другой возможности, кроме как держать своё авторство в секрете, – заметила я. – Общество готово восхищаться её умом в светских беседах, но вряд ли примет женщину-романиста.

– Это едва ли можно назвать секретом в полном смысле слова, – сухо ответил Родерик. – В высшем обществе большинство осведомлены о ее литературных занятиях, просто предпочитают не обсуждать это открыто. – Он понизил голос. – Особенно учитывая ее близость к принцу Альберту. Говорят, они… особенно дружны.

В его тоне было что-то такое, что заставило меня предположить, что «дружба» леди Бервик и принца была особого рода. Я не стала развивать эту тему – из уважения к леди Бервик и нежелания уподобляться салонным сплетницам. Какими бы ни были ее отношения с принцем, это не моё дело.

Бал продолжался до глубокой ночи. Когда мы наконец сели в экипаж, чтобы вернуться в городской дом, усталость навалилась на меня с неожиданной силой. Напряжение последних часов, постоянное внимание к каждому слову и жесту, танцы – все это вымотало меня.

– Вы устали, – заметил Родерик, глядя на меня с непривычной мягкостью.

– Немного, – призналась я, пытаясь подавить зевок.

– Отдохните, – сказал он. – Путь до дома неблизкий.

Я хотела возразить, что это неприлично – засыпать в его присутствии, но веки стали такими тяжелыми… Экипаж мягко покачивался, убаюкивая меня. Последнее, что я помню, – как моя голова непроизвольно склонилась к плечу Родерика, и он, вместо того чтобы отстраниться, осторожно обнял меня за плечи, позволяя устроиться удобнее.

Проснулась я от легкого толчка – экипаж остановился. Сонно моргая, я не сразу поняла, где нахожусь. Моя голова все еще покоилась на плече Родерика, а его рука обнимала меня, удерживая от падения.

– Мы приехали, – тихо сказал он.

Я выпрямилась, чувствуя, как краска заливает щеки.

– Простите, я не хотела…

– Все в порядке, – перебил он. – Вы очень мило спите.

Лакей открыл дверцу экипажа. Родерик вышел первым и подал мне руку. Когда я ступила на землю, прохладный ночной воздух заставил меня вздрогнуть. Не говоря ни слова, Родерик снял свой вечерний пиджак и накинул мне на плечи. Его тепло и запах окутали меня, вызывая странное чувство защищенности.

– Вам не будет холодно? – спросила я, глядя на его белоснежную рубашку.

– Не беспокойтесь обо мне, – ответил он с легкой улыбкой. – Пойдемте, вам нужно отдохнуть.

Мы вошли в дом, где нас встретил дворецкий, несмотря на поздний час. Родерик отпустил его и сам проводил меня до моей комнаты. У двери я остановилась и сняла его пиджак, чтобы вернуть.

– Благодарю вас, – сказала я, протягивая ему пиджак.

– Не стоит благодарности, – ответил он, принимая его. Когда он забирал пиджак, его пальцы коснулись моей руки и от этого мимолетного прикосновения по коже пробежали мурашки.

Мы стояли так близко, что я могла различить каждую черточку его лица. В полумраке коридора его глаза казались воплощением самой ночи, глубокими и непроницаемыми. Он забрал пиджак, но не торопился уходить, словно что-то удерживало его рядом со мной. Повисла странная пауза, наполненная каким-то невысказанным напряжением. На мгновение мне показалось, что он хочет что-то сказать или сделать. Его взгляд скользнул к моим губам, но тут же переместился выше, встретившись с моим, и что-то в этом взгляде – темное, жаркое, почти осязаемое – заставило мое сердце пропустить удар.

– Сегодня вы… блистали, – произнес он тихо.

– Спасибо за этот вечер, – ответила я. – И за танцы.

Он улыбнулся, той редкой, искренней улыбкой, которая преображала его лицо.

– Это мне следует благодарить вас, – сказал он. – Давно я не получал такого удовольствия от бала.

С этими словами он взял мою руку в свою. На мгновение наши взгляды встретились, и что-то в его глазах заставило меня затаить дыхание. Затем он медленно поднес мою руку к губам. Это не был формальный поцелуй руки, какой полагается по этикету. Его губы коснулись не перчатки и даже не тыльной стороны ладони, а внутренней стороны запястья – там, где кожа особенно нежная и пульс бьется сильнее всего.

Я почувствовала тепло его дыхания и мягкое прикосновение губ к чувствительной коже. Но вместо того, чтобы отстраниться, он задержался, его губы снова и снова касались моего запястья – легко, почти невесомо, но каждое прикосновение отзывалось во мне волной дрожи. Это было настолько интимно, настолько за гранью обычного этикета, что я не могла пошевелиться, завороженная этим моментом.

Когда он наконец выпрямился, его глаза потемнели, а дыхание стало заметно прерывистым. Казалось, он сам был удивлен своим порывом.

– Спокойной ночи, – произнес он хрипловатым голосом и, развернувшись, быстро удалился, оставив меня в полном смятении от этого неожиданно чувственного жеста.

На ватных ногах я вошла в свою комнату и с удивлением обнаружила миссис Хилл, которая дремала на небольшом диванчике у окна. Услышав мои шаги, она тут же вскочила, поправляя чепец.

– Прошу прощения, миледи, – произнесла она, делая реверанс. – Я позволила себе подождать вас, чтобы помочь с вечерним туалетом.

– Благодарю вас, миссис Хилл, – ответила я. – Это очень заботливо с вашей стороны.

Пока экономка помогала мне расстегивать крючки на платье и распускать волосы, я пыталась успокоить бешено колотящееся сердце. Её опытные руки быстро справились с многочисленными заколками и шпильками, освобождая мои волосы.

– Бал был удачным, миледи? – спросила миссис Хилл, аккуратно складывая мое платье.

– Да, весьма, – ответила я рассеянно.

Когда миссис Хилл закончила помогать мне и пожелала спокойной ночи, я забралась под одеяло, но сон не шел. Перед глазами стояло лицо Родерика, когда он смотрел на меня во время танца, звучал его голос, произносящий «Моя жена» с той особой интонацией, которая заставляла меня трепетать.