Текст книги "Королева руин"

Автор книги: К. Ф. Брин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 39 страниц)

Глава 23

Финли

Три месяца спустя

НАКОНЕЦ-ТО!

Вот он, эликсир, который вернет Найфейну крылья. Если все получится.

Я глубоко вздохнула и трясущимися руками высыпала порошок в кружку к остальным ингредиентам.

– Привет, – тихо сказал Хэннон, входя в сарай. – Прости, я опоздал. Арлет попросила меня создать еще один куст со светящимися листьями.

Хотя мы все еще не понимали, почему Хэннон обладает способностью создавать светящиеся растения, он научился разбрызгивать силу и обеспечивать нас нужным количеством кустов. Однако его внутренний зверь тратил силу очень экономно. Он сбрызнул мой сад и несколько растений на главном поле эверласса, но этим и ограничился. Приберегал остатки силы на тот случай, если она понадобится для защиты его сородичей и общины.

Я не жаловалась. Нескольких кустов мне более чем достаточно. Листья продолжали расти, и мои эксперименты по-прежнему показывали, что они творят чудеса. Я надеялась, что они придадут чудесные свойства и только что созданному эликсиру.

Брат остановился рядом со мной и заглянул в кружку со смесью.

– Это оно? – спросил он.

Я прерывисто вздохнула, упираясь руками в край стола.

– Оно. Я добавила кровь Говама, самого могущественного из демонов, целебную смесь, подходящую для демонов, и светящиеся листья эверласса. Надеюсь, светящиеся листья эверласса существенно сгладят разницу между силой Говама и короля демонов. Если бы у меня не было эверласса, думаю, мне понадобилась бы добровольно отданная кровь Долиона. Чего никогда не случилось бы. Возможно, ты спас положение, Хэннон. Будем надеяться. Посмотрим, что получилось.

Слезы наполнили мои глаза, и я попятилась.

– А что, если ничего не получится? – тихо спросила я. – Что, если я потратила впустую столько времени и усилий, а эликсир не сработает?

– Эй, эй! – Хэннон погладил меня по спине, стараясь не задеть полоски чешуи. – Ну и что, если не сработает? Ты будешь пытаться, пока не получится. Ты найдешь решение, Финли. Ты всегда его находишь.

Я покачала головой, совершенно измученная. Вот уже несколько месяцев я рано вставала и поздно ложилась спать, постоянно занимаясь созданием эликсира и бесконечными проблемами королевства. Единственные перерывы, которые я себе позволяла, – это поспать и потрахаться с Найфейном. Я понимала, что мне нужно сбавить обороты, но хотела довести дело до конца. Мне хотелось решить эту проблему и наконец-то уничтожить клеймо демонов.

Долион больше не высовывался после той последней битвы. Вероятно, готовился сразиться с нами на политическом поприще. Вскоре нам предстояло вступить в эту схватку, и я хотела, чтобы к тому времени Найфейн освободился от любой демонической скверны.

– У меня больше нет никаких идей, – призналась я, и по моим щекам потекли слезы. Я вытерла их тыльной стороной ладони. – Это не похоже на предыдущие случаи. У меня реально нет других идей. Я их все исчерпала.

Хэннон обнял меня за плечи.

– Ты говорила это и раньше. Возможно, ты не помнишь, но я помню. Ты миллион раз говорила это о целебном эликсире от демонической болезни. И все равно продолжала пробовать что-то новое, пока, наконец, не нашла ответ. Сделаешь то же самое и теперь.

– Найфейн так терпелив со мной. Продолжает пробовать мои экспериментальные эликсиры, тешит себя надеждами, но все зря.

– Что значит все зря? Теперь он сверкает. Почти вся его чешуя покрылась золотым напылением, как у тебя. Он очень гордится этим, Финли. Радуется каждый раз, когда его дракон идет рядом с твоей драконицей. Ты вернула ему это.

– Но его крылья…

Хэннон сжал меня в объятиях.

– Его это больше не волнует, ты же сама мне говорила. После всего, через что он прошел, и теперь, когда другие драконы научились сражаться на земле вместе с волками, принц счастлив и принимает себя таким, какой он есть.

– Драконы ненавидят сражаться на земле вместе с волками, – проворчала я, понимая, что брат прав.

Уэстон взял на себя роль альфы, и у него это отлично получалось. Все волки королевства теперь вошли в его стаю, что несказанно радовало Адриэля, поскольку он мог остаться со мной и быть частью стаи. Драконов это радовало меньше, и в результате за последние несколько месяцев многие претенденты сразились с Найфейном. Все они, конечно, проиграли, начиная от амбициозных молодых деревенских драконов и заканчивая жаждущими власти чужеземными драконами, которые думали, что смогут победить принца, потому что у него нет крыльев. В итоге Мика, занявший должность командира драконов, побудил Найфейна нанести очередному претенденту смертельный удар. Тот неохотно, но жестоко сделал это, и с тех пор желающих больше не появлялось.

Это зрелище также вселило немного смирения в некоторых придворных драконов, особенно в Ксавье.

Наш народ, драконы, волки и прочие оборотни, учились сражаться вместе на земле и в небе, и у них отлично получалось. Мы как королевство процветали.

– Они не ненавидят сражаться вместе, – возразил Хэннон. – Они могут жаловаться, но большинству на самом деле нравится то, насколько это эффективно. Я чувствую приближение перемен, Финли. Уэстон – невероятный альфа, и он потрясающе руководит своими войсками. Ни с кем другим драконы бы так не сработались. Даже Мика отметил это, а ведь они с Уэстоном не очень-то ладят. Будь на месте Уэстона любой другой волк, они, вероятно, так и не пришли бы к согласию. Драконы даже переняли стратегию волков и применяют ее при сражении в воздухе. Найфейн предпочел бы, чтобы ты отдохнула, а не выбивалась из сил, пытаясь вернуть ему крылья. Я знаю, он тебе это уже говорил.

Я глубоко, прерывисто вздохнула и сказала то, в чем до сих пор не признавалась даже самой себе.

– В этом вся моя жизнь, Хэннон. – Из горла вырвались всхлипывания. – Моя способность лечить – это единственное, что отличает меня от всех остальных. Я исцеляла друзей, соседей, незнакомых людей. Это всегда было моим тузом в рукаве. Это практически суть моей личности. – Я умолкла, чтобы вытереть слезы. – Что, если я не смогу вылечить того, кто больше всех дорог мне?

Эмоции захлестнули, и Хэннон обнял меня, крепко прижимая к себе. Он ничего не говорил, просто ждал, пока я успокоюсь. За прошедшие годы каждый из нас много раз срывался, и мы знали, как поддержать друг друга в такие минуты.

– Я хочу преподнести этот подарок Найфейну. Хочу лично показать ему, чего я стою, понимаешь? Не для того, чтобы продавать этот эликсир или помогать подданным, а для того, чтобы принести ему пользу. – Я пожала плечами. – Я просто хочу доказать, что я особенная. Что я достойна быть рядом с ним. Мне казалось, что для этого нужно вернуть ему золотую чешую и крылья. – Из груди вырвалось еще одно рыдание. – Что, если мне нечего ему предложить, кроме плохих манер и связи истинной пары, которую выбрала природа, а не он? Я простолюдинка, а он – принц. Я не создана для этой роли. Мне все дается с трудом. Я стараюсь изо всех сил, но не подхожу для жизни во дворце, Хэннон.

Я вцепилась в рубашку брата и заплакала, уткнувшись ему в грудь, ощущая свою беспомощность. Мне вспоминались многочисленные неудачи, то, как я с трудом училась летать, путала имена важных персон из других королевств, не знала, какой вилкой пользоваться за ужином, и все прочее, что казалось мне пустой тратой времени. Однако от меня все равно требовалось обладать этими умениями. Несмотря на все, что я делала правильно, ошибок я допускала в восемь раз больше.

– Ш-ш-ш! – тихо проговорил Хэннон, баюкая меня в объятиях. Он погладил меня по волосам, чего не делал с тех пор, как я взбесилась, когда здоровье отца ухудшилось. – Ты пытаешься за несколько коротких месяцев усвоить все манеры и огромный объем знаний. Отнесись к себе чуть более снисходительно. Ты и так добилась многого за такое короткое время. Арлет невероятно довольна твоим напором и целеустремленностью. Она считает, что у тебя все отлично получается.

Я прерывисто выдохнула, но тут меня снова захлестнули рыдания. Весь страх, беспокойство и безысходность вскипели и выплеснулись наружу. Я пыталась быть сильной и сдерживать эмоции, но они переполнили меня. Я просто не выдержала.

– Ты уже десять раз доказала Найфейну, чего стоишь, – продолжил Хэннон. – Ты спасла его королевство. Спасла его самого. Ты прогнала короля демонов, едва не погибнув при этом, и вылечила народ. Теперь твои эликсиры и снадобья помогают наполнять нашу казну. Ты требуешь от себя невозможного, Финли. Ты неправильно оцениваешь ситуацию.

Я вытерла глаза и сделала глубокий вдох, пытаясь успокоиться.

– И Найфейн не принц. – Брат отстранился, чтобы посмотреть мне в глаза. – В нем нет королевской крови. В нем течет кровь деревенской жительницы из другого королевства и сильного и решительного простолюдина, как и мы. Он идет своим путем и хочет, чтобы ты была рядом с ним. Ему нужна женщина, которой все равно, есть ли у него крылья, и которую не волнует, что он выглядит как привлекательное чудовище. Ты никогда не осуждала его. Ты всегда поддерживала его, даже когда он считал, что не достоин этого. Ты всегда любила его безоговорочно. Вот, что делает тебя идеальной для него. Не недооценивай себя из-за того, что не создала лекарство, о котором никто никогда не слышал. Не зацикливайся на этом.

Мои слезы текли рекой.

– Однако для этого не требуется никаких усилий. Я должна предложить нечто большее.

Хэннон мягко улыбнулся.

– Ничего ты не должна, дурочка. Только не ему. А что касается остальных, что еще ты можешь сделать для нас, кроме как производить самые дорогостоящие лекарства за всю историю королевства? Я слышал, что они пользуются бо́льшим спросом, чем снадобья фей, особенно с добавлением моего особого растения. Тебе нужно поспать, Финли. Усталость затуманивает твой разум.

Я нахмурилась, глядя на брата.

– Пришло время для суровой правды, да?

– Ты знаешь правила игры. Это не первый раз, когда ты ведешь себя подобным образом. В принципе, я уже могу предсказать каждый этап.

– Да неужели, мистер Совершенство? – Я отстранилась и вытерла лицо. – Ты никогда не выходишь из себя?

– Ты же знаешь, что выхожу. Просто какое-то время я не был в центре внимания. Ждал в сторонке, надеясь, что смогу быть полезен.

Не совсем так. Последние месяцы Хэннон возглавлял совет и выдвигал идеи, которые помогли сплотить народ. Он предложил пригласить бродячих циркачей и торговцев, а те, в свою очередь, распространили повсюду весть о моих эликсирах. Пока Хэннон надирал всем задницы в совете, он успевал приглядывать за бюджетом, используя с годами накопленный опыт работы со счетами нашей семьи, чтобы легко экономить королевские деньги. Он единственный мог отругать меня за неразумную трату припасов и заставить прислушаться. Я знала, что не следует огрызаться, когда брат разговаривает со мной таким тоном, и моя покорность удивляла очень многих. И все же я видела, что Хэннон не ощущает себя счастливым. Что-то беспокоило его.

– Тебе нужно выйти из моей тени. – Я взяла тряпку с рабочего стола, высморкалась и отбросила ее в угол, а затем глубоко вздохнула.

– На данный момент меня все устраивает, – ответил Хэннон. – Когда ты перестанешь нуждаться во мне, я найду кого-нибудь другого, с кем буду нянчиться. Может, к тому времени Сейбл попадет в неприятности.

– Только не она. Скорее, нам придется беспокоиться о Дэше.

– Пожалуй, так. Он нашел все потайные ходы в замке и неоднократно был пойман в комнатах, где ему не следовало находиться.

– Он всегда попадается на шалостях.

Хэннон закатил глаза.

– Только не учи его не попадаться, Финли. – Брат на мгновение умолк. – Может, тебе пока не стоит давать Найфейну эликсир? Почему бы тебе сначала не отдохнуть немного, чтобы избавиться от нервного напряжения? Тебе не нужно впадать в течку, чтобы забеременеть. Это просто происходит. Это не конец всему и всем. Драконы беременеют и без течки.

Секунду я пристально смотрела на него.

– Откуда ты узнал, что моя драконица не желает впадать в течку, пока дракон Найфейна не сможет вновь летать?

На его лбу образовалась складка.

– Разве ты сама мне этого не говорила?

Я нахмурилась. Может, и говорила, только не могла вспомнить, когда это было. И все же никак иначе Хэннон не узнал бы.

– В любом случае, наверное, сейчас неподходящее время, – призналась я, ощущая, как вспыхнули щеки. – Но ощущение от этого просто невероятное.

– А-а. – Брат откашлялся. – Тем не менее, у тебя будет много возможностей попробовать это еще раз в будущем. А если ты никогда не найдешь чудодейственного лекарства, что ж… даже упрямым драконам рано или поздно приходится сталкиваться с реальностью.

«Однажды его внутренний зверь покажется, – огрызнулась моя драконица, – и тогда я припомню ему эти гребаные слова».

– Давай покончим с этим. – Я схватила половник и поднесла кружку к очагу. Зачерпнула воды, дала ей немного настояться, а затем размешала. Аромат окутал мое лицо и проник в нос – искрящийся и вибрирующий, с оттенком тьмы. Запах немного изменился по сравнению с пробными эликсирами из другого эверласса, и внутри меня все сжалось от этого ощущения. Рецептура казалась правильной. Похоже, я подобрала ключ к замку, который никто не мог открыть.

Я отставила кружку для Хэннона в сторону и начала наводить порядок на рабочем столе. Брат всегда относил пациентам мои отвары. Только он умел обращаться с больными. Я позвала его сюда специально по этой причине.

– Попроси его выпить эликсир немедленно, – предупредила я, когда Хэннон взял кружку. – Пусть после этого поспит. Сегодня я буду спать в башне. Мне нужно побыть наедине с собой.

Хэннон взял кружку.

– Хочу лишь напомнить, что, в отличие от лекарства от демонической болезни, этот эликсир никого не убьет. Худшее, что может случиться, – это вообще ничего не случится. Грустно, когда мы возлагаем большие надежды и не получаем ожидаемого результата, но, по крайней мере, никто не погибнет.

Я сделала глубокий вдох, чтобы прояснить мысли, и кивнула. Я знала это. Конечно, знала. На самом деле не стоило придавать этому событию такое большое значение. Но я ничего не могла с собой поделать. По какой-то причине этот момент казался мне решающим. Не только из-за крыльев Найфейна, но и из-за возможностей, которые открывали светящиеся листья эверласса, и тайны, окружающей внутреннего зверя моего брата.

Я переживала, что эликсир не подействует, но в то же время волновалась, что он сработает.

– Иди уже, – отмахнулась я, испытывая смешанные чувства, и схватила пару пучков сушеных трав, чтобы вернуть их на полку.

– Ладно, – согласился Хэннон и направился к выходу, но, прежде чем переступить порог, добавил: – Не терзай себя, Финли. Если тебе понадоблюсь я, или папа, или младшие, просто скажи. Мы всегда будем рядом с тобой. Это не изменилось.

Я кивнула и вытерла еще одну слезу. Мое сердце бешено колотилось.

Когда брат ушел, в сарае стало пусто, и я прислонилась к столу. Мне действительно требовалось немного поспать. Эмоции просто зашкаливали.

Когда я уже заканчивала наводить порядок, за окном стемнело, а мерцающая свеча стала основным и единственным источником света. В сарай вошла Арлет, а сразу за ней – Делейни.

– Извини, я знаю, что опаздываю на ужин… – начала я.

Каждый вечер меня ждал очередной официальный ужин, очередной повод всеми возможными способами поставить себя в неловкое положение.

– Ужин сегодня отменяется. – Арлет остановилась и оглядела мое практически чистое рабочее пространство. Она выгнула бровь, а затем прошла в угол, чтобы взять кое-какие вещи. – Я подумала, что ты захочешь помочь мне улучшить вкус некоторых настоек.

Делейни пристально, с прищуром посмотрела на меня.

– Нет. Не думаю, что это хорошая идея, Арли. Лучше почитаем у камина. Что скажешь, Финли? Как насчет сырной тарелки, горстки фруктов, обилия вина и хорошей книги, сопровождаемой пошлыми шутками?

– Пошлыми шутками? – Я хмуро посмотрела на нее.

Арлет убрала свои вещи обратно, затем подошла и взяла меня под руку.

– Да, пошлыми шутками. Когда выпиваешь столько вина, сколько собираемся выпить мы, строчки в книге начинают сливаться. Примерно в это время мы перестанем читать и начнем рассказывать самые пошлые шутки, какие только сможем придумать. Ну же. Давай позовем и твою горничную тоже. Держу пари, у нее в запасе целый запас непристойных шуток.

– А если не шуток, то интересных историй, – добавила Делейни и взяла меня под другую руку.

– И мы позовем забавного волчонка-дворецкого.

– Дворецкого нельзя звать. Это вечер для девочек, – возразила Делейни, наклоняясь, чтобы задуть свечу, и я позволила им вывести меня из сарая. – Нужно, наконец, провести электричество в этот сарай. Теперь, когда оно снова есть в замке, у нас нет причин обходиться без него.

– Волк-дворецкий прекрасно сойдет за девочку, – настаивала Арлет. – Держу пари, у него будут самые пошлые шутки из всех.

– Что происходит? – спросила я, когда они повели меня через луг к черному входу в замок.

– Тебе всего лишь нужно отвлечься, Финли, – ответила Арлет, похлопав меня по руке. – Мы собираемся этим заняться. Большое количество алкоголя благотворно повлияет на твой стресс, а также поможет заснуть. Завтра у тебя будет слишком сильное похмелье, чтобы беспокоиться о том, что твой эликсир сделал или не сделал. Видишь? Иногда алкоголь – это решение проблем.

– Алкоголь – это всегда решение проблем, – сказала Делейни, и они обе рассмеялись.

У меня не было сил сопротивляться.

В итоге мы оказались в дальнем кабинете, где делали все в точности так, как и было обещано: ели, пили и, в конце концов, хихикали над различными пошлыми историями и шутками. У меня их было немного, хотя я рассказала о демоне, который заплатил мне за то, чтобы я помочилась на него, когда была пленницей в замке Долиона. Однако Адриэль и Лейла не подкачали. Адриэль даже пришел в наряде горничной, который Сесиль сшил для него ради смеха, только надел под платье трусы, иначе все его богатство было бы выставлено на всеобщее обозрение, потому что портной явно находил это забавным. Мы не знали, заметил ли Адриэль красную мишень, пришитую к задней части платья, и решили не упоминать об этом.

Найфейн подошел к двери примерно в то время, когда мы обычно ложились спать, и хотел забрать меня. Похоже, он чувствовал мое беспокойство и нетерпение и собирался успокоить меня, или заняться сексом, или и то, и другое сразу. Но мне не хотелось видеть его чешую. На приготовление эликсиров обычно уходила вся ночь, и я не желала тратить всю ночь на их повторную проверку. Поэтому я подавила невероятное желание выйти к нему и вместо этого осушила бокал вина и попросила добавки.

– Впусти меня, мама! – прорычал Найфейн из-за двери.

Адриэль вжался в стул с гримасой ужаса, а за ним – и Лейла.

Но только не Арлет. Вместе с Делейни она встала перед дверью стеной, обе они упирали руки в бока и слегка покачивались.

– Мы не пустим тебя, – ответила Найфейну мать. – У нас девичник.

– С каких это пор у вас проводятся девичники?

– С тех самых, как нами не правит ничтожный параноик, который боится пьющих и веселящихся вместе женщин. Или ты тоже такой?

Найфейн фыркнул, и глаза Адриэля расширились.

– Финли выбита из колеи, мама. Впусти меня, чтобы я мог ее увидеть.

– Нет! – отрезала Арлет. Делейни скрестила руки на груди. – Ей здесь нравится. Иногда женщине нужен ее суженый, а иногда женщине нужно, чтобы ее суженый отстал от нее. Сейчас работает второй вариант. Иди, Найфейн. С ней все в порядке.

– Обожаю эту женщину, – одними губами прошептал Адриэль Лейле. Она уверенно кивнула.

Последовала долгая пауза. Я почувствовала, как гнев Найфейна пронизывает нашу связь, но принц не стал настаивать.

– Передай ей, чтобы пришла ко мне, когда закончит, – сказал он.

– Ничего я ей не передам. Она сама примет решение, и ты поймешь, какое решение она приняла, исходя из того, где она ляжет спать.

– Мама, ты пьяна. Тебе не нужно защищать ее от меня. Я не па… я не безумный король.

– Да, я действительно пьяна. И планирую напиться еще больше. А Финли явно нуждается в моей защите. Она сильно переутомилась, у нее невероятный стресс, и она слишком изнуряет себя. Защищать свою истинную пару, сынок, это также означает и умение понять, когда ей нужно расслабиться. Я делаю это ради тебя. Не благодари. Если бы ты знал, что для тебя лучше, то не стал бы мне мешать. А теперь иди. Вечер проходит, а я еще не насытилась пошлыми шутками.

– Богиня небесная! – раздраженно отозвался Найфейн. Внезапно меня охватил смех, и я затряслась от него, а следом со мной и Лейла с Адриэлем. – Будь по-твоему, мама. Пошлите за мной, если ее нужно будет вынести оттуда.

Арлет закрыла дверь, вероятно, у него перед носом, и возмущенно обернулась.

– Вынести отсюда… – пробормотала она. Они с Делейни вернулись, налили еще вина и спросили: – Итак, на чем мы остановились?