Текст книги "Плата за власть (СИ)"

Автор книги: Иван Демагин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 21 страниц)

  – Значит, такова судьба! – проговорил лорд Белмор. – На этой ужасной ноте предлагаю завершить Собрание Земель.

  – Прошу подождать милорды. Есть еще одно неотложное дело! – вмешался Эсберн. – Показать свиток!

  Помощник быстро встал и поднял руку, в которой лежал распечатанный свиток.

  – Это дело особой важности, поэтом каждый лорд должен по отдельности прочитать этот подлинный пергамент и убедится в его достоверности. Документ лично написан и заверен ныне покойным королем Белетором! Прошу посмотреть на порядок передачи прав, указанных в документе, а также приметить, кому сейчас эти права достанутся.

  Первым начал читать Филин. Сощурившись, он быстро забегал глазами. В этот раз он не смог скрыть свои эмоции, его удивлению не было предела. Вторым прочел советник правителя Вергарда, который передал документ дальше по кругу и что-то шептал на ухо своему господину.

  Лорд Белмор вручил свиток своему казначею и тот вновь достал свое увеличительное стекло. Пощупав документ и тщательно осмотрев его, он отдал пергамент в руки лорда. Тот цепко схватил его в руки и начал читать. Читал он долго, внимательно, а затем передал саргардскому принцу Дейгону. Дейгон быстро осмотрел документ и передал его дальше по кругу, Фааниру.

  Сын лорда Белмора по-быстрому ознакомился с документом и улыбнулся, небрежно швырнув листок в руки принца Эймара. Тот взял свиток в руки, и начал просматривать от чего все так насторожились. На середине текста его руки задрожали, а под его конец он бросил пергамент на стол с картой.

  – Это вздор! Этого не может быть! Я король! Я и только я!

  Его голос переходил на писк, выглядел он очень несуразно. Рейвин пустил смешок, Филин закрыл лицо ладонью, не желая видеть этот позор, а Дейгон открыто показывал свое преимущество сияющей улыбкой и вызывающим взглядом, который устремился на Эймара.

  Лорд Фаанир покраснел от неприкрытого злорадства. Ведь если бы не титулы, то он бы подвесил будущего правителя на дубовый сук за ноги и палил бы в него с арбалета. Свою ярость не скрывал и его отец – лорд Белмор, который резко вскочил со своего места, срываясь на крик:

  – Королем? Какую корону ты хочешь? Ты обесчестил моего сына! Тебе место где-нибудь на окраине страны близ твоего дружка. Но еще лучшим местом для тебя будет подземный дворец Зехара. Не бывать тебе королем! Даже твой бездушный отец признал это!

  – Прошу прощения, милорд Белмор, но не забывайте, вы говорите с принцем. Поумерьте свой пыл, пожалуйста, – пытался успокоить Белмора лорд Мерсер.

  Принц Эймар сглотнул, боясь что-то ответить, поэтому он решил промолчать.

  – Лихо ты придумал, братец, – начал говорить Дейгон. – Вот только король из тебя абсолютно никакой. Ты – никто. Среди круга всех этих уважаемых людей, один ты вызываешь у меня отвращение. Кто дал тебе право быть королем? Дядя правильно поступил, отняв у тебя трон! Аренор был королем, Эйден мог стать королем, но ты? Нет, ни за что. Убирайся в свое родовое имение и не показывайся больше в Валиндоре, никогда! Мой отец станет правителем и лидером, который спасет страну от разорения! Он, после его смерти – я, а после моей смерти – мой сын. Но не ты, нет. Ты лишен права на трон. Убирайся.

  Губы Эймара задрожали, он не знал, что сказать. Затем он попытался сохранить остатки гордости и, высоко подняв голову, встал с трона. Послышался звонкий звук ходьбы. Это подошва очень дорогих сапог дотрагивалась до мраморного пола. Это принц Эймар покидал Собрание Земель, навеки лишенный права на трон. Так пожелал его отец, который понимал всю безнадежность своего сына.

  Его затылок стали буравить гневные и осуждающие взгляды. Вспотевшая рука принца дотронулась до ручки двухстворчатой двери. Она со скрипом открылась, а затем навеки заперлась для Эймара... Тридцать четвертое Собрание Земель закончилось.

Глава 9

  Кайлан медленно открыл глаза. Теплое одеяло укрывало его до шеи, тем временем, когда поленья тихо потрескивали в камине. Он тут же повернул свою голову, осматривая комнату, но увидел перед собой лишь одного сидящего человека, который застыл хищным силуэтом в полумраке.

  Густая черная тень падала прямо на Кайлана, а пламя окутывало его со всех сторон. Бывший командор попытался встать, но его руки и ноги были прикованы к кровати. Голова вскружилась, слабость сковала все мысли и отняла всю силу...

  Тот сидел в кресле, спиной к огню, держащий в руках бокал вина. У незнакомца были густые зачесанные назад волосы, острый подбородок, большой лоб и горделивые черты лица. В глазах проглядывалось высокомерие. Сидел он, полностью раскинувшись на спинку кресла.

  В целом незнакомец сильно походил на аристократа из Аэдора, это было видно по его чертам, присущим жителям восточного Кронда. Темные волосы и глаза, обычное телосложение и заостренное лицо, которое всегда изображало высокомерие. Но это точно был не тот некромант, который забрал его из Чистилища. Скорее какой-то другой, который является главарем их культа.

  – Чего молчишь? Может, пора перейти к словам? – усмехнувшись, сказал он, нарушив пелену тишины.

  – Какой сейчас день? Кто ты? Где я?

  Паладин насторожился и принялся искать пути к скорейшему побегу. Здравых мыслей пока не было.

  – На первое время хватит тебе вопросов?

  – Хватит, конечно. Сейчас двадцать первое апреля, тысяча двадцать пятого года от основания Ромендаля, если интересно. Ровно месяц прошел после того, как ты покинул Терамор и отправился в приграничные земли. Ты находишься в трактире "Одинокий странник", что в двух днях от места твоего заточения. Ну, а я довольно тебе знаком, но ты меня запомнил плохо, если запомнил вообще. Дам возможность тебе отгадать мое имя, – ответил незнакомец, потягивая вино.

  Его голос был ужасно знаком, но воспоминания напрочь отказывались приходить в голову.

  – Ты мне незнаком. Но судя по моему "спасителю", тут задействованы темные силы Бездны. Культ Орракса? Зачем я вам? Хотите пытать меня и узнать информацию? Лучше сразу убейте, не тратьте время. А еще лучше – убирайтесь с Селлатора. Палачи найдут тебя и твоих сообщников, а затем спалят на костре, если не хуже, – быстро сообразил бывший командор.

  – Я не понимаю тебя, Кайлан. Ты вроде бы не очень то и глупый, а с другой стороны я тупее людей не видел. Зачем нам жалкий командор несуществующего отряда, если рыба есть и покрупней? Это раз. Два – твои палачи нас бы уже давно нашли, но у них кишка тонка. И три – про темные силы ты почти угадал, но мимо. И кричать, взывая о помощи, не рекомендую. Голос сорвешь! Потом мне разговаривать не с кем будет.

  Кайлан удивился, насколько смышлен колдун в его перемещениях. Шпионы... Они везде, в каждом углу Селлатора. И их надо искоренять. Любым способом!

  – Кричать нет смысла. Проклятья черной магии, которые приглушают звук. Я прав?

  – Прав, – улыбнувшись, ответил колдун. – А насчет того, зачем мы тебя взяли... Тут совсем просто, но тебе пока знать не нужно. Скажу одно – нам важна твоя кровь. Не для жертвоприношений или ритуалов, но нужна. Ты нужен нам. Детали я скажу тебе под конец нашего путешествия, там и посмотрим, мой юный друг.

  – Не друг я тебе, демон, а враг. Злейший враг, который перережет твою глотку при любой возможности. Мне бы только меч.

  – Ха-ха! Меч... Я тебе его сам дам в руки, но позже. И ты решишь, что делать: убить меня или применить его против наших общих врагов. Видишь ли, Кайлан, ты вроде бы и пешка, но, как известно, даже она может стать чем-то большим. Бенедикт этого не заметил, но я не он.

  – Общих врагов? У нас их нет. Если ты только сам себе не враг. И, архиепископ? Он тут причем? – безразлично ответил Кайлан.

  Сейчас его руки пытались выбраться из-под оков, поэтому он тянул время, пытаясь заговорить зубы этому колдуну. Все-таки он точно где-то встречался с ним, несомненно.

  – При всем, паладин, при всем... Кто дал тебе звание командора? Кто тебя отправил на операцию? Кто подписал указ о твоем устранении? Конечно же, наш хитрый Бенедикт. Ты думаешь тебе бы дали звание командора в твои года? Да другие в первый раз надевают доспехи паладина в это время, пока ты уже был командором. Из тебя хотели слепить героя-мученика. С самого начала. Я скажу тебе, что было бы, если бы ты прибыл в Терамор чуть раньше...

  Допив вино, незнакомец поставил его на столик и еще больше раскинулся в кресле, неторопливо продолжая рассказ. Голос был его до боли знакомым, саркастическим и одновременно властным.

  – Тебя в том поселении ждали вестники, полный укомплектованный отряд ветеранов, готовых убивать. Ты бы вошел в этот городок и попал бы в засаду к "своим". Они, вполне возможно, безжалостно убили бы твой отряд, как это сделали с тремя деревнями до этого, и позднее вернулись бы в Терамор. Затем по стране грянула бы новость о том, что дикие варвары из Севера напали на поселения близ Лазурного озера и с особой жестокостью убили жителей с отрядом карателей. Чуть позже по городам начали бы собирать пожертвования армии и запись в добровольную армию. Селяне прошли бы подготовку и превратились бы в настоящих воинов-ополченцев. В принципе, все так сейчас и происходит.

  – Это чушь, там не было ни северян, ни вестников. Там были только демоны и нечисть. И Инквизиция никогда бы не сделал такой подлости. Никогда.

  "Опять северяне, но только уже из уст колдуна. Слишком странное совпадение, но случайность ли это? Может, заговор все-таки был?"

  – Не перебивай, а то буду ломать тебе по одному пальцу за каждое лишнее слово, – властным тоном ответил тот, который тут же сменился на более доброжелательный. – Пропаганда достигла бы апогея, и тогда сам народ захотел бы войны. И тут вступает в дело армия, полностью готова уничтожать таких же людей из плоти и крови, как и вы, во благо Пелора, разумеется. Вы бы делали то, что умеете. Ну, ты знаешь сам. Сжигать города вместе с невинными людьми, прикрываясь лозунгами вашего бога. А дальше все по наитию... На самом деле вам просто нужно больше ресурсов и золота. И земель тоже, а то перенаселение совсем рядом. В итоге: война, смерть и голод на Севере, после первой зимы. Перед второй вы уже будете там жить, что вполне логично с такой расстановкой сил.

  Кисти ужасно заболели, ноги начали ныть от застоя. Как Кайлан не пытался, а вырваться он не мог и не смог бы. Цепи не обманешь, но бывший командор продолжал попытки...

  – Селлатору нужен просто повод, чтоб нарушить мирный договор. Ни больше, ни меньше. Все вас считают государством-агрессором и с вами не хотят торговать. Но после этого случая репутация немного сменится и торговля, например, с Тисмиром наладится. Может даже с Аэдором, хотя вряд ли... Ты бы стал героем, павшим от руки треклятых северян. Прославился бы на всю страну... Но ты сломал им план, когда вернулся. Они решили тебя устранить, но, о Лучезарный Пелор, какого-то черта ты сам подписал смертный приговор? Чтоб облегчить им работу?

  – Я виновен в смерти своих людей! И я готов понести наказание за украденною мною жизнь стольких солдат! А то, что ты говоришь, ни что иное как ложь. Ты хочешь, чтобы я поверил? Из твоих уст льются лишь проклятья и неправда. Ты – самый настоящий демон, но ничего, тебя вернут в Бездну!

  – Какая жертвенность... Но я еще не закончил, так что тише! – повысив голос, он вновь продолжил рассказ обычным, более мягким тоном. – А теперь перейдем к той части, где все пошло "не по плану". В тех трех поселениях сидели мои агенты, которые готовились мне помочь. Я, знаешь ли, был в затруднительной ситуации. И как только вестники стали вырезать всех, мой колдун и подопечные неожиданно появились, словно из ниоткуда. Завязалась бойня, в которой мои одержали верх.

  А затем в город врывается стадо болванов, которыми верховодит знакомый нам паладин в латных доспехах. Пришлось устранить и его, но он шустрый у нас, ускользнул как-то! Сел на лодочки и поплыл в эльфов лес. Потом землетрясение и побег с темницы злых остроухих нелюдей. Молодец, такой план сломал! Даже жалко Бенедикта немного. Все продумал, а пешку недооценил. Но ничего, тебя поймают, назовут местным бандитом и повесят на дороге как безымянного разбойника.

  Во дворе послышался стук копыт и утихающий топот. Незнакомец медленно подошел к окну и аккуратно отодвинул штору. Он увидел, как пять всадников в кольчугах начали по очереди слезать с коней. К ним тут же подбежал слуга трактирщика и стал затаскивать их в конюшни. Те что-то крикнули ему, довершив сказанное ударом латного ботинка. Затем, сплюнув, они стали входить в постоялый двор. Конюх тем временем упал в грязь, а потом медленно стал подниматься, боясь последующих ударов и закрывая лицо руками.

  – А вот и твои палачи! Гневные ребята, видимо отчитали их здорово!

  Кайлан пытался высвободиться или хотя бы достать до какого-то предмета, чтобы метнуть его. Ничего не выходило. Незнакомец, не поворачиваясь, заговорил:

  – Даже не пытайся. Это тебе не тюрьма эльфов. Тут если тебе что-то сломают, то потом не вылечат, – саркастическим тоном промолвил он.

  Повернувшись, его глаза блеснули в блеклом освещении комнаты, а улыбка на лице просто засияла. Из-под верхней губы торчала пара особенно длинных белых клыков. Кайлан удивленно смотрел на этого высокомерного неизвестного типа, который оказался вампиром.

  – Слышал такую фразу: "Весь мир театр, а все мы в нем актеры"? – продолжал тот. – Слышал, по глазам вижу. Вот только ты не видишь дальше декораций, а я смотрю сразу за кулисы. Мне видно, как старается сценарист и постановщик в одном лице. Имя ему архиепископ Бенедикт, и как он дергает тебя за ниточки, словно марионетку... Жаль, что ты не видишь эти ниточки, из-за своей слепой веры в справедливость, честь и еще какого-то там бога, который озаряет весь мир своим священным светом... Я тебе говорил эти слова, повторю еще раз. Ладно, отдыхай, мне нужно помочь твоим друзьям весело провести время и отдохнуть.

  Кайлан оцепенел. Перед ним стоял "тот самый". Незнакомец тем временем начал подходить к двери и уже взялся за ручку.

  – Я помню тебя! – вскрикнул Кайлан.

  – И недели не прошло. Наконец-то, – фальшиво закатив глаза и повернувшись, ответил он. – Милорд Марцелл, владыка Детерока к твоим услугам. Отдыхай, сейчас ночь, а завтра мы отправимся с тобой в долгое путешествие, так что набирайся сил, паладин.

  Дверь закрылась, "милорд Детерока" тихо зашагал по коридору, пока звуки ходьбы и вовсе не утихли.

***

  Пять вооруженных и готовых к бою палачей зашли в трактир. Посетителей было мало: странник в сером капюшоне и три местных пьяницы, которые работают на мельнице. Зал был просторный и уютный, но освещение здесь оставалось очень тусклое. Во дворе стояла непроглядная кромешная тьма, серые тучи затянули все звездное небо. Вот-вот должен пойти ливень...

  Главарь отряда Инквизиции презрительно осмотрел весь зал и окликнул трактирщика:

  – Эй ты, обслужи нас, живо!

  Жирный владелец постоялого двора принялся суетиться. Он тут же забегал по всему трактиру и через несколько минут на столе у "господ" стояла всевозможная еда и самое дорогое питье, которое было в этой дыре.

  Как только трактирщик принес последний поднос, палач схватил его за руку и достал из сапога длинный нож. Второй подбородок хозяина "Одинокого странника" задрожал, а губы затряслись.

  – Значится так, нам нужна информация. Безо лжи и уловок. Говори в открытую!

  – Что именно, господин? – дрожа от страха, спросил трактирщик.

  – Были ли у тебя странные посетители? Мы ищем двоих. Один такой молодой, светловолосый и крупный. Глаза зеленые. Чем-то похож на северянина. Другой худощавый с черными длинными волосами. Глаза карие, в ухе серьга.

  – Где бы я таких видывал-то? У нас только смирные путники, да местные прощелыги. Люди разные приходят и уходят, но таких не бывало тут. Клянусь Пелором!

  Палач пристально посмотрел в глаза трактирщика, а затем отпустил его, оттолкнув назад:

  – Тогда иди отсюда, покуда живой. Если неправду сказал, то ты знаешь, что с тобой будет.

  – Спасибо, господа хорошие, если что, вы это, зовите. Помогу, чем смогу. Пусть освятит ваш путь Пелор!

  Хозяин постоялого двора поклонился и как можно быстрее ушел на кухню.

  По ступенькам, ведущим на второй этаж с комнатами, послышались шаги. Все палачи обернулись и посмотрели на незнакомца. Одет он был обычно: плащ с капюшоном, кожаный доспех и ножны с клинком на поясе. Но лицо было слишком уж горделивым и высокомерным, к тому же он сильно напоминал аэдорца. Палачам он не понравился сразу.

  Тот при их виде изобразил удивление и уверенно пошел в их сторону.

  – Чего надобно? – гневно спросил один из отряда Инквизиции.

  Незнакомец взял стул от соседнего столика и без спроса сел рядом.

  – Обедаем? Отлично, я вот тоже проголодался.

  Палачи немного изумились такой наглости, один уже тянулся за мечом.

  – Тише, коллеги.

  На пальце у незнакомца засияло кольцо из двимерита с соответствующими знаками отличия. Командор карателей, не иначе.

  – Вот оно что! Парни, еще одна ищейка нашлась. Решил всю славу себе забрать? Палачи первыми найдут беглецов, каратель. Это не твое дело, так что не лезь, куда не просят, – с укором в голосе ответил глава отряда внутренней разведки, который, судя по полосам на нашивке, был лейтенантом.

  – Я могу вам помочь, а вы так сразу нервничаете. Коллег чтить надо, уважать, – ответил командор с не меньшим презрением.

  Улыбка его была зловещей, но в тоже время зубов он не показывал. "Кривые видимо, по роже часто били наглеца", – подумал Рентар, который и был лейтенантом. – "Из Ромендаля небось, точно не наш".

  – Так все-таки вы ищете тех двоих. Как ни странно, я тоже. Но не для того чтобы выслужиться... Так уж пришлось, что я кое-что должен Гаптору, поэтому и помогу вам по своей доброй воле. Я как раз хотел отправить гонца в Терамор, но тут подвернулись вы. Вот уж совпадение...

  Палачи осмотрели весь зал. Выпившие лишнего, мельники стали медленно покидать трактир. Шатаясь, они приближались к двери. Странник в капюшоне молчаливо сидел в углу спиной к палачам, лишних ушей нет. Инквизиторы подсунулись поближе к командору карателей, показывая тому свое внимание.

  – Говори, что видел. Не томи!

  – Поговаривают, что кто-то собирается переправиться через Лазурное озеро близ Вороньего Ночлега. Контрабандисты собираются перевозить двух человек, одного пленника и одного некроманта. Еще неделя и они покинут Селлатор, вам нужно спешить!

  – Вороний Ночлег? Так это же севернее Терамора, один дневной переход!

  – Именно! Зачем им идти на юг? К Ромендалю? Это просто глупо, добровольно прыгать в разожженный костер, – откинувшись на спинку стула, ответил фальшивый командор карателей.

  – А ты откуда знаешь? И зачем тебе даром отдавать такую информацию? В меценаты записался?

  – Нужные источники подсказали... Я же говорю, я должен вашему командиру. Так что передавайте ему наилучшие пожелания, надеюсь теперь мы с ним в расчете.

  – Ты знаком с Гаптором? – удивился помощник главы отряда. – Что ему передать? От кого?

  Вампир улыбнулся и лукаво посмотрел на него, ответив:

  – Передавай пожелания от Марцелла. Он знает кто я. Только рекомендую спешить, про Вороний Ночлег я узнал три дня назад.

  – На коней, живо! – приказал командир палачей.

  Те, в свою очередь, резко встали и вышли из постоялого двора. Палач протянул руку своему коллеге.

  – Спасибо за помощь, командор. А Гаптору я передам о тебе, не волнуйся. Как только поймаем ублюдков, обязательно передам. Еще вопрос, а ты что здесь забыл?

  Марцелл пожал ее в ответ и ответил:

  – Выполняю задание Анклава. Нужно кое-что передать из Терамора в Ромендаль. Важные вести, вот меня и сделали посланником. Заодно я и проинспектировал гарнизон тераморских карателей. Бардак у них там...

  – Ясно. Ну что же, пусть Пелор освещает твой путь, друг мой!

  – Твой тоже, друг, – ехидно улыбнулся вампир и кивнул в знак прощания.

  Лейтенант палачей последовал вслед за своими подчиненными и скрылся во тьме ночи. На улице уже срывался дождь, мелкие капли освещались тусклым светом лампы, которая висела над входом в постоялый двор. Лейтенант скрылся в дверном проеме, а Марцелл тем временем подсел к страннику.

  Тот снял серый капюшон обычного путника и окликнул трактирщика. Мантия скрывала худощавого человека с черными длинными волосами и серьгой в ухе. Это был тот самый некромант.

  Трактирщик принес еще вина, унося на подносе пустые бутылки. Марцелл и его слуга остались наедине.

  – Как же они глупы, милорд. Хочу выразить вашу изощренность, но зачем вы выдали себя? – поинтересовался подчиненный.

  – Ромус, ты как всегда не понял сути... Когда обо мне доложат Гаптору, мы уже будем далеко от Терамора, очень далеко. Нужно немного позлить моего старого друга, а то он слишком расслабился. Заодно и Бенедикт вспомнит обо мне. Меня уже списали со счетов, но слишком рано, слишком. Не люблю, когда меня не помнят, так и пылью покрыться можно, как это сделал Фростбейн, – засмеявшись, ответил Марцелл.

  Взяв одну из двух бутылок в руки, Марцелл зубами открыл крышку и немного испив, поставил его на стол.

  – Завтра на рассвете отправляемся, готовься.

  Затем лорд Детерока с небольшим усилием снял с пальца кольцо бывшего командора Кайлана и положил его на стол. Кольцо уродовала небольшая трещина.

  – Давай выпьем за нашего верного паладина и стража Пелора, бывшего карателя Кайлана. Даже его кольцо пригодилось больше, чем он сам. Но это пока... Надеюсь, он все осознает и примкнет к нам.

  Бутылки, ударяясь друг о друга, зазвенели. Ромус не стал выказывать свои сомнения господину, он просто надеялся, что тот знает, что делает. Без лишних мыслей он хлебнул немного дешевого вина и, встав из-за стола, пошел готовить лошадей на утро.

  Марцелл остался один в пустой зале, если не считать трактирщика. Ему было над чем подумать, ведь теперь перед ним встали очень серьезные преграды, но он был готов всех перехитрить. Как всегда, впрочем...

  Мелкий дождь превратился в ливень. Большие холодные капли забарабанили по крыше. Погода была ужасной, и эта ужасная погода предвещала тяжелый путь. Высший вампир задумался о дальнейших планах.

  Шанс умереть был большим, чем шанс обрести успех. Он поставил на кон все, и если победит, то уравняет шансы с Бенедиктом и Фростбейном, если не превзойдет их в расстановке сил. Тучи сгущаются, во всех смыслах.

  К Марцеллу подошел трактирщик.

  – Чего-нибудь желаете, милорд?

  – Приготовь припасы на неделю. Только чтоб много места не занимали. Ты знаешь, я плачу вдвойне за оперативность.

  – Я знаю, милорд, вы очень щедры.

  – Я заплачу в пять раз больше, если ты ничего не скажешь палачам. Изобразишь из себя такого же напуганного хряка, каким ты являешься наполовину. Они поверят, привыкли, что всем тут внушают страх, – словно самому себе сказал последнее предложение Марцелл. – Если спросят, то скажешь, что не знаешь, доселе не видел и так далее. Я думаю, тебя точно учить не нужно.

  – Не нужно, милорд, – учтиво проговорил трактирщик.

  – Все, иди. Приготовь припасы и отдай их Ромусу. Затем пусть твой конюх как следует приготовит лошадей. И еще: помни, что я всегда заплачу больше, чем предложат, и бью больнее в три раза, чем бьют.

  – Так точно, милорд, – робко поклонился трактирщик, уйдя выполнять приказ.

  Марцелл допил залпом вино и посмотрел на кольцо, которое блокировало его магические способности. Взяв его в руки, он принялся рассматривать его и вертеть. Маленький предмет раскалился от присутствия мощной силы. Постепенно он начал жечь.

  Вампир аккуратно положил его во внутренний карман и медленно зашагал наверх, чтобы затем с помощью карт выбрать более короткий маршрут. Тем временем на улице поднялся сильный ветер, а ливень уже вовсю заливал дороги, размывая их поверхность.

  По окнам застучали сухие ветки деревьев, сотрясаемые ветром. Все эти звуки сопровождались барабанным звуком падающих капель дождя. Высший вампир поднимался по лестнице и улыбался, желая палачам веселого ночлега с всевозможными удобствами.

Глава 10

  Караван готовился к отправлению. Разнорабочие заполняли телеги товаром из складов Вергарда, чтобы отправить все это в Хелстром. Жадные торгаши кричали на рабочих, которые изредка роняли товар, кладовщики зачеркивали отбывшую партию проданного в своих списках, а владельцы торговых компаний яростно спорили о цене или же наоборот пожимали друг другу руки в знак удачной сделки.

  Грузили сразу три каравана, которые объединились в один большой. Конкуренты так бы никогда не сделали, если бы не столь сумрачные времена наглых разбоев и нападений, что даже самые защищенные конвои все равно грабили по дороге.

  Много кто вздохнул с облегчением, когда к каравану примкнул лорд Фаанир, военачальник Хелстрома. Количество охраны тут же увеличилось на пятьдесят отборных конников из личной охраны лорда. Такую оборону не преодолеет ни одна банда... Ну, по крайней мере, все в это верили или пытались верить.

   Карета лорда стояла близ черного входа, чтобы никто не видел, кого в него грузят помимо него, хотя все равно в общей суматохе сложно было разобраться. Двое стражников быстро посадили в нее человека, лицо которого было скрыто под мешком. Руки у него были связаны, а одежда была ничем не примечательна. За пленником последовал лорд Фаанир.

  Караван тронулся с места, и на выезде карета лорда выровнялась с остальными повозками. Конники Хелстрома, на щитах которых красовался огромный ветвистый дуб, ускакали в начало шествия. Послышался стук колес и копыт о грунтовку, движение началось...

  С головы Эйдена сняли мешок. Его глаза отвыкли от света, и он быстро и часто заморгал. Осмотревшись, он увидел, что сидит в крытой карете с мягкими сиденьями. Потолок и стенки в которой выполнены из красного дерева, в то время как шелковые шторы затмевали боковые окошка, защищая от света.

  Перед принцем сидел лорд Фаанир, бывший друг Аренора и наследник трона Хелстрома. Весьма влиятельный человек, который занял пост верховного судьи в свои тридцать лет. А все благодаря одному очень известному инциденту...

  Удивлению Эйдена вновь не было предела. Еще одно звено в цепи заговора и предательства, как же их много-то!

  – Здравствуй, Эйден. Извини за этот маскарад, но так необходимо, – начал разговор тот. – Давай я сниму кандалы.

  Принц молча протянул руки, и небольшой ключ повернулся в замке наручников. Затем Эйден потер свои кисти, которые начинали ныть от тяжелых кандалов. Фаанир тут же положил их сбоку в небольшой сундучок.

  – Сразу говорю, кричать нет смысла, стенки слабо пропускают звук. Да и на фоне топота десятков телег и лошадей тебя никто не услышит.

  – Я и не собирался, – презрительно ответил Эйден.

  Фаанир откинулся на спинку мягкого кресла, которое было оббито красной тисмирской тканью, и сказал:

  – Пойми, Эйден, я против тебя ничего не имею. Ты всегда выглядел хорошим человеком. С тобой будут обращаться как с гостем в моем имении. Там есть все, что нужно: библиотека, сад и тишина. Моя жена и сын будут рады такому гостю, как ты.

  – Гость? Скорее пленник! Как давно ты связался с Дейгоном и старым скрягой Эсберном? За что ты так ненавидишь мою семью?

  Военачальник армии Хелстрома помрачнел.

  – Одно другому не мешает, но ты будешь нам гостем, если только будешь вести себя подобающе. А насчет этого... У меня не было выбора, тем более я не знал, как все произойдет. Но когда я понял, каким образом твой дядя захватывает трон, было поздно. Знаешь, лучше уже это, нежели гражданская война. Так что не тебе меня судить.

  Карета остановилась, огромные Львиные ворота заскрипели. Сейчас Вергард останется позади, но Эйден не замечал всего этого, нужно было выяснить у Фаанира все, как есть и что будет...

  – Выбор есть всегда! А твое бездействие породило узурпатора на троне. И как ты мог спокойно сидеть, когда Аренор погиб? Он был твоим другом! А ты просто сложил руки и не мешал им убивать моего брата и отца. Меня отравили эти люди! Они сломали всю мою жизнь!

  – Успокойся, Эйден. Ты ничего не понимаешь, абсолютно ничего, – пытался обуздать гнев принца лорд Хелстрома.

  – Успокоится? Мою родню убили, а затем убьют и меня. Как только я стану вам ненужным, вы меня втихую зарежете в ночи. Таков ваш план, верно?

  – Нет. Я отправлю тебя в Гронфальд, в Академию Наук. Там ты будешь жить в достатке, посвятив свою жизнь служению богине Лейре и ее дарам: знаниям, тайнам и искусству. Это все, что я смог сделать для тебя, в память Аренора! – ответил Фаанир на неправдивое, на его мнение, заявление.

  – Я понял, вы отправляете меня доживать свою жизнь за морем, пока дядя и Дейгон будут сидеть на троне. Хитрый план, но я в него не верю. Слишком уж много предателей за полтора месяца жизни, – скрестив руки, обиженно проговорил Эйден.

  После обхода стражи караван двинулся дальше. Проверяющие осматривали все кареты и телеги, кроме кареты лорда, у которого была неприкосновенность к проверкам подобного рода.

  Резко тронувшись с места, карета пошатнулась вместе с пассажирами. Фаанир уцепился за подлокотник, а затем, когда все успокоилось, вновь умостился на сиденье и продолжил разговор:

  – Твой отец и твой чертов брат Эймар недостойны трона. Они вели Аэдор на путь разорения и поражений. Дейгон – харизматичный лидер, великолепный воин и искусный дипломат, для своих годов. А его отец достойный правитель. Он превратил Саргард в Жемчужный остров, который стал самой богатой провинцией за недолгие семнадцать лет. Семнадцать! Из самой бедной провинции Саргард превратился в центр торговли и пристанище всего нашего флота. Никакой-то его большей части, а всего флота! Наше государство также восстанет из праха, как это сделал Жемчужный остров. Это сделано во благо народа...

  – Аренор был бы чудесным королем! Но вы его убили, хотя он всегда был готов постоять за свою семью, несмотря ни на что.

  – Вот именно, он был слеп, когда дело шло о семье. Он был моим другом, но не поддержал меня в такую сложную минуту! Ты забыл, какое оскорбление они нанесли мне? Забыл? Поэтому я и не стал тебя трогать, так как ты тогда остался в стороне и правильно сделал, а Аренор не поддержал меня! Мы были друзьями, но он встал на сторону Эймара. На сторону этого ублюдка, который опозорил мою жену на моей свадьбе! За что мне любить твоего отца, Эймара, Лейна, Аренора? Все они отвернулись от меня, все, до единого!

  – Я не поддерживаю своего брата, я осуждаю его! Он лишился права трон и всех должностей. Также он отслужил в пограничных войсках и понес свое наказание.