Текст книги "Между строк (СИ)"
Автор книги: Ирина Фуллер
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 25 страниц)
Эпизод 6. Глава 2
На месте разрыва Констанция оказалась только через час.
Редкий случай: никаких поисков и погонь: на руках был не только точный адрес, но даже этаж и номер комнаты.
Констанция уверенно прошла мимо администратора, поднялась по лестнице на третий этаж, остановилась у таблички с цифрами «32». Дверь оказалась приоткрытой, в таком выгодном положении ее держал тапок. Чьих рук дело? Предусмотрительного Аврелия?
Уверенность и профессионализм не проявляются в самоуверенности, они проявляются в предусмотрительности. Именно поэтому Констанция достала из сумочки наушники, включила на всю громкость Элиса Купера и влетела в номер.
Нельзя было позволить даже одному слову Шахерезады достигнуть сознания, так как ее суперсилой было умение увлекать историями. Громкие заявления о том, что ее губы были ядовиты, в исполнении эпатажного рокера, должны были предотвратить влияние персонажа на Констанцию.
Однако даже внезапность появления не спасла Констанцию: прежде, чем она сумела добраться до кровати, на которой возлежала красивая темноволосая девушка в восточном одеянии, кудрявое облако мелькнуло перед глазами, а затем молодое сильное тело накрыло ее и полностью обездвижило. Оба наушника выпали из ушей. Аврелий повалил Констанцию на пол с отчаянным воплем «не-е-ет». К счастью, он оказался достаточно предусмотрителен: подхватил ее голову, чтобы она не приложилась затылком об пол, поддержал за талию, одновременно и спасая ее от жесткого приземления, и защищая Шахерезаду от ловца, оказавшегося теперь зажатым между Констанцией и Аврелием.
– Совсем что ли, стажер!
– Конс, умоляю, дай дослушать историю! Я умру, если не узнаю, чем дело закончилось!
– В интернете прочитаешь!
– Эта история не записана ни в одной книге, – раздался мелодичный голосок, – поскольку повествует о…
Из небытия Констанцию вырвал телефонный звонок. Именно в этот момент она осознала, что сидит на полу рядом с Аврелием, поджав ноги, и слушает уже черт знает какую по счету сказку. За окном стемнело, в номере горел прикроватный светильник, свет которого создавал очень объемный и в то же время загадочный образ Шахерезады, укутанной в шелка, прикрытой блестящим халатом с искусной вышивкой.
– Аврелий, блин, – процедила Констанция, но тот только шикнул на нее, чтобы не мешала слушать дальше.
Она же взяла трубку.
– Зай, ты где? Мы собирались с тобой куда-нибудь сходить, забыла?
– Мила, послушай меня, если я через пять минут не перезвоню тебе, позвони мне! – торопливо сказала Констанция. – И потом еще. И если я не выйду на связь, сообщи Арине.
В следующее мгновение, прежде, чем Аврелий успел как-либо отреагировать, Констанция кинулась с ловцом на Шехерезаду. Темные волосы сказительницы взметнулись, когда та вскинула изящные руки, чтобы защититься.
Стажер схватил Констанцию за полы плаща и начал тянуть, что было силы – а силы было немало!
Она начала вырываться. Расстегнула пуговицы, чтобы просто избавиться от плаща и все же дотянуться до персонажа.
Раскусив ее план, Аврелий схватил Констанцию за лодыжку. Она была так близка к Шахерезаде! Сказительница же и не думала бежать. Просто лежала и с любопытством смотрела на завязавшуюся потасовку.
Аврелий начал не только удерживать Констанцию, но и пытаться выхватить у нее ловец. Разозлившись, она изловчилась и укусила его за руку. Не сильно, но так, чтобы он айкнул и отстранился, с обидой глядя на ладонь.
Констанция воспользовалась паузой, чтобы броситься к Шехерезаде, Аврелий набросился сверху, но не смотря на это удалось коснуться персонажа ловцом.
– Вы кто такие, и что тут делаете? – раздался грозный голос, едва их восточная красавица исчезла.
Констанция и Аврелий теперь лежали на кровати вдвоем.
– О, не-е-ет! – простонал последний, но времени на страдания у него не было.
Констанция выбралась из-под тяжелого туловища и внимательно оглядела вошедшего мужчину. Высокий, очень высокий. Ее взгляд метнулся к спинке стула – там висел очень большой пиджак. Сложив два и два, Констанция пришла к выводу, что перед ними был постоялец. Хозяин номера.
– Добрый день, – строго сказала она. – Это инспекция ресторанно-отельной службы города Санкт-Петербурга. Нам поступил сигнал, что в этом отеле есть жалобы на соответствие ГОСТам и нормативам по гостинично-хозяйственной деятельности, поэтому мы делаем замеры размеров кроватей и мощности света.
Она повернулась к Аврелию, который нашел в себе силы соскрестись с жаккардового покрывала.
– Что скажете, коллега?
– Здесь все соответствует норме, – ответил он, но тон был капризный, обиженный.
– Вот и прекрасно. Хорошего отдыха, – последнее было адресовано ошарашенному мужчине.
Констанция изобразила что-то вроде поклона, вытолкала Аврелия сперва в коридор, а вскоре – и прочь из отеля.
На улице она начала отчитывать его на все лады. Он глядел взглядом побитой собаки, молча выслушивая претензии. А когда Констанция, наконец, выдохлась и замолчала, он грустно прокартавил:
– Примерно помнишь, про что была последняя сказка? У меня в голове только обрывки, а там точно было что-то интересное… что-то про хитрого купца и…
Констанция отвесила ему легкую затрещину и пошла вперед по тротуару. Кажется, стажер действительно еще не был готов к самостоятельной службе.
В Библиотеку Констанция вернулась только утром и сразу же пошла к Илье. После разговора с Кингом она приняла решение заняться освобождением Егора более серьезно.
Илья встретил ее прохладно. Судя по помятому лицу и, кажется, несвежей рубашке, он ночевал в кабинете.
– Говори быстро, дел по горло, – проворчал он, заваривая себе кофе.
– Можешь дать доступ к секретным документам Основного Фонда? – прямо спросила она.
Илья недобро рассмеялся.
– Давай мы тебе сразу всю Библиотеку подарим, чего мелочиться-то. А хочешь, ключ от города забирай. Или от страны. От Вселенной! Мы все – твои рабы.
– Тебе надо побольше спать,– покачала головой Констанция, присаживаясь на диван. – Не жалеете вы себя с Кингом…
– Ну, у нас ты есть, чтобы пожалеть. Хотя бы Арта. Я уж как-нибудь.
Сказано было мимоходом. Якобы наполнявший чашку кофе интересовал его больше. Эта небрежность не обманула Констанцию.
Но она решила, что не попадется в эту ловушку. Не будет реагировать на попытки зацепить ее и вызвать ответную злость. Сделав над собой усилие, Констанция спокойно произнесла:
– Ты мог бы дать мне доступ как участнице операции по поимке Калиостро. Тебе ведь одобрили мое участие.
– Это совершенно не означает, что ты можешь теперь перерывать архивы Основного Фонда! – Илья бросил на Констанцию взгляд через плечо. – Но тебе-то палец в рот не клади, всю руку откусишь.
– Илья…
– Петрович!
Констанция встала, ощущая, как все же заражается его раздражением, как оно разливается по венам.
– Я прошу не ради развлечения. Мне действительно важно получить доступ к некоторым документам…
Илья отставил кофе и подошел к ней.
– Думаешь, это как погулять сходить? Если хоть кому-то станет известно, меня казнят прилюдно в главном холле в тот же день. Нелидов только и ждет, когда я допущу ошибку. Ходит за мной по пятам, каждую крошку подбирает. И ты предлагаешь мне сводить тебя на экскурсию в секретный архив?
– Что можно сделать, чтобы я получила доступ, но у тебя не было из-за этого проблем? Какой-то… приказ? Пропуск?
Несколько мгновений они смотрели друг на друга.
– Зачем тебе? – чуть прищурившись, спросил Илья.
– Это для поимки Калиостро, – солгала она. – Есть одна идея, но не хочу говорить, пока не проверю.
Он чуть склонился к ней, вглядываясь в глаза. Это было неприятно.
– Врешь прямо в лицо, – прошипел он. – Уйди.
– Мне правда надо.
– Уйди, – совсем тихо велел он.
Вздохнув, Констанция развернулась на каблуках.
– Стой, – бросил он ей в спину.
– Уйди, стой – определись, Илья Петрович.
Вывел все-таки. Констанция глубоко вздохнула. Как там Мила говорила? «Дыши квадратом». Надо было попробовать, что бы это ни означало.
Илья обошел ее и встал напротив, снова уставившись холодным, острым взглядом. Белки его голубых глаз были красными, веки чуть припухшими.
– Арта не смей впутывать.
– Да не собиралась я.
– Прекрати уже мне врать! – выплюнул он. – Я тебя насквозь вижу. Ты теперь не остановишься. Тебе ж «надо»! И плевать на всех и вся.
Это было уже нечестно. То есть, он был прав, она действительно подумала о том, что попробует воспользоваться помощью Кинга. Или найдет иной способ. Но ей было не плевать на всех!
– Разберитесь уже со своим Нелидовым, а то у вас совсем крыша поехала. Посмотри на себя, как сбежавший пациент психушки.
– Ты еще мне указывай, как работать.
– Возьми пример с Кинга, прогуляйся по парку, развейся.
– А я возьму пример с Кинга. Попозже, – выплюнул он очень язвительно и вернулся к кофейной станции, чтобы подхватить чашку с остывающим напитком.
Констанция же застыла, нахмурилась: что он имел в виду?
В дверь постучали. Это была Леночка. Она вошла модельной походкой, в самом пошлом образе секретарши, какой можно представить: юбка-карандаш такая тесная, что можно было разглядеть узор кружева на белье, блузка с расстегнутыми чуть не до пупка пуговками, туфли на шпильках. Глянцевые волосы распущены. Констанция закатила глаза, когда Лена с надменным лицом прошла мимо, неся за собой шлейф дорогих, манящих духов.
– Письма отправлены, Илья Петрович, – жеманно заявила она, – сегодня после обеда курьер привезет заказное из Москвы. И Артур Кинг сообщил, что хочет зайти, но вы, наверное, уже знаете.
Она обернулась на Констанцию и снова взглянула на Илью.
– Странно, что они не вместе с Непейводой пришли… Как будто думают, что никто ничего не знает…
– О чем ты? – куда менее манерно произнесла Констанция.
Лена резко, будто только этого и ждала, повернулась к ней.
– Поздравляю, твои видео эксперименты не прошли незамеченными, не зря старалась, – улыбка выглядела на сто процентов лживо, что, впрочем и было целью. – Кинг сразу же повелся.
– Леночка, ты бы работой занялась…
Констанция заметила, что Илью совершенно не волновало поведение секретаря: он присел на край своего стола и стал с интересом наблюдать за диалогом, потягивая кофе. Это здорово взбесило.
– Не той, ради которой тебя наняли, – продолжила тогда Констанция саркастично, – а той, которая действительно нужна Библиотеке.
– Ну что ты так остро реагируешь? Я же радуюсь за вас, от чистого сердца. Совет да любовь, как говорится…
Потерев переносицу, Констанция постаралась сосредоточиться: чего добивалась Лена? Что означал этот спектакль? И почему Илья, черт возьми, никак не реагировал?
– Лена, ты бы все-таки выбила себе другое рабочее место. А то без кислорода в этом коридоре у тебя мозг совсем работать перестал.
– Главное, что ты много гуляешь. А Артур тебя провожает. И осыпает поцелуями! Как трогательно и романтично! Ой, а вы что, хотели сохранить это в тайне? – участливо спросила она. – Тогда в следующий раз, может, стоит встречаться подальше от работы? Хотя вы, наверное, к тебе и шли?
Констанция начала закипать. И не только от слов Лены, но и от того, как совершенно равнодушно за их диалогом наблюдал Илья.
Поняв бессмысленность разговора с этой дурой, Констанция уставилась на хозяина кабинета, и тот, наконец, нахмурившись, строго сказал:
– Лена, свободна, – и уже когда она была в дверях, бросил: – Кинга пригласи.
Едва за секретарем закрылась дверь, Констанция, сердито стуча своими толстыми, устойчивыми каблуками, подошла к Илье.
– Ты ее совсем не дрессируешь? – спросила она зло.
Илья поднял бровь.
– Поучи манерам. А то стоишь, как истукан, и любуешься. Или тебе нравится смотреть, как мы грыземся?
Он пару мгновений глядел на Констанцию, а затем ухмыльнулся:
– Конечно, нет, было бы лучше, если бы вы разделись и поцеловались.
За этот комментарий он получил тычок в плечо, чуть не облился кофе, но лишь немного скривился, продолжая улыбаться.
– Илья, тебя не волнует, что она распространяет слухи про нас с Кингом? Что если Нелидов об этом узнает?
Улыбка исчезла с лица Ильи. Он оценивающе оглядел Констанцию.
– Не понял, – проговорил он.
– Мы не встречаемся, – торопливо добавила она. – Но речь не об этом. Меня не волновало бы, что несет эта курица, если бы не Нелидов.
Констанция ощутила, как румянец появляется на щеках, хотя до конца не сумела понять, что его вызвало.
Илья оглядел ее лицо, будто ища что-то в ее мимике и взгляде, а затем, подавшись вперед, оказавшись некомфортно близко, медленно проговорил:
– Не встречаетесь.
– Нет. Хотя… То, что Лена сказала… В целом я не исключаю, и кто-то мог что-то видеть, но это не то, потому что…
«Боже, заткнись», – велела Констанция самой себе.
– В общем, займись своей секретаршей.
Илья как будто ее не слышал.
– Арт не сказал тебе? – спросил он.
– Не сказал что? – требовательно спросила Констанция, проглатывая странное, неприятное ощущение – предчувствие чего-то нехорошего.
В дверь постучали. Илья отреагировал молниеносно: безмолвно подхватил Констанцию под локоть, подвел к шкафу, открыл дверцы, впихнул ее внутрь, сделал жест «сиди тихо» и запер внутри. Лицо его при этом оставалось бесстрастной маской.
Наконец, он позволил посетителю войти. Это был Кинг.
Констанция не могла никого видеть, так как и Илья, и Артур стояли прямо за шкафом, но слышала все, о чем они говорили.
– Вот, – раздался голос Кинга, а за ним – шорох бумаг, – я не думаю, что это то, что надо, Илия. Все три охоты быстрые, эти Калиостро не успели адаптироваться. В последней, из Якутии, персонаж затерялся в тайге, потом был найден убитым диким животным. Не поможет ничем. Я убежден, что мы не получим больше, чем от тех охот, о которых уже было известно.
– Что Нелидов?
– Устроил пляски на костях.
Констанция улыбнулась, услышав эти слова.
– Очень доволен, – продолжил Кинг. – Продолжает всовывать нос во все. Я собираюсь с ним повстречаться сегодня и перевести внимание.
– Кстати, об этом, – бросил Илья. – Что с Констанцией?
Кинг ответил не сразу, чуть замялся.
– Все идет по плану.
– Ты уверен?
– Да.
Повисла пауза.
– Подробности будут? – недовольно уточнил Илья.
– Вчера я договорился на свидание. Если Нелидов не проследит за нами сам, то узнает об этом через слухи от коллег. Я позабочусь об этом.
– Слухи уже появились.
– Правда? – небольшая пауза. – Откуда?
– Как я понял, вчера ты провожал ее домой? Вас видели.
– Ах, это. Да, я начал действия на всякий случай. Это было как раз недалеко от Библиотеки.
– Я понял.
Илья, судя по звуку шагов, прошелся по кабинету.
– Вы должны активнее изображать тайную любовь и страсть, чтобы убедить Нелидова в твоем к ней интересе.
– Я помню, Илия, я делаю это, – голос Артура был полон непривычного раздражения. – И ему уже тоже говорил о своей заинтересованности в ней. Он купил это. Думаю, он мне доверяет.
– По-настоящему он начнет доверять тебе, когда любовь и страсть с Конс начну изображать я.
Повисла пауза.
– И ты будешь изображать ревность, – добавил Илья негромко. – Думаешь, сможешь?
– Я смогу весь наш план. Мы же уже все подробно обсудили. Я не потерял голову. Могу пойти? Мы сегодня едем в участок для слушанья показаний. Крепостин вцепился в это дело зубами, но не уверен, что ему это оставят. И тогда будут затруднения.
Красноречиво высказав, какими еще словами можно было охарактеризовать подобные «затруднения», Илья, наконец, отпустил Артура.
Констанция продолжала стоять в шкафу, словно оглушенная. Так это был… их план? То, что она приняла за искренний интерес, за искренние чувства, было лишь игрой?
Боль пока только разливалась по телу, Констанция будто не осознала до конца, что означало услышанное, поэтому она нашла в себе силы открыть дверцы, цокнуть дважды каблуками и хладнокровно взглянуть на Илью.
Он безмолвно, но с вызовом смотрел на нее. Казалось, хотел сказать: «Поняла? Вот он какой, твой Артур Кинг». Но что-то его остановило. Возможно, безжизненный взгляд Констанции.
– Ты хотел сказать что-то еще? Мне нужно в отдел.
Он чуть помолчал.
– Нет. Все, что я хотел сказать, я сказал.
Она вышла, не проронив больше ни слова.
Прошла мимо Лены, проследовала по коридору с красной дорожкой, вышла в холл. Здесь было пусто, поэтому, не встретив никого, Констанция поднялась на третий этаж. Там сразу нашла открытое помещение, забитое столами, составленными один на другой, спустилась по стене на пол и дала волю слезам.
Как она их ненавидела. Обоих, но в основном Артура, конечно. Как он мог так поступить с ней? И как она могла быть такой наивной дурой, что доверилась ему? Очевидно же было, что он слишком быстро перешел к решительным действиям. Сперва был безразличен и держался на расстоянии, кое-как пригласил в ресторан, а затем вдруг бросился в пучину страстей. И она тоже. Дура. Сразу ведь почувствовала: что-то не то!
Констанция скинула туфли, так сидеть на полу стало удобнее. Расстегнула верхние пуговки платья. Макияж, должно быть, превратился в жуткое месиво, но она позволила себе просто расслабиться и выплеснуть эмоции. Пнула вытянутыми ногами один из столов. Ударила кулаком другой.
Ей одновременно было невыносимо осознавать, что она проявила слабость, показала себя доступной, уязвимой, влюбленной, и в то же время рвало душу от мысли о том, что Кинг не любил ее на самом деле. Что он все так же, как и четыре года назад, оставался к ней безразличен.
Констанция провела в пустом темном кабинете больше трех часов: сначала ревела от обиды, злости и разочарования. Потом приходила в себя. Чтобы с лица исчезли любые признаки недавней истерики, нужно было дать себе немало времени. Хорошо, что ее никто не искал.
Мутноватое зеркало санузла третьего этажа показало не самую привлекательную картину, но Констанции удалось привести себя в порядок. В сумочке имелась кое-какая косметика, и вот скоро на нее смотрела вполне привлекательная молодая женщина.
Женщина, полная решимости отомстить.
Аврелий продолжал свою охоту на Ваське, периодически созваниваясь с Констанцией для корректировки действий. Сама она засела за компьютер. Работа всегда служила спасением, вот и сейчас монотонное заведение дел из картотеки в СУП помогало отвлечься. Однако разум все равно, даже занятый старыми охотами, то и дело возвращался к подслушанному разговору, к тому, что произошло между ней и Артуром в Новгороде, к тому, что за план был у Ильи и Кинга. Зачем им было все это нужно?
Еще до Новгорода Артур заставил Нелидова думать, будто с Ильей у него был некий конфликт интересов из-за женщины. И вот они решили разыграть спектакль, якобы она, Констанция, крутила роман и с одним, и с другим. Будто бы это рассорило двух приятелей.
Пока их общий враг ворошил грязное белье, Артур и Илья намеревались закрыть дело Калиостро и отправить Нелидова назад в Москву.
И Кинг решил не говорить ей ни о чем. Счел возможным играть с ее сердцем. Что ж, она тоже умела это делать, и если его игры были невинными пятнашками, то ее – хоккеем, где чужое сердце выступало в роли шайбы.
Ближе к вечеру пришло сообщение от Артура.
«Что насчет ужина двух равнодушных коллег?»
«Я готова. А ты точно готов?»
«Нет никого готовее меня»
«Сможешь сохранить хладнокровие, как будто я тебе совершенно безразлична?»
«I’ll do my best»
Констанция скривилась, глядя на эту милую переписку.
«Тогда завтра в семь»
«Отлично. Открылся один новый ресторан на Лесной»
Она фыркнула: какое совпадение, недалеко от его дома! Ну уж нет, она не потащится на другой конец города.
«Нет, пойдем в тот, где мы тогда встретились. Я была с Ильей, а ты со своей девушкой»
«Ок! Не могу дождаться увидеться с тобой. С безучастием и равнодушием, твой коллега»
На следующее утро Констанция встала пораньше: ей нужно было выглядеть идеально и даже чуточку лучше.
Именно поэтому она уложила длинные волосы в голливудскую волну, или, по крайней мере, в то, во что она научилась укладывать их благодаря ролику в интернете. Потратила на макияж чуть больше времени, чем обычно. Достала самое вызывающее платье – темно-красное, как кровь, что бурлила сейчас у нее в венах от обиды и ярости – с глубоким прямоугольным декольте, в котором грудь смотрелась особенно привлекательно, и с разрезом на подоле до середины бедра. Считалось моветоном одновременно показывать и грудь, и ноги, но здесь длина казалась почти монашеской, пока Констанция не садилась. Тогда ткань тут же оголяла колени, ниспадая аккуратными складками. Кстати пришлись чулки с черными стрелками сзади – пикантная деталь, которая придавала образу сексуальности. Констанция достала из шкафа не самые удобные, но очень элегантные туфли. На персонажей в таких охотиться не стоит, а вот на мужчин – в самый раз.
Она посмотрела на себя в зеркало, представляя на мгновение Кинга у своих ног. Буквально. Она так легко могла вообразить его сидящим на полу, разглядывающим ее щиколотки, аккуратно, почти с опаской касающимся ее коленей в капроновых чулках.
Этот образ она пронесет через весь день.
На улице ее действительно провожали взглядами. В Библиотеке первой Констанция встретила Милу, и та сразу ощутила перемены.
– Что случилось? – прошептала она, оглядывая Констанцию.
Ответ в духе «что ты имеешь в виду?» ее, разумеется, не удовлетворил.
– За дуру меня не держи.
– Давай не будем обсуждать то, что еще не произошло? – предложила Констанция.
– В том-то и дело: мне кажется, что что-то произошло. Ты выглядишь как жена дьявола.
Мила искренне переживала, но сейчас это было ни к чему. Чтобы все прошло успешно, важно было сохранить эту агрессивную сексуальность, которую Констанция целенаправленно в себе пробуждала.
– Пойдем, попьем кофе в столовой, – сказала она.
– С утра? – Мила схватилась за сердце. – Разве мы уже заслужили это?
Констанция широко улыбнулась, и ее собеседница с тревогой заглянула ей в глаза.
– Солнце, что случилось, кто тебя обидел? Расскажи Миле, и я откушу ему голову.
На это Констанция жестом предложила оставить холл и пройти в столовую. Громко цокая набойками, разнося эхо своих шагов по главному холлу Библиотеки, она произнесла:
– Сама откушу.
Предприняв еще несколько попыток выяснить, что случилось, Мила, наконец, сдалась и стала рассказывать о себе, о последней охоте и об очень хорошем кондиционере для волос, который попробовала тем утром. Констанция молча слушала, иногда кивая.
Вскоре, как и ожидалось, в столовую вошел Кинг. Он был в компании незнакомого Констанции коллеги. Кажется, она видела его в Основном фонде, когда Нелидов отчитывал всю команду за плохую работу по делу Калиостро… Уверенности не было, но и разницы тоже. Ее интересовал только Артур.
Взяв поднос, он выбрал булочку, налил себе чай, сел за стол. В этот момент Констанция встала со своего места и, покачивая бедрами, прошла к кулеру, чтобы налить воды. Наполнила стакан, направилась к своему месту. Почти пройдя мимо столика Артура, бросила на него взгляд и, будто бы только заметив, улыбнулась и кивнула в знак приветствия. Он не отрывал от нее взгляда, и только когда она почти вернулась к своему месту, будто опомнившись, произнес «доброе утро».
Мила, едва Констанция села, тут же склонилась чуть вперед и зашептала:
– Так вот для кого это. Но почему у тебя вайбы самки богомола, а не матки пчелы?
Констанция скривилась:
– Что за энтомологические метафоры?
– Я чувствую энергию разрушения, а не созидания, – не сдавалась Мила. – Когда женщина хочет, даже чисто теоретически, создать новую жизнь, у нее особая аура. Когда она хочет эту жизнь отобрать – аура совсем другая.
– Ты невероятно тонкий психолог, – мрачно заявила Констанция, бросая вызывающий взгляд на Кинга, и тут же отворачиваясь.
– Что он сделал?
– Он просчитался. И теперь будет страдать.
Мила разочарованно подперла лицо ладонями.
– Эх… А мне только показалось, что у вас дела пошли на лад… Жаль, что он все испортил.
Констанция с теплотой взглянула на Милу: подруга была на ее стороне, даже не зная, что случилось. Это как будто на время наполнило Констанцию светом, но то была лишь короткая вспышка. Следом сердце снова покрылось корочкой льда.
