Текст книги "Владыка Зазеркалья (СИ)"

Автор книги: Илья Романов

Соавторы: Жорж Бор
сообщить о нарушении

Текущая страница: 26 (всего у книги 26 страниц)

– Но другой, – вторил я, когда брат замочал.

– Скверна ничего не даёт просто так, а цена её силы непомерна, – коротко кивнул он, отчего зашуршала ткань балахона. – Но ты прав, брат, если я верну её – она будет другой. Не нашей матерью, а её оболочкой, душа внутри которой будет страдать. Я бы хотел вновь увидеть её, услышать её голос… но не такой ценой.

Он тяжело вздохнул, запрокинул голову к небесам, а я скосил взгляд и увидел, как балахон на его спине шевелился. Под ним, будто горб, что-то копошилось, но это не доставляло Ромулу дискомфорт.

– Мы сразимся здесь, брат, – продолжил он говорить, рассматривая звёзды. – У меня нет желания покидать это место, но и разрушать его я не хочу, когда убью тебя. Будь добр, создай нам условия.

Я кивнул, слова были излишни, пусть и звучали самоуверенно. Взмах руки и реальность вокруг нас застыла, покрывшись вереницей трещин. Исчезли цвета мира, им на смену пришла унылая серость. Застыло время, исчез ветер и все запахи. Сейчас я мог повелевать реальностью, благодаря той мощи, что пылала в источнике. Моя прежняя сила вернулась для этого момента.

Ромул удовлетворённо цокнул языком, а когда балахом на спине вновь зашевелился, он скривился и прошептал:

– Хорошо, смертный, раз ты так хочешь… я дам вам поговорить перед битвой.

Под моим взглядом брат избавился от скрывающей ткани и мне с трудом удалось узнать его. От некогда прекрасного мужчины, внешность которого покорила не одно женское сердце, осталась жалкое подобие. Ромул являл собой высохшего, бледного мертвеца. Впалые щёки, из-за которых ужесточились скулы. Выпавшие по большей части волосы, оголившие гладкий череп, покрытый чёрными бубонами. Гнилые, частично выпавшие зубы. Вместо носа у него были две тонкие дыры, а от уголков рта тянулись тонкие шрамы с чёрной сеткой вен, пульсирующих Скверной.

Доспехи брата тоже изменились и были полностью чёрными. По ним словно бежала чёрнота, как водная плёнка. В ножнах покоились два одноручных меча – брат был амбидекстром.

Но пусть он и изменился, кое-что осталось от него прежнего. Глаза. Впавшие и усталые, внутри его красных глаз были видны несгибаемая воля, сила и стальная решимость.

Удовлетворившись произведённым эффектом, он кивнул своим мыслям и повернулся по мне спиной. Того, что я атакую в уязвимую точку он не боялся, да и знал, что я так не сделаю. Поэтому позволил мне… увидеть это.

– Владыка… – проскрежетало существо, торчавшее из его спины, подобно сиамскому близнецу. – Как я рад вас увидеть…

Мне не было нужны всматриваться в это создание, часть которого срослась с Ромулом. Я и так знал, кто это и уже понимал всё, что должен был понять за это время.

– Зачем, Адам? – был единственный вопрос.

Полностью лысое, скукоженное и сморщенное создание улыбнулось белыми, ровными зубами.

– Как это, зачем? Ради мести и освобождения, конечно же!

Лицо Адам скривилось в презрительной гримассе.

– Ты – великий Кровавый Бог! Владыка Зазеркалья! – практически выплёвывал он слова. – И где же твоё величие⁈ Лицемерный предатель! Ничтожество, слово которого ничего не стоит! Ты разбрасываешься своими слугами и соратниками, жертвуя ими во ИМЯ БЛАГА! Помнишь свою клятву, Кровавый Бог⁈ – речь его прерывалась, словно Адам не мог сконцетрироваться на чём-то одном. – Ты обещал спасение людям! Свой мир! ТЫ ДАМ МНЕ СЛОВО, ЧТО ОНА БУДЕТ ЖИТЬ!!!

Я сохранял каменное выражение лица, слушая его обвинения.

– Скольких ты спас? Миллионы, миллиарды душ! И среди них забыл про одну, которую также обещал оберегать! Я клялся тебе, Альтиор! Я помогал тебе! Я отдал тебе свою верность! А когда пришло время… когда ты создал свой мир… Что получил взамен?

Адам замолк на секунду, а затем проревел во весь голос. Яростно, словно зверь:

– НИЧЕГО!

Он замолк, вперил в меня безумный взгляд и ожидал реакции. Вот только ему не были нужны мои оправдания или извинения. Поэтому я произнёс:

– Все мы заплатили свою цену за свободу.

Сморщенное лицо, которое когда-то принадлежало юноше, а теперь скукожевшемуся старику, скривилось. Ромул ничего не добавил, хотя мог бы, ведь он был той ценной, которую заплатил я за создание Зазеркалья и спасение людских душ из плена Драконидов. Нам не удалось вытащить всех. Большая часть погибла во время сражения, Дракониды использовали их для своей магии, и среди них была сестра-близнец Адама. Уже тогда, потеряв её и не найдя в моём мире, в его сердце зародились корни предательства. Желание отомстить мне, уничтожив всё, что было дорого и создано кропотливым трудом. Скверна нашла путь к его душе, а тот принял её, начав строить планы. И одной из ключевых фигур этих планов был Ромул, которого тот нашёл в Пустоте и вернул к жизни, сделав сосудом Скверны. Я чувствовал всеми фибрами своей души, как тёмная мощь переполняла моего брата.

Больше слов не требовалось. Адам сказал всё, что хотел, вылил на меня ведро дерьма и теперь ушёл на второй план. А на его место ступил Ромул, которому не оставили выбора. Скверна диктовала свои правила, обязывая его вступить в бой.

– Увидимся на другой стороне, брат, – улыбнулся он, вытаскивая мечи из ножен. – Дождись меня там.

– Боюсь, это тебе придётся ждать меня, брат, – ответил я ему ухмылкой, а Предвестник покинул ножны.

Мы замерли друг напротив друга, а затем разразилась буря. Волна тьмы вырвалась из моего тела, внутри которого плескались ужасающие твари. Ромул ответил. Раздался мощнейший, звериный рык, а всё пространство затопила чернота, в которой пробегали толстые молнии. Каждая из них с громким рокотом уничтожала моих тварей одну за другой, пока мы врубились друг друга на мечах.

Его мастерство не знало себе равных в прошлой жизни. Меч Человечества не просто звание, но титул, который необходимо доказать. И Ромул носил его с гордостью, орудуя мечами так, как никто ни до, ни после него. Предвестник пел в моих руках, а скорость нашей битвы всё нарастала. Даже созданное пространство-изнанка, дабы не разрушить могилу матушки, едва выдерживало нашу общую мощь.

Источник внутри меня уже не трещал, а кипел, растекаясь внутри груди плавленным железом. Энергия текла по венам, усиливая меча всё сильнее и сильнее. Ромул сдерживал натиск, а Адам на его спине слал мне кары и проклинал. Вот только мы с братом не слушали его, переплетаясь в танце стали, грохоте битвы и жажды сражения. Он – марионетка Скверны, у которой нет выбора. И я – сражающийся за то, чтобы победить Скверну и спасти жизнь в трёх мирах. Две половины одного целого. Два брата, которым не оставили выбора, решив всё за нас.

Судьба или проведения. В первое я никогда не верил, а второе обычно плели боги, в которых я тоже не верил. Мы с братом всегда ковали свою судьбу сами, делали то, что должно.

Наши клинки встретились, давление нарастало, отчего трещала сталь его клинков, а мой Предвестник покрывался зазубринами. Энергия полностью пошла в разнос, разрушая созданную мною изнанку. Я краем глаза видел, как вылез Чешуйка, сражающийся с сотворённым из омерзительных чёрных молний Гидрой. Хаос и перепетие сил вступило в финальную схватку, а наши тела уже не выдерживали. Я чувствовал, как трещали кости, рвались мышцы и сгорал от натуги источник. Ромулу повезло не меньше. На его плече виднелась страшная незаживающая рана, с которой не могла справиться Скверна. Одна рука висела плетью, а в груди зияла рана размером с кулак, обнажая мёртвое сердце. Я также был весь в порезах, глубоких ранах, из которых сочилась без остановки кровь. Скверна уже начала захват моего тела, её омерзительная энергия пробиралась внутрь меня и приходилось держать в кулаке всю свою волю, дабы не дать этой заразе зайти дальше.

– Покончим с этим, брат, – прошептал он, когда мы разорвали дистанцию. – Делай, что должно…

– … и не сожалей ни о чём, – вторил я ему и улыбнулся окровавленными губами. Мы оба понимали, как нужно поступить и что нужно делать. – До встречи, брат!

Под яростный крик Адама, призывающего Ромула подождать, пока Скверна поглотит меня и его блестящий план свершиться, мы сорвались с места. В одном ударе, в который вложили всех себя без остатка.

Буйство энергий поглотило нас, реальность-изнанка разрушилась, поглощая всю остаточную мощь и порождая силу, которая недоступна смертным или бессмертным. Тело Ромула и Адама исчезло в этой мощи, а спустя мгновение… эта сила захватила и меня, после чего пришла абсолютная тьма…

Эпилог

Первые лучи рассвета коснулись улиц Милитариума. Вставшие в рань разумные покидали свои дома и уходили на работу, соблюдая тот уклад жизни, который обрели. По дорогам ездил редкий транспорт, фонари ещё горели, но вот-вот должны потухнуть с уходом ночи.

Рыночная площадь постепенно оживала, торговцы открывали свои точки, а дежуривший патруль проходил мимо. Сейчас на улицах почти никого не было, любой неизвестный гость был бы очень заметен. Вот только никто из разумных не обращал внимание на черноволосую женщину, прогуливающуюся вдоль рынка. Плавной походкой, словно скользя по воздуху, он проходила мимо жителей Милитариума, оставаясь невидимой для всех и каждого.

Полы её чёрного, облегающего фигуру платья развивал лёгкий, морозный ветер, а босые ноги ступали по тратуару, пришпоренного снегом. На улице царил лютый холод, но женщине он не мешал абсолютно. Увидь её сейчас кто-нибудь и очень удивился бы не только одежде, но и внешности. Поистине она была прекрасна, словно воплощение слова «красота». Она с неким отсранённым любопыством рассматривала жителей города, не задерживая взгляд ни на ком, следуя своему пути.

И всё же, кто-то смог её заметить. Это была молодая девушка, златовласая эльфийка, глаза которой покраснели от слёз, а в душе зияла дыра от потери и отчаяния. Лишь работа в администрации, помогла ей отгонять мысли о потери. А заодно и поддержка подруги, с которой по началу они не нашли общий язык, но общая беда сплотила их.

Девушка настолько ушла в себя, что чуть не врезалась в незнакомку.

– Ой, простите, – извинилась Лисандра, уступая дорогу. – Я вас не заметила…

Женщина приподняла уголки губ, внимательно пробежалась по эльфийке взглядом чёрных глаз, и ответила приятным слуху, грудным голосом:

– Ничего страшного, дитя.

Лисандра скупо кивнула и понуро побрела дальше, не обратив внимание на ношу, которую незнакомка держала в своей руке. Проводив девушку взглядом, она кивнула и пошла дальше, встречая на своём пути тех, в душах кого зияла подобная пустота. Вот помятый вампир, Сумрачный Князь, сидевший на крыше одного из домов и встречавший рассвет с бутылкой вина. Дальше на пути попался Архангел, который вывалился из закрывающегося бара пьяным и едва стоявшим на ногах. По небу пролетела белокурая дева нефилим, аура которой источала из себя непомерную тоску и боль.

Каждая из этих встреч не была чудом для незнакомки. Она знала, что увидит их. Знала, что те попадутся на её пути здесь и сейчас. Подобные ей всегда видели больше, чем кто-либо…

Её путь закончился у порога дома, который не особо выделялся из числа прочих. Но всё же женщина потратила пару мгновений, чтобы рассмотреть его, а затем подняться по ступенькам и положить у двери свою ношу. Плетёную корзинку, в которой спали два младенца, укутанных одеялом.

Будто почувствовав прибытие незванного гостя, чернокожий слуга открыл дверь и застыл соляным столбом. Стоило ему увидеть женщину и понять, КТО ЭТО, как сердце Аарона охватили страх, неверие и шок. Благодаря своей сути он почувствовал её. Всю ту силу и бесконечность, что таилась в чёрных глазах незнакомки. Матери всех миров. Создательницы всего сущего и властительницы чертогов, через который проходят души.

Это была Бездна. Истинная богиня, в которую неверил Альтиора, и о существовании которой ходили лишь мифы и легенды.

– Госпожа, – дрогнувшим голосом произнёс Аарон и поклонился в пол.

Женщина вновь улыбнулась. Как мать, которая наконец-то увидела своего потеряного сына. Все создания трёх миров были её детьми, даже те, кто жил в Зазеркалье. Именно с её молчаливого разрешения Альтиор смог воплотить свою мечту и задумку. Вечная Мать поддержала его, даровала шанс и мальчик справился.

– Во всём должно быть равновесие, – мягко заговорила Бездна и указала рукой на спящих младенцев. – Их судьба переплетена с тремя мирами. У них будет время, чтобы позврослеть, узнать себя и вспомнить. Но Скверна вновь вернётся, чтобы всё разрушить. Таков порядок вещей. Равновесие.

Аарон молчал, внимательно слушая и не смея даже помыслить о том, чтобы перебить Вечную Мать.

– Позаботься о них, дитя, как делал это раньше.

– Всенепременно, госпожа…

Бездна ещё раз тепло улыбнулась и исчезла, домовой только и успел моргнуть. На негнущихся ногах он подошёл к корзинке и склонился над ней, всмотревшись в лица двух младенцев. Те будто почувствовали его внимание и открыли глаза.

– Уага! – широко улыбнулся один из них, а в его синих глазах отразилась такая знакомая усмешка. Второй же, почти точная копия своего брата, недовольно нахмурился и вперил в Аарона взор красных глаз.

Много за свою долгую, почти бесконечную жизнь повидал домовой, но такое… такое с ним было впервые. И всё же он нашёл в себе силы ответить на улыбку того, кому отдал свою верность, а затем кивнуть хмурому младенцу.

Аккуратно и очень бережно он поднял корзинку и под громкие неразборчивые слова одного из младенцев, занёс её в дом.

– Не беспокойстесь, господин, – Аарон словно понял, о чём тот хотел сказать. – Я непременно оповещу всех, чтобы они прибыли сию секунду. А пока… Позвольте я позабочусь о вас и вашем брате.