Текст книги "Владыка Зазеркалья (СИ)"

Автор книги: Илья Романов

Соавторы: Жорж Бор
сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 26 страниц)

Глава 3

С чавкающим звуком, я вытащил окровавленный топор из туши самого здорового заражённого. В воздухе стояла густая вонь тухлятины, всегда сопровождавшая Скверну. Редко моргали чудом уцелевшие потолочные лампы. Тварь ещё хрипела, но это уже была агония. Осквернённое подобие жизни покидало этого кадавра, а стоны затихали с каждым мгновением.

Я был весь в чёрной, склизкой крови. Измазался с ног до головы, словно мясник на скотобойне. Одежду однозначно придётся выкинуть при первом случае. Кожу отмыть было проще. Мне. Потому что другие разумные в подобной ситуации уже начали бы изменяться.

Ятагарасу не вернулся, а значит заражённые не покидали здание склада. И это хорошо. Очень хорошо. Не придётся отлавливать этих тварей, которые за время своей свободы могли сотворить непоправимое.

Мой путь лежал дальше по коридору. Часть ламп были разбиты в ходе сражения, но парочка из них ещё освещала путь. Моргающий нервный свет, вкупе с пятнами чёрной жижи на стенах, потолке и полу, создавали картину третьесортного хоррор фильма. Но такова была моя сегодняшняя реальность.

Я прикончил ровно пять заражённых в этом коридоре, а значит шестой ещё здесь. И либо он заперт, от того и не заявился вместе с остальными, либо умнее. Но я скорее поверю в то, что тварь банально не нашла выхода, чем в её разумность. Нет у заражённых интеллекта – атрофируется за ненадобностью.

И тем сильнее было моё недоумение, вкупе с безграничным удивлением, когда я подошёл к одной единственной закрытой двери. За ней ощущалось присутствие живого существа, но полностью оценить обстановку я не успел. Тяжёлую дверь практически в то же мгновение снесло с петель, будто взрывом, а в коридор вырвался поток чёрного пламени!

На грани всех своих сил, я отпрыгнул в другой конец коридора, прямо по трупам, и достал ещё одну монету. Золотая энергия не вылилась в окружающий мир, как было с призывом Ятарагасу, а полностью впиталась в моё тело.

На пути чёрного пламени возник переливающийся всеми цветами радуги барьер. Тусклый, дрожащий от нестабильного состояния, но сдерживающий чужеродную для трёх миров мощь Скверны!

– Зараза… – процедил я сквозь зубы, заметив первую трещину на барьере.

Вторая монета. От впитавшейся энергии я слегка поморщился, а перед глазами на долю мгновения всё помутилось. Я отдал свой дар, чтобы защитить три мира и создать Зазеркалье, а потому моя текущая магия стала лишь жалким отголоском прошлого могущества.Такова была цена, которую я заплатил.

Единственный выход для меня и для всех остальных в Зазеркалье – монеты. Вот только, если использовать их слишком много и часто, эти костыли скорее прикончат меня, чем помогут.

Как бы то ни было, после второй монеты, барьер смог сдержать мощь Скверны. Мощь, что была мне неведома и незнакома. Никогда прежде не доводилось видеть, чтобы эту энергию применяли вот так! Но это точно Скверна! Её омерзительную вонь я ни с чем не спутаю!

Я покачнулся, но устоял и оперся ладонью о стену. Руки подрагивали от привычной перегрузки, но пальцы крепко сжимали топор. До собственноручно установленного предела было ещё далеко. Я стёр с лица запёкшуюся кровь мутантов, которая стала похожа на нефтяную маску, и медленно двинулся к источнику неизвестной магии.

От тел заражённых ничего не осталось, кроме пепла. Чёрное пламя уничтожило всё, опалило стены, потолок и пол. Лампы потухли, в коридоре воцарилась густая темнота.

Вдох-выдох, я покачал головой и пошёл вперёд. Топор закинул на плечо, готовясь пустить его в ход и бросить в качестве снаряда. Я ещё не решил буду ли подходить к магу Скверны вплотную и нужно было иметь хотя бы пару вариантов действий. Баланс у топора был отвратный, но метнуть его на таком расстоянии я мог без проблем.

Внутри комнаты, которую и показывал мне Семаркл на видео, меня ждали. И узник этого «подземелья» остался на прежнем месте.

Прикованный цепями к стене человек не изменился. Он остался всё таким же, сохранил свой облик и не мутировал от заражения. Тёмных линий на его коже стало больше, он был весь покрыт ими, но на этом всё. Если не считать тёмную дымку в провалах глаз и усилившейся худобы, ничего за прошедшее время не изменилось. А ещё на лице человека я видел зловещую улыбку. С уголков его рта, на шею и пол, стекали чёрная слизь и пена.

– Вот он, Хранитель Трёх Миров! Владыка Зазеркалья! – прохрипел заражённый и я поражённо замер, не веря собственным ушам. Изменённый мог говорить! – Трус! Ничтожество, которое спряталось от собственных грехов! Каково это, жить в вечном обмане, лицемерный предатель⁈ Ответь мне! Ответь! Ха-ха!!!

– Кто ты? – наклонил я голову набок, хмуро взирая на это существо. – Или, что ты?

– Мы – есть Скверна! Мы – есть твоя погибель! За всё то, что ты сделал! За то предательство, что ты свершил! За твои грехи! За твои ошибки! Мы пришли! Мы здесь! Мы голодны! И мы… – губы заражённого треснули, кожа разошлась, а улыбка его растянулась до ушей. – ОТОМСТИМ!!!

Заражённый забился в конвульсиях, а затем его тело стало буквально расползаться. Кожа рвалась, будто сухой, старый пергамент. Она покрылась чёрными язвами и спадала лоскутами. Он умирал, но не переставал смеяться и повторять лишь одно:

– МЫ ОТОМСТИМ!!! МЫ ОТОМСТИМ!!!

Я скинул топор с плеча, подошёл к этому несчастному и, смотря в его полные бездонной тьмы глаза, срубил голову. С одного удара.

– Прости, что не успел помочь тебе и не уберёг от Скверны, – прошептал я, когда смех затих, а заражённый перестал биться в цепях. От него осталась лишь половина тела, а вторая являла собой оголённые кости.

С глухим звуком топор упал на пол, а я медленно, пошёл к выходу из подвала. Чёрный огонь, который использовал заражённый, сослужил хорошую службу. От следов боя не осталось вообще ничего.

Сколько у меня заняла зачистка? Минут десять, может чуть меньше. Но, похоже, Семаркл и его сатиры заранее выехали сюда, потому что именно их я и встретил у выхода из здания.

Вооружившись огнестрелом, бойцы взяли дверной проём на прицел и чуть не выстрелили в меня. Но, к счастью для сатиров, окрик их босса остановил тех от необдуманных действий:

– Отставить, идиоты! Уберите пушки!

Увидев меня, Семаркл чуть ли не бегом оказался рядом.

– Владыка, как вы⁈ С вами всё хорошо⁈ – беспокойство из него можно было черпать вёдрами. Как и панику в глазах.

– Всё нормально, – поморщился я и повёл плечом. Кожа чесалась, а организм уже начал избавляться от следов Скверны.

После поглощения сразу трёх монет с маленьким интервалом времени, тело начало жадно возвращать свою магическую часть. Крохи энергии, оставшиеся внутри, пробудили магическое зрение. И я в новом свете увидел предводителя сатиров. В нормальной алой ауре Семаркла просматривались очень слабые всполохи черноты.

В голове всё ещё метались мысли от увиденного там, в комнате склада. Разумный заражённый. Заражённый, который смог говорить и использовал магию, которую я ранее не видел. Магию, средоточие которой лежало в основе Скверны. Чужеродную, опасную… Откуда взялся этот заражённый? Почему сатиры Семаркла успели настолько быстро измениться? Для этого им потребовалось бы больше времени, чем то, о котором говорил стоявший передо мной разумный!

Я выдохнул, покачал головой, после чего тяжело посмотрел в глаза Семаркла и глухо произнёс:

– Ты ничего не хочешь мне рассказать?

Вожак сатиров вздрогнул и сделал маленький шаг назад. Его бойцы напряглись, приподняли автоматы, которые до этого опустили к земле.

– Я-я не понимаю о чём речь, Владыка! – запинаясь, проблеял старый сатир, но не выдержал моего взгляда и продолжил: – Я-я… Мне… Он здесь не со вчера! Мне сказали, где найти его и куда доставить!

– Кто сказал? – сухо спросил я и понял.

Ловушка! Дрянная ловушка на идиота, даже двух. Один из которых сатир, а другой – я. А посередине Скверна.

– Я-я не…

Секаркл не договорил. Откуда-то с крыши соседнего склада раздался громкий выстрел, и голова сатира лопнула. Рогатый череп разлетелся во все стороны фонтаном брызг. Бойцы-сатиры ошеломленно замерли, взирая на то, как тело их босса осело на старый растрескавшийся асфальт.

Прогремел второй выстрел, я резко повернул голову к звуку и попытался броситься к ближайшей машине. Сознание после применение магии ещё было разогнано, пусть и не до предела, а потому пулю я увидел. Как и её калибр, точно относящийся к снайперской винтовке.

И всё же скорости мне не хватило. Пуля вонзилась в левое плечо, хотя должна была в грудь. Прямо туда, где было сердце. Кто бы ни был снайпером, но он знал, куда нужно стрелять, чтобы если и не прикончить меня с одного выстрела, но сильно ранить.

– Сука… – зашипел я, укрывшись за задним колесом седана.

Плечо жгло болью, левая рука слушалась неохотно. Более того, чувство боли нарастало. Появлялось невероятное жжение, а кровь по всей левой стороне тела будто начала закипать. Я засунул пальцы в дыру в куртке и схватил ногтями вонзившуюся в кожу, на половину длины, пулю. Она не вошла полностью. Не смогла пробить кожный покров, по крепости не уступающий латным доспехам.

Тем временем, бойцы Семаркла начали стрелять. Запахло порохом, звенел металл и ревели сатиры. Охранники вступили с кем-то в схватку и, судя по крикам, нещадно умирали один за другим.

Я посмотрел на пулю в своей ладони. Кожа покраснела и источала запах палённой плоти. Капля крови на ней испарилась.

Таргат – красный металл Огненных Просторов, как назывался мир демонов. Губительный для всех, кроме обитателей нижнего мира. У Семаркла изначально не было шансов, даже если бы ему попали не в голову. Таргат убивал очень быстро, за жалкие секунды, отравляя кровь, тело и ауру. А если каким-то образом не убивал, то сводил с ума и превращал жертву в безумного берсерка.

Скверный металл, который я запретил в Зазеркалье, а всех тех, кто пытался его провезти, ждала участь хуже смерти. И всё же он здесь. В моей ладони.

Выбросив пулю, я выглянул из-за машины и сразу же спрятался обратно. Заднее и пассажирские стёкла изрешетили выстрелами, мелкое крошево упало на землю дождём, корпус автомобиля пули дырявили влёт и пришлось ужаться у колеса.

Краем глаза заметил движение и отреагировал молниеносно. Схватил матовый дробовик за дуло и дёрнул на себя, пытаясь вырвать оружие из рук высокого и хорошо сложенного мужчины. Помешал перекинутый через его плечо ремень, но медлить я не стал. Развернул одетого в чёрную униформу убийцу, вывернул ремень на его шее и прикрылся им, как щитом.

Вновь зазвучали выстрелы, тело в моём захвате задрожало от пронзающих его пуль и обмякло.

Я вовремя успел отпустить мертвеца и отпрыгнуть. Первое лезвие из Таргата промелькнуло в сантиметрах от шеи, а второе – почти воткнулось в живот.

Раздался мощный «Кар!», а вслед за ним ещё один выстрел снайперской винтовки. Снайпер явно целился не в меня, а я краем глаза заметил мелькнувший над крышей одного из складов силуэт ворона. Ятагарасу не нашёл других заражённых, но и не ушёл. Вот в чём этим воронам не откажешь, так это в уме. Похоже, пернатый раскусил ловушку раньше Владыки Зазеркалья и решил помочь. И отнюдь не за просто так.

Все эти мысли промелькнули в моей голове, пока я отбивался сразу от пятерых убийц, вооружённых кинжалами из Таргата. Их чёрная форма была без опознавательных знаков, лицо закрывали чёрные маски, а движения были мне настолько знакомы, что вызывали неверие. Уже второе за этот короткий вечер.

Я схватил за руку низкорослого, по комплекции явно женщина, и перекинул через бедро. Сразу же отступил, ударом кулака отправил в полёт второго, и вовремя успел поймать лезвие кинжала прямо перед левым глазом.

– Вас всех уничтожили, – прорычал я, смотря прямо в провалы маски, невзирая на боль в порезанных пальцах и ладони. – Вас не должно быть здесь!

– Но мы здесь, и мы убьём тебя, фальшивый бог! – холодно ответили мне приятным слуху мужским баритоном.

Я дёрнул кинжал вместе с рукой убийцы вниз, не дав ему и шанса отступить. Противник подался вперёд и наклонился, а его шея оказалась в моём захвате.

Раздался сочный хруст и тело свалилось к моим ногам. Руки убийцы ослабили хватку, кинжалы упали на землю. Я поднял ближайший и точным броском прикончил женщину, что успела подняться с земли и хотела продолжить бой. Она вздрогнула и пластом свалилась на спину, не подавая признаков жизни. Кинжал вошёл точно в грудь и сердце.

Бой на мгновение прекратился.

Возникла напряженная тишина, в которой изредка звучали выстрелы снайперской винтовки и громкое «Кар!».

Я бросил быстрый взгляд вниз. На второй кинжал, что лежал рядом. Перевёл вес на опорную ногу, и это стало спусковым крючком к действию.

В едином порыве тройка убийц ринулась на меня. Я пригнулся, подобрал кинжал и фронтальным ударом ноги, будто лягнул, оттолкнул ближайшего. Удар второго пронзил пустоту, а затем он захрипел с перерезанной глоткой. Не дав ему упасть, ухватил за плечо и толкнул к третьему, сбивая того с темпа. Но он не купился. Будто змея обогнул тело мёртвого товарища и вступил со мной в схватку. К этому моменту подоспел и первый.

Быстрые, сильные… Отточенные движения и выверенные, доведённые до автоматизма действия. Это определённо Перворождённые. Те из людей, которых я создал в Зазеркалье самыми первыми и посчитал их ошибкой.

Моя ошибка. Мой грех, который однажды чуть не погубил весь созданный мной мир.

– Ты… предал… всех нас… – захлёбывался кровью лежащий у моих ног Перворождённый. Выстрелы снайперской винтовки затихли, а на изрешечённую выстрелами крышу ближайшего седана приземлился Ятагарасу. Его когти и клюв были в крови. – Смерть… фальшивому богу…

Перворождённый затих и обмяк. Я расслабил пальцы и из моей ладони выпал окровавленный кинжал. Руки подрагивали от ярости схватки. Сказывались последствия использования монет и отравление Таргатом. Порезов было столько, что вся куртка и футболка под ней превратились в лоскуты. Раны кровоточили, болезненно ныли, а на их краях можно было увидеть тонкие линии кровеносных сосудов, набухших из-за ядовитого металла.

– Ты убил последнего? – взглянув на трёхлапого ворона, спросил я. Глупый вопрос, но мне требовалось точно знать.

– Кар! – кивнул Ятарагасу, внимательно рассматривая меня.

Я вытащил одну из двух оставшихся монет и бросил её ворону. Тот ловко поймал её клювом и проглотил драгоценный магический сосуд, недоступный никому в трёх мирах. Плата за помощь получена, и демон не стал задерживаться в мире, который ему определённо не нравился. А потому он исчез. Растворился в вспышке золотистого тумана и отправился обратно к себе, в Огненные Просторы.

Я присел на корточки перед Перворождённым и снял с его лица маску. Светловолосый юноша. На вид ему не больше двадцати-двадцати пяти. Впрочем, как и мне. Внешние признаки не имели особого значения. Лицо парня застыло гримасой злобы, а голубые глаза, из которых ушла жизнь, смотрели прямо на меня. Потухшие, но сохранившие в себе глубокую ненависть.

Вытащив из кармана телефон, увидел, что экран разбит и никак не реагировал на попытки оживить его.

Я шумно выдохнул, поморщился от боли и осмотрелся в поисках тела Семаркла. У него точно должен быть телефон, а в нём номер Лисандры. Найдя искомое, медленно сделал первый шаг, а за ним и второй.

– Съездил, мать его, решить проблему… – недовольно проворчал я, ожидая ответа от единственного существа, которое связывало меня с созданной мной структурой иномирцев в Зазеркалье. Один гудок, второй, третий…

«Абонент недоступен или находится вне зоны действия сети.»

Глава 4

Я попытался дозвониться до Лисы ещё два раза, но результат был тот же самый – номер моего секретаря оставался недоступным.

А этого быть не должно. Со времени изобретения телефонов она постоянно была на связи и не пропускала звонки.

В совпадения я никогда не верил. С вершины прожитых столетий можно было утверждать, что в подобных ситуациях их просто не бывает. И моя помощница находилась вне зоны доступа не потому, что у неё вдруг разрядился мобильный. Тем более, что она мне так и не отчиталась. Ни за время, пока я ехал на склад Семаркла, ни во время зачистки заражённых.

– Надо ехать в офис… – недовольно прошептал я и убрал телефон вожака сатиров в карман.

На удивление, моя машина после перестрелки пострадала не сильно. Пара дыр от пуль имелась, но стёкла и колёса уцелели.

Старенькая волга завелась не сразу. В который раз напоминая мне, что надо бы поменять свечи зажигания. Но я это дело всё откладывал.

– Ну давай, родимая, не время сейчас капризничать, – погладил я руль и попытался ещё раз. Раздалось холостое тарахтение, а вслед за ним слабый рык. Двигатель завёлся. – Умничка моя…

До моего приезда на склад седаны сатиров и так занимали почти всю парковку, но из-за прибытия Семаркла с бойцами, машины почти не оставили свободного пространства. Пришлось извернуться и в какой-то момент выйти, чтобы оттолкнуть с пути парочку оставшихся без хозяев автомобилей.

– Абонент недоступен или находится вне зоны действия сети! Позвоните позднее или оставьте сообщение после звукового сигнала! – сделал я ещё одну попытку позвонить Лисандре, но опять безуспешно.

– Зараза! – зло рыкнул я.

Бросив телефон на переднее пассажирское сиденье, прибавил газу. На глаза попался склад, где разгружали товар ранее увиденные грузчики из какой-то строительной фирмы.

Вот только сейчас возле него никого не было, если не считать свисающий с карниза крыши труп в чёрной униформе. Обезглавленное тело окрасило своей кровью часть стены.

Я поморщился. Теперь становилось понятно, откуда здесь так быстро взялись Перворождённые. Меня ждали, устроили засаду и даже подумали о качественной маскировке. Можно было не сомневаться, что каждый из убитых сегодня много лет честно трудился на благо строительной компании. Мысли невольно перешли на события далёкого прошлого.

И всё же то, что Перворожденных не уничтожили было неприятной новостью. Я отдал в своё время чёткий и ясный приказ сделать это. И его не исполнили, раз они живы. В то, что кто-то из них мог избежать зачистки и скрываться где-то столько веков я не верил, Совет подобных ошибок не допускал. А значит кто-то специально сохранил им жизнь.

Суть созданных мной людей была в поддержании мирового барьера. Вернее, барьер держался на той энергии, что генерировали их души.

Перворождённые стали первым экспериментом. Выбраковкой, которая была не способна поддерживать барьер. Их души не воспроизводили энергию. Но даже так, они были моим творением. Моим детищем, которому я также желал найти место в созданном мире. Если бы не их дефект, то всё могло получиться. Но бесконтрольная и прогрессирующая ярость Перворожденных не оставляла шансов.

Перворождённые, до того, как я отдал приказ на их устранение, убили множество других людей и эмигрантов из других миров. Магия на них не действовала, ведь энергии они неподвластны. А вот физически мои первые дети были одарены прекрасно. Поэтому-то они и двигались столь быстро, что за ними практически невозможно уследить обычным, человеческим взглядом.

И теперь главный вопрос из тех, что меня беспокили – кто именно из Совета сохранил им жизнь? И кто решился их использовать?

Это определённо необходимо выяснить. Похоже, за то время, пока я спокойно жил в собственном мире многое пошло не по плану. Те, кто обязан был присматривать за порядком, почувствовали свою безнаказанность. Что ж, придётся убедить их в обратном. Возможно, Лисандра слишком хорошо выполняла свою работу и кто-то забыл о моём существовании.

Шлагбаум на КПП был поднят вверх и я, не задерживаясь, пролетел под ним. Успел заметить испуганное лицо старичка-сторожа в окне, но когда наши глаза встретились, он быстро спрятался обратно.

Стоило выехать на более-менее хорошую дорогу и я прибавил газу, насколько хватало мощности моей машины. Ночная лесополоса мелькала за окном. Слышался только рёв мотора, гул шин и едва слышное бормотание приёмника. Машины на трассе, мимо которых я проносился в опасной близости, гневно сигналили вдогонку.

На подъезде к городу заметил несколько нарядов гаишников. Один из них махнул мне палочкой и призвал припарковаться у обочины.

– Здравия желаю! Инспектор дорожно-постовой службы сержант Максимов! – приложив прямую ладонь к фуражке, скороговоркой выпалил полицейский. С тем же успехом он мог сообщить набор случайных слов и никто бы разницы не уловил. А вот следующий вопрос уже разобрать было не сложно. – Ваши документы, пожалуйста!

На улице было темно, а фонарём сержант особо не светил, поэтому и не сразу заметил моего внешнего вида. Подозрения у него появились, когда я вытащил из бардачка документы в файле и показал ему. Моя рука была вся в засохшей крови заражённых.

Секундное замешательство и гаишник резко поднял фонарь. Отвратительно яркий луч упёрся прямо в моё лицо и сержант подался назад. Я услышал щелчок заклёпки на кобуре, что была у него на поясе.

– Выйти из машины! Без резких движений! – немного нервно приказал полицейский.

– Максимов, ты что тут разорался⁈ – подошёл к нему второй гаишник. Пухлощёкий, с выпирающим вперёд животом.

– Товарищ старший лейтенант, тут… – пустился в объяснения сержант, а я не торопился выходить наружу. Последние остатки магии почти рассосались, но магическое зрение ещё сохранилось и позволило увидеть ауру старшего лейтенанта.

– Я сам разберусь, иди отсюда! Вон, помоги лучше Скворцову! – рявкнул на него начальник и сержанта сдуло, будто порывом ураганного ветра. Затем старлей наклонился к моему окну, его глаза изменились с серых на янтарные, поросячьи. – Прошу прощения, Владыка. Не сразу заметил вашу машину.

– Ничего, – кивнул я, убрал документы обратно в бардачок и спросил: – Для чего здесь патруль? Просто проверка?

– Поступила информация о стрельбе на территории складского комплекса неподалёку, – ответил представитель расы иглошкуров. Мой внешний вид он тоже оценил, всё понял и шепотом уточнил: – Я не смею вас задерживать, Владыка, но не сочтите за дерзость… Это ваших рук дело?

– Да, – подтвердил я, отчего полицейский тяжело вздохнул. – Свяжись с Ораном и доложи ему ситуацию. Он должен быть в курсе, что делать дальше.

Главный над иглошкурами занимал должность начальника полицейского управления Москвы и был тем, кто заминал всю грязь, если мне приходилось пачкать руки. Последний раз это было лет пять назад и тогда он не подвёл. Сейчас ситуация другая, я уже не знал кому верить, а потому как раз и решил проверить сохранил ли верность Оран.

– Конечно, Владыка! Всенепременно! – склонил голову старший лейтенант и отошёл от машины. – Прошу простить за задержку! Удачи вам и хорошего пути!

Я медленно тронулся с места, вновь выехал на трассу и стал набирать скорость.

Центральный офис Совета находился, как ни странно, в центре города. Огромное, достигающее облаков здание из стекла, бетона и стали. Монолитное, возвышающееся над остальными. На фасаде офиса висел большой, золотой круглый щит с символов трёх миров – Трикветр. Широкая аллея с дорожками, через парковую зону, вела к главному входу. У подъездной части располагался фонтан.

Путь мой лежал не к главным дверям, через которые в день проходили сотни, а то и тысячи разумных. Там их встречал огромный холл, сотрудники многочисленных офисов и множество кабинетов фирм самой разной направленности.

Свернув с дороги, я перестроился и двинулся в сторону вместительной, трёхэтажной подземной парковки. Мрак улицы остался за спиной, и свет люминесцентных ламп встретил меня, стоило выйти из машины. А ещё тишина с запахом машинного масла. Небольшая лужа растеклась под авто, рядом с которым я остановился.

Осмотревшись, прислушался к себе и кивнул. Все последствия использования монет за время пути полностью исчезли, чувствовал я себя отлично, а опасности рядом не заметил. Кто бы не решился меня устранить, на парковке он засаду делать не стал. Либо не настолько продумал свои действия, либо посчитал излишним.

Один из трёх лифтов впустил меня в свои недра. Десятки кнопок этажей призывно загорелись, предлагая выбрать нужный, но я не нажал ни одну из них. Вместо этого вытащил из кармана штанов металлическую карту, которую забрал из машины. Отливающая серебристым цветом, в её середине также находился символ трёх миров, а немного ниже был выбит код и чуть углублённая ниша для пальца-отпечатка.

Вставив карту в специальную выемку сбоку, будто в приёмник монет, я приложил палец и кнопки лифта потухли. Двери сразу же закрылись, заиграла спокойная, классическая мелодия, а кабина стала набирать скорость.

При строительстве центрального офиса я выделил себе целый этаж. Где жил, работал, проводил досуг. Огромное пространство, что принадлежало лишь мне. Куда не было входа ни у кого, кроме доверенных лиц, которых пропускал страж. Войти на этот этаж можно только из лифта, либо же скрытых дверей, которые на лестничных площадках невидимы благодаря Обскуру. Эта бесплотная сущность защищала моё жилище, исполняя клятву, что однажды дала мне.

И теперь, выйдя из лифта, я понял – стража больше нет. Коридор этажа встретил меня кромешной темнотой и тишиной. Не горели лампы, которые Обскур поддерживал своей энергией. Не пахло в воздухе ароматом озона и свежескошенной травы, запах которых имела его сущность. Весь этаж казался заброшенным, покинутым местом. Словно здесь никто и никогда ни жил. Белоснежные стены больше не играли красивыми барельефами, которые страж каждый раз менял из-за своей творческой натуры. Плиточный пол не переливался красками.

Я быстрым шагом пошёл в свой кабинет, на ходу осматриваясь по сторонам и подмечая всё больше неприятных деталей. Как например ту, что цветы в вазах у стен ещё не завяли, земля в них была влажной и рыхлой. Обскур ухаживал за ними, но стража больше нет. И не стало его совсем недавно.

Дверь в кабинет была открыта. Точнее, выбита. Куски красного дуба из Срединного мира, из которого та была сделана, валялись на полу. Часть свисала на верхней петле.

Внутри помещения словно прошёлся ураган. Вся мебель была перевёрнута и разбросана. Мой рабочий стол развалился на две части, монитор компьютера валялся на дорогом паркете. Документы из шкафов выпотрошены, белоснежные листы были всюду, куда не брось взгляд. Барная стойка на удивление сохранилась целой, если не считать стеклянных полочек. Они превратились в крошево. Сильный запах спирта витал в воздухе.

Но всё это меркло по сравнению с тем, что я увидел в центре кабинета. На части паркета был выжжен ритуальный круг, утративший свои силы. В центре шестигранной печати лежал пепел в форме гуманоидного существа. Невысокого, не выше подростка. Четырехрукого, с вытянутой головой.

По пути сюда я не видел следов сражений и разрушений, но здесь словно произошла бойня. Возможно, кто-то смог обмануть Обскура, заявился в мой кабинет, и только тогда страж ударил. И погиб, исполняя свой долг.

Лисандры, как я и предполагал, здесь не было. Следы крови и будто специально оставленный клочок светлых, длинных волос я обнаружил возле чёрного кристалла, торчавшего из ниши. Моя помощница всё же выполнила задание, но не успела мне об этом сообщить.

Я не знал что или кто устроил засаду Перворождённых. Неизвестно, кто подставил Семаркла и сделал его наживкой. Неизвестно и то, кто убил Обскура. Но он или они явно хотели, чтобы я увидел их послание. Увидел, что кристалл потух и его не забрали специально. Как и оставили клочок волос эльфийки.

– Сука… – чувствуя, как внутри начинает закипать гнев, процедил я и сжал кулаки. Пространство вокруг меня задрожало, слабо поплыло волнами от захлестнувшей ярости.

Оставив кристалл на своём месте, я забрал клочок волос Лисандры – были у меня идеи, как использовать их – а затем быстрым шагом пошёл проверять другие кристаллы. Всего их на этаже было три, включая тот, что находился в кабинете. Просто в другое место Лиса бы точно не попала. А именно в мою тайную сокровищницу, где хранились два других кристалла, артефакты и сундуки с монетами. И там было всё нормально. Кристаллы сияли золотым светом, работали и исполняли свою функцию по поддержанию барьера.

Немного успокоившись и отпустив гнев, я сразу же направился в другой зал. Туда, где располагался мощнейший из компьютеров офиса для поддержания созданной сети, дублирования и сохранения всех данных, что обрабатывались на компьютерах центра.

Возле стальных дверей из заряженного Диелита, металла Небесного Града, заметил следы попытки взлома. Двери были опалены, с вмятинами, будто их брали тараном, но те выстояли. Кто бы ни пытался вскрыть хранилище данных, сделать он этого не смог.

Система приняла мой доступ, а заляпанный сажей терминал, от которого распространялся запах гари, отсканировал ладонь.

Раздался щелчок. Громкий, натужный.

Медленно и будто нехотя двери стали открываться, впуская меня в сердце центрального офиса. Сюда не было доступа ни у кого. Даже Обскур не имел права сюда входить, а в системе находился лишь один отпечаток – мой.

Главный компьютер находился в центре большого помещения. Голубой свет от работы хранилищ данных, выстроенных в ряды, мигал тут и там, мешая глазам. Множество проводов, подобно змеям тянулись по металлическому полу и стенам. Самые толстые из них уходили от компьютера в полусферу на потолке и вели дальше, в переплетение проводов основного офиса.

Здесь было достаточно прохладно, дабы поддерживать охлаждение аппаратуры, а ещё отчётливо пахло нагретым пластиком и металлом.

– Что ж, посмотрим, – мой голос эхом зазвучал в тишине помещения, а пальцы быстро забегали по матовой клавиатуре.

Вторая ступень защиты пройдена. Система приняла логин и пароль, а затем перед глазами распахнулось нутро всей созданной мною организации. Данные по эмигрантам, сводки по производству монет, списки сотрудников, досье на каждого разумного, будь то человек или иномирец. Информации было очень много, скомпонованной, составленной в каталоги и доведённой до ума для простого использования.

Но все данные о мелких грешках Совета моментально померкли, когда я добрался до главного – практически вся магическая сеть пала. Схема барьера, охватывающего всё Зазеркалье, что отделяло три мира от иных пластов реальности вроде той же Скверны, была испещрена дырами. Нью-Йорк, Сидней, Токио, Пекин, Стамбул, Лондон… Кристаллы в этих городах потухли и единственные, что ещё поддерживали барьер находились в Москве, Санкт-Петербурге, Марселе и Мехико.

До скрипа сжав зубы, я стал проверять другую информацию. Искать следы тех, кто проник на мой этаж. Сейчас они были единственной зацепкой. Разумеется, кто-то попытался стереть все записи с камер наблюдения на этажах, лестницах и в лифтах. Но не зря ублюдки пытались проникнуть в зал главного компьютера. Они определённо знали или догадывались, что информация дублируется.