Текст книги "Владыка Зазеркалья (СИ)"

Автор книги: Илья Романов

Соавторы: Жорж Бор
сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 26 страниц)

Ламия сидела в центре комнаты на стуле. Крепком, зафиксированном в полу креплениями, а также оборудованным специальными замками, дабы пленник не дёргался.

Свесив голову на грудь, пленница нечленораздельно бормотала во сне, а с её губ тянулась вниз ниточку слюны. Руки и ноги ей никто не восстанавливал, а потому те опухли из-за переломов, что выглядело… неважно, но мне плевать.

Я положил руку ей на затылок, почувствовав под ладонью загрязнившиеся рыжие волосы, а затем влил немного энергии. Маленький толчок, чтобы сбить структуру заклинания сна.

Эффект был мгновенным. Ламия проснулась моментально, но глаз не открыла и голову не подняла. Сейчас она точно пыталась понять, где оказалась и что происходит. А ещё эта женщина стала готовить заклинание Крика, свойственное её народу, но не смогла. Энергия просто рассеялась, уйдя в никуда.

Да, пусть это и комфортная камера, но я хорошо позаботился, чтобы её пленники прочувствовали всю свою беспомощность, если окажутся здесь.

– Мифрил, значит… – хрипло прошептала она и медленно, с трудом, подняла голову. На меня воззрились змеиные глаза. Жёлтые, с ярко выраженным вертикальным чёрным зрачком. – Почему не убил сразу?

Говорила Ламия без страха. Во всяком случае так она думала, нацепив маску, но я чувствовал, как подскочил её пульс и забилось сердце. Скверна внутри её тоже отрезана благодаря мифрилу, пластины которого были внутри стен камеры.

– Убить тебя и не получить ответы? – приподнял я бровь.

Под её внимательным, настороженным взглядом, взял свободный стул и поставил напротив. Развернул спинкой к Ламии, и уселся, рассматривая её лицо. Она довольна красиво, это стоило признать. Аристократичные черты лица, аккуратный носик с веснушками, ярко выраженные скулы. Фигурой эта женщина тоже могла бы похвастаться, обставив многих королев и императриц, но сломанные руки и ноги портили картину. Впрочем, сама Ламия если и испытывала боль, всеми силами этого не показывала. С характером, как и все змеи.

– Ты можешь пытать меня, Кровавый Бог, но я ничего не скажу, – криво ухмыльнулась она, показав на мгновение ровные белоснежные зубы с парой клыков. – Ты падёшь, как и все миры.

Я вздохнул и покачал головой.

– Знала бы ты, сколько раз я это уже слышал. Но, как видишь, я до сих пор жив, а три мира и Зазеркалье стоят.

– Это ненадолго, – зло ощерилась она.

– Значит, по-хорошему не расскажешь? – спокойно спросил я, чуть наклонив голову.

Должен отметить – чутьё у неё работало очень хорошо. Змея почувствовала, что я слишком спокоен для того, кто находится в центре свалившегося лавиной хаоса. Так быть не должно. Это неправильно. И раз я спокоен, то у меня есть козырь, о котором она не знала и не догадывалась. И вот как раз это незнание её напугало.

Чуть отклонившись назад, я вытащил из поясной сумки длинную серебряную иглу. Милиметров сто сорок, не меньше. Её поверхность раз в несколько секунд наливалась лазурным светом, а в кончик был вставлен миниатюрный драгоценный камень. Синий, похожий на сапфир, но это был отнюдь не он.

– Знаешь, что это такое? – показал я Ламии иглу и отчётливо увидел, как та побледнела. – Вижу, что знаешь.

– О-откуда… их же не осталось… – не поверила она собственным глазам.

– Ты права, не осталось, это последняя Игла Мойр. Прядильщицы судеб не любят делится, но не устояли перед моей харизмой и были щедры. Я сегодня тоже очень щедр и подарю её тебе.

Вот теперь её проняло. Да так сильно, что Ламия задрожала всем телом и начала дёргаться. Сломанные конечности тоже дали о себе знать и Змея заорала. От страха, от понимания. В её эмоциях целый коктейль проявился, но сделать она уже ничего не могла. А Скверна… Скверна ей сейчас не поможет. Я узнаю всё, что мне нужно.

– Господин защитит меня… – шептала она дрожащими, бледными губами. – Защитит… Я ничего не скажу! Ничего! Будь ты проклят, Кровавый Бог! Ты сдохнешь! – сорвалась Ламия на визг. – Все сдохнут! ВСЕ!

Я поскрёб иглой подбородок и поток слов резко прекратился. Ну да, держу в руке один из самых опасных артефактов во всех трёх мирах и решил им почесаться, тут у кого хочешь нервы сдадут.

Расколоть её обычными словами или пытками – пустая трата времени. Она мне такими темпоми, и правда, ничего не расскажет. Нельзя исключать того, что Скверны в ней очень много. Не удивлюсь, если на Ламии стоит какая-нибудь защита, которая прикончит её, если та начнёт болтать. Я бы на этот счёт точно подстраховался.

Был вариант очистить её ритуалом, как с Агиларом, но это долго и для Ритуала Очищения нужно полное доверие двух сторон. Здесь, как понятно, доверием и не пахнет. Поэтому пойдём по самому жестокому, но действенному сценарию.

Резко встав, я рывком откинул стул, приблизившись к Ламии одним шагом. Та начала дёргаться ещё сильнее и вжалась в спинку стула, пытаясь укрыться и отсрочить неизбежное. По её щекам даже слёзы побежали, а я услышал мольбы и увидел перед собой глаза не твари, а обычной женщины. Сломленной, грязной и напуганной женщины, под личиной которой скрывалось самое настоящее чудовище.

Я не забыл, что она сделала с Шаразом, разум которого отравила. Вряд ли Советник был мне верен, но он был МОИМ советником, а значит покарать его мог лишь я!

Я не забыл, как эта тварь поступила с Лисой, которую лишь чудом и стечением обстоятельств удалось отыскать! Я помнил, в каком состоянии нашёл её и… помнил свой гнев в тот момент!

Я не забыл, что Ламия сотворила в Небесном Граде, поставив под удар целый мир!

– Надеюсь, твой хозяин сейчас всё видит, – опёрся я рукой на спинку стула и приблизил своё лицо к её лицу, почувствовав на коже её горячее, сбивчивое дыхание. – Потому, что скоро я приду и за ним.

Одно резкое движение и игла во всю длину вошла ей в сердце. В казематах в тот же миг раздался пронзительный, полный боли и отчаяние крик, раздирающий душу на куски. Глаза Ламии загорелись лазурным огнём, выжигающим любые ментальные барьеры и ломающим волю. Скверна внутри её взбунтовалась, но практически сразу же отступила от той Силы, что струилась в тело Ламии через Иглу Мойр. Артефакт был маяком. Якорем для чужеродной и опасной энергии Астрала, которой в одно время повелевали знакомые мне Мойры. Три близняшки с самым дерьмовым характером из всех, кого я знал. Три богини, как их называли смертные.

В одно время на них объявили охоту, причины которой мне я узнал, только когда в живых осталась всего одна сестра. Многие из бессмертных вознамерились убить трёх девиц, что почти у них получилось. Благодаря мне, Атропос – мойра, видящая будущее – смогла спастись, потеряв двух сестёр. И её дар за жизнь – та самая Игла, которую я так долго берег.

Внутри тела Ламии проявился лазурный свет, словно очертание скелета, а крик стал сильнее. Сейчас она испытывала неимеверную боль, проходя через все границы Астрала, выжигающим саму её суть.

В какой-то момент из груди женщины, где была воткнута Игла, отделилась тонкая лазурная нить. Поплыв по воздуху, она оказалась в моей ладони, а Ламия вздрогнула в последний раз и всё прекратилось. Бледная, вспотевшая и тяжело дышащая, она смотрела на меня широко раскрытыми глазами, а стоило увидеть нить, как к ней пришло и понимание.

Теперь её жизнь и душа в моих руках. Скверны в ней больше нет, её место занял Астрал, полностью поглотивший источник и заморозивший его. Отныне своими силами она больше воспользоваться не сможет, если того не пожелаю я. Её воля для меня – ничто, а стоит мне отдать приказ и она сделает всё. Любое желание, лишь ограниченное фантазией.

Именно из-за этого на Мойр в своё время и объвили охоту, ведь их магия работала и на бессмертных. А среди таких, как мы, свобода воли – один из главных столпов силы.

– Вижу, ты поняла, – улыбнулся я вздрогнувшей Ламии, в глазах которой видел ужас. – А теперь, я бы хотел послушать, что ты мне скажешь. Рассказывай всё и не смей мне врать.

– Я не… – подала она голос и в тот же момент истошно закричала, выгнувшись дугой на стуле.

Ага, соврать попыталась или говорить не захотела.

– Попытаемся ещё раз? – предложил я.

Вот теперь Ламия выложила всё. Сбивчиво, срываясь и пытаясь юлить, как могла, но чем больше она так делала, тем чётче звучали мои приказы и запреты. В какой-то момент я ей просто не оставил места для манёвра и подлая змея раскололась. Выдала, что во всём виноват глава секты Мёртвого Солнца, описание которого она мне тоже дала очень чёткое.

Ламия была связной между ним и целями, которые тот выбирал. Изначально – Шараз, затем Небесный Град. Лисандру по её словам должны были заразить Скверной, но какой-то особой, а затем отдать мне. Для чего это хотели сделать и так понятно, свой разведчик в стане врага, который по щелчку пальцев активировался и мог нанести удар в спину. Вот только что-то пошло не по плану и демоны переиграли, доставив Лису не туда, куда нужно, а в другое место.

Связь держалась благодаря артефакту, но в битве с Габом он был сломан. Я хорошо помнил осколки шара, которые мне показал архангел, когда мы грузились и отправлялись обратно в Зазеркалье.

Также, судя по словам Ламии, её уже списали. Она должна была выйти на связь с главой секты, которого просто называли «Отец», но время ушло и ниточка оборвалась. Как раз через этого старика она получала распоряжения Владыки, как она именовала Скверну.

Я всё чаще задумывался, почему Рафаэль говорил о каком-то Владыке, а теперь ещё и Ламия. По её рассказу – этот Владыка был коцентратом и воплощением самой Скверны. Её сосудом. Богом и мессией, который уничтожит и возродит три мира. Сделает их идеальными для всех и каждого, где все разумные будут едины. Знакомая песня, сектанты Мёртвого Солнца любили её повторять.

Отдельно стоит отметить, что проблемы в Срединном Мире гораздо хуже, чем казалось изначально. Скверна там не просто пробудилась вновь, а УЖЕ готова! Скоро весь мир захлестнёт волна заражённых и новой войны, к которой никто не успел подготовиться. Уровень секретности был какой-то феноменальный, а участвующих в этом деле разумных очень и очень много. Как среди высших эшелонов власть имущих, так и среди сильных мира сего. Одна из весточек, как раз, то самое нападение на жрицу Миалы. Еретики также действовали заодно со Скверной, подтачивая стабильность Срединного Мира.

– Небесный Град должен был пасть первым… – очень тихо, почти шепотом, говорила Ламия. – Ангелы были опасны, их уничтожение – залог победы в Срединном Мире… Но это ничего не изменит. Отец уже завершил приготовления, скоро легионы заражённых двинутся маршем смерти и Скверна поглотит Срединный Мир…

Меня интересовало, где конкретно может прилететь удар, и Ламия дала эту информацию. Не факт, что она верная, но общий курс, откуда попрут заражённые, будет понятен. Север Срединного Мира очень большой, а распылять силы в грядущей войне было бы критической ошибкой.

Допрос закончился и в камере воцарилась абсолютная тишина. Было лишь слышно, как Ламия тихо постанывала от боли в груди и сломанных конечностях, а я смотрел в стену и думал. Много думал. Планы строились один за другим и было ясно, что стоило торопиться. Надеюсь, Агилар выполнил свою задачу и позвал на бой Проклятых, ведь в текущих реалиях остановить Скверну будет практически невозможно без их помощи.

Кивнув сам себе, я двинулся на выход и почти у самого порога темницы меня догнал хриплый голос:

– Прошу… убей меня… пожалуйста…

– Смерть для тебя будет наградой, а я не столь милосерден, как многие считают, – холодно произнёс я, бросив взгляд через плечо на Ламию. – Ты будешь жить и будешь помнить. А чтобы ты прочувствовала всю бездну своего отчаяния – скоро тебя заберёт Балем и отдаст своей матери. Думаю, Титания очень обрадуется такому подарку и взамен даст мне парочку своих армий в борьбе со Скверной.

Пожалуй, именно в этот момент Ламия поняла, что конкретно её ждёт и какой ужас предстоит. Её народ был ближайшими слугами Фейри Зимнего Дворца и ярыми противниками Летнего. Взять Ламию в плен очень тяжёлая задача, а чтобы та ещё и раскололась, подчинялась и была очень послушной…

Да, Титания точно будет благодарна, а мне не придётся марать руки и жалеть, что потратил Иглу на эту змею. Осталось лишь сторговаться, чтобы не продешевить и получить армию от Титании, но эту задачу на себя возьмёт Балем. Своему любимому сыну она точно не откажет и даст лучшую цену за Ламию.

Подарив напоследок лёгкую улыбку, я покинул темницу и слышал в свою спину истеричный крик, посторящийся всего одним словом:

– НЕТ! НЕТ! НЕТ!!!

Глава 38

Московская башня Совета…

В ритуальном зале творилась самая настоящая суета. Помощники и новые члены Совета, которые только-только начали вникать в работу и собственные обязанности, носились как угорелые. В приказном тоне Вален раздавал указания, часто руководствуясь матом не только моего мира, но и Срединного, которому позавидовали бы даже портовые грузчики и военные.

Целые команды ритуалистов вычерчивали сначала мелом грани печати, а затем в ход шла кровь. Донорская, разумеется, всё же живём не в Тёмную эпоху, варварские обычаи уже не в чести. Вслед за теми, кто занимался подготовкой контура, в дело вступали назначенные Валеном разумные. Потухшие, чёрные кристаллы занимали свои места в очерченных кругах, где на них аккуратно наносили символы на языке Древних специальными, тонкими кистями.

Я, молча наблюдая за работой, пил третий стакан виски. Ритуальный зал был поистине огромен, занимая целый, последний этаж.

– Владыка, тридцать минут до рассвета! – подскочил ко мне облаченный в белоснежную рясу гном. На шее у него висел амулет главного ритуалиста. – Мы почти закончили Печать Альзура!

Увидев мой кивок, гном быстро убежал, попутно пиная своих подчинённых, чтобы те поторапливались. Времени оставалось очень мало, барьер пал и Зазеркалье было слишком уязвимо. У нас не было лишних суток, за которые Скверна могла натворить дел. Поэтому делали всё в попыхах, но старались действовать аккуратно.

Я всё чаще ловил на себе взгляды. Особенно от Валена, который не совсем понимал мой план и не знал, чего ожидать. Советник исполнял приказ, как и ритуалисты, но все они должно быть знатно удивились, когда узнали, что нужно готовить Печать Альзура. Одно из стратегических заклинаний высшей ступени, которое в трёх мирах было под запретом.

Архимаг Альзур, создавший его очень давно, был гением из гениев, что рождались раз в тысячу лет. После него многие пытались повторить его труды и печать в частности, но в лучшем случае погибали, а в худшем, после их попыток исчезли с лица земли целые города. Поэтому-то ту же Печать Альзура и запретили, слишком опасное знание. То-то ритуалисты и Вален так нервничали, работая с копией книги ритуалов Альзура, которая хранилась у меня в сокровищнице. От них многого не требовалось – начертать контур и подготовить кристаллы, об остальном я позабочусь сам.

Когда всё было готово, я отдал приказ всем покинуть зал и оставить меня одного. Вален попытался уговорить меня позволить ему присутствовать, но безуспешно. Сейчас его задача проследить, чтобы мне никто не мешал.

В полнейшей тишине бросил взгляд на наручные часы. До рассвета остались последние минуты. Пульт от стальных панелей, открывающих полностью крышу, оказался в руке и стоило нажать нужную кнопку, как механизмы пришли в движение. Проникли в помещение первые лучи солнца, разгоняя мрак. Подул свежий, теплый ветер, растрепав волосы и одежду.

Иллюзия неподалеку от печати растаяла всполохами и за ней появился кристалл Древних, который по моей воли сразу же начал левитировать ко мне. Он будто бы плыл по воздуху, распространяя от себя тихую, приятную слуху мелодию.

– Нам предстоит работа, друг мой, – положил я ладонь на ровную, тёплую поверхность кристалла. – Ты точно справишься?

В ответ пришёл слепок образа молодого воина в начищенных доспехах. Тот ударил себя в грудь, широко улыбнулся и кивнул.

Уголки моих губ приподнялись, я кивнул и, избавившись от верхней одежды, оставшись в одних штанах и ботинках, оказался в центре Печати Альзура вместе с кристаллом.

Лучи солнца упали на грани кристалла и кровь, отражаясь причудливыми бликами. Чёрные, истощенные кристаллы мёртвым грузом лежали на полу, но вскоре жизнь вновь вернётся к ним.

Здесь стоит сказать, что я импровизировал. У меня не было точной уверенности, что всё сработает, как надо, но мой новый друг уверил в хорошем исходе плана. Для него, носящего в себе частичку знаний Древних, Печать Альзура в своей сложности была проще деревянной игрушки.

Ещё в Небесном Граде, при первом контакте с ним, я видел, какие секреты он хранил. Там были знания, что уже утрачены и которые невозможно восстановить. Им даже названия больше нет, а одна только печать, смысл которой я не знал, была в сотни раз большей той же Печати Альзура. Она покрывала собою целый континент и… что-то делала. Но что именно проверять мне не хотелось. Пусть эти знания так и останутся потерянными.

Помотав головой и прогнав непрошенные мысли, я сосредоточился. Блеснуло лезвие Предвестника, который покинул ножны, а затем моя кровь окропила кристалл. Впиталась она сразу, а энергия Порядка внутри его вспыхнула. Раздался пронзительный гул, переходящий в звон, а в тишине зала зазвучали первые строчки активации печати:

– O̓̾͌ŕ̽͝a̾͑͐'͋̓̚s̓͝ g̔̕͠r̓̀̓a̐̐͝t͆̀̈́'a͌̚͝s͒̈́h̽̔̚ i͊̈́͝n͒̚͝d̿̿r͐͛̓á̔̐d̐͝͠a͛͒̿…

Время словно остановилось, звон стал сильнее, а воздух вокруг печати поплыл волнами. Кровавые контуры и символы засветились, насыщаясь силой, а лучи исказились и стали будто бы впитываться в них. Кристалл засиял подобно звезде, источая нарастающий жар. Я чувствовал его радость и предвкушение, но не отвлекался и продолжал читать слова ритуала, полностью сосредоточившись. Одна ошибка и… последствия могли быть самые ужасные. Мне требовалось не только соблюдать тональность голоса, но и делать специальные паузы посреди слов, чётко соблюдая временные рамки. Пожалуй, если бы я не изучил ритуал вдоль и поперёк, то точно бы напортачил.

Краем глаза заметив, как лежащие в кругах печати кристаллы воспарили над полом, я не сдержал улыбки. Из центрального кристалла потекли видимые взгляду нити энергии, а лучи солнца исказились и полностью собрались над моей головой.

Слепок образа о том, что мой напарник готов, стал финальной частью. И я одним толчком отдал часть своей энергии ему, которую тот сразу же, вместе со своей, перенаправил в потухшие кристаллы. Потекли секунды ожидания, звон был уже невыносим и я чувствовал, как из ушей идёт кровь, а печать из-за света слепила глаза.

Прозвучавший в ритуальном зале треск перекрыл гул и звон, а затем всё вокруг накрыла яркая вспышка! Я выдохнул сквозь крепко сжатые зубы, терпя обжигающую боль. Вспышка пробилась даже сквозь закрытые глаза, чуть ли не выжигая сетчатку, но постепенно её яркость исчезала.

Ритуал прекратился мгновенно. Пропали звуки и непомерное давление энергии, которое буквально выворачивала мой источник наизнанку. Но когда я приоткрыл веки, смахнул слёзу с глаз, то не сдержал улыбки.

Потративший большую часть своего запаса центральный кристалл всё также парил над полом, но теперь к нему присоединились и те, из которых ушла жизнь. Сияя белоснежным светом, они были под завязку наполнены энергией Порядка.

– А вот теперь посмотрим…

Настал второй этап. Печать Альзура больше не нужна, с её помощью удалось восстановить кристаллы, но теперь они другие. В них нет энергии душ, которую отдавали люди Зазеркалья. Барьер с помощью них вернуть не получится, не та плоскость энергии, но можно сделать иначе.

Полностью открывшись центральному кристаллу, я будто бы отделился своим духом от тела и воспарил. Сначала над собственным телом, а затем всё выше и выше. Исчезла среди облаков башня Совета и Москва, а впереди показался растерзанные, словно рыбацкая сеть, остатки барьера. Его эфирный след, как напоминание.

Зависнув возле него, я бросил взгляд вниз и увидел, как ко мне устремился яркий белоснежный луч. Он брал свое начало от центрального кристалла и был невидим для всех, кроме меня.

Мне же требовалось перенаправить энергию в остатки барьера и перекроить его. Не просто залатать дыры, а полностью изменить. Задумка проста. Раз он больше не работает, пропуская в мой мир любую шваль, а восстановить его нельзя, то я поменяю саму его суть. Отныне он будет работать не на защиту, а хаотично изменять направление телепортации. Урок из того, что кто-то мог организовать прокол перехода в мой мир я усвоил отлично. Нет идеальной защиты, а значит я превращу щит в оружие.

Будто дирижёр оркестра, я водил руками и с пальцев слетали нити энергии, улетающие вдаль. Туда, где дыры барьера были сильнее всего. Постепенно, по мере работы, барьер менял свой цвет с золотого на белоснежный, полыхающий белым огнем.

Печать Альзура и кристалл Древних, который использовал частичку доступных ему знаний, творили поистине шедевр. Теперь любой незаконный турист, будь то разумный или Скверна, очень сильно пожалеют, если захотят вторгнуться в мой мир.

У меня было много вариантов, куда именно настроить привязку переброски нелегалов. Кристалл мне показал целый список мест, большую часть названий которых даже я не знал. А потому выбрал из того, что понимал и с чем хотя бы был знаком.

Бездна.

Я сделал так, что теперь барьер будет отправлять всех нелегалов в саму Бездну. Прямо в гости к Чешуйке, который мне только спасибо скажет при следующей встрече. Ему нужно кормить свою стаю, вот пусть и порадуется.

Закончив работу, оглядел еще раз результат и удовлетворенно кивнул.

– Пусть теперь Скверна попробует сюда сунутся, – широко оскалился я от предвкушения. – Её ждёт большой сюрприз.

* * *

Три дня мне потребовалось, чтобы вернуться в форму после того, что получилось с барьером. Источник до сих пор лихорадило от буйства энергии Порядка внутри него. Именно так – Порядка. Кристалл не просто изменил и зарядил новый барьер Зазеркалья, но и частично изменил мой источник. Это, скажем так, была не самая приятная новость. Привык я к тому, что использую только свою энергию, а не заемную, но мой новый друг развеял все сомнений.

Из его образов я уловил, что теперь помимо всего прочего мог использовать энергию Порядка, напрямую питаясь от кристалла, где бы он ни был. Наша связь с созданием барьера стала ещё прочнее, словно симбиоз. Я отдавал ему часть своей энергии, он её аккумулировал и передавал обратно. Довольно забавно было наблюдать из его образов аналогию с игрой «горячая картошка». И где он вообще взял подобные образы для примера?

В любом случае плюсы от подобного сотрудничества я получал уже сейчас. Моя регенерация стала сильнее, тело напитывалось и перестраивалось под энергию Порядка, отчего и потребовалось три дня на отдых. Всё это время я торчал в Милитариуме, решал поступающие вопросы и находился под заботливым оком Лисандры. Эльфийка не отходила от меня ни на шаг, пока я трое суток метался в горячке на кровати.

По истечении этого срока каждый посчитал нужным меня проведать, поделиться новостями и просто поговорить. Особенно была примечательна реакция Габриэля, когда он зашёл в мою комнату и хотел было уже в своей манере что-то сказать, но замер почти на пороге. Его глаза вспыхнули энергией Порядка, лицо вытянулось в изумлении и он ошарашенно произнёс:

– Кгхм… Командир, а это как?

– Ты о чём, Габ? – я в тот момент пил горячий травяной отвар с мёдом и мускатным орехом, который мне принесла Лиса.

– Почему от тебя прёт мощью Порядка и аурой… Архонта.

Я вздёрнул бровь в недоумении, а затем поймал догадку и спросил:

– Помимо моего энергетического каркаса есть ещё один? – его кивок был мне ответом. – И он состоит из энергии Порядка? – ещё один кивок и изумлённый взгляд. – Прекрасно…

Вот тогда-то я и понял, что за симбиоз у нас с кристаллом получился. Не понимаю как, даже моих знаний не хватает, но кристалл Древних встроил в мою ауру ещё одну. Такую, которую из себя источали лишь Архонты, а это значило очень многое. C его подачи – он опять передал мысленный образ, находясь в моей сокровищнице и питая барьер – я вытянул руку и на ней появилось маленькое белоснежное пламя.

– Это… Это как это? – ещё больше изумлялся Габриэль, ведь энергией Порядка владели лишь ангелы. Никому другому она была недоступна.

– Хотел бы я и сам знать, – поддавшись наитию и радости кристалла, песнь которого на периферии сознания играла внутри разума, изменил пламя на ладони. – Хм… интересно.

Габ огромными, размером с блюдца глазами смотрел на то, как огонь превратился в миниатюрного пони и гарцевал у меня на ладони. Здесь стоит отметить, что у меня не было знаний, как управлять энергией Порядка, но они были у кристалла, а тот постепенно делился ими, загружая прямо по нашей связи в память. М-да уж, не хотел я, значит, прикасаться к знаниям Древних, но они сами догнали меня.

После той встречи с Габриэлем мне потребовалось ещё порядка четырёх дней, чтобы постепенно уложить хотя бы малый пласт этих знаний. В бой мне в тот период вступать было нежелательно, но спарринги и тренировки – это пожалуйста, чем я и занялся, оккупировав арену. Архангел составил мне компанию, не только, чтобы помочь, но и самому поучиться. По его словам – такой контроль энергии Порядка он не видел даже у Михаэля, а тот считался практически сильнейшим в своём народе.

В общем, да, неделя. Целая неделя пролетела незаметно, в течение которой я тренировался и регулировал работу. Доклады от Агилара поступали, но не особо часто. Он смог договориться с Проклятыми и нашёл ветеранов легионов, которые согласились участвовать в битве со Скверной под моим знаменем. Туда же добавилась пятёрка мелких Домов аристократов, которых Сумрачный Князь практически не уговаривал. Слухи о том, что Альтиор собирается сражаться со Скверной разрастались подобно пожару. В Тимеран прибывало всё больше разумных, как одиночек, так и целые отряды. Наёмники, авантюристы, рыцарские ордена… их было много, а город превратился в натуральный плацдарм.

Впрочем, всё это отошло на второй план, когда ко мне заявился Балем и поделился новостями от своих рыцарей, стерегущих вход в мой Домен.

И вот теперь я стоял на том месте, где ранее находился храм трёх богов, ныне разрушенный. Всё же я сделал правильно, что не стал закрывать Домен и оставил его открытым. Иначе последствия могли быть самые ужасные, а коварство Скверны вновь показало мне, что ни одна защита не идеальна.

Весь клочок земли, где ранее цвела жизнь и куда вторглась Скверна, был заражён. Нам с Балемом, Габом и Маленией потребовалось больше шести часов, чтобы купировать разрывы реальности, откуда стремилась эта зараза. Если бы мы не успели… если бы это место так и осталось заражено… даже гадать не хочу, что могло бы случиться. И я очень желал найти того, кто решил осквернить не только мой Домен, но и оставил страшный шрам на теле моего мира.

Проблема была в том, что закрыть эти разрывы окончательно можно было только одним способом – убить того, кто их создал. Иначе оставалось только поддерживать «заплатки», а это временная мера. Поэтому, я почувствовал предвкушение будущей расплаты, когда ко мне подошёл Балем и поделился столь приятной новостью:

– Здесь был всего один разумный, Альтиор. Сильный маг Скверны.

– И?

Принц Ифритов широко улыбнулся, показав свои истинные эмоции, а глаза его полыхнули пламенем.

– Я собрал его эфирный след, теперь осталось только найти этого выродка.