332 500 произведений, 24 800 авторов.

Электронная библиотека книг » Х. А. Суэйн » Голодная (ЛП) » Текст книги (страница 17)
Голодная (ЛП)
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 17:53

Текст книги "Голодная (ЛП)"


Автор книги: Х. А. Суэйн






сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 23 страниц)

Я ковыляла ещё несколько минут, подпрыгивая и ругаясь каждый раз, когда под ногу мне попадало что-нибудь острое. Я подошла к тому, что выглядело как граница парка. Выход состоял из двух арок, под огромной табличкой. Я дёрнула за несколько лиан, чтобы увидеть надпись ТВОЁ БУДУЩЕЕ В ТВОИХ РУКАХ: ЧТО ТЫ ВЫБЕРЕШЬ? Я расчистила листву. Арка слева гласила: РАЙ. На другой, справа, была надпись АД.

– Ох, ради бога, – пропыхтела я. – Тысячи лет назад люди придумали истории, чтобы объяснить то, чего они не могли понять. Они говорили, что болезни вызваны колдовским проклятием, прежде чем они начали разбираться в генетике. Или что ураганы были вызваны работой мерзких джиннов. Или что женщина, по имени Ева, съела запретный плод и узнала правду о том, насколько тяжёлой может быть жизнь. Но сейчас, когда всё, что я всегда считала правдой, перевернулось вверх ногами, я понимала, почему люди жаждали ответов. Я только хотела бы, чтобы это было также просто, как выбрать вариант А или Б.

Я не выбрала ни один из них. Я нашла другой, который вёл глубже в заросли кудзу. Там было спокойно и тихо, и земля была мягче и ровнее, так что идти было легче. Скоро моя голова перестала гудеть. Я почувствовала, что немного расслабилась под густой крышей из веток, сквозь которую проникало небольшое количество света. Мой желудок расслабился под действием приятного запаха нагретых солнцем листьев в пропитанном сыростью воздухе. Я сделала несколько глубоких вдохов, и попыталась осмыслить то, что только что произошло. В один миг мы я катаюсь по земле, желая поглотить Бэзила. В другой я была так зла на него, что не могла ясно мыслить. Я понятия не имела, что со мной происходит. Может быть, моя мама все-таки права. Может быть, нам следует контролировать человеческие гормоны, если мы так себя ведём именно из-за них.

Я пошла медленнее, оглядываясь вокруг. Поначалу всё казалось одинаковым, но когда я присмотрелась, то начала различать цвета, формы и текстуры, которых я до этого даже не замечала. Высокие коричневые стволы, которые, вероятно, были когда-то деревьями, с мягким зелёным мехом и коричневыми ступенчатыми дисками вокруг всей поверхности. На солнце поблескивала ещё одна полянка с ягодами. Я наклонилась и сорвала розово-белый цветок, растущий из земли. Настоящий цветок. Не голограмма, или синтетическое растение. Это самое прекрасное, самое восхитительное, что я когда-либо видела. Такой нежный и такой замысловатый. Я хотела рассказать всем остальным об этом, чтобы люди могли сами решить, оставаться в Кругах или уйти. Но дело в том, что Бэзил не понимал, что нам не обязательно возвращаться, чтобы распространить новости. Я потянулась за своим кисетом и достала Гизмо, надеясь, что он всё ещё работает.

Медленно на экране появилось движущееся изображение Единого Мира, которое вращалось, пока система пыталась найти сигнал. Я едва могла поверить в то, что он всё-таки работает, но я не должна быть таким скептиком. В конце концов, его создал мой папа. Астрид, с всё ещё выключенным звуком, впала в исступление, забросав меня дюжинами сообщений, которые я проигнорировала, потому что, стоя здесь, держа в руках папино изобретение, я ужасно заскучала по нему. У меня было желание позвонить ему и сказать, что со мной всё в порядке. Но дело прежде всего.

Я подсоединилась к чату Динозавров, открыла видео ресурс и сняла всё, что меня окружало.

– Это HectorProtector. С того времени, как агенты службы безопасности прошлой ночью атаковали центр раздачи синтамила во Внешнем Круге, я смогла выбраться во Внутренние Земли. Как вы видите, здесь буйно растёт кудзу. – Я показала панорамное видео зелёного моря. Потом я наклонилась и сорвала несколько ягод. Я поднесла их близко к камере. – Ана Гиньон считала, что за пределами Кругов могут существовать пахотные земли. Я здесь, чтобы сообщить вам, что это реальность.

Когда моё видео загрузилось, я полазила по чатам в поисках AnonyGal. Моё сердце забилось, когда я увидела сообщение от неё, но там было всего две строчки.

– Динозавры, смотрите, куда идёте! Норы есть везде, и некоторые из них достаточно глубоки.

Я задумалась над этим. С чего вдруг она предупреждает людей об очевидном? Мы все знаем, что Единый Мир троллит чаты – именно поэтому мы и защищаем свои личности. Разве что моя была раскрыта. Может быть, её тоже. В последний раз я попыталась пробиться к ней, послав личное сообщение:

Спасибо за код. Ты в порядке? Я волнуюсь. Пожалуйста, будь на связи.

Я подождала несколько секунд, но ответа не было, и я начала волноваться, что её могли арестовать. Когда я уже собиралась отключаться, появилось кое-что абсолютно неожиданное – видео Язи, одетой в пушистый фиолетовый комбинезон, стоящей перед зелёной мигающей цифрой 42. Я озадачено сидела, думая, почему она выходит на связь через сеть Динозавров! Я нажала на проигрыватель и начала смотреть.

Если вы раньше были подписаны на мой ЛРК, то вы знаете, что меня зовут Язя, но это вещание будет отличаться от того, что вы видели раньше. Талия Эппл, которую многие из вас знают как HectorProtector, это моя лучшая подруга. Меня арестовала служба безопасности Единого Мира за то, что я помогла ей сбежать, вдобавок они выпустили видео, на котором я оклеветала её. Единый Мир перекроил мою историю про Талию в обвинительный акт против неё. Но сейчас я говорю вам, что она борется за то, чтобы мир изменился к лучшему. Талия Эппл, известная как HectorProtector, на вашей стороне. Динозавры, Аналоги и привилегированные должны объединиться. Подключайтесь к моему ЛРК, чтобы узнавать все свежие новости об этой битве.

Когда она потянулась к своей HoverCam, я заметила на её запястье новую татуировку. Крошечный росток, произрастающий из семени и слово Помни. Я не должна была недооценивать её. Я оставила комментарий под её видео, говоря ей, что она мой герой, потому что использует свой ЛРК, чтобы информировать людей, и умоляла её быть осторожной. Затем, понимая, что моё время может быть ограничено, я отключилась от Динозавров и позвонила домой.

* * *

Пока Астрид связывалась с моим папой, я видела себя в маленьком экранчике. Розовые волосы. Зелёные глаза. Ничего похожего с той Талией, которую знал мой папа, и без включенного локатора нет никаких шансов, что он узнает меня. Я беспокоилась, что он может не ответить, когда увидит звонок от незнакомки, но он ответил, и как только его лицо заполнило экран, я разрыдалась. – Папочка, это я. Это Талия.

Он выглядел уставшим и измождённым, на лбу у него пролегли глубокие морщины. – Талия? – переспросил он, и я услышала скептицизм в его голосе. – Это ты?

– Да! – я взяла себя в руки. – Это я. Это действительно я.

Моя мама появилась на экране. Её кожа была пепельного цвета, челюсти крепко сжаты. Впервые за долгое время, я скучала по ней так же сильно, как когда была маленькая, а она уезжала по делам. Когда она, смертельно уставшая, входила в двери, я бросалась к ней, радуясь, что снова могу оказаться в её объятиях, пусть они и были равнодушными. Она пристально всматривалась в моё лицо, ища хоть какое-то подтверждение тому, что это действительно я. – Как ты думаешь, это она? – спросила она папу.

– Это я, вы должны поверить мне, – молила я их. – Я знаю, что выгляжу как безумная, но произошло так много всего и...

– Звучит так, как будто это и правда она, – проговорил папа, все ещё изучая мое лицо.

Я ломала голову в поисках чего-то, что могло бы убедить их, каких-то фактов, наподобие тех, что Бэзил перечислил своей матери, но внезапно мой экран стал чёрным. – Папа! – закричала я. – Мама?

Я могла слышать их, но больше не видела. – Ты думаешь это действительно она? – спросила моя мама.

– Я не знаю, – послышался приглушённый ответ папы. – А кто ещё это может быть?

– Я здесь! – в отчаянии кричала я. – Это правда я.

Потом звук пропал. Медленно появилось изображение. Поначалу размытое. Но когда резкость повысилась, я увидела, что на меня смотрит Ахимса. – Здравствуй, Талия, – спокойно произнесла она.

У меня перехватило дыхание, и я прислонилась к дереву. – Но... как... но... – Я трясла свой Гизмо, как будто это могло вытряхнуть её оттуда.

– Я вижу, ты покрасила волосы, – сказала она. – Мне больше нравился натуральный цвет.

– Чего тебе нужно? – спросила я. – Как ты здесь оказалась? Где мои родители?

Она подняла бровь. – Ну, давай, ты же умная девочка, ты должна додуматься, как я смогла это сделать. Особенно со всеми твоими хакерскими способностями, HectorProtector. Как мило, – проговорила она. – Правда, я не уверена, что твоему дедушке это понравилось бы.

Я проигнорировала её шпильку. – Ты знала, что HP это я?

Она закатила глаза. – Ещё до того, как ты объявила всему миру. В конце концов, на меня работают лучшие специалисты Единого Мира.

У меня ушла секунда на то чтобы связать концы с концами, я резко выдохнула и прошептала: – Мой папа?

Она кивнула и откинулась на спинку, позволяя мне медленно осмыслить его предательство, пока она качалась в кресле из стороны в сторону. Я вспомнила, как много раз крутилась в этом кресле, когда была маленькой. – Я должна признать, – начала она, – даже я была удивлена. Я никогда не знала, что ты на это способна. Ты была таким хорошим ребёнком. У меня были большие планы на тебя в Едином Мире. Интересно, где же мы ошиблись?

Это вывело меня из себя. Я выпрямилась и закричала. – Я бы не стала работать на тебя даже если... если бы... если бы...

– Если бы что? – переспросила она. – Если бы от этого зависела твоя жизнь? – Она засмеялась. – Смешно, потому что вроде бы сейчас именно это и происходит, не так ли?

– Что это должно значить? – прорычала я.

Она наклонилась своим носатым лицом так близко к камере, как только могла. – Я устала играть с тобой в эту маленькую игру, Талия. Ты создала нам очень большие проблемы. Для нашей конечной цели. Для твоей семьи. Ты, должно быть, думаешь, что раскрыла какой-то большой секрет...

Я набрала полную горсть листьев. – Например, этот! – Прокричала я и поднесла листья к камере. – Вы лгали нам годами.

Лицо Ахимсы ожесточилось. – Не всё так просто. Даже если снаружи и существует еда, её всё равно недостаточно, чтобы накормить всех. Ты и понятия не имеешь, как всё выглядит, когда уменьшаются поставки продовольствия. Спекуляции. Войны. Голод. Что чувствуешь, когда видишь умирающих детей. Мы с твоими родителями пообещали себе, что мы сделаем всё возможное, чтобы это больше никогда не повторилось.

Я швырнула листья в воздух. – Ты лжёшь прямо сейчас! Я знаю о нелегально рождённых детях. Что вы никак не заботитесь о них. Вы не спасаете никого!

На какой-то миг она замерла, но потом пришла в себя. – Система, возможно, не идеальна, но было бы безответственно притворятся, что мы можем вернуться к прошлому существованию. Если мы сделаем это, снова разразится война, и выжить смогут только самые богатые. Мы нашли лучшее решение для всеобщего блага. Мы верим, что это самое милосердное, что мы можем сделать.

– Нет, – ответила я. – Вы скрывали всё это, чтобы держать людей под контролем и получать прибыль.

Она фыркнула. – Не будь такой наивной, девочка. Прибыль делает мир...

– Что ты хочешь от меня, Ахимса?

Она склонила голову набок. – Дорогая, ты уже больше не называешь меня тетушка Ахимса?

– Ты никогда ей не была, – ответила я. – Почему ты вклинилась в мой разговор с родителями?

Она криво усмехнулась. – Любой, кто совершил столько же махинаций, сколько ты, давно был бы мёртв.

От её слов мой желудок болезненно сжался.

– Но я тебя знаю с момента твоего рождения, а твои родители для меня, как родные, так что я пытаюсь помочь тебе самой себя спасти. Плата за совершённые тобой преступления достаточно высока.

– Ты искажаешь происходящее.

Она пожала плечами и продолжила: – Вообще-то настолько высока, что твои родители не в состоянии заплатить. Они, разумеется, попытаются это сделать, но разорятся. Не говоря уже о том, что они потеряют свои должности в Едином Мире из-за пятна на их репутации, благодаря твоему поведению.

У меня в груди всё сжалось, и мне стало тяжело дышать. Я знала, что так и будет, но не позволяла себе думать об этом, пока она не вывалила всё на меня. – Что тебе от меня нужно?

Она сложила руки и посмотрела на меня жёстким взглядом. – Возвращайся. Сдайся. Признай, что ты ошибалась. Я позволю уменьшить плату и дам возможность рассчитаться. Затем мы запрём тебя в каком-нибудь шикарном реабилитационном центре или другом учреждении, где мы сможем вылечить твою генетическую мутацию. Я даже позволю твоей матери работать над твоим излечением. Она найдёт лекарство. Ты вернёшься домой. Все будут счастливы. Публика это проглотит.

– А что насчёт остальных? Протестующие? Бэзил? – спросила я, затаив дыхание.

– Их накажут по закону.

– Я тебе не верю, – сказала я ей. Это привело её в бешенство. Она сжала челюсти и отвела взгляд. – Теперь, когда ты убила Ану, тебе нужен новый козёл отпущения, – проговорила я.

Она чуть не свалилась со своего кресла, когда ткнула пальцем в камеру. – Тебе лучше начать сотрудничать прямо сейчас. Не думай, что я не могу найти тебя. Один щелчок моих пальцев и мы вытащим тебя из этого леса так быстро...

Экран стал чёрным прежде, чем она закончила предложение.

– Есть! – услышала я папин голос. – Кажется, я восстановил связь. – На моём экране снова появилось размытое изображение. – Талия? – прокричал он. – Талия, ты меня слышишь?

– Папа! – закричала я в ответ. – Я здесь! – С экрана на меня снова смотрели мои родители. – Ахимса взломала сеанс, – объяснила я им.

– Ахимса? – переспросил папа, сбитый с толку.

– Она угрожала мне. Сказала, что я должна сдаться и...

– Не вздумай делать этого, – предупредила моя мама.

– Что? – выдохнула я, не веря своим ушам.

– Послушай меня, – сказала мама. – У нас мало времени. Всё здесь становится хуже. Тебе нужно держаться подальше отсюда. Я провела множество исследований и думаю, что начинаю понимать, что должно произойти, но Единому Миру это не понравится. Пообещай мне, что ты найдешь какое-нибудь безопасное место, пока мы не сможем добраться до тебя.

– Но... я... я даже не знаю, где нахожусь, – заметила я. – и Ахимса сказала... – В отдалении я услышала крики. – О нет! – заплакала я, испугавшись, что мой сигнал каким-то образом позволил Ахимсе сдержать своё обещание.

– Талия, – позвала мама.

– Мне нужно бежать!

– Подожди, – сказала она. Я посмотрела в камеру, слишком испуганная, чтобы двигаться. – Я хочу, чтобы ты знала, я не думаю, что ты сумасшедшая, и я знаю, что ты не совершала все те вещи, в которых тебя обвиняет Ахимса, – сказала она мне. – Я на твоей стороне, – сказала мама.

Крики вдалеке становились всё громче. Я начала бояться, что они добрались до Бэзила.

– Мы поможем тебе! – прокричал папа, когда я отбросила Гизмо на землю и бросилась бежать.

* * *

Я пробираюсь обратно к аркам, ведущим в рай и ад. Я должна найти Бэзила. Везде поблизости, видимо, всё кишит агентами службы безопасности, которые искали нас всю ночь. Видимо, Ахимсе каким-то образом удалось определить моё местоположение по сигналу. В конце тропинки до меня доносится шум голосов, и я резко останавливаюсь, скользя на влажном грунте.

Чтобы скрыться, я ныряю в заросли кудзу сбоку тропинки. Колючки цепляются с такой силой, будто хотят проткнуть меня насквозь. Такое чувство, что я оказалась внутри одного из бабушкиных клубков шерсти. Крадусь вперёд, осторожно раздвигая колючки, стараясь не хрустнуть веткой и не шелестеть листьями. Босиком меньше шума, но моя хромота затрудняет движения. Я быстро понимаю, что должна остановиться, иначе меня обнаружат. Сквозь ветки я пытаюсь рассмотреть группу людей, окруживших место, где мы с Бэзилом боролись за ягоды всего час назад.

Двое мужчин склонились к земле там, где наши тела смяли листву. Моё сердце так громко стучит у меня в ушах, что я уверена: они услышат меня. Я считаю людей. Пятеро, нет, шестеро, половина из них женщины. У некоторых за плечами привязаны огромные изогнутые лезвия. Другие несут на спинах грубо сплетённые мешки. Это самые странные агенты безопасности, которых я когда-либо видела, но мне начинает казаться, что это охотники за головами из Внешнего Круга, которые пришли, чтобы доставить нас обратно, живыми или мёртвыми.

– Пожалуйста, пожалуйста, – бормочу я, моля какую-то неведомую силу дать мне возможность убедиться, что Бэзил видел их и смог скрыться.

Мужчина выпрямляется. Они громко переговариваются, указывая в разные направления. Дискуссия становится ожесточённее. Они жестикулируют и гримасничают, но я не могу разобрать, о чём они говорят. Одна из женщин становится между ними и кричит, но её слова уносит ветер.

Недалеко от меня в зарослях раздаётся треск. Я вздрагиваю, пытаясь отыскать источник шума, и вдруг с ужасом наблюдаю, как Бэзил выбегает из зарослей ежевики, щурясь от солнца. – Эппл! – кричит он, вслепую несясь на людей. – Что случилось? Ты в порядке?

* * *

За то время, которое требуется группе, чтобы вытащить оружие, окружить Бэзила и выстрелить ему в лицо, мне необходимо принять решение. Это не должно занять более одной-двух минут. Они толпятся над ним, тычут лезвиями со всех сторон, так, чтобы он не мог сбежать. Я знаю, что мне необходимо сделать выбор. Я могу сдаться в надежде, что Ахимса сдержит слово, и Бэзила ждёт справедливый суд, или же я могу хоть раз в жизни послушаться свою мать. Выбор не такой уж и лёгкий. Я не уверена, кому я могу доверять, но мой мозг сосредотачивается на одном единственном желании. Я должна любой ценой защитить Бэзила.

Я остаюсь скрытой ветками и следую за группой так тихо и осторожно, как только могу. Они двигаются в сторону прохода в ад и рай и проходят всего в нескольких футах от меня. Я удивлена тем, что они идут в сторону, противоположную выходу из парка, и прочь от реки. Определённо, в такой глуши не может быть тюрем. Потом они проходят меж деревьями, тем же путем, которым шла я, и я понимаю, что они, наверное, ищут меня. Следую за ними на некотором расстоянии, но пройдя то место, где я швырнула свой Гизмо, они идут дальше не замедляясь и никак не комментируя это.

Скрываясь за перепутанными ветками, я иду за ними так долго, что это начинает казаться вечностью. Иногда я слышу, как они разговаривают, но я слишком далеко, чтобы разобрать, о чём они говорят. Каждый раз, когда кудзу подходит слишком близко к краю тропинки, один из них обрезает его изогнутым лезвием. И вдруг, внезапно, как будто они ныряют в деревья, они сворачивают с тропинки. Когда они все скрываются из виду, я подкрадываюсь ближе к открытому пространству, которое оказывается поляной, окружённой кольцом странных невысоких строений с грубо сбитыми коричневыми стенами и плетёными крышами. Это место определённо нельзя назвать городом, но и как тюрьма оно не выглядит, или поселение, или даже как лагерь землеедов, хотя абсолютно точно, что здесь живут люди.

Двое мужчин отделяются от группы и заволакивают Бэзила в одно из строений. Я прижимаюсь к земле там, где могу скрываться в тени веток. Я смертельно устала после всего того, что произошло, мои ноги ноют от хождения босиком, а моя лодыжка всё ещё болит, так что я рада отдыху и полученному шансу придумать план. Проходят часы. Люди входят и выходят из хижин, а мои веки тяжелеют. Когда солнце проходит надо мной и начинает садиться, я позволяю себе расслабиться, посчитав, что будет лучше хорошо отдохнуть, чтобы, когда представится возможность, я смогла бы проскользнуть внутрь и найти Бэзила.

* * *

Я резко пробуждаюсь от громкого, свирепого рыка. Скатываюсь в кудзу, лихорадочно пытаясь отыскать рычащего зверя, который наверняка пришёл за мной. В моей голове мелькают картинки злых гигантов и извивающихся змей. Я слышу рык снова, и до меня доходит, что этот ужасный звук издаёт мой желудок, но уже слишком поздно.

– Это отсюда! – кричит кто-то.

– Что это было?

Острые когти продираются сквозь ветки там, где я в панике запуталась. Появляется рука и хватает меня за воротник.

– Я поймал! – кричит кто-то.

– Нет! – взвываю я, когда меня вытаскивают из моего укрытия. Я гляжу в три лица, нависшие надо мной. Их клинки подняты над головами. – Пожалуйста, не надо! – кричу я и прикрываю голову.

У людей перехватывает дыхание.

– Это она! – говорит один из них.

– Ты уверен?

– А кто ещё это может быть?

– Гайя будет в восторге.

Они поднимают меня на ноги. Я извиваюсь, пытаясь вырваться из их хватки, но они меня держат крепко.

– Эй, успокойся, – говорит одна из них.

Я смотрю ей в лицо. Суровая улыбка.

– Отпустите меня! – кричу я.

– Мы тебе не навредим, – говорит она, пока они тащат меня в сторону зданий. От стыда я опускаю голову. Я ни за что в жизни не должна была засыпать, теперь потеряны все шансы спасти Бэзила, и пойманы уже мы оба.

Когда мы оказываемся внутри здания, я слышу, как его голос: – Эппл! Эппл, это правда, ты?

– Бэзил! – кричу я в ответ.

Он выбегает из-за выступа и бросается ко мне.

Люди отпускают меня, и я бегу в объятия Бэзила. – Прости меня, – хнычу я. – Это всё моя вина!

– Ты здесь! Они нашли тебя! – с облегчением бормочет он.

Я поднимаю на него глаза. – Я не хотела, чтобы так произошло. – Сквозь слёзы говорю я. – Я собиралась спасти тебя. Вытащить отсюда нас обоих. – Я сжимаю его рубашку, которая оказывается коричневой и колючей. – Но я...

Бэзил отстраняет меня на длину рук и начинает смеяться. Я замираю. – Нет, разве ты не видишь? – спрашивает он меня. – Это существует, Эппл! Это место и правда существует!

– Ты о чём? – спрашиваю я, со злостью оглядывая всех, кто собрался и наблюдает за нашим арестом.

Бэзил улыбается. – Ферма! – затем он крепко сжимает меня в объятиях.– Мы дома. У нас получилось.

Пока я пытаюсь разобраться в том, что он мне сказал, толпа расступается и появляется женщина, одетая в девственно-белый комбинезон, стянутый на талии ярким зелёным поясом, под длинным струящимся одеянием небесно-голубого цвета. – Это та девочка? – спрашивает она, широко раскрывая руки.

– Да! – нетерпеливо отвечает одна из женщин, нашедших меня.

Бэзил обнимает меня за плечо одной рукой и представляет меня. – Гайя, – с гордостью произносит он, – это Эппл, то есть, Талия. Это Талия.

– О, моя дорогая! – она скользит ко мне и сжимает меня в объятиях. Она мягкая, и от неё исходит сильный лавандовый запах, так пахнет мыло, которым пользуется моя бабушка. Она берёт меня за руку и делает шаг назад, чтобы хорошенько меня рассмотреть. После того, как она мгновение изучает меня, а я тупо моргаю, пытаясь понять, что здесь происходит, она произносит почти шёпотом, – Ты прекрасна. – Мне кажется, я видела несколько слезинок, блеснувших в её ресницах. – Именно такая, как и рассказывал Бэзил. – Она прижимает мои руки к себе и целует костяшки моих пальцев. Я чувствую, как меня бросает в краску от подобного внимания, но я всё ещё в недоумении, и моя голова начинает болеть.

– Мы ждали тебя, и так счастливы, что ты здесь, – говорит она мне. – Потом она снова сжимает меня в объятиях и говорит: – Добро пожаловать, милая. Добро пожаловать домой!


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю