Текст книги "Курс 1. Ноябрь (СИ)"

Автор книги: Гарри Фокс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 24 страниц)

– Что ты сделала⁈ – снова донеслось из-за двери, и в голосе Ланы слышалось уже чистое бешенство.

– Ну потрогал он меня, и что такого?.. – донесся наивный ответ Малины.

– РОБЕРТ!!!

Этот крик, полный такого леденящего обещания расправы, что кровь застыла в жилах, я заставил мои ноги двигаться сами по себе. Побежал по коридору в сторону столовой, переходя с быстрого шага на почти спринтерский рывок. Никогда в жизни так не хотелось кушать. Сейчас как поем… как поем… и, может быть, лет через десять решусь показаться ей на глаза.

15 ноября. 14:15

Столовая гудела, как растревоженный улей. Со всех сторон доносились обрывки фраз, споры и прогнозы о предстоящих матчах по «Горячему Яйцу». Кто-то хвастался, что их команда точно пройдёт в финал, кто-то сокрушался из-за травмы ключевого игрока. Я сидел в углу, методично уничтожая тарелку яичницы с беконом, и старался прожевать вместе с едой и этот назойливый гул. Ни Ланы, ни Малины за завтраком не было – тишина на этом фронте была зловещей, но я предпочитал о ней не думать.

Громир и Зигги, бледные и понурые, как два выживших после кораблекрушения, появились только к обеду. Я есть не пошёл, а они, похоже, движимые инстинктом самосохранения, поплелись в столовую, чтобы залить желудком последствия вчерашнего. Зигги что-то безнадёжно бормотал про то, что ему «обязательно нужно в город с Таней, иначе она его убьёт». Его слова засели у меня в голове.

А может, и правда в город? – мелькнула мысль. – С Ланой. Прогуляться, отвлечься от всей этой магической и семейной суматохи.

И тут же, как холодный душ, накатило осознание: последние деньги я отдал ювелиру на ту чёртову брошь. Сейчас у меня в карманах гуляет ветер. Приглашать Лану куда-либо за её счёт, когда твой финансовый статус ниже плинтуса – идея так себе. Да, у меня теперь есть титул, поместье Арканакс и, теоретически, люди. Но наличности… наличности нет. Вообще.

Родители? – мысль была смехотворной. Деньги от них я не видел никогда, а теперь, после смены фамилии и всего этого цирка с принцессой, просить их было всё равно что добровольно подставить голову под гильотину. Пошлют куда подальше, да ещё и припомнят всё, вплоть до грехов в прошлой жизни.

Нужна информация. И, возможно, помощь. Чёткий, логичный план сформировался в голове: Стоит поехать в поместье, разобраться на месте, посмотреть, что к чему, взять дела в свои руки. Но для самой поездки нужны те самые проклятые деньги. Замкнутый круг.

Выход был один, и он носил имя Мария. Она знала о моих новых владениях больше, чем кто-либо. Решено.

Через некоторое время я уже стоял у дверей её покоев. Поднял руку, чтобы постучать, но замер. Сто́ит ли сразу открывать дверь? А вдруг опять застану её… врасплох? Внутренний голос, полный коварства, тут же парировал: А что в этом плохого? Я усмехнулся себе под нос и всё-таки постучал.

Дверь открылась не сразу. Потом щёлкнул замок, и на пороге появилась служанка – аккуратная, с невозмутимым лицом.

– Здравствуйте, – вежливо сказала она. – Вы к Её Высочеству? Вы по записи?

Я посмотрел на неё с самой обаятельной и беззастенчивой улыбкой, на которую был способен.

– Я её жених.

Эффект был мгновенным. Невозмутимость служанки дала трещину, глаза слегка округлились. Она молча, почти рефлекторно, отошла в сторону, пропуская меня внутрь, и тут же, чуть повысив голос, доложила вглубь комнаты:

– Госпожа, к Вам суженый пришёл.

Послышались быстрые, лёгкие шаги. Из-за ширмы появилась Мария. На ней был не парадный наряд, а какой-то мягкий, домашний капот, волосы были слегка растрёпаны, а на щеках играл румянец – то ли от сна, то ли от неожиданности. Она буквально подскочила ко мне, её глаза сияли.

– Ой, Роберт! Ты так внезапно! – воскликнула она, и в её голосе смешались и радость, и лёгкая паника, и что-то ещё, очень тёплое.

Я позволил себе ухмыльнуться, окидывая её взглядом.

– А я, как выяснилось, всегда внезапный. Не помешаю? Есть один небольшой, но насущный вопрос насчёт моих новых владений. И, возможно, насчёт состояния моего кошелька, который нынче пуст, как межмировое пространство.

Мария жестом пригласила меня к низкому столику, уставленному книгами и свитками.

– Нам чаю! – скомандовала она служанке, и та тут же, словно тень, скользнула в сторону буфета.

Я сел в глубокое кресло, чувствуя, как мягкая ткань обволакивает спину. Собрался с мыслями.

– Мария…

– Маша, – поправила она тихо, опуская глаза. – Просто Маша. Когда мы одни.

Я улыбнулся, смягчённый её тоном.

– Маш. Дело вот в чём. Как я понимаю, моё новое поместье – это, по сути, дом, клочок земли и сотня людей, которым зарплату платит корона. А доход? Он хоть какой-то есть? Или я теперь чисто на императорском обеспечении, как… ну, как дорогая, но бесполезная ваза?

– Ох, Роберт, – её лицо омрачилось искренним огорчением. – Я об этом… совсем не подумала. Я так торопилась всё оформить, что учла только зарплату слуг и текущие расходы на дом. А тебе… тебе нужны деньги? Сколько?

В голове тут же всплыла мысль о поездке в город с Ланой, но я её быстро прогнал. Такие вещи опасно говорить в лицо другой девушке.

– Маш, ну как я могу просить? Вопрос в принципе: есть ли хоть какой-то источник дохода? С Питомником сейчас беда – директор приостановила выплаты. У меня ни кроны за душой. Я даже просто доехать до своего поместья не могу, чтобы посмотреть, что там и как.

– Так я тебе дам, – просто сказала она, как будто предлагала передать солонку.

– Понимаешь, – вздохнул я. – Не могу же я вечно просить у тебя деньги? Это как-то…

– Почему не можешь? Проси, – перебила она, смотря на меня с детской прямотой.

В этот момент вернулась служанка, бесшумно поставив на стол изящный фарфоровый сервиз и тарелочку с изысканными печеньями. Я поблагодарил её кивком, сделал глоток ароматного, согревающего чая и продолжил, пытаясь до неё достучаться.

– Я и так твой должник после всей этой истории с титулом. А если ещё и деньги начну клянчить… Мне не хочется быть полностью от тебя зависимым. Потому и спрашиваю: есть ли там хоть что-то? Шахта, какое-нибудь ремесло, земля под урожай? Хоть грядка картошки, которая будет приносить доход?

Мария задумалась, её брови сдвинулись.

– Можно будет… захватить, – на полном серьёзе предложила она. – Или у Эклипсов попросить что-нибудь. У них много всего.

– Маш, я не император, чтобы «попросить» у княжеского дома и сказать «сочтёмся», – с лёгкой иронией заметил я.

– Так Эклипсы теперь на твоей стороне, – возразила она. – Думаю, они согласятся. За маленькую услугу.

– Не уверен. У меня сейчас с Кейси… отношения весьма натянутые.

Мария тяжело вздохнула, как будто ей пришлось решать мировую проблему. Затем она решительно встала и скрылась за резной ширмой, за которой, видимо, находился её будуар. Через мгновение она вернулась, держа в руке… одну-единственную, но очень внушительную купюру. Я присмотрелся. Тысяча крон. Я чуть не поперхнулся чаем.

– Маш, зачем так много? И, что немаловажно, кто мне её разменяет? Первый встречный кучер?

– Ах! – она хлопнула себя по лбу. – Не подумала!

И она снова скрылась за ширмой. На этот раз вернулась с целой пачкой купюр помельче, которые с торжеством положила передо мной.

– Маша! – воскликнул я. – Ты принесла ещё больше! Я, вроде бы, умею считать. Пятнадцать сотен?

Вместо ответа она вдруг подошла, развернулась и уселась ко мне на колени, лицом ко мне. Её руки легли мне на плечи, а глаза заискрились озорством. Прежде чем я успел что-то сказать, она потянулась и мягко, но уверенно прижалась губами к моим. Поцелуй был сладким, с привкусом чая и чего-то неуловимого, что было только её. Он застал меня врасплох, но я ответил – недолго, но тепло.

Она оторвалась, слегка запыхавшись, и сунула мне в руку пачку денег.

– Всё. Считай, что отработал, – заявила она, сияя.

Я засмеялся, глядя на купюры, а затем на неё.

– А если я ребёнка тебе сделаю, то ты мне что? Целую страну подаришь?

– Да, – без тени сомнения кивнула она. – Мы можем заняться этим прямо сейчас. Чтобы не откладывать.

– Отложим этот бизнес-план на потом, – отшутился я, слегка потрепав её по волосам.

Мария закатила глаза, изображая преувеличенное недовольство, но не слезала с моих колен. В углу комнаты служанка, доливавшая чай в заварник, изо всех сил старалась сохранять каменное лицо, но уголки её губ всё же предательски подрагивали, выдавая с трудом сдерживаемую улыбку.

Мария, всё ещё сидя у меня на коленях, провела лёгким пальчиком по моей груди сквозь ткань футболки. Её взгляд стал изучающим, чуть лукавым.

– А Лана сдалась? – спросила она с притворной невинностью. – Ты пришёл ко мне. Что большая редкость.

– Не думаю, – честно ответил я, чувствуя, как под её прикосновением по коже пробегают мурашки. – Она просто… занята воспитанием сестры.

– Ладно, – Мария вздохнула, но её глаза сверкнули. – Я подготовила тот договор. Сейчас его подтвердит императорская канцелярия и пришлёт обратно. Отец теперь очень тщательно просматривает все мои запросы, – она сделала небольшую паузу, и в её голосе прозвучала лёгкая горечь. – После всей этой истории.

Я убрал пачку купюр во внутренний карман куртки, ощущая приятную тяжесть. Одну руку оставил на её талии, чувствуя тепло и тонкий изгиб, другую положил на подлокотник кресла.

– Так ты планируешь на этих выходных отправиться в своё поместье? – спросила она, слегка раскачиваясь на моих коленях.

– Да. Наверное, этим и займусь. До него долго добираться?

– Нет. Если по воздуху, то часа два, – сказала она, и в её тоне внезапно появилась деловитость. – Я займусь транспортом. Можешь идти собираться. Я тоже соберусь, и отправимся.

– Что? – я отстранился, чтобы лучше видеть её лицо. – Ты хочешь со мной?

– Конечно, – она удивилась моему удивлению. – Я же хочу оценить твою реакцию на свой подарок. Увидеть, как ты осматриваешь свои новые владения.

Я почувствовал лёгкий укол совести и необходимость дипломатии.

– Нам придётся взять и Лану, – осторожно сказал я. – Будет нехорошо, если…

– Ага. Если успеет, – безынтересно бросила Мария и, с лёгкой обидой, соскользнула с моих колен.

Но я не дал ей уйти далеко. Ловко поймал её за руку и мягко, но уверенно притянул обратно к себе. Она вскрикнула от неожиданности, её глаза широко распахнулись.

Я не стал ничего говорить. Вместо этого наклонился и страстно, уверенно поцеловал её в губы, вложив в этот поцелуй всё накопившееся напряжение, благодарность и то странное влечение, которое между нами всегда витало. Она на мгновение замерла, а затем ответила с такой же горячностью, вцепившись пальцами в мои плечи.

Отпустив её, я увидел, что она вся пылает румянцем, от шеи до самых мочек ушей. Дышала она часто и сбивчиво.

– Так, – прошептала она, очнувшись, и в её глазах зажглись весёлые искорки. – Нужно собираться!

Сияя от счастья, она закружилась по комнате, отдавая служанке стремительные приказы: «Моё голубое платье с серебряной вышивкой! И тёплую накидку! И ту шкатулку с документами!»

Я, улыбаясь её метаморфозе, поднялся с кресла и достал коммуникатор. Набрал Лане: «Собирайся в дорогу. Мы втроём – ты, я и Мария – едем в моё поместье. Сегодня. Жду у восточных ворот через час.» Отправил и вздохнул, предвкушая бурю эмоций, которая вот-вот обрушится в ответ.

Собрался уже уходить, но на прощание бросил взгляд на Марию. И застыл на месте. Она, увлечённая сборами, уже сбросила домашний капот и стояла в изысканном, почти прозрачном кружевном нижнем белье цвета слоновой кости, демонстрируя свои изящные формы. Служанка, алая от смущения, металась вокруг с роскошным платьем в руках, пытаясь одновременно и прикрыть свою госпожу, и уговорить её одеться.

– Госпожа, умоляю Вас, это неприлично! Вы же ещё не замужем! Что скажет император, если узнает⁈ – шептала она в панике.

Мария же лишь игриво покрутилась перед воображаемым зеркалом, совершенно не смущаясь.

Я не смог сдержать широкой, понимающей улыбки. Покачал головой и вышел из комнаты, оставив за дверью этот хаотичный и прекрасный беспорядок, зная, что впереди – целое приключение, полное новых вызовов и, без сомнения, ещё большей путаницы.

Бонусная глава

От автора:

Друзья, немного расскажу о том, что такое бонусная глава.

Это – особая история, сцена, которая не вошла в основной сюжет книги. Она может быть «закадровым» моментом, взглядом на событие с другой стороны, разговором, который остался за страницами, или даже намёком на то, что ждёт героев в будущем.

Её цель – дополнить мир, дать вам, читателям, чуть больше инсайтов, эмоций и пазлов к общей картине. Это не обязательный для понимания сюжета, но очень ценный для фанатов бонус.

А главное – это моя личная благодарность вам. Каждый лайк, комментарий, награда, добавление книги в библиотеку или просто тёплое слово дают мне понять, что история находит отклик. И бонусная глава – это мой способ сказать «спасибо» и поделиться с самыми внимательными и вовлечёнными читателями чем-то эксклюзивным.

Так что ваша активность не остаётся незамеченной. Она действительно вдохновляет и создаёт эти особенные материалы.

Спасибо, что вы со мной. И следите за обновлениями – бонусы могут появиться в самый неожиданный момент.

Место: Имперская канцелярия, Сектор внутренней безопасности, кабинет 7-Б.

Время: 03:47, время служебного дежурства.

Воздух в кабинете был спёртым и холодным, несмотря на работающий очиститель. Его губил не столько дым сигареты, тлевшей в пепельнице из чёрного обсидиана, сколько гнетущая тишина, нарушаемая лишь шелестом бумаги и прерывистым дыханием мужчины за широким дубовым столом.

На нём была безупречно выглаженная униформа старшего клерка безопасности – тёмно-серый мундир с серебряными пуговицами и миниатюрной эмблемой Имперского орла на отвороте. Но его осанка, обычно безупречно прямая, сейчас была ссутулена под невидимой тяжестью. Пальцы, перебирающие листы, слегка дрожали.

Перед ним лежал отчёт, помеченный грифом «ОВ – Чрезвычайная важность. Только для служебного пользования. Уничтожению не подлежит.» Ярко-красный штамп «СБЕЖАЛИ» пересекал первую страницу по диагонали, будто кровавый порез.

«Инцидент 784-Δ в Исправительном учреждении максимальной безопасности „Утёс“. Дата: 1 ноября. В результате скоординированного внешнего нападения и внутреннего саботажа произошёл массовый побег из блоков B и C. На момент составления отчёта не найдены 47 (сорок семь) заключённых. Особую озабоченность вызывает исчезновение заключённой под номером А674385 из блока C, камера „Молчание“, уровень изоляции „Омега“…»

Мужчина сглотнул, чувствуя, как в горле пересыхает. Он отодвинул отчёт и потянулся к тонкой папке из чёрной кожи, лежащей рядом. На корешке был вытиснен тот же номер: А674385. Он снял очки, тщательно протёр линзы платком, хотя они были идеально чистыми, и снова надел их, словно оттягивая момент. Затем открыл папку.

ДОСЬЕ № А674385

Версия: 7. Актуально.

1. Личность:

Бывшее имя:[ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ В СООТВЕТСТВИИ С УКАЗОМ ИМПЕРАТОРСКОЙ КАНЦЕЛЯРИИ № 7844]

Статус: Лица, лишённые титулов и фамилии (Указ Императора № 2217-ГК). Обращаться по номеру досье.

Последний известный титул: Баронесса [ДАННЫЕ УДАЛЕНЫ].

Лишение: Посмертно (постановление Суда Пяти, дело № 45–887-Г). Титул и родовая фамилия аннулированы для данного лица. В геральдический реестр внесена запись: «Род пресёкся в бесчестии». Помарка от императора в 4 правке, что род восстановил свои полномочия. В геральдический реестр внесена запись: «Оправданы за заслуги перед империей».

2. Обвинения и Приговор (сводка):

Статья 117, ч.1 (Особо тяжкое): Предумышленное убийство четырёх лиц, принадлежащих к аристократическим домам Империи (дома Вейнгарт, Фальк, Стрэнд и Торрен). Мотивы: ритуальные.

Статья 118, ч.3 (Массовое уничтожение): Убийство 234 (двухсот тридцати четырёх) граждан Империи неаристократического происхождения. Установлено в ходе эксгумации на территории бывших владений.

Статья 304 (Государственная измена): Участие в деятельности запрещённой на территории Империи деструктивной религиозно-мистической организации «Культ Эрика» (внесён в реестр запрещённых объединений Приказом Канцелярии Безопасности № 998 и является официальным названием организации). Занимала позицию «Архиепископа».

Статья 415 (Против человечности): Систематическое применение пыток и жестоких, бесчеловечных методов обращения. Доказано: показаниями выживших свидетелей и вещественными доказательствами, изъятыми в «Комнатах Скорби».

Статья 777 (Запрещённые магические практики): Проведение ритуалов, связанных с некромантией, кровавыми жертвоприношениями и попыткой нарушения барьеров между мирами. Установлено: по остаточным магическим излучениям и символам.

3. Заключение:

Приговор: Пожизненная изоляция в учреждении типа «Утёс» без права пересмотра дела, общения и условно-досрочного освобождения.

Уровень опасности: «Чёрный лепесток»(высший). Представляет экзистенциальную угрозу стабильности и безопасности Империи.

Особые отметки: Обладает высоким интеллектом, харизмой, глубокими познаниями в запрещённых областях магии и исключительной склонностью к манипуляции. Физически хрупка, но это компенсируется магической мощью и абсолютным отсутствием эмпатии. Курит без перерывов. Имеет не естественный синий цвет волос, что вызван прикосновением к магии из иного мира. Не рассматривать как человека. Рассматривать как особо опасный элемент.

Мужчина закрыл папку. Его рука легла на крышку, пальцы побелели от нажима. Он поднял взгляд на портрет Императора в строгой раме на стене, затем на карту Империи, утыканную флажками. Один из флажков, чёрный, с микроскопической трещиной в виде лепестка, был воткнут в район «Утёса». Теперь он означал не место содержания, а эпицентр угрозы.

Он потянулся к коммуникатору, чтобы отправить очередной запрос, но остановился. Вместо этого просто уставился в пустоту, представляя себе то, чего не было в сухих строчках досье: холодную улыбку «Архиепископа», теперь свободной, и тихий шепот культистов, разносящийся по спящим городам Империи. Имперская машина дала сбой. И самое ужасное её детище вырвалось на волю.

Он снова открыл папку, на последнюю страницу, где стояла печать и подпись Верховного Инквизитора: «Дело № А674385. Особо опасный элемент. Найти и обезвредить любой ценой.»

Цена, как он чувствовал холодком в животе, только что возросла в сотни раз.

Место: Кабинет графа Фридриха фон Дарквуда, поместье Дарквуд.

Время: Поздний вечер.

Кабинет тонул в полумраке. Единственный источник света – тяжёлая бронзовая лампа на столе – отбрасывала трепетные тени на стены, увешанные портретами суровых предков и трофеями с магических охот. Воздух пах старым деревом, дорогим табаком и воском. Граф Фридрих фон Дарквуд сидел в своём кожаном кресле, но вместо привычной имперской осанки его фигура была сгорблена. В пальцах, обычно твёрдых и уверенных, дрожал лист пергамента с императорской печатью.

Письмо. Официальное, сухое, безличное. Оно сообщало, что его сын, Роберт, официально сменил фамилию на «Арканакс», был возведён в графы императорским указом и, как следствие, все предыдущие династические договорённости, включая брачный контракт с принцессой Марией, считаются аннулированными в отношении дома Дарквуд.

Каждое слово было как удар хлыста. «Утратили все права…», «не несёт более обязательств…», «будущие преференции пересматриваются…». Годы планирования, тонкие интриги, унизительное заискивание перед придворными – всё рассыпалось в прах из-за одного дерзкого поступка этого… этого выскочки, в жилах которого течёт его кровь!

Граф с силой швырнул письмо на стол. Оно скользнуло и упало на пол. Его руки сжались в кулаки, костяшки побелели. В висках стучало. Что теперь? Без союза с короной через Роберта их положение пошатнётся. Сигрид – блестящая, амбициозная, но она не наследница главной линии, теперь и подавно. Старые враги при дворе поднимут головы. Кредиторы начнут проявлять беспокойство. Дом, державшийся веками на хрупком балансе силы и влияния, мог дать трещину из-за одного неконтролируемого элемента.

– Проклятый мальчишка, – прошипел он сквозь зубы, глядя в пустоту. – Я тебя сгною. Я сделаю так, что твой новый титул станет твоей клеткой. Я…

Дверь в кабинет с лёгким скрипом открылась.

– Дорогая, – не отрывая взгляда от стола, рявкнул граф. – Я же сказал! Я занят! Наш… этот неблагодарный щенок…

Он замолчал. Он почувствовал, прежде чем увидел. Запах. Не духи графини. Горьковатый, едкий, знакомый до мурашек запах дешёвой крепкой сигареты. Запах, не имеющий права существовать в этой комнате.

Граф медленно поднял глаза.

В дверном проёме, прислонившись к косяку, стояла девушка. На ней был темно-синий халат. Её волосы, цвета зимнего льда под пасмурным небом. Лицо – бледное, с резкими, усталыми чертами. Но больше всего поражали глаза. Они были черны, как смоль, а в этой черноте горели два алых, светящихся треугольника – зрачки, похожие на остриё кинжалов.

Время в кабинете замерло.

Граф Фридрих замер. Кровь отхлынула от его лица. Шёпот, полный неверия и давно забытого ужаса, вырвался из его губ:

– Клавдия…?

Девушка с синими волосами сделала медленную, глубокую затяжку, затем выдохнула струйку дыма прямо в святая святых дома Дарквуд. Уголки её губ дрогнули, сложившись в улыбку, лишённую тепла, полную усталой иронии и чего-то невыразимо опасного.

– Ну, привет… братец, – произнесла она хрипловатым голосом, и звук его будто соскрёб ржавчину с давно запертых дверей памяти. – Где мой сын? Где Роберт?