Текст книги "Тайны государственных переворотов и революций"

Автор книги: Галина Малаховская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 30 страниц)

ФРАНСИСКО ФРАНКО

Детство, отрочество и юность Франсиско Франко прошли в казарме. Сын портового казначея не мог рассчитывать ни на семейные связи, ни на протекцию. Он был тщедушен, мал ростом, до крайности замкнут и усерден. Однокашники над ним потешались – пока они кутили в барах и бегали за девчонками, строгий юноша сидел в библиотеке.

Окончив колледж, Франко отправился воевать в Марокко. Молодой офицер оказался бесстрашен, набожен и трудолюбив. Шумихи не любил. Крови не боялся. Приказы выполнял не раздумывая. Быстро продвигался по службе.

Вернувшись в Испанию, застенчивый плебей влюбился в аристократку. 15-летняя Кармен Мария Поло Мартинес Вальдес принадлежала к лучшему семейству в городе Овьедо. Как водится, она воспитывалась в монастырской школе. Началось ухаживание, церемонное и страстное. Чтобы увидеть милую, Франко ежедневно выстаивал заутреню. Под церковными сводами посылал ей пламенные взгляды и ловил ответные взмахи кружевного платочка. Вслед за ней опускал руку в чашу со святой водой. Следуя в отдалении, как подобает истому идальго, сопровождал ее на прогулках по городу. А через несколько месяцев встретил с букетом у школы и сделал предложение. Потрясенная «решимостью столь робкого человека», она дала согласие. Семья Кармен отказала. Выходить за «ничтожество без будущего», за «жалкого армейского майора», когда вокруг полно женихов из высшего общества! Франко снова отправился на войну в Марокко – становиться человеком из высшего общества. Кармен решила его ждать.

Через шесть лет тридцатилетний подполковник, командир Иностранного легиона, кавалер «Военной медали», придворный с титулом постельничего, приближенный короля Альфонса XIII мог не бояться отказа – он стал более влиятелен, чем семья невесты.

Счастливый молодожен не изменил своим привычкам – на людях держался с ритуальным высокомерием испанского гранда. Его «ни разу не видели улыбающимся, любезным или проявляющим хоть какое-то чувство». Набожная Кармен ходила в глухом черном платье, усыпанном бриллиантами. Это была безупречная католическая чета. Друзья Франко не сомневались, что до свадьбы он оставался девственником и после не знал других женщин, кроме своей жены. Такой непомерной строгостью Франко добился неприятностей: поползли слухи, будто он импотент. Передразнивали его тонкий голос. (Раз, услышав это, он вышел-таки из себя – наорал на обидчика. Но до мести не снизошел.) Сплетники жалели Кармен, которая с таким достоинством несет свой крест. – Поговаривали, что их дочь Карменсита не от Франсиско, а от его младшего брата Рамона.

По Рамону сходила с ума вся Испания – обаятельный шалопай, первый авиатор страны, герой перелета через Атлантику. Любимец армии и женщин имел внешность благородного бандита и полковую кличку Шакал. Юноша был строптив и непокорен. Романтический семейный темперамент брал свое – Рамон был против короля, против диктатуры, против церкви, против брата. Называл его фашистом и реакционером, разбрасывал с самолета листовки, призывая свергнуть монархию. Но своя кровь не вода: когда Франко поднял мятеж, Рамон встал под знамена старшего брата и погиб в воздушном бою над Средиземным морем.

В память обо всех погибших в гражданской войне Франко прикажет потом воздвигнуть в горах гигантский крест. Под ним перезахоронили прах «двух Испаний» – победителей и побежденных. Патриотизма ему было не занимать – в свое время на – требование Гитлера пропустить немецкие войска к Гибралтару союзник ответил: «В случае иностранного вторжения испанцы поднимут восстание». (Гитлер его вообще терпеть не мог – говорил, что предпочитает пойти к дантисту и вырвать три или четыре зуба, чем полчаса проговорить с этим нестерпимым занудой.)

Он действительно был занудой и жмотом – из-за стола диктатора гости вставали голодными. Жена копила бриллианты. Каудильо мучил молодого короля нескончаемыми беседами о морали и долге – у Франко не было сына. Заботу о католическом воспитании народа он считал своим первейшим делом. Разводы были запрещены, контрацептивы тоже, за супружескую измену полагался штраф, за сводничество – тюрьма.

Испанцы очень уважали каудильо, но запреты обходили. В последние годы его правления число внебрачных детей росло неудержимо, поездки в соседнюю Францию. «на аборт» вошли в привычку, а испанские проститутки считались самыми дешевыми в Европе. Путешественники с ужасом описывают аптеки, лавочки и бары тогдашней Барселоны как гадкие, грязные притоны. Стены подпольных борделей украшали официальные плакаты «Храни тебя Господь!». (Кого хранить, не писали – и так ясно.) Диктатор с ледяным взглядом и старушечьим голосом ушел из жизни, любимый своим народом.

ЛЕВ ТРОЦКИЙ

Испанцам нравился ледяной гранд Франко, аргентинцы любили крутого мачо Перона, итальянцы обожали развязного Муссолини. А заносчивого Троцкого следует считать, видимо, секс-символом безродного космополитизма.

Лев Троцкий был, несомненно, самым интересным мужчиной русской революции. Железный наркомвоенмор – черная кожанка, маузер на боку, стрельба без промаха. Личный бронепоезд с баней и типографией, личная гвардия революционных матросов, личное знамя. Первый оратор партии, вождь армии, изобретатель трудармии. Юлий Цезарь перманентной революции.

Потом повадка короля в изгнании, надменный близорукий взгляд из-за стекол пенсне. Бешеная жестикуляция южнорусского провинциала, торопливая речь на шести европейских языках. Книги, статьи, памфлеты. Толпы поклонников во всем мире (до сих пор). Смерть романтического героя от рук злодеев.

Но сначала 17-летний сын еврейского арендатора попал с отцовского хутора в революционную тусовку города Николаева. Реальное училище, коммуна народников. Пылкий мальчик нуждался в женском руководстве. Аня Соколовская, «девушка с нежными глазами и железным умом», посвятила наивного коммунара в марксизм. Она была старше его и опытнее – и в революционных делах, и в сердечных. Роман продвигался, подпольная работа тоже. Вскоре организаторов «Южнорусского рабочего союза» арестовали. Раввин оформил их брак в Бутырской тюрьме. Молодоженов сослали в Иркутскую губернию. За два года родились две дочери. Когда младшей шел четвертый месяц, Троцкий, заручившись согласием и одобрением жены, бросил ее с детьми в Сибири и бежал в Европу – продолжать дело революции.

Свою судьбу он нашел в Париже – Наталья Седова скучала замужем за вяловатым и умеренным социал-демократом. Она была дамой тонкой и образованной, сочувствовала идеям переустройства мира. Но скверные манеры русских социалистов приводили ее в уныние – грязные ногти, несвежие рубашки, лоснящиеся пиджаки. Ленин, посещая Гранд-опера, не выпускал из рук парусинового портфеля с партийными бумагами.

22-летний Троцкий был неотразим – местечковая пылкость, растрепанные кудри, голубые глаза. Седова бросила мужа и занялась воспитанием способного провинциала – учила одеваться, вести себя в обществе. До этого случались анекдоты – проездом в Вене он заявился в 6 утра к корифею европейской социал-демократии Фридриху Адлеру – представиться. Потребовал разбудить: «Я бежал из ссылки!». Добился, разбудили – напора Троцкому было не занимать.

Седова водила его по музеям, подсовывала книжки, показывала Париж. Париж показался «вроде Одессы, но Одесса лучше». Рубенс был слишком сытым, Пюви де Шаванн слишком блеклым, Люксембургский сад слишком ухоженным. С литературой тоже были проблемы – не нравился Бальзак, нравились комиксы про Фан-томаса.

Так или иначе, Троцкий обтесался в Европе на диво быстро – обзавелся приличными манерами, недурным вкусом и даже некоторыми понятиями об искусстве. Его считали снобом – на заседаниях Политбюро Троцкий читал французские романы.

Все 38 лет жизни с Седовой он оставался мужем любящим, но не то чтобы верным. Библейский темперамент толкал его в объятия женщин артистических, авантюрных и странных.

Роман с Ларисой Рейснер закрутился в самый разгар гражданской войны. В ходе боев под Казанью туда прибыла волжская флотилия. На капитанском мостике стояла в реквизированном бальном платье «валькирия революции» – жена и адъютант командующего Федора Раскольникова.

Лариса слыла женщиной лихой даже по тем временам. Красавица аристократка, слегка поэтесса, немного актриса. Блок и Гумилев говорили ей комплименты, матросы рассказывали похабные байки. Приказ о знаменитом залпе 25 октября привезла на «Аврору» она. Она же стала комендантом захваченного большевиками Зимнего. Говорили, что она принимала любовников в постели последней императрицы и обчистила дворцовый гардероб.

Вишневский воспел ее в «Оптимистической трагедии».

Портрет оказался слабее оригинала – Лариса не собиралась умирать. Утомясь в боях, она принимала в захваченных поместьях ванны из шампанского и писала родственникам письма – приглашала погостить.

Раскольников, по-видимому, знал об измене жены, но сохранял лояльность всесильному нар-комвоенмору. Зато в 23-м году он поддержал Сталина в партийной дискуссии против Троцкого – с нее началось падение диктатора.

Троцкий обидел в своей жизни многих мужей. Последним из них был Диего Ривера. Спасаясь от ГПУ, Троцкий прибыл в Мексику. Ривера принял его в своем доме как великий человек – великого человека. Знаменитый художник слыл заговорщиком, мистификатором и вообще опасным типом. Любил шутки. Желая развеселить Троцкого, рассказывал ему, что сидел в Париже на специальной диете – ел человечье мясо. Троцкий верил, с ужасом говорил Седовой: «Ривера – чудовище, хуже Сталина».

Жена была ему под стать. Она ходила на костылях – ноги, позвоночник и женские органы Фриды Кало были искалечены в автокатастрофе. Риверу она приворожила – пришла в мастерскую и часами неотрывно смотрела на него. Диего бросил жену, Фрида стала художницей и коммунисткой. Временами она сбегала от него в Нью-Йорк и, превозмогая боль, отдавалась за неделю десятку мужчин – брала реванш за увечье. Пропустить «красного Бонапарта» она не могла. Ей было 29, Троцкому 57.

Троцкий потерял голову. Сказав жене, что едет собирать кактусы, он уединился с любовницей на горной фазенде.

Конспиратор он был плохой. Седова немедленно все узнала и потребовала объяснений. Она заявила, что не станет мешать счастью мужа и покинет его. Испуганный Троцкий, не решгшсь показаться на глаза, писал ей: «Умоляю, перестань состязаться с женщиной, которая значит для меня так мало… я полон желания обладать моей Натой… я полон стыда и ненависти к себе. Твоя старая верная собака». Седова простила, но замазала. лицо Фриды на всех фотографиях.

Через три года Троцкого убили. Глаза диктатора закрыла старая верная жена. Ривера, рассказывая позднее о своей странной дружбе с Троцким, напускал на себя таинственный вид: «Я выполнял специальное задание», – и разглаживал воображаемые усы.

БЕНИТО МУССОЛИНИ

14-летний Муссолини подписывал любовные письма к подружкам так: «Преданный тебе и социальной революции Бенито». В. социальной революции ему больше всего нравилось прямое действие и насилие пролетариата. В любви – тоже. «Я схватил ее на лестнице, затолкал в угол и овладел ею. Поднявшись, вся в слезах, она оскорбила меня, сказав, что я отнял у нее честь. Это немыслимо! Спрашиваю вас, какую такую честь она имела в виду?»

Молодой пролетарий, сын сельского кузнеца не церемонился с подружками. Во всяком случае, так он писал позднее в автобиографии. «Я приучал ее к своей исключительной тиранической любви… Она слепо мне повиновалась и позволяла располагать собой, как мне заблагорассудится… Как и все прочие, она любила меня до безумия.»

Жестокий тиран деревенских девок, похоже, не надеялся, что ему дадут добром. Поэтому применял банальную уловку: обещал жениться. Во всяком случае, своих подружек он называл «невестами». Когда же нашлась девушка, которая и в самом деле согласилась выйти за него, Муссолини готов был своротить горы.

Ракеле была не чужая – дочь любовницы его отца. В деревне поговаривали даже, будто жених и невеста брат и сестра. Родители девушки отказали. Бенито был не из тех, кому говорят: «Нет». Он явился к ним в дом с револьвером и пригрозил: либо ему отдадут Ракеле, либо он убьет ее и себя. «Похороны или свадьба.»

Родители выбрали свадьбу.

Муссолини проявил себя настоящим Отелло. Уходя, запирал жену на замок. Не позволял ей одной выходить из дома. Себя он, впрочем, связанным брачными узами не считал. Если жена пыталась ревновать, попросту колотил ее.

Семейная жизнь надоела Муссолини довольно быстро. Оставив жену в деревне воспитывать троих детей, он перебрался в Рим.

В столице скромный учитель из провинции сделал блестящую карьеру журналиста. Его стиль был неотразим: «Мы удавим последнего аристократа кишками, выпущенными из брюха последнего священника!». Муссолини избрали редактором «Аванти!» – главной газеты итальянских социалистов.

Изменился круг женщин, которые «любили его до безумия», – Муссолини потянулся к интеллектуалкам. Анжелика Балабанова, дворянка из Черниговской губернии, профессиональная революционерка, получившая образование в Сорбонне, стала его любовницей и заместителем по «Аванти!».

Примерно в то же время он сошелся с Ледой Рафанелли, экстравагантной уродиной, анархисткой-экстремисткой. Из мазохизма и любви к справедливости она приняла ислам. Характер у нее был не сахар – она дразнила Муссолини выскочкой, издевалась над его наполеоновскими замашками и, хуже того, – считала никчемным любовником: он слишком торопился. В 14-м году Муссолини вышел из соцпартии и стал фашистом. Оскорбленная Леда выставила предателя за дверь. Он таких вещей на забывал – через много лет Рафанелли оказалась под надзором полиции.

Экзальтированная австриячка Ида Дальсер принесла Муссолини сына. И требовала на этом основании, чтобы он на ней женился. Устраивала публичные сцены (почему-то все женщины устраивали ему сцены). Став диктатором, он упрятал настырную в сумасщедший. дом.

Художественным образованием Муссолини занималась Маргерита Сафатти – элегантная еврейка из профессорской семьи. Маргерита работала критиком в «Аванти!», затем стала под; влиянием любовника фашисткой (итальянский фашизм на первых порах не был антисемитским) и редактировала влиятельный интеллектуальный журнал «Иерархия». Эта связь продолжалась 20 лет. Считалось, что именно Маргерита определила стиль Муссолини.

Со стилем были проблемы. В годы пролетарской Юности Муссолини ходил как гопник – ему нравилось эпатировать буржуа. Став диктатором, полюбил побрякушки – шляпы с перьями, золотые сабли, расшитые мундиры. Униформа фашистов была скорее опереточной, чем устрашающей: черные рубашки, зеленые галифе, белые краги, желтые ботинки.

Стиль определился только к началу 30-х годов – Муссолини подражал римским императорам вульгарно, но доходчиво. Он выпячивал подбородок, как Нерон, и брил голову – ему льстило, что Цезарь тоже лысел. Занимался культуризмом, охотно позировал с голым торсом. Носился с огромной скоростью на мотоцикле, скакал на лошади, управлял аэропланом. Любил холодное оружие. В официальной биографии указывалось огромное количество дуэлей: фашисты – люди чести. (Насчет дуэлей не врут – еще в 11 лет он серьезно пырнул одноклассника ножом.) Римские солдаты когда-то пели про Цезаря: «Прячьте жен, ведем мы в город лысого развратника». Муссолини завел специальную службу – письма поклонниц сортировали, фотографии придирчиво просматривали. После тщательной полицейской проверки желающие получали «доступ к телу». Позднее в Италии выходили воспоминания его многочисленных мимолетных любовниц. Вспоминать, по сути, было нечего – кроме того, что дуче был необъяснимо груб. Видимо, он не придавал большого значения чувствам своих наложниц. Но с одной из них суровый диктатор оказался сентиментальным слабаком.

Клара Петаччи бросилась ему на шею прямо на улице. Точнее, на автостраде. Высунувшись из встречной машины, юная девушка в экстазе махала рукой правительственному кортежу.

Муссолини приказал развернуться и догнать автомобиль. Во дворце «Венеция» ей отвели покои с отдельным входом. Дуче прятал ее, но неочень тщательно. Он годился ей в отцы. Над ними смеялась вся Италия. Это была настоящая итальянская страсть – как в кино. Она закатывала ему истерики, упрекала в многочисленных изменах, грозила покончить с собой, если он ее разлюбит.

После каждого скандала у Муссолини открывалась язва. Месяцами он питался одной рисовой кашкой, не спал ночами, окончательно облысел. Через десять лет такой жизни обессиленный диктатор решил – баста! В один, прекрасный день охрана не пустила Клару во дворец. Разъяренная женщина расшвыряла карабинеров и прорвалась к Муссолини. Она рыдала, рвала на себе волосы и пыталась исцарапать ему лицо. Она хотела, чтобы он ее любил. Дуче сдался.

Итальянский фарс закончился античной трагедией. После падения фашистского режима Муссолини с любовницей пытались бежать – в Швейцарию. Машину, в которой они ехали, перехватили партизаны-коммунисты. Муссолини поставили к стенке. Петаччи выскочила из машины и бросилась к нему. Ей приказали отойти. Она молча обняла Муссолини. Трупы дуче и его любовницы были подвешены вверх ногами на главной площади Милана.

ДЖОН КЕННЕДИ

Всему миру 35-й президент США Джон Фицджералд Кеннеди – Дж. Ф. К. – казался любимцем богов. Для молодежи он был кумиром. Лишь без малого три года – с января 1961 года по ноябрь 1963-го – Кеннеди находился у руля крупнейшей мировой державы. Сын мультимиллионера, ставший самым могущественным человеком западного мира, он провозгласил выход на новые рубежи, сделал возможным согласие с Советским Союзом и полет на Луну, в течение 1000 дней своего правления воплощая надежду на свободу, прогресс и мир. Но 22 ноября 1963 года в 12 часов 21 минуту в Далласе, штат Техас, пуля оборвала его жизнь. Спустя много лет Дж. Ф. К. предстает в глазах всего мира не только как утонченный интеллектуал, кумир средств массовой информации, блестящий оратор, а также обладатель улыбки, годной для рекламы зубной пасты, и аккуратной короткой стрижки. За это время из сотен публикаций стало многое известно и о его личной жизни. В результате его называли сексуальным «гигантом», чья безудержная чувственность заставила по-новому, с моральной точки зрения, взглянуть на него как на защитника новой политической этики. Постепенно рассеивается туман вокруг этого человека, который, по выражению американского писателя Трумэна Капоте, пользовался услугами массы «девочек по вызову», через апартаменты которого прошли девицы из всех заведений Лас-Вегаса (как явствует из документов министерства юстиции США) и которому, по словам Питера Лоуфорда, «поставлял их Фрэнк Синатра». Лоуфорд, актер, близкий друг Синатры, зять Кеннеди, незадолго до своей смерти от пьянства в 1983 году говорил: «Теперь это звучит ужасно, но тогда мы по луча-; ли уйму удовольствия».

В лучах прожекторов неоднократно оказывалась не только страсть Кеннеди к слабому полу. Можно считать вскрытыми и его связи с мафией, осуществлявшиеся через певца и актера Фрэнка Синатру. Большой материал об этом собрала в свое время известная американская журналистка Китти Келли, погибшая несколько лет назад при странных обстоятельствах. В написанной ею биографии Синатры под названием «Его путь» она показала, как этот италоамерика-нец, появившийся на свет 12 декабря 1915 года в Хоубокене, штат Нью-Джерси, стал «Орфеем уголовного мира». Более того, она попыталась доказать существование долго хранившихся в тайне связей Синатры с мафией и с кланом Кеннеди.

После трех лет расследования, на основе более 800 бесед с политиками, бывшими мафиози, актерами и полицейскими Келли установила, что Синатра, Фрэнки-бой, «голос Америки», развлекался не только с китайскими или цветными девушками легкого поведения, но и крутил любовь с такими «звездами», как Мэрилин. Монро, Ким Новак, Лорен Бейколл, Ширли Маклейн и Лиз Тэйлор (последняя от Синатры вроде бы даже забеременела).

Еще более предосудительным с моральной точки зрения было то, что Синатра – голливудская «звезда» мировой величины, чья песня «Большие надежды» послужила в 1960 году демократам своего рода девизом на президентских выборах, – привлек на свои пирушки, к своим друзьям и женщинам Джона Ф. Кеннеди. К тому же, образно говоря, мафия наставила президенту рога. Спустя много лет после смерти Кеннеди люди с удивлением узнали, что одна. и та же женщина была одновременно любовницей президента США и чикагского супергангстера Сэма Джанканы по кличке Муни.

Вот строки из книги Келли: «Среди женщин, с которыми Фрэнк свел Кеннеди, была фантастически красивая 25-летняя брюнетка по имени Джудит Кэмпбелл (позже Джудит Кэмпбелл Экснер). Синатра имел с ней короткую интрижку. Фрэнк познакомил ее с Кеннеди в Лас-Вегасе, предоставив в их распоряжение свои апартаменты, чтобы они могли позавтракать вместе в постели, что те и сделали 8 февраля 1960 года».

Так началась связь, длившаяся два года. Каждый день они по два раза звонили друг другу, в Нью-Йорке жили в отеле «Плаза», проводили романтические часы в Палм-Бич, Чикаго, Лос-Анджелесе и в доме Кеннеди в Джорджтауне, когда там не было его жены Джекки.

Хотя Фрэнк знал, что у Джудит Кэмпбелл интимная связь с Кеннеди, он познакомил ее и со своим хорошим другом Сэмом Джанканой.

Спустя годы Джудит с удовольствием вспоминала обоих своих любовников: «Джек (как называли Кеннеди его друзья) знал о нас с Сэмом, мы часто о нем говорили. Джек был в бешенстве от того, что я встречалась с Сэмом. Да, он ревновал». Понятно, что красотка Джудит открывала свое сердце также перед «крестным отцом» из Чикаго и после любовных утех болтала с ним о Кеннеди. В постели Джанкана, естественно, узнавал и интимные стороны жизни Белого дома.

Маленький хмурый мафиози, который, по словам одного агента ФБР, «отдавал приказы убивать с той же небрежностью, с какой заказывал себе зубную пасту», до своей смерти в 1975 году отправил на тот свет (или приказал отправить) около 200 человек. В качестве преемника легендарного Аль Капоне Сэм Джанкана (родом с Сицилии), которого арестовывали более семидесяти раз, но так толком не осудили, контролировал в районе Большого Чикаго рэкет, залы игральных автоматов, проституцию, игорные клубы, торговлю наркотиками, шантаж, ростовщичество, а также фальшивомонетчиков и букмекеров.

Джудит проводила ночи, кочуя между Вашингтоном и Чикаго, от Кеннеди к Джанкане. Но, несмотря на общую с Джоном постельную партнершу, гангстер ненавидел клан Кеннеди. И не без оснований. Потому что с тех пор, как брат Джека, министр юстиции США Роберт («Бобби») Кеннеди, объявил войну организованной преступности, шеф мафиози Джанкана оказался в черном списке властей штата Невада.

Ему пришлось избегать показываться на публике в игорных домах. А когда, несмотря на запрещение появляться в городе, он приехал в Лас-Вегас, чтобы проконтролировать, как обстоят дела с его долей в «Ривьере», «Дезерт инн», «Стардаст» и «Сэндс», Синатра прятал своего друга Сэма от полиции в собственном гардеробе.

Но Джанкана умел спасать свою шкуру. Он слишком много знал, чтобы просто исчезнуть за решеткой. Гангстер не только делил с Джоном Кеннеди подружку – Сэму были известны также детали провалившегося покушения ЦРУ на кубинского руководителя Фиделя Кастро. Доказано, что через третьих лиц Сэм Джанкана пытался шантажировать президента.

В результате Бобби Кеннеди распорядился установить за главой мафиози постоянное наблюдение. Агенты ФБР так плотно опекали Джанкану на площадке для гольфа, что тот позже жаловался: из-за этого он-де сделал 20 неудачных ударов, чем здорово огорчился, потому что считался прекрасным игроком.

Однако Джудит была не единственной любовницей президента, которая ставила его в двусмысленное положение, оставаясь при этом неизвестной.

Без страха и сомнения Джон наслаждался сексом в чистом виде. Джон воспитывался в сознании того, что может заполучить любую женщину, какая ему понравится. Он был плейбоем. Его собственная жена говорила: «Не думаю, что существуют мужчины, которые верны своим женам».

Впоследствии, уже став президентом, Дж. Ф. К. умело сохранял дистанцию между собой и «первой леди». Будучи мультимиллионером, он тут же приобрел просторный загородный дом в Вирджинии, куда почти каждую неделю посылал Джекки отдыхать.

И в то время как та искала душевного спокойствия, катаясь верхом на породистых лошадях, президент развлекался ночами. То с супругой иностранного промышленника, то со срочно заказанной «девушкой по вызову», тр с итальянской актрисой, то с женой некоего дирижера. То вдвоем, а то и втроем.

Даже престарелому английскому премьер-министру Гарольду Макмиллану он в приливе откровенности как-то сказал: «Если у меня долго нет женщины, то начинаются сильные головные боли».

Выбор дам у президента, обладавшего прекрасной внешностью и огромным состоянием, имелся вполне достаточный. Он ценил не качество, а количество. Ибо, как вспоминает о Кеннеди одна его случайная 19-летняя знакомая, «секс был для него чем-то вроде обязанности, с которой следовало побыстрее справиться». При этом «ласки ему не требовались».

Как и его отец Джо, Джек тоже использовал женщин для удовлетворения своей сексуальной потребности, так что его сердце оставалось холодным. Причем, как обычно в этих кругах, очередная любовница ему быстро наскучивала, и, одарив ее непременной норковой шубой, он охотно передавал ее дальше – своим друзьям.

Начиная с первого сексуального контакта в возрасте 17 лет (вроде бы в одном борделе в Гарлеме) он всегда, несмотря на занятость, находил время для женщин.

Вот некоторые эпизоды из его амурной жизни:

– Когда Джон, находясь на военной службе, размещался в Вашингтоне, то проводил ночи с датской журналисткой Ингой Арвад. Он любовно называл ее «Инга Бинга» и покинул лишь тогда, когда американская секретная служба довела до его сведения, что «Инга Бинга» – нацистская шпионка.

Когда Кеннеди было уже за двадцать, его отец Джо ввел сына в эротический мир западного побережья, точнее Голливуда. Оставив далеко позади порог своего 60-летия, отец, как и сын, не оставлял без внимания ни одну юбку. Первым голливудским завоеванием была актриса Джин Тьерни. Между Голливудом и Джорджтауном развернулся самый настоящий секс-туризм.

– В Лондоне будущий американский президент тоже вскоре приобрел широкую известность. Вместе с сыновьями других богатых американцев спортивный морской офицер обнаружил там злачные места и показывал неплохие результаты на межконтинентальных «сексуальных состязаниях».

– За годы, проведенные в конгрессе, Кеннеди приобрел прозвище «жизнерадостный холостяк». Правда, среди некоторых женщин Джорджтауна прошел слух, что в постели сенатор – сплопшое разочарование и, кроме того, у него есть неприятная привычка то и дело смотреть на часы.

– В ресторане конгресса в Вашингтоне он однажды громко расхвалил своему другу Бобби Бейкеру восхитительные качества красотки, сидевшей рядом: «Бобби, посмотри на эту роскошную кошечку! Она обеспечит тебе самый великолепный оргазм во всех штатах».

– Во время предвыборной кампании будущий президент всегда останавливался в Голливуде на отдых, где ему скрашивали время такие дамы, как Джейн Мэнсфилд, Лиз Тэйлор, Ким Новак, Энджи Дикинсон и Ширли Маклейн.

– Самый могущественный человек в мире увлекся красавицей немкой по имени Эллен («Элли») Ромеч. Черноволосая стройная Элли-ростом 165 см и весом 113 фунтов в 1961 году считалась «звездой», блистая в изысканном «Кворум клубе», где любили отдыхать сенаторы и правительственные чиновники. Но эта девушка имела один недостаток. Она была замужем за фельдфебелем немецкого бундесвера и состояла а. связи с одним из советских атташе. Заподозрив, что в Вашингтоне она представляет собой немецкий вариант скандально известной лондонской девицы Кристины Киллер, Элли выдворили из Соединенных Штатов. Но ее размеры – 88–63—85 – известны в Вашингтоне и поныне.

– Бурная связь завязалась у хозяина Белого дома с исполнительницей стриптиза Темпест Сторм. «Одежда полетела прочь, политика забыта», – признавалась танцовщица в 1976 году, давая интервью телевидению.

– С Мэри Мейер Кеннеди курил в Белом доме марихуану и между прочим смеялся в спальне вместе с ней над тем, что получилось бы, если бы в состоянии такого «кайфа» ему надо было нажать на ядерную кнопку.

«Кеннеди любил групповуху», – рассказывал его коллега по сенату Джордж Смазерс, который устраивал для Джека, страдавшего от болей в спине в результате полученного во время войны ранения, встречи с молодыми женщинами.

Все происходило особенно бурно, когда его жена Джекки в очередной раз удалялась в загородный дом. Секретная служба заботилась о прикрытии свиданий, а из Голливуда во множестве слетались «звезды» и «звездочки».

К тем временам относится и известное высказывание вице-президента Линдона Джонсона, которому после Дж. Ф. Кеннеди предстояло стать 36-м президентом США: «Джек разъезжал по стране и целовал малышек, в то время как я должен был протаскивать законы». При этом под словом «малышки» можно понимать и нечто другое, например «блондинки».

От случая к случаю секс в Белом доме и в самом деле обеспечивали две блондинки из секретариата, которых Джек называл «Фиддл» и «Фэддл», а его жена Джекки презрительно – «пуделями». Когда Джекки в очередной раз обнаруживала в постели чужие трусики, то на ее вопрос: «Ты не мог бы сказать, чьи они? Это не мой размер» – Джек не находил ответа. Как говорится в биографии Кеннеди, написанной Кальером и Горовицем, «Джеку было неинтересно запоминать имена женщин. На следующее утро он называл их только “красавица” или “малышка”».

Постельная карьера Кеннеди действительно заслуживает внимания. Где бы ни охватывало его желание, он тут же его удовлетворял. Так, в прошлом исполнительница стриптиза Блейз Стар и поныне любит вспоминать о минутах, проведенных ими в шкафу. Дело происходило в 1960 году. Будущий президент США занимался с мисс Стар любовью в большом стенном шкафу в новоорлеанском отеле «Хилтон». Об этом не стоило бы упоминать, если бы в соседнем помещении жених Блейз Стар – губернатор Эрл Лонг – в это же время не давал прием в честь Кеннеди.

Но самой, вероятно, важной любовницей донжуана из Белого дома и певца, имевшего друзей-мафиози, была Мэрилин Монро.

Много месяцев, хотя и с перерывами, она поддерживала сексуальные отношения как с президентом, так и с его братом, министром юстиции Робертом Кеннеди. С президентом Монро познакомил все тот же Фрэнки-бой, Синатра.

Если верить словам последней экономки Мэрилин Монро, летом 1961 года Синатра даже хотел жениться на актрисе, но все-таки передал ее Дж. Ф. К. А когда Мэрилин стала все больше надоедать Джону, он передал ее своему брату Роберту. Причем биограф М. Монро Энтони Саммерс полагает, что «министр юстиции, который в отличие от брата никогда не питал слабости к женскому полу, свои отношения с Мэрилин рассматривал скорее как некую акцию по спасению».