Текст книги "Глубокие воды (СИ)"
Автор книги: Фиона Марухнич
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 29 страниц)
Глава 29. Ева
Крис возникла ровно через час, как и обещала. Я уже изнывала от нетерпения, примерив, кажется, весь свой гардероб. В итоге остановилась на самом вызывающем варианте – обтягивающем кожаном платье кроваво-красного цвета. Едва прикрывая бёдра, оно кричало о дерзости и желании. Глубокий вырез на спине открывал вид на мои плечи, а распущенные светлые волосы волнами падали ниже лопаток. Завершал образ броский макияж с акцентом на сочные, накрашенные алой помадой губы.
Услышав шум подъезжающей машины, я выглянула в окно. Крис припарковала свою BMW третьей серии прямо у входа. Не сказать, что супер-кар, но вполне приличная тачка, соответствовала её стилю – немного дерзкая, немного вызывающая, но в целом вполне себе респектабельная.
Я рванула вниз по лестнице, словно за мной гнался сам дьявол. Двери особняка распахнулись, едва я успела до них добежать.
– Ни хрена себе ты тут живёшь! Богачи тоже плачут, да? – Крис присвистнула, оглядывая помпезный холл. На её лице читалось смесь зависти и восхищения. Не удивлюсь, если она уже прикидывает, как здесь можно устроить очередную вечеринку.
– Заткнись и поехали, – огрызнулась я, стараясь скрыть волнение. Ярость и обида смешивались с нарастающим возбуждением.
– Стоп-стоп, хочу рассмотреть тебя получше в этом прикиде! – Крис окинула меня оценивающим взглядом, в котором читалось явное одобрение. – Да с этим платьем твой Адам от тебя ни на шаг не отойдёт! Или… уже не отошёл?
Щёки предательски запылали. Я отвела взгляд, пытаясь скрыть смущение.
– Да ладно тебе, Ева, не строй из себя девственницу! – Крис ухмыльнулась. – У вас вчера точно что-то было!
– Ничего не было! – выпалила я, но получилось неубедительно.
– А вот это мы сейчас и выясним, – она подмигнула. – Я тебе честно рассказала о своём феерическом тройничке, теперь твоя очередь выкладывать все подробности. И не отвертишься. Итак… Адам уже успел показать тебе свой член?
Я обречённо вздохнула. С Крис спорить бесполезно, она вытянет из меня всё клещами.
– Только поцелуй… и немного… этого… ну, петтинга, – пробормотала я, густо краснея.
Крис разразилась громким хохотом, заглушая все остальные звуки в холле.
– Что? И это всё? Ева, дорогая, да ты просто черепаха! – сквозь смех проговорила она. – Поцелуй и поглаживания? Да он над тобой просто издевается! Нужен план! Срочно! И действовать нужно решительно! Поехали, покорять твоего дядюшку! Нельзя упускать такую возможность. Он же такой красавчик…
Я закатила глаза, стараясь не обращать внимания на её беспардонность. Сейчас мне нужна её помощь, даже если она будет в своей обычной, вульгарной манере.
– Хорошо, поехали, – ответила я, твердо решив взять ситуацию под контроль. – Покажу этому самоуверенному подонку, что я не такая уж и маленькая девочка. И он ещё пожалеет, что оттолкнул меня.
Мы не поехали по всем его заведениям, я не видела в этом смысла. Зачем распыляться, когда можно ударить точечно? Я знала, что у Адама был какой-то геморрой с клубом «Белый Тигр» на Тверской. Он часто там останавливался, решал какие-то вопросы – грязные, судя по отрывочным фразам, которые я случайно подслушивала. В детали он меня, разумеется, не посвящал. Поэтому мы выбрали именно этот маршрут, чтобы не терять времени. Интуиция буквально кричала, что его задница сейчас зависает именно там.
С визгом тормозов Крис припарковалась прямо напротив входа в клуб. Мы выскочили из машины почти одновременно.
Крис присвистнула, оглядывая массивное здание с неоновой вывеской, стилизованной под оскаленную морду тигра. "Белый Тигр" источал какую-то хищную, опасную атмосферу.
– Ого! Да это же одно из самых популярных заведений в Москве! – восхищённо протянула она.
– Знаю, – сухо ответила я, стараясь скрыть растущее волнение.
Крис внезапно пристально на меня посмотрела и прищурилась. В её глазах мелькнул какой-то игривый блеск.
– Слушай, Ева, тут такое дело… Когда ты выиграешь этот спор, ну или проиграешь, – она подмигнула, – отдай мне своего дядюшку, ладно? Ну, если он окажется свободен конечно. Красавчик, богатый, статный – именно такой мне и подходит.
Я почувствовала, как легкая волна раздражения и… да, чёрт возьми, ревности, окатила меня. Да чего она к нему так прицепилась?
– А что, если он потеряет от меня голову? Совершенно потеряет, – огрызнулась я, стараясь, чтобы в голосе не прозвучала неуверенность.
Крис окинула меня оценивающим взглядом, от которого мне стало не по себе.
– Ты серьёзно думаешь, что он – мужик – сможет потерять голову от какой-то малолетки, пусть даже и симпатичной? Не думаю! Судя по тому, что у него этих баб как грязи, нужно брать чем-то другим. Хитростью, смелостью, умом, но точно не наивной красотой.
– Вот увидишь… я сделаю всё, чтобы вывернуть его наизнанку, – парировала я, хотя во мне нарастало сомнение. Это стало моей целью, моей одержимостью. Доказать ей. Доказать ему. Доказать себе.
– А что, если он вывернет наизнанку тебя, Ева? Ты об этом думала?
Я закусила губу. Крис попала в точку. Внутри бешено заколотилось сердце, словно пытаясь вырваться наружу. Эта мысль – о том, что он может манипулировать мной, использовать меня, – пугала и одновременно заводила меня.
– Не важно, – ответила я, стараясь унять дрожь в голосе. – Пошли уже внутрь!
Тяжёлые двери клуба "Белый Тигр" проглотили нас, как хищная пасть. На входе два громилы, с мрачными лицами лениво взглянули на нас и жестом потребовали документы.
Я протянула свой паспорт, стараясь не выдать волнение. Охранник, с массивной челюстью, неторопливо изучал фотографию, потом мои глаза, словно сравнивая оригинал и "копию". Его взгляд скользнул по моему платью, задерживаясь на вырезе и оголённых плечах. Я чувствовала себя так, будто он раздевает меня взглядом. Рядом с ним девушка-администратор также оценивающе оглядывала Крис, сканируя её броский наряд и вызывающий макияж. Та, казалось, даже развлекалась от этой процедуры, посылая проверяющей воздушный поцелуй. Наконец, с неохотным кивком, нам разрешили пройти.
Как только мы переступили порог, нас оглушил ревущий бас музыки. Казалось, звуковая волна пронзает мозг насквозь, вибрируя в каждой клетке тела. В нос ударил густой коктейль запахов: дорогущий алкоголь, смешанный с приторным ароматом женских духов и каким-то животным мускусом. Воздух был пропитан ощущением похоти и вседозволенности. Вокруг царил полумрак, лишь вспышки стробоскопов выхватывали из темноты танцующие тела. Люди двигались в каком-то неистовом трансе, подергиваясь в такт музыке, как одержимые демонами.
Крис потянула меня за руку, проталкиваясь сквозь толпу к барной стойке. Мы уселись на высокие стулья, лакированные под красное дерево, и я заказала себе какой-то экзотический коктейль с непроизносимым названием. Крис же, не теряя времени, начала сканировать зал своими хищными глазами, как охотница, выбирающая себе жертву.
Она прищуривалась, разглядывая мужчин, по внешнему виду оценивая их финансовое состояние и потенциал. Что она там себе нафантазировала?
Я же нервно потягивала свой коктейль, стараясь скрыть растущее беспокойство. Мои глаза лихорадочно метались по залу, выискивая знакомую фигуру. Я искала Адама. Знала, что это безумие – вот так просто заявиться в "Белый Тигр" и надеяться его увидеть. Но какая-то навязчивая мысль, какая-то надежда, что он сейчас здесь, в своём клубе, решающем свои "грязные вопросы", не давала мне покоя. Он может быть в своём кабинете, за закрытыми дверями, но что если мне всё-таки повезёт?
– Крис, ты не видишь моего… э-э, дядюшку? – спросила я, стараясь, чтобы мой голос звучал безразлично.
Крис оторвалась от своего занятия по выискиванию потенциального жениха и удивлённо посмотрела на меня.
– Сейчас найду, – она хитро подмигнула. – А что, уже соскучилась?
Прежде, чем я успела ответить, взгляд зацепился за знакомый силуэт. Где-то в глубине зала, возле VIP-зоны, стоял Он. Адам. Его ни с кем не спутаешь. Тёмный, идеально скроенный пиджак облегал его широкие плечи, а тёмно-русые волосы небрежными волнами лежали на лбу. Даже отсюда, с такого расстояния, я видела его насмешливые, зелёные глаза и кривую, самодовольную ухмылку. Лицемерный кретин. Он стоял в окружении каких-то мрачных типов, что-то оживлённо обсуждая.
– Смотри, какие парни! – Крис толкнула меня в плечо, указывая на какую-то группу мужчин возле танцпола. – Давай пойдем познакомимся?
– Иди, а я тут немного потанцую, хорошо? – ответила я, стараясь не показывать своего волнения.
– Ладно, – пожала плечами Крис, не особо расстроившись из-за моего отказа. – Но смотри мне, не скучай тут без меня!
Я кивнула, не слушая её. Крис уже растворилась в толпе, а я встала со стула и уверенной походкой направилась к танцполу. Мне нужно, чтобы он меня увидел. Чтобы он не смог меня не заметить.
Я пробралась в самый центр танцпола, туда, откуда меня можно было увидеть из любой точки клуба. Включилась в ритм музыки, мои движения стали более раскованными и провокационными. Кожаное платье обтягивало фигуру, подчёркивая каждый изгиб. Свет стробоскопов выхватывал мои светлые волосы, заставляя их сиять. Я знала, что теперь я в центре внимания. Теперь осталось только ждать, когда он меня заметит.
Я растворилась в танце, музыка вибрировала в каждой клеточке тела, заставляя забыть обо всём на свете. На мгновение я даже перестала думать об Адаме. Но внезапно кто-то грубо схватил меня за руку, прижимая к себе так, что я чуть не потеряла равновесие.
Первым делом меня накрыла паника, сердце забилось как бешеное. Но когда я увидела перед собой злые, просто бешеные глаза Адама, я одновременно испугалась и… почему-то почувствовала облегчение.
– Что ты тут делаешь? Что. Ты. Мать твою. Здесь. Делаешь? – прошипел он мне прямо в самое ухо, склоняясь так близко, словно не хотел, чтобы кто-то видел выражение его лица.
Я ощутила, как его руки поползли по моему телу, останавливаясь на бёдрах, и впечатывая меня в себя с такой силой, что мне стало жарко, безумно жарко. Волна возбуждения прокатилась по телу, направляясь прямиком к низу живота, между нами не осталось даже миллиметра. Он вдавил меня в себя так, что невозможно было даже пошевелиться. Воздух вокруг нас будто искрился, и плевать, что он злится – его близость лишала разума.
– Решила зайти в гости… – прошептала я, чувствуя, как мой голос становится хриплым. Глупо, но хотелось, чтобы он был рад меня видеть, хотя бы немного.
– В гости? Ты наказана, Ева! Наказана! И что мы будем делать с твоей грёбаной дерзостью? – Его голос звучал угрожающе, и мне казалось, что его руки с моих бёдер сейчас продвинутся на мою шею и сдавят её, просто задушат меня. Но я так и стояла, как приклеенная, чувствуя его ярость и… что-то ещё.
Голос мой стал похож на какой-то визг:
– Я…
Я не смогла ничего сказать, он действительно меня наказал, забрал у меня ключи от машины, отгородился от меня, что мне оставалось делать?
И вдруг, сквозь волну возбуждения я почувствовала запах… приторный, навязчивый, какой-то удушающий запах чужой женщины на его теле.
Меня накрыло.
Я почувствовала, как меня переполняет гнев, ненависть к этому кобелю и… ревность… чёрт, да, эта грёбанная ревность. Он был с другой, пока меня не было с ним каких-то несколько часов?
– Ты… – я ощутила, как в глазах скапливаются слёзы, и отодвинувшись от него, чтобы взглянуть в его дьявольские глаза, прошептала:
– На тебе запах другой… ты трахался с другой? Ты…
Мне захотелось ударить его, придушить, прикончить прямо на месте. Я увидела, как в его глазах мелькает что-то похожее на сожаление.
Он поднял руку и зарылся пальцами в мои волосы, притягивая к себе ещё ближе. Но я уже ничего не замечала. Обида, удушающая, всепоглощающая накрыла меня с головой. После всего, что между нами было… он спит с другими женщинами?
– Ева, – прошептал он, сжимая меня крепче в своих объятиях.
Глава 30. Ева
Я хотела вырваться, но Адам не позволял. Он лишь наклонился ближе,впечатывая своё тело в моё. Я чувствовала его возбуждение, настойчиво упиравшееся мне в живот. От досады, от отклика собственного тела на этого лицемерного урода хотелось завопить, укусить его, оставить след, кровавый, чтобы ему стало так же больно, как и мне сейчас.
Я прошипела:
– Отпусти меня немедленно… отпусти сейчас же…
Мой голос утонул в ревущей музыке. Его рука, запутавшаяся в моих волосах, прижала моё лицо ближе к нему, и он прошептал прямо мне в губы:
– Да… я трахался с другой…
Новая волна ненависти накрыла меня. Хотелось не просто укусить его, хотелось двинуть ему в пах, чтобы его скрутило от боли. Но он не дал мне времени обдумать агонию расплаты.
– Да… я спал с другой… но только потому, что ты меня достала! Ты не даёшь мне жить! Ты преследуешь меня… ты искушаешь меня, и тебе плевать на последствия!
Его глаза горели вызовом и какой-то внутренней борьбой.
– Мы не можем переступить черту… если это случится… мы утонем вместе, понимаешь? Ты – ребёнок. Я не имею права даже смотреть на тебя.
– Я не ребёнок, – прошипела я с досадой. – Я не ребёнок, и хватит уже меня так называть… Ты бежишь сам от себя, и ты сам понимаешь, что тоже этого хочешь…
Его губы сжались в тонкую линию, глаза сверкали.
– Плевать! Плевать, Ева! Всё потом... но сейчас ты должна вести себя как любимая девушка, ты поняла меня?
Я опешила. Как любимая девушка? После того, что он натворил? Он постоянно с кем-то трахается… а я… я просто наблюдаю за этим, знаю об этом и ничего не могу с этим поделать.
– И не собираюсь, – прошипела я, прожигая его взглядом. Мне казалось, я могу спалить его на месте, прожечь на нём дыру, но он был непоколебим.
– Ты будешь сейчас играть эту роль, ты поняла меня?
Я покачала головой, давая понять, что я не согласна.
Он прижал меня ещё крепче к себе и прошипел на ухо:
– За нами наблюдают… опасные люди, Ева! И если ты не хочешь, чтобы я кого-то убил ради тебя… я прошу тебя… сделай вид, хотя бы на минуту, что ты от меня без ума. Ты можешь это сделать? И не смотри в сторону, смотри только на меня, хорошо?
Я замерла, пытаясь осознать услышанное. Опасные люди? Убить ради меня? Это звучало как бред сумасшедшего, но в его голосе не было ни капли лжи. Лишь сталь и отчаяние. Почему я должна ему верить? Да ещё и играть роль в его грязных играх? Но что-то внутри меня, какое-то неразумное, бешеное чувство, заставило меня кивнуть.
– Ладно, – прошептала я, чувствуя себя совершенно паршиво.
Сколько ещё я буду наблюдать за его похождениями? И вообще, какое мне дело до его похождений, я его ненавижу.
Но мой внутренний голос тут же отреагировал, язвительно шепнув:
«Конечно, Ева, это самая что ни на есть ненависть. А потом ты просто ревёшь в подушку, когда он приглашает домой очередную женщину. Конечно, от ненависти».
Волной накатила обида, жгучая и горькая, и досада – не только на него, но и на себя. Как вообще я могу к нему испытывать хоть что-то? К этому… чёрствому, похотливому кобелю.
Внутренние самокопания оборвались, когда его вторая рука скользнула с бёдер к моему лицу. Его губы опасно приблизились, и в порыве внутренней борьбы я не заметила, как между нашими лицами остались считанные миллиметры.
– Я тебя сейчас поцелую… – прошептал он хрипло, и, не успев я ничего сообразить, возразить, вообще предпринять хоть что-то, его губы накрыли мои.
Не нежно, не робко, а с жадностью, с несдерживаемым напором, требовательно размыкая мои губы.
Кислород словно выкачали из лёгких. Я задохнулась в волне возбуждения, мгновенно захлестнувшей меня с головой. Руки невольно вцепились в его густые волосы, а мой рот распахнулся шире, приглашая, жадно принимая этот поцелуй – или, скорее, вторжение. И мне это нравилось. Безумно нравилось.
Его язык, дерзко и уверенно, начал исследовать меня изнутри, прошёлся по нёбу, вызывая у меня тихий стон, который тут же утонул в его горячем поцелуе. Потом он дразняще коснулся моего языка своим, пробуя на вкус, словно изучая меня заново. Я снова застонала, уже громче, требовательнее, отчаянно желая, чтобы это не кончалось. Казалось, целой вечности не хватит.
Я чувствовала, как задыхаюсь, и, обезумев от желания, вцепилась в его волосы ещё сильнее, ещё теснее прижимая его голову к себе. Мой язык, больше не в силах сдерживаться, стал сам исследовать его рот, поглощая всё то, что он мог мне дать. Я тонула в этой безудержной волне ощущений, растворяясь в нём. И мне было мало! Мне отчаянно не хватало этого. Я хотела большего, намного большего. Хотела, чтобы он забрал меня здесь и сейчас, прямо среди этой орущей музыки и пьяных тел.
И мне было плевать на опасных людей. Плевать на весь мир. Мне хотелось только одного – утонуть в нём...
Я задыхалась, когда его губы оторвались от моих, оставляя за собой бешено колотящееся сердце. Казалось, этого мгновения недостаточно, чтобы насытиться этой близостью, этим моментом. Мои глаза жадно ловили каждый его жест, каждое движение. Кажется, мой взгляд выдавал меня с головой, потому что, словно не выдержав этой жажды, Адам снова впился в мои губы. Его язык с яростью проник в мой рот, глубоко и требовательно, и я застонала от восторга, давая ему полный доступ, принимая его, позволяя ему просто поглотить меня.
В этот момент я желала лишь одного – отдаться ему без остатка. Позволить сделать со мной всё, что он захочет. Мне было наплевать на последствия, на всё вокруг: на месть, на ненависть, на проклятый спор, на это глупое пари с Крис, касающееся его соблазнения. Я просто умирала от желания обладать им, ощутить его в себе. Отдаться тому невыносимому возбуждению, что захлёстывало меня каждый раз, когда Адам находился рядом. Мне это было необходимо. Иначе я сойду с ума.
Наконец, он отстранился, впившись руками в мои плечи. Он словно пытался удержать меня, удержать себя, чтобы снова не сорваться в эту пропасть.
– Пошли, – прохрипел он, притягивая меня ближе к себе и обхватывая за талию. Его прикосновение было настойчивым, властным, каким-то собственническим, так, как он ни разу не позволял себе делать.
– Куда? – смогла выдавить я из себя, чувствуя, как мой голос охрип от возбуждения.
– Ева… я разыгрывал спектакль, ты моя девушка, не забыла? – в его голосе снова появились стальные нотки, и от безумного возбуждения, которое он испытывал ещё несколько минут назад, словно не осталось и следа.
Меня снова накрыла волна досады на саму себя. Какая же я дура! Это всего лишь жалкий розыгрыш для его каких-то опасных дружков? Снова захотелось ударить его, причинить ему боль.
Но тут же в голове моей внутренний голос злорадно прошептал:
«Не волнуйся, Ева! Твой план – свести его с ума, и ты сделаешь это. Он ещё почувствует, что такое настоящая боль и унижение, когда будет ползать на коленях перед тобой».
Я попыталась ухватиться за эту спасительную мысль, и мне действительно стало чуточку легче.
И вот, как в замедленной съёмке, мы дошли до "VIP-зоны", где нас уже поджидали какие-то три типа. Сердце бешено заколотилось, отбивая чечётку где-то в горле. Возбуждение, только что плескавшееся во мне бурной волной, отступило, обнажив холодное чувство тревоги.
"VIP-зона" встретила нас густым дымом сигарет и тяжёлыми взглядами, словно ощупывающими меня.
Трое мужчин, как из трёх разных миров, застыли в ожидании. Один из них, высокий блондин с аккуратной стрижкой, казался самым обычным. На нём была рубашка поло и джинсы – ничего вызывающего. Но даже его простота не могла скрыть цепкий, насмешливый взгляд, который сейчас, однако, казался серьёзным и сосредоточенным.
Два других… это были какие-то мрачные тени из ночных кошмаров. Массивные фигуры, криминальные лица, испещрёнными шрамами и размытыми татуировками. Наколки зловеще блестели в полумраке, а их взгляды… эти взгляды раздевали меня, словно я была куском мяса на прилавке. Ухмылки кривили их губы, словно они уже знали что-то, чего не знала я.
Адам напрягся. Я почувствовала, как его рука сильнее сжала мою талию, словно он хотел оградить меня от этого места, от этих людей.
– Познакомьтесь, – его голос прозвучал сухо. – Это Ева.
Он обвёл взглядом всех троих, задерживая взгляд на каждом по очереди.
– Ева, это Влад, мой, можно сказать, помощник.
Влад кивнул, не улыбаясь. Его взгляд скользнул по мне оценивающе, но без той отвратительной похоти, которую я видела в глазах остальных.
– А это… – Адам запнулся, и в его голосе проскользнуло еле заметное раздражение. – Марат и Игорь.
Игорь и Марат присвистнули одновременно, и этот звук зазвенел в голове.
– И как давно ты скрывал от нас такую красотку, Адам? – прохрипел Марат, и его взгляд скользнул по моему телу, задерживаясь на каждом изгибе.
Мне стало не по себе. Хотелось спрятаться за спиной Адама, исчезнуть.
– И давно вы вместе? – добавил Игорь, и в его голосе отчётливо прозвучала насмешка.
Я похолодела. Вся эта ситуация казалась какой-то опасной, непредсказуемой. Кто эти люди? И во что я ввязалась?
– Мы… – начала я, но Адам перебил меня.
– Несколько месяцев, – его голос был твёрдым, уверенным. – У нас всё серьёзно.
Я была ошеломлена. "Серьёзно"? После всего, что произошло? Но тут же вспомнила о "роли", которую должна играть.
– А чего же раз всё серьёзно, она сама тусуется в твоём клубе, и ты даже не знаешь об этом? – спросил Марат или Игорь, я толком и не запомнила кто именно, но его слова отрезвили меня, в голове промелькнула мысль, что Адам сказал, "играть роль любимой девушки".
Собрав всю свою смелость и актёрское мастерство в кулак, я обвила Адама рукой вокруг талии, прижимаясь к нему и, подняв вторую руку, повернула его лицо к себе, пытаясь вложить всю пылкость и страсть, на которую только была способна, в свои слова:
– Я просто хотела сделать тебе сюрприз, дорогой! Тебе понравилось? – прошептала я.
– Очень, – сухо ответил он, и его зелёные глаза неотрывно следили за мной.
На его лице невозможно было ничего прочитать, но его глаза… глаза говорили сами за себя. В них плескался опасный коктейль из раздражения и… чего-то ещё, чего я не могла понять.
Он смотрел на меня, как на букашку, пойманную в банку, которую хотел прихлопнуть на месте, но почему-то не решался. От этого взгляда по коже побежали мурашки. Я сглотнула, и постаралась натянуть соблазнительную улыбку, чтобы не выдать страх, который начал сковывать меня. Я и правда влипла. Знала ведь, что у Адама грязные делишки, но не представляла, насколько всё серьёзно.
Его низкий голос рассёк повисшую тишину, выведя меня из тягостного оцепенения.
– Ладно, ребята, – прозвучал этот бархатистый, но холодный тон, и Адам окончательно оторвал от меня свой изучающий взгляд, снова переключая внимание на этих жутких типов. – Нам с моей девушкой нужно побыть наедине. Сами понимаете, сюрприз предназначался только для меня…
Он слегка улыбнулся, и эта улыбка показалась мне фальшивой, слишком натянутой. Его руки крепче сжали мою талию, будто бы подтверждая сказанное, показывая, что я – его собственность, и никто не смеет даже смотреть в мою сторону.
– Нам нужно побыть наедине…
Похотливые улыбочки на лицах этих, с позволения сказать, мужчин стали ещё шире.
И один из них, кажется, тот самый Марат, с какой-то хищной ухмылкой произнёс:
– Трахни её хорошенько, Адам. А как надоест, мы можем приласкать твою крошку. Могу оставить свой…
Адам даже не дал ему закончить эту мерзкую фразу. Его лицо исказила гримаса ярости, превратившая его из загадочного красавца в настоящего зверя.
– Не нужно… – процедил он, и в его голосе заскрежетала сталь. – У нас всё серьёзно, я сказал – серьёзно. А это значит, что Ева будет только со мной. Увидимся позже!
С этими словами он развернул меня, почти не церемонясь, и, подталкивая в спину, направился куда-то вглубь зала. Каждый шаг отдавался гулким эхом в голове, а сердце бешено колотилось, готовое вот-вот выпрыгнуть из груди.
Кажется, мы шли целую вечность, пробираясь сквозь плотную толпу пьяных тел, пока не спустились по узкой лестнице в полумрак какого-то коридора.
Адам, не останавливаясь ни на секунду, отворил какую-то дверь, небрежно распахнув её передо мной.
– Заходи, – процедил он сквозь зубы, и я, не смея перечить, перешагнула порог.
