Текст книги "Глубокие воды (СИ)"
Автор книги: Фиона Марухнич
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 29 страниц)
Глава 18. Ева. Настоящее время
Противный, визгливый звук будильника ворвался в мою голову, заставив резко распахнуть глаза. Ненавижу это утро. Ненавижу каждый новый день, но сегодня… сегодня особенно. С рывком села на кровати, чувствуя, как кровь приливает к лицу. Заставила себя подняться и подойти к зеркалу.
Там, в отражении, на меня смотрела… не я. Вернее, я, но уже другая. Не та маленькая, испуганная мышка, как любил меня называть Адам. И уж точно не дикий котёнок, который царапался и шипел на весь мир. На меня смотрела женщина. Взрослая девушка. Боже, мне уже восемнадцать! А кажется, будто вся моя жизнь – это бесконечный кошмар, начавшийся два года назад, когда я потеряла родителей. И меня "спасли", отправив жить с ненавистным Адамом.
В зеркале я видела уверенность, холодную решимость.
«Я обещала устроить Адаму ад», – пронеслось в голове. И, должна признать, я неплохо в этом преуспела. Ехидная улыбка тронула мои губы. Пора продолжать.
Внезапный звонок телефона заставил меня вздрогнуть. На экране высветилось: "Катька". Моя школьная подруга, одна из немногих, кто остался рядом после того, как меня забросили в эту элитную школу.
«Подачка», – презрительно подумала я. Мне не нужны его деньги, его попытки загладить вину, искупить грехи. Но Адам был непреклонен.
«Ради твоего будущего», – твердил он. Как же мне было плевать на это "будущее".
С раздражением приняла вызов.
– Привет, Кать. Ну чего опять? – буркнула я.
– Ева, привет! Ну что ты как всегда… Я просто хотела узнать, как дела? – в голосе Кати чувствовалась лёгкая тревога.
– Всё отлично. Как всегда, – повторила я с сарказмом. – Живу в золотом склепе, ем лобстеров и страдаю от скуки.
Катя вздохнула.
– Ева, ну хватит уже! Послушай, я понимаю, что тебе тяжело, но Адам ведь старается! Он же твой дядя… Он пытается дать тебе всё, что ты потеряла.
– Старается? Да он просто пытается залить мои слёзы деньгами! – ярость заклокотала во мне. – Он думает, что так можно забыть о моих родителях? Обо всём? Будто ничего и не случилось?
– Он просто не знает, как тебе помочь! – настаивала Катя. – Неужели ты не видишь, что ты просто выводишь его из себя?
– Да, вывожу! – резко ответила я. – Это даже забавно.
Я сбросила одеяло и спрыгнула с кровати. Подошла к огромному окну, из которого открывался вид на ухоженный сад. И тут же замерла, увидев Адама. Он стоял возле своего нового чёрного "Бентли" и целовал какую-то блондинку. Очередная кукла. Как же он меня бесит!
– Он опять с какой-то шлюхой, – пробормотала я в трубку.
– А тебе-то что? – удивилась Катя. – Какое тебе дело?
– Да никакого! Просто противно смотреть на это лицемерие, – ответила я, чувствуя, как поднимается ком в горле.
– Ева, ну не обманывай себя! Может, ты просто ревнуешь? – с усмешкой спросила Катя.
– Ревную? Да ни за что! – выпалила я, но сердце предательски дрогнуло. Чёрт! Кажется, Катя была права. Нет, так не должно быть! Я просто… я просто привыкла его ненавидеть. Другого объяснения быть не может. Но почему тогда я чувствую эту острую боль в груди, когда вижу его с другими женщинами?
К тому же он мне… дядя! Пусть и наполовину, пусть и брат отца только по отцу, а не по матери, но это ничего не меняет. Это же Адам, мой родственник, моя… семья, как бы странно это ни звучало. Какого чёрта я должна его ревновать? Да это просто абсурд! Звучит, как бред сумасшедшего.
– Кать, ты вообще в своём уме? Какая ревность? К дяде? Ты совсем мозги растеряла, что ли? – выпалила я, чувствуя, как щёки начинают гореть. – Это… отвратительно даже думать о таком!
На другом конце провода раздался заливистый смех. Бесит! Как же меня бесит, когда она смеётся, когда я в таком состоянии.
– Ну чего ты так кипятишься? Я ж пошутила! Просто проверяла твою реакцию, – сквозь смех проговорила Катька.
– Очень смешно, – процедила я сквозь зубы, отворачиваясь к окну.
Внизу, Адам уже вел эту крашенную блондинку к дому. Под руку, галантно улыбаясь, словно она – королева, а он – преданный слуга. Тошно. Ядовитая злость поднялась откуда-то изнутри. Я сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладонь.
– Ну вот, опять, – пробормотала я, скорее себе, чем Кате.
– Ой, да брось ты! – отмахнулась Катька. – Какие тебе дела до его похождений?
– Да нет мне дела! Просто противно! – повторила я, стараясь убедить в этом саму себя. – Он ведёт себя как лицемерный кобель.
Нужно было придумать что-то, что заставит Катю замолчать. Что-то, что докажет, что меня совершенно не интересует личная жизнь Адама.
– Вообще-то, у меня тоже всё хорошо, между прочим, – заявила я, стараясь придать голосу небрежный тон. – С Димой всё отлично. Он такой… настойчивый, – добавила я, стараясь придать голосу лёгкую томность. Надеюсь, Катька купится.
– Какой Дима? – тут же встрепенулась подруга. – Ты о ком вообще? Когда ты успела?
Я закатила глаза. Ну вот, началось.
– Познакомилась в клубе, – небрежно ответила я. – Что такого-то?
– Ева! Да сколько раз я тебе говорила не ходить в эти злачные места! Ты должна думать об учёбе, о будущем! У тебя ведь такие перспективы!
– Да ладно тебе, Кать, – перебила я её. – На своём юрфаке я как рыба в воде. Всё успеваю, ещё и время на развлечения остаётся. И вообще, я делаю, что хочу. Мне восемнадцать, если ты забыла. Могу хоть трахаться с каждым встречным в туалете, плевать я хотела на все ваши правила и на Адама с его "подачками".
Внутри всё сжалось от отвращения. Но приходилось играть роль. Образ бунтарки, сорвиголовы, которой наплевать на всех, – это был мой щит и одновременно мой способ досадить Адаму. Чем больше я выходила за рамки приличий, тем сильнее его это выводило из себя.
– Ева! Ты хотя бы... предохраняешься? – ахнула Катя.
– Конечно, Кать! Я что, совсем дура? – выпалила я с напускной беспечностью.
И снова внутри всё перевернулось. Конечно, нет! Точно уж не в туалете... И точно уж не с каждым... Я бы никогда… Но Кате не обязательно знать правду. Она должна думать, что я оторва, которая совсем слетела с катушек. Пусть Адам думает, что я качусь по наклонной. Это игра. И я намерена выиграть.
– Ладно, Кать, прости, что я такая злая с утра, – вздохнула я, пытаясь сменить тему. – Мне пора, вообще-то. Ко второй паре надо быть в универе. Так что давай, пока.
– Ну-ну, смотри там, аккуратнее с этими "Димами", – засмеялась Катя. – А то ещё подхватишь какую-нибудь венерическую болячку, а дядечку твоего потом откачивать придётся.
Я фыркнула, представив себе эту картину. Нет, Адам слишком живучий, чтобы его так просто свалить. Да и не собираюсь я его травить, это было бы слишком просто.
– Не переживай, не планирую его таким оригинальным способом изводить, – усмехнулась я. – Ладно, прощай, опаздываю.
Я сбросила вызов и откинула телефон на кровать. Надо же, вторая пара! А я тут с Катькой трещу по телефону, вместо того, чтобы собираться. С другой стороны, может и к лучшему. Есть время продумать свой сегодняшний образ.
Я подошла к огромному гардеробу и распахнула дверцы. Шмотки, шмотки, шмотки… Адам действительно не скупился. Но мне всё это казалось каким-то… фальшивым. Будто он пытался купить мою любовь, заваливая меня дорогими тряпками.
Внутри всё дрогнуло от воспоминаний о маме. Вот кто умел создавать красоту из ничего! Она могла сшить потрясающее платье из старой занавески, и выглядела в нем, как королева. А я… я просто бездумно транжирю деньги на бренды.
Так, стоп! Хватит ныть и копаться в прошлом. Сейчас у меня другая цель. И я должна выглядеть на все сто.
Я остановила свой выбор на комплекте откровенного белья. Тонкие чёрные стринги и прозрачный лифчик, который лишь слегка прикрывал мою полную, высокую грудь. Мне всего восемнадцать, но фигура, кажется, сформировалась окончательно. Я всегда была миниатюрной, но женственные формы достались мне от мамы. Да, я маленькая, но очень даже хорошенькая.
Я критически оглядела себя в зеркале. Натуральный блонд… Может, стоит перекраситься? В чёрный, например? Это бы точно шокировало Адама. Кажется, он всегда гордился моими светлыми волосами. Но потом махнула рукой. Пофиг. Будет чёрный, будет новый повод для его недовольства. Сегодня и так хватит.
Поверх белья я надела короткое обтягивающее чёрное платье из плотной ткани. Оно идеально сидело по фигуре, подчёркивая все её достоинства. Осень в Москве выдалась довольно прохладной, октябрь уже вовсю заявил о своих правах. А значит под такую секси-вещь нужна верхняя одежда. Не куртка, конечно.
Из обуви я выбрала высокие чёрные ботинки на шнуровке. Тяжёлая подошва добавляла образу бунтарства. Сверху накинула длинный плащ, который скрывал все мои прелести. Идеально! С одной стороны – провокационно, с другой – сдержанно.
Макияж… Красная помада – однозначно. Яркая, вызывающая, как плевок в лицо общественному мнению. Тёмные тени подчеркнули глубину моих серых глаз. Немного румян, чтобы придать лицу свежести. Готово!
Я ещё раз оглядела себя в зеркале. Да, сегодня я выгляжу именно так, как и должна. Дерзкая, уверенная в себе, готовая к любым вызовам. И пусть Адам попробует сказать мне хоть слово. Я доведу его до белого каления, этого лицемерного кобеля!
Я вышла из комнаты, стараясь дышать ровно. Надежда теплилась в груди, что Адам уже уехал со своей куклой развлекаться. Да чтоб вас обоих черти драли!
Но стоило мне переступить порог холла, как вся надежда рухнула, погребённая под грудой раздражения. Они сидели на диване. Он – в расслабленной позе, с бокалом вина в руке, эта фифа рядом что-то щебетала, а он… улыбался. Улыбался, как ни разу не улыбался мне. Приторно-сладко, фальшиво. Лицемерная сволочь.
Ненависть захлестнула меня. Я вскинула голову, выпрямила спину и попыталась пройти мимо, сделав вид, что их не существует. Но он не дал мне и шанса.
– Ева, – и этот его голос, раньше казавшийся таким родным звучал жёстко и раздражённо. – Разве тебя не учили манерам?
Я остановилась и медленно повернулась к нему. Его взгляд сверлил меня насквозь, словно обжигая изнутри. Его зелёные глаза буравили моё лицо, грудь, ноги, как будто раздевая. В этом взгляде была не только злость, но и что-то… другое. Что-то, что заставило сердце предательски забиться быстрее.
– Здороваться с кем? – ядовито процедила я, стараясь скрыть дрожь в голосе. – С блядями?
Глава 19. Ева
Адам резко вскинул голову, и маска ложного спокойствия слетела с его лица. Глаза потемнели, во взгляде промелькнула неприкрытая злость. Он молча поднялся с дивана и поставил бокал с вином на столик. Эта блондинка, словно испуганная мышь, вжалась в подушки, наблюдая за нами с нескрываемым страхом. Да плевать!
Я попыталась обойти его, но он перегородил мне путь.
– Ты куда это собралась в таком виде? – прорычал он, а голос его ударил меня по самолюбию. Да как он смеет?
– А тебе какое дело? – огрызнулась я, стараясь сохранить видимость спокойствия. Но внутри всё дрожало. Я чувствовала, как бушует его гнев, и это пугало… и заводило одновременно.
– Ева, не испытывай моё терпение, – процедил он сквозь зубы, и я поняла, что перешла черту.
Я презрительно усмехнулась:
– Иначе что? Накажешь меня, дядя?
В следующий миг он схватил меня за руку. Крепко, больно. Я попыталась вырваться, но его хватка была железной.
– Отпусти! – взвизгнула я, чувствуя, как вскипает кровь. Ненависть в душе достигла предела.
Адам не обратил внимания на мои протесты. Он схватил меня за обе руки и резко заломил их за спину, лишая возможности сопротивляться. Боль пронзила плечи, я зашипела от боли. Одной рукой он держал мои руки, а другой грубо распахнул плащ.
Его взгляд изменился. Ярость в его глазах достигла апогея. Он смотрел на меня, как зверь на добычу. Цвет его глаз стал почти чёрным. Он медленно оглядел моё тело, обтянутое чёрным платьем, и его лицо исказилось от ярости.
– Что… это… на тебе надето? – прошипел он ледяным тоном, в котором слышалась угроза. – Ты… совсем… с катушек… слетела?
Его ярость была музыкой для моих ушей. Я видела, как вены вздуваются у него на шее, как он едва сдерживается, чтобы не сорваться на крик. Боже, как же мне это нравилось! Чувствовать его гнев, знать, что одним своим видом я могу довести его до белого каления. Это была моя маленькая победа в этой бесконечной войне.
– Ты задыхаешься от злости, да, дядя? – прошептала я, наслаждаясь моментом. – Так тебе и надо.
Казалось, мои слова только подлили масла в огонь. Он сжал мои руки ещё сильнее, так, что я почти закричала от боли.
– Послушай меня внимательно, Ева, – прорычал он, глядя мне прямо в глаза. – Ключи от машины ты больше не увидишь. И можешь забыть о своих походах в клубы и вечеринки.
Я попыталась вырваться, но его хватка была мёртвой.
– Ты не имеешь права! – взвизгнула я, чувствуя, как в груди поднимается волна возмущения. – Это моя машина! На какие шиши я теперь буду ездить?
Он усмехнулся, и эта усмешка была ледяной.
– Мне плевать, как ты будешь ездить. Я сам буду тебя возить. В университет и обратно. Каждый день. И я буду контролировать, как ты одеваешься.
– Что? – я потеряла дар речи. – Ты… ты совсем спятил? Я не собираюсь терпеть этот цирк!
– Облегающие джинсы, кожаные брюки… – его взгляд скользнул по моему телу, остановившись на изгибе бедер. Я заметила, как он голодно сглотнул, и меня пробрала дрожь. – …я ещё готов был простить. Но эти твои короткие недо-платья… это уже слишком, Ева. Перегибаешь палку.
– Да как ты смеешь? – я попыталась вырваться, но он только сильнее сжал мои руки. – Ты мне не отец, и не муж! Не тебе решать, что мне носить!
Я попыталась лягнуть его ногой, но он словно предвидел это движение и увернулся.
– Не имеешь права! – выплюнула я, чувствуя себя загнанной в угол.
Адам склонил голову набок, и в его глазах плескался холод, от которого мурашки побежали по коже.
– Позволь напомнить, Ева, что я твой опекун, – его голос звучал ледяным шёпотом, – И да, тебе исполнилось восемнадцать, вертихвостка, но я несу за тебя ответственность, пока ты, по крайней мере, не закончишь учёбу. И я не собираюсь возить тебя по врачам и оплачивать аборты, потому что у тебя, видите ли, что-то сильно чешется.
Я задохнулась от возмущения. Он, кажется, сам поморщился от своих слов, словно ему противно было произносить это. Презрение и ярость затмили мой разум.
– Раз я тебя так бешу, – процедила я сквозь стиснутые зубы, – Я уеду в квартиру родителей, в Царицыно. Не буду маячить перед тобой в таком непристойном виде. И не волнуйся, дядя, я предохраняюсь.
Я пристально посмотрела в его глаза, наслаждаясь моментом. И увидела, как его взгляд стал просто невыносимо ледяным. Не гнев, а какая-то бессильная ярость… Он медленно, словно выплёвывая каждое слово, проговорил:
– Поедешь ты в свою дыру только через мой труп.
«Да, Адам слишком живуч, чтобы дождаться его смерти», – промелькнула циничная мысль.
– А что насчет твоих… похождений… Мне это не нравится, – продолжил он, не сводя с меня взгляда. – Ты отвлекаешься от учёбы. Поэтому сегодня после университета ты должна быть дома. Если этого не будет, пеняй на себя.
Я взвыла от ярости:
– Сегодня пятница! Пятница, дядя! Я не собираюсь сидеть дома!
Он смотрел на меня сверху вниз, ледяной взгляд не дрогнул.
– Мне плевать, что у тебя сегодня, – отрезал он. – К пяти часам ты должна быть дома, одетая в нормальную, домашнюю одежду. – Каждое слово он будто подчёркивал, особенно последнее, отчего меня передёрнуло. – Готовая ко сну, всё!
С этими словами он усмехнулся и отпустил мои руки. Инстинктивно потёрла запястья, на которых уже проступали красные следы. Бесило, до чёртиков бесило, как этот дьявол влиял на моё тело. После его грубых прикосновений кожа горела, предательски отзываясь на его животную силу. Нужно собраться, не показывать ему, как он меня заводит одним своим присутствием.
Быстро запахнула плащ, скрывая это проклятое короткое платье. Почему я вообще надела его? Сама нарываюсь, как дура.
– Не дождёшься, – прошептала я, опустив голову, будто поправляя складки плаща.
Его слова, тихие, но оттого ещё более отчётливые, ворвались в мои мысли.
– Я всё слышал. И если ослушаешься, пеняй на себя.
Вскинула голову, пытаясь скрыть бушующее внутри бешенство. Схватила ключи от машины со столика и, не говоря ни слова, выбежала из дома. Пронеслась мимо его величественного сада, где каждый куст, казалось, был выверен до миллиметра, мимо этого пафосного фонтана, к воротам. Всё вокруг пахло осенью, увяданием, но мне было плевать. Сейчас меня заботило только одно – как можно дальше уехать от этого места.
Спрыгнула со ступенек и, наконец-то оказавшись возле своей малышки, со всей силы захлопнула дверь. Да, это была не самая дорогая тачка, но и не дешёвка какая-нибудь. Красная BMW Z4, с откидным верхом, подарок Адама на восемнадцатилетие. По иронии судьбы, мне всегда казалось, что он подарил мне её только ради того, чтобы я лишний раз не маячила перед ним, чтобы я могла уехать, исчезнуть из его идеального мира.
Гнев клокотал во мне, когда я неслась прочь от его дома. Задыхаюсь! Как же он меня бесит, этот Адам! И дело даже не в его правилах и запретах, а в том, как они на меня действуют. Его прикосновения… Я ненавижу, как вспыхивает кожа от его грубой силы, как предательски реагирует тело на его взгляд.
Не успела опомниться, как уже въехала в Москву. Сбросила газ, наслаждаясь контрастом между тихим элитным пригородом и вечным движением города. Здесь я чувствовала себя свободной. Здесь я могла быть собой.
Припарковала машину прямо перед зданием юридического факультета и выскочила наружу. Скинула плащ в багажник, чтобы никто не заподозрил этот постыдный "домашний арест". Чёрное платье обтягивало фигуру, как вторая кожа. Да, оно короткое. Да, вызывающее. Но это мой способ защиты. Мой способ бунтовать.
У входа меня уже ждала Крис. Моя лучшая подруга. Такая же оторва, как и я. Брюнетка с ярким макияжем и хищным взглядом. Идеальная сообщница для ночных приключений.
– Ева, ну ты где пропадала? – она подлетела ко мне и заключила в объятия. – Я думала, ты уже отказалась от сегодняшней тусовки.
– Да ни за что! – выпалила я, чувствуя, как злость понемногу отступает. – Я готова на все сто!
Крис засияла.
– Вот это по-нашему! Я знала, что ты не подведешь. Сегодня у меня грандиозные планы. Найти новый… член. Огромный член!
Она мечтательно облизнула губы и обвела взглядом толпу студентов. Её взгляд зацепился за высокого, темнокожего парня. Она прошептала, прикрывая рот рукой:
– Как думаешь, получится сегодня подцепить что-то шоколадненькое?
Я подавилась смехом.
– Крис, ты, как всегда, в своём репертуаре.
– А что? – она пожала плечами. – В жизни нужно пробовать всё. Особенно такое.
Я закатила глаза и махнула рукой.
– Ладно, пошли уже на лекцию, сексуальная маньячка! А вечером посмотрим, что ты там себе напридумывала.
В голове билась только одна мысль. Адам думает, что запрёт меня сегодня дома? Ну уж нет! Я покажу ему, кто здесь хозяин. И плевать, какие будут последствия.
Глава 20. Ева
Университет тянулся медленно, как резина. Каждый профессор казался Адамом в миниатюре – таким же контролирующим, всезнающим и невыносимым. Я сидела на лекциях, механически записывая что-то в блокнот, но мысли мои были далеко – кружили вокруг его слов, его взгляда, его прикосновений… Господи, да когда это закончится? Ненавижу, ненавижу, ненавижу!
Наконец-то прозвучал звонок! Я сгребла свои вещи в сумку и вылетала из аудитории, как ошпаренная. Крис уже ждала меня у выхода, подперев стену с видом королевы в изгнании.
– Ну что, шлюшка, как лекции? – закричала она мне через весь коридор, не особо заботясь о том, кто вокруг услышит. – Мозги ещё не вытекли?
Я закатила глаза. Ну конечно, Крис не была бы собой, если бы не начала день с чего-то возмутительного.
– Хуже, – сказала я, подходя к ней. – Кажется, кто-то пытается их промыть.
– О, да ладно тебе, – отмахнулась она. – У тебя мозгов как у целого факультета. Окей, где наша тусовка? Придумала что-то особенное на сегодня?
– Знаешь, – улыбнулась я лукаво, – я тут подумала… А может, ну его на фиг, клуб?
Крис посмотрела на меня так, как будто я только что предложила ей постричься налысо.
– Что? Ты серьёзно? Ева, ты вообще в своём уме? Я весь день представляла, как мы будем отжигать на танцполе, а ты мне тут… Какая-то у тебя хрень в голове творится!
– Просто… Мне сегодня хочется чего-то другого, – пожала плечами я. – Не знаю, может, в бар какой-нибудь? Там хоть поговорить можно.
– Поговорить? Ты, Ева? Да ты в баре только и делаешь, что языком в чужом рту работаешь, и не только языком.
– Ну хватит тебе, – толкнула я её в плечо. – Не надо обо мне так думать.
– Да ладно, что ты как не родная! Сама же говорила, что ты такая вся безбашенная. Так, что у тебя случилось? Всё-таки с дядей поругалась?
Я вздохнула и рассказала ей всё, как на духу – про платье, про его тираду, про угрозы. Она слушала, нахмурив брови.
– Вот он сука! – выплюнула она, когда я закончила. – Да он просто тебе завидует! Знает, что ты самая горячая штучка на всем факультете, и боится, что кто-то другой тебя уведёт.
– Да ну? Адам? Скорее, он воспринимает меня, как свою собственность.
– Да пошли его к чёрту, – отмахнулась Крис. – Это всё его комплексы! Он просто старый козёл, который пытается контролировать твою жизнь. Но я ему не позволю, так ему и скажи!
Она схватила меня за руку и потащила к выходу.
– Мы сейчас же едем в бар, – заявила она мне. – А там мы найдем тебе такого парня, чтобы Адам от зависти в гробу перевернулся! А то ходит там со своими шлюшками, как будто он пуп земли. Я тебе таких африканцев горячих найду, у них там такое…
Я невольно улыбнулась. Крис всегда умела поднять мне настроение.
– Ладно, – согласилась я. – Поехали. Только никаких африканцев.
– Ну да, конечно, – закатила она глаза. – Как же, как же. Тебе только Адама и подавай, ага, я всё вижу.
Мы сели в мою BMW и умчались в центр города. Крис всю дорогу перечисляла бары, в которых мы могли сегодня оторваться. Она хотела, чтобы там было много народу, громкая музыка и, конечно же, симпатичные парни.
– Слушай, а как там у тебя...? – внезапно спросила я, выезжая на Садовое кольцо. – ... с тем "шоколадным"?
Крис тяжко вздохнула.
– Да ничего, – пожала она плечами. – Он оказался с девушкой. Или с парнем, я так и не поняла. Не важно. Мне сегодня нужно кого-то… как-то… в общем, развлечься мне сегодня нужно.
Я почувствовала, что она говорит всерьёз. Обычно она не была такой откровенной.
– Тогда сегодня мы найдём тебе кого-нибудь особенного, – сказала я, подмигивая ей. – Обещаю!
Внутри меня все ещё бушевала злость на Адама, но в компании Крис мне становилось немного легче. Я знала, что сегодня вечером я сделаю всё, чтобы забыть о его словах и запретах. И если это значит, что я пересплю с первым встречным в туалете бара, то так тому и быть! Хотя, конечно, я этого не собиралась делать. Просто нужно было создать видимость, чтобы этот козёл, Адам, думал, что он меня не сломил. И пусть он грызёт локти от злости, представив, как я развлекаюсь без него.
Припарковав машину, мы направились к бару, который Крис так расхваливала. У входа стоял фейсконтроль, и я немного занервничала, вспомнив свой сегодняшний наряд. Но, к счастью, нас пропустили без проблем, и мы вошли внутрь.
Внутри было шумно и полумрачно, как и полагается приличному бару. Мы показали документы на входе, подтверждая свой возраст, и прошли к свободному столику в углу. Официантка подошла довольно быстро, и мы заказали себе по коктейлю. Крис выбрала какой-то ярко-розовый напиток, а я остановилась на классическом "Космополитене".
– Ну что? Готова к охоте? – подмигнула мне Крис, когда официантка отошла.
Я усмехнулась.
– Я всегда готова.
Она окинула взглядом зал.
– Смотри-ка, там на тебя кто-то заглядывается, – толкнула она меня локтем.
Я повернулась в указанном направлении и увидела парня, который действительно смотрел на нас.
– Да ну, он скорее на тебя смотрит, – отмахнулась я, но в душе мне было приятно.
– Нет-нет, он просто прикован к тебе, пожирает тебя взглядом... – запротестовала Крис. – А его друг… смотрит на меня.
Она немного насупилась, но потом снова расплылась в улыбке.
– Ну, он, конечно, не африканец… Ну и ладно, африканца я потом найду!
Она снова окинула взглядом парней. Кажется, сегодняшний вечер обещал быть интересным.
Мы сделали по глотку из наших коктейлей, и тут я заметила, как те двое парней, на которых мы обратили внимание, направляются к нам. Меня вдруг пробрала какая-то нервозность. Зачем они идут? Что им нужно? Я почувствовала, как ладони слегка вспотели.
Именно в этот момент в моей сумке завибрировал телефон. Я вздрогнула, как будто меня ударило током. Чёрт! Кто там ещё? Интуиция подсказывала, что ничего хорошего ждать не стоит. Я вытащила телефон из сумки и увидела на экране имя Адама. Ну вот, приплыли.
– Чёрт, – вырвалось у меня.
Крис тут же навострила уши.
– Что такое? Что случилось?
– Это Адам, – ответила я, стараясь сохранить спокойствие. – И, кажется, он в ярости.
Несмотря на страх, который начал подниматься откуда-то изнутри, я не могла не улыбнуться. Что бы там ни было, он точно не ожидал, что я буду в баре. Представляю, как его сейчас трясёт от злости.
– И что этому козлу нужно? – Крис нахмурилась, всем своим видом выражая готовность к защите.
Я разблокировала телефон. Как и ожидалось, там был настоящий шторм: несколько пропущенных и сообщение.
«Ева! Где ты, чёрт возьми? Я сказал, чтобы ты была дома в пять! Уже шесть! Ты меня совсем не слушаешь? Немедленно вернись. Я не шучу. Ты пожалеешь, если ослушаешься!»
Я закатила глаза. Типичный Адам. Будто я какая-то собачка на поводке.
– Он пишет, чтобы я немедленно возвращалась домой, – громко сказала я Крис, чтобы все вокруг слышали. – Говорит, что я должна была быть там ещё в пять, и что если я не послушаюсь, то пожалею.
Крис фыркнула.
– И что, ты побежишь, хвостик поджав? Да пошли его на хуй! Пусть сам идёт к своим шлюхам и там командует. Ты не его собственность, Ева! Ты можешь делать всё, что захочешь! А лучше, прям сейчас накатай ему что ты о нём думаешь!
Я усмехнулась, заряжаясь её бунтарским духом. Отвечать ему в грубой форме в мои планы не входило, но и остаться без ответа я не могла. Нужно было показать, что я не боюсь. Написала короткое сообщение, не забывая прочитать его вслух Крис:
«Не жди. Я задержусь.»
Отправила с ехидной ухмылкой. И погасила экран телефона, надеясь, что получится избежать новой порции угроз.
– Вот так ему! – воскликнула Крис и подняла свой бокал. – За то, чтобы посылать старых козлов куда подальше!
Я поддержала её тост, но в глубине души всё равно оставалось какое-то беспокойство. Адам не из тех, кто легко сдаётся. Но сейчас я решила не думать об этом. Сегодня вечером я буду жить так, как хочу. И если ему это не нравится, то это его проблема.
Но не успела я и глотка сделать, как телефон снова настойчиво завибрировал в сумочке, причём несколько раз подряд, будто сообщения прилетали одно за другим. Внутри всё сжалось от предчувствия. Я занервничала сильнее, но вперемешку с этим появилась какая-то странная возбуждённость. Какого хрена? Но я отчётливо ощутила волну жара, которая направилась прямиком к низу живота. Трусики намокли. Боже… я извращенка.
Крис нахмурилась и спросила:
– Чего там у тебя опять? Этот псих всё никак не угомонится?
Я резко схватила телефон и стала читать сообщения. С каждым словом мои глаза округлялись всё больше и больше:
«Ева, немедленно вернись! Ты пожалеешь!»
«Ева, так и хочется задрать твою задницу и хорошенько отшлёпать, чтобы ты потом неделю не смогла сесть. Тебе это понравится.»
«Я выезжаю. На сегодня твои гулянки окончены. Ты не понимаешь по-хорошему?»
Я отложила телефон, чувствуя, как кровь приливает к лицу. Это уже переходило все границы! Он действительно думает, что может со мной так разговаривать? С одной стороны, я была в ярости, с другой… этот тон, эти слова… Во мне проснулось какое-то странное, извращённое возбуждение. Я не ожидала, что он может быть таким… таким властным.
Крис была в шоке.
– Это чё такое вообще? Он тебе угрожает? Он совсем ёбнулся?
Я и сама не знала, что на это ответить. Не ожидала, что смогу так его разозлить. И в этот момент те двое парней, на которых мы обратили внимание, подошли к нашему столику. Один из них, тот, что смотрел на меня, улыбнулся и спросил:
– Не скучали?
