Текст книги "Пламя войны (СИ)"

Автор книги: Евгений Руд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 38 страниц)

Глава 20

Кэлен приказала ближайшему целителю присмотреть за Молли и призвала Бектаса. Он тут же примчался на зов, и ветер поднял облако пыли, имевшее смутные очертания длинноногой лошади, гарцующей в самом сердце ветра. Кэлен позволила Бектасу поднять ее над землей, в чистое небо над Боргольдом.

Она сделала круг, внимательно оглядывая землю внизу и небо над собой, пытаясь понять, что происходит.

Она увидела, как легионеры начали выскакивать из огромного каменного сарая, последний из них громко закричал и тут же упал на жесткую каменистую землю. Что-то уцепилось за его лодыжку и потащило назад, в сарай. Он завопил, и его товарищи тут же повернули назад, чтобы ему помочь.

Кэлен вытянула перед собой руки на уровне глаз так, что ладони смотрели друг на друга, и призвала Бектаса, чтобы он сконцентрировал воздух перед ее лицом, создав своеобразную линзу. Эта линза изменила свет и усилила ее зрение, и она могла видеть то, что происходит в нескольких ярдах от каменного сарая.

Меч легионера опустился на блестящую, черную, жесткую на вид конечность, каких Кэлен еще не доводилось видеть, если не считать клешней омара. Оружие вонзилось в клешню зорда – но совсем чуть-чуть. Легионер наносил все новые и новые удары, но ему удалось лишь слегка повредить клешню, отрубить ее он не смог.

Остальные оттащили своего раненого товарища от сарая, и Кэлен заметила, что его сапог вывернулся под невероятным, страшным углом.

Воин зорд выбрался за ними на солнечный свет.

Кэлен смотрела сверху вниз на чудовищное существо, и внутри у нее все сжималось от ужаса. Воин зорд был размером с маленькую лошадку и весил примерно четыреста или пятьсот фунтов. Его тело покрывали блестящие, гладкие пластины, похожие на темную шкуру. Из горбатого туловища, похожего на круглый торс блохи, торчали четыре конечности. Голова болталась на короткой шее, состоящей из нескольких сегментов. Ее окружали хитиновые колючки, глубоко утопленные маленькие глазки горели злобным огнем. Мощные, как у жуков, жвала заканчивались острыми когтями, которые и ранили несчастного легионера.

Зорд выскочил из двери, преследуя свою добычу, его движения были какими-то чуждыми, уродливыми и очень быстрыми. Два легионера повернулись к нему, держа в руках свое оружие, а третий потащил раненого в сторону. Зорд неожиданно подпрыгнул и метнулся вперед, набросившись на одного из легионеров. Тот отскочил, но недостаточно быстро, и зорду удалось швырнуть его на землю. Он тут же навалился на него, схватил за пояс своими жвалами и сжал их. Легионер закричал.

Его товарищ атаковал спину зорда, с диким криком орудуя своим коротким, острым гладием. Один из ударов угодил в круглый выступ на спине ворда, и из него брызнул фонтан какой-то зеленоватой мерзкой жидкости.

Зорд издал серию щелчков, выпустил первого легионера и, повернувшись ко второму, снова подпрыгнул в воздух. Солдат метнулся в сторону, а когда зорд приземлился, нанес сильный удар по толстой шее. Удар оказался точным, хотя на жесткой шкуре появилась всего лишь небольшая рана. Впрочем, ее оказалось достаточно, чтобы причинить ему боль.

Из раны брызнула вонючая зеленовато-коричневая жидкость, и чудовище снова издало несколько щелкающих звуков. Оно покачнулось, наклонилось набок, не в силах удержать равновесие, несмотря на свои четыре ноги. Легионер тут же схватил своего пострадавшего товарища и потащил его подальше от раненого и нетвердо стоящего на ногах зорда. Он спешил изо всех сил.

Но этого оказалось недостаточно.

Еще около полудюжины таких же существ выскочили из сарая, словно злобные пчелы из улья, и громкие щелчки раненого зорда превратились в безумный чуждый хор. Вибрирующий рев нарастал, потом горбатые спины чудовищ превратились в черные крылья, они поднялись в воздух и бросились в погоню за легионерами.

На глазах у Кэлен зорды разорвали их в клочья.

Это произошло быстро – всего за пару секунд, и никто ничего не мог сделать, чтобы спасти обреченных легионеров.

Из других зданий стедгольда появились новые зорды, и Кэлен заметила, как трое выскочили прямо из колодца. Она услышала вопль Джерами, перекрывший их злобное щелканье, и в воздухе расцвел столб пламени, когда один из командиров рыцарей Ониса напустил на врага астела огня.

Послышался еще один душераздирающий вопль, на сей раз рядом с Кэлен, и она, подняв глаза, увидела, как один из воздушных рыцарей сражается с парой крылатых воинов зордов. Он вскинул руку в воздух, и порыв сильного ветра оттолкнул одного зорда в сторону, он дико завертелся и полетел к земле. Но другой успел в последний момент расправить крылья и нанести рыцарю сначала удар в живот, затем он обхватил его конечностями и принялся рвать на части своими челюстями и когтями. Рыцарь закричал, и оба стремительно понеслись к земле.

Внизу ветераны центурии Джерами сомкнули ряды, встав спиной к одной из стен стедгольда так, что соседнее здание защищало их с фланга. К ним тут же бросилось восемь или девять зордов, но они наткнулись на стену из высоких тяжелых щитов легионеров, а также на клинки тех, кто стоял в первом ряду. В это время те, кто занял позицию за ними, одновременно выбросили вперед свои копья, присоединяясь к смертоносной атаке. Поддерживая друг друга, ветераны Джерами сумели остановить наступление зордов. Сверкала сталь, мужчины громко кричали, пытаясь отпугнуть врага. Кровь и тошнотворная жидкость, вытекавшая из тел вордов, залили камни двора.

У другого отряда возникли проблемы. Только половине воинов удалось сомкнуть ряды, и около полудюжины легионеров и несколько вооруженных гольдеров рассредоточились, оказавшись на стенах и внутри двора. Зорды уже оставили за собой дюжину трупов, лишившихся конечностей, кровь заливала камни двора. Оказавшись одна и не в силах ничего предпринять, Кэлен понимала, что сейчас жертвой чудовища станут изолированные группы астелианцев.

Неожиданно раздался еще один крик, прямо под ней, громкий детский вопль, и Кэлен, опустив глаза, увидела, как три зорда одновременно бросились к целителям и детям, спасенным из подземной комнаты. Рядом не было никого, кто мог бы им помочь.

Кэлен закричала от ярости и ужаса, вытащила меч и метнулась вниз с такой скоростью, что легко могла бы обогнать голодного сокола. В самый последний момент она полетела горизонтально земле и оказалась перед первым атакующим зордом. Пролетая мимо него, она нанесла удар мечом, и, хотя она не отличалась особой силой, скорость, с какой она летела, придала ее удару такую мощь, что она могла бы сравниться с мощью бросившегося в атаку быка. Отдача оказалась такой сильной, что у нее заболело плечо, и частично онемели пальцы.

Кэлен промчалась мимо врага и тут же бросилась на защиту детей и целителей, которым грозила опасность. Зорд потерял равновесие из-за удара Кэлен, отсекшего половину его жвала, из которого брызнула мерзкая коричнево-зеленая слизь.

Зорд подскочил в воздух, собираясь приземлиться прямо на спину Кэлен, но она уже видела, как они это делают. Когда зорд подпрыгнул, она выбросила вперед одну руку и призвала на помощь Бектаса. Неожиданный порыв разъяренного ветра налетел на зорда в воздухе и швырнул его на внешнюю стену стедгольда. С пронзительным криком Кэлен снова взмахнула рукой, и ветер бросил чудовище спиной на жесткие камни. Раздался громкий треск. Зорд извернулся и сумел перекатиться на четыре лапы, но блестящая зеленая жидкость стекала из-под пластин, покрывавших его тело, на землю. Через пару мгновений он застыл на земле, точно парус, лишившийся поддержки ветра.

Вопль за спиной Кэлен заставил ее повернуться, и она увидела, как один из вордов схватил Хардена за ногу своими челюстями-когтями и сломал ее, с силой тряхнув уродливой головой. Кэлен слышала треск ломающейся кости.

Другой зорд схватил жвалами другого целителя за пояс и принялся размахивать головой из стороны в сторону, пока у несчастного не сломалась шея. Затем он отбросил его и метнулся к Молли и детям.

Кэлен хотелось завыть от отчаяния, но она взглянула на зорда, которого прикончила, а потом на того, который умер около сарая, и неожиданно кое-что поняла.

Если она не ошиблась, ей удалось обнаружить их слабое место.

Кэлен снова призвала Бектаса и промчалась над двором, приближаясь ко второму ворду и одновременно готовясь нанести удар. Она обнаружила шарообразный выступ у основания круглого панциря и, пролетая мимо врага, пронзила его своим коротким клинком.

Меч вошел в шкуру зорда, и во все стороны брызнула зеленая слизь, которая залила камни двора. Зорд издал тот же щелкающий звук, который Кэлен уже слышала раньше, начал метаться из стороны в сторону, и дети успели отбежать на безопасное расстояние. Кэлен сделала в воздухе сальто, изменила направление полета, пронеслась мимо второго зорда, который выпустил ногу Хардена и попытался схватить его за пояс.

Кэлен нанесла новый удар, и ее меч попал точно в цель. Из раны потекла блестящая жидкость. И Харден, побледневший от боли, выкатился из-под чудовища, которое дико размахивало конечностями. Зорд, спотыкаясь, прошел последние несколько футов, словно не видел, что его жертва сбежала, и упал на землю.

Кэлен опустилась рядом с детьми. Молли и последний невредимый целитель пытались их собрать и увести, и Кэлен бросилась к Хардену.

– Нет! – завопил он, и Кэлен увидела, как из его ноги потоком льет кровь. – Миледи, уводите детей, а меня оставьте.

– Вставай, целитель, – рявкнула Кэлен, наклонилась, чтобы схватить его за правую руку и подставила плечо, помогая подняться. – Идите к Джерами, – крикнула она двоим взрослым.

И тут на нее упала тень.

Кэлен подняла голову и увидела, что новые зорды опускаются с неба, и их жесткие крылья издают сердитые, скрежещущие звуки. Прямо на нее летела по меньшей мере дюжина вордов, так быстро, что спасаться бегством не имело смысла, даже если бы она была одна. Она смотрела на опускающихся зордов, и это короткое мгновение растянулось во времени, наполненное страхом и осознанием того, что сейчас она умрет.

Но тут раздался взрыв, и в воздухе, в самом центре строя зордов, расцвело пламя. Они завертелись и начали падать, а их возмущенные щелчки и вопли заглушили треск крыльев. Двое сразу вспыхнули и рухнули на землю, выписывая безумные спирали, окутанные клубами дыма и тучами сгоревшей и превратившейся в пепел плоти.

Еще более сильные взрывы пламени прикончили нескольких зордов, но одному удалось приземлиться рядом с Кэлен и раненым Харденом. Он повернулся, собираясь наброситься на нее, и, когда Кэлен метнулась в сторону, ее неожиданно прижало к земле огромным весом Хардена.

В следующее мгновение раздалось громкое гудение могучего лука лесного мага, и стрела вонзилась в утопленный глаз ворда так глубоко, что видно было только ее коричнево-зеленое оперение.

Зорд застрекотал, защелкал от боли, содрогнулся, а в следующее мгновение в его другой глаз вонзилась вторая стрела.

Капитан Онис бросился к ослепленному ворду, подняв над головой зажатый в одной руке громадный двуручный меч. Он издал боевой клич, с нечеловеческой силой размахнулся и отсек голову зорда от тела. Тут же на землю полилась вонючая слизь.

– Сюда! – крикнул Дрейк, и Кэлен увидела, что он бежит к ней, держа в руках свой меч, на боку у него висел колчан со стрелами с коричнево-зеленым оперением.

Он схватил Хардена, взвалил на плечо, а потом подтолкнул его в сторону двери, ведущей в большой зал стедгольда.

Кэлен поднялась, чтобы последовать за ним, и, подняв голову, увидела двух рыцарей огня, стоящих на пороге открытой двери. Один из них смотрел на летящих зордов, затем вдруг сжал кулак, тут же вспыхнул новый огненный шар, превратив чудовище в кусок почерневшей горелой плоти.

Кэлен проверила, все ли дети на месте, и догнала Дрейка. У них за спиной Онис выкрикнул приказ, она оглянулась через плечо и увидела, что капитан-рыцарь бежит за ними, пятясь, держа в руке свой меч и готовый прикрыть их спины. В небе возникли еще две огненные вспышки, когда Кэлен влетела в зал. В следующее мгновение чуть дальше послышались новые взрывы, добавляя грохот к оглушительному хаосу сражения.

Едва они оказались в безопасности, Кэлен упала на колени, чувствуя, что тело больше не желает ее слушаться. Она полежала пару секунд, пытаясь отдышаться, и услышала, как к ней подошел Дрейк и прикоснулся к ее спине своей сильной рукой.

– Кэлен, ты ранена? – спросил он.

Она молча покачала головой, а потом едва слышно прошептала:

– Устала. Слишком много магии пришлось использовать. – У нее так отчаянно кружилась голова и ее так сильно тошнило, что она даже не могла подумать о том, чтобы встать. – Что происходит?

– Хорошего мало, – мрачно сказал Дрейк. – Они захватили нас врасплох.

Рядом раздались чьи-то громкие шаги, Кэлен подняла голову и увидела Ониса.

– Ваша светлость, мои рыцари сумели спасти всех, кто оказался отрезанным от центурии Феликса, но он потерял половину своих людей. Джерами и его солдаты пока держатся.

– Дополнительные силы? – напряженным голосом спросил Дрейк.

Онис покачал головой, и Дрейк побледнел.

– Бонуло?

– Марат и его геардос присоединились к остаткам центурии Феликса вместе с моими воинами. Их положение немного укрепилось.

Дрейк кивнул.

– Рыцари?

– Погибло десять человек, – ответил Онис ровным, спокойным голосом. – Пали все наши воздушные рыцари в попытке остановить вторую волну врага. Галтинус тоже мертв.

Внутри у Кэлен все сжалось – треть рыцарей гарнизона погибла, а Галтинус был самым сильным магом воды в гарнизоне. Рыцари и легионеры полагались на способности магов воды, рассчитывая, что те вернут раненых в строй, и смерть Галтинуса станет сокрушительным ударом для морального духа и возможностей их армии.

– Пока нам удается их удерживать, – продолжал Онис. – Ветераны Джерами не потеряли ни одного человека, а могучий геардос Марата топчет этих тварей, как жуков. Но маги огня уже начинают уставать. Долго им не продержаться.

Дрейк кивнул.

– Нам нужно сконцентрировать наши силы. Подай Джерами сигнал, чтобы он объединился с центурией Феликса. И пусть пробираются сюда. Лучшего места для обороны не найти.

Онис кивнул, приложил к груди кулак, отдав честь, и, повернувшись, направился в сторону ревущего хаоса сражения.

В этот момент Кэлен услышала одинокий высокий, пронзительный звук, похожий на крик ястреба. И прежде чем он смолк, над стедгольдом прогремело громоподобное жужжание. Кэлен повернула голову, а Дрейк, не говоря ни слова, взял ее за руку и помог подняться на ноги. Они вместе подошли к двери.

Когда они остановились на пороге, гром начал затихать, и Кэлен, подняв голову, увидела, что дюжины чудовищ поднимаются в воздух и направляются в сторону Гарда.

– Они убегают, – тихо сказала она.

Дрейк покачал головой и спокойно ответил:

– Они отводят свои силы. Посмотри на двор.

Кэлен нахмурилась, а потом взглянула на двор. Кровь заполнила трещины между камнями, окружив каждый из них алым ореолом, оставляя тут и там ярко-красные лужицы. В воздухе пахло кровью и смертью и мерзким, зловонным запахом сгоревших зордов.

Разорванные на куски, изуродованные трупы рыцарей и легионеров лежали повсюду. Куда бы Кэлен ни посмотрела, она видела останки солдат, которые были живы еще сегодня утром. Теперь же тела представляли собой горы мертвой плоти, и похоронить кого-нибудь пристойно не было никакой возможности – оставалась лишь общая могила.

Им удалось убить меньше тридцати зордов. Большинство из них были сбиты с неба рыцарями огня, да еще солдаты Джерами прикончили двоих, четверо валялись в дальнем конце двора, растоптанные могучими ногами геардоса – геардоса вождя Маратов.

Кэлен насчитала двадцать шесть дохлых зордов. Примерно в два раза больше поднялось в небо, когда они отступили. За стенами стедгольда наверняка валялись и другие мертвые враги, но их было немного.

Кэлен уже доводилось видеть кровь и смерть. Но то, что произошло здесь, было так страшно, так дико и неожиданно, что у нее возникло ощущение, будто виденное ею вошло в ее сознание, прежде чем она смогла защититься от жутких картин. Внутри у нее все сжалось от отвращения, и ей с трудом удавалось держать себя в руках. Но силы воли остановить слезы, которые текли по щекам, у нее не осталось, и они застилали глаза влажной пеленой.

Рука Дрейка сжала ее плечо.

– Кэлен, тебе нужно лечь. Я пришлю целителя.

– Нет, – тихо ответила она. – У нас полно раненых. Ими следует заняться в первую очередь.

– Разумеется, – пробасил Дрейк. – Фредерик, займись кроватями. Принесите их сюда и расставьте. Мы положим раненых здесь.

– Слушаюсь, сэр, – ответил Фредерик откуда-то из-за их спин.

В следующий момент Кэлен вдруг сообразила, что лежит на кровати и Дрейк накрывает ее одеялом. Она слишком устала, чтобы протестовать.

– Дрейк? – позвала она.

– Да?

– Займись ранеными. Распорядись, чтобы им принесли еды. Потом нам нужно будет собраться и решить, что делать дальше.

– Что делать дальше? – удивленно спросил он.

– Именно, – сказала она. – Зорд причинил нам серьезный урон. Еще одна атака может нас прикончить. Мы должны подумать об отступлении, пока не придет помощь.

Дрейк помолчал немного, а потом сказал:

– Зорд убил геардосов и лошадей, графиня. На самом деле я думаю, что целью их атаки было именно это – убить лошадей, наших целителей и искалечить как можно больше легионеров.

– Зачем? – спросила Кэлен.

– Чтобы у нас на руках было много раненых.

– И чтобы мы оказались в ловушке, – догадалась Кэлен.

– Мы могли бы бежать отсюда, – сказал Дрейк. – Но тогда нам пришлось бы оставить раненых.

– Ни за что, – тут же заявила Кэлен.

– Тогда отдохни, пока есть такая возможность, графиня, – сказал он. – Мы никуда отсюда не уйдем.

Глава 21

– Я чувствую себя ужасно глупо, – сказала Белла. Она смотрела в большое зеркало и хмурилась, разглядывая платье, которое принесла для нее Жанин. – Я выгляжу глупо.

Платье было из темно-синего шелка и отделано по моде городов северных областей королевства – украшенный бисером лиф так плотно облегал грудь Беллы, что даже ее худое тело приобрело женственные очертания. Ей пришлось снять цепочку с кольцом, и она убрала ее в кошелечек из ткани, спрятанный во внутреннем кармане платья.

Жанин достала простые, но очень красивые серебряные украшения – кольца, браслет и ожерелье с темным ониксом. Бросив на Беллу оценивающий взгляд, она расплела ее косу, и волосы окутали плечи и спину до самой талии темными, блестящими волнами с редкими серебряными прядями. После этого Жанин потребовала, чтобы Белла воспользовалась косметикой, хотя и совсем чуть-чуть. Когда Белла посмотрела в зеркало, она едва узнала женщину, которую там увидела. Она выглядела… какой-то нереальной, словно кто-то другой прикидывался Беллой.

– Ты очень хорошенькая, – сказала Жанин.

– Ничего подобного, – ответила Белла. – Это не… не… это не я. Мне не нравится.

– Ты стала очень хорошенькой, милочка. Ты выглядишь потрясающе, и я настаиваю на признании моих усилий. – Жанин надела шелковое платье глубокого янтарного цвета, прикоснулась гребешком к волосам Беллы, поправляя выбившиеся пряди, и в ее глазах заплясали веселые искорки. – Мне говорили, что лорд Калар обожает женщин с фигурами юных девушек и темными волосами. У его жены сделается припадок, когда она увидит, как он будет на тебя пялиться.

Белла покачала головой.

– Я совсем не хочу, чтобы кто-то на меня пялился. В особенности на приеме, который устраивает человек, нанявший убийцу, чтобы тот меня прикончил.

– Нет никаких доказательств, что за попытками тебя убить стоит лорд Калар, милочка. Пока. – Куртизанка отвернулась от Беллы и, довольно улыбаясь, принялась разглядывать свое безупречное отражение в зеркале. – Мы ослепительны – так и должно быть, если мы хотим произвести впечатление и добиться своей цели. Это мелкое, глупое тщеславие, но все равно правда.

Белла снова тряхнула головой.

– Все так глупо. Жизни многих людей угрожает опасность, а наша главная надежда заставить кого-то действовать заключена в необходимости подчиниться моде, чтобы к нам благосклонно отнеслись на садовом приеме. Сейчас неподходящее время для такой ерунды.

– Мы живем внутри общества, созданного тысячами лет тяжелого труда, усилий и войны. По необходимости мы являемся жертвами его истории и законов.

Жанин на мгновение склонила голову набок, задумчиво разглядывая свое отражение, затем ловко вытащила несколько локонов из заколок, которые удерживали волосы, и они упали, легким облаком обрамляя лицо. Куртизанка улыбнулась, и Белла почувствовала, как она сжала ее теплые пальцы.

– Признайся, платье сидит на тебе великолепно.

Белла просияла, несмотря на все свои заботы, и принялась вертеться перед зеркалом.

– Думаю, вреда не будет, если я надену красивое платье.

– Вот именно, – подтвердила Жанин. – Ну что, пошли? Карета приедет через пару минут, а я еще хочу насладиться выражением лица сэра Диоса, когда он тебя увидит.

– Жанин, – мягко запротестовала Белла. – Ты же знаешь, меня эти вещи не интересуют, я не стремлюсь к подобному вниманию.

– А ты бы попробовала. Тебе может понравиться. – Она остановилась, посмотрела на Беллу и спросила: – Ты бы хотела встретиться сегодня вечером с каким-нибудь определенным мужчиной?

Белла слегка коснулась пальцами кольца, спрятанного в кармане.

– Когда-то такой мужчина был.

– Он не стал частью твоей жизни? – спросила Жанин.

– Он умер. – Белла не хотела, чтобы ее голос прозвучал холодно и жестко, но так получилось, и она об этом не жалела. – Я о нем не хочу говорить.

– Разумеется, – задумчиво ответила Жанин. – Прости меня за столь личный вопрос.

Затем она улыбнулась, словно этих слов не было, взяла Беллу под руку и повела ее к выходу из особняка сэра Диоса.

Она обогнала ее в самый последний момент перед тем, как они подошли к лестнице, ведущей вниз, в главный вестибюль, чтобы привлечь внимание хозяина и устроить показательное выступление смущенной Беллы.

Морщинистое лицо седовласого пожилого рыцаря тут же расплылось в широкой улыбке.

– Астелы, барышня! Я даже представить себе не мог, что из тебя может такое получиться.

– Диос! – возмутилась Жанин и погрозила ему пальцем. – Как вы смеете недооценивать мое умение пользоваться косметикой.

Белла снова улыбнулась и начала спускаться по лестнице следом за Жанин.

– Жанин сказала мне, что я должна поблагодарить за платье вас, сэр Диос. Я признательна вам за вашу щедрость и с нетерпением жду возможности за нее отплатить.

Старый рыцарь помахал в воздухе рукой.

– Тут не о чем говорить, стедгольдер. Глупые старики склонны тратить свои денежки на симпатичных девушек. – Он бросил взгляд на Жанин. – По крайней мере, мне так говорили. Дамы, позвольте проводить вас к вашей карете.

– Полагаю, выбора у нас все равно нет, – фыркнула Жанин.

Она грациозно взяла протянутую руку сэра Диоса, а Белла вышла за ними через переднюю дверь особняка. Серебристо-белая карета, запряженная четырьмя серыми лошадьми, ждала их перед домом, возница в серой ливрее держал в руках вожжи, а другой спустился вниз со ступеньки позади кареты, откинул складные ступени и открыл перед женщинами дверь.

– Очень мило, – пробормотала Жанин, обращаясь к сэру Диосу, потом посмотрела на него и добавила: – Я заметила, что вы сегодня решили прихватить с собой свой меч, сэр.

У Диоса был изумленный вид.

– Правда? Астелы забери!

– Правда. А еще я заметила, что ваш костюм очень похож на ливрею конюха.

– Поразительно, – улыбаясь, сказал Диос. – Какое потрясающее совпадение.

Она остановилась и, сурово нахмурившись, посмотрела на пожилого рыцаря.

– А место рядом с возницей почему-то пустует. Что вы задумали?

– Что? Я тебя не понимаю.

Жанин вздохнула.

– Диос, милый, я вас об этом не просила. Вы уже достаточно сделали для нашего королевства. Вы в отставке. И у меня нет ни малейшего желания втягивать вас в опасные игры. Оставайтесь здесь.

– Не думаю, что понимаю, о чем вы говорите, леди Жанин, – ответил Диос дружелюбно. – Я всего лишь провожаю вас до кареты.

– Ничего подобного, – сердито заявила Жанин.

Старый рыцарь посмотрел на Беллу и подмигнул ей.

– Ну, может, и нет. Но мне тут подумалось, если бы я и в самом деле собирался прокатиться рядом с кучером, вы бы ничего не смогли с этим сделать, леди. Как только вы усядетесь, я заберусь наверх и обеспечу вам дополнительную защиту, вне зависимости от того, желаете вы принять ее от меня или нет.

Жанин поджала губы.

– Значит, мне не удастся вас отговорить, верно?

Диос простодушно улыбнулся.

Жанин сердито вздохнула и прикоснулась к его руке.

– По крайней мере, обещайте мне, что будете осторожны.

– Есть старые воины, и есть храбрые воины, – заявил Диос, повторяя старую поговорку легионеров. – Но очень мало старых храбрых воинов. – Он пошире распахнул дверь кареты и сказал: – Прошу вас, дамы.

Жанин и Белла устроились в роскошно убранной карете. Диос закрыл дверь, и через секунду карета тронулась с места. Белла наблюдала за лицом Жанин, ощущая беспокойство курсора, несмотря на ее попытки скрыть свои чувства.

– Ты за него боишься, – пробормотала Белла.

Жанин вымученно улыбнулась.

– В свое время он был одним из самых опасных людей в королевстве. Очень давно.

– Он обожает тебя, – тихо сказала Белла. – Как дочь.

Улыбка Жанин стала немного грустной.

– Я знаю.

Миниатюрная куртизанка сложила на коленях руки и демонстративно повернулась к окну. Остаток пути они проехали молча.

Городской дом лорда Калара был больше Индерфорда и поднимался на семь этажей вверх. Стены здания украшали балконы и лестницы, уставленные растениями в кадках, с толстыми листьями и цветами и низкорослыми деревьями, превращенными в прекрасные крошечные сады, в которых даже имелись великолепно освещенные фонтаны. Кучер мог проехать в главные ворота, не опуская головы и не опасаясь за колеса кареты. Флаги и вымпелы в серо-зеленых цветах города Калар украшали все балконы, ограды, окна и колонны, а также два ряда статуй, стоящих вдоль дорожки, ведущей к передней двери.

Уверенно держа фальшивое приглашение в руке, Жанин провела Беллу по освещенной дорожке к двери.

– Думаю, дом сам говорит о своем хозяине, – заявила Жанин. – Богатый. Большой. Кричащий. Я бы еще что-нибудь сказала, но, боюсь, это прозвучит слишком недобро.

– Насколько я понимаю, тебе лорд Калар не нравится? – сказала Белла.

– Никогда не нравился, – весело ответила Жанин. – Даже если на время забыть о его нынешней деятельности, я всегда считала его бесхарактерным, злобным хамом и надеялась, что он подцепит какую-нибудь ужасную болезнь, которая выставит его в жутко унизительном свете.

Белла рассмеялась.

– Ну и ну! И тем не менее ты явилась на его прием.

– А почему бы и нет? – сказала Жанин. – Он меня обожает.

– Правда?

– Конечно, милочка. Меня все обожают. Мне здесь будут рады.

– Если он тебя обожает, тогда почему тебя не пригласили на прием?

– Потому что список приглашенных составляла леди Калар, – пояснила Жанин. – Она на дух не выносит привлекательных женщин, которых, как правило, обожает ее муж. – Куртизанка фыркнула. – Иногда она ведет себя просто ужасно.

– И почему мне кажется, будто ты с удовольствием отвечаешь на ее неприязнь?

Жанин помахала в воздухе рукой.

– Ерунда, милочка. Злорадство не пристало приличной даме.

Она подошла к швейцару, который стоял на пороге, и протянула ему приглашение. Он мельком взглянул на него, улыбнулся Жанин, поклонился и вежливо пропустил внутрь. Жанин провела Беллу в огромный вестибюль, украшенный статуями. Они прошли по нему, и их туфельки тихонько постукивали по каменному полу. Они миновали островки света, которые создавали разноцветные магические лампы, развешенные между статуями. В вестибюле царила удивительная тишина.

Вне всякого сомнения, полумрак и тишина поддерживались здесь не просто так, ибо, когда Белла добралась до конца вестибюля, оказалось, что он выходит в громадный сад, являвшийся сердцем дома. Сад был сказочным, тут и там на глаза попадались кусты, подстриженные в форме лошадей и геардосов, густые пурпурно-зеленые листья экзотических деревьев из Феверторнских джунглей и множество фонтанов. Магические лампы всех цветов освещали сад, а между ними метались огненные фигурки, исполнявшие невероятно сложный танец, повторявшийся струями воды, грациозно взлетавшими в воздух в ритмичном контрапункте.

Освещение в саду меняло цвет в долю мгновения, и Белла почувствовала, что у нее кружится голова. Музыка наполняла сад. Звучали дудочки, струнные инструменты, медленный ритм выбивал барабан, весело пела деревянная флейта.

И люди. Белле редко доводилось видеть такое количество людей в одном месте, и на каждом были костюмы, стоимость которых могла бы по меньшей мере покрыть месячные налоги ее стедгольда. По саду разгуливали гости с золотистой кожей жителей солнечного южного побережья, люди с тонкими, суровыми чертами лица, прибывшие из горных областей, расположенных к западу от столицы, и темнокожие моряки с западного побережья. Украшавшие одежду драгоценности, кольца, амулеты и ожерелья поражали воображение, а их цвета смешивались, вспыхивая в постоянно меняющемся свете.

Восхитительный аромат пирожных, печенья и жарящегося мяса наполнял воздух, смешиваясь с запахами цветов, свежескошенной травы и экзотических духов гостей, проходивших мимо них. В одном углу сада жонглер развлекал около полудюжины детей разного возраста, в другом – барабаны отбивали быстрый, напряженный ритм, под который три рабыни танцевали сложный традиционный каларанский танец.

Белла, раскрыв рот, смотрела по сторонам.

– Астелы! – выдохнула она.

Жанин похлопала ее по руке.

– Ты должна помнить: несмотря на их роскошь и могущество, они всего лишь люди. А этот дом и сад куплены за обычные деньги, – прошептала она. – Калар старается показать всем свое богатство, похвастаться своим состоянием. Вне всякого сомнения, он намеревается превзойти великолепием приемы, которые собираются устроить Аквитейн и Родос.

– Я в жизни не видела ничего подобного, – сказала Белла.

Жанин улыбнулась и огляделась по сторонам, и Белла вдруг увидела грусть в ее глазах.

– Да. Наверное, это действительно красиво. – Она продолжала улыбаться, но Белла почувствовала примесь горечи в ее словах. – Но я видела, что происходит в подобных местах, стедгольдер. И больше не могу получать удовольствие от фасада.

– Неужели и правда все так ужасно? – тихо спросила Белла.

– Бывает, – сказала Жанин. – Но, в конце концов, именно в таких местах я делаю свое дело. Возможно, я слишком устала. Послушай, милочка, давай ненадолго отойдем в сторонку, чтобы те, кто идет за нами, не наступили на подол твоего платья.