Текст книги "We're all on fire (СИ)"

Автор книги: Эмили Стаффорд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 42 (всего у книги 49 страниц)

Хуже стало тогда, когда чёртова тренировка, наконец, закончилась. И Луи, и Митч оставили свои сумки около Гарри, поэтому оба направились именно к нему. Они старались не говорить, и Гарри подумал, что, наверное, это чтобы не злить его самого. Это что, проявление заботы? О да, именно это ему и было нужно, конечно.

А когда оба парня приложили к губам свои бутылки, Гарри вдруг осознал, что сам устал. Этот час, наблюдая за бегающими по полю парнями, Стайлс провёл в волнении. И теперь он понял, что ему и самому было бы неплохо сделать хотя бы глоток воды. И это стало его ошибкой, потому что…

– Дай воды, – попросил он, обращаясь, конечно же, к Луи. Томлинсон тут же протянул бутылку, кивая, но через мгновение Стайлс осознал, что то же самое сделал и Митч. И в тот же миг ему показалось, будто бы что-то где-то перемкнуло, потому что хуже ситуации быть ну просто не могло.

– Эм, спасибо, – выдавил улыбку Стайлс.

Казалось бы, ничего такого. Он должен был просто взять бутылку у Луи и всё, ведь это его парень. Но при одном взгляде на Митча Гарри понял, что всё далеко не так просто, как ему кажется.

Митч чуть улыбался, глядя на Гарри почти с вызовом. Он изогнул брови, как бы спрашивая его, что же он сделает далее. По его взгляду Гарри прочёл предупреждение. И он его прекрасно понял. Уверен, что должен сделать именно так? Не боишься какого-нибудь действия от меня? Рассказал ему?

Конечно, Митч знал, что Гарри ничего не рассказал. Он прекрасно знал, что Стайлс не сможет. Они были слишком близки, чтобы Митч не смог предугадать такую простую деталь. И именно поэтому Гарри, закусив губу и почти помолившись про себя, протянул руку вперёд и взял бутылку из рук Митча.

– Спасибо, – тихо сказал он, опуская взгляд.

Луи несколько мгновений стоял с вытянутой рукой, а затем, нервно улыбнувшись, пожал плечами и наклонился к своей сумке, собирая вещи. Гарри видел, что парень растерян, но не мог ничего сделать.

Митч же стоял, смотрел на него и улыбался. Это была не такая улыбка, которую обычно он дарил Гарри. Не светлая и тёплая. Это была та улыбка, которой он обычно одаривал своих противников. Луи был для него таковым. И так он смотрел на людей, которых побеждал. И от этого Гарри стало не по себе.

– Не думаешь, что опасно держать некоторые вещи в тайне, Хазза? – специально громко спросил Митч, вскинув брови. Когда Луи поднялся и нахмурился, не понимая, о чём речь, парень просто усмехнулся и пошёл к раздевалкам, попутно пожимая плечами.

В тот же миг Гарри осознал, в какую, чёрт возьми, дерьмовую борьбу он ввязался. И, к несчастью, он также прекрасно понимал, что победителем в любом случае станет Митчи.

========== 32. Выход ==========

Гарри думал, что откинется за эту неделю. Семь дней, внезапно оказавшиеся слишком сложными, едва не лишили его сна.

Ситуация с Митчем уже выходила за рамки маразма, но останавливаться не собиралась. По Уолтеру было видно абсолютно всё. Гарри смотрел на него и всё понимал, но поговорить всё никак не мог. Возможно, если он обговорит всё с Митчи, то всё вернётся на свои места. Ведь они были друзьями с самого детства, всегда вместе, всегда примчатся, если надо. Хотя сейчас это было не слишком-то хорошо.

Митч ходил по грани, прекрасно на ней балансируя, а вот Гарри, которого Уолтер зацепил с собой, грозился свалиться вниз в любой миг. Луи не понимал, что происходит. Пит, Патрик, Зейн, даже сам Гарри не понимали, что происходит. Контроль над ситуацией сохранял один лишь Митчи. И, что самое ужасное, Гарри знал, что может изменить всё в любой момент. Но всё равно он этого не делал.

Гарри было по-настоящему тяжело. Утром он уже ежедневно шёл в школу пешком, чтобы, не дай Иисус, его не забрали из дома Луи или Митч. Если это сделает первый, психовать начнёт Уолтер, если второй – наоборот. И если бы так было только по утрам.

На тренировках, после уроков, просто в свободное время, на прогулках, у Стива. Это происходило везде. Митч всегда делал так, что Гарри обращал своё внимание именно на него. Смотрел на него, говорил с ним, шёл рядом с ним. И при этом всегда выходило так, что Луи оставался один.

Через неделю подобных мучений Гарри понял, что больше так он не может. Ему нужно было всё изменить. В понедельник он прогулял школу, даже наплевав на то, что это был первый день проведения занятий учениками Леонардо. Ему было похеру. Он, наоборот, сейчас боялся этого больше всего на свете.

Именно поэтому Гарри решил, что на следующий день всё изменит. Это ведь просто, нет? Сделать лишь две вещи. Поговорить с обоими. Одного попросить успокоиться, другому раскрыть секрет. Ужасный секрет, последствия которого мучают его уже херову неделю. И, что самое омерзительное, он знал, что виноват сам.

Он разозлился на Луи. Он на него накричал. Он упросил Митча уйти. Как только они оказались в отеле? Наверное, проанализировав состояние кудрявого, Уолтер сам решил дать ему отдохнуть. И вот так оно и получилось.

Во вторник Гарри шёл в школу так, будто бы она должна была взорваться именно сегодня. Телефон вибрировал, оповещая о куче новых сообщениях от Луи, который, наверное, до сих пор на него в обиде за то, что он прогулял первый день. И Гарри было очень стыдно, правда. Он обижал шатена теперь чуть ли не ежедневно. То уходами к Митчу, то вот такими вот выходками.

И почему-то ощущения того, что сегодня всё изменится в лучшую сторону, у Гарри всё ещё не было.

В школе было по-другому. В воздухе витало некое терпкое ожидание, которое обычно бывает в эти дни. Гарри ненавидел это впервые за несколько лет. Потому что он впервые за всё это время не хочет, чтобы кому-то из этих учеников навредили. Потому, что на этот раз здесь его друзья. Его парень. И ещё один парень, с которым он ему почти изменил. Вот весело-то.

Гарри вошёл в школу и тут же скривился. У каждого его сокурсника на губах была улыбка. Они все ждали чего-то весёлого, им всем хотелось шоу. И Гарри стало стыдно, когда он понял, что год назад сам ходил с точно такими же мыслями. Кого изнасилуют? Кого споят? Кому дадут закинуться? Может, и умрёт кто? Хотя,

маловероятно.

Гарри поёжился и просто пошёл дальше. Он чувствовал на себе взгляды. Он знал, что на него смотрят с уважением. У него был авторитет, не испортившийся даже после начала отношений со студентом из Леонардо. Наверное, разрыв шаблона произошёл ещё в прошлом году из-за Джеммы и Эша.

– Ты, сестрёнка, в таком дерьме точно не оказывалась, – прошептал себе под нос Гарри.

Первый его урок был биологией, а это значило, что у него есть время на раздумья. Он решил не заходить ни к кому перед уроком. Наверное, он просто соврёт о том, что опоздал, поэтому не успел. На самом деле он просто не хотел никого видеть. Луи он стыдился. Он не мог на него смотреть, зная, что именно не может сказать. А Луи смотрел на него так, как и всегда. Большими глазами, полными херовой любви, которую Гарри почти предал. И как исправлять это – хер знает.

К Митчу он подходить попросту боялся. Уолтеру не нравилось, когда они с Луи были рядом. Он постоянно вмешивался, чтобы исправить это, а потом ходил с довольной улыбкой весь оставшийся день. А Гарри даже возразить не мог. Всё потому, что он слабак. Потому, что не может просто сказать. И когда он стал таким слабохарактерным?

Гарри очень повезло с тем, что он понятия не имел, что это за девушка, которая вела в этом году биологию. Это позволило ему забить на урок и углубиться в свои мысли. Зейн и Лиам были заняты своими делами, а Крис вообще сегодня не явился, поэтому Стайлса никто не отвлекал.

К кому подойти в первую очередь? С кем поговорить? Если подойти к одному, сто процентов в скором времени рядом окажется второй, разговора не получится. Но что же тогда?

Гарри ненавидел себя за всё это. За случившееся, за происходящее сейчас. Он даже не смог за этот урок ничего для себя решить. В голове как была пустота, так и осталась. Что ж, если бы он хотел почувствовать себя ничтожным, он бы точно преуспел в этом. Большим кретином в своей жизни он ещё не был.

В итоге Гарри сделал хуже. Он сбежал. Второй урок у него вёл Митч, но Стайлс просто его прогулял. Ему было стыдно, но он просто взял и свалил на сорок минут из школы. Благо, охранников здесь не было уже лет пять.

Гарри знал, что это ему аукнется. Понимал, что Митчу это точно не понравится. Но третий урок вёл Луи. Митча там быть не может. Гарри сможет сидеть сорок минут и смотреть только на шатена, а ему никто не помешает. Кажется, в тот момент это стало его самой заветной мечтой. Правда, ненадолго.

К третьему уроку Гарри специально немного опоздал, чтобы не пересечься ни с кем в коридоре. К счастью, кудрявый прекрасно знал, где преподаёт Томлинсон. Кабинет литературы, облюбованный им ещё в минувшем году. И почему-то Гарри вдруг очень сильно захотелось в тот самый минувший год вернуться.

– Простите, могу я войти? – не постучавшись, Гарри открыл дверь и вошёл в кабинет, зная, какую реакцию это вызовет.

Ну и, конечно, как и ожидал Стайлс, все его одноклассники засмеялись, а Луи, до этого писавший что-то на доске, повернулся и сложил руки на груди, пытаясь выглядеть недовольным. Гарри решил подыграть ему и не обращать внимания на норовящую появиться улыбку.

– Какова причина вашего опоздания, мистер, – Луи прервался, чтобы взглянуть в журнал и “узнать” имя опоздавшего, – Стайлс? – а затем поднял голову и взглянул на Стайлса, вскинув брови.

– Заблудился, представляете? – Гарри шутливо округлил глаза и покачал головой, как бы выражая всю степень своего шока. Одноклассники Стайлса, прекрасно знающие, кем Луи и Гарри друг для друга являются, лишь улыбались и довольно переглядывались, с удовольствием глядя на развернувшуюся сцену.

– Что ж, мистер Стайлс, быть может, вам стоит обратиться за помощью? Знаете, если вы, учась столько лет в этой школе, до сих пор не можете найти кабинет литературы, то это действительно вызывает беспокойство, – покачал головой Луи. Гарри не смог не улыбнуться. Он скучал по парню, причём очень сильно. И угораздило же его.

– Сэр, вам не кажется, что вы слишком сильно обо мне беспокоитесь? Не хотите ли вы мне что-нибудь сказать? – Гарри склонил голову набок и закусил губу. Судя по сощурившимся глазам Луи, тот понял, что кудрявый пытается его вывести.

– Нет, мистер Стайлс, не хочу, – спокойно ответил шатен, едва заметно улыбаясь. – А теперь я попрошу вас занять свободное место, вы и так отняли у меня много времени.

– Время, проведённое со мной, нельзя считать отнятым, сэр, – очень тихо проговорил Гарри, но Луи уже не услышал. Зато вот Зейн не выдержал и громко заржал, прикрывая лицо ладонями. – Развлекаешься, Малик? – проходя мимо друга, кудрявый ответил ему подзатыльник, а затем уселся за первую парту. И это, наверное, было сейчас лучшее место. Во всяком случае, с него зад шатена был виден гораздо лучше.

– Итак, как я уже сказал, сегодня мы поговорим о ваших кумирах, – Луи отвернулся и продолжил записывать тему, будто бы специально слегка покачивая бёдрами.

Гарри лишь ухмыльнулся и покачал головой. Теперь уже его черёд был понимать, что его пытаются вывести на что-то безрассудное. Что ж, они всегда друг друга стоили.

– Я просто попрошу вас написать десять пунктов о человеке, который является вашим кумиром. Ну или же просто тот, кем вы восхищаетесь, кто вам нравится как личность. В конце урока сдайте мне работы, я просмотрю и выставлю всем оценки, – объявил шатен, повернувшись к классу и отряхнув ладони.

Гарри с удовольствием и гордостью отметил, что все без возражений потянулись за листами. Луи заработал себе авторитет и создал репутацию ещё в прошлом году. Его теперь все знали. Ну и, наверное, ещё все боялись самого Гарри, прекрасно зная, что он сделает с любым, кто не послушает Томлинсона. Но об этом кудрявый думать не хотел.

Вместо этого он потянулся за телефоном. Написать о человеке, которым он восхищается? Без проблем. Он и не только десять пунктов готов написать, все сто пятьдесят, но вряд ли его учитель это одобрит. Хотя…

Гарри чувствовал на себе взгляд Луи, поэтому не мог перестать улыбаться. Он знал, что нервирует шатена прямо сейчас. Он ведь должен, вроде как, подавать пример, а сам уткнулся в телефон. Но он-то понимал, что всё делает верно.

– Мистер Стайлс, не хотели бы вы начать работать? – не выдержал-таки Луи. Гарри закусил губу и поднял на него взгляд, стараясь не улыбнуться.

– Не хотел бы, – просто ответил кудрявый и вновь опустил взгляд в телефон. Когда Луи открыл рот, чтобы сказать что-то ещё, Гарри нажал на кнопку “отправить” и довольно заулыбался.

Кому: родной

Луи Уильям Томлинсон

1. Я восхищаюсь им потому, что люблю его.

2. Потому, что он любит меня.

3. Потому, что он очень и очень красивый.

4. И горячий.

5. И потому что виляет задом у доски, зная, что я смотрю.

6. Потому, что издевается надо мной перед всем классом.

7. Потому что мы давно не проводили время вместе.

8. Потому что я хочу исправить это сегодня же.

9. И кое-что ему рассказать.

10. И я надеюсь, что он, забыв про то, какой я мудак, согласится.

11. Потому что я его люблю.

Гарри долго думал над девятым пунктом, но в конце концов решился. Сегодня. Он просто всё изменит. Наконец, он найдёт в себе силы. И уже не от него зависит, чем это всё закончится.

Луи по мере прочтения не краснел, а лишь улыбался шире. В конце же он просто закусил губу и поднял на Гарри взгляд, от которого у того спёрло дыхание. Как же давно они не смотрели друг на друга так. Это был именно тот “влюблённый взгляд”, о котором так часто говорят на тамблере. Буквально глаза-сердечки. И чем только он это заслужил?

– Десять пунктов, а не одиннадцать, – почти беззвучно произнёс Луи, глядя Гарри в глаза. Судя по смешку с задних парт, это было замечено лишь Зейном.

– Моё восхищение этим человеком не уместятся в десять пунктов, – шепнул Гарри.

После этого Стайлс знал, что уже может ничерта не делать. Господи, да он может все две недели в школу не ходить, Луи всё равно сделает так, что по всем предметам у него будет стоять высокий балл. Как же хорошо иметь парня, который заведовал сейчас всем учебным процессом. А главное удобно-то как.

Гарри думал, что этот урок пройдёт прекрасно. Они с Луи не смотрели друг на друга, но всё равно изредка переглядывались, а после едва ли заставляли себя отвернуться. Гарри скучал по шатену. Так сильно, что становилось удивительным то, как это он прожил без него рядом целую неделю. И что это с ними произошло?

И от этих мыслей в Гарри лишь крепла уверенность по поводу дальнейших действий. Рассказать. Он должен был сделать это давно. Он расскажет, а потом Митчу нечем будет его “шантажировать”. Он потеряет это подобие власти над кудрявым. И под вопросом остаётся лишь реакция Томлинсона.

Безусловно, это лучше, чем если бы Митч сказал ему, но вот что будет? Он обидится? Определённо. Пошлёт? Очень возможно. Но ведь он наверняка в итоге простит. Ведь это, вроде как, проявление честности, хоть и запоздалой. А в их отношениях именно она является главной ещё с конца мая. И как же он едва не предал это всё?

Но, к сожалению, не суждено было Гарри просидеть до конца этого урока. Наверное, это судьба. Или сам Дьявол. В любом случае, это самое одно из двух очень и очень любило давать ему под зад, вслед помахивая ручкой со словами “А ты думал, что всё будет по-твоему? О, да у нас тут кретин”.

– Извините, мистер Томлинсон, могу я отпросить у вас одного ученика? Мне там нужна помощь в кабинете, сам не справляюсь.

Гарри медленно закрыл глаза и принялся беззвучно молиться. Ну что же это, блять, такое-то? Ну только ведь придумал план, а теперь опять всё по херам? Ну что он такое сделал, что его жизнь так постоянно наказывает?

– Уж просите, мистер Уолтер, но какого рода помощь вам необходима? – изогнул брови Луи.

Гарри поёжился от одного только его вида. Он всегда так злился, когда Митч пытался выкинуть подобное? Если да, то каким образом он умудрился не замечать этого неделю? Да он ещё больший придурок, оказывается.

– Физическая, – спокойно ответил Митч. Гарри продолжал смотреть в окно, делая вид, что его это не касается. Хотя, конечно, все трое понимали, за кем именно пришёл Митч. И Луи это, кажется, не нравилось больше всех.

– Что ж, можете взять Лиама. Думаю, физическая помощь его не затруднит, – Луи выдавил подобие улыбки и выпрямился. Гарри с сожалением осознал, что шатен страшно проигрывает Митчу просто во всём, и в том числе в актёрской игре.

– Ну, мистер Пейн, как я вижу, выполняет письменное задание, поэтому я, пожалуй, выберу из тех учеников, кто уже с работой покончил, – Гарри услышал в голосе Митча улыбку и в тот же миг сдался.

Уолтер побеждает всегда. Всю жизнь берёт то, что именно хочет. И никак иначе. И теперь, кажется, Гарри стал тем, что Митч хочет взять. И как исправить это – хер его знает, потому что Стайлс сам всё это сотворил.

Гарри не стал притворяться, будто усердно трудится над заданием. Он знал, что Митч успел посмотреть на него за это время уже тысячу раз. Он просто рассматривал Луи, пытаясь не обращать внимания на странную боль в груди. Шатен был сосредоточен. Он напоминал струну. И Гарри очень боялся, что сможет довести его до того состояния, когда струна просто лопнет. Вот уж этого ему точно хотелось меньше всего. Но почему же казалось, что это сейчас так возможно?

– Мистер Стайлс, вас не затруднит?

Гарри поймал взгляд Луи и поджал губы. Шатен был расстроен, это было ясно. И Гарри не придумал ничего лучше, кроме как просто улыбнуться ему. Почему-то ему казалось, что прямо сейчас ему нельзя уходить. Что от этого случится что-то очень и очень плохое. Но, тем не менее, вместо этого он встал и повернулся, впервые за последние два дня встречаясь с Митчем лицом к лицу.

– Конечно же нет, мистер Уолтер, – спокойно ответил Гарри.

Потом кудрявый решил не оборачиваться, зная, что иначе не сможет уйти. Луи же не мог избавиться от предчувствия и ощущения того, что после этого учебного дня что-то изменится. Почему-то его не покидали мысли о том, что эта осень, наверное, будет слишком холодной.

***

– Слушай, Хазза, я не врал по поводу помощи, мне она действительно нужна. Ну, она заключается просто в том, что ты должен спрятать пару доз, но ведь ты не против свалить с урока, да? С моего вот ты свалил вполне без проблем, – улыбнулся Митч.

Гарри поджал губы. Ему впервые в жизни было неуютно рядом с Митчем. И он знал, что это вина его самого. Он всё испортил, не Митч. Теперь же Уолтер просто пытается… что? Что он делает? Гарри не знал ответа на этот вопрос. Он пытается что-то изменить? Он решил, что есть шанс? На что-то между ними? Но они ведь братья, разве нет?

– Митч, прекрати это, – слишком резко произнёс Гарри, хмурясь. Митч обернулся и действительно удивлённо взглянул на него. Что ж, значит, они сегодня всё-таки поговорят.

– О чём ты? – нахмурился Уолтер. Гарри обернулся, проверяя, нет ли поблизости открытых кабинетов. К счастью – или же наоборот – все двери были заперты. Они были в почти пустом коридоре. И от этого почему-то легче не становилось.

– Ты знаешь, о чём я, – мотнул головой Гарри. – Почему ты делаешь это? Для чего? Я понимаю, я лажанул, причём очень сильно, но зачем, Митч? Почему ты пытаешься всё испортить? Ты так мне мстишь? Ну ладно, я понимаю, это заслуженно, но Луи тут вообще не при делах. Мсти только одному мне. Зачем ты это делаешь?

– А ты ещё не понял? – сощурился Митч. Вот так всегда, одна фраза – и всё тут. Отнятие дара речи гарантировано.

– А должен был? – изогнул брови Гарри.

Митч сложил руки на груди и хмыкнул, глядя на парня исподлобья. Он был ниже совсем немного, но всё равно умудрялся смотреть будто бы свысока. Он всегда был выше всех, даже самого Гарри, причём уже совсем не в росте. В детстве это было круто. Сейчас уже как-то не очень.

– Я не мщу тебе, Гарри, – проговорил Митч. – Мне это не нужно. И я никогда бы этого не сделал.

– Но тогда почему? – тихо спросил Гарри.

Митч замолчал и просто посмотрел на него, сдвинув брови к переносице. Он выглядел обеспокоенным, и Гарри понял, что это не наигранно. Это было честно. С Гарри Митч всегда был честен. Всю жизнь. А он так его подвёл. Всех подвёл. Что ж он за мразь такая.

– Гарри, послушай, – Митч опустил руки и сделал два шага по направлению к Гарри, остановившись совсем рядом. Стайлсу это как-то не особо помогало. – Я не мщу тебе, ладно? Это правда. Я никогда не причиню тебе вреда или что-то вроде…

– А что ты тогда делаешь прямо сейчас? – перебил его Гарри. – Каждый день, Митч. Неделю. Что ты делаешь?

– То есть, это я тут херово поступаю? – нахмурился Уолтер, останавливаясь в шаге от Стайлса.

– Вот только не нужно делать так, что я окажусь виновен. Ты делаешь это прекрасно с самого детства, давай обойдёмся без этого, – скривился Гарри.

– Окажешься виновен? – прошипел Митч. Гарри стало не по себе от осознания того, что он вывел Уолтера из себя. Это вообще мало кому давалось, а он сделал это двумя фразами. Может, он не совсем-то прав? – Это я тебя виновным делаю? Не твоё поведение, не твои действия, а я? Что ж, круто, друг. Очень классно, молодец.

– Да перестань ты уже ходить вокруг и около! Скажи прямо! – воскликнул Гарри, злясь.

– Сказать тебе прямо? – Митч сделал ещё один шаг и оказался совсем близко к Гарри.

Вот теперь он смотрел снизу. Огромными глазами, в которых не было ничего, кроме чистейшего огня. Гарри стало не по себе, но он не стал отходить, а остался стоять на месте. И это, наверное, было глупо, но он не подумал об этом тогда.

– А ты пораскинь мозгами, Хазза, – почти прошептал Митч, сощурившись. – Что именно я скажу тебе сейчас? Почему же я так делаю? Что же блять ты-то сделал не так, ангел ты мой херов?

Гарри открыл рот, чтобы ответить, но не нашёл слов. Митч смотрел на него, почти не моргая, а он тупо стоял и пялился в ответ, ничего не отвечая. И в итоге Уолтер лишь хмыкнул и опустил голову, тяжело вздыхая.

– Гарри, почему ты иногда такой идиот? – выдохнул Митч. Гарри нахмурился, услышав в голосе то ли смешок, то ли даже нежность, но в тот же миг раздался звонок, и Стайлс будто бы очнулся.

Он отскочил от Митча так, будто бы тот вдруг стал ядовитой змеёй, а затем, даже не дав тому сказать ни слова, развернулся и бросился по коридору к кабинету Луи. Надежда на нормальный разговор – теперь уже после тренировки – разлетелась на куски ещё тогда, но, к сожалению, Гарри не обратил на это никакого внимания.

Наверное, он был идиотом далеко не иногда.

***

Несмотря на проведение уроков в государственной школе, ученики Леонардо всё ещё проводили тренировки, которые были перенесены в зал из-за похолодания. Гарри сидел там и стойко наблюдал за бегающими парнями, чувствуя приближение своей потенциальной смерти.

Луи бегал вместе с остальными, время от времени кидая на Гарри явно взволнованные взгляды. От него не укрылось изменение между Стайлсом и Митчем, но он понимал, что спросить не может. Гарри может отреагировать слишком ярко, а Уолтер его сразу пошлёт. Поэтому шатен ограничивался лишь взглядами.

Митч же был мрачнее тучи. Гарри смотрел на него и понимал, что это нужно исправлять. Всё это. Он всё сломал, ему и возвращать всё в норму. Но как, если с каждой секундой он зарывается лишь сильнее? У него вообще ещё есть шанс сделать по-нормальному хоть что-то?

Ответ пришёл сам собой в конце тренировки. Митч и Луи остались позже всех, убирая мячи, и Гарри уже тогда почувствовал напряжение. Обычно в таких ситуациях Уолтер отпускал шуточки и сам посмеивался, но теперь он был сосредоточен и напряжён. Гарри явно вывел его из состояния равновесия сегодня днём, и ничего хорошего это никому не сулило.

– Ты идиот?

Гарри дёрнулся и подскочил на месте, вскакивая на ноги. Луи стоял прямо перед Митчем и смотрел на него с явной яростью в глазах. По полу от них катился мяч, который, видимо, один из парней выронил из рук. Ну, тупее ситуации и быть не могло, не правда ли?

– Прости? – изогнул брови Митч, выпрямляясь. Гарри, не дожидаясь следующей реплики, перелез через скамью и подлетел к парням, выставляя руки вперёд.

– Спокойно, ребята, хорошо? – проговорил он.

– Ты видел, что он сделал? – Луи резко повернулся к нему и буквально прожёг кудрявого взглядом, явно ожидая поддержки. Но проблема в том, что Гарри её предоставить не мог.

– Ну, эм… не совсем, – пробормотал Стайлс.

– Да потому что я не делал ничего, – прошипел Митч, щурясь.

Гарри посмотрел на него почти изумлённо. Он разозлился из-за простого мяча? Митч никогда не мог злиться, он всегда был спокоен. Что же с ним сегодня? Да что с ними со всеми-то, блять, сегодня?

– Ты специально это делаешь, верно? – Луи понизил тон и сделал два шага по направлению к Митчу. Тот тут же сощурился и сжал кулаки.

Ох, что-то точно сегодня будет.

– Родной, прошу тебя, успокойся, – Гарри сжал ладонь Луи и дёрнул его на себя, но шатен вырвал руку и вновь шагнул к Митчу. Тот же, наоборот, повернулся к Стайлсу и вдруг улыбнулся.

Гарри сглотнул. Митч всё понял. Осознал, почему же Гарри всё это время сидел здесь. Потому что Митч всё ещё имеет преимущество. Потому что Гарри не сказал. Несмотря на то, что Митч его сегодня днём предупредил, он всё ещё не сказал. И это уже точно была не вина Митчи.

– Гарри, слушай, успокой его, а? Ты ведь знаешь, что всё может плохо кончиться, – обратился он к Стайлсу, явно предоставляя ему что-то вроде последнего шанса на спасение.

Я никогда не причиню тебе вреда или что-то вроде…

– Если только для тебя, – ощетинился Луи.

Гарри захотелось пробить ладонью череп. Ну почему? Ну почему он не мог промолчать? Неужели это было так сложно?

– Да твою мать! – крикнул Гарри вслух.

Митч был зол. Это было видно по его взгляду. Он опять горел, и это было очень плохо. Нужно было что-то делать, причём срочно. Но что?

– Боюсь, дорогой мой, ты ошибаешься, – улыбнулся Митч. А затем отвернулся и направился за мячом.

И Луи, и Гарри замерли. Первый от неожиданности, второй от благодарности. Он спасает его. Несмотря на всё случившееся, Уолтер пытается спасти зад Стайлса даже сейчас. Даёт шанс. Прямо как в детстве. И всё бы хорошо, если бы только не…

– У тебя всё равно не выйдет, слышишь?

Гарри прикрыл глаза и глубоко вздохнул, зная, что прямо сейчас Митч поворачивается, чтобы взглянуть на Луи. Что же за чертовщина, господи?

– Прости? – вновь изогнул брови Митч.

– У тебя не выйдет, – чётко повторил Луи. – Ты не получишь этого.

– Чего именно, милый? – с наигранной нежностью в голосе спросил Митч, улыбаясь. – Ты про капитанство? Ты уже завоевал его. Возможно, я отберу его, когда мне захочется. Но пока я не думаю об этом, расслабь зад.

– Я про Гарри, – резко ответил Луи и, взяв Стайлса за руку, пошёл к раздевалке, явно намереваясь уйти.

– Я не получу Гарри? – спросил Митч. Гарри прибавил шаг. Ситуация вышла из под контроля, так под него и не войдя. И так весь день, господи.

– Ни его, ни что-либо вообще моё. Это моё, понимаешь? И тебе не получить ничто из этого. И тем более Гарри, – Луи обернулся, чтобы как бы поставить в разговоре точку. Как бы.

– Да я уже получил, – произнёс Митч.

Гарри закрыл глаза. Он считал про себя секунды, думая, до какого именно момента он их считает. До конца всего? До полнейшего дерьма? Он уже в нём. Наверное, первое более вероятно, потому что:

– Извини?

Луи не выпустил ладони Гарри, но всё равно повернулся корпусом, чтобы посмотреть на Митча. И Стайлс сделал то же самое. Просто чтобы взглянуть на Уолтера и понять, что же сейчас в его глазах. Потому что его дальнейшие слова уже были ему ясны.

– А Гарри не поведал тебе о том, что же случилось перед его поездкой в больницу? Что ж, друг мой, устраивайся поудобнее. Тебя ждёт наинтереснейшая история.

Комментарий к 32. Выход

Глава маленькая и очень скомканная, но я просто вдруг очень захотела её написать. Надеюсь, всё не совсем ужасно.

========== 33. Невиновен, но осуждён ==========

Гарри сидел в своей комнате и наблюдал за отскакивающим от стены маленьким мячиком, чёрт пойми откуда у него взявшимся. Была уже пятница, а он со вторника даже из дома не выходил. И, если честно, желания как-то и не было.

Минувший вторник официально стал одним из худших дней в его жизни. Просто потому, что он потерял всё. И, к сожалению, это было даже не преувеличение.

Конечно, он потерял Луи, причём, кажется, навсегда. Он пытался поговорить и извиниться, делал это все три дня, но в ответ была тишина. И в итоге Гарри сдался. Ровно как и с Митчем. Найл, Дани, да даже и Тайлер с Джошем от него тут же отвернулись. Брендон имел свои проблемы, так что тоже, считай, сделал то же самое. Пит и Патрик заняли “середину” и не разговаривали теперь ни с Гарри, ни с Луи и остальными. Хотя, им и друг друга хватало.

В итоге с Гарри остались лишь Крис, Зейн и Лиам. Первый, правда, уехал два дня назад в Лондон, а Пейн в большинстве случаев оказался утащен куда-либо Дани, поэтому оставался лишь Малик. Ну, как и всегда.

– Найл не будет тебя ругать за то, что ты не пришёл в школу? – глухо спросил Гарри, продолжая кидать округлый предмет в стену.

– Тебя правда это волнует? – донеслось откуда-то со стороны кровати. Гарри не ответил, лишь вновь отправил мячик в полёт. – У меня от этой херни уже болит голова, прекрати.

– У меня от этой херни голова болит уже две недели, – почти неслышно ответил кудрявый, в один момент ловя мяч рукой, а в следующий вновь его из неё выпуская. – Спасибо, кстати.

– За что? – вздохнул Зейн, проводя ладонью по лицу.

– За то, что не отвернулся, все дела, – пожал плечами Гарри. – Со мной даже Митч теперь не говорит, не говоря уже о Луи. Ну, реакция Тайлера и Найла была ожидаема, а вместе с ними там и Джош с Дани. Короче, просто спасибо, – скривился Стайлс.

– Только не говори, что ты удивлён подобным поведением Митча, – махнул рукой Малик, но в ответ получил лишь хмурый взгляд. – Ты что, реально удивлён?

– Спасибо, Зейн, я и сам теперь знаю, что я кретин, пора бы уже прекратить напоминать мне об этом каждый день.

– Тебе нужно поговорить с ним, – настаивал Зейн. – С Митчем, в смысле. Я не знаю, кто из вас должен быть обижен больше, но ты налажал, Гарри. Очень сильно. Вы оба.

– Спасибо большое, – скривился кудрявый.

– Я к тому, что вы виноваты оба, – поправился Малик. – Но, безусловно, ты – в большей мере. То есть, ты должен подойти к нему. Вы должны поговорить с ним, обсудить сложившуюся ситуацию.

– Я зол на него, Зейн, – оборвал лучшего друга Стайлс. – Я пиздец как зол на него. Если я подойду к нему, через несколько минут его уже не будет на этом свете.

– Или тебя, – пожал плечами пакистанец, в ответ получая хмурый недоумённый взгляд. – Не забывай о том, кем является Митч, друг.