Текст книги "We're all on fire (СИ)"

Автор книги: Эмили Стаффорд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 49 страниц)

Жизнь Стайлса вообще слегка изменилась. Он начал отдаляться от близких людей, окружая себя безликими и бездушными людьми в масках. Еженедельно, ежедневно он пропадал до самого утра на очередной вечеринке. Он ходил на них уже даже без знакомых, просто чтобы напиться или отключиться. Он стал агрессивнее и безразличнее. Каждый день он находил себе новую девушку, которая считала его некоим воплощением бога, Апполона, и была готова сделать для него всё на свете. Ну а он не преминул этим воспользоваться.

Раза три или четыре за месяц Зейн и Лиам забирали его из очередного дома в бессознательном состоянии. Они пытались вернуть его на землю, образумить, но сами понимали, что всё бесполезно. Наверное, Гарри бы проводил больше времени с ними, если бы не Дани и Найл. Нет, он не имел ничего против этих двоих, он любил их как собственных брата и сестру, но теперь и Пейн, и Малик состояли в отношениях, что отбирало у них время, а у Стайлса – возможность проводить то самое время с лучшими друзьями. Наверное, поэтому он и посвятил себя всему этому безобразию.

Какое-то время он оправдывал себя тем, что это безысходность, но потом понимал, что он просто вернулся к тому, с чего начал. Из жизни исчез человек, всего один, и вот Стайлс вновь на своём месте. Курящий, пьющий то-то ежедневно, меняющий партнёров раз за разом. Это и была его жизнь. Это и было то, что пытался донести до Луи Гарри, но так и не смог. Он просто не должен портить жить Томлинсону, вот он и не портит. Разве не лучше ему будет без него? Да конечно лучше. Других вариантов Гарри и не рассматривал.

Так прошёл ноябрь. Луи и Гарри, казалось бы, исчезли друг для друга. Их друзья не говорили об одном в присутствии другого, всё прекрасно понимая. Но вот ни Томлинсон, ни Стайлс не могли понять, почему тогда они не могут исчезнуть из головы друг друга. Конечно, об этом уже никто не знал. Вернее, им так казалось.

– Лу, можно с тобой поговорить? – позвала парня Элеонор. Они сидели в парке, кутаясь в тёплые куртки – конец ноября – это уже не шутки.

– Я весь в твоём распоряжении, – улыбнулся Томлинсон, потирающий ладони друг о друга в попытке согреться.

– Помнишь, я обещала сделать что-то для тебя? Ну, после театра, – пояснила девушка, ловя на себе непонимающий взгляд парня.

– А, ты об этом, – усмехнулся Томлинсон, – Конечно помню.

– Так вот. Ты всё ещё хочешь что-то спортивное? Просто я поговорила с мистером Крубсом, он сказал, что может предоставить нам футбольное поле, – проговорила Элеонор, с улыбкой наблюдая за реакцией Томлинсона. Парень, широко улыбнувшись, обнял девушку.

– Это было бы прекрасно, милая, – прошептал Луи, – Школа против школы? Это очень крутая идея, правда.

– Я очень рада, что тебе нравится, – искренне прошептала Элеонор и поцеловала шатена, – А теперь давай пойдём домой, а то я заледенею, – предложила Колдер. Луи, рассмеявшись, схватил её за руку и бегом направился к дому, чувствуя себя счастливым в первый раз за месяц.

“Время правления” школы Леонардо подходило к концу. Они провели два довольно хороших месяца без особенных происшествий. Луи был вполне и вполне доволен своей работой. Как минимум по литературе у всех учеников государственной школы стояли удовлетворительные оценки – он не знал, чем себя оправдывать, прекрасно понимая, что у одного из них этой оценки не должно быть, но ничего не мог с собой поделать. У Дани с химией дела обстояли слегка хуже, и она была вынуждена оставаться после уроков, чтобы принять зачёты у проблемных учеников. Если верить её словам, к ней приходил и Гарри, и он был явно не в самом хорошем расположении духа. Луи сказал, что ему плевать. Луи не соврал. Почти.

Тем не менее, директора обеих школ решили, что футбольный матч – это прекрасное завершение удачного семестра. Никаких тренировок никто, естественно, не хотел. Просто однажды Эштон подошёл к Луи и Найлу, когда они обедали в кабинете ирландца, и попросил помочь с распределением позиций.

– Мне кажется, ясно, кто будет капитаном, – фыркнул Найл, доедая свой бургер.

– На самом деле, тут есть сомнения, – задумчиво произнёс старший парень, заставляя недоумённо переглянуться двух лучших друзей, – Ну, в том смысле, – парень замялся, пытаясь подобрать слова, – Я вроде как всегда главный, да, и в футболе я неплох, но, тем не менее, мне кажется, что капитаном может стать и Луи.

– Я? – переспросил Томлинсон.

– Вау, Томмо-капитан. Мне хочется на это посмотреть, – рассмеялся блондин.

– Эш, мне кажется, что всё же тебе стоит взять повязку. Я, быть может, и хорошо играю, но, тем не менее, ты ответственнее меня, а это важно. Я не хочу нести ответственность, когда Найл мячом разобьёт кому-нибудь нос.

– Спасибо, дружище, – фыркнул Хоран.

– Ладно, как тебе угодно, – пожал плечами Эштон, – Тогда ты центральный нападающий. Идёт?

– Вот это мне уже нравится гораздо больше, – кивнул шатен, улыбаясь.

– Найл, – Эштон окинул блондина задумчивым взглядом, – Защитник.

– Всё для вас, дети мои, – Найл раскинул руки в стороны, как если бы он был великой звездой, спускающийся прямо с небес.

– Можно взять несколько парней с твоего класса, несколько – с нашего. Разноплановость команды важна, – продолжил Луи, не обращая внимания на ирландца.

– Окей, кто у вас хорош? – Эштон почесал подбородок, щурясь.

В итоге парни провели целый час, составляя список игроков. Выбрано было тринадцать человек, самых разных габаритов и возраста. Эштон и Луи пытались разнообразить состав по мере возможностей, и, как им показалось, им удалось это сделать. Довольный собой донельзя, Томлинсон выходил из школы, а в голове у него звучал какой-то непонятный гимн самому себе.

– Вы чего довольные такие? – спросил подошедший к ним Зейн. Найл, тут же воссияв, подошёл к нему и поцеловал в щёку, обвивая шею руками.

– Мы составили команду на матч, – рассказал ему Хоран. Зейн, понимающе хмыкнув, перевёл взгляд на Томлинсона и пожал ему руку, так как обнять всё ещё не мог из-за повиснувшего на нём ирландца.

– Кто же капитан? Уж не ты ли, великий? – с явной усмешкой спросил пакистанец.

– Нет, – рассмеялся в ответ шатен, – У нас капитан Эш. Он в любом случае опытнее меня. Я, если что, на замене.

– Я бы на твоём месте надеялся, что замена не понадобится, – задумчиво протянул Зейн.

– Поверь, я не дам никого из своих игроков в обиду, – заверил его шатен.

– Себя в обиду не дай, зазнайка, – рассмеялась подошедшая мгновение назад Дани, – Мы сегодня идём в кино, ты с нами?

– Не думаю, – Луи почувствовал, как настрой падает. Он бы хотел провести время с друзьями. Они были близки, они заставляли его улыбаться, но, судя по осторожному тону девушки, Гарри уже дал своё согласие на поход, а портить вечер не хотелось ни ему, ни себе, – Я помогу близняшкам с уроками. У них там какая-то проблема с математикой.

– Гений нашего времени, не иначе, – фыркнул Зейн. Луи, пожав руки всем, ушёл. Он не знал, что сделал это вовремя. И не узнал бы, если бы не услышал голос человека, подошедшего сразу после его ухода.

– Я не смогу пойти сегодня, – донеслось до Томлинсона. Фыркнув, он с трудом заставил себя идти дальше. Ему же даже не важно, по какой это причине Стайлс не мог посвятить себя друзьям, разве нет? Сердце почему-то кольнуло, как бы говоря, что важно.

Вечером Луи действительно остался помогать близняшкам. Девочки, оказывается, не могли разобраться в равенстве углов. Томлинсону ничего не стоило объяснить эту тему – уж если он решал персональные усложнённые задания, с простейшей темой двенадцатилетних девочек он должен был справиться в два счёта.

– Ты у нас такой умный, – задумчиво протянула Дейзи, – Я вот, если честно, ни слова не поняла из того, что ты сказал.

– Ты хоть слушала? – рассмеялся Луи.

– Ну как тебе сказать, – лукаво улыбнулась девочка. Шатен, рассмеявшись, прижал к себе сестёр.

– Лу, мы любим тебя, помнишь, да? – протянула Фиби, улыбаясь.

– Что ещё тебе нужно, маленький кошмар? – со вздохом спросил Томлинсон.

– Посмотришь с нами кино? – продолжила за сестру Дейзи.

– Какое? – заинтересовался шатен.

– К Элизе, – Фиби начала прыгать от нетерпения, заставляя Луи смеяться.

– Я смотрел этот фильм, он не очень хороший, – произнёс он, пытаясь усадить свою сестру.

– Тогда давай смотреть “Я плюю на ваши могилы”, – пожала плечами Дейзи, выискивая пульт.

– А вот этот фильм уже слегка рановато вам смотреть, юные леди, – возразил шатен, качая головой.

– Тогда первый. И никаких отказов, – Дейзи включила телевизор, а Фиби пошла подключать кабель.

– С чего вообще вам резко захотелось посмотреть со мной ужастики? – спросил Луи, устраиваясь удобнее.

– Потому что мы по тебе скучаем, – Дейзи обвила талию парня одной рукой, утыкаясь носом в плечо. Луи, тихо засмеявшись, обнял её в ответ, – А ещё мы скучаем по Гарри. Вы поссорились, да?

– Немного, – Луи сразу почувствовал, как настроение вновь падает. Забавно, раньше, стоило только кудрявому появиться на горизонте, настрой Томлинсона улучшался. Теперь, кажется, всё было наоборот, – Немного поссорились, да.

– Ты только помни, что мы с тобой, хорошо? Мы тебя любим, Лу, – тихо проговорила девочка.

– Я вас тоже очень люблю, – улыбнулся Томлинсон. В этот момент вернулась Фиби и начался фильм. Шатен был благодарен сёстрам, но в итоге сосредоточить своё внимание на фильме так и не смог – мысли были далеко, с одним неправильным человеком.

Время шло, приближался конец семестра и, соответственно, матч. Он был назначен прямо на тридцатое число. Луи, встав с утра пораньше, даже не позавтракал толком, хоть и понимал, что это необходимо.

– Лу, во сколько матч? – спросила сонная Лотти, едва вышедшая из комнаты и с удивлением обнаружившая уже собранного брата.

– Двенадцать, – бросил парень, шнуруя кроссовки.

– Тогда куда ты? Сейчас, – девушка посмотрела на часы и удивлённо распахнула глаза, – Семь утра.

– Зайду к Найлу, потом к Эшу, проверим наличие на всех формы, разузнаем о команде противника. Всё в норме, Лотти, честно. Встретимся на матче. Люблю, – парень послал сестре воздушный поцелуй и выскочил из дома. Лотти, вздохнув, пошла дальше спать, проклиная про себя Гарри и их тупую ссору, которая не давала Томлинсону нормально жить.

Луи пошёл к Найлу пешком, желая размяться немного. А ещё он не завтракал, а по пути был Старбакс, поэтому он буквально не мог придумать лучшего исхода. Заказав себе эспрессо, Томлинсон уже начинал чувствовать себя лучше. В конце концов, это был последний его “рабочий” день. Совсем скоро он снова вернётся в свою родную школу, перестанет преподавать и заниматься прочей чепухой, вернётся на своё законное место. Из его жизни окончательно уйдут все ненужные люди. От этой мысли шатену стало практически больно, но он проигнорировал колющее чувство в груди.

Когда он пришёл, Найл только встал с кровати. Сонный, блондин помахал другу и скрылся в ванной, почёсывая зад. Фыркнув, шатен оставил верхнюю одежду в прихожей и прошествовал на кухню, надеясь найти что-нибудь съедобное. Но он нашёл кое-что даже лучше.

– Луи, милый здравствуй! – Маура, мать Найла, счастливо улыбнулась и прижала Томлинсона к себе, целуя в щёку, – Как ты поживаешь? Сто лет не видела тебя.

– Позавчера, – тихо шепнул Луи, смеясь, – Я прекрасно себя чувствую, спасибо, что спросила. Как ты?

– Ох, замоталась с работой. Бобби тоже работает. Во Франции сидит уже две недели. Хочешь перекусить? – спросила она, доставая из холодильника продукты.

– Я не завтракал, – кивнул Луи и почти тут же пожалел об этом. Женщина, громко ахнув, повернулась к нему и начала прожигать укоризненным взглядом.

– Значит, сейчас ты именно в моей власти. Будешь яичницу? Йогурт? Хлопья? Овсянку? А напиток? Сок? Чай? Кофе? Ты маленький для кофе. Сейчас всё сделаю, сейчас, – затараторила она, носясь по кухне. Луи, уронив голову на стол, тихонько застонал.

– Оу, приятного аппетита, Томмо. Желаю тебе быть готовым к уничтожению годовых запасов еды. И да, мам, мне, пожалуйста, йогурт, – пропел уже бодрый ирландец.

– Конечно, милый, – с тёплой улыбкой произнесла Маура. Найл, показав Луи язык и фак одновременно, пошёл на второй этаж за одеждой.

В итоге из дома Хоранов Луи вышел только через час, сопровождаемый весёлым блондином. Так как Найлу тоже очень захотелось утреннего кофе, они вновь пошли через старбакс. И плевать, что так дольше, Найлу ведь хотелось кофе!

Через полчаса они сидели у Эштона и просматривали комплекты формы. Так как государственная школа не могла себе позволить покупку формы, Леонардо закупила двойной комплект. Сверяясь со списком игроков и случайно взяв форму государственной школы вместо своей, Луи едва не распсиховался, поняв, чья она.

– Стайлс, – фыркнул шатен, со злостью разглядывая надпись, – Кто бы сомневался.

Найл и Эштон, переглянувшись, синхронно вздохнули, отбирая у парня футболку и отправляя выпить чего-нибудь. Так парни провели какое-то время – проверяя списки, обзванивая членов команды и просто дурачась. Это же, всё-таки, был не официальный матч, можно было бы вообще не волноваться. Но, тем не менее, они играли с кучкой наркоманов с наверняка ужасной дыхательной системой, так что проиграть было бы очень оскорбительно.

Без двадцати одиннадцать три парня подъехали к школе. Луи, выйдя из машины, окинул взглядом школу и глубоко вздохнул. Вот и наступил последний день, когда он переступит порог этого заведения. Никогда больше, ни ногой, он тут не окажется. Да и зачем ему это нужно? В следующем году он, конечно, по идее должен был занять место Эша, но это было уже не так важно сейчас.

Эш, достав из машины всё необходимое, направился к школе, всучив Луи пакеты с формой чужой команды. Томлинсон, фыркнув, лишь бессловесно подчинился, следуя за парнем. Когда они проходили по коридору, в котором располагались двери в импровизированные раздевалки, Томлинсон осторожно постучал в дверь команды государственной школы. Сердце кольнуло, когда он подумал о том, кто может её открыть, и он уже почти сбежал, но тут дверь открылась, заставляя сердце Томлинсона разлететься на куски, а потом собраться снова.

– Привет, Томмо. Как настрой? – спросил улыбающийся Лиам. Луи, переведя дух, отдал ему пакеты и похлопал по плечу.

– Могло бы быть хуже, знаешь, – усмехнулся шатен, – Удачи, – парень отдал другу честь и пошёл к своей раздевалке, чувствуя клокочущее чувство внутри.

Форма школы Леонардо была серой с чёрными полосками на линиях кроя. Одевшись, шатен подошёл к зеркалу и придирчиво оглядел себя. Белые кроссовки, приспособленные к игре в футбол, серые гетры, серые же спортивные шорты и свободная футболка. Непонятно для чего Томлинсон надел ещё и напульсник, который, конечно, не грел, но всё же неплохо смотрелся.

Когда члены команды уже собирались выходить на поле для разминки, Томлинсон получил сообщение от Лотти, гласившее, что они уже подъехали. Сглотнув, шатен отключил мобильник и поплёлся следом за оживлёнными товарищами к выходу из здания.

Поле было действительно неплохим. Хорошая искусственная трава, довольно-таки качественные ворота, несколько десятков мячей – купленных школой Луи. Условия игры были прекрасными, дело оставалось за малым – за игроками.

Заметив на трибунах близняшек и Лотти – видимо, Физзи и Элеонор куда-то отошли – Луи широко улыбнулся и подмигнул им. Дейзи, громко закричав, начала показывать какие-то знаки, больше похожие на призыв Сатаны. Томлинсон, засмеявшись, показал сестре язык, а потом едва не поперхнулся.

На поле вышла другая команда. Их форма, как уже знал Луи, была ярко-красной, и, собственно, они выглядели почти так, как и сама команда школы Леонардо. Луи бы и не обратил на них внимания, если бы один участник той самой команды соперника не направился прямо к его родным сёстрам.

Фиби и Дейзи, будто бы не решив сначала, что лучше сделать, взглянули на Луи, нерешительно топчась на месте. Томлинсон, чтобы не смущать сестёр – да и себя тоже – отвернулся, делая вид, что ничего не заметил. И именно тогда близняшки, явно осмелев, обняли улыбающегося Гарри. Парень, рассмеявшись, покружил сначала одну, а потом другую, после чего обнял и Лотти. Луи действительно приступил к разминке и чисто случайно глянул в их сторону, просто потому что заметил Элеонор, поднимающуюся на трибуны. А потом ему показалось, будто бы его сердце разбилось.

В свете осеннего солнца кольцо, надетое на средний палец кудрявого панка, переливалось синим, лиловым и даже зелёным. Стайлс изредка поправлял сползающее украшение, но, тем не менее, оно было на нём. Это было неоспоримым фактом. И как только к Луи вернулась способность дышать и мыслить, тот самый панк поднял голову и их взгляды пересеклись. И один, и другой сразу же отвернулись, изображая, будто бы очень сильно заняты, но, тем не менее, у обоих желудок скрутило так, что по всему телу прошлась судорога.

– Томмо, всё хорошо? Ты аж голубой весь, – обеспокоенно спросил Найл.

– Это ты у нас голубой, Найл, – попытался отшутиться Томлинсон, приходя в себя, – А вот у меня девушка есть.

– Идиот, – рассмеялся Хоран и продолжил разминку.

Так прошли ещё полчаса. Эштон, постоянно поправлявший свою капитанскую повязку, выглядел обеспокоеннее остальных, и Томлинсон, честное слово, мог его понять. Это ведь на нём лежала некая ответственность за членов команды и исход матча в какой-то степени. Как только Луи захотел подойти к своему капитану, чтобы обнять и сказать что-нибудь, Найл хлопнул его по плечу, указывая на приближающегося к ним человека.

Сердце Луи разбилось во второй раз. Гарри, волосы которого были собраны в пучок, шёл прямо к ним, явно неуверенно, но всё же шёл. Он слабо улыбнулся, когда Хоран и Томлинсон посмотрели на него. Он шёл именно к ним. Никого другого рядом уже просто не было – он бы просто уже не мог ни к кому свернуть. Прошли мучительные секунды и кудрявый, наконец, остановился напротив двух нахмурившихся парней.

– Я хотел просто, – он замялся, судорожно вздыхая и резко отворачиваясь от Луи, глядя в глаза Найлу, – Удачи, Найл. Постарайся не покалечиться.

– Ох, – выдохнул Хоран, улыбаясь, – Да, Гарри, спасибо. Тебе тоже.

Гарри, улыбнувшись, похлопал ирландца по плечу и ушёл, даже не взглянув на Луи. Сердце разбилось в третий раз. Он просто проигнорировал его и ушёл, не пожелав простой удачи. Томлинсон, сжав губы, пошёл к Эштону, оставляя смущённого Найла в одиночестве.

Вот на часах двенадцать часов, обе команды стоят каждая на своём месте. Луи может во всей красе увидеть её членов. Лиам был у них капитаном и вратарём. Хороший выбор, Томлинсон ничего не мог сказать. Крис же занимал позицию защитника, что явно должно было усложнить жизнь шатену. Зейн был нападающим, и вот Томлинсон почему-то был уверен, что Найлу не придётся делать почти ничего. А вот Гарри был защитником. Они были противостоящими игроками.

– Ну, кто бы сомневался, – вздохнул Луи, проходя мимо Эштона к своему месту.

– Удачи, Томмо, – одними губами произнёс капитан.

Проходят первые секунды, мяч скинут, Луи сам не понимает особо, что произошло, но вот он уже мчится следом за Эшем. Они обходят одного игрока, второго. Эш делает пас Томлинсону и он чувствует, как замирает сердце.

Он сейчас либо должен был сделать пас кому-то, кто оказывался в лучшем положении – его окружили трое – либо пробиваться. Наткнувшись взглядом на стоящего в стороне Гарри, Томлинсон почувствовал, как его переполняет решимость. Пробежав в прореху между двумя игроками, Луи оказался практически перед воротами. Переглянувшись с Лиамом и поняв, что тот буквально читает каждое его движение, парень сделал пас Эшу, и тот, явно ожидая только этого, пробежал вперёд и ударил ногой по мячу. Несколько секунд в полной тишине, Луи наблюдает за тем, как мяч влетает в ворота, а потом весь стадион начинает кричать.

– Красиво, Томмо, очень круто, молодец, – поздравил парня Эш, – Если продолжим в том же духе, выиграем в два счёта.

– Поверь, выиграем, – усмехнулся Луи.

Прошло ещё двадцать минут игры. Луи постоянно пасовал, бегал и забивал. Счёт был 3:1. Найл прекрасно справлялся со своей задачей защитника, но один раз его подвело его колено, и парень просто не смог спасти ворота. Тем не менее, перевес в два очка уже был, так что и волноваться было не о чем.

Гарри же, казалось, избегал шатена даже на поле. Он не пытался отобрать у него мяч, мешая лишь тогда, когда тот оказывался у Эша.

– Да когда он начнёт уже играть нормально? – вздохнул Луи, пробегая мимо Найла и не дожидаясь ответа.

– Когда вы помиритесь, Томмо, придурок ты такой, – прошептал в ответ Найл.

Первый тайм вскоре подошёл к концу. Явный перевес в несколько очков заставлял улыбаться почти каждого ученика школы Леонардо. Эштон, воодушевлённый даже больше всех остальных, громко смеялся. Перед тем как пойти в раздевалку на перерыв он подошел к трибунам и поцеловал счастливую Джемму – её обрадует любой исход матча в любом случае

– Победим, Томлинсон, чёрт возьми! Победим! – кричал счастливый парень, обнимая за плечи Луи.

– А ты сомневался? – рассмеялся шатен. Рассмеявшись вместе, парни зашли в свою раздевалку, в которой уже скакал Найл, крича слова из какого-то гимна.

– Мне кажется, или этим окрылённым пора подрезать крылья? – спросил идущий следом за парнями Тайлер у своего друга Алекса. Тот, ухмыльнувшись, гадко засмеялся и кивнул, направляясь в раздевалку.

– Только попробуйте, мудаки, – прошептал Гарри, идущий за ними следом. Видел Дьявол, не хотел он ничего делать сегодня. Видимо, судьба всегда против исходов, который был бы ему необходим.

***

– Кто победит? Мы победим! Да, детки, готовьтесь к тому, что вас отымеют! – кричал Найл.

– Найл, пожалуйста, – вздохнул Эштон.

– Смотрите! – воскликнул Луи, указывая на плакат, который держали Фиби и Лотти.

– Летите, – прочитал Найл, – Летим, сучки! – блондин раскинул руки в стороны и побежал к своему месту.

– Я посажу его под замок и куплю Зейну кляп, – вздохнул Луи.

– Уже не поможет, – рассмеялся Эштон.

Луи решил первые несколько минут не сильно светиться в игре. Счёт его устраивал, а другим игрокам тоже было бы неплохо показать себя в деле. Но вот когда мяч перешёл на их сторону поля и Найл, пытаясь защитить ворота, едва не вывихнул себе колено из-за одного из игроков команды-соперника, шатен подумал, что, вероятно, в игре ему светиться все-таки придется.

Гарри же наблюдал за игрой, чувствуя откровенное беспокойство. Он, как бы не старался, не мог заставить себя не смотреть за шатеном. Тот, видимо, тоже начал замечать изменения в игре одноклассников кудрявого, но все еще лез вперед. Гарри хотелось схватить его за руку и отправить на скамью запасных, отогнать всех остальных, окружить безопасностью, но он не мог. Он снова столкнулся с тем, что не мог сделать то, что хотел.

Именно поэтому он лишь наблюдал за тем, как Луи пасует Эшу, тут же перемещаясь вперед. Старший парень, оказавшись в окружении, отдал пас назад, а Найл, быстро сориентировавшись, передал мяч уже Томлинсону.

Гарри смотрел на Луи и восхищался. Шатен был сосредоточен, но в то же время и расслаблен. Он улыбался, держался уверенно, вёл мяч так, будто заранее знал, что предпринять или сделать. Именно поэтому, наверное, Гарри не смог ничего предпринять.

Он смотрел на Луи, а не на то, что происходило вокруг. Он видел его впервые за месяц и не мог оторвать взгляд, и именно это и сыграло с ним злую шутку. Будто в замедленной съёмке, он видел, как Луи бежит вместе с мячом к воротам, уже победно улыбаясь. Он, конечно, обвёл Лиама и забил. Вот Гарри смотрит, как шатен, улыбаясь, разворачивается, а самого его распирает. Он хочет закричать, подбежать и ударить любого, кто хоть попытается коснуться шатена.

Но он снова бессилен. Он лишь смотрит на то, как в Луи влетает Тайлер, хоть гол уже и забит. Лицо Томлинсона искажается, и тут с другой стороны он сталкивается еще и с Алексом. Закричав, шатен падает, хватаясь за лодыжку и жмурясь.

Гарри видел Лиама, тут же подлетевшего к Томлинсону. Видел судью, удалившего двоих игроков. Потом он видел Эштона, Криса и Зейна, орущих на Алекса и Тайлера, но ему было плевать сейчас на всё и всех. Он, сам того не заметив, подошёл к шатену, опускаясь на колени.

Не говоря ни слова, он взял Томлинсона за руку, переплетая их пальцы. Парень всё ещё держался одной рукой за лодыжку, а глаза его всё ещё были закрыты, но он, казалось, и не отреагировал бы сейчас, даже если бы знал, кто находится рядом с ним.

– Найл, попроси Лиама произвести замену, – бросил кудрявый, поднимаясь на ноги. Блондин, кивнув, тут же побежал за другом. Казалось, у него в глазах стояли слёзы.

– Не трогай меня, – прошептал Луи. Слова отдались болью в сердце Стайлса, но он проигнорировал это.

– Я всегда рядом, – негромко сказал кудрявый. Луи, открыв глаза и пересекшись взглядом с парнем, судорожно вздохнул, тут же снова закрывая их.

– В командах произведена замена. Команда государственной школы в меньшинстве, – донеслось до Гарри. Игроки уже возвращались на свои места, и Гарри судорожно вздохнул, поправляя волосы.

– Ты сможешь встать на вторую ногу сейчас? – спросил парень, склоняясь над другом.

– Я смогу сам уйти, – бросил шатен. Гарри, усмехнувшись, начал аккуратно его поднимать, в ответ слыша тихий стон.

– Сможешь, да, – фыркнул Гарри, обнимая шатена одной рукой за талию, а а правую руку Томлинсона закидывая себе на плечо, – Потерпи немного, Бу.

– Как же мне хочется тебя ударить прямо сейчас, – тихо проговорил Луи, хватаясь за плечо Стайлса.

– Отблагодаришь потом, – усмехнулся Гарри.

Он привёл друга в необходимую комнату примерно через пять минут. Уложив шатена на койку, Гарри опустился рядом с ней на колени, обеспокоенно вглядываясь в лицо Луи. Закрытые глаза, поджатые губы, изредка вырывающееся тихое болезненное постанывание. Приложив ладонь ко лбу парня, Гарри вздохнул.

– Что же мне с тобой делать? – тихо прошептал парень.

– Позови Элеонор и иди себе играй, – выдохнул шатен.

Гарри, проигнорировав слова парня, осторожно, стараясь не касаться ноги шатена, снял сначала бутсы, а потом и гетры. Он был рад уже тому, что Томлинсон не получил перелом. Проанализировав лодыжку, кудрявый пришел к выводу, что это вывих. Это и облегчало задачу, и в то же время осложняло. Тут было необходимо утерянное месяц назад доверие, и Гарри правда не знал, что ему делать.

– Ты веришь мне? – боясь ответа, спросил кудрявый. Тем не менее, Луи молчал, тяжело дыша. Гарри прождал секунд пятнадцать, но ответа не последовало. Тогда он глубоко вздохнул и спросил еще раз, – Луи, ты мне доверяешь?

– Ты даже представить себе не можешь, как сильно я хочу сейчас сказать “нет”, – прошептал Луи.

Гарри, распахнув глаза, уставился на шатена. Томлинсон всё ещё лежал с закрытыми глазами, дыша тяжело и рвано, но Гарри казалось, будто бы он стал взъерошеннее, растерянее. Вздохнув, Стайлс осторожно провел кончиками пальцев по лодыжке, получая в ответ тихий стон.

– Её необходимо вправить, – сказал кудрявый, не зная даже, какой реакции ожидает. Луи просто тихо вздохнул на этих словах, – Я могу это сделать? – неуверенно спросил панк. Томлинсон, с явным трудом открыв глаза, посмотрел на него, поджимая губы.

– Мне кажется, не стоит, – прошептал Томлинсон.

– Просто это будет больно, я обязан был спросить, – Гарри закусил губу, глядя в ярко-синие сейчас глаза.

– О, серьезно? Я бы и не догадался, – фыркнул Томлинсон.

– Бесишь даже сейчас, – закатил глаза Гарри.

– Будто бы ты – нет, – съязвил шатен.

Гарри глубоко вздохнул и расположил пальцы на вывихнутой лодыжке. Потом Стайлс посмотрел на шатена, сжимая пальцы сильнее. Глаза Луи вновь закрылись, а кудрявый поджал губы. А потом Стайлс сместил обе руки, вправляя сустав.

Луи, изогнувшись, закричал, жмурясь. Гарри, вроде и счастливый от того, что закончил, а с другой стороны напуганный еще больше, тоже закричал. Парни кричали, а через несколько секунд Луи распахнул глаза и взгляды Стайлса и Томлинсона пересеклись.

– Ты чего орёшь? – накричавшись, спросил Томлинсон.

– Потому что ты орёшь, – выдохнул Стайлс, – Мне ведь тоже страшно.

– Идиот, – рассмеялся Луи.

– Как и ты, – Гарри показал шатену фак, поднимаясь на ноги и подходя к шкафчику, – Ещё немного потерпишь?

– А у меня есть выбор, по-твоему? – закатил глаза шатен.

– Ты всегда был таким невыносимым? – спросил Гарри, беря из шкафа бинт и возвращаясь к другу, опускаясь на пол.

– Если верить твоим словам, то да, – усмехнулся Томлинсон.

– Святоша, – протянул кудрявый, с улыбкой наблюдая за исказившимся лицом шатена и в то же время разматывая бинт, поднося его к лодыжке и осторожно обматывая.

– Еще хоть слово, Стайлс, – пробурчал Луи.

– Святоша, – пожал плечами кудрявый и резко стянул бинт.

– Гарри, – вскрикнул Луи, вновь изгибаясь.

– Вау, – рассмеялся Стайлс, пытаясь скрыть то, как сильно у него тряслись руки, – Я думал, ты будешь так кричать мое имя и изгибаться слегка в иной обстановке, но это меня тоже вполне устраивает.

– Абсолютно неуместная шутка. Как и всегда, – фыркнул Томлинсон.

– А мне плевать, – пожал плечами кудрявый, улыбаясь.

– Да кто бы сомневался, – усмехнулся Томлинсон, – Как и всегда грубый и абсолютно несоциальный.

– Привыкай, дорогуша, – улыбнулся Гарри, продолжая бинтовать ногу Томлинсона.

– Уже давно привык, а отвыкнуть так и не успел, – прошептал Луи. Гарри, вскинув голову, улыбнулся, глядя на друга, лежащего с прикрытыми глазами. В груди вдруг стало тепло, и Стайлс с трудом смог вернуться к своему делу.

Несколько минут парни провели в тишине, как раньше, а потом Луи, уже после того как Стайлс наложил на его ногу тугую повязку, улыбнулся собственным мыслям и перевёл неуверенный взгляд на кудрявого парня, сидящего рядом на полу.

– Ты и правда носил его? – тихо спросил шатен, кивком головы указывая на правую руку Стайлса. Кудрявый, тут же опустив взгляд, поджал губы, вздыхая.

– Не снимается. Пальцы толстые, – усмехнулся Гарри, встречаясь тут же с укоризненным взглядом голубых глаз.

– Оно с тебя слетает, – Луи скептично изогнул брови.

– Отвали, – фыркнул Гарри. Луи, тепло улыбнувшись, покачал головой.

Через какое-то время Гарри ушёл, обещая вернуться скоро и со всеми вещами. В итоге кудрявый не соврал. Парень вернулся через пятнадцать минут, уже переодевшись и держа на плече две спортивные сумки. Судя по телефону в его руках, он уже позвонил кому-то из Томлинсонов. И вскоре догадки шатена подтвердились.

– Господи, Луи, как ты? – в комнату ворвалась Лотти, а следом за ней Элеонор, Физзи и близняшки.

– В норме, – усмехнулся Томлинсон, прикрывая глаза, – Мне была оказана прекрасная первая помощь.

– Гарри? – Физзи перевела взгляд на кудрявого, а тот в свою очередь пожал плечами. Улыбнувшись, девушка подошла к парню и крепко обняла, – Спасибо огромное, – прошептала она.