Текст книги "We're all on fire (СИ)"

Автор книги: Эмили Стаффорд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 49 страниц)

Парень дрожал, его буквально колотило, он не видел почти ничего, дыхание спёрло. Собравшись, Луи совершил рывок и встал на ноги, тут же хватаясь за стол, чтобы не упасть. Слабо улыбнувшись своей маленькой победе, Томлинсон сделал два глубоких вдоха и выдоха. Зрение частично вернулось к нему и он смог увидеть чёрное пятно, коим являлась его сумка. Луи понял, что уже ничего не может сделать ни с телефоном, ни с собственным положением. Он был беспомощен, и это лишь усугубило положение. Чёртовы мысли делали только хуже. Луи не слышал ничего, он не видел, он не мог дышать и нормально стоять. Он даже не чувствовал поверхности стола под пальцами. И именно поэтому через несколько мгновений хватка Томлинсона ослабла и он начал падать.

Гарри, подхватив Луи в самый последний момент, осторожно посадил парня на колени, испуганно оглядывая его. Томлинсон очень тяжело и рвано дышал, судя по расфокусированному взгляду, ничего не видел и не понимал. Гарри, просто подумав о том, что с ним могло случиться, буквально благословил Дани за то, что она сказала ему пойти и проведать Томлинсона.

– Луи, пожалуйста, посмотри на меня, – попросил Гарри. Луи, кажется, его даже не слышал. Его голова безвольно опустилась, а дыхание стало ещё более частым. Взяв лицо шатена в ладони, Гарри и сам судорожно вздохнул, – Луи, прошу, давай, очнись. Ты должен прийти в себя. Господи, ну почему ты не учишь на своей херовой литературе, как нужно справляться с паническими атаками, Томлинсон? – попытавшись напрячь всё своё сознание, Гарри просто понял, что вспомнил один способ. Чёртов Лиам со своими чёртовыми девчачьими предпочтениями и чёртовым сериалом “Волчонок”, – Луи, посмотри на меня, – прошептал Гарри в последний раз. Именно в этот момент взгляд Томлинсона прояснился и он с громким всхлипом начал ловить ртом воздух, – Нет, нет, тише, успокойся, – качал головой кудрявый, – Смотри на меня, – Луи поднял на кудрявого взгляд и вновь приоткрыл рот, пытаясь дышать чуть медленнее, – Боже, почему я делаю это? – судорожно вздохнув, Гарри притянул парня к себе и поцеловал.

Луи задрожал, по его коже побежали мурашки, но дыхание начало замедляться. Несколько секунд Гарри, зажмурившись, просто прижимался к шатену, обнимая за плечи, чтобы парень не упал, боясь даже шелохнуться. Вот проходят ещё несколько секунд, Луи перестаёт так рвано дышать, хотя его сердце всё ещё бьётся как бешеное. Осторожно, очень медленно, Гарри отодвинулся от парня, распахивая глаза и переводя взгляд в голубые напротив, такие огромные сейчас. Проходит секунда, другая, Луи, казалось, начинает осознавать что произошло, а потом из его глаз просто начинают неконтролируемо течь слёзы. Томлинсон дрожит ещё сильнее, он вновь начинает хватать ртом воздух, только теперь ко всему этому прибавляются ещё и слёзы.

– Луи, – выдохнул Гарри и прижал шатена к себе, крепко обнимая. Томлинсон просто плакал, громко всхлипывая и дрожа, – Я рядом, всё нормально, ты не один. Всё хорошо. Луи, я с тобой. Давай, Бу. Всё нормально, – шептал Гарри, не отпуская шатена и не ослабляя хватки.

Вскоре Луи перестал всхлипывать и плакал уже просто беззвучно. Ещё через какое-то время он, видимо, начал приходить в себя, и обнял Гарри в ответ, крепко, сильно, именно так, как было нужно обоим. Ещё через несколько минут Луи перестал плакать, просто слегка подрагивая. Гарри всё это время гладил его по спине, шепча на ухо успокаивающие слова. И вот, наконец, Томлинсон слегка отодвигается и судорожно вздыхает.

– Господи, Гарри, прошу, извини меня, – пошептал Луи, – Мне жаль, что ты увидел всё это.

– Просто скажи, что случилось, – покачал головой Гарри, стирая слёзы со щёк парня большими пальцами.

– Тайлер, – Луи судорожно вздохнул перед тем как продолжить. Гарри терпеливо ждал, гладя парня по спине и щекам, – Он приходил.

– Он что-то делал? Он что-то говорил? – спокойно спросил Гарри.

– Он сказал, что хочет меня, – Луи всхлипнул, кривясь, – А потом он заговорил о тебе, а я разозлился. Я хотел уйти, но он сказал что-то об Элеонор. Я хотел его ударить, но он перехватил руку, а потом я упал на пол, а он пошёл к Элеонор, а меня запер. Господи, Гарри, мне нужно к Элеонор, – Луи попытался встать, но ноги подкосились и он просто вновь оказался в руках вмиг подскочившего Гарри.

– Лу, всё хорошо, я клянусь, я был у неё и Дани перед тем как прийти. Он соврал тебе потому что ты смог ему ответить. Я клянусь, с ними всё хорошо. Если ты хочешь, я могу проверить, только будь здесь, я прошу тебя, – крепко держа парня, шептал кудрявый.

– Пожалуйста, – Луи вновь судорожным вздохом прервал предложение, – Я должен знать, что она в порядке.

– Я мигом. Садись здесь, – кудрявый усадил парня на стул и опустился перед шатеном на колени, обеспокоенно вглядываясь в лицо, – Я проверю, а потом мы пойдём домой, хорошо?

– У меня ещё два урока сегодня, Гарри, я не могу, – слабым голосом сказал Луи.

– Я разберусь с этим, – покачал головой кудрявый и встал на ноги, несколько секунд просто вглядываясь в лицо шатена, а потом всё же заставляя себя сдвинуться с места, – Лу, всё хорошо. Просто знай, что, – Гарри замолчал, останавливаясь прямо у двери и думая, что можно вообще сказать, – Я с тобой, – сказав это, Гарри выбежал из кабинета.

Кудрявый тогда вернулся уже через две минуты, сказав, что Элеонор действительно в порядке. Затем он сказал, что забежал по дороге к директору и послал всех к чертям (на самом деле дальше), и действительно увёл Луи домой. Стайлс тогда провёл у шатена весь день вплоть до самой ночи – кудрявый ушёл не ранее одиннадцати, лишь удостоверившись, что с Томлинсоном всё точно в порядке. Сначала парни просто сидели рядом, молча. Потом, когда Луи относительно отошёл, Гарри заказал еды и нашёл хороших фильмов. А потом вернулись сёстры Томлинсона и шатен окончательно успокоился. Сказать, что он был благодарен Гарри – ничего не сказать. И он честно закрыл глаза на то, что Тайлер на следующий день в школе так и не появился.

В пятницу Гарри не отпустил Луи из школы в одиночестве и сказал, что либо проследит за тем, как Томлинсон сядет в машину, либо дойдёт с шатеном сам. Луи, быстренько позвонив Алу, сказал, что его сегодня не ждёт машина. Когда они с Гарри дошли до дома, Дейзи, Фиби и Физзи уже вернулись с учёбы, и, конечно же, заметили кудрявого, тут же начиная стучать им и махать через окно кухни. Гарри, усмехнувшись, сказал, что зайдёт на пару минут, оставшись у Томлинсона до вечера. Когда девочки, ругаясь и споря, уехали в магазин за ставшими резкой необходимостью сладостями, парни остались одни в гостиной с попкорном и очередным фильмом. И вот тогда у них случился разговор, из-за которого в ночь с пятницы на субботу Луи почти не смог заснуть.

– Бу, а мы можем поговорить? – спросил Гарри, поворачивая голову вбок и улыбаясь, когда Луи тут же перевёл свой взгляд с телевизора на него.

– Почему ты спрашиваешь? – вскинул брови Томлинсон, – Говори что угодно.

– Что тебе говорил вчера Тайлер обо мне? Из-за чего ты разозлился? – Гарри внимательно следил за каждым движением шатена, который лишь судорожно вздохнул, подтягивая колени к груди.

– Он снова сказал, что мы с тобой спали, – вздохнул Луи, – Потом я попытался уйти, но он оскорбил Элеонор, поэтому я ударил его.

– Ты очень любишь её, – усмехнулся Гарри, щурясь. Луи лишь кивнул, отводя взгляд, – Он сказал что-то ещё? – тихо спросил кудрявый.

– Он лишь сказал, что в итоге ты меня бросишь, – пожал плечами Томлинсон, – В том плане, что ты со мной переспишь и оставишь, не нарушая своих правил.

– Ты ему поверил? – спокойно спросил Гарри.

– Конечно нет, – усмехнулся шатен, – Ведь ты же не для постели сейчас со мной, верно?

– А ты уверен? – Гарри ухмыльнулся, становясь похожим на маньяка. Луи только закатил глаза и рассмеялся.

– Ты заслуживаешь кого-то лучше, чем люди из твоей школы. А они не заслуживают второй ночи с тобой. Это правильное правило, Гарри, я не осуждаю тебя, – Томлинсон похлопал парня по колену, улыбаясь.

– Хочешь сказать, только избранный достоин трахаться со мной более одного раза? – рассмеялся кудрявый и лишь широко заулыбался, когда Луи кивнул. На несколько мгновений воцарилась тишина, а потом Гарри тихонько проговорил самую странную и непонятную для шатена фразу, – С тем, кто этого достоин, я буду не трахаться, а заниматься любовью.

И Луи так и не успел спросить, потому что именно в эту чёртову минуту вернулись его счастливые сёстры с тремя пакетами всякой сладкой гадости. Гарри, широко улыбнувшись, побежал на кухню быстрее ветра, у двери развернувшись и показав Луи язык.

Суббота прошла относительно спокойно. На уроках не было никаких происшествий, все слушались Луи и выполняли задания, которых с каждым днём становилось всё меньше, так как Луи сразу сказал, что, чем лучше его будут слушать, тем меньше будет работы. Днём парень проводил после школы Элеонор, а потом и сам пошёл домой. Все в семье уже были в некоем предвкушении – воскресенье было особенным днём, когда соберутся буквально все. Близкие родственники и друзья родителей, друзья самого Луи и каждой его сестры – все эти люди приедут просто чтобы провести день вместе. Каждый любил этот день за что-то своё, но этот момент объединения обожал буквально каждый.

Субботний вечер Луи провёл за книгами и уроками. Так как в воскресенье ему хотелось действительно отдохнуть, ничего оставлять было нельзя. Просидев до часа за одним довольно запутанным произведением, Луи понял, что спать ему не хочется. Возможно, вина была именно его, так как в пятницу он ляг раньше одиннадцати ввиду раннего подъёма. Взглянув в окно, Луи сделал крохотный вдох.

Весь вечер лил дождь, и сейчас асфальт поблёскивал в свете фонарей, как и трава, крыши домов, заборы. Поразмыслив мгновение, шатен быстренько натянул на себя джинсы и тёплый свитер и бесшумно спустился на первый этаж, не забыв взять с собой телефон. Обувшись, Томлинсон тихо вышел из дома и закрыл дверь, пряча ключ, как и обычно, под коврик, чтобы была возможность вернуться домой.

Луи обожал улицу после дождя. Воздух был свежим, всё вокруг поблёскивало в свете фонарей, дышать было невероятно легко. Глубоко вздохнув, Томлинсон побрёл куда-то, сам не зная, куда. На улице было тихо. Ни одного человека не встретилось Луи за двадцать минут его маленькой прогулки. Когда же шатен, наконец, дошёл до маленького парка, в который хотел попасть изначально, небо окончательно расчистилось и явило миру луну. Луи, улыбнувшись, сел на мокрую скамейку и принялся смотреть в небо.

Шатен никогда не понимал, что привлекает людей в небе, звёздах, луне, солнце и прочем. По сути, это простые космические объекты. Тысячи звёзд, одна из которых просто находится ближе остальных, и спутник планеты. Что примечательного? Появляются каждую ночь и исчезают каждое утро, сменяя друг друга как по часам. Сколько стихов написано об обычных мерцающих точках и белом круге в небе? Сколько метафор и аллегорий? Казалось бы, ничего примечательного или интересного. Но Луи обожал это.

Именно так он сейчас думал и о Гарри. Его терзали мысли о кудрявом вот уже два дня. Сколько чувств сменилось у шатена к Стайлсу? От откровенной неприязни к нейтралитету, а сейчас откровенной человеческой симпатии. Гарри был как луна. Один из тысячи, но выделялся, был красивее других, хотя, казалось бы, ничем не отличался от остальной массы.

Луи не мог понять, почему так произошло. Как так случилось, что Гарри проходил в том коридоре, когда Томлинсон впервые встретил Джона? Почему Стайлс до сих пор не ушёл, сказав, что спасать шатена ежедневно ему откровенно надоело? Гарри спас Луи от панической атаки, отомстив потом человеку, вызвавшему его – Томлинсон прекрасно понимал, что Тайлер не по личной причине не появлялся в школе вот уже два дня. Луи был благодарен Гарри, но он начинал за него волноваться.

Стайлс был неким авторитетом для многих в своей школе, и сейчас он не терял его, нет. Он зарабатывал себе врагов. Он уже подрался с двумя (а если говорить точнее, то с четырьмя) парнями ради Луи. Томлинсон боялся, что однажды в школу не придёт уже не какой-нибудь там Тайлер, а сам Гарри.

Судорожно вздохнув, Томлинсон полез в карман и достал телефон. Глянув на время – половина второго ночи – парень залез на фейсбук и просто начал бездумно тыкать по экрану. Луи залез на страницу Элеонор – чисто случайно – и открыл фотографию девушку, тут же начиная улыбаться.

– И за что я тебе? – усмехнулся Томлинсон, глядя на улыбающуюся с экрана девушку. Как всегда красивая и прекрасная, она заставляла Луи улыбаться прямо сейчас.

Шатен был действительно рад тому ,что девушка завтра будет с ним, но он также пригласил Гарри, Лиама и Зейна, и что делать с ними со всеми, Томлинсон откровенно не знал. Элеонор действительно считала Гарри неплохим, но надолго ли? Колдер может не выдержать этот сгусток сарказма.

Вздохнув ещё раз, Луи вновь рандомно ткнул пальцем по экрану и едва не рассмеялся, когда понял, на чью страницу зашёл. Поразмыслив мгновение, Томлинсон закусил губу, думая, не пожалеет ли потом, и попросту плюнул на эти мысли.

“Я в парке у ратуши. Ты не спишь?”

Было глупо ожидать ответа как такового, не говоря уже о быстром. Луи, засунув телефон обратно в карман джинсовки, взглянул на маленький прудик в центре парка. Томлинсон сразу вспомнил, как он с Найлом, будучи ребёнком, играл в этом маленьком парке и упал в него. Блондин сначала смеялся, но потом увидел, что Луи заплакал, и сам залез в пруд, сказав, что так не обидно. Улыбнувшись воспоминаниям, Томлинсон тихонько засмеялся, вспоминая лицо своей мамы в тот день. Через неделю они встретили Дани на детской площадке. Найл, играя на горке, съехал с неё и не заметил девочку, сбив. Это и оказалась Дани. Сердце Томлинсона буквально затопила нежность и тепло. И как только шатен захотел встать, чтобы пройтись ещё по любимым местам, в его кармане завибрировал телефон, заставляя Луи удивлённо вскинуть брови – он уже был уверен, что Гарри или спит, или валяется пьяный на какой-то вечеринке, так что ответа даже не ждал.

“С тобой всё в порядке?”

Нахмурившись, Луи склонил голову набок. Ни тебе ехидства по поводу не спящего в такое время Томлинсона, ни ужасных шуточек. Один вопрос? Всё? Фыркнув, Луи быстро напечатал ответ, всё ещё хмурясь.

“Очень даже. Просто был дождь, а мне не хотелось спать, поэтому я решил прогуляться. Это место, знаешь, довольно милое. А ещё здесь я провёл много времени с Найлом. Меня сейчас довольно сильно накрыло, знаешь?”

Дав Гарри время на ответ, Томлинсон встал-таки на ноги и подошёл к пруду, садясь на корточки. В воде отражалась та самая луна, из-за которой Луи стал так много думать. Усмехнувшись непонятно чему, шатен кончиками пальцев коснулся воды и тут же одёрнул руку, буквально обжигаясь об ледяную воду. Вздохнув, шатен встал и засунул руки в карманы, идя дальше по парку. Вот он уже видит выход из парка, и именно в этот момент телефон вибрирует, оповещая о новом сообщении.

“Меня тоже накрыло, только вот ностальгия тут не при чём.”

Усмехнувшись, Луи покачал головой, подумав о том, какой же Гарри всё-таки невыносимый, но в следующую секунду телефон вновь завибрировал и Томлинсон автоматически прищурился.

“Расскажи мне что-нибудь, Бу.”

Вскинув брови, Луи задумался. Гарри никогда не просил особо много писать ему. Томлинсон знал, что Стайлс в принципе не очень любит общаться через сеть, поэтому это слегка напрягло его, но вновь из мыслей его вырвало сообщение.

“Хотя бы то, что ты вспомнил. Мне очень интересно”.

Вздохнув, Луи принялся печатать.

“Я вспомнил наши прогулки с Найлом. Однажды я упал в пруд, а он полез за мной, чтобы мне не было обидно. Ещё однажды за Найлом ходил гусь. Ну, знаешь, у нас их много. Он так испугался, что убежал в слезах, спрятавшись под скамейкой, и не вылезал оттуда ровно до того момента, пока моя мама не принесла ему мороженого. Ещё был случай, когда мы с Найлом встретили мальчика, который поцеловал девочку, которая понравилась Хорану. Я пошёл поговорить с ним, а в итоге получил в глаз. Найл отомстил ему за меня. В общем, с синяками ходили оба, но зато девочка в итоге поцеловала его. Он был счастлив. А когда нам уже было лет по семь, а Дани уже была нашей лучшей подругой, Эш гулял с нами и в итоге потерял нас. Терялись мы часто, кстати. Но это довольно долго, не думаю, что это интересно”.

Печатая всё это, Луи просто стоял посреди парка, улыбаясь. Он уже привык к свету телефона и фонаря, под которым стоял, поэтому больше в прищуре не было нужды. Перечитав сообщение и едва не охнув от вновь накатившей нежности, парень не глядя двинулся в сторону выхода из парка и через несколько мгновений упёрся носом во что-то тёплое.

– А я никуда не спешу, я готов выслушать, – улыбнулся Гарри, глядя на парня сверху вниз. Широко улыбнувшись, шатен едва сдерживал себя, чтобы не кинуться на шею Стайлсу – передоз воспоминаний бывает вреден.

– Ты же под наркотой, да? – усмехнулся Томлинсон.

– Только под экстази. Но Лиам, узнав, куда я свалил, дал мне чёрный уголь. Ты же знаешь, что произошло потом? – улыбнулся кудрявый, держа руки в карманах.

– Господи, тебя реально стошнило? Чтобы ты пришёл в себя? – рассмеялся Томлинсон.

– И всё только ради тебя, заметь, – Гарри развёл руки в стороны, пожимая плечами, – Пойдём сядем?

– Откуда ты? – поинтересовался Луи, следуя за кудрявым.

– Из мамы, – ответил Гарри. Луи не знал, почему он засмеялся, это была ужасная шутка, но он действительно это сделал, – На самом деле я был на вечеринке у, – Гарри пощёлкал пальцами, но в конце просто махнул рукой на имя девушки, устроившей вечеринку, – У кого-то там. Мы с Зейном как раз закинулись таблетками, когда ты написал. Пришлось принимать крайние меры.

– Я тут сижу умиляюсь, а ты таблетками закидываешься, – усмехнулся Луи, вновь садясь на всё ещё влажную скамейку.

– Расскажи мне теперь всё, – попросил Гарри, но потом прервал сам себя, – Но сначала объясни, почему ты здесь.

– Я делал задания к понедельнику, а когда посмотрел на часы, было уже около часа. На улице так хорошо, что я решил прогуляться, – пожал плечами Томлинсон, вновь поднимая голову и глядя на звёзды. Забавно, сорок минут назад он смотрел на них и думал о ещё одной звезде, сидящей сейчас рядом. Не так уж они недосягаемы, всё-таки.

– Где вас теряли? Мне интересно, расскажи, – вновь заговорил Стайлс, глядя только на Луи.

– Такое случалось несколько раз, – вновь повторил шатен, улыбаясь, – Однажды, когда нам было около четырёх, нас впервые взяли на городской праздник в большой парк. Мы тогда просто засмотрелись на пузыри и отстали, поэтому родители быстро нас нашли. Ещё один раз был, когда нам было около семи. Мы ездили в Германию, в город Оффенбах на Майне, и там тоже отстали. Там есть такой большой красивый парк. Рядом какой-то замок, уже не вспомню, какой и кому посвященный, но там очень красиво. Классная детская площадка, качели, трава, пруды. Что ещё надо нам с Найлом? Мы бегали друг за другом, играли, а потом повернулись, а родителей не было. Гостиница была далеко, да и куда мы, семилетние карапузы, пойдём в одиночку? Мы просто пошли куда-то, куда пошли. Там был ещё один парк, куча маленький аллей и зелени. Вообще очень красивый город, хоть и маленький. Мы дошли до самой реки, хотя до неё было очень далеко, а потом свернули в другом направлении и дошли до огромной шахматной доски. Я не знаю, почему помню её. Возможно. просто потому что Найл предлагал украсть коня.

– Как вы в итоге нашлись? – смеясь, спросил Гарри.

– Мама Найла предусмотрительно вложила в его нагрудный карман бумажку с адресом. Мы просто попросили какую-то девушку заказать такси и приехали. и нет, мы не забыли про бумажку, мы просто решили погулять, – улыбнулся шатен.

– Бу, на такое способен только ты, – рассмеялся кудрявый, запрокидывая голову назад.

– Это ещё даже не всё, – усмехнулся Томлинсон, – Один раз мы ездили со школой в соседнюю деревню, а Найла забыли на остановке между городом и деревней. Он очень хотел есть, поэтому ушёл в магазин, хотя это было запрещено. Мы уехали без него, а я спал в этот момент, поэтому никто этого даже не заметил. Спасибо Дани, она вспомнила о его существовании минут через пять.

– И что делал Найл? – смеялся Гарри.

– Он влетел в автобус и сказал, как хорошо, что он успел, он же как раз успел доесть, – пожал плечами Луи. Гарри, рассмеявшись ещё громче, приложил ладонь ко рту, – Ты красиво смеёшься, не делай так, – нахмурился Томлинсон и отвёл руку Стайлса от его лица. Гарри на мгновение продолжал смеяться, уже тихо, глядя шатену в глаза, а потом усмехнулся и отвернулся, обводя взглядом парк. Луи, вздохнув, тоже улыбнулся и отвернулся, – А однажды я потерялся один. Я был тоже на празднике города, но без Найла. Его тогда увезли в Италию для чего-то, я остался один. Дани и Элеонор тогда проводили праздники только с родителями, так что я остался один.

– Сколько тебе было? – спросил Гарри, уже отсмеявшись.

– Около одиннадцати, – нахмурился Луи, – Или десяти. Не очень много, но и не мало. Мы с родителями и сёстрами шли на площадку повыше, чтобы посмотреть салют, а я засмотрелся на что-то. Кажется, там играли какие-то молодые парни. Они делали это так просто, как будто никого вокруг и не было, хотя тот, который пел, постоянно разговаривал с публикой, смеялся. Я засмотрелся, а меня, как обычно, никто не заметил, и они ушли. Когда я опомнился, рядом уже не было никого, а я понял, что впервые теряюсь один и не знаю, что мне делать. Найл бы предложил остаться и послушать парня, сходить поесть или спереть какую-нибудь забавную штуку, но его не было, и я растерялся. Я сначала пошёл туда, куда шли мои родители, но было очень много людей, я потерялся бы даже среди них, не говоря уж об огромнейшей площади с ещё большим количеством народу. Я просто пошёл, не зная, куда направляюсь. А потом начался салют. Я загадал желание. Чтобы меня нашли, а я не остался здесь один навсегда. Шёл салют, а я даже не хотел смотреть. Я боялся, что я навсегда потерялся, а обо мне даже никто не вспомнил вовремя.

– Ты испугался, – улыбнулся Гарри. Луи поднял на него взгляд, но не осуждающий, а согласный, так как знал, что Стайлс не издевается, а переживает ситуацию сам.

– Очень, – кивнул Томлинсон, – Я просто стоял и считал секунды. Люди вокруг кричали, радовались, а я только молчал и боялся. Потом я начал тихонько плакать и загадал желание последний раз, мол, вдруг повезёт. И меня нашла Лотти, – усмехнулся парень, – Она была зла и счастлива одновременно. Она сказала, что первая заметила мою пропажу и, никому ничего не сказав, побежала меня искать.

– И вы потерялись оба. Логично, – усмехнулся Гарри.

– В этом-то и дело, – улыбнулся Луи, – Я уже был не один. Я знал, что мы в этом дерьме вместе, а, значит, это уже не так страшно. Лотти в итоге просто взяла и набрала маму, а та спокойно встретила нас около кафе, в котором мы обедали днём.

– Я тоже терялся несколько раз, – усмехнулся Гарри. Теперь настал черёд Луи заинтересованно смотреть на парня и внимательно слушать, – Так как друзей у меня не было лет до восьми, я почти всё время гулял со своей сестрой и её друзьями. Они постоянно забывали меня, это было нормой. В поездках, на прогулках, в чужих домах – я оставался везде, где только можно. Джемма всегда приходила за мной, ругала тех, кто должен был за мной следить, и уводила домой, – Гарри тоже улыбнулся, – И я тоже терялся на празднике. Только Джемма тогда была уже довольно взрослой и отмечала с друзьями, а я остался с мамой. Я тоже засмотрелся на что-то. Я отстал.

– Она вернулась за тобой? – Луи улыбнулся, но улыбка быстро растаяла, когда кудрявый покачал головой, усмехаясь.

– Она уехала домой, – горько сказал Гарри, – Знаешь, мама любит меня. Ты не подумай, она не из тех матерей, которым ребёнок нужен только для того, чтобы он таскал ей сигареты из соседней комнаты. Просто ей тяжело. Ей и сейчас очень тяжело, поэтому мы с Джеммой стараемся не висеть у неё на шее и живём так, как умеем.

– С наркотиками и выпивкой, – вздохнул Луи.

– Я не умею иначе, Бу, – усмехнулся Стайлс, глядя в голубые глаза. Несколько мгновений парни молчали, а потом Луи не сдержался и зевнул. Гарри тут же заулыбался, а шатен раздражённо вздохнул.

– Я не хочу уходить, – надулся парень, вздыхая. Гарри лишь приобнял его за плечи и улыбнулся.

– Пойдём домой, – шепнул кудрявый.

– Ты останешься со мной? – прошептал Луи. Томлинсон не знал, почему так тихо говорил, ведь вокруг царила тишина, но он не видел нужды поднимать тон.

– Я не думаю, что это будет нормально, – усмехнулся Гарри, вставая на ноги и всё ещё приобнимая Томлинсона за плечи, – Завтра же у тебя праздник, будет неправильно. Я приду к тебе днём.

– Только если обещаешь, – Луи сонно улыбнулся и кивнул, вновь зевая.

***

– Луи, дорогой, сходи за фужерами, – попросила Луи мама, когда время было уже около двенадцати.

– Да, мам, конечно, мне совсем не лень сделать это в шестой раз, – вздохнул Томлинсон и пошёл в кладовую, слыша шуршание ног Найла за спиной, – Я в этом доме нужен только для разноса фужеров, – пожаловался шатен. Найл в ответ лишь громче захрустел яблоком.

– Томмо, ради ваших вечеров я готов даже тебе помочь, – проговорил Хоран с набитым ртом, отталкивая Томлинсона и беря в руки три коробки фужеров, практически вприпрыжку возвращаясь обратно к матери шатена.

– Луи, ты опять заставляешь Найла делать свою работу? – послышался крик женщины с кухни.

– Да чтобы вас всех, – захныкал Томлинсон и поплёлся следом за блондином.

– Лу, во сколько Гарри придёт? – Дейзи, проезжаясь по скользкому паркету на носках, обвила шею брата руками, чтобы не улететь дальше.

– Как и все, в два. Может, он припозднится. Он не приходит вовремя, – пожал плечами шатен, – Не летай тут сейчас. Мама бегает вокруг, можешь разбить фужеры, – сказал сестре парень.

– Ну ты же принесёшь новые, – пожала плечами девочка и заскользила в обратном направлении. Луи, усмехнувшись, вошёл на кухню.

– Это так я заставляю его делать свою работу? – Луи ткнул пальцем в Найла, которому мать Томлинсона навела какао и достала любимую булочку шатена, – Знаете, как-то такую работу я и сам не прочь выполнить.

– Не бормочи, тебе не идёт, – женщина подошла к сыну и потрепала по волосам, – Лучше возьми ключи от второго дома и сбегай за гитарой.

– Сбегай, – повторил Луи, возмущённо выдыхая, – Мам, да наш второй дом на другом конце города! Куда я побегу?

– Ну, не бурчи, говорю же, тебе не идёт, – как ни в чём не бывало заговорила мама Луи, перемещаясь в столовую и при этом успевая потрепать по волосам ещё и довольного Найла. Луи, сложив руки на груди, скептично изогнул брови и уставился на друга.

– Что? – с набитым ртом спросил блондин.

Луи, тяжело вздохнув, вышел с кухни, едва не врезаясь в Дейзи и поднимаясь наверх. Парень не вышел оттуда вплоть до прихода гостей.

Первыми приехали, как и всегда, тётя Оливия и дядя Чарли с их пятилетним сыном Феликсом. Малыш, едва зайдя в дом, сразу же углядел своего самого любимого “члена семьи Томлинсон” и, радостно закричав, бросился именно к нему, не обращая никакого внимания ни на сестёр Луи, ни на родителей.

– Найл! – громко смеясь, Феликс с размаху влетел в блондина, который, громко засмеявшись, поднял мальчика на руки.

– А ты становишься всё больше, Фел, – Найл как бы в доказательство несколько раз опустил и поднял руки, показательно морщась, – Ох, братишка, заставишь ты меня так спортом заняться.

В это время Луи здоровался с дядей и тётей. Томлинсон действительно был рад их видеть, особенно Оливию. Она была именно той тётушкой, которая незаметно подливала детям виски, а маме говорила, что это простая кола.

– Луи, дорогой, здравствуй, – Оливия подошла к племяннику и крепко обняла, – Я тебя давно не видела. Возьми сто баксов в заднем кармане, купите с Найлом бутылку нормального коньяка.

– Я тоже рад тебя видеть, – искренне улыбнулся Луи. Через несколько мгновений Оливия отошла от шатена и подошла к Найлу, чмокая парня в щёку.

– Феликс, ты уже не маленький, прекрати вешаться Найлу на шею каждый раз, – женщина взяла сына на руки и улыбнулась блондину, – Я дала Луи сотню. Если он скажет, что ничего не было, просто скажи ему, что я разрешаю вам взять мою машину, если это ленивое создание не захочет ехать с тобой за коньяком. А теперь, дети мои, тётушке Оливии нужна срочно доза хорошенького вермута, – громко заявила женщина, направляясь в столовую.

– Обожаю её, – засмеялся Найл.

– Она сказала тебе про сотню, да? – Луи лишь засмеялся, когда блондин, широко улыбнувшись, бодро кивнул.

Далее приехали ещё несколько родственников – крёстная Лотти, Розали, по совместительству третья сестра матери Луи, которую Томлинсон любил не меньше, чем Оливию или маму. В детстве он всегда говорил, что у него не две тёти, у него просто три мамы. Роза, обняв Найла и Луи, тоже завела оду о том, что долго не видела своих мальчиков, и впихнула им по пятьдесят баксов, пока мама не видела. Подмигнув друг другу, парни стали с нетерпением ждать приезда новых гостей.

Дальше пошли родственники со стороны отца. Его сестра Кларисса, с порога заявив всем, что она здесь просто чтобы напиться и забыть о чёртовой работе, всучила Найлу сумки, как бы прозрачно намекнув заглянуть в карман. В этот раз парням перепало по семьдесят баксов, и Луи уже всерьёз размышлял, какой коньяк они смогут купить на такие деньги.

– А ну-ка, где этот зануда? – едва зайдя, громко спросил Коннор, двоюродный брат Луи. Томлинсон, рассмеявшись, пошёл навстречу парню, обнимая его, – Дани будет? – тут же спросил Коннор, стоило только Томлинсону отойти и дать дорогу Найлу.

– Будет, – кивнул шатен, – Только вот у неё теперь парень есть.

– Окей, – протянул Коннор, размышляя мгновение, – А ещё девушки есть? Найлер, ну, у тебя-то есть теперь знакомые? Зараза, вот хоть раз бы кого притащил.

– Коннор! – воскликнула Оливия, разводя руки в стороны для объятий очередного племянника.

– Поговорим ещё, – шепнул им парень и, широко улыбнувшись, пошёл навстречу тёте.

– Ему не перепадёт ничего, он же это понимает? – тихо спросил Найл, даже не глядя на Луи.

– Не знаю, но ему точно ничего не достанется, – пожал плечами Томлинсон.

Пришла ещё куча родственников Луи – тёти, дяди, двоюродные братья и сёстры, бабушки и дедушки. Все так или иначе были кровно связаны с Томлинсонами, каждый что-то сказал Луи, и почти все что-то ему всучили. Найлера же любили абсолютно все дети. У Феликса была тут своя компания из шести человек. Все они были карапузами не больше шести лет, и Фел был у них почти главарём, всё время подбегая к Найлу. А блондин и против не был. В конце концов, сказав, что больше никого из тех родственников Луи, по которым Хоран реально соскучился, не осталось, ирландец смылся с детьми на задний двор с футбольным мячом.