Текст книги "We're all on fire (СИ)"

Автор книги: Эмили Стаффорд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 23 (всего у книги 49 страниц)

– А вот и нет, – Дейзи показала ему язык.

– Почему-то вы сказали совершенно обратное, когда я попросила вас сходить в магазин, – подключилась к разговору Лотти.

– Ты пообещала нам за это двадцатку, – закатила глаза Фиби.

– Да и вообще, нельзя стать взрослым для Санты, – кивнула Дейзи.

– Вон, даже Коннор написал письмо, – поддержала сестру Фиби.

– Чего? – возмутился парень.

– Слушаю, – зажав ладонью левое ухо, Луи прижал ко второму телефон.

– Заехать за тобой? – он едва разобрал слова.

– Откуда у тебя машина? – нахмурился Томлинсон. До него донёсся хриплый смех, – Гарри, – протянул шатен, вздыхая.

– Не волнуйся, не угнал я её. Всё легально. Ну так что? – вновь спросил кудрявый. Луи несколько мгновений колебался, но в итоге сдался, вздыхая.

– Ладно. Но всё равно ты расскажешь мне, откуда у тебя машина, – добавил шатен.

– Отлично, жди звонка, – после этих слов Стайлс скинул вызов. Луи, едва заметно улыбнувшись, убрал телефон и вновь посвятил своё внимание семье. Лучше бы он этого не делал.

– Это не для Санты! – всё ещё восклицал Коннор.

– А для кого тогда? – допытывалась Дейзи.

– Любопытным девочкам подарки не дарят, – решил всё-таки вмешаться Луи.

– Лу, милый, ты же не будешь с нами, так что вот тебе подарок, – прошептали шатену на ухо. Луи опознал человека по мягким рукам и платиновым волосам, упавшим на его плечи. На колени ему положили подарок, а потом Оливия поцеловала племянника в висок, заставив парня улыбнуться.

– Люблю тебя очень сильно, – проговорил тот, повернувшись к женщине.

– И я тебя, – одними губами ответила она.

Гарри позвонил в десять часов. Луи, извинившись перед всеми, встал из-за стола и пошёл за рюкзаком, в котором лежали подарки для всех остальных. Когда он спустился, то с удивлением отметил, что Коннор тоже обувается. Оказалось, он уходил на свою вечеринку, которую устраивала та самая девушка, которую, как узнал недавно шатен, зовут Аделаида. Пожелав кузену удачи, Луи разошёлся с ним в разные стороны и запрыгнул в чёрный старенький джип.

Гарри практически светился. На нём был всё тот же новогодний джемпер, который он надел на Рождество, а на запястье Луи заметил новую маленькую татуировку в виде крохотной ели. Сначала Томлинсон хотел засмеяться, но потом увидел, что в ствол дерева вогнано лезвие ножа, а сама ель стоит в луже собственной “крови”, и смеяться резко перехотелось.

– Очень празднично, вау, – пробормотал Луи.

– Ну ты же не ожидал, что я набью себе улыбающуюся ёлочку, верно? – рассмеялся Стайлс.

– Как вообще я мог забыть, что ты у нас король мрака? – закатил глаза шатен. Гарри, рассмеявшись ещё раз, коротко поцеловал шатена в губы.

– Рад видеть тебя, – улыбнулся панк. Напускное недовольство шатена испарилось в мгновение. Он не знал, как охарактеризовать своё состояние, но сопливое слово “растаял” вполне бы подошло, наверное.

– Откуда у тебя машина? – заговорил Томлинсон вновь, когда они уже ехали по ночному – почти – городу.

– Моя мама отсудила у своего тупого брата её. Джемма сказала, что у неё есть Эштон, маме машина в принципе не нужна, у неё служебка. Досталась мне, – пожал плечами кудрявый. Луи, раскрыв рот, не знал, стоит ли ему радоваться так уж сильно, – Она в плохом состоянии, я это понимаю, но это лучше, чем ходить в минусовую температуру пешком.

– Поздравляю, – улыбнулся шатен. Он почему-то очень сильно обрадовался известию. Внутри у него что-то ёкало, прямо как когда Стайлс получил работу. Разум услужливо подсказал парню ответ на незаданный вопрос, но тот это проигнорировал.

Они приехали в половине одиннадцатого. Луи уже забыл, чей это дом. Он просто зашёл, держась за рукав свитера идущего впереди Гарри, и понял, что чувствует себя в такой обстановке уже вполне свободно. В одной из комнат парни нашли своих друзей. Стайлс, как и всегда, испарился через какое-то время, а вниманием Томлинсона завладела Элеонор. Всё происходило обычно, по уже давно знакомому сценарию.

Гарри вернулся примерно в половине двенадцатого. Он пришёл как раз тогда, когда Найл объявил Тайного Санту. Все сидели в кругу, в центре которого друг на друге лежали подарки. Элеонор сидела рядом с Луи и сжимала его ладонь, тепло улыбаясь.

– Итак, первый подарок для, – Лиам, решивший управлять всем этим, опустил взгляд, с трудом читая надпись, – Найла, – парень передал блондину коробку. Тот, решив не тратить время, мгновенно сорвал обёртку и взял в руки билеты в кино, тёплый свитер и ещё какую-то непонятную вещь, которую Томлинсон не разглядел.

– По-моему, тут не так уж и много вариантов, – Найл улыбнулся, переводя взгляд на Зейна, строящего из себя ничего не понимающего.

Обмен подарками продолжался довольно долго. Все смеялись, радуясь подарку. Луи получил несколько своих – от Элеонор, Дани и Криса. Лиам и Зейн подарили парню один подарок, коим была новая игра. Томлинсон понимал, что они купили это больше для себя, чем для него, но всё равно был очень и очень рад.

– Луи, – Лиам передал шатену очередную коробку. Улыбнувшись, шатен принял её и сорвал упаковку, открывая подарок и ахая.

На дне коробки лежал тёплый серый шарф, который являлся практически копией того, который Томлинсон потерял в день похода в театр. Поразмыслив мгновение, Луи широко улыбнулся и прикусил губу, пытаясь сдержать смех.

– Это Гарри, – Томлинсон поднял взгляд на кудрявого и сжал шарф сильнее. Стайлс запомнил, что шатен очень сильно расстроился, потеряв вещь, и купил такой же. Вернее, Луи надеялся, что Гарри его купил, так как он стоил немало, но ему, на само деле, было плевать, – Спасибо огромное, – одними губами произнёс Луи. Гарри открыл рот, чтобы сказать что-то в ответ, но почему-то передумал и опустил взгляд. Луи нахмурился, но ничего не сказал, так и не заметив, что за ними с грустной улыбкой наблюдала Элеонор.

Без пяти двенадцать все вышли на улицу. Компания Луи была в сборе. Лиам и Дани целовались, Зейн и Найл смеялись над чем-то, Луи и Элеонор просто обнимались, а Гарри и Крис обсуждали что-то вполголоса, оказавшись без пар. Время шло, а шатен просто наблюдал за своей девушкой с лёгкой улыбкой. Что-то в ней переменилось. Она перестала быть той, которой была раньше. Она перестала так много времени проводить с Томлинсоном, перестала ночевать с ним, навещать его каждый день. Она будто бы стала тише и замкнутее. Стоило только Луи подумать об этом, кто-то взорвал хлопушку – ну или выстрелил из пистолета – и начался обратный отсчёт.

– Десять, – скандировали все вокруг.

– Готова? – улыбнулся Луи.

– Девять.

– Всегда готова, – кивнула Элеонор, улыбаясь в ответ.

– Восемь.

Взгляд Луи скользнул по лицу девушки, а затем он поднял голову и почувствовал, как обрывается что-то внутри.

– Семь.

Гарри смотрел прямо на него, мягко улыбаясь, как и всегда, и считая вместе со всеми.

– Шесть, – произнёс кудрявый, – Давай, – проговорил он одними губами.

Луи едва заметно улыбнулся. Даже сейчас они умудрились разговаривать друг с другом. Он не знал, как должен был реагировать на это, поэтому просто наплевал на всё и продолжил смотреть на Стайлса, обнимая Элеонор.

– Пять.

В этот раз Луи произнёс это вместе со всеми. Гарри сразу же заулыбался слегка шире.

– Четыре.

Они не отводили взгляда.

– Три.

Они продолжали смотреть друг на друга, не понимая, почему.

– Два.

Гарри улыбнулся слегка шире и что-то проскользнуло в его взгляде, что заставило Луи всматриваться в него с ещё большим вниманием и, вероятно, восхищением.

– Один, – парни произнесли это вместе со всеми, но в то же время отдельно ото всех. Гарри округлил глаза, вызывая у Луи смех, и специально отвернулся.

– С новым годом, – прошептал Томлинсон.

– С новым годом, – отозвалась Элеонор.

Улыбнувшись, Луи поцеловал её. Он всегда считал, что новогодние поцелуи обладают магией. Поцелуешь человека в двенадцать часов – останешься с ним на весь год. Он также считал, что новогодний поцелуи можно подарить лишь тому, кого ты действительно любишь, причём очень сильно. Такие поцелуи всегда отличались от обычных. Это было чем-то вроде символа любви, наверное. Луи не знал точно, как сам считает, но всё равно эта вещь вызывала у него трепет.

Через какое-то время Элеонор отстранилась, и к ней вновь вернулась та грустная улыбка. Луи нахмурился, склоняя голову набок, как бы прося рассказать, в чём дело. Девушка, тяжело вздохнув, зажмурилась на несколько мгновений, а потом подалась вперёд и крепко обняла шатена, через какое-то время отстраняясь и глядя Луи прямо в глаза.

– Лу, – со вздохом начала она, – У меня есть для тебя ещё один подарок, – она усмехнулась, но Луи показалось, будто в её голосе сквозит горечь, – Знаешь, новогодние подарки не всегда хорошие, верно? Они имеют свои минусы. А ещё не всем подарки дарят радость. Ведь, например, кому-то могут купить свитер, о котором мечтал другой человек, но вот первый будет счастлив, а второй – нет. Самопожертвование, наверное? Не знаю, как сказать.

– Эль, в чём дело? Что происходит, – Луи поднял лицо девушки за подбородок, заставляя её смотреть в глаза. В её собственных глазах блеснули слёзы, и после этого Луи показалось, что он умирает изнутри.

– Лу, я всё вижу, знаешь? Я просто, – она вздохнула, прикрывая глаза. Её щёки блестели от слёз, а губы дрожали, но она нашла в себе силы и открыла глаза. Слабо улыбнувшись, она вздохнула, возвращая контроль над собой, – Я просто уйду. Это мой тебе подарок. Я просто дарю тебе возможность быть с тем, кого ты любишь по-настоящему.

– Что ты говоришь вообще? – выдохнул Луи. Его сердце упало, а потом взорвалось, а потом, кажется, сгорело, но ему было наплевать. Он просто смотрел в полные горечи глаза напротив и чувствовал себя трупом.

– Я понимаю, что ты ещё любишь меня. Но это не навсегда, Лу. Подростковая любовь изменчива, – она вновь улыбнулась, убивая Томлинсона ещё раз, – Глупо полагать, что, если вы подходите друг другу, вы вместе навсегда. Первая любовь самая сильная, это верно, и именно это заставляет меня отпустить тебя. Я очень сильно люблю тебя, Лу, – девушка обняла парня вновь, утыкаясь носом ему в плечо, – Но ты влюблён, это делает тебя счастливым. Так будь счастлив. Это будет твоим подарком мне. Твоё счастье – это подарок мне.

– Элеонор, прошу, – прошептал Луи. Его горло сжималось, а в глазах щипало, но он понимал, что он бессилен.

– Ты влюблён, – повторила она, отстраняясь и вновь глядя парню в глаза, – Я наблюдала за тем, как ты осознаёшь это. Может, ты ещё не совсем всё понял. В общем, как бы то ни было, я просто даю тебе свободу. Даже если ты не влюблён или не будешь с другим человеком, просто будь свободен. Не чувствуй груз обязательств и прочего. Люби того, кого хочешь.

– Я хочу любить тебя, – выдохнул Луи в отчаянии. Элеонор, улыбнувшись, наклонилась к нему и мягко поцеловала, гладя скулы большими пальцами.

– Ты знаешь, что всё уже давно иначе, – покачала головой она, – Желаю тебе счастья, милый, – обняв Томлинсона и вложив в объятие, кажется, всю любовь, которую она чувствовала по отношению к шатену, девушка выскользнула из кольца его рук и скрылась в толпе людей. Луи проводил её взглядом, поджав губы.

Ему казалось, что всё вокруг стихло. Он не чувствовал взглядов друзей, направленных на него. Не заметил, как кто-то из них последовал к дому вслед за Колдер. Луи не слышал больше смеха, музыки, радостных возгласов, шума города, “новогоднего” шума. Он не чувствовал больше счастья, атмосферы праздника, радости.

Он, как ни странно, чувствовал просто свободу и какую-то странную пустоту. Последняя была по-ненормальному привычной. Томлинсон не чувствовал боли, о которой так много говорят. Не чувствовал он и грусти. Он чувствовал свободу, которую подарила ему Элеонор. Вероятно, это и было её подарком. Значит, он должен с улыбкой принять его и жить с ним, несмотря на то, как сильно он ему понравился или же наоборот. Ведь, когда тебе дарят не то, что ты хочешь, ты ведь не выбрасываешь подарок, верно? Ты принимаешь его, а, быть может, даже радуешься ему. Поразмыслив ещё несколько мгновений, кудрявый обернулся к друзьям и улыбнулся.

– С новым годом всех, – проговорил он.

Когда он вошёл в дом, он всё ещё чувствовал себя слегка странно. Рядом с ним шли Найл и Дани, а позади шагали Зейн, Лиам и Гарри. Всё было как обычно, но, в то же время, и нет. Хоран принёс шатену выпивку, и тот, не думая долго, выпил практически залпом всю бутылку пива. Когда же они, наконец, дошли до гостиной, его внезапно кто-то позвал, и Томлинсон вспомнил, что, вообще-то, на этой вечеринке есть ещё человек, которого он хотел увидеть.

– Я не мог тебя найти! – пожаловался Адам. Судя по его расфокусированному взгляду, он уже уже успел выпить, и немало, – Что-то произошло? – видимо, даже в таком состоянии он видел шатена насквозь. Поразмыслив мгновение, Томлинсон просто подошёл к нему и крепко обнял. Адам сначала удивлённо охнул, а потом обнял парня в ответ.

– Мы расстались, – прошептал Луи ему на ухо. Адам лишь поджал губы и кивнул.

Луи отправился в какую-то страну забвения через двадцать минут и четыре бутылки какого-то странного алкогольного напитка. Он вновь стал смеяться и шутить. Он был окружён друзьями, а разве не это делало его счастливым? Найл и Зейн разыгрывали какие-то сценки, вызывая у всех смех. Лиам и Дани просто целовались, всецело посвятив себя друг другу. Адам и Гарри сидел по обе стороны от Луи, разговаривая то друг с другом, то ещё с кем-то, кого Томлинсон даже не видел.

Луи уснул на диване, между Гарри и Адамом. Он и не подозревал, что его год начнётся так, но он пока не мог сказать точно, рад он этому или нет.

Элеонор же была уже давно дома. Её подвёз Крис, отправившийся успокаивать девушку. Она не понимала, почему он пришёл, но в итоге плакала именно у него на плече. Она рассказала, почему так поступила. Она хотела, чтобы Луи был счастлив и свободен, ведь она любит его так сильно. Крис выслушал её, а потом любезно подбросил до дома. Элеонор не спала, думая о Луи. Она была несчастна сейчас, но мысль о том, что, скорее всего, сам Томлинсон будет счастлив уже скоро, заставляла её улыбаться.

Комментарий к 11. Люби, пожалуйста, не меня

Что ж, это мой новогодний подарок всем читателям этого странного AU. Желаю всем хорошо передохнуть, отлично провести праздники и прочей белиберды, которую обычно всем желают в канун Рождества и Нового года.

С наступающим!

========== 12. Моё спасение от… тебя ==========

Жизнь Луи продолжалась. Он проводил время с семьёй и друзьями, смотрел с сёстрами фильмы и пил пиво с Гарри и Найлом. Адам тоже периодически проводил с ним время, но, всё-таки, он ещё не влился в компанию, и предпочитал гулять с шатеном тет-а-тет.

Томлинсон пил, смеялся, разговаривал на разные темы, но в груди всё равно чувствовал пустоту, проявляющуюся особенно сильно, когда он оставался один. Луи убрал все фотографии Элеонор с полок, запихнул подальше все её подарки, перенёс контакт в самый низ списка. Он пытался забыть, чтобы не просыпаться посреди ночи с ноющим сердцем. У него почти получилось, пока, будто бы назло, Дани не решила заговорить вечером десятого января.

– Эль уехала, знаешь? – тихо заговорила она, сидя бок о бок с Луи.

– Откуда, – фыркнул Томлинсон. Дани поджала губы, и шатен тут же почувствовал себя виновато, – Прости, не хотел срываться, – он улыбнулся подруге, невесомо целуя её в висок.

– Всё хорошо, – улыбнулась та, прикрывая глаза и кладя парню голову на плечо.

– Куда она уехала? – спросил Луи, обнимая девушку за плечи и тихо вздыхая.

– В Лондон. Родители, вроде как, захотели повысить её навыки во всех дисциплинах сразу, поэтому перевели её в Holland Park School*, – рассказала девушка. Луи, округлив глаза, привстал, чтобы посмотреть ей в глаза и увериться в том, что верно всё расслышал.

– Серьёзно? Её перевели туда? – переспросил парень, вскидывая брови.

– Не удивляйся так сильно, – улыбнулась Дани, – Там нужны деньги и ум. У Элеонор есть и то, и то. Было вопросом времени, когда она переведётся из нашей частной во что-то повыше. Она-то ведь метит в Оксфорд.

– Как и все мы. Господи, я не могу поверить, – покачал головой Луи, – Но почему посреди года? – продолжил Луи мучить подругу.

– Очевидно, были на то свои причины, – Дани опустила взгляд, явно давая понять, что разговор окончен.

Луи же всё понял. “Свои причины” – это он сам. Он держал её здесь, в их городе, в не такой престижной, как в Лондоне, школе, напротив которой располагалась государственная. Луи удерживал Элеонор от развития и приближения к цели? То есть, расставанием она дала свободу и самой себе? Если так, то, наверное, всё было верно. Луи никогда не стремился к Оксфорду – ну или хотя бы Кембриджу – так рьяно, как Элеонор. Он всегда хотел получить немного свободы и выбраться из-под извечного надзора родителей. Вот так оно в итоге и получилось. Она в Лондоне, готовится к поступлению в учебное заведение мечты, он – в родном Йорке, сидит и даже не думает об учёбе, спокойно потягивая пиво в компании друзей.

Луи не слышал о Колдер больше ничего. Они расстались две недели назад, и тот разговор с Дани был единственным за всё это время. Девушка не звонила ему, он – ей. Они взаимно пытались забыть друг друга, чтобы избавиться от ноющей боли в груди. Луи знал, что остальные связывались с Элеонор. Дани и Колдер созванивались ежедневно, чуть реже Колдер связывалась с Найлом и – Луи до сих пор был в шоке – Крисом. Он и хотел, и не хотел возобновлять общение с Элеонор. Он всё ещё любил её, так что ему нужно было время, чтобы забыть, как бы сопливо и глупо это ни звучало.

Именно поэтому он посвятил себя друзьям. Несколько раз за эти две недели парень выезжал в город. Адам, наконец, согласился прийти к нему, и даже остался как-то на ночь. Гарри разрешения на ночёвку уже не спрашивал – если он появлялся на пороге дома Томлинсонов, его оттуда уже не выпускали. Найл и Зейн устроили себе новогоднюю неделю, во время которой гуляли лишь вдвоём. После этого Хоран ещё дня четыре рассказывал Луи, какой Зейн романтичный, прекрасный, восхитительный и ещё какой-то там. Томлинсон переставал слушать уже через три минуты бесконечно сыплющихся на него эпитетов.

Это был вечер пятнадцатого января. Каникулы подходили к концу, остались какие-то там два дня. Луи шёл к Гарри, чтобы забрать у того свой свитер, забытый прошлым вечером. Естественно, они оба знали, что Томлинсону этот свитер к чёрту не сдался. Тем не менее, повод всё равно нужен был. Им хоть и было уже по шестнадцать – а кое-кому уже почти семнадцать – лет, но для совместного времяпровождения они всё ещё периодически нуждались в поводе.

Томлинсон переписывался с Адамом, обсуждая Halo 3. Томлинсон победил, когда парни играли в неё у него, и теперь Адам не мог найти себе места, постоянно обещая шатену отомстить. Луи лишь смеялся, но был вовсе не против повторной игры. Ему нравилось проводить время с Адамом. Им было, о чём поговорить. На самом деле, они во многом были схожи. Им нравилась одна музыка, их любимым предметом была литература, они оба предпочитали тамблер инстаграму – и плевать, что это были абсолютно разные социальные сети.

Луи как раз печатал ответ, как вдруг почувствовал, как в спину упирается что-то твёрдое, а шею опаляет дыханием. Томлинсон замер на месте, чувствуя, как колотится сердце и холодеют ладони. Медленно подняв голову вверх, Томлинсон шумно вздохнул, боясь пошевелиться.

– Телефон, – грубо бросил человек, стоящий у него за спиной, надавливая ножом сильнее, – Медленно поворачиваешься и отдаёшь, – продолжил тот.

Луи, сглотнув, медленно кивнул, давая понять, что не оказывает сопротивления. Осторожно, неторопливо обернувшись, Луи дрожащей рукой протянул парню в чёрной бандане, скрывающей губы и нос, свой ещё даже не погасший айфон, на дисплее которого высвечивался их с Адамом диалог. Парень, приложив палец к скрытым тканью губам, отодвинул руку с ножом и стремительным шагом направился к машине, запрыгивая на водительское сидение и тут же уезжая.

Луи прижал дрожащие пальцы к губам, чувствуя, что слёзы начинают неконтролируемо литься из его глаз. Он не жалел свой телефон. Его семья может позволить себе ещё один, но ему было очень страшно в эти несколько секунд. Ощущение лезвия ножа, упирающегося в спину, никак не хотело пропадать или забываться.

Луи почти не помнил, как дошёл до Гарри. Его разум вернулся к нему ровно тогда, когда открылась дверь. И тут же Томлинсона прорвало. Он заплакал вновь, освежая уже замёрзшие дорожки от слёз на щеках, падая в руки Стайлсу. Шатен чувствовал моментально окружившую его силу и надёжность. Стоило только рукам кудрявого заключить парня в плотное кольцо рук, и тот заплакал сильнее. Он был с Гарри, значит, его уже никто не тронет. Если он с Гарри, на него даже взглянуть побоятся. Но Гарри не было там, несколько минут – или часов – назад.

– Что произошло? – Луи чувствовал напряжение всем телом. Он чувствовал, как напрягается каждая мышца в теле Стайлса. Они сидели на диване, и Гарри обнимал его, нежно водя ладонями по спине, но в его глазах была злость, и Луи бы просто побоялся сейчас уйти от ответа, даже зная, что злость вызвана не им самим.

Луи выдал абсолютно всё. Он всхлипывал, комкал пальцами рубашку на спине Стайлса, неразборчиво бормотал что-то ему в грудь, но тот понял. Это было ясно по его напрягшейся спине, по сжавшимся губам и кулакам, по почти наполненным злостью глазам. Тем не менее, стоило только Луи поднять глаза на парня, его взгляд прояснился и наполнился беспокойством. Объятие стало нежнее, и Луи почувствовал тёплые губы на своих щеках, висках, лбу, губах.

Через какое-то время Луи удалось расслабиться. Гарри продолжал осыпать его поцелуями, которые были пропитаны нежностью. Стайлс держал его в своих руках, явно не желая выпускать.

– Я запомнил кое-что, – тихо проговорил Луи, – Не знаю, поможет ли это, но тем не менее.

– Что ты запомнил? – спросил Гарри. Он не позволил своему голосу измениться, всё ещё говоря тихо и нежно, но у себя в голове он уже раз пятьдесят убил этого парня в тёмной бандане.

– Номер машины, – Луи судорожно вздохнул, – Он ведь позволил мне повернуться, когда забирал телефон. Потом он сел в машину и уехал, но я запомнил номер. Было бы лучше, если бы у нас был доступ к базе данных, конечно, но я вспомнил, что ты учил меня смотреть на номера. Я бесполезен, – покачал головой шатен, утыкаясь носом в грудь Гарри вновь. Тот же еле сдерживал себя, чтобы не удушить парня в объятиях.

– Лу, – позвал он, приподнимая уголки губ, стоило только их взглядам пересечься, – У нас есть доступ к базе данных, – объявил он.

– В каком смысле? – Луи не поверил своим ушам, вскидывая брови. Гарри же улыбнулся и уже начал набирать кого-то, прикладывая палец к губам, – Стив? – глаза Луи полезли на лоб, но он не посмел произнести ни слова, дожидаясь конца разговора, – У меня будет к тебе просьба. Кое-что случилось, так что мне нужен доступ к базе. Ага. Ну, типо того, – Луи просто сидел и смотрел, как Гарри посмеивается, отвечая на вопросы Стива. В скором времени кудрявый повесил трубку и коротко поцеловал шатена в щёку, вставая с дивана, – Пойдёшь со мной сейчас. Одевайся.

Через сорок минут они приехали в какое-то место, в котором Луи раньше не был. Это был огороженный высоким забором частный дом. В ворота была встроена улучшенная версия домофона, которая использовалась в домах Луи и Хорана. Томлинсон мог лишь непонимающе оглядываться, следуя за уверенно шагающим Гарри.

Далее парни подошли к воротам и Гарри нажал на самую большую кнопку на панели. Камеры тут же повернулись на них, а на дисплее высветилась просьба ввести код или дождаться разрешения войти. Гарри ввёл несколько цифр, и, очевидно, деактивировал систему безопасности. Камеры отвернулись от них на дорогу, дисплей панели погас, а ворота открылись. Гарри, обернувшись к растерянному Луи, ободряюще ему улыбнулся и взял за руку. Как ни странно, это действительно вселило в Томлинсона немного уверенности.

Гарри провёл Луи через довольно большой двор – Томлинсон решил не обращать внимания на дорогой фонтан посреди него. Затем они поднялись по ступенькам и вошли в большой дом. Гарри свободно, будто бы у себя дома, скинул с себя куртку и кинул на один из крючков, поставив кроссовки на специальную подставку для обуви. Луи повторил всё за ним, чем заслужил очередную улыбку кудрявого.

– Не переживай, мы сейчас, можно сказать, в гостях у моих очень хороших друзей, – сказал Гарри шатену, ведя его по коридору с мраморным полом и дорогими картинами.

– Это поэтому нас встретили камеры и система защиты? – пробормотал Луи. Гарри лишь рассмеялся, останавливаясь у одной из дверей и без колебаний толкая её, жестом приглашая Луи зайти.

Томлинсон зашёл в, очевидно, гостиную. В ней было много всяких вещей – преимущественно дорогих – но это не резало глаза. В комнате было уютно и тепло. Большую часть комнаты занимал огромный диван, напротив которого висел плазменный телевизор практически во всю стену. На полу стоял журнальный столик, на котором стояла приставка и лежали разные игры. С другой же стороны гостиной можно было увидеть мраморный камин, сейчас не горящий, а около него несколько кресел-качалок. На два из них были наброшены тёплые синий и красный рождественские пледы, и в том кресле, на котором был красный плед, лежала книга.

Гарри дал Луи время оглядеться, но потом он кивнул на дверь в дальнем углу комнаты, как бы говоря, что они ещё не пришли. Луи уже сгорал от нетерпения, но податливо кивнул, и Гарри вновь взял его за руку, едва ощутимо сжимая его ладонь. Без колебаний толкнув и эту дверь, парень вошёл в новую комнату, и Луи, наконец, увидел хоть какого-то человека.

Они, наверное, оказались в кабинете-офисе. В этой комнате был лишь дубовый стол, на котором стоял компьютер новейшей модели, за которым сидел молодой парень. На вид ему было около двадцати пяти. Его тёмные волосы были растрёпаны, но его это явно не смущало. Парень был облачён в клетчатую рубашку, под которой виднелась чёрная футболка с черепом. Луи обратил внимание на то, что у парня были проколоты нос, бровь и губа. На носу у парня сидели чёрные очки, и он едва заметно улыбнулся, когда Луи и Гарри вошли.

– Джеймс, бесишь, – покачал головой Гарри, подходя к столу и упираясь в него ладонями, склоняясь над монитором.

– Мистер, я занят, – с улыбкой проговорил парень, – Если хочешь знать, сюда вообще нельзя никому приходить. Моё местоположение типо тайна и всё такое, – усмехнулся он, не отрываясь от монитора.

– Вау, ты важная шишка, – фыркнул Гарри.

– Такая же важная, как любой бомж в подворотне, – донёсся до парней женский голос. Луи даже не заметил, как в гостиную вошёл кто-то ещё.

Улыбнувшись Томлинсону, в кабинет вошла девушка, после чего подошла к Гарри. Луи окинул её взглядом. Её волосы были ярко-красными, но, тем не менее, ни татуировок, ни пирсинга он не заметил. Одета девушка была в простую чёрную футболку и светлые джинсы.

– Как сильно вы любите друг друга, вау, – рассмеялся Гарри, возвращая Луи с небес на землю, – Рад видеть тебя, – улыбнулся он, обнимая девушку.

– И я тебя. И Джеймс тоже. Ты не обращай внимания, он не всегда ведёт себя как кусок дерьма, только когда пытается произвести на кого-то впечатление, – обратилась она к Луи.

– Лу, это Грейс, – Гарри кивнул на девушку, на что та улыбнулась, – Это Джеймс, – Стайлс ткнул в парня, тут же махнувшего Томлинсону, – Мы сейчас с тобой в доме наркоторговца, – подвёл итог Стайлс. Луи закашлялся, заставив всех троих рассмеяться.

– Не бойся, всё в норме. Нас не преследуют копы или что-то типо того. Мирная жизнь наркош, – пожала плечами Грейс, присаживаясь на софу и скрещивая руки на груди.

– В общем, у Джеймса босс очень крутой, важная шишка в Йорке и все дела. На самом деле, у него есть люди здесь, в Манчестере и Оксфорде. Джим работает здесь уже сколько? – парень взглянул на хозяина дома с немой просьбой в глазах.

– Ну, с шестнадцати лет. Девять, – пожал плечами Джеймс, – Что бы ты ни думал, – парень обратился к начинающему вникать в ситуацию Луи, – Я не такой наркоторговец, какой обычно в фильмах – с пистолетом за пазухой, золотыми зубами и паршивой жизнью в мотелях. Мой босс, как уже верно сказал Гарри, важный человек, и он обеспечивает меня всем, что необходимо.

– Ты создаёшь наркотики? – спросил Луи, вновь заставив всех рассмеяться. Шатен смутился, представив, как глупо выглядел, и Гарри, заметив это, переплёл их пальцы. Он сделал это так непринуждённо, что Луи сразу понял, что Грейс и Джеймс – люди, которым можно доверять на все сто процентов.

– Я просто развожу их заказчикам, – покачал головой Джеймс.

– Никогда бы не подумал, что наркоторговцы так живут, – Луи обвёл взглядом кабинет, стены которого были завешены дорогими картинами.

– Поверь, если бы не я, этот дом выглядел бы хуже, чем жалкая душонка этого идиота, – Грейс встала на ноги и подошла к Джеймсу со спины, кладя руки ему на плечи.

– А тебя не ловят? Ну, с наркотиками, – вновь задал вопрос Луи.

– Меня ловили несколько раз, но мой босс имеет связи везде, – покачал головой Джеймс, – И когда я говорю везде – я имею в виду, что он может сделать реально что угодно. Полицейские боятся его как я не знаю кого.

– К слову, для этого мы и здесь, – заговорил Гарри, – Полицейские.

– Да, – кивнул Джеймс. Его взгляд тут же стал серьёзным, а от былой весёлости не осталось и следа, – Давайте номер, – Джеймс застучал по клавишам, и Гарри подтолкнул к нему Луи. Томлинсон едва вспомнил цифры, но, тем не менее, всё же назвал их, и Джеймс тут же пробил номер по базе данных.

– Мне, конечно, очень жаль, – заговорил парень, внимательно изучая экран, – Но это ничего не дало, – раздосадованно вздохнул он, откидываясь на спинку стула, – Машина числится в угоне с двадцать третьего декабря. Судя по всему, этот чувак везучий, так как дело закрыто, – проговорил Джеймс, поворачиваясь к стоявшим бок о бок Гарри и Луи.

– Больше ничего? – явно расстроенно спросил Гарри. Луи поджал губы. На что он рассчитывал? Ему, в принципе, вообще не нужен был этот телефон, просто остался осадок.

– Есть кое-что, – покачала головой Грейс, которая, в отличие от Джеймса, решила пробить номера где-то ещё и явно осталась довольна результатом, – Слушайте, этот чувак просто конченый урод, – усмехнулась она, – Машина выставлена на продажу час назад.

– Может, он и телефон захочет продать? – с надеждой в голосе спросил Луи, присаживаясь на софу.

– У него были какие-то особенности? – спросила она, всё ещё упираясь в стол ладонями, – Ну, наклейки, царапины, – пояснила она.