Текст книги "Острие стали (ЛП)"

Автор книги: Элизабет Дир

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 22 страниц)

ОСТРИЕ СТАЛИ

АВТОР: ЭЛИЗАБЕТ ДИР

СЕРИЯ: АКАДЕМИЯ СТРАЖЕЙ-ПЕРЕВЕРТЫШЕЙ

КНИГА: 2

ВАЖНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

Данный перевод является любительским и не претендует на профессиональный. Перевод выполнен для ознакомления. Все права на оригинальный текст принадлежат автору и правообладателям.

Ответственность за скачивание, хранение и распространение несет сам читатель.

Просьба не выкладывать русифицированные обложки и текст в социальные сети (Instagram, Tik Tok, Pinterest, Fb др.)!

Приятного чтения!

Читателям, которые, как и я, весь 2019 год взахлёб читали все попадавшиеся им романы о «горячих магических академиях». Спасибо, что вместе со мной вернулись к истокам.

АННОТАЦИЯ

Мои предназначенные отвергли меня, а теперь приползли обратно. Поздно. Слишком поздно.

Когда мужчины, в которых я почти влюбилась, оттолкнули меня и бросили умирать в лесу, я поклялась навсегда вычеркнуть их из своей жизни.

Но у Луны оказались другие планы.

Выяснилось, что Хит, Эйден, Элайджа и Уайатт – мои Предназначенные. Редчайшее благословение: идеально подходящие партнёры, избранные нашим небесным божеством.

И мне оно совершенно не нужно.

Но теперь я застряла с ними на летних сборах Стражей и продолжу бороться за постоянное место в рядах элитных воинов нашего народа. Став одной из них, я наконец смогу защитить и себя, и свою зверицу.

Мне не нужны связи. И уж точно не нужны Предназначенные, которым я понадобилась лишь потому, что так велела Луна.

Но четверо могущественных перевёртышей так просто не сдадутся. Они приехали на сборы, готовые забрать то, что считают своим.

Вот только мои когти выпущены, а мечи остро заточены.

Игра началась, мальчики.

ПРИМЕЧАНИЕ АВТОРА

Всем привет! Добро пожаловать обратно в историю Эйвери. Перед началом – несколько коротких замечаний.

Прежде чем читать эту книгу, следует ознакомиться со «Схваткой когтей». Здесь остаются в силе те же предупреждения: фантастическое насилие и лёгкие кровавые подробности, обсуждение смерти родителей главных героев, а также травля и жестокие «посвящения» – не со стороны возлюбленных.

Страсти станет больше, но история всё ещё разгорается медленно, так что устраивайтесь поудобнее и смотрите, как парни изо всех сил пытаются заслужить желаемое.

И здесь по-прежнему есть змеи. Но теперь мы любим обоих, правда?

В конце нас ждёт ещё один клиффхэнгер, но не такой болезненный. Это вторая книга из трёх, поэтому дальше обрывов не будет.

Надеюсь, читать вам будет так же весело, как мне было писать.

– Элизабет

ГЛАВА 1

ЭЙВЕРИ

– Нам с тобой пора перестать встречаться при таких обстоятельствах, пап.

Моя попытка пошутить его не развеселила.

– В этот раз ты едва не истекла кровью, Эйвери, даже после обращения. Если бы брат не оказался рядом и не отдал тебе кровь… – Он покачал головой и провёл ладонью по бородатому лицу. Мой папа был волком-Альфой и сохранял невозмутимость даже в самых страшных обстоятельствах, но меня ему было не обмануть. Он едва держал себя в руках. – Не могу даже произнести это вслух.

Я очнулась всего несколько минут назад. Каким-то образом меня доставили в школьный лазарет и на этот раз уложили в настоящую больничную койку, опутав проводами и трубками. Боль ещё не прошла, но врачи, видимо, сотворили надо мной впечатляющее целительное волшебство: все части тела оставались на своих местах и заживали. Зверица мирно дремала внутри.

Когда я впервые открыла глаза, какой-то мучительный рефлекс заставил меня поискать Хита в кресле у стены.

На один ужасный миг мне его не хватало.

А потом я вспомнила, что ненавижу его.

К счастью, в кресле сидел папа. Он сообщил, что уже середина утра, а значит, я провела без сознания добрых десять часов.

Мой папа-лис Джозеф захватил табурет доктора Ли и подкатился к кровати.

– Как ты себя чувствуешь? – тихо спросил он. Сегодня длинные золотистые волосы свободно падали ему на плечи, и он был похож на заботливого ангела, склонившегося над больной дочерью.

– Если учесть обстоятельства, неплохо. – Я приподнялась и устроилась на подушках. – Где Иэн? А Кай? Рейфы кого-нибудь убили в колледже? Какого чёрта случилось с защитными чарами?

Джозеф похлопал меня по руке. – Спокойно. Никто не погиб. Стражи отправили отряд защищать стену, пока дежурные специалисты Совета восстанавливали чары. Ты и весьма впечатляющий квад, который тебя сюда доставил, уничтожили всех рейфов, проникших на территорию.

– А брат и Кай охраняют дверь. Иэн настаивает, что этих мальчиков… – Папа выразительно покосился на меня. – …нельзя пускать к тебе. Он уже один раз проткнул медведя.

Я моргнула.

– Кай, что вполне понятно, беспокоится за безопасность Иэна, поэтому присматривает за происходящим.

Я рассеянно кивнула. Надежда, что квад Блэквелла просто исчезнет и оставит меня в покое, была слишком наивной.

– Милая. – Папа всмотрелся в моё лицо, и уголки его губ дрогнули. – Они сказали, что вы Предназначенные.

– Вообще-то заявили во всеуслышание, – добавил Джозеф. – А после того как твоё состояние стабилизировали, потребовали впустить их сюда.

– Но Иэн объявил, что они подойдут к тебе только через его осквернённый труп. Потом все обменялись любезностями, и началась резня.

Джозеф снова сжал мою руку. – Это правда? Ты встретила Предназначенных?

Не думай, что это хоть что-нибудь значит, Эйвери.

Она никто, Элеонора.

Ты знаешь, что не подходишь нам.

Я закрыла глаза и глубоко вдохнула. Не стану плакать. Только не сейчас. Не после всего, что пережила.

– Правда, – прошептала я. – Но они мне не нужны.

Папы обеспокоенно переглянулись.

– Почему, милая? – медленно спросил папа.

– Потому что я была не нужна им, – огрызнулась я.

Джозеф оторопел, а глаза папы расширились на едва заметную долю миллиметра.

– Они были как любой другой квад Праймов: искали свою латентную принцессу, – устало добавила я. – Сами мне сказали, причём предельно ясно. Теперь им не всё равно только потому, что мы оказались Предназначенными.

– А-а. – Папа откинулся на спинку кресла и задумался. – Не думаю, что они легко сдадутся, милая. Мы с твоей матерью не были Предназначенными, но я слышал: к избранному Луной партнёру тянет так же сильно, как после истинного соединения связи. Если звери есть у обоих, это чувство способно поглотить целиком. Такие могущественные квады привыкли считать, что самые крепкие связи создаются с латентной центральной партнёршей, и к подобному могут оказаться… не готовы.

Мой ответ прозвучал холодно как лёд:

– Мы со зверицей думаем одинаково.

Почти. Она спала, и после пробуждения – когда мы уже не умирали от потери крови – могла высказать более решительное мнение. Но там, в лесу, зверица, мягко говоря… металась.

Ничего. Решаю я, и моей твёрдости хватит на нас обеих.

Папа внимательно посмотрел на меня.

– Как бы то ни было, своей жизнью распоряжаешься ты, Эйвери. Мы никогда не станем подталкивать тебя к связи с мужчинами, которые тебя недостойны, Предназначенными или нет. У тебя два острых меча и чертовски сильная зверица. Обозначь границы и беспощадно их защищай.

– Если после Иэна от этих мальчиков хоть что-нибудь останется, – с мрачной улыбкой добавил Джозеф. – Теперь его поведение понятнее. Похоже, они причинили тебе боль, милая. Мне так жаль.

– Причинили, – тихо сказала я. – И мне жаль, Джей.

Дверь распахнулась с грохотом, и в палату решительно вошёл Иэн. Клетчатые пижамные штаны были заправлены в ботинки, на нём красовалась простая белая футболка, а пепельно-светлые волосы торчали во все стороны. В руке он держал катану, положив клинок на плечо; под глазами залегли тени. Он вообще спал этой ночью?

– О, ты проснулась. – Иэн замер и критически меня оглядел. – Хорошо.

– И тебе привет, – сухо ответила я. – Тебе и правда позволяют протыкать людей в коридоре школьного лазарета?

Он фыркнул и надменно вскинул подбородок.

– После того как их якобы первоклассные чары отказали, а моя сестра едва не погибла, спасая им задницы, колледж позволит мне всё, что я, мать его, захочу. Декан уже заходил и сообщил папе, что в следующем году наши частичные стипендии станут полными.

Я выпрямилась.

– Они выяснили, что случилось с чарами?

– Очень неохотно говорят, – ответил папа. – Но полный отказ только на одном участке периметра, по-моему, смердит вмешательством.

– Кай согласен, – сказал Иэн. Кай был нашим семейным специалистом по защитным чарам. – Даже стаевики перебрались через стену, а значит, защиту полностью стёрли. Она не изнашивалась постепенно, и дело не в том, что на прошлом полнолунии какой-то участок зарядили недостаточно.

Прекрасно. Похоже, на нас напала не просто кучка разлагающихся гниющих чудовищ. Особенно сильный Гигант иногда мог прорваться даже сквозь исправные чары, но родные были правы: кто-то создал широко распахнутую дверь у главных ворот колледжа.

К счастью, это была не моя проблема. Своих хватало.

– Кто… эм… – Я теребила трубку капельницы, подведённую к руке. – Кто теперь знает о моей зверице?

Иэн убрал меч в ножны за спиной и сел в ногах кровати. Поверх одеяла ободряюще похлопал меня по ноге.

– Не волнуйся, Эйвс. Броди приняли в круг доверия. Иначе было нельзя: он был со мной, когда позвонили и сказали, что ты… – Голос надломился, и я протянула руку. Иэн сжал её, а потом пронзил меня страшным взглядом. – Ради всего святого, можешь больше со мной такого не делать? Ты едва не истекла кровью! А если бы меня не было рядом и я не смог дать тебе кровь?

– Прости, Иэн.

– Ещё бы тебе не было жаль. Знаешь, как меня бесит, что я хоть немного благодарен кваду этих мудаков за то, что они успели доставить тебя сюда и спасли тебе жизнь?

Я невесело хмыкнула. – Тогда избавлю тебя от чувства долга. Я едва не стала пищей для рейфов только потому, что они бросили меня одну в лесу.

Иэн вскочил, снова выхватил клинок и ринулся к двери.

– Я их убью. Эту мелочь ублюдки в своей истории почему-то упустили…

Папа метнулся вперёд и загородил ему путь.

– Нет. Больше не позволю тебе размахивать мечом перед квадом Праймов, особенно перед василиском. Сядь и успокойся.

Иэн протопал в угол и плюхнулся в кресло, словно надутый малыш.

– Возвращаясь к твоему вопросу, милая, – сказал Джозеф, – о тигрице знают только парень Иэна и те четверо. Мы объяснили мальчикам, насколько важно хранить тайну, но они уже и сами это поняли.

– Знаю, ты на них злишься… – начал папа.

– Мягко сказано.

– …но, как бы то ни было, желание защищать тебя будет непреодолимым. Предназначенные не выдадут твою тайну.

Иэн угрюмо посмотрел на меня. – Значит, это правда?

– К сожалению. – Я ответила таким же угрюмым взглядом. – Иначе зачем бы они сидели здесь и изображали, будто теперь им не всё равно?

Просто уйди, Эйвери. Ради всего святого.

Да как они смеют?

Иэн криво усмехнулся.

– Точно. Ублюдки.

В дверь постучали, и в палату заглянул доктор Ли. Кажется, его что-то забавляло.

– Здравствуй, Эйвери. Я пришёл тебя осмотреть, но, кроме того, у тебя, похоже, посетитель.

Я мгновенно ощетинилась.

– Если это кто-то из квада Блэквелла…

Он покачал головой.

– Нет, хотя, кажется, он с ними связан. На вид – фиолетовый питон.

Золотистые брови Джозефа взлетели к линии волос.

– Кто?

Я немного расслабилась.

– Пусть войдёт.

Дверь открылась, и доктор Ли проскользнул внутрь. Высокий, подтянутый, с точёными скулами, блестящими чёрными волосами, к которым так и хотелось прикоснуться, тёмными добрыми глазами и бесконечным терпением к чужим глупостям. Выглядел он свежо – значит, его смена только начиналась.

При виде доктора Ли Иэн выпрямился и перестал хмуриться. Я кашлянула и закатила глаза.

Следом вполз Джордж и тут же направился к моей кровати.

– Привет, приятель, – проворковала я. – Ты где пропадал?

Папа застыл у стены, Джозеф окаменел на табурете. Пока Джордж неторопливо забирался на кровать, оба смотрели на меня так, словно боялись, что в лесу я повредилась рассудком.

– Расслабьтесь, папы, – протянул Иэн. – Это Джордж. Он принадлежит василиску, но обожает Эйвс. После развода наверняка решит жить с ней.

Джордж свернулся рядом кучкой и положил голову мне на бёдра. Я погладила его по гладкой чешуе.

– Поразительно, – сказал Джозеф, расслабляясь. – Возможно, Джордж каким-то образом почувствовал дарованную Луной связь между твоей зверицей и василиском. Представляешь?

Я помрачнела. Скорее всего, он был прав, и это многое объясняло, но мысль, что Джордж привязался ко мне лишь потому, что зверь Элайджи Предназначен моей тигрице, немного всё портила.

Доктор Ли просмотрел карту на планшете и подошёл к кровати.

– Не возражаешь, Джордж? Мне нужно проверить раны Эйвери. Прошлой ночью ей пришлось нелегко.

Джордж зашипел.

– Простите, – смущённо сказала я. – Мы несколько недель не виделись, поэтому он липнет ко мне.

Доктор Ли рассмеялся. Святой человек.

– Понимаю. Что-нибудь придумаем.

Он быстро провёл осмотр: порой одобрительно мычал, порой хмурился и цокал языком. Хмурился он обычно одновременно с тем, как мягкое гудящее тепло магии разливалось по телу и ускоряло исцеление.

В ноге, которую сломал Гигант, ещё ныла тупая боль, а многочисленные раны и порезы слегка жгло. Внутренние повреждения, подозреваю, потребовали большей части целительной магии – и от тигрицы, и от того, кто дежурил прошлой ночью, когда меня доставили в лазарет.

Я чувствовала слабость и ломоту, но с кровью Иэна в венах и зверицей, мирно спящей и исцеляющей нас, через несколько дней буду как новенькая.

– Что ж, я доволен, – объявил доктор Ли, отступая и делая пометки на планшете. – Всё заживает как положено. Хочу оставить тебя под наблюдением ещё на сутки, потом выпишу. А после советую поехать домой с семьёй: семестр практически закончился. – Он улыбнулся, и в тёмных глазах блеснули весёлые искры. – На ближайшие недели я предпочёл бы поручить как можно большему числу умелых рук удерживать тебя подальше от неприятностей.

Иэн отсалютовал. – Будет сделано, док.

– Молодец. – Он направился к двери, но, взявшись за ручку, остановился и заговорщически оглянулся. – Увидимся летом на сборах Стражей. В этом году моя очередь дежурить там врачом.

Я удивлённо моргнула, а Иэн заулыбался так, словно наступил его день рождения.

Доктор Ли не стал ждать ответа. Вышел и тихо прикрыл дверь.

Иэн мечтательно вздохнул, потом посмотрел на папу у двери.

– Тебе стоит пойти и поддержать Кая. Его происходящее в приёмной скорее веселит, но я не доверяю тем уродам: они опять попытаются сюда прорваться.

От мысли о том, что мои не-партнёры так близко, желудок скрутило.

Папа вздохнул.

– Ладно. Пойду порычу на этого Альфу. Он впечатляет, но теперь понятно, почему раньше поджимал хвост. – Напоследок он снова тревожно посмотрел на меня. – Теперь, когда ты очнулась, я могу дать им твёрдый ответ. Хочешь их видеть?

Мы сказали тебе холодную, суровую правду. Ты нам не подходишь.

Мне не пришлось задумываться.

– Ни за что, мать вашу.

ГЛАВА 2

УАЙАТТ

– У тебя снова кровь идёт, – сказал Хит.

Я пожал плечами и безразлично посмотрел на тёмное пятно, расползавшееся по выданной в больнице футболке колледжа «Протей».

– И хорошо.

Я заслужил. Из-за нас моя Предназначенная едва не истекла кровью посреди проклятого Луной леса. Пара капель моей крови на стерильном полу лазарета – ничто.

Почти час зверица Эйвери залечивала раны достаточно, чтобы обратиться обратно в человека. Эйден как мог направлял слабую магию новолуния в одно из знакомых ему простых целительных заклинаний, но склонности к исцелению у него не было, а выдать тайну нашей Дикой кошечки, позвав кого-то ещё, мы не смели. Когда тигрица наконец вернула нам девушку – бледную, без сознания, с всё ещё зияющими ранами, – я выхватил её из-под василиска, прижал к себе как величайшее сокровище и почти милю, мать её, голышом бежал до лазарета.

Парни в зверином облике мчались впереди, и даже Элайджа без труда сумел обратиться, чтобы следом за мной пройти в двери лазарета.

Позволить врачам забрать её и остаться снаружи было невыносимо.

Потом появился Иэн, снова взяв на себя роль самого невыносимого обломщика на свете. Когда Эйвери перевели в палату, мы немного повздорили в коридоре, и он пронзил мне бок клинком. Я позволил: его кровь спасла жизнь моей Предназначенной.

Хит тяжело вздохнул, как умеют лишь главы квадов.

– Раненый ты бесполезен и для нас, и для неё, Уайатт.

– Заживу, когда, мать его, захочу. – От магического вмешательства доктора Ли я отказался, а студента-медика, который вышел с набором для наложения швов, прогнал. Хватило одного свирепого взгляда и нечеловеческого рыка зверя.

Медведь хотел к Предназначенной. Он бесился из-за того, что нас к ней не пускали, но пока не рвался покалечить её брата или отцов, вставших у нас на пути. Надолго ли его хватит, я не знал.

Лучше истекать кровью – тогда ему будет на чём сосредоточиться.

Мы с Хитом сидели рядом на двух неудобных стульях в тесной приёмной. Элайджа ещё несколько часов назад бросил свой стул и теперь расположился на полу напротив, прислонившись спиной к стене и вытянув длинные ноги. Выданные в лазарете чёрные медицинские брюки были ему коротки и едва доходили до щиколоток.

С тех пор как он превратился из зверя в человека, от него прозвучало от силы два слова, а жёлтый взгляд не отрывался от дверей в палаты, где держали Эйвери.

По крайней мере, Джорджу удалось пробраться внутрь. Странная психическая связь Элайджи со змеёй несколько минут назад призвала его сюда, и пока обратно его не выставили. Если повезёт, Элайджа сможет получить от него сведения о нашей Предназначенной.

Эйден тоже оставил стул и стоял у дверей, пытаясь урезонить отца Эйвери, Кайто, – кошка кошку.

Безуспешно. Кайто был пумой обычной силы, но вполне мог оказаться настоящим ниндзя. Даже идиоту понятно, что именно он научил мою Дикую кошечку и её брата всему, что они умели, поэтому к его клинку я приближаться не собирался.

Эйден излучал крайнее кошачье раздражение, но Кайто ничуть его не боялся. Отец Эйвери будто слегка забавлялся нашим существованием и выглядел воплощением спокойствия, хотя морщины на лице и жёсткость во взгляде выдавали тревогу за дочь.

– Мы не станем её беспокоить, – с притворным терпением говорил Эйден. – Если хотя бы один из нас увидит её и убедится, что всё хорошо, нашим зверям станет намного спокойнее.

– Я понимаю, – ответил Кай. – Правда. Но мы предпочитаем дождаться, пока она очнётся, и спросить, чего хочет сама. – На лице мелькнуло едва заметное сочувствие. – И она очнётся. Обещаю.

– Знаю, доктор Ли сказал, что её состояние стабильное, но…

Двери распахнулись с грохотом, оборвав Эйдена, и из коридора вышел отец Эйвери

– Альфа.

Хит мгновенно вскочил. По его ощущениям, Рэнд Бакстер был чертовски впечатляющим волком, почти равным ему по силе. Волк Хита насторожился и проявил почтительность, что при наших обстоятельствах было очень кстати.

Мой медведь тоже не хотел с ним связываться, но терпение заканчивалось.

– Она очнулась, – объявил Рэнд.

Я вылетел из кресла.

– Чёрт, – пробормотал, когда рана от клинка разошлась ещё сильнее. Кровь пропитала уже промокшую футболку и потекла по боку.

Хит встал перед Рэндом, источая всю силу и власть, которыми обладал. Но ночь выдалась долгой, и лицо главы квада осунулось от усталости.

– Мы хотим её увидеть.

– Понимаю, – ответил Рэнд. – Но Эйвери предельно ясно заявила, что не хочет видеть вас. – Он обвёл почти сочувственным взглядом остальных унылых ублюдков. – Никого из вас. Похоже, вы, мальчики, очень сильно облажались.

Я ждал этого удара под дых, но оттого он не стал менее болезненным.

Плечи Хита поникли.

– Да. Не стану отрицать. Но если бы мы только могли всё ей объяснить…

Рэнд поднял ладонь.

– Не сегодня. Советую дать ей немного пространства.

– Долго её будут здесь держать? – спросил Эйден.

– Сутки под наблюдением. Потом мы заберём её домой. – Рэнд снова окинул Хита оценивающим взглядом. – Мы – все мы, включая Иэна, – благодарны, что вы сделали всё возможное, чтобы спасти Эйвери и сохранить её тайну. Мы у вас в долгу. И я лучше, чем вы можете представить, понимаю силу, с которой зверя тянет к Предназначенной, особенно если она сама могущественный зверь. Но это не даёт вам права на время и внимание Эйвери. Ей больно, и она должна оправиться. Вы будете уважать её границы.

Из груди вырвался рык.

Рэнд через плечо Хита вопросительно приподнял бровь.

– Простите. – Я проморгался, прогоняя красные вспышки перед глазами. – Медведь на взводе.

Кайто нахмурился.

– Сынок, ты весь пол кровью залил.

– Знаю.

Рэнд вздохнул. Наверняка понял, что случай безнадёжный.

– Мы о ней позаботимся. Разлука будет раздражать ваших зверей, но они должны смириться с тем, что Предназначенная находится под защитой семьи. У вас есть месяц, чтобы привести себя в порядок, а потом я рассчитываю, что на сборах вы будете прикрывать моей дочери спину, как бы тяжело она вам ни давалась. Ясно?

Неожиданная крупица одобрения мгновенно меня взбодрила.

– Предельно, сэр.

– Иначе и быть не могло, – согласился Эйден.

– Мы убьём любого, кто к ней прикоснётся, – добавил Хит.

Элайджа молчал. Весь разговор он наблюдал со своего места на полу, и в глазах светился холодный расчёт.

– Хорошо. – Рэнд махнул рукой. – Езжайте домой и отдохните. Все едва на ногах держитесь. Она с нами.

Медведь зарычал, но на этот раз мне удалось удержать звук внутри.

В глазах Хита вспыхнуло золото, однако он зажмурился и глубоко вдохнул.

– Ладно. Спасибо, что позаботитесь о ней. – Он кивнул в сторону выхода, приказывая остальным следовать за ним.

Лицо Эйдена стало жёстче, чем когда-либо. Он сумел пожать Кайто руку и пошёл за братом.

Элайджа одним грациозным движением поднялся с пола. Кивнул Рэнду, коротко улыбнулся Кайто и зашагал следом.

Я направил всю мощь медведя на исцеление раны: болеть она начала просто по-зверски.

– До следующей встречи. – Напоследок я многозначительно посмотрел на отцов Эйвери. Это было обещание: она моя Предназначенная, и больше я её не оставлю. Никогда, клянусь Луной.

– Жду с нетерпением, – со смешком ответил Рэнд.

– Удачи, – добавил Кайто и пробормотал себе под нос: – Она вам понадобится.

Так и есть. От воспоминаний о том, что я говорил и делал с моей девочкой, меня мутило. Я позволил бы ей проткнуть меня пятьдесят раз, лишь бы снова ощутить на себе силу электрически-синих глаз.

С божественной волей не поспоришь, Дикая кошечка. Я иду за тобой.