Текст книги ""Феникс". Номер для Его Высочества (СИ)"

Автор книги: Элиан Вайс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 21 страниц)

Глава 3
Сны о будущем

К королю меня не пустили.

Это было обидно, но, честно говоря, ожидаемо. Стражники у входа в тронный зал посмотрели на меня как на сумасшедшую, а когда я начала лепетать про «сведения о заговоре», один из них – здоровенный детина с лицом, изъеденным оспой – просто рассмеялся мне в лицо.

– Ступай, девка, отсюда, – сказал он беззлобно, но твёрдо. – Его величество занят. И если у тебя и впрямь есть сведения, передай через канцелярию. Три экземпляра, с подписью и печатью. Через месяц рассмотрят.

– Через месяц? – опешила я. – У меня дело срочное!

– У всех срочное, – философски заметил второй стражник. – Иди, не позорься. Сюда даже баронессы просто так не заходят, а ты… – Он окинул взглядом моё серое мешковатое платье и неодобрительно покачал головой.

Пришлось ретироваться. Вивьен с Генри, конечно, будут в бешенстве, но пока я жива и не в восточном крыле, можно считать, что первый раунд закончился вничью.

Вечером, у себя в комнате, я попыталась осмыслить происходящее. Лежала на жёсткой кровати (перины местные явно не жаловали), смотрела в каменный потолок и перебирала в голове обрывки воспоминаний, которые оставила мне предыдущая хозяйка тела.

Лилиан Эшворт. Девятнадцать лет. Дочь обедневшего баронета, который умудрился промотать всё, что имел, и оставить дочери только кучу долгов и ветхий особняк где-то в северной глуши. Мать умерла при родах. Отец – год назад от пьянства и тоски. Лилиан осталась одна, без денег, без связей, без надежды.

А потом появился он. Принц Генри.

Я закрыла глаза и позволила воспоминаниям Лилиан накрыть меня с головой.

* * *

…Она сидит в маленькой гостинице в столице, куда приехала продавать последние фамильные драгоценности. Денег едва хватает на чашку чая. За соседним столиком – компания молодых аристократов, они громко смеются, пьют вино, флиртуют с подавальщицами. Лилиан сжимается в комок, стараясь стать невидимкой.

– Девушка, вы позволите?

Он подходит к ней сам. Высокий, красивый, одетый с иголочки. Улыбается так ослепительно, что у Лилиан перехватывает дыхание. Принц Генри собственной персоной.

– Ваше высочество… – лепечет она, пытаясь встать и тут же падая обратно на стул от волнения.

– Сидите-сидите, – он берёт её руку и целует пальцы. – Я не мог пройти мимо таких прекрасных глаз. Вы словно свет в этом тёмном зале. Как ваше имя?

Лилиан тает. Ещё бы – сам принц обратил на неё внимание!

Дальше – как в тумане. Прогулки, комплименты, цветы. Генри так внимателен, так нежен. Он говорит, что она особенная, что она не похожа на столичных жеманниц. Лилиан влюбляется по уши.

А потом – разговор в королевском саду.

– Лилиан, – говорит Генри, глядя ей в глаза с невероятной серьёзностью, – я должен сделать тебе предложение. Необычное. Ты – та девушка, которая мне нужна. Не потому, что ты самая богатая или самая знатная. А потому что ты – чистая, добрая, настоящая. Ты согласна стать моей женой?

Лилиан теряет дар речи. Она, нищая провинциалка, и принц⁈ Это ли не сказка?

– Я… я согласна, ваше высочество!

Он улыбается, но улыбка какая-то странная, неживая. Впрочем, Лилиан этого не замечает. Она на седьмом небе.

– Тогда подпиши вот это, – Генри протягивает ей лист пергамента, густо исписанный витиеватыми буквами. – Брачный контракт. Формальность, сам понимаешь.

Лилиан подписывает, даже не читая. Ей и в голову не приходит, что там может быть что-то плохое. Это же принц!

Генри забирает лист, прячет его в камзол и… целует её в лоб. Быстро, сухо, по-братски.

– Умница. Теперь ты моя невеста. Жди указаний.

И уходит. Лилиан смотрит ему вслед, чувствуя смутную тревогу, но отмахивается от неё. Всё хорошо. Всё будет хорошо…

* * *

Я открыла глаза и выругалась длинно, витиевато, с использованием всех известных мне нецензурных конструкций.

– Дура, – сказала я вслух. – Какая же ты дура, Лилиан. Или я теперь – дура? Чёрт, запутаешься тут.

Мэйбл, которая возилась в углу с моими вещами, подскочила.

– Лилиан! Вы чего? Ругаетесь? Женщине ругаться неприлично!

– Мэйбл, – я повернула к ней голову, – а ты вообще содержание брачного контракта видела? Ну, который я подписала?

Мэйбл замялась.

– Так не положено… Я ж служанка… Но слышала, что там всё честь по чести. Приданое, обязательства, права наследования… обычное дело.

– Обычное, – хмыкнула я. – Если бы я его читала. А я, дура, подмахнула не глядя. Романтика, блин, в голове ударила.

Я села на кровати, обхватив колени руками. Мысли скакали как блохи. Что могло быть в том контракте? Что я отказываюсь от прав на что-то? Что после свадьбы перехожу в полное распоряжение мужа? Что в случае развода – ничего не получу? Да мало ли, что там мог напридумывать этот… принц с его любовницей.

Надо достать этот контракт. Перечитать. Но где его искать? У Генри, наверное, в сейфе. А к Генри меня не пустят даже на порог. Замкнутый круг.

– Ладно, – я встала и потянулась. Тело Лилиан слушалось уже лучше, хотя всё ещё казалось чужим. – Будем решать проблемы по мере поступления. Сейчас главное – понять, чего я вообще хочу в этой новой жизни.

Я подошла к окну. Замковый двор уже погрузился в сумерки, где-то зажигали факелы, фигурки людей казались маленькими и суетливыми. А вдали, за стенами, темнели горы. Красивые, величественные, манящие.

И тут меня накрыло.

* * *

Это было как удар током. Как вспышка молнии в тёмной комнате. Я вдруг увидела не замковый двор, а совсем другое место.

…Стеклянные стены до пола. Терраса, выходящая к озеру. Вода такая чистая, что видно каждый камешек на дне. В горах отражается закат, окрашивая всё в золотисто-розовый цвет. В камине потрескивают дрова, на столике – чашка горячего шоколада со сливками. Уютные диваны, мягкие пледы, свечи в тяжёлых подсвечниках. И запах – запах дерева, мёда и чего-то неуловимо уютного…

Мой отель. Тот самый, который я мечтала построить в прошлой жизни. Я видела его каждую ночь. Рисовала чертежи, подбирала материалы, рассчитывала бюджет. Это была моя боль, моя страсть, моя несбывшаяся мечта.

В прошлой жизни я была архитектором. Не просто архитектором – одержимым. Я проектировала отели. Роскошные, уютные, непохожие друг на друга. Но работала я на дядю – в крупной компании, где мои идеи безжалостно резали, упрощали, втискивали в стандартные рамки. «Слишком дорого», «слишком смело», «клиент такого не поймёт». А однажды, когда я принесла свой собственный проект – отель мечты, который хотела построить, если когда-нибудь соберу деньги, – начальник посмотрел на меня с жалостью.

– Алиса, – сказал он, – ты талантлива, но ты мечтательница. Такое могут позволить себе только миллионеры. А ты кто? Иди работай, не выдумывай.

Я работала. Вкалывала как проклятая, ночами, без выходных. Откладывала каждую копейку, чтобы когда-нибудь… Когда-нибудь. А потом сердце не выдержало. Инфаркт в тридцать два года – редкий случай, но бывает, когда организм говорит «стоп».

И вот я здесь. В теле девятнадцатилетней дуры, которую собрались сделать узницей в замке. Казалось бы – жизнь кончена. А я смотрю на горы вдалеке и чувствую, как внутри загорается тот самый огонь. Тот, который заставлял меня ночами сидеть над чертежами.

Мечта никуда не делась. Она просто ждала своего часа.

– Лилиан, – испуганно позвала Мэйбл, – вы чего замерли? Плохо вам?

Я обернулась к ней. Глаза у меня, наверное, горели безумным огнём, потому что служанка попятилась.

– Мэйбл, – сказала я торжественно. – Я знаю, что буду делать.

– Что? – пискнула она.

– Я построю отель. Самый лучший отель в этом королевстве. С видом на горы, с горячими источниками, с рестораном, где будут кормить так, что пальчики оближешь. И все эти принцы с любовницами будут выстраиваться в очередь, чтобы забронировать номер. А я буду выбирать, кого пустить, а кого послать подальше.

Мэйбл перекрестилась.

– Святые угодники, Лилиан, вы точно головой ударились, когда с лестницы упали. Какой отель? Где? У вас же денег нет! И земля ваша – та, что на севере, где особняк разваливается. Там же глушь, медведи, дорог нет…

– Земля на севере? – перебила я.

– Ну да. Баронство ваше там. Эшворт-холл называется. Только от него уже почти ничего не осталось. Отец ваш всё спустил, и дом, говорят, того… заколочен стоит. И земля – лес да болота, никому не нужна.

– Лес и болота, – повторила я задумчиво. – А горы там есть? Озеро?

Мэйбл наморщила лоб, вспоминая.

– Горы… не знаю. Но озеро вроде было. Чёрное озеро, говорят. Местные боятся туда ходить, легенды всякие рассказывают. А что?

Я расцвела улыбкой. Чёрное озеро – это звучит зловеще, но на самом деле может оказаться просто тёмной водой из-за глубины или скальных пород. Идеально для курорта! А если там ещё и горы…

– Где можно посмотреть карту? – спросила я.

– Карту? – Мэйбл удивилась. – Ну, в библиотеке, наверное. Только туда просто так не попасть, ключи у смотрителя…

– Пошли.

– Куда⁈

– К смотрителю. За ключами.

– Лилиан, ночь на дворе! Смотритель спит уже!

– Значит, разбудим. – Я накинула на плечи шерстяной платок (здесь даже летом по вечерам прохладно) и решительно направилась к двери.

Мэйбл охнула и потрусила за мной, на ходу бормоча молитвы.

* * *

Библиотека оказалась огромной. Настоящий лабиринт из стеллажей, уходящих под высокие сводчатые потолки. Пахло пылью, старыми книгами и ещё чем-то неуловимо древним. Смотритель – сгорбленный старичок в очках с толстыми линзами – ворчал, но ключи дал, когда я сунула ему монетку (последнюю, кстати, из тех, что нашла в вещах Лилиан).

– Карты в дальнем конце, у окна, – прокряхтел он. – Только не вздумайте ничего выносить. И чтоб к утру вернули, поняли?

– Поняла, поняла, спасибо!

Я почти бежала между стеллажами, пока не упёрлась в огромный стол у стрельчатого окна, залитого лунным светом. На столе лежали свитки, и среди них – карты. Большие, на пожелтевшем пергаменте, с выцветшими, но всё ещё читаемыми надписями.

Я развернула одну. Другая. Третья.

– Есть! – выдохнула я, когда взгляд упал на северную часть королевства.

Вот оно. Баронство Эшворт. Обведено тонкой линией, почти теряется среди зелёных пятен лесов и синих прожилок рек. А рядом… Я всмотрелась внимательнее. Рядом были горы. Небольшие, но настоящие. И озеро. Оно и вправду называлось Чёрным – «Чёрное Озеро» было выведено старинным шрифтом.

– Боже мой… – прошептала я.

Я закрыла глаза и снова увидела свой отель. Только теперь он стоял не в абстрактном красивом месте, а именно здесь. У этого озера. На фоне этих гор. Я мысленно расставляла корпуса, прокладывала дорожки, планировала причал для лодок.

– Это возможно, – сказала я вслух. – Это реально.

– Лилиан, – Мэйбл дёрнула меня за рукав, – сюда кто-то идёт.

Я вздрогнула, выныривая из грёз. В глубине библиотеки и правда слышались шаги. Кто-то шёл сюда, не особо таясь.

Я быстро свернула карту, сунула её за пазуху и потянула Мэйбл за собой в тень стеллажа.

Шаги приближались. В лунном свете показалась фигура – высокая, широкая в плечах. Мужчина. Не принц – тот стройнее и моложе. Этот двигался уверенно, по-хозяйски. Я затаила дыхание.

Он прошёл мимо, даже не взглянув в нашу сторону, остановился у стола с картами, полистал что-то и… ушёл. Просто ушёл.

– Кто это? – прошептала я, когда шаги затихли вдали.

– Не знаю, – так же шёпотом ответила Мэйбл. – Не разглядела. Но одет богато. Может, кто из гостей королевских?

Я выдохнула. Сердце колотилось где-то в горле.

– Пошли отсюда, – сказала я. – Карта у меня. Завтра вернём, никто не заметит.

Мы выскользнули из библиотеки так же незаметно, как и вошли. В коридорах было пусто, лишь факелы мерно потрескивали, разгоняя тьму.

Вернувшись в комнату, я разложила карту на кровати и долго смотрела на неё, гладя пальцами шершавый пергамент.

Чёрное озеро. Горы. Леса.

– Мэйбл, – спросила я не оборачиваясь, – а почему местные боятся этого озера? Легенды какие-то?

– А, – отмахнулась служанка, – глупости. Говорят, там водяной живёт, людей топит. А ещё раньше, при старом короле, там замок был, да провалился под землю вместе со всеми жителями. За грехи, значит.

Я усмехнулась. Легенды – это даже хорошо. Значит, место нетронутое, дикое. А дикая природа – это то, за что туристы готовы платить любые деньги.

– Спасибо, Мэйбл, – сказала я. – Ты иди спать. А мне надо подумать.

– Лилиан, вы странная сегодня, – вздохнула служанка. – Но я пойду. Если что – кричите.

Она ушла. А я осталась сидеть у окна, глядя то на карту, то на луну за стеклом. Мысли роились в голове, планы сменяли друг друга.

Принц, Вивьен, брачный контракт, восточное крыло… Это всё было важно, но теперь казалось второстепенным. Потому что у меня появилась цель. Настоящая, большая, та самая, ради которой стоило просыпаться по утрам.

– Я построю тебя, – пообещала я своему нерождённому отелю. – Чего бы мне это ни стоило.

Луна молчала, но мне показалось, что она подмигнула.

Глава 4
Совет (не)ожиданных гостей

Утро началось с того, что Мэйбл влетела в комнату с таким лицом, будто за ней гналась стая голодных волков.

– Лилиан! Лилиан, вставайте! – затараторила она, тряся меня за плечо. – Там это… там пришли! От леди Вивьен! С приглашением!

Я с трудом разлепила глаза. После вчерашнего изучения карты и ночных грёз об отеле заснула я только под утро, и сейчас организм требовал продолжения банкета в горизонтальном положении.

– Какое ещё приглашение? – промычала я в подушку.

– На чай! К леди Вивьен! В её покои! – Мэйбл всплеснула руками. – Это честь, Лилиан! Великая честь! Вас в высший свет приглашают!

Я приподнялась на локте и посмотрела на служанку с сомнением.

– Честь? Мэйбл, ты вчера видела эту… леди? Она меня чуть не сожрала с потрохами. Какой чай? С мышьяком?

– Ну что вы такое говорите! – Мэйбл даже обиделась. – Леди Вивьен – первая фрейлина королевы! Если она приглашает на чай, значит, хочет подружиться! Может, она вчера просто не в духе была?

Я хмыкнула. Наивность Мэйбл была почти трогательной. Но отказываться от «приглашения» было нельзя – во-первых, это дало бы Вивьен повод сказать, что я неблагодарная дикарка, а во-вторых… мне было просто любопытно. Что ещё придумает эта красивая стерва?

– Ладно, – я села на кровати и потянулась так, что хрустнули суставы. – Буду я её чай. Что надеть?

Мэйбл замялась.

– Э-э-э… другого платья, кроме этого, у вас нет.

Я посмотрела на серый балахон, висящий на стуле, и вздохнула.

– Значит, пойду в этом. Хуже уже не будет.

* * *

Покои Вивьен находились в той части замка, куда я ещё не заходила. Мэйбл проводила меня до дверей и на прощание перекрестила, будто на казнь провожала.

– Я здесь подожду, – шепнула она. – Если что – кричите.

– Что я должна кричать? – усмехнулась я. – «Караул, убивают чаем»?

Но шутка вышла нервной. Сердце почему-то колотилось, хоть я и убеждала себя, что ничего страшного не случится. Ну, поиздеваются. Ну, посмеются. Я не сахарная, не растаю.

Дверь открылась сама – видимо, слуги уже ждали. Я вошла в просторную светлую комнату, отделанную с такой роскошью, что у меня глаза разбежались. Шёлк, бархат, позолота, свечи в тяжёлых канделябрах, на стенах – картины в золочёных рамах, на полу – пушистые ковры, в которых ноги утопали по щиколотку.

Посередине комнаты стоял низкий столик, уставленный вазочками с пирожными, конфетами, фруктами. А вокруг столика, на изящных диванчиках и креслах, восседали девицы. Много девиц. Все красивые, холёные, разодетые в пух и прах. И все смотрели на меня как на диковинного зверька в зоопарке.

– А вот и наша невеста! – пропела Вивьен, восседающая в центре этой курятни. – Проходи, Лилиан, не стесняйся. Мы как раз о тебе говорили.

– Приятно слышать, – ответила я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. – Надеюсь, только хорошее?

Девицы переглянулись и прыснули в кулачки. Вивьен снисходительно улыбнулась.

– Садись, – она указала на маленькую скамеечку у своих ног. – Будешь разливать чай.

Я посмотрела на скамеечку. Потом на столик, где стоял чайник. Потом снова на Вивьен.

– Я? Разливать чай? А где слуги?

– Слуги? – Вивьен изобразила удивление. – Но ты же будущая принцесса! Тебе нужно учиться принимать гостей. Вот и практикуйся. А мы поможем советом. Правда, девочки?

Девицы закивали, хихикая.

Я сделала глубокий вдох. И ещё один. Ладно. Разливать чай – это не преступление. Я справлюсь.

Я села на скамеечку. Она была низкой и неудобной, колени оказались выше головы. Взяла чайник, налила чай в чашку Вивьен.

– Кому ещё? – спросила я как можно любезнее.

– Мне, – томно протянула блондинка с кудряшками, сидящая слева. – Только не обожгись, милочка. Чайник горячий. Ты, наверное, к таким вещам не привыкла? В провинции, поди, из самоваров пьёте?

– Из самоваров, – подтвердила я, наливая ей. – И из кружек. Глиняных.

– Боже, какой ужас! – Блондинка закатила глаза. – Вивьен, ты представляешь? Глиняные кружки!

– Бедняжка, – сочувственно покачала головой шатенка в синем. – Наверное, ты даже не знаешь, как вилкой пользоваться?

– Знаю, – ответила я. – Ей обычно еду берут.

Шутка прошла мимо цели. Девицы не поняли сарказма, но почувствовали, что я вроде как ответила дерзко. Настроение в компании изменилось.

– А правда, что у тебя только одно платье? – спросила рыжая с веснушками, которую, видимо, приставили ко мне как самую близкую по статусу. – Я слышала, ты приехала с одним сундучком, а в нём – одни тряпки.

– Правда, – кивнула я. – Я девушка скромная.

– Скромная – это хорошо, – встряла Вивьен. – Скромные девушки не лезут куда не надо. Например, к королю.

Она прищурилась, глядя на меня с вызовом.

– Я просто хотела представиться, – спокойно ответила я. – Всё-таки будущая родственница.

– Ой, не смеши, – фыркнула блондинка. – Какая ты родственница? Ты так… фикция. Генри женится на тебе только потому, что король заставил. А как только всё устаканится, ты отправишься в восточное крыло и будешь там сидеть тихо, как мышка.

– Или не будешь, – загадочно добавила Вивьен. – Всякое бывает. Несчастные случаи, болезни… Дворец – место опасное.

Угроза прозвучала вполне явно. Я посмотрела на неё, пытаясь понять, серьёзно ли она говорит или просто пугает. Вивьен улыбалась той же хищной улыбкой, что и вчера.

– Леди Вивьен, – сказала я тихо, – вы сейчас угрожаете невесте принца? При свидетелях?

Вивьен рассмеялась, но смех вышел натянутым.

– Какая ты подозрительная, Лилиан. Я просто желаю тебе здоровья. На, попей чайку.

Она протянула мне чашку. Я взяла её, и в этот момент кто-то сзади толкнул меня под локоть. Горячая жидкость выплеснулась прямо на моё серое платье. Чай был не кипяток, но обжигал достаточно, чтобы я дёрнулась и выронила чашку. Та разбилась об пол с мелодичным звоном.

– Ой! – притворно ахнула блондинка. – Какая неловкость! Лилиан, ты ушиблась?

– Ничего страшного, – сквозь зубы процедила я, глядя на расплывающееся мокрое пятно на подоле.

– Ах, какая жалость! – Вивьен всплеснула руками. – Платье-то одно! Теперь в чём пойдёшь? Придётся в мокром ходить, пока не высохнет.

– Или пока не купишь новое, – хихикнула шатенка. – А на что купишь? У тебя же денег нет?

– Девочки, не будьте жестокими, – притворно одёрнула их Вивьен. – Лилиан наша гостья. Лилиан, хочешь пирожное? Угощайся.

Она протянула тарелку с пирожными. Я машинально взяла одно, и в ту же секунду тарелка накренилась, и пирожное – липкое, с кремом – шлёпнулось мне на колени, припечатавшись к мокрому пятну от чая.

– Ой! – снова «ужаснулась» блондинка. – Какая я неловкая!

Девицы захихикали в голос. Вивьен смотрела на меня с нескрываемым злорадством.

Я сидела на низкой скамеечке, в мокром, перепачканном кремом платье, и смотрела на этих разряженных кукол, которые давились от смеха. Внутри всё кипело. Руки чесались схватить чайник и вылить его на голову Вивьен – пусть узнает, каково это, когда по тебе течёт горячая жижа. Или запустить в блондинку вазой с вареньем.

Но я сдержалась. Потому что понимала: это именно то, чего они добиваются. Чтобы я сорвалась, устроила скандал, выставила себя истеричкой. Тогда Генри получит повод разорвать помолвку (а заодно и контракт, который я подписала, станет недействительным?), а меня выставят из замка с позором. И прощай, отель у Чёрного озера. Прощай, мечта.

Я медленно поднялась, стряхивая крошки с подола. Крем противно лип к пальцам.

– Спасибо за чай, – сказала я ровным голосом. – Очень познавательно.

– Ты уже уходишь? – удивилась Вивьен. – А мы так хотели с тобой поболтать! Правда, девочки?

– Правда! – закивали те.

– Обязательно поболтаем в другой раз, – пообещала я. – Когда я буду в более… подходящем виде.

Я поклонилась (чисто автоматически) и направилась к двери. В спину мне неслись смешки и приглушённые комментарии: «Смотрите, как идёт! Деревенщина деревенщиной!», «А платье-то, платье!», «И эту собираются за принца отдать? Позорище!»

Я вышла в коридор и прислонилась к стене. Дыхание перехватило. Не от обиды – от злости. Яростной, бешеной злости, которая требовала выхода.

– Лилиан! – Мэйбл подскочила ко мне. – Что случилось⁈ Вы вся мокрая! И в креме! Они что…

– Потом, – отмахнулась я. – Пошли в комнату. Надо переодеться.

– Но переодеться не во что! – напомнила Мэйбл.

– Значит, буду в мокром. Пошли.

До комнаты мы добрались без приключений. Я скинула испорченное платье, Мэйбл обтерла меня влажным полотенцем. Я надела ночную рубашку и залезла под одеяло, хотя за окном ещё было светло.

– Лилиан, может, я управляющему скажу? – предложила Мэйбл. – Чтобы наказали их?

– Кого? – усмехнулась я. – Первую фрейлину королевы? Да управляющий сам перед ней на задних лапках ходит.

– Тогда что делать?

– Ждать, – ответила я, глядя в потолок. – Ждать и готовиться. У них – власть и положение. У меня – голова и мечта. Посмотрим, кто кого.

* * *

Я задремала под вечер, утомлённая переживаниями. Провалилась в тяжёлый, без снов, сон, из которого меня вырвал грохот в дверь.

– Лилиан! – раздалось снаружи. – Открывай!

Я села на кровати, пытаясь сообразить, сколько времени. За окном было темно. Горела одна свеча, оставленная Мэйбл.

– Кто там? – спросила я хрипло.

– Это я! Генри! Открывай, говорю!

Я похолодела. Принц? Ночью? Пьяный, судя по голосу?

– Ваше высочество, уже поздно, – сказала я громко. – Приходите утром.

– Утром⁈ – Он захохотал. – Я хочу сейчас! Открывай, кому сказано! Я твой жених, имею право!

Грохот повторился. Дверь жалобно скрипнула, но выдержала – здесь всё строили на совесть.

Я вскочила, лихорадочно соображая. Что делать? Открыть – и что тогда? Он пьян, рядом никого, слуги наверняка подкуплены или просто боятся вмешиваться. Если он войдёт…

– Эй, ты там, мышь! – заорал Генри. – Думаешь, я не знаю, зачем пришёл? Мы с ребятами поспорили, что я оседлаю эту деревенщину до свадьбы! Не подведи меня!

Поспорили. Они, видите ли, поспорили на меня. Как на лошадь. Как на вещь.

Ярость, копившаяся весь день, выплеснулась через край. Я схватила кувшин с водой, стоящий на умывальнике (вода была холодной, я проверяла), подошла к двери и отодвинула засов ровно настолько, чтобы просунуть руку.

– Ваше высочество, – сказала я ласково, – вы точно хотите войти?

– А то! – Он попытался толкнуть дверь, но я держала.

– Тогда ловите подарок.

Я просунула кувшин в щель и опрокинула его. Ледяная вода вылилась на принца с головой. Он взвыл, отшатнулся, и я захлопнула дверь, задвинув засов.

– Ты!.. Да я тебя!.. – заорал он, но в голосе уже слышалось больше шока, чем злости.

– Что вы, ваше высочество? – крикнула я через дверь. – Я всего лишь освежила вас. Жених ведь не должен приходить к невесте пьяным и вонючим, правда? Приходите утром. Трезвым. И с цветами. Тогда и поговорим.

За дверью повисла тишина. Потом послышалась возня, приглушённые проклятия и удаляющиеся шаги.

Я прижалась лбом к двери и рассмеялась. Нервно, истерично, но от души.

– Ну что, принц? – прошептала я. – Выиграл спор?

Ответа не было. Только где-то в коридоре капала вода, стекающая с его высочества.