Текст книги "Верховная ведьма (СИ)"

Автор книги: Елена Сарафанова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 23 страниц)

Рада ахнула, а затем тихо засмеялась.

– Ну наконец-то...

– Прости, хозяйка, мне пора. И предупреждаю, ближайшие дни ты меня не дозовёшься, я буду знакомить брата с изнанкой и...

– Я понимаю, подскажи только, где я могу найти поблизости синь-камень. Он мне нужен для лечения мага.

– Тебе принесут его к вечеру, прощай, – и леший исчез.

Поздним вечером в трактир на перевале Чонга приехали подорожные. Пятеро мужчин, разматывая толстые шарфы, укрывавшие их лица от горного ветра, прошагали к стойке, за которой, позёвывая, стоял хозяин, и заказали ужин, а также три комнаты на втором этаже трактира.

– Помыться не желаете? – спросил Болл-трактирщик. – Баня ещё горячая.

– Отлично, – кивнул один из охранников, было заметно, как он цепким взглядом окинул нижний зал, где сумерничали несколько постояльцев. – И не забудьте наших лошадей обиходить. Мы выезжаем рано утром.

– Конечно, слуги уже на улице.

Позже, ссутулившись в углу бани, изгой Юхан отогревался от долгой скачки на морозе и думал, куда ему податься. От перевала королевский тракт разделялся надвое: одна дорога уходила на север в Лелию, другая сворачивала на запад в Рунапэ.

"Лелия может быть опасна, – думал изгой, – оттуда всегда много одарённых поступало в Академию, будь она проклята, поэтому они могли вернуться домой переждать трудные времена. В Лелии всегда уважали магов и выступили против войны Лараса, но не вмешались, уверенные, что Аруана проиграет. И чем всё закончилось?" Юхан ехидно ухмыльнулся, правда, потом быстро помрачнел. "Придётся ехать в Рунапэ, а я там никогда не был. Зато и меня никто не знает, начну жизнь с чистого листа. Деньги есть, а закончатся – легко найду ещё, это для меня теперь не проблема".

Изгой смежил веки и вспомнил, как Чистана, глава ордена Справедливости, учил своих новоиспечённых братьев ментально влиять на людей.

– Любого можно превратить в марионетку, – вещал глава. – Жёстко ломаете ауру человека в области лба и отдаёте приказ. Жертва молча сделает всё, что вам нужно: отдаст кошелёк, перепишет завещание, выставит себя дураком, а потом пойдёт и утопится.

Переждав смех братьев, Чистана добавил:

– Просто так убивать не советую, потому что всегда будут последствия. Предупреждаю один раз – за причинённые смерти каждый отвечает сам. Орден вам помогать выпутываться из неприятностей не будет, нам нужно поддерживать соответствующую репутацию.

– А как же война? – спросил кто-то из изгоев. – Там без смертей никак.

– В битве убивают все, – ответил Чистана. – И шансы у обеих сторон одинаковые, так что там всё по-честному. Говоря об убийстве, я имел в виду смерть ради корысти или мести, где замешаны личностные отношения. Тут каждый сам за себя. И если попался, то и выпутывайся самостоятельно, орден никого защищать не будет.

"Ну и не нужно, – хмуро подумал Юхан. – Я о Салерне не жалею. И пусть Чистана орал и грозился всевозможными карами, арестовал и посадил под замок, я всё равно ушёл, благо верные люди есть. А с орденом покончено. Да и самого ордена больше нет. Большая часть братьев погибла в цитадели, к ним добавились жертвы в аруанской резиденции (кто, интересно, там похозяйничал из магов?) и что в остатке? Выживших вместе с Чистаной – около десятка изгоев, да ещё отряд наёмников-головорезов. Оставаться с ними – себя не уважать, тем более, мне пообещали публичную казнь".

В жарко натопленной бане вдруг резко похолодало. Юхан вскинулся и начал испуганно озираться. Это вновь повторилось – взгляд, полный ненависти. Взгляд невидимки, который изгой постоянно чувствовал на себе в последние дни. Юхан ставил ловушки, накладывал на комнату, где жил, всевозможную защиту, но ничего не помогало – за ним продолжали неустанно следить и сигналом к этому становилось резкое понижение температуры вокруг.

Изгой ничего не понимал и обратился к главе ордена, чтобы тот помог разобраться, что происходит, но Чистана, некромант от рождения, лишь глянул разок и хмыкнул:

– На тебе столько трупов...

– Да на нас всех мертвяки! – крикнул в ответ Юхан.

– Не скажи, в Каруне братья сражались в честном бою, а ты убил целое селение ради глупой мести. Глупой, потому что она выросла из обиды подростка, и ты пестовал и растил её долгие годы. А раз убил невинных – принимай последствия.

В ту же ночь Юхан сбежал из-под стражи, прихватив с собой наёмников, которые стали его сообщниками в кровавых делах задолго до войны.

По пути из Миаса изгой постоянно был настороже, пытаясь понять, следует ли за ним взгляд, который пугал его просто до дрожи, и, убедившись, что ничего не чувствует, повеселел, решив, что большое расстояние от Салерны сыграло свою роль, даруя ему свободу.

И вот опять – стужа и ненависть. Это было последнее, что почувствовал Юхан.

Охранники, услышав в парной странные звуки, заглянули туда и обнаружили кровавые ошмётки их бывшего хозяина, разбросанные и размазанные по стенам и потолку. Мужики застыли, побелев от ужаса, а затем над их головой раздалось страшное рычание:

– Это помощники изгоя и тоже убийцы Салерны.

– Они твои, брат, – тихо ответил дребезжащий голос.

И месть Сэма Саны окончательно свершилась.

Когда, удивлённый долгой задержкой постояльцев в бане, трактирщик послал за ними слугу, тот вернулся бледный до синевы.

– Что такое? – нахмурился Болл.

– Они... они... – парень зажал рот рукой и выскочил на улицу, где его долго рвало, а трактирщик, бросив на стойку полотенце, поспешил в баню посмотреть, что же случилось с его постояльцами. Увиденное ужасало. Всё помещение было в крови и кусках тел, а на лавке у стены рядком выстроились оторванные головы недавно ужинавших мужиков.

– Твою мать... – прохрипел Болл, оглядывая помещение, и остолбенел – на стене кровью была сделана короткая надпись. "За Салерну".

Когда главе ордена Справедливости доложили о смерти Юхана, описав все подробности, он вызвал к себе в кабинет оставшихся изгоев и сказал:

– Братья, нас начали целенаправленно истреблять. Вы уже знаете, как умер брат Юхан?

– Жуть... Кошмар... Он сам виноват...

– Согласен, но хочу посоветоваться вот о чём. Король Ларас принял решение уходить из Каруны, вы знаете почему... Да, взрывы в Солей, где также уничтожена и наша резиденция. Что будем делать? Возвращаться в Аруану опасно, там мы будем на виду. Но и здесь оставаться нельзя, ведь маги Каруны жаждут мести. Есть два выхода. Первый, я объявляю о роспуске ордена и каждый сам решает свою судьбу, где жить и чем заниматься. Второй, мы остаёмся вместе и уходим в Крон. Это королевство достаточно удалено от Каруны и у меня там есть знакомые, которые заинтересованы в наших услугах.

Изгои, выслушав Чистану, начали молча переглядываться, а глава поспешил добавить:

– Не торопитесь отвечать, подумайте и посоветуйтесь друг с другом. Кто решит уходить – никого держать не буду. Жду ваш ответ утром. Независимо от него, лично я собираюсь уходить в Крон. Свободны.

На рассвете, в доме, где расположились изгои, всего осталось шесть человек и десяток наёмников, остальные ушли кто куда. Чистана отдал приказ собираться и задумался, стоит ли напоследок встречаться с королём. "А зачем? – подумал глава. – Что мы можем сказать друг другу? Только опять поссоримся, так что лучше я напишу Ларасу прощальное письмо и буду считать наши отношения законченными".

11.

Зимнее время течёт медленно – короткий день, долгая ночь. Отрезанные непроходимой чащей от войны, люди в схроне тоже словно впали в спячку, редко выходя на улицу, где царствовала зима. Михей занимался хозяйством, Роган по мере возможности ему помогал, рядом с ними всегда крутился домовой Лесик, а Рада большую часть времени проводила у себя в комнате, изучая многоступенчатое заклинание по восстановлению руки мага.

Синь-камень девушке принесли к порогу схрона в тот же день, что и обещал леший. Рада заранее приготовила гостинец – медовый пирог, и оставила его на лавке у двери, подумав, что сладости любят все и от угощения не откажутся. Так что, когда вечером она выглянула на улицу, то обнаружила – пирога нет, а вместо него стоит большой синий булыжник – главный ингредиент заклинания, необходимый для выращивания костей и хрящей человека.

– Завтра начинаем лечение, – сказала Рогану девушка, – так что отдохни хорошенько и сразу после ужина ложись спать.

– Да я и так почти всё время сплю, – вздохнул маг.

– И правильно, это нужно твоему организму, потому что именно во сне идёт самое быстрое и эффективное восстановление сил.

– Да что восстанавливать? У меня только рука...

– Не только. Ещё физическое истощение, душевный разлад, тоска и печаль по погибшим товарищам, – Рада вдруг запнулась и словно ушла в себя. Михей и Роган переглянулись, поняв, что девушка с кем-то мысленно разговаривает. Хотя не с кем-то, это Палкин по просьбе Сэма регулярно передавал известия о том, что происходит в Каруне.

– Они нашли Юхана и его банду, – прошептала девушка, массируя виски (мысленные разговоры вызывали у неё головную боль). – Всех покарали.

– Отлично, – кивнули довольные мужчины и уставились на Раду, ожидая ещё новостей.

– Ларас и армия уходят из страны, надеясь остановить этим новые акции магов в Аруане.

– Да ты что? – вскочил Роган. – Значит, ворвались, всё уничтожили и разграбили, убили сотни невинных и теперь думают, им за это ничего не будет?

– Надежда – птица вольная, – иронично заметил Михей.

– И сейчас самое время показать остальным жителям Каруны, что они тоже умеют мстить за свои обиды, – жёстко сказала Рада. – А то сидят и ждут, что придёт сильный дядя маг и накажет всех виноватых. А сами? Кстати, у аруанцев изгоев почти не осталось, да и они ушли, испугавшись возмездия магов.

– Куда ушли? – насторожился Роган.

– Сэм пока ищет, а что? Надеешься их догнать и отомстить?

– С одной рукой... один... что я могу? – расстроенный маг сел к столу и понурился.

– Значит, нужно искать других одарённых и создавать отряд, а изгоев разыщет Сэм и приведёт нас к нему.

– Нас? – поднял голову Роган.

– Я – ведьма и лекарь, в отряде всегда пригожусь, – ответила девушка. – И мстить буду не только изгоям, доберусь и до Лараса, он ещё пожалеет, что развязал эту войну, очень пожалеет. Всё! – Рада встала и шагнула к своей двери. – Быстро убрались и спать. Завтра нам всем понадобятся силы. И ещё – думайте, думайте хорошо, как Каруне жить дальше. Потому что в стране разруха, да и банды головорезов хозяйничают, убеждённые в своей безнаказанности. Пора показать людям, что и без магов они кое-чего стоят.

Девушка ушла, а мужчины только покачали головами.

– Это что такое было? – тихо спросил Роган.

– Рада потеряла всю семью, – ответил Михей. – Ей есть за кого мстить.

– Каждому из нас есть за кого, – горько добавил маг.

– Даже мне, – дядька собрал посуду со стола и принялся её мыть, а Роган, неловко прижимая культей тарелки, стал их вытирать, спросив напоследок. – А тебе за кого мстить?

– Изгои убили человека, которого я безмерно уважал и которому служил верой и правдой, – дядька отвернулся и замолчал, а маг понял, что продолжения не будет и, закончив с посудой, ушёл к себе.

– Михей, – подал голос домовой. – Вы с Радой так и не поговорили о прошлом, да?

– Сам ведь знаешь. Сначала обустраивались в схроне, потом Роган с Сэмом появились и было не до того, а сейчас... даже не знаю. Лично я ничего скрывать от твоей хозяйки не собираюсь.

– А домой вернуться не хочешь?

– Нет у меня дома, – дядька ушёл за ширму и уже оттуда добавил. – Если Рада позволит, я хотел бы остаться с ней. За короткое время она стала мне, как дочка.

– Первый этап – прозрачный каркас, как макет будущей руки, – объясняла Рада на утро. – Одевайся, Роган, и выходим на воздух, колдовать в помещении такое сложное заклинания я просто опасаюсь.

– А посмотреть можно? – спросил дядька.

– Издали и молча, – чуть улыбнулась девушка и, прихватив котомку с необходимыми для ритуала ингредиентами, вышла из схрона.

– Строгая, – вздохнул Роган.

– А как же, – подал голос домовой, – она хозяйка чащи, да ещё и сложное заклинание готовит, так что ей нужно сосредоточиться, поэтому с вопросами не лезь и выполняй всё, что тебе прикажут.

– Понял, – маг накинул на себя полушубок, обмотал голову тёплым шарфом и последовал за ведьмой.

За ним поспешил и дядька, приговаривая, мол, зря Рада поверила, что наступила зима, теперь на улице стужа и мороз, а ведь на поляне вокруг схрона так долго держалось тепло.

– Не ворчи, – фыркнул ему в спину Лесик. – И не переживай, а верь в хозяйку, это придаст ей силы.

– Правда?

– А то... Вера – главное условие любого дела, она, как надёжная защита, добавляет уверенности и силы всем участникам.

Рада нарисовала на снегу небольшой круг, щедро засыпав его травами, установила 7 свечей в центре и зажгла их взмахом руки. Михей, глядя издали на это действо, поёжился – поляну накрыл прозрачный купол, закрывший его участников от стужи и незваных гостей – теперь из купола не доносилось ни слова, только было понятно, что девушка произносит заклинание, опустившись на колени у свечей, а Роган ждёт, когда ему можно будет присоединиться к ведьме.

Наконец маг тоже встал на колени и, по кивку Рады, вытянул руку с культей, укладывая её между свечей в центр магического круга. А затем девушка начала сосредоточенно массировать воздух в том месте, где должна была находиться кисть, словно вылепляя её заново. Вскоре Рада подтянула к себе большую миску, где находился перемолотый синь-камень, щедро смоченный травным взваром. ("Синяя грязь" – так назвал смесь Михей, помогая накануне её готовить). Девушка погрузила руку Рогана в миску и продолжила колдовство, взмахивая котомкой с травами над магическим кругом. Травы рассыпались, исчезая в воздухе, свечи истончились, а затем погасли, а Рада низко склонила голову, словно поблагодарила волшебство за помощь, и отодвинулась от круга. Затем девушка поднялась и помогла встать магу, придерживая его руку в миске. Да и купол на поляне исчез, потому что Михей услышал, как его зовут.

– Дядька, отведи Рогана в схрон и следи, чтобы рука оставалась погружённая в синь-камень. Я сейчас здесь всё уберу и приду.

В гостиной, устроив мага за столом, дядька сел напротив него и с любопытством спросил:

– Ну как ты?

– Странно, – ответил маг. – И больно.

– Больно? Почему?

– Кисть начинает расти, – донёсся от двери голос зашедшей Рады. Она сходила к себе в комнату и вынесла оттуда большую кружку с мутным варевом. – Вот, Роган, будешь пить это по одному глотку каждый час. Михей, проследишь.

– Конечно, – кивнул дядька. – что-то ещё?

– Сейчас объясню.

Девушка села за стол, выложила перед собой лист бумаги и начала говорить.

– Первый этап – мы создаём макет руки, я уже упоминала об этом, – и Рада нарисовала карандашом на листе контур запястья, ладони и пальцев. – Но нельзя создать что-то из пустоты, поэтому мы задействовали синь-камень, который станет быстро отращивать утерянные кости, так что руку из миски ни в коем случае не вынимать, иначе все усилия будут в пустую. – Девушка прорисовала на рисунке скелет кисти с фалангами пальцев и отодвинула от себя лист. – А в кружке...Роган, пей давай ...смесь трав, ускоряющая процесс роста костей, куда я тоже добавила синь-камень, чтобы восстановление шло не только снаружи, но и изнутри. И так как процесс идёт быстро, он вызывает боль.

– Я понял, – слабо улыбнулся маг.

– Первые сутки самые сложные, – вздохнула Рада. – Спать из нас никто не будет.

– Но поесть-то сможем? – спросил Михей.

– Мы с тобой – да, а вот Рогана, скорее всего, стошнит.

– Ничего, я потерплю без пищи, – заверил тот.

Так прошёл день, за ним миновала трудная ночь. Каждый час больной пил взвар из трав, Рада периодически обезболивала мага, нашёптывая над ним заклинание, Михей следил, чтобы рука Рогана не выскользнула из миски с синь-камнем, а домовой вообще ушёл из дома, сказав, что ему не по себе.

– Из меня словно жилы тянут, – пожаловался Лесик. – Лучше я в сарае у козы пару дней поживу.

– Ты там не замёрзнешь? – забеспокоилась девушка.

– Нет, рядом с Малькой тепло, – улыбнулся домовой, – не переживай.

К вечеру Рогана уложили в постель, примостив на кровати миску с синь-камнем. Маг то потел, то его знобило, но он не жаловался и Рада втайне зауважала его за выдержку и стойкость.

– Кость руки должна отрасти за три-четыре дня, – пообещала девушка. – С утра взвар нужен будет уже каждые два часа, ещё через день – три.

– А как мы поймём, что уже всё? – спросил Михей.

– Боль исчезнет, – улыбнулась Рада.

– И...?

– Отоспимся, а затем продолжим. Третий этап – рост плоти, то есть мышц на кисти. Будет уже не так больно, правда времени это займёт больше, около недели. Дядя, ты через день-два отправишься на охоту, я попрошу лешего, чтобы выгнал на тебя оленя. Рогану потребуется много мяса.

– Да и нам свежатина не помешает, – заулыбался Михей и взглянул на мага. – Ты смотри – уснул.

– Пусть поспит, – шепнула Рада, – дядя, ты тоже ложись, вон же рядом вторая кровать, Сэм на ней так и не ночевал.

– Где там наш Сэм? – вздохнул Михей. – Палкин хоть в курсе, что мы тут устроили?

– Да вся чаща знает, колдовство ведь было знатное, сложно не учуять. Я лешего предупредила заранее, иначе бы всполошился и прибежал.

– Ага, – зевнул дядька, укладываясь на кровать, – я недолго... – и он заснул, лишь коснувшись головой подушки.

– Вот и хорошо.

До утра Рада продолжала поить Рогана взваром, после чего он снова засыпал, а Михей, проснувшись на рассвете, был страшно смущён и расстроен, что девушка всю ночь дежурила одна.

– Ты чего меня не разбудила?

– А зачем нам не спать вдвоём. Зато теперь я схожу приготовлю свежий взвар и уже ты продолжишь следить за больным, а я посплю.

– Вот это правильно, отдыхай, а то на тебе лица нет, одни глаза.

На утро четвёртого дня Роган, уже привычно прижимая к себе миску с синь-камнем, торжественно заявил:

– Не болит. Совсем. И такое ощущение, будто у меня пальцы появились, я ими даже шевелить могу.

– Ой! – вскочила Рада. – Правда? – а затем вновь села к столу и вздохнула. – Мне почему-то страшно, я ведь впервые такое колдовала, вдруг не получилось?

– Хозяйка, – подал голос Лесик с лежанки на печи, – даже не сомневайся. Ты очень сильная ведьма и достойный хороший человек, а таким Единый всегда помогает. И чтоб ты знала, ведьмак Илия однажды сказал, что, выучив много заклинаний, большую часть из них практиковать не мог – не хватало сил. А ты, походя, легко перемещаешься на большие расстояния, а теперь руку отращиваешь человеку – это ведь просто чудо.

– И что?

– Если у тебя получаются такие сложнейшие заклинания, значит, обычное колдовство вообще не проблема, так что верь в свою силу и никогда не сомневайся.

– Спасибо на добром слове, – девушка встала и ушла в свою комнату, сказав напоследок. – Я сейчас вернусь, только кое-что уточню.

Книгу заклинаний Рада давно трансформировала в витой браслет, который носила не снимая. Если была нужда в Умнице, девушка выкладывала браслет на стол и шептала потайные слова, превращавшие украшение в знакомый фолиант. И сейчас девушка, открыв закладку в книге, вновь прочитала, как завершить первый этап выращивания руки, чтобы убедиться в правильности последующих действий.

– Хорошо, – вздохнула она с облегчением, закрыла и поцеловала Умницу. – Ты ж моё сокровище.

Затем девушка вернулась в гостиную и кивнула Рогану на двери ванной.

– Ну что? Пошли мыть твою руку.

– Я с вами, – подскочил дядька. – Говори, что делать.

В ванную напустили тёплой воды, погрузили в неё миску и Рада начала аккуратно вымывать из неё синь-камень, медленно высвобождая кисть Рогана из плена синей грязи.

– Ой, – шепнул маг, – вот же ладонь показалась, а её ведь не было.

– Пальцы... – шумно выдохнул Михей.

Рада, полностью освободив руку мага, вытянула её из воды и начала рассматривать.

– Прозрачная! – ахнул дядька. – Рука прозрачная и кости видно внутри. Чудеса!

– Каркас снаружи прочный, – пробормотала девушка. – Роган попробуй согнуть указательный палец, только немного, чтобы понять... ага, так.

– Двигается, – удивился маг. – Но я чувствую странность, словно палец не мой.

– Так ведь ни мышц, ни нервных окончаний нету, – объяснила Рада. – Больше не сгибай, давай мы руку завернём в полотенце и подвесим на косынку, закрепив её на плече.

В гостиной, бережно прижимая к себе новую руку, Роган восхищённо воскликнул:

– Рада, это невероятно! Я, пока учился в академии, видел много чудес, но такое... вырастить заново потерянную конечность – это просто сказка наяву. Пока заживала культя, я мечтал лишь о том, что смогу заказать у искусных механиков, металлическую замену – болванку, похожую на руку. Не хотелось пугать окружающих, да и жалость бы обижала. А когда ты сказала, что у ведьмаков есть заклинание, помогающее отрастить утерянную руку или ногу, я даже не поверил, но так хотел чуда... И вот оно свершилось! Спасибо!

– За чудом стоит вполне реальная наука, – улыбнулась в ответ Рада. – Я ведь лекарка и знаю, что у магов нет подобных заклинаний, чтобы сказал слова, взмахнул руками – и человек жив-здоров и все конечности на месте. А вот то, что произошло у нас, вполне понятно: кость растёт из синь-камня, травы этому помогают, расходуется много сил пациента и ведьмы, но здесь, в схроне, много естественной магии, поэтому у нас всё получилось.

– Природный процесс, но усиленный колдовством, – глаза мага горели. – Я твой вечный должник, Рада.

– Хочешь отблагодарить – молчи о том, что случилось. Я не хочу, чтобы кто-то знал, как мы отрастили твою руку заново, – попросила девушка.

– Но... – опешил Роган. – Это же такое чудо! Как же...?

– Известность мне будет только мешать, – вздохнула девушка и добавила. – Предлагаю пару дней отдохнуть. Михей, тем временем, принесёт мясо, его много понадобится для последнего этапа восстановления руки. Потом ещё неделю мы будем наблюдать, как действуют твоя кисть, ладонь и пальцы, а уж затем...

– Что? – взглянул с любопытством дядька.

– Отправляемся на охоту за изгоями. Надеюсь, Сэм за это время успеет их разыскать.

Мужчины переглянулись и решительно кивнули.

– Принимается.

1 2 .

Леший привёл младшего брата спустя неделю, предварительно известив Раду о давно ожидаемом визите. Сэм превратился не просто в большого медведя, а в здоровенного зверюгу, который, встав на задние лапы, был выше Рогана на добрых три головы. Медведь уселся на лавку у двери схрона и начал говорить, правда голос его всё время соскальзывал на низкий рык.

– Вот такой я сейчас, – мотнул головой Сэм. – Привыкаю пока к новому телу, да и к чудесам вокруг, ведь не обычный медведь, а нечисть. Изучаю изнанку, знакомлюсь с лесным сообществом, охочусь... – тут он зарычал, а потом вздохнул. – Сложно воспринимать себя, как зверя, но инстинкты стали совсем другие, нечеловеческие. – Медведь кивнул в сторону лешего, присевшего на ступеньку схрона и слушавшего брата по-доброму улыбаясь. – Палкин очень помогает, спасибо ему.

– Так ведь родича мне хорошего определили, потому и вожусь с удовольствием. Да и самому давно пора было встряхнуться, спасибо хозяйка в чаще объявилась.

– А я тут при чём? – удивилась Рада.

– Так с тебя всё и началось. Ты ведь признала и приветила лесную нечисть, избавила меня от бывшего брата, не хочу даже вспоминать его имя, потом Лесика вылечила и к себе забрала, каждого из нас осмотрела и подлечила, ведь никто и никогда такого не делал для нечисти. А потом уж и Сэм объявился. Без разрешения хозяйки чащи он так бы и умер больным несчастным стариком, зато сейчас мой брат – сильный молодой зверь, который отомстил убийцам Салерны, да и жить теперь будет долго.

– Но не счастливо, – фыркнул медведь.

– А что такое счастье? – откликнулся Палкин. – Это короткое мгновение бытия. И только от нас зависит, сколько их будет, этих мгновений. Главное – не сидеть и не киснуть, жалея себя, злясь на несправедливость судьбы.

– Не скажите, – вмешался вдруг Роган, который всё это время сидел рядом с Сэмом, тихо оглаживая его шерсть на загривке. – Не всегда от человека всё зависит.

– Это правда, но сдаваться никогда нельзя, иначе вся судьба пойдёт наперекосяк.

– Руку-то покажи, – рыкнул вдруг медведь магу. – Я ведь знаю, что Рада тут колдовала так, что вся чаща стонала.

– Простите, – повинилась девушка, – у меня не было другого выхода.

– Ты не поняла, хозяйка, – засмеялся Палкин. – Сэм забыл добавить, чаща стонала от восхищения. Знатное колдовство было, это да.

Роган, тем временем, снял большую рукавицу и похвастался товарищу новой рукой, добавив, что никогда о подобном чуде не слышал.

– Наши маги-лекари могут только пришить и приживить недавно отрубленную конечность, затрачивая на это много сил и умения, а заново отрастить ещё никто не пробовал. А умения и силы Рады – уникальны, это большое везение, что мы её встретили. И сразу хочу отдельно поблагодарить тебя, Сэм. Я ведь без твоей помощи просто пропал бы в лесу. А ты заботился обо мне, как отец, не бросил, ухаживал, так что спасибо огромное. Я твой вечный должник, как и Рады.

– Что нового в лесу, Палкин? – поинтересовалась девушка. – Чужие не ходят?

– Так в чащу посторонним вход заказан, пока ты здесь, – ответил леший. – Зато дальше, по лесным дорогам, люди ходят кто куда. Карунцы бегут к границе...

– Да и армия Лараса начала выдвигаться в сторону своих земель, – подал рык Сэм. – Я слежу, чтобы наших людей зря не обижали.

– Ага, вот наёмников братец не далее, как вчера погонял, – хихикнул Палкин. – Те шли грабить селение в соседнем лесу, их местный пьяница подбил, мол, там тихо и можно пересидеть до весны. Так Сэм такого ужасу навёл на мужиков, что те с криками разбежались по лесу, ну а уж потом...

– Наказал? – погладил медведя Роган. – И правильно, грабителям и убийцам нечего делать на нашей земле.

– А что изгои? – спросил Михей.

– Пропали, – недовольно фыркнул Сэм. – Магию не используют, таятся, иначе я бы их давно нашёл.

– Их глава ордена – некромант, – подсказал дядька. – Может как-то по его ауре можно отследить?

Медведь и леший переглянулись и кивнули друг другу.

– Это поможет в поисках, – согласился Палкин. – Вот только следы затираются со временем, а ведь миновало уже много дней с тех пор, как изгои ушли из Миаса.

– А можно как-то навестить место, где орденцы жили в столице? – спросила Рада. – Вдруг они оставили что-нибудь после себя? Пусть мелочь, вроде пуговицы, карандаша или старой рубахи? Я бы тогда смогла поколдовать на этих вещах, чтобы примерно указать направление, куда отправились изгои.

– Сегодня же поищу, – пообещал Сэм. – Спасибо, Рада, что помнишь о мести.

– Иначе не могу, – вздохнула девушка. – Мне жить спокойно не даёт мысль, как позорно мы проиграли аруанцам. Не в обиду будет сказано магам, – и девушка грустно улыбнулась Рогану, – но именно их самоуверенность и гордыня довели Каруну до войны.

– Так я ведь и не спорю, – откликнулся маг. – Всё верно. Мы считали себя самыми сильными и непобедимыми, а ещё не верили, что Ларас решится перейти границу, хотя все предпосылки для этого были. Вот и поплатились.

– Если бы только вы одни, – Рада поёжилась, мороз сегодня был знатный. – Но маги или погибли, или ушли порталом из Каруны, а расхлёбывать всё приходится местному населению. Это несправедливо, хотя... – и она хмыкнула, – может хоть сейчас карунцы поймут, что должны сами бороться за свою свободу, не ожидая помощи от магов.

– Вот именно, – прорычал Сэм-медведь. – Магия двигает науку вперёд, это бесспорно, но простой народ одарённые разбаловали, ведь карунцы привыкли сами ничего не делать, ожидая, что придут маги и разрешат все их проблемы.

– Есть такое понятие – инфантильность, – сказала Рада. – Это когда взрослый человек не хочет нести ответ за свои поступки. Он словно задерживается в развитии и живёт лишь естественными надобностями. Так и карунцы переложили ответственность за себя и свою жизнь на магов и теперь, как дети в страшной сказке, или бегут из страны, или прячутся кто куда, или сидят и ждут, что вот, наконец, вернутся их хозяева и отомстят врагам за все обиды. Грустно.

– А ведь верно, – согласились с ней окружающие.

– Рада, возвращайся с мужиками в схрон, а то вы уже замёрзли, – Палкин подошёл к Сэму и, ухватив его за загривок, двинулся в сторону деревьев. – Я буду держать вас в курсе, как только мы узнаем что-то об изгоях.

– Спасибо.

После ужина девушка разложила на столе карту Каруны и начала её рассматривать.

– Что ищешь? – поинтересовался Роган.

– Да вот хочу понять, сколько народу жило до войны в стране.

– Зачем?

– Чтобы с помощью нечисти разведать, можно ли из оставшихся людей создать отряды сопротивления.

– Так аруанцы же уходят.

– Регулярная армия – да, а наёмники? Ведь многие останутся, присвоив себе чужие земли. Не все из них согласны воевать до старости, а в Каруне можно выстроить свою жизнь заново.

– На чужих костях выстроить, – буркнул Михей.

– Наёмники ещё добавят смертей на наших землях, – скрипнула зубами Рада. – А я не желаю, чтобы в моём доме считал себя хозяином какой-то урод и убийца.

– Значит, пора возвращаться в Греновис? – взглянул на девушку дядька. – Тогда я с тобой, нужно лишь хорошо всё продумать и разведать.

– Вот этим мы и займёмся.

– Я – с вами, – пододвинулся к столу Роган. – Давайте думать вместе.

– Хорошо, – Рада расправила карту, придавив её по углам чашками. – Вот смотрите, Каруна расположена в предгорье, здесь много необитаемых труднопроходимых мест и маги сознательно не захотели их обживать, так как уважают и ценят жизнь во всех её проявлениях. Основная деятельность людей происходит... происходила в селениях на юге, где уже есть плодородные земли и где можно выращивать хлеб. Также местные жители развивали ремёсла, щедро применяя для этого магию. Но сейчас на юге ни магов, ни большей части карунцев нет. Какой из этого вывод?

– Производство стоит, – хмыкнул Михей.

– Не стоит, уничтожено, – зло процедил Роган. – Селения юга были полностью разгромлены изгоями, чтобы армия Лараса могла прорваться вглубь страны.

– Значит, юг мы отбрасываем, там искать людей в ополчение бесполезно, – вздохнула Рада. – Теперь север. Тут находится столица Каруны, через неё идёт дорога к перевалам в Лелию и Рунапэ. Весь север – это горы, из селений – лишь шахтёрские посёлки. Но шахты ещё до взятия Миаса архимаг Стратус приказал взорвать, чтобы врагу не достались разработки золота и драгоценных камней. Вывод?

– На севере люди остались в небольшом количестве только в Миасе. Да и те думают лишь о выживании, ведь, наверняка, все припасы у населения столицы изъяли в пользу армии Аруаны, – заметил маг. – Вот ты спрашивала, сколько народу жило в Каруне до войны, Рада? Отвечу – мало. Большую часть жителей селений составляли одарённые, им незачем были дополнительные руки, так как всё производство осуществлялось с помощью магии. Простой народ работал лишь в услужении, или возделывал поля и сады на юге страны. А сейчас юг погиб, север стоит, ведь добыча в горах остановлена, народ, кто выжил, уезжает, особенно, когда понял, что все маги погибли или ушли...