Текст книги "Хозяйка кондитерской "Подарю вам счастье" (СИ)"

Автор книги: Екатерина Стрелецкая

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 23 страниц)

Глава 17. Вкус к жизни

Как там обычно говорят? Хочешь рассмешить Бога или Вселенную, расскажи о своих планах?! Я хотела провести несколько дней дома, занимаясь бисквитами и кремами? Ха-ха три раза! Я вообще последние две недели помню с трудом, как в тумане. Хорошо, что доктор Ройс полностью излечил Ларри в тот же самый день, когда мы вытащили его из участка. Пришлось проехать несколько лавок и магазинов, прежде чем удалось собрать необходимый комплект инструментов и посуды. Помимо тех, что были мне привычны и удобны, не все существовали в этом мире, а какие-то новинки приходилось оценивать ещё до покупки с точки зрения рациональности. Да, может, агрегаты и выглядели красиво, позволяя облегчить работу, но безбожно воровали время. Орудовать теми же ковшиками и венчиком вручную оказывалось быстрее и удобнее, чем контролировать встроенные артефакты в них, чтобы скорость взбивания не оказалась выше, чем нужно. Да, «быстрее» – не всегда означает «лучше». Интересно, а у конкурентов кондитеры с помощниками занимаются сами кремами и пропитками или используют различную технику, работающую от артефактов?

Кстати, о конкурентах: я не то чтобы не успела открыться, а даже ремонт закончить, как посыпались жалобы. Констебли в мой дом уже широкую дорожку протоптали, настолько стали частыми гостями. Как выяснилось, из-за ремонта невозможно было спать из-за шума, а дышать – из-за строительной пыли. Провела, показала, продемонстрировала поглощающие и очищающие артефакты. Как-то посреди ночи примчался пожарный расчёт вместе с полицией из-за сообщения, что сетка, закрывающая флигель, горит. Естественно, никакого пожара не было, так как мастер Хоуп по моей просьбе сразу же после покупки пекарни озаботился активацией специальных артефактов. Поджигателя-неудачника не нашли, но в ближайший полицейский участок пришлось съездить несколько раз для дачи показаний. В муниципалитете я заблаговременно согласовала перекрытие части улицы из-за мытья фасада. Сколько жалоб получила из-за неудобств, несмотря на выставленный щит, предупреждающий о сроках проведения работ? Семь! Целых семь жалоб! Но, как оказалось, их было одиннадцать, просто на последние из них полицейские плюнули, предупредив своих, чтобы не реагировали и не выезжали на адрес.

Вот и когда было заниматься восстановлением навыков и рецептов? Правильно! По ночам! Удача, что сейчас только начинался сезон ягод и фруктов: на своих экспериментах с прослойками из мусса, компоте или конфи можно было не экономить. Но запасаться дарами садов и леса стоило уже сейчас: как раз самый дорогой холодильный ларь с вынимаемыми секциями был приобретён для этих целей. Это чудо артефакторской мысли сохраняло своё содержимое в первозданном виде, словно оно только что было сорвано с куста или дерева, а ещё оснащено громким сигналом, напоминающим, что дверцы не закрыты до конца. Отличная опция, продлевающая срок службы восемнадцати артефактов, качественно замыкающих контуры во всех направлениях. Расходовали они энергию, конечно, знатно. Я бы сказала: жрали. Но для мага моего уровня иметь под рукой запасные, напитанные собственной силой– вообще не проблема. Определённо: этот монстр стоил своих денег! Вложившись в него сейчас, я серьёзно сэкономлю зимой, когда свежие фрукты и ягоды можно будет достать либо за баснословные деньги, либо сильно перемороженными. Зато никакой растекающейся малины на тортах и пирожных, никаких хлюпающих персиков или сочащейся соком клубники. В моей кондитерской будет всё самое свежее, если только рецепты не потребуют иного.

О, какое же это было упоительное чувство, когда всё получалось! В такие моменты я танцевала по кухне, сбросив туфли, чтобы цокотом каблуков не разбудить мастеров. Перемазанная кремом, суфле или ганашем, с потёками ягодного сока на фартуке, сахарной пудрой и мукой на щеках... Я выглядела как настоящая ведьма, завершающая сложный ритуал. В таком виде меня неоднократно заставала Кэли, проснувшаяся среди ночи и не обнаружившая меня в кровати.

Да, мы по-прежнему делили с ней спальню на двоих, только кроватями поменялись после того, как доктор Ройс окончательно разрешил девушке свободно передвигаться. Последствия переломов окончательно канули в Лету, кости укрепились и больше не вызывали опасений. Нам с Лилианой пришлось выдержать не один бой, убеждая Кэли есть нормально, а не клевать, как птичка. Собственно, из-за отсутствия полноценного питания у неё и стали такими хрупкими сосуды. Этот паршивец Лоу не просто сидел на шее у сестры, но и объедал по полной, вследствие чего та частенько выходила на смену голодной. Поэтому Ларри удалось вылечить сразу: его сестра не скупилась для своего брата, и сам он старался не пропускать обед, даже когда не мог заехать домой. Лично с Алисой я не была знакома, знала лишь, что она работает вышивальщицей при одном из салонов, поэтому частенько брала работу домой, чтобы никто не мешал работать с тончайшими тканями и сетками вроде тех, из которых шьют вуали, перчатки и фату. В благодарность за спасение брата она передала через Ларри совершенно изумительную пару перчаток, украшенную изящной вышивкой.

Худо-бедно, но благодаря совместным усилиям, на щёчках Кэли начал играть естественный, а не болезненный румянец.

Вот и сейчас она вспыхнула, увидев меня, ругающуюся на ковшик и коржи.

Я назидательно подняла указательный палец вверх: – Кэли, ты этого не слышала! Благопристойные дамы всегда ведут себя прилично при любых обстоятельствах!

– Я поняла, госпожа Айвори. Что-то случилось? Обычно к этому часу вы уже возвращались.

В сердцах я отшвырнула лопаточку в сторону и опустилась на табурет: – Да этот проклятый гляссаж всё не получается! Чёрт-те сколько комбинаций перепробовала, а всё не то!

Лицо Кэли покраснело ещё больше, но она быстро опомнилась: – Мне кажется, что у вас что-то пошло не так, как задумано. Не расстраивайтесь, вы делаете такие потрясающие вещи. Наверняка ведь у вас что-то получилось?

Я тут же вытерла руки о влажное полотенце и распахнула холодильничек, доставая деревянную подставку с небольшим тортом, накрытым стеклянным клошем: – Да! Брусничный торт, хотя его будет правильнее отнести к пирогам типа «тарт».

– Красивый. А что внутри?

– Как видишь, тут основа из песочного теста, брусничная начинка, взбитые сливки и белый шоколад...

Кэли с интересом разглядывала моё последнее творение, шевеля губами.

– Ты что-то хочешь сказать?

– Нет, госпожа Айвори. Просто запоминаю из чего он состоит. Иначе как смогу потом рассказывать покупателям? Вдруг упущу что-нибудь.

– Кэли, проще попробовать, а потом описать свои ощущения. Так намного достовернее выйдет, чем рассказывать зазубренный текст.

– Нет-нет, что вы! Я выучу, я способная. У господина Блоста выучила все карточки с продукцией и почти никогда не ошибалась. Нельзя пробовать то, что предназначено для других. И покупать – тоже.

Я как стояла, так и села, моргая, как кукла, которую переворачивают уже который раз. – Кэли, что значит: нельзя покупать? А если хочешь попробовать?

Девушка окончательно смутилась: – Торты и пирожные такого класса предназначаются не для тех, кто работает обслуживающим персоналом, а для более успешной публики, для господ...

Выкатите, пожалуйста, мои глаза обратно – сами они вернуться в исходное положение не смогут!

– Кэли, что за глупости? Этому вас господин Блост учил?

– Да.

– Забудь всё, что он там вам всем вкладывал в головы! Никаких приклеенных улыбок! Никакого заучивания карточек наизусть! Присаживайся, сейчас чайку попьём и попробуем мои творения, – я поставила чайник на плиту, а затем достала ещё пару подставок, на этот раз с пирожными.

Мне всё невдомёк было, почему пирожные и торты вечно съедают мастера. Думала, что Кэли попросту не хотела сладкого. Я разрезала тарт на несколько частей и положила один кусок на тарелку, придвинув к девушке.

– Какие пирожные будешь?

– А можно выбрать?

– Нужно! Давай, почувствуй вкус к жизни через десерты!

Кэли осторожно отломила кусочек тарта и поднесла ко рту. Уже через мгновение, она зажмурилась с расползающейся до ушей счастливой улыбкой. – Как вкусно и нежно...

А я хлопотала над заварником, довольная, что Кэли понравилось. То-то же! Я научу баловать себя! Блост пусть застрелится: мало того, что мне весёленькую жизнь устроил, так ещё кучу унизительного бреда внушил своему персоналу. – Знаешь что, Кэли? Завтра поедем в оранжерею и посетим кафе, располагающееся там! Решено!

Глава 18. Типчик из оранжереи

Я не просто так решила показать Кэли оранжерею и её знаменитый кафетерий. В своём роде это было одно из популярных мест отдыха в Рортане. Изящные столики, накрытые белоснежными скатертями, располагающиеся посреди зарослей различных видов папоротников, привлекали к себе взгляд, а обстановка давала ощутить себя находящейся среди тропиков. Попасть сюда не так уж и сложно, достаточно просто немного подождать, когда кто-то из посетителей выйдет. Сама по себе оранжерея была спроектирована так, чтобы достаточно было места для неспешных прогулок достаточно большого количества горожан. Сюда приходили на променад с семьями, здесь назначались свидания или встречались с деловыми партнёрами, чтобы в неформальной обстановке обсудить какие-то вопросы и наладить взаимодействие.

Вот и сейчас, пока Кэли восхищённо вертела головой по сторонам, поражаясь великолепию местной флоры, моё внимание привлёк один разговор.

– Чувства, Джордж? Ерунда. Сказки для юных барышень, чтобы не страшно было идти под венец. Жена – это всего лишь показатель статуса, приложение к мужу, показывающее, что он состоялся в этой жизни и способен содержать семью. Удел замужних женщин – это исключительно рождение наследников, с ними даже не обязательно возиться в постели: мужчина всегда получит удовольствие, а воспитание предписывает их супругам быть скромными и благочестивыми. Так зачем тратить лишнее время, пытаясь разжечь огонь в сыром бревне? Для страсти существуют дома для утех и вдовы... Последние – доступны, опытны или хотя бы не падают в обморок при виде обнажённого мужского тела.

У меня даже голова непроизвольно повернулась в ту сторону, чтобы посмотреть на этого циничного знатока семейной жизни. Сырое бревно? Почти сразу вспомнилось, что мы вытворяли с Эдвардом в спальне. Чувства – это ерунда? О-о-о... Как же сильно ошибается этот господин в чёрном сюртуке и бордовом жилете, лет тридцати пяти на вид. Чувства – это залог долгой и счастливой семейной жизни. Причём не только для супругов, но и их детей. Любящие друг друга родители – это прекрасный пример здоровых отношений между отцом и матерью для детей. Выросшие в тёплой семейной атмосфере люди всегда иначе смотрят на жизнь, чем те, кто чувствовали между родителями только холод и отстранённость. Видимо, этот господин как раз прекрасный пример такого воспитания. Да, в этом плане южане гораздо более открытые, не такие ледышки, покрытые инеем.

Похоже, что я слишком задержала взгляд на этом господине, гораздо дольше, чем того требуют приличия, потому что он смерил меня взглядом с головы до ног, особо задержавшись на правой руке, а затем дёрнул уголком рта, поворачиваясь к своему собеседнику. Вот наглец! Специально ведь проверил, ношу ли обручальное кольцо, а увидев его на среднем пальце, а не на безымянном, понял мой статус, продолжив развивать тему:

– А молоденькие вдовы – это особый тип вдов. Такие готовы познать все грани удовольствия и стараются доставить его партнёру... С такими можно встретиться даже не один раз, а два...

Подхватив Кэли за локоть, я сделала вид, что хочу показать ей редкий цветок, и медленно, чтобы не похоже было на бегство, отошла с девушкой в сторону. Нет, ну каков нахал! Возмутивший меня до глубины души господин тем временем ушёл дальше, позволив мне спокойно выдохнуть. Терпеть не могу подобных снобов, считающих женщин всего-навсего лишь мебелью. Мы с Кэли ещё немного погуляли среди зарослей, прежде чем свернуть по направлению к кафетерию. Глаза девушки тут же зажглись неподдельным интересом, и она отпросилась понаблюдать вначале издалека за тем, как работают официантки, чтобы оценить всю картину в целом. Я не возражала, тем более что кафетерий был открытым и всё происходящее в его пределах было прекрасно видно.

– Считаете, что с вами достаточно будет встретиться всего лишь раз? – раздался позади меня голос того самого господина.

Резко развернувшись, я отвесила нахалу звонкую пощёчину. Недовольно пожевав губы, тот ретировался.

Подбежавшая Кэли, с расширенными от ужаса глазами быстро заговорила: – Госпожа Айвори! Что вы наделали! Это же...

– Кто, Кэли?

Девушка понизила голос и, запинаясь, обречённо ответила: – Томас Кеннет, главный инквизитор Рортана.

Мда... Даже странно, что ему подчиняется стихия огня, такому эмоционально отмороженному цинику впору льдом повелевать. Но тогда бы его в инквизиторы не взяли: всем же известно – только маги огня могут стать карающей силой против любых магов. Не в моём положении ссориться с инквизиторами, но Томас Кеннет сам напросился, ибо подобное отношение было оскорбительно. Любой подтвердит, что такое поведение никак не красит репутацию этого мужчины, тем более занимающего столь высокий пост. Главное, чтобы ему в голову не пришло выяснять, кто я такая, и строить козни, доказывая перед тем самым Джорджем свою правоту. Хватит с меня происков конкурентов.

Через воротца кафетерия как раз чинно вышла супружеская пара, судя по одинаковым обручальным кольцам, поэтому мы с Кэли прошли внутрь и заняли освободившийся столик. За ближайшими столиками разместилось несколько семей, украдкой наблюдая за которыми не могла не признать, что часть суждений Томаса Кеннета была верна. Холодные, практически натянутые улыбки мужей и жён, абсолютно безэмоциональные движения во время проявления знаков внимания, вроде передачи креманок... Помню, как одна из моих знакомых жаловалась на то, что никак не может расслабиться и провести с супругом время вместе из-за строгих правил этикета, даже дома, где куча детей и слуг, поэтому зарождавшиеся после свадьбы и рождения первенца чувства, быстро угасли. А сама семейная жизнь превратилась в серую рутину. Даже в ресторанах, в которых установлены отдельные кабинеты, отдохнуть душой и проявить чувства невозможно: ведь там официанты всё время нарушают уединение сменой блюд. Для переговоров подобные заведения подходят лучше всего, так как партнёрам достаточно прервать разговор на это время, а вот для создания романтической атмосферы подобное недопустимо.

Пока Кэли пыталась сохранять невозмутимость, поедая очередную кондитерскую гадость, приправленную магусвом, мне пришла в голову одна безумная идея. Скандальность вследствие того, что я пойду против сложившихся устоев, за счёт «чистого» вкуса моей кондитерской и так обеспечена, так почему бы не пойти до конца? Заодно сразу появилась идея, как назвать своё детище. Эдвард с Джеймсом неоднократно мне говорили, что я дарю счастье всем окружающим, так что мешает именно такое название выбрать? Тем более что после заведения господина Блоста желание указать своё имя на вывеске отпало напрочь.

Кэли с достоинством выдержала испытание, ведь после нормальной еды и моих творений вкусовые ощущения у неё обострились. Я же ограничилась чашечкой чая. Зато к тому моменту, когда мы обе решили, что пора отправляться дальше, у меня созрел окончательный план, как воплотить свою идею насчёт создания романтической обстановки для пар в кондитерской. Но для начала предстоит поездка в бордель, ибо только там меня могли проконсультировать насчёт одной «фишки», о которой когда-то слышала краем уха.

***

Кому-то может показаться моё решение посетить один из домов утех странным, но я была уверена, что только там меня смогут проконсультировать насчёт того, каким образом можно создать интимную обстановку в определённой зоне, но не забыть при этом о безопасности. Началось веселье уже с вполне невинного вопроса, заданному кучеру, на следующий день после посещения оранжереи.

– Ларри, вы случайно, не знаете, где в Рортане находится приличный публичный дом?

Наверное, впервые с нашего знакомства бедному кучеру изменила его легендарная выдержка, потому что по его взгляду создалось ощущение, будто я ему предлагаю незаметно выкрасть ключи от Преисподней и сделать от них дубликат. Следом последовало предложение отдать мне все его сбережения безвозвратно, только чтобы сохранить репутацию, раз госпоже Айвори срочно деньги понадобились. Я хохотала, как никогда в жизни, объясняя, что меня всего лишь интересует кое-какие нюансы исключительно технического характера, а не мысль превратить кондитерскую в бордель. В итоге Ларри пробормотал, что приличные господа обычно просят отвезти из в Лантарский переулок, куда мы тут же и направились.

Хозяйка заведения оказалась весьма приятной дамой, оказавшей качественную консультацию за вознаграждение. С какой целью мне понадобилась информация, она, в силу своей профессии уточнять не стала, а после того как выслушала мои заверения, что составлять ей конкуренцию не собираюсь, даже дала адрес артефактора и написала короткую рекомендательную записку. В общем, расстались мы с ней вполне довольные друг другом. Даже не сомневаюсь, что мастер потом отстегнёт ей процент после моего заказа.

И надо же такому случиться, что не успев сесть в карету, я снова услышала знакомый голос позади себя: – Надо же, какая неожиданная встреча! А ведь ещё вчера вы так возмущались по поводу моего предложения...

Медленно поворачиваясь, я уже знала, кого увижу.

– Томас Кеннет, вы что, преследуете меня?

– Джозеф. Томас Джозеф Кеннет, – поправил меня главный инквизитор Рортана. – Да нет, сегодня я здесь как раз таки по делам службы.

Мужчина кивнул на противоположную сторону улицы, где трое инквизиторов тащили в чёрную карету какого-то мага в блокирующих наручниках. Меня так и подмывало спросить, только ли сегодня он оказался в переулке или решил расслабиться после исполненного служебного долга, но сочла, что лучше промолчать.

– Ну раз ничто плотское вам не чуждо, – Кеннет скосил глаза на вывеску, украшенную вычурными завитушками: «Дом мадам Арро». – Предлагаю встретиться сегодня в семь. У меня или у вас – на ваш выбор. Отели не люблю. Часа будет более чем достаточно. Тем более, что на вечер у меня ещё запланировано много дел.

Я даже пошевелить рукой не успела, как он прищурил свои тёмно-серые глаза. – А вот действовать столь импульсивно, как вчера, я бы вам настоятельно не рекомендовал... Здесь всё ещё находятся мои сотрудники.

Глава 19. Грани отношений

– Вы мне угрожаете?

На лице мужчине не промелькнуло и тени эмоций: – Всего лишь напоминаю, что не стоит портить репутацию ни мне, ни вам. Лишние свидетели, а тем более – сплетни нам ни к чему.

– Нам? – я захлебнулась даже не столько от возмущения, сколько от сквозящего от мужчины цинизма и расчётливости. – Ну, знаете ли... Меня не интересует, что вы там себе надумали, увидев, как я выхожу из этих дверей, оправдываться не собираюсь. Всё равно каждый понимает всё в силу своей испорченности. И что-то мне подсказывает, что вы в этом настоящий профессионал, раз позволяете себе подобное фривольное отношение к незнакомым дамам. Раз у вас сегодня освободился целый час времени, думаю, вы сможете найти более подходящую под ваши взгляды и желания персону, способную поминутно вписаться в ваш график. Прощайте!

– Я всего лишь предложил встретиться и провести приятно время, не обременяя друг друга какими-либо обязательствами, – всё таким же ровным и абсолютно безэмоциональным голосом произнёс Кеннет.

Я уже поставила ногу на подножку, но не удержалась и повернулась к мужчине: – Знаете, никогда не слышала, чтобы заняться любовью приглашали так, словно картошку почистить. Вам, наверное, странно слышать, но чувства важны. Может быть, когда-нибудь это поймёте, но очень сильно сомневаюсь в этом.

Я не стала дожидаться ответа, а сразу приказала Ларри возвращаться домой, несмотря на то, что у меня были другие планы. Только убедившись, что за нами не увязался «хвост», назвала адрес артефактора, посоветованного мадам Арро. Мы уже приехали, а у меня всё не шёл из головы главный инквизитор. Но каков нахал! А главное – сколько самоуверенности и совершенно ни капли смущения! Ледышка отмороженная!

Как же всё-таки хорошо, что работа способна отвлечь от различных мыслей! С артефактором мне удалось весьма удачно заключить предварительное соглашение на изготовление двух видов артефактов. Для начала для дюжины столиков, а там будет видно. Суть артефактов одного типа заключалась в том, чтобы при нажатии на него вокруг столика возникала изолированная от окружающих звуконепроницаемая беседка, захватывающая часть окна, возле которого он расположен. Вечерний Рортан всё-таки имеет своё особое, непередаваемое очарование. Второй тип должен был обеспечивать безопасность находящихся внутри беседки. Потому и стоил так дорого: его тонкая настройка позволяет распознать угрозу как обозначенную голосом, так и уловить возникшее в воздухе напряжение. Ни мне, ни моим клиентам проблемы не нужны. Тем более что репутация заведения играет не последнюю роль в его посещаемости. Я же хочу, чтобы и моим клиентам, и моему персоналу было комфортно.

Поэтому от идеи обойтись на первых порах одной лишь помощницей пришлось отказаться. Не факт, что кондитерская сразу заработает и в вечернем режиме, однако подыскать помощника-вышибалу стоит. Причём такого, чтобы визуально давал понять, что с ним спорить не стоит, но и кулаками почём зря не размахивал. А ещё я прекрасно понимала, что на момент открытия в моём кармане будет зиять дыра, заткнуть которую удастся не сразу. Ладно, прорвусь. Всегда можно заложить какое-нибудь украшение из неброских.

Я смотрела из окна кареты на чинно прогуливающиеся по тротуарам парочки. Холод... Холод... Безразличие... Обязанность... Привычка... И ни одной даже маленькой искорки тепла. Сломить давно сложившиеся устои мне не под силу: слишком долгий процесс, но дать шанс на сближение или потепление отношений желающим, но не имеющим на то возможность – да! Сразу вспомнилась Элси и её супруг. Помнится, в своё время его мать устраивала благотворительные вечера, на которых собирался если не весь цвет Рортанской аристократии, то люди весьма обеспеченные и пресытившиеся жизнью. А если попробовать через них?

Сделав для себя отметку в блокноте, чтобы утром не забыть приобрести свежий выпуск светской хроники у Майки, задумалась, как же всё-таки поступить с Ларри. С самого первого дня, как он помог мне с Кэлионой, а потом невзначай справлялся о самочувствии девушки, какие взгляды украдкой бросал в её сторону, если возил нас с ней куда-то по делам, только абсолютно слепо-глухой идиот не понял, что он испытывает к ней глубокую симпатию. Но его воспитание не позволяет проявить себя до поры до времени, учитывая, как Лоу обходился сестрой. Какие-либо резкие шаги вполне могли отпугнуть или заставить Кэлиону закрыться в себе, чего нельзя было допустить именно сейчас, когда она только-только начала раскрываться и выбираться из своей «скорлупы». А ещё этот сегодняшний шок Ларри, когда попросила отвезти меня в бордель, а потом разговор со старшим инквизитором, который ещё больше сыграл не в мою пользу в отношении репутации. Ведь в оранжерее извозчик не присутствовал и, соответственно, не знает всей подоплеки. После того как Ларри вступился за честь Кэлионы, начистив физиономию её братца, не удивлюсь, если сделал неправильные выводы и попытается отговорить девушку от работы на меня исключительно из благих соображений.

За окном уже сгущались сумерки, ещё немного времени, и окончательно стемнеет. Я постучала в стенку кареты и, как только задвижка отодвинулась, скомандовала: – Ларри, сегодня придётся вам немного задержаться, поэтому везите не к главному входу, а к калитке.

Как только требуемое было исполнено, я показала мужчине, чтобы следовал за мной. Рабочие уже отужинали и разошлись, поэтому вначале попросила подождать его на кухне, а сама поднялась в спальню, чтобы позвать Кэлиону и показать ей, как пользоваться пробными артефактами, которые сегодня мне дал мастер, чтобы протестировать на месте. Остекление было закончено, поэтому именно там, на третьем этаже будущей кондитерской, я и хотела переговорить с Ларри, чтобы уже на практике обрисовать собственную задумку. Переход между флигелем и основным зданием рабочие также успели благоустроить, поэтому оставив спустившуюся вместе с собой девушку на кухне, повела извозчика в мансарду.

– Ларри, нам нужно серьёзно поговорить, чтобы не возникло недопонимания. Я знаю, что вы симпатизируете Кэлионе и даже готовы защищать её тайно или явно.

Мужчина весь обратился в слух, но не произнёс ни слова, а я продолжила: – Что скажете?

Ларри подошёл к одной из стен и посмотрел на Рортан: – Красиво. Но зачем мы здесь?

– Видите ли, Ларри, я прекрасно понимаю, какие мысли могли прийти вам в голову после того, как я побывала у мадам Арро. Так вот, меня интересовали исключительно артефакты, которыми обычно пользуются в подобных заведениях. Моя же задумка состоит в том, чтобы дать семейным парам отдохнуть вечером в тишине и покое за чашечкой чая и кофе.

Я положила на пол артефакт рядом с Ларри и слегка наступила кончиком туфельки в самый центр. Вокруг нас тут же появился купол, полностью изолировав от внешнего мира и отрезав звуки, раздающиеся за его пределами.

– Никакого разврата или непотребства. Если потребуется вызвать официантку, чтобы сделать заказ или попросить расчёт, то достаточно будет нажать уже на этот артефакт. Сейчас озвучивать какие-либо пожелания бессмысленно, но уже через несколько минут Кэлиона принесёт чай и пару пирожных, так как артефакт для персонала сейчас находится у неё.

Потрясённый Ларри перевёл взгляд на ночной город, затем прикоснулся пальцами к куполу. – Простите меня, госпожа Айвори, я действительно виноват перед вами за то, что предположил худшее. И вы всё правильно сказали насчёт Кэлионы Листи: мне действительно нравится эта девушка, и я не хочу, чтобы с ней случилась какая-нибудь беда.

– Не стоит винить себя, Ларри. Я прекрасно понимаю ваши чувства и желание защитить, иначе не начала этот разговор. А ещё мне импонирует, что вы не пытаетесь действовать нахрапом: Кэлиону может испугать проявление к ней интереса. Но с вашей деликатностью и умением держать язык за зубами, думаю, что никаких проблем не возникнет. Просто ей нужно время. Послушайте, Ларри, а вы никогда не хотели стать дворецким? Всеми необходимыми для этой должности данными вы обладаете, немного обучить и вас с радостью возьмут в любой приличный дом.

Ларри усмехнулся и покачал головой: – Благодарю вас за участие, госпожа Айвори, но нет. Не для того я пошёл в своё время против отца, пожелавшего передать мне свои обязанности.

– Так вы из семьи потомственных дворецких?

– Да. Всех своих сыновей отец готовил служению в этой должности, а дочерей – в горничные и камеристки. Вот только я его очень сильно разочаровал, не оправдал возлагаемых надежд. Слишком люблю свободу и лошадей. Поэтому пусть работа извозчиком сложнее, опаснее и оплачивается гораздо меньше, чем служба в богатом доме, выбрал именно её.

– Как я вас в этом отношении понимаю: сама люблю «свежий воздух», поэтому и хочу открыть собственное дело, чтобы ни от кого не зависеть. Получается, что вы с сестрой оба пошли против воли отца?

– Да, у Алисы талант к вышиванию, и ей действительно нравится этим заниматься. Себя она в роли прислуги, даже личной, не видела никогда, хотя и старалась не огорчать родителей. Первое время было непросто, но мы с ней справились.

– Вы младший сын?

– Нет, старший. Поэтому представляете глубину разочарования родителей, с которыми с тех пор мы с сестрой оба ни разу не общались, хотя попытки с нашей стороны были.

Теперь всё встало на свои места: вот откуда у Ларри манера так держать себя. Одно уже то, что он решился пойти против воли отца и с нуля построить свою жизнь достойно уважения. Думаю, что с Кэлионой у них всё сложится, если оба этого захотят. Артефакт в моей руке мигнул несколько раз.