Текст книги "Наагатинские и Салейские хроники (СИ)"

Автор книги: Екатерина Гичко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 38 страниц)

– А может, и мне ему отомстить? За мои нынешние неопределённые постельные настроения? – ядовито прошипел Миссэ. – Сам же нарывается, просто умоляет, чтобы ему устроили неприятности!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Устрой, – пожал плечами брат. – Но сомневаюсь, что до него что-то дойдёт. Он же за столько веков не уяснил, что играет с огнём, и тебе вряд ли удастся что-то ему объяснить.

Миссэ раздражённо фыркнул и, сложив могучие руки на груди, мрачно уставился на стену. Правоту брата было сложно не признать.

– Да плюнь ты, – посоветовал Доаш. – Скоро мы отсюда уедем, а дома выходки Ссадаши уже никого не обманут. Да и вообще, чего ты так взбеленился? Из нас двоих выходить из себя положено мне, – наг утешающе похлопал брата хвостом по хвосту и замер, настороженно уставившись на него.

По лицу Миссэ расползалась хищная шкодливая улыбка.

– Эй, Миссэ… – с опаской позвал Доаш.

– Слушай, Доаш, – мягко протянул тот, – а как ты смотришь на то, чтобы взять отгул?

– Плохо, – напряжённо ответил брат. – Мы во дворце давриданского императора и не должны выпускать наследника из виду. Наагашейдиса с нас шкуры спустит, если с её сыном хоть что-то произойдёт.

– Попросим Вааша нас заменить, – продолжил ненавязчиво уговаривать его Миссэ. – До следующего утра. Поверь, когда наагашейд узнает, зачем мы взяли выходной, он отнесётся к нашей отлучке с одобрением и защитит от гнева госпожи.

– Нисколько не сомневаюсь, но я всё равно против, – категорично заявил Доаш.

Улыбка сползла с лица Миссэ, и он посмотрел на брата с досадой.

– Ладно, я один отдыхать пойду.

– Миссэ! – возмущённо прошипел брат, но на губах того уже заиграла мечтательная улыбка.

– Проходите, – высокий зеленоглазый мужчина с длинной косой чёрного цвета посторонился, галантно указывая на распахнутую дверь.

Побелевший Миссэ, успевший за четыре минуты, что он пробыл в этом заведении, раз двадцать горько пожалеть о своём замысле, поспешил шагнуть внутрь. Висящий на его плече Ссадаши ударился носом в его спину и что-то сонно пробурчал, доверчиво вжимаясь щекой в поясницу друга. После всего увиденного Миссэ почти тут же ощутил угрызения совести, которые ни разу не посетили его ни когда он спаивал наагалея в заведении на соседней улице, ни когда, злорадно посмеиваясь, тащил его сюда. Тонкого слуха коснулся протяжный мужской стон из соседней комнаты, и наг покрылся холодным потом, изо всех сил впиваясь пальцами в бёдра Ссадаши.

От хозяина заведения не укрылся затравленный взгляд могучего посетителя, и он тонко, едва заметно улыбнулся.

– Пожалуйста, сюда.

Миссэ покорно сгрузил пьяного нага на вычурно убранную постель и поспешил целомудренно поправить распахнувшееся одеяние. Сладко причмокнувший во сне Ссадаши почему-то позвал папу и перевернулся набок, трогательно положив под щёку ладошку. Вот же поганец! Невиннее ребёнка выглядит! Это опять раздразнило Миссэ, и он уже увереннее посмотрел на красавчика-хозяина.

– Как только мой друг проснётся, обслужите его по высшему разряду, – распорядился он.

– Какие вкусы у вашего друга? – полюбопытствовал хозяин.

– Что? – не понял Миссэ, чувствуя, как исчезают абсолютно все мысли при невольной попытке представить «вкусы».

Красавчик хмыкнул, и наг почувствовал себя невероятно тупым.

– Какие мужчины ему нравятся? – уточнил хозяин. – Высокие крепкие самцы, – лицо Миссэ перекосил ужас, – сладкие мальчики, – в глазах нагах появилась вселенская скорбь, – обычные мужчины или… что-то экзотичное?

– Да, кажется, все, – заплетающимися языком выдавил Миссэ, ощущая, что как никогда близок к неведомому ему ранее обмороку. – К-кроме экзотичных.

Да какая экзотика вообще у мужиков может быть?

– То есть он предпочитает разные роли? – поинтересовался хозяин.

– Э-э, да, – неуверенно выдавил Миссэ, шестым чувством осознавая, что чего-то недопонимает. – Он у нас тот ещё актёр.

Красавчик насмешливо сморщил нос, и наг даже подумал, что он сейчас расхохочется. Но мужчина лишь улыбнулся шире.

– Мы исполним все его желания, – пообещал он. – Платить будете вперёд?

– К-конечно, – Миссэ всё больше и больше чувствовал себя неуютно и поспешно впихнул в руку хозяина кошель.

Но отнять ладонь не успел. Тонкие, холёные, но очень сильные пальцы хозяина вцепились в его запястье, и улыбающийся мужчина подался вперёд.

– Может, господин хочет чего-то для себя? – хрипло пропел он. – Нежно стонущего мальчика или… – он перешёл на интригующий шёпот, – чего-нибудь пожёстче? Вы такой сильный и крепкий внешне… Может быть, вы нежны и мягки внутри? Я готов лично заняться вами.

– Благодарю! – с выпученными глазами взревел Миссэ, выдёргивая ладонь из его хватки и пятясь к двери. – Но меня уже ждут! Доброго утра! Хорошей ночи! До встре… Прощайте!

И вымелся за дверь. Из коридора донёсся торопливый топот, а затем грохот сапог по лестнице.

Хозяин перевёл взгляд на мирно спящего Ссадаши. Почти полминуты его взгляд изучающе скользил по телу пьяного мужчины, а затем он присел на постель рядом с ним и склонился к его шее, тщательно обнюхивая. Результат его явно удовлетворил: по губам красавчика расползлась хищная сладострастная улыбка. Тонкий длинный палец медленно развёл края запахнутого ворота и очертил точёные ключицы. Ссадаши капризно поморщился и нахмурился.

– Ах, какой терпкий мужественный запах, – прицокнул мужчина. – Сладкий мальчик… – ладонь его скользнула вниз на торс нага, и брови его удивлённо приподнялись. Хозяин тщательно ощупал проступающий рельеф мышц и пришёл в ещё большее расположение. – Какой ты славный!

Отцепившись от карниза, Миссэ бесшумно спрыгнул на террасу, опоясывающую второй этаж дома, и осторожно направился к нужному окну, но, сделав несколько шагов, замер, заметив в тени чей-то силуэт.

– Да я это, – недовольно отозвался знакомый голос, и Миссэ с облегчением узнал брата.

– Решил всё-таки присоединиться? – Миссэ пробрался к окну и замер, заглянув в него.

– Ага. Слушай, ты уверен, что следовало это делать? – с сомнением протянул Доаш, наблюдая, как какой-то смазливый мужчина гладит Ссадаши по волосам.

– Уже нет, – честно признался Миссэ, ощущая внутри дикое желание переломать холёные пальчики красавчика-хозяина. – Знал бы ты, что я видел… – перед глазами промелькнули ужасающие картины, увиденные им в главном зале заведения: полураздетые мужчины, пьяные посетители, с глумливыми смешками лапающие их за крепкие задницы и не только за них… Липкий пот в очередной раз покрыл спину нага.

– Не стоит мне рассказывать! – поспешно отмахнулся брат, которому и красноречивых стонов из окон вполне хватало.

– Это притон Тёмных духов! – уверенно заявил Миссэ. – Они… – наг осёкся, увидев, как красавчик-хозяин склоняется к лицу перевернувшегося Ссадаши и касается его губ своими.

– Боги…

Лица братьев одновременно скривились от омерзения и ужаса.

– Уже нужно вмешаться? – едва слышно спросил Доаш.

– Наверное, пока нет, – отозвался Миссэ, наблюдая, как хозяин покидает комнату. – Но то, что мы увидели сейчас, нам придётся унести в могилу.

Брат согласно кивнул. Если Ссадаши когда-нибудь узнает об этом, то от этого заведения не останется даже фундамента, а от них с Миссэ – даже волоса.

– Долго он ещё спать будет? – скучающе протянул худощавый парнишка с рыжими всклоченными волосами, одетый только в очень облегающие портки светло-жёлтого цвета. Развалившись на коврике рядом с постелью, он с тоской пялился в потолок и с явной завистью прислушивался к разгулу, что шёл внизу. – Я бы чего-нибудь выпил.

– Радрий ясно приказал быть здесь и исполнить всё, что пожелает господин, когда проснётся, – одёрнул его высокий, могучего телосложения смуглый парень в одной набедренной повязке, оценивающие осматривающий спину Ссадаши и всё, что располагалось немного ниже.

– Если он вообще до утра проснётся, – высокомерно фыркнул третий мужчина, высокий блондин с длинной снежно-белой косой. В отличие от своих товарищей он был полностью одет и спокойно читал книгу, явно не горя желанием заниматься пьяным клиентом.

– Может, расшевелить его? – глаза рыжего хулиганисто сверкнули, и он сел.

– Тебе работать хочется? – блондин недовольно посмотрел на него.

– Очень хочется, – искренне ответил тот, – я ж не Снежный дух, как ты. А тут такой красавчик, – парень с удовольствием посмотрел на спящего клиента. – Чаще-то на потных волосатых образин везёт.

– Тихо, шевелится! – прикрикнул смуглый парень.

Ссадаши томно застонал и перевернулся на правый бок. Там ему что-то не понравилось, и он опять перевернулся на спину и недовольно сморщился.

– Похмелье, – презрительно протянул блондин.

Наконец гость приоткрыл мутные глаза и осоловело уставился в потолок. Причмокнул пересохшими губами и тихо простонал:

– Воды… О боги, я умираю…

Рыжий мгновенно вскочил на ноги, но могучий товарищ поспел первым. Наполнив бокал водой, парень забрался на кровать и, приподняв гостя сильной рукой, приложил к его губам сосуд с живительной влагой.

– Вааш, – прохрипел Ссадаши, – ты настоящий друг, – и жадно приник к бокалу.

По мере поглощения воды глаза его раскрывались всё шире и становились всё осознаннее, а когда он наконец увидел над собой две незнакомые физиономии, и вовсе удивлённо распахнулись.

– Господин, вы такой красивый, – трепетно выдохнул рыжий, поражённо всматриваясь в красноватые глаза, – и необычный.

Струйка воды побежала по щеке Ссадаши, и он закашлялся. Смуглый поспешил убрать бокал от его губ.

– Где я? – прохрипел Ссадаши, переводя непонимающий взгляд со смуглого на рыжего и обратно.

– В самом лучшем месте, – радостно заверил его рыжий. – Меня зовут Линей, а это Орвис.

Смуглый красавец подмигнул, и Ссадаши невольно вздрогнул, почувствовав, как чужая рука оглаживает его поясницу.

– А это, – Линей посторонился, открывая вид на блондина, – Иварис.

– Доброй ночи, господин, – Иварис не очень радостно, но вежливо улыбнулся и захлопнул книгу.

– Но он у нас ледышка. Вам будет с ним неинтересно, – Линей поднёс ладонь Ссадаши к своим губам и, сладострастно прикрыв глаза, поцеловал её.

Похмелье испарилось волшебным образом. Невероятная бодрость наполнила всё тело, и Ссадаши, мгновенно вскочив, отполз от странных мужиков к изголовью кровати.

– Где я? – выпучив глаза, повторил он свой вопрос. – И как сюда попал?

Иварис оказался сообразительнее своих товарищей и быстро понял по испуганным, настороженным взглядам уважаемого гостя, что приготовленные удовольствия вряд ли окажутся ему по вкусу. И предвкушающе улыбнулся. Скука развеялась в один миг, от груди по всему телу растеклось бодрящее возбуждение, и мужчина заинтересованно подался вперёд. О-о-о, а он-то думал, чего это Радрий отправил его сюда. А тут такая невинная прелесть!

– Это бордель, мой господин, – чуть насмешливо произнёс Иварис, с удовольствием наблюдая, как ужас выбеляет лицо перепуганной милашки, – а принёс вас ваш друг. Высокий мужчина с татуировкой на голове.

– Миссэ? – поразился Ссадаши. – Зачем ему притаскивать меня сюда? И где… где… – голос его сел и прозвучал жалко, – где женщины?

– А зачем они нам, господин? – прищурился Иварис. Кончик языка сладострастно облизнул уголок губ. – Мы здесь, чтобы удовлетворить ваши особые пристрастия. Или же, – в глазах сверкнуло нечто пугающее, – познакомить вас с особым удовольствием.

– Да-да, – рыжий на животе подполз к сжавшемуся в изголовье мужчине и соблазнительно оттопырил упругую попку, на которую Ссадаши воззрился как на самый страшный кошмар в своей жизни.

– Если господин захочет, то я покажу ему такое удовольствие, которое он никогда не сможет познать с женщиной, – Орвис подался вперёд, его набедренная повязка соскользнула, обнажая сильное мускулистое бедро.

– Господин захочет, – ласково прищурился Иварис, смотря на смертельно побелевшее лицо гостя.

И Ссадаши рванул прочь с кровати. Проскользнув между Линеем и Орвисом, он метнулся к краю, но, не рассчитав сил, полетел головой на пол. Орвис едва успел поймать его и затянуть обратно на кровать. Перевернув сопротивляющегося мужчину, парень навис над ним и успокаивающе пророкотал:

– Вам понравится.

– Ты пугаешь его! – Линей недовольно отпихнул товарища и навалился на грудь Ссадаши. – Мой господин хочет попробовать сперва со мной, верно?

Обалдевший господин оттолкнул оскорблённо взвизгнувшего парня и всё-таки скатился с кровати.

– Куда же вы? – наг вздрогнул и, вскинув голову, увидел медленно склоняющегося над ним Ивариса.

От улыбки блондина в груди взметнулся животный ужас, и Ссадаши, перевернувшись, на четвереньках бросился к двери.

Выскочил он за неё, подгоняемый издевательским хохотом Ивариса и обиженными воплями Линея, всё также на четвереньках. Встав на ноги, Ссадаши лихорадочно осмотрелся, пытаясь найти выход из этого кошмара, и замер, увидев мужчину, который опираясь спиной на лестничные перила, неспешно курил, насмешливо осматривая его.

– Вырвался-таки, – довольно констатировал он и, отбросив дымящуюся сигарету вниз, в бурлящий весельем зал, шагнул к Ссадаши.

Тот прижался спиной к двери, настороженно смотря на приближающегося мужчину, ощущая себя как во сне. В кошмарном сне.

– Первый раз в таком месте? – уточнил хозяин, останавливаясь в локте от гостя.

Ссадаши только непонимающе хлопнул глазами, но мужчине хватило и этого.

– Такие невинные к нам редко заходят, – с удовольствием протянул красавец. – Тогда тебе нужен кто-то очень-очень опытный. Я готов показать тебе этот новый мир.

– Я хочу уйти, – просипел Ссадаши и шагнул вперёд.

Сильная рука жёстко отбросила его назад, а чужое колено вклинилось между ног. Хозяин склонился к лицу нага, глаза которого всё больше и больше наполнялись ужасом, и обдал его губы запахом дыма. В весело щурящихся зелёных глазах Ссадаши различил узкую полоску зрачка. Оборотень!

– Не стоит торопиться, – прошептал мужчина и склонился ещё ниже, почти соприкасаясь губами с дрожащими губами Ссадаши.

Остановил его хруст. Лицо гостя вдруг исказилось яростью, и он сам решительно подался вперёд. Пальцы его вцепились в горло ошеломлённого оборотня, и они мигом поменялись местами. Ссадаши что есть сил шарахнул соблазнителя о стену, и у того на мгновение помутилось в глазах. Когда он снова смог различать силуэты, гость вдруг стал значительно выше и теперь сам нависал над ним, щеря длинноватые клыки.

– Не смей трогать меня! – жутко прошипел Ссадаши, сжимая когтистые пальцы на шее задыхающегося оборотня. Хвост его нервно метнулся из стороны в сторону, сбив стоящую на полу вазу, и наг отбросил хозяина.

Сперва Ссадаши метнулся к лестнице, но вовремя вообразил, что ему придётся проползти через людный зал, а потом выползти из этого мерзкого места на какой-нибудь популярной у блудников улице под сотнями чужих взглядов, и развернулся к комнате.

– Вернулся, – насмешливо прищурился Иварис, поднимаясь ему навстречу.

– Пшли вон! – разъярённо рявкнул Ссадаши и хлестнул хвостом.

Ошеломлённые взгляды мужчин скользнули по беснующейся фиолетовой конечности, и они молча, но очень поспешно метнулись к дальней стене.

Ссадаши стремительно прошмыгнул мимо них, телом выбил стекло и под звон осыпающихся осколков выполз на террасу. Перевалившись через перила, мужчина упитанной каплей плюхнулся вниз, вызвав испуганные вскрики прохожих.

– Не убился? – Доаш подскочил к краю террасы и наклонился, высматривая тело внизу. – Фух, живой… – облегчённо выдохнул наг и с возмущением посмотрел на брата: – Миссэ!

Тот продолжал стоять на коленях, корчась в неконтролируемом хохоте.

– Миссэ, это было слишком!

Брат уткнулся лицом в дощатый наст, всхлипывая от смеха.

– Миссэ, как ты мог так со мной поступить? – Ссадаши со слезами на глазах бросился к оторопевшему от неожиданной встречи нагу и повис на его шее. – Мне было так страшно!

Придя в себя, Миссэ сморщил нос, пытаясь скрыть улыбку, но сильный запах цветочного мыла, идущий от Ссадаши, заставил его хохотнуть. Он слышал, что Уста наагашейдисы после возвращения полдня провёл в купальнях.

– Ссадаши, ты сам нарвался, – миролюбиво заметил Миссэ, невольно поглаживая обиженного наагалея по пояснице. – Теперь ты хотя бы знаешь, чем могут аукнуться твои шутки.

Губки наагалея задрожали, но Миссэ не обманулся, чувствуя, с какой силой тонкие пальцы давят на его шею.

– Рано или поздно тебе кто-нибудь отомстил бы, – продолжил могучий наг, пытаясь оторвать цепкие ладошки Ссадаши от своей шеи. – Я ещё по-божески с тобой обошёлся. Так что отцепись, – Миссэ смущённо покосился на покрасневшую служанку, которая испуганно посматривала на них.

Ссадаши, поганец, издеваясь, ещё подул на его кожу, порождая в воображении девушки ещё более нескромные картины.

– Ты… – с негодованием начал было Миссэ и замер, почувствовав, что дыхание холодит влажное местечко на шее.

Ссадаши ещё раз провёл влажным пальцем по бьющейся пульсом артерии и пакостно улыбнулся, подтверждая его подозрения. В следующий миг Миссэ ощутил онемение во всём теле и бухнулся на пол. Наагалей хищно прищурился и, плотоядно облизнувшись, многообещающе пошевелил хвостом. Взглянув на испуганную служанку, он хрипло, с издёвкой, даже не пытаясь играть прежнюю роль, поинтересовался:

– Что смотришь? Не видишь, господину стало плохо.

Служанка испуганно пискнула и бросилась прочь. Ссадаши же, ухмыляясь как Тёмный дух, наклонился и, взвалив на плечо хвост Миссэ, поволок его в сторону лестницы.

Мстительный наагалей протащил обездвиженного, но всё понимающего и чувствующего нага по всему дворцу, ознакомив его с бесчисленным количеством ступенек и порогов, прежде чем выползти на улицу и направиться на тренировочный полигон. Там он, сбросив Миссэ на траве, остановился у шеста с трепещущим штандартом и начал опускать его вниз.

Флаг гордо реял на широкой горизонтальной очень крепкой перекладине, с которой Ссадаши кощунственно, ни мало не задумываясь над тем, какой скандал это может вызвать, когтями срезал полотнище. После чего с лёгкостью поднял габаритного Миссэ и закинул его руки на перекладину. Привязывал наагалей его очень тщательно, используя для этого свой длинный пояс, а потом и пояс Миссэ. Убедившись, что наг привязан надёжно, Ссадаши пожелал ему хороших впечатлений и с торжествующей улыбкой начал поднимать его наверх.

Когда он закончил и закрепил верёвку, на тренировочный полигон поспешно выполз обалдевший Вааш. Похоже, срочное донесение о новых бесчинствах наагалея выдернуло его из купален, и наг так торопился, что натянул только нижнюю юбку и даже не вытерся.

– Это что такое?! – прогремел он, глядя вверх.

Ссадаши довольно прищурился, с наслаждением рассматривая легко подрагивающий на утреннем ветру яркий хвост, и с гордостью ответил:

– Это флаг мужественности нашей расы!

– Это Миссэ! – взревел Вааш и бросился опускать импровизированный «флаг». – Ссадаши, я убью тебя!

Наагалей ещё немного полюбовался на рвано опускаемого Миссэ и всё же пополз прочь с полигона. С Вааша станется осуществить свою угрозу.

– Эй, – Доаш пихнул мрачного брата в бок и шёпотом спросил: – Слышал последние новости?

Миссэ досадливо поморщился и отвернулся.

– А что, меня перетирать ещё не закончили?

– Не закончили, – довольно подтвердил Доаш, – и у истории появились новые детали.

– Что-то мне это не нравится…

– Да, тебе не понравится. Представляешь, кто-то видел, как ты покидал мужской бордель в тот день, – Миссэ глухо застонал. – Да ты подожди! Это ещё не всё. Теперь по дворцу ходит слух, что Ссадаши узнал о твоей ветрености, оскорбился и поэтому подвесил тебя как символ неверности.

– Вот Тёмные! – с досадой протянул Миссэ.

– А я предупреждал, чтобы ты не связывался с Ссадаши, – с усмешкой заметил брат. – Этот уж из любого дерьма с выгодой выползет. Так что, дорогой брат, все теперь порицают тебя за измену душке-Ссадаши.

Доаш с издевательским сочувствием похлопал раздосадованного Миссэ по плечу.

– Но самое забавное в том, – Доаш проигнорировал возмущённый взгляд брата, – что Ссадаши продолжает тебе мстить и старательно разыгрывает роль обманутого возлюбленного.

– Вот поганец! – с досадой процедил Миссэ.

– Ах, – раздался тихий вздох.

Братья резко вскинули головы и увидели в конце коридора бледного и, казалось, даже осунувшегося Ссадаши. Наагалей закусил губу и, закрыв глаза ладонями, с горестным всхлипом скрылся за углом. Парочка придворных дам проводила его взглядами, полными слёз сочувствия, а затем так зыркнули на Миссэ, что он едва ли не отшатнулся.

– Слушай, Миссэ, – Доаш немного смущённо посмотрела на брата, – мне кажется, что если ты сейчас не бросишься за ним с мольбами о прощении, то через несколько дней дамы, разъярённые твоей неверностью, подкараулят тебя за углом и освежуют.

– Да пусть меня лучше освежуют, – мрачно процедил тот.

Конец

Корыстная. Глава 1. Нервная лисичка

Лето 552 года эры Храмма̀ра

Из окна кабинета открывался прекрасный вид на главные ворота, и ха̀йнес[1] видел всех, кто приезжал во дворец. Аризѐй предлагал безопасности ради «свить гнездо» где-нибудь подальше, но Иерхарѝду нравилось наблюдать за гостями, которые с восхищением взирали на великолепие резиденции правящей семьи, за придворными, которые неспешно прогуливались в парковой части, за слугами, за стражей, за птицами…

Сегодня наблюдения выдались особенно занимательными. Бальный сезон, устраиваемый каждые десять лет во дворце хайнеса с тех пор, как хайрѐн[2] Узээрѝш вступил в брачный возраст, открывался всего через день. К воротам одна за другой подъезжали кареты с почтенными семействами, приглашёнными во дворец, по парадной лестнице поднимались стайки девушек, возбуждённые, весёлые. Иерхарид отметил среди них очень хорошеньких, которые определённо могли привлечь взор Риша, и припомнил, как сам, будучи холостым хайреном, присматривался к приезжим барышням из Переливчатой башни и с юношеской гордостью радовался: сколько прекрасных дев приехало к нему. Беспечный глупый мальчишка. Иерхарид рассмеялся.

Внимание хайнеса привлекло вновь прибывшее яркое семейство. Он даже заинтересованно подался вперёд. Три ярко-рыжие головы и две белоснежные. По лестнице поднимался невысокий щуплый мужчина с ярко-рыжими волосами под руку с величественной, весьма привлекательной женщиной с белоснежными локонами, уложенными в изысканную причёску. Следом за ними шли две очень юные особы – рыженькая и белокурая девочки, с восторгом взирающие на дворец, – и в самом конце едва плелась, словно её на невидимом аркане тащили, ещё одна рыжеволосая девушка. На ней Иерхарид и задержал взгляд.

Очень привлекательная девочка. Маленького роста, тоненькая, но с высокой грудью. Кожа очень белая, личико небольшое, весьма приятное, правда, излишне недовольное, великолепные рыжие локоны перевиты в простейшую косу. Красота без ухищрений.

Такая девочка может привлечь внимание Узээриша… Иерхарид удовлетворённо кивнул. Сыну нравились яркие симпатичные женщины, выделяющиеся из толпы. Эта выделялась уже своим недовольством среди радостных и возбуждённых лиц. Может, она так же неласково обойдётся и с Ришем? Его мальчик тогда точно увлечётся.

Только надолго ли?

Надо в самом деле присмотреть за девочкой, а то с Риша станется поиграться и пойти искать новое развлечение. Иерхарид мысленно внёс малышку в список из десятка таких же интересных девиц.

– Кто это? – хайнес кивнул на главу рыже-белого семейства, и его помощник Врей подошёл ближе.

Взгляд у Врея был столь пронзителен, что рыжий оборотень встрепенулся, будто ощутив его, и недоумённо заозирался. Холодные серые глаза внимательно смерили мужчину, и помощник сухо отрапортовал:

– Ро̀ни Хо̀ллый. Его прадед завоевал доброе имя для семьи, когда служил на северо-западной границе Салѐи. Ему был пожалован титул сарѐна[3] и земли у той же границы.

– Помню-помню, – пробормотал Иерхарид, действительно припоминая Браха Каменнозубого Холлыя, вошедшего в историю. Только вот он не помнил, чтобы слышал ещё хоть о ком-то из Холлыев.

– Его потомки оказались не столь славны, – суховато продолжил Врей. – Ещё сын продал пожалованные троном земли и купил небольшое поместье недалеко от Жаанѝдыя. С тех пор о них ничего слышно не было, ни плохого, ни хорошего.

– Его пригласили из-за заслуг прадеда?

Во дворце жили далеко не все гости, бо́льшая часть всё же располагалась в городе.

– Это из-за его жены, сарены Гиа̀ши Холлый. Она урожденная Ашѝхый. Её кузен, Ва̀рий Ашихый, не смог воспользоваться приглашением из-за здоровья жены и младшей дочери. Они недавно перенесли драконью лихорадку. Думаю, госпожа Гиаша умолила брата уступить приглашение ей. У неё тоже три дочери. Простите меня, если бы я лучше исполнял свои обязанности, то пресёк бы это.

Уголки и без того неулыбчивого рта скорбно опустились вниз, и Врей нахмурился.

– О, ну зачем же, – улыбнулся Иерхарид. – Девочки очень симпатичные, вдруг кто-то из них понравится Ришу.

На лице помощника появилось сомнение, которое он и не пытался скрыть. Мало того, он, бросив взгляд на примеченную хайнесом девочку, рискнул заметить:

– Боюсь, вас не устроит невестка, способная покалечить вашего сына. Посмотрите, какое у неё кровожадное лицо. Она словно не на бал, а на бой собралась.

Иерхарид рассмеялся.

– Я буду скучать по тебе, Врей! Жаль, что ты меня покидаешь.

– Простите, – опустил голову оборотень.

– Что ты, не стоит, – ласково, как крылом укрыл, приобнял его за плечи хайнес. – Так, глядишь, женишься.

Вид у помощника стал ещё более скорбным.

Он провёл рядом с хайнесом без малого три сотни лет, являясь его незаменимой правой рукой. И левой тоже. Он угадывал почти каждое желание господина, безукоризненно вёл все его дела, не обделяя вниманием даже мелочи. Дотошный, крайне щепетильный во всём, что касалось работы, он знал все обстоятельства политической и экономической жизни страны, был посвящён во многие тайны… Он мог бы заменить хайнеса на троне, и Салея далеко не сразу бы заметила подмену.

Иерхарид представить не мог, кем можно заменить Врея.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Но у того недавно умер отец, оставивший дела семьи в весьма плачевном состоянии. Единственный наследник и мужчина, только Врей мог поправить положение рода. Увы, должность помощника хайнеса требовала всё внимание, и, оставаясь на этом посту, он не мог найти достаточно времени, чтобы заняться ещё и семьёй. После долгих раздумий Врей пришёл к решению, что долг обязывает его отдать силы семье. Он служил стране без оглядки на род три столетия –пора вспомнить и о семейном долге.

– Я женюсь не раньше вас, – мрачно пообещал помощник, и настала очередь хайнеса кривиться.

– Зря ты так, – мягко укорил Иерхарид. – Завёл бы птенчиков… детёнышей. Очаровательных неуклюжих медвежат.

Стальные глаза ничуть не потеплели.

– Железный ты, – вздохнул хайнес. – Что там с бандой Марѝша?

Врей малость оживился.

– Сарен Трѝий Бо̀дый переловил бо́льшую часть. Кое-кто успел сбежать, но в основном мелкие сошки. Самые опасные погибли при облаве, так что поддержки у Мариша больше нет.

– Одной проблемой меньше… – едва слышно пробормотал Иерхарид. – Тогда нет смысла откладывать казнь. Через тринадцать дней?

– Данетий городского сыска просит дать ему семнадцать дней. С Надѝнской заставы везут одного из союзников Мариша, Голодного Я̀рыя. Хорошо бы всех в один день.

– Одобряю. Передай сарену Триию мою благодарность. Он очень помог. Я у него в долгу.

Врей мрачно поджал губы, одними глазами говоря всё, что он думает о таких долгах, но вслух против обыкновения ничего не сказал.

– Ох, какое великолепие, дорогой, – сарена Гиаша с восхищением осмотрела предложенные им покои. – Хайнес так добр и великодушен к своим подданным.

Господин Рони Холлый без энтузиазма обвёл взором гостиную. Не такую уж и роскошную, чтобы так ею восторгаться. Свои личные покои Гиаша обставила с куда большей изысканностью. Но мешать жене разыгрывать представление он не стал. Дорога была утомительна, и больше всего сарену хотелось спать.

– Э̀за, Арва̀на, идите посмотрите, – обернувшись, сарена уже с меньшей теплотой, но старательно удерживая улыбку на губах, позвала и падчерицу: – Лийрѝша, где ты? Почему постоянно отстаёшь?

И столкнулась с насмешливыми зелёными глазами.

– Я уже здесь, госпожа.

Сарена поспешно отвернулась, будто опасалась, что выдержка ей изменит.

Семейству Холлый выделили обширные покои, состоявшие из пяти спальных комнат, одной купальни и всего одной гостиной. Довольно скромно: сарена Гиаша и припомнить не могла время, когда у неё не было собственной купальни. Но она старательно улыбалась, а младшие девочки пребывали в искреннем восторге. То, что они находятся во дворце, искупало в их глазах всё.

Слуга откланялся и удалился, оставив гостей обживаться. Но в спальнях уже шуршали горничные, раскладывающие вещи гостей, потому сарена не спешила расставаться с любезной улыбкой.

Эза и Арвана торопливо пересекли гостиную и, возбуждённо перешёптываясь, прижались носами к оконному стеклу, рассматривая парк. Сумерки уже опустились на землю, и дорожки освещали многочисленные фонари, в свете которых прогуливались гости, взволнованные предстоящим балом. Хоть предполагалось, что бал устраивается в помощь хайрену, чтобы тот смог быстрее найти спутницу жизни, мужчин на торжество прибыло ничуть не меньше девушек. Право, не заставлять же наследника танцевать со всеми приехавшими барышнями? Да и какая радость девушкам на балу, где партнёр всего один?

– Смотри какой… – молоденькие лисички, краснея ушами и щеками, рассматривали оборотней.

Каждый из них казался им красивым и мужественным. Проживая вне столицы на сельском просторе, девочки успели повидать не так много достойных мужчин. А вот романтических книжонок прочитали больше необходимого. Сарена Гиаша с беспокойством посмотрела на дочерей, переживая, что молоденькие глупышки позволят себе увлечься кем-то помимо хайрена. Они ещё не понимают, что если охотиться, то охотиться нужно на самую приятную во всех смыслах добычу. Зато…

Сарена бросила колкий взгляд на падчерицу. Та стояла, прислонившись плечом к косяку и сложив руки на груди, и выглядела явно раздосадованной. Но поймав взгляд мачехи, прищурилась и искривила губы в усмешке.

– Что это за поза, Лийриша? – помня о слугах, сарена постаралась вложить в голос побольше мягкости. – Присядь. Или идти вместе с сёстрами посмотри на парк. Он великолепен!

Эза и Арвана тут же перестали шушукаться и с опаской посмотрели на старшую сестру, чем ещё сильнее раздосадовали мать. Сарену задевало, что её дочери откровенно побаиваются Лийришу. Из-за этого женщине казалось, что падчерица всё же имеет какую-то власть в их семье.