Текст книги "Наагатинские и Салейские хроники (СИ)"

Автор книги: Екатерина Гичко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 38 страниц)

– Да умолкни ты уже! – рычал на неё бесящийся у дальней стены Узээриш.

– Ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы… – ещё горше завыла лисичка.

Перепугавшаяся девчонка бросилась тушить вспыхнувшего хайнеса голыми ладошками. Напрыгнула на него сзади, накрывая вспыхнувшую спину грудью, а голову – руками. И теперь рыдала от страха перед содеянным и боли.

Иерхарид, откровенно говоря, даже не успел осознать, что горит. На волосы спину что-то брызнуло, уши и шею обожгло горячим, затем сзади раздался отчаянный крик и на него навалилось нечто относительно тяжелое. А уж в следующий миг Риш выплеснул ему в лицо воду из вазы вместе с цветами.

Лийришу от немедленного убиения наследником престола спас только вовремя явившийся Врей. И охрана. Ругающуюся, рыдающую и мягко увещевающую троицу сопроводили до лекарского крыла, где сдали на руки изумлённо ругнувшемуся Винешу.

Тот первым делом накапал Ришу успокоительного и подступил к наиболее пострадавшей девчонке. Та рыдала и умоляла спасти хайнеса, а поражённо осматривающий себя в зеркало повелитель отмахивался от такой чести. Лийрише лекарь явно был нужнее. Огонь не успел пробиться через плотную копну волос и одежду к коже, и у Иерхарида лишь слегка покраснели уши и самую малость сзади пекло шею. А вот у бросившейся его спасать девчонки на ладонях мгновенно вздулись и лопнули волдыри, а на подбородке и шее пятнами краснели ожоги. Платье на груди почернело, но, слава богам, огонь пробиться не успел.

– Красавец! – пророкотал Винеш, осматривая густо умащённые мазью уши друга.

Тот с тоской поглядывал в зеркало.

– Я могу выстричь здесь, здесь, а вот здесь оставить, – предложил Врей, приподнимая мокрые волосы.

Огонь не сильно повредил белоснежную гриву, но местами, где были пятна масла, выгрыз дыры-прорехи. И при попытке сохранить длину причёска рисковала стать слишком небрежной для венценосной особы.

– Режь, чтоб было ровно, – вздохнул Иер.

– Тут вершка два останется, – предупредил помощник.

– Режь.

Увидев, как Врей берётся за ножницы, Узээриш страдальчески застонал.

– Иди сюда, идиотка! Я убью тебя! – зарычал он, но сам подойди к девчонке даже не попытался.

Лийриша, рыдая, покорно поднялась и зашагала к нему убиваться.

– Села! – рявкнул лекарь, и девчонка плюхнулась прямо на пол, где и заревела горше прежнего.

– Ну-ну-ну, – Винешу стало её жалко, и он, подхватив её под мышки, поднял и посадил в кресло. – Накапать тебе яду?

– Да! – надрывно выдохнула девчонка. – Я не хотела… я правда не хотела… накажите меня…

Она почему-то посмотрела на Риша, но тот, выхлебав почти полфлакона успокаивающего отвара, уже чувствовал сонную слабость и лишь желчно прошипел:

– Наказать? Чтобы ты себя лучше почувствовала? Нет уж! Мучайся!

– Риш, она же не хотела, – укорил его Иер.

– Она едва тебя не сожгла!

– Я виновата… – согласно вторила сыну девушка.

– Давай вот, выпей, – Винеш подсунул девчонке того же «яду», что и Узээришу ранее.

Выхлебав остатки зелья, девушка малость успокоилась и теперь лишь всхлипывала, икала и размазывала рукавом слёзы и сопли.

Узээриш, одолеваемый сонным дурманом и страдающий от вида укорачивающейся отцовой шевелюры, вышел в соседнюю комнату, где и уснул. Лийрише бы тоже уже полагалось клевать носом, но чувство вины было слишком уж бодрящим. И к моменту, когда Врей закончил и Иерхарид обозрел в зеркало строгую короткую причёску, она всё ещё всхлипывала и жаждала быть наказанной.

Иерхарид взглядом попросил Винеша и Врея выйти. Дождавшись, когда за ними закроется дверь, он с ласковой улыбкой обратился к девушке:

– Не надо так плакать. Госпожа Риша, вы же сами больше всех и пострадали. Считайте, что вы уже наказаны.

Лицо той скривилось, и она опять заплакала.

– Я хочу быть наказанной, я заслужила… простите меня, господин…

Поднявшись, она, пошатываясь, добралась до хайнеса, и тот едва успел поймать её прежде, чем она бухнулась перед ним на колени. Вместо этого он посадил её на свои колени и ласково пригладил растрёпанные рыжие волосы.

– Мне совсем не хочется тебя наказывать. Давай посчитаем, что ты себя уже наказала?

– Я правда не хотела, – девчонка расплакалась и прижала забинтованные ладони к лицу, и Иер поспешил отвести их, чтобы не разбередились ожоги. – Я так… разозлилась… хайрен… он… он сказал, что я хочу за вас замуж, и я разозлилась. Я не хотела…

– О боги, Риш, – Иерхарид даже малость смутился.

– А вы меня даже сейчас наказать не хотите! Я столько всего вам плохого сделала, а вы меня ни разу не наказали, – рыдала Лийриша, – ни разу не ударили, – Иерхарид дёрнулся так, словно ему самому отвесили оплеуху, – даже не поругали! Вы такой добрый… я не верила, что существуют такие добрые оборотни… вы такой один… простите меня…

– Ну-ну, я не сержусь, – Иер прижал её к своей груди, и девочка тут же извернулась, прижимаясь к нему ещё крепче и утыкаясь горячим лицом ему в шею.

– Вы самый лучший из всех… Я злая… я не верила… я сделала вам плохо… у-у-у-у-у… И я бы вышла за вас замуж… если бы вы не были таким красивым… и хайнесом…

Сердце в груди заколотилось.

– Нет, и так бы вышла… вы такой добрый, что к Тёмным, что красивый… И… и… и… – Лийриша надрывно выдохнула, – …не очень-то красивый теперь… волосы…

Иерхарид не смог сдержать улыбку.

– Неужели мне не идёт новая причёска? – пошутил он.

Девчонка отчаянно затрясла головой.

– И-идёт… очень… мужественно. Но… – лицо её опять искривилось, и она продолжила орошать его шею слезами.

– Не нужно так убиваться.

Иерхарид попытался убедить себя, что вот у него на коленях плачет самая настоящая маленькая девочка. Горько и безнадёжно, как умели плакать только дети. Но увещевание не помогло. Он видел перед собой маленькую заплаканную женщину, остро нуждающуюся в утешении. Склонившись, Иер запечатлел на её челе поцелуй и ласково улыбнулся.

– Ты не злая, Риша. И совсем не плохая. А я, – глаза хитро прищурились, – всё ещё очень красив. У меня и помимо волос много других достоинств.

Девушка сонно хлопнула глазами, и Иерхарид невольно посмотрел на красно-воспалённые, искусанные губы.

– Спи, – он прижал голову Лийриши к груди и вновь поцеловал, но уже в макушку.

Когда Винеш зашёл в комнату, Лийриша уже спала. Хайнес бережно держал её в руках и, склонившись, смотрел на её спящее лицо.

– О, какая картинка! – крякнул Винеш. – Ты ж хотел дочь, вот…

Иерхарид поднял голову и посмотрел на друга жёлтыми совиными глазами.

– Ох ты ж яйцо Хрѝбного… – поражённо выдохнул лекарь.

Корыстная. Глава 9. Хорошая идея от злого хайрена

Солнце светило столь лучезарно, что раздражало своим радостным видом. Весело щебечущий и шелестящий парк только оттенял раздрай на душе и в мыслях, и Лийриша казалось самой себе частичкой хаоса. Её пожирало чувство стыда, одолевала вина, щекотал глубинный, пока не до конца ясный восторг и будоражило нечто, похожее на страх.

Поджечь господина Иерхарида! По глупости. По неловкости. Доразмахивалась руками, дооралась! Образ коротковолосого хайнеса с намазанными желтоватой мазью ушами был подёрнут мутной плёнкой слёз, но всё же оставался очень чётким. А её рыдания… Лийриша никак не могла определиться, за что ей стыдно больше всего: за поджог или за слезливую истерику. Выставила себя не только идиоткой, но ещё и истеричкой. Но… она действительно так перепугалась. Сердце до сих пор щемило от страха.

Наверное, впервые в жизни Лийришу больше беспокоило не то, что её ждало, пострадай хайнес сильнее. Сейчас её беспокоило, что господин Иерхарид мог пострадать сильнее. Тёмные с наказанием! Но что было бы с господином?

К сожалению, девушка совсем не помнила, чем закончилась её истерика. После «яда», что ей дал лекарь – в тот момент терзаемая чувством вины Лийриша действительно была готова выпить яд, – она, видимо, уснула прямо в покоях лекарского крыла. На… щёки вспыхнули… коленях повелителя. Стыд какой! А проснулась уже в собственной постели утром, свежая и такая отдохнувшая, что становилось ещё стыднее.

Возможно, ей стало бы легче, накажи её хайнес. Но тот поступил хитрее, и теперь девушка мучилась раскаянием и была готова сама обломать розовый куст и выстегать себя. Правда, на хитрость хайнеса Лийриша совсем не обижалась. Наоборот, душа немела от тихого восторга, а сердце распирало ликование.

Никогда ей ещё не встречался такой добрый и ласковый оборотень. Сильный, могущественный, он мог позволить себе не терпеть её выходки, но они его будто бы и не выводили из себя, только веселили. Сложно было поверить, что он не притворяется, но после вчерашнего… Нет, он точно не притворялся! Никто бы не простил, если бы его попытались поджечь. А он её даже утешал. Называл, кажется, глупой девочкой… или это она так себя называла?.. укачивал и уверял, что ничего страшного не произошло. Волосы отрастут, уши облезут и побелеют, а наследник больше не будет досаждать ей глупостями.

Вспомнив ласковое участливое лицо господина Иерхарида, Лийриша ощутила, как томительно ёкает сердце. Скрутило живот, как от волнения, и по телу разлилось тепло. Ничего подобного ранее девушка не ощущала, но предположила, что это страх перед красивой внешностью повелителя смешался с благожелательным отношением к нему. При испуге тоже скачет сердце и крутит живот, правда, не совсем так, внутренности словно поджимаются. А сейчас именно крутило, и это почему-то было даже немного приятно.

Лийриша осмотрелась и увидела парк и дворец немного по-другому, чем ранее. Раньше она всюду подозревала опасность, в кустах ей мерещились враги, в окнах – зловещие тени. Но сейчас страх неохотно отступал, и в душе медленно-медленно распускалась уверенность, что здесь она в безопасности. Это дом доброго господина Иерхарида, и здесь ей точно ничего не грозило. Девушка чувствовала себя растерянной и виноватой перед этим новым миром за своё прежнее поведение.

Облизнув губы, Лийриша решила попробовать новую реальность на вкус и тихо произнесла:

– Ничего не угро…

Её прервали тихий женский смех и вторивший ему вкрадчивый мужской голос. Голос показался знакомым, и Лийриша, ощетинившись, тут же обернулась.

По тропке из глубины парка неспешно шествовали господин Викан и незнакомая светловолосая женщина, приятная на вид и явно значительно старше своего спутника. Молодой мужчина галантно поддерживал её под локоть и то и дело прикладывался губами к женской ладони. Выглядел он почему-то немного растрёпано, в серебристых локонах торчали веточки и листочки.

Увидев настороженно замершую Лийришу, женщина смутилась, попрощалась со своим кавалером и торопливо зашагала к воротам. Вотый не пошёл её провожать, только посмотрел вслед и обворожительно улыбнулся Лийрише. Девушка напряглась ещё больше, хотя мужчина неуловимо походил на зверя уже сытого и, значит, относительно безопасного.

– Госпожа Риша, с добрым утром! Прекрасная погода, да?

Лийриша поморщилась. Солнечный свет стал ещё более издевательским.

Мужчина тем временем приблизился к ней, немного удивлённый, что она всё ещё стоит на месте, а не убегает.

А девушка мучительно переживала внутреннюю схватку между зародившимся доверием к хайнесу и привычной осторожностью. Осторожность пока выигрывала, и она начала постепенно отступать.

– Опять? – поморщился Викан. – Честное слово, госпожа, я ничего вам не сделаю. Хайнес просто попросил меня составить вам компанию. Мы ровесники, и он считает, что нам может быть интересно друг с другом. Поверьте, испытывать терпение повелителя я не хочу.

Услышав о хайнесе, Лийриша замерла. Доверие возобладало над осторожностью.

– Доброе утро, – наконец выдавила она, и Викан расплылся в улыбке.

Он поспешил закрепить успех и махнул в сторону лавочки.

– Поболтаем?

– Н-нет…

– Сюда выходят окна кабинета хайнеса, чего бояться?

Лийриша заинтересованно вскинула голову, а затем с сомнением посмотрела на Викана. Поговорить ей хотелось. И даже больше не поговорить, а испытать себя. Но рядом с красавчиком-Вотым она чувствовала себя слишком неуютно. Да и по-лисьи хитрый взгляд так и говорил, что мужчина с лёгкостью и удовольствием её обманет, а она ой как боялась попасть впросак.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Но… он был очень красив, а ей нужно было испытать себя красотой.

– Нет… мне пора, – смелости всё-таки не хватило.

– Ах, жаль, – ничуть не расстроившись, господин Викан развернулся и зашагал прочь, но тут Лийриша всё же набралась храбрости.

– Постой…те.

Оборотень заинтересованно обернулся.

Девушка стояла, вжав голову в плечи и вцепившись перебинтованными пальцами в подол платья.

– Помогите мне перестать бояться… красоты, – на одном дыхании выпалила она и зажмурилась.

До слуха донёсся хмык.

– Ого! Это ж ради кого ты так постараться хочешь?

Пропустив мимо ушей панибратское «ты», Лийриша изумлённо уставилась на Викана. Как он догадался?

Пройдя до скамьи, оборотень уселся и, расслабленно вытянув ноги, начал рассуждать:

– Дарен… хайрен Узээриш точно отпадает. Вы с ним вчера так здорово поругались… Сразу видно, что его-то ты уж точно не боишься.

Лийриша порозовела и досадливо засопела.

– Хотя придворные уже делают ставки, на какой месяц назначат свадьбу.

Сопение стало сердитым.

– Господа Винеш, Аризей, Врей мужественны, благородны, но не очень-то красивы.

Кто такой Аризей?

– Со слугами и стражей ты особо не общаешься, придворных избегаешь. Остаётся только… – парень бросил на неё хитрый взгляд, – хайнес.

Волна краски поднялась по шее и залила лицо до самой кромки волос. Лийриша молча прошла вперёд и плюхнулась на скамейку рядом с Вотым.

– Которому ты вчера сожгла волосы, – не удержался и подначил смущённую девушку Викан.

– Заткнись, – тихо буркнула та. – Это всё из-за хайрена… и меня. Но больше из-за него!

– Значит, тебе нравится хайнес? – лукаво уточнил Викан.

– Конечно! – раздражённо отозвался девушка. – Как он может не нравиться? Он же такой добрый и ласковый. Он меня вчера даже не поругал.

Про нежное укачивание на коленях она распространяться не стала.

– Он… ну, он самый лучший, – смущённо добавила девушка. – А то, что говорят про хайрена и меня – чистые враки. Никогда не бывать такому! Он меня вчера посмел обвинить, что я сама влезла в доверие господину Иерхариду, обманула его и хочу… хочу за него замуж.

Викан рассмеялся, а девушка, покраснев так, что аж глаза заслезились, виновато посмотрела на него и добавила:

– И я тут подумала, что это совсем неплохая идея.

Солнце било в окно раздражающе ярко. Не выспавшийся Иерхарид попытался отгородиться рукой, но настырные лучи будто бы отражались от бумаги и лезли в глаза. Врей заметил терзания господина и задёрнул занавеску, но не удостоился благодарного взгляда.

Господин пребывал в редком для него скверном расположении духа. Причину Врей не знал, но предполагал, что что-то личное. О государственных-то проблемах ему было известно. Спрашивать напрямую не рисковал: мягкий и понимающий господин Иерхарид и злой господин Иерхарид – это два разных оборотня.

Вообще-то Врей был почти уверен, что причина кроется в девчонке, спалившей шевелюру владыки. И злился он явно не из-за волос. Хайнес полночи просидел в лекарском крыле, укачивая на руках и без того хорошо спящую девушку и что-то тихо-тихо ей напевая. Выглядело немного жутко и наводило на мысли о лёгкой форме помешательства, но Врей уже видел господина в подобном состоянии, правда, в последний раз очень давно.

Винеш был очень смущён и беспрестанно бормотал:

– Я ж, когда про дочь шутил, всего лишь шутил. Не думал, что так быстро прикипит. Эх, ему бы полное гнездо медвежат… тьху ты!.. птенчиков, а не вот эти все государственные заботы. Душа у него семейная, ему бы отцом быть.

Врей считал, что хайнес был прекрасным отцом для всей страны. В меру строгим, в меру мягким и очень справедливым. Как бы ни был разъярён народ правлением предыдущего хайнеса, всё же под рукой господина Иерхарида он начал затихать и смягчаться.

Но с предположением, что в лице Лийриши хайнес нашёл такую желанную дочь, Винеш явно ошибся. Будь это так, то с чего бы господину пребывать в дурном расположении духа? Господин Иерхарид был бы рад обзавестись таким сочно-рыжим птенчиком. Он бы, наоборот, лучился счастьем.

Но хайнес зол.

– Принести травяного отвара? – осторожно предложил Врей.

– Нет, – отрывисто, не поднимая глаз, бросил хайнес.

Помощник отстал и начал терпеливо ждать, когда господин дочитает отчёт из Арва̀нского городища.

Отчёт был дочитан и отброшен на край стола. Ноздри повелителя раздражённо раздулись. Врей никогда не считал длинные волосы украшением мужчины, но сейчас ему остро не хватало белоснежной косы. Без неё хайнес выглядел непривычно суровым и резким.

– Почему постройка заставы идёт так медленно? – отрывисто спросил хайнес.

Врей озадаченно покосился на отчёт, с содержанием которого знаком не был. В преддверии ухода он перестал читать секретные донесения и важные письма, чтобы не покидать хайнеса с грузом ценной информации.

– Постройка должна занять три года, прошло всего полгода…

– И они едва заложили фундамент!

Тут уж Врей тоже нахмурился. Должны были заложить не только фундамент, но и временную деревянную крепость, чтобы отбивать налёты кочевников и охранять стройку.

– Причина невразумительная, – хайнес зыркнул на письмо. – Всё же назначать главой Мирѐна было ошибкой.

– Не поздно заменить. Рен Ашихый вернулся из Норда̀са, можно предложить эту должность ему. Вряд ли он откажется. Это возможность для его семьи распространить своё влияние на северо-востоке страны и немного потеснить Вотых.

– Пригласи его ко мне на завтра.

– Завтра казнь.

Раздражение сменилось обескураженностью, и господин растерянно заморгал.

– Уже? Тогда послезавтра.

– Хорошо.

– Что там у нас ещё?

– У вас через час встреча с очередным кандидатом на моё место.

Иерхарид досадливо поморщился.

– Сколько ещё кандидатов мне нужно посмотреть, чтобы их шествие прекратилось?

– Ровно столько, чтобы вы определились с новым помощником, – помолчав, Врей всё же рискнул заметить: – Вы сегодня немного не в духе.

– Разве? – резковато удивился Иер.

– Самую малость, – манера ответа говорила, что к хайнесу пока лучше не лезть, но Врей полез. – Переживаете за госпожу Лийришу? Она уже хорошо себя чувствует, очень плотно позавтракала и убежала прятаться от всех в парк.

Господин Иерхарид закусил губу, но его лицо почти неуловимо смягчилось. Врей понял, что путь верный, и продолжил закреплять успех.

– Я тут распорядился провести более подробное расследование прошлого вашей воспитанницы, – помощник бросил на стол записи, составленные явно не его рукой, – вот результаты. Наверное, вам будет интересно

– Расследование? – хайнес так удивился, что раздражение наконец исчезло с его лица. – Я же не поручал…

– С прошлым надо разбираться сразу, а то потом так аукнется… – поморщился помощник. – Всё равно б поручили, решил не ждать.

– Ох, ну спасибо, только… – господин в замешательстве закусил губу. – Понимая, как ты занят, я поручил это дело другому. И… – открыв ящик, хайнес выложил на стол ещё одну стопку бумаг и виновато посмотрел на помощника, – и уже получил результаты.

Лицо Врея мгновенно изменилось и налилось чернотой недовольства.

– То есть я зря время тратил?

– Ну почему же зря, – мягко воспротивился повелитель, окончательны выныривая из своего дурного настроения. – Сравним версии, они наверняка хорошо друг друга дополнят…

Договорить он не успел. Дверь распахнулась без стука, и внутрь вошёл Узээриш.

– Слушай, пап, – сын как-то смущённо взглянул на отца и неловким виноватым движением положил на край стола бювар с записями, – я тут кое-что на твою воспитанницу нарыл… Вы чего?

Риш напрягся под проникновенными взглядами отца и его помощника. Иерхарид хехекнул и подтянул к себе сведения от сына.

– Ну что ж, господа, присаживайтесь. Посмотрим, кто что нашёл.

Викан с весёлым изумлением уставился на Лийришу, чем смутил её ещё сильнее. И чего она так разоткровенничалась с ним?

– Я не ослышался? Ты считаешь идею выйти замуж за хайнеса удачной?

– А что не так? – нахохлилась девушка. – Он, конечно, сильно старше и красивый, но это такие мелкие недостатки. И сейчас он уже не такой красивый, как раньше, – она вновь виновато потупила взгляд.

– И ты хочешь за него замуж? – продолжал допытываться Викан.

Лийриша уставилась на него со злостью. Выкладывать свои планы ему она не хотела, но он, видимо, уже и сам обо всём догадался.

– Хочу! – с вызовом выпалила она. – Очень хочу!

– Ты влюбилась в хайнеса?! – оборотень расхохотался.

– Нет, ты что?! – Лийриша возмущённо посмотрела на него и испуганно осмотрелась. – Я не влюблена в господина. Я… я… – она запнулась, смутилась и вновь виновато опустила глаза. – У меня корыстные цели.

Веселье разом покинуло Викана, но неодобрительно щуриться он не спешил. Наоборот, посмотрел на девушку с ещё большим интересом.

– Хочешь стать хайнеси?

Лийриши презрительно посмотрела на него. Какая убогая фантазия! И мечтательно вздохнула.

– Господин Иерхарид очень добрый и заботливый. Если я выйду за него, то всегда буду в безопасности и меня никто не будет обижать. Кроме, – лицо её исказилось, – хайрена. Но ради господина Иерхарида его можно потерпеть. Слушай, – Лийриша оживилась и возбуждённо посмотрела на оборотня, – ты же знаешь, как можно привлечь внимание взрослого мужчины?

– Откуда? – парень аж отшатнулся.

– Мужчины с мужчинами более откровенны, тебе наверняка рассказывали. Помоги мне привлечь внимание хайнеса и выйти за него замуж. Честное слово, я буду о нём заботиться и ничего плохого ни ему, ни его семье не сделаю. Я просто хочу остаться рядом с ним насовсем, а не на два года.

Выражение лица Викана изменилось, насмешка исчезла, и он почти серьёзно посмотрел на неё.

– Ты точно в него не влюблена?

– Точно! Влюблённые теряют рассудок, совершают глупости и безумства. Я же вполне здраво оцениваю действительность.

– Соблазнить хайнеса – очень здравая идея, – едва слышно хмыкнул парень.

– Что-что? – не расслышала Риша.

– Я говорю, ты уверена, что хочешь этого? Хайнес значительно старше тебя, умнее, опытнее… Вдруг ему будет скучно с тобой?

– А с умными скучно не бывает? – ехидно вскинула брови Лийриша. – Со мной он точно не заскучает!

– Ну да, – Викан припомнил сгоревшие волосы и согласился, что скука хайнесу вряд ли будет грозить.

– Ты не подумай, я не совсем корыстно за него хочу выйти, – поспешила немного оправдаться девушка. – Я богатая и готова отдать всё, что есть, в казну. Я молодая, красивая, здоровая и могу нарожать кучу детишек, а то у господина всего один! Ну так что? – она в мучительном ожидании уставилась на улыбающегося парня.

Тот почему-то весело посмотрел на окно и ехидно прищурился. Лийриша проследила за его взглядом, но никого не увидела. Мелькнуло только что-то.

– А почему бы и нет? – наконец ответил Викан. – Даже если ничего не выйдет, в любом случае будет очень весело! Двигайся сюда, сейчас мы разработаем план, и я научу тебя быть взрослой соблазнительной женщиной.

Корыстная. Глава 10. Корыстная лисичка

Иерхарид тяжело смотрел на разложенные листы бумаги и пытался уложить в голове полученную информацию. Он даже попросил Врея и Узээриша на время оставить его одного, чтобы переварить. Не то чтобы узнанное стало для него сюрпризом. Что-то такое он и подозревал, но принять всё равно было тяжело. Ему, выросшему в любви и заботе, в семье, где все оберегали друг друга, всегда с трудом удавалось уложить в голове и сердце, что есть семьи, где складываются совершенно иные отношения. За шесть веков Иерхарид успел увидеть многое, пережить трагедию в собственной семье, но понимать нелюбовь к детям так и не научился.

После прочтения донесений спокойным остался только Врей. У помощника никогда не было тёплых отношений с собственным отцом, и к девочке он отнёсся с сочувствием, но поражённым и удручённым не выглядел. Узээриш явно чувствовал себя немного виноватым, а сам Иерхарид остро сожалел, что нельзя другим оборотням привить бережное отношение к детям на уровне инстинктов, как у сов.

Как следовало из донесений, двадцать девять лет назад мать госпожи Лийриши вышла замуж за Рони Холлыя. Ради него она рассорилась с семьёй, но счастливой семейной жизни не вышло. Рони быстро к ней охладел, начал похаживать по другим женщинам, а в запале ссоры между супругами нередко случались и драки.

Иерхарид поморщился и встал. Меньше всего он любил рыться в грязном белье супружеских пар. Какое-то мерзостное ощущение накатывало.

Несмотря на измены, госпожа Авана терпела равнодушие мужа год, надеясь, что он одумается. А после всё же обратилась за помощью к отцу, прося его поговорить с мужем и заставить одуматься. Отец в помощи отказал, посоветовав самостоятельно разбираться в дерьме, в которое дочь вляпалась по дурости. На тот момент она уже была беременна и уходить от мужа побоялась. Тем более уходить было некуда.

С рождением дочери отношения между супругами не улучшились.

Иерхарид выудил из бумаг записанные показания служанки госпожи Аваны, в которых старая оборотница утверждала, что хозяйка ненавидела мужа и корила себя за глупость, но на развод не пошла, даже когда стала наследницей огромного состояния. Выросшая в очень патриархальной семье, женщина считала, что не сможет правильно распорядиться наследством, и боялась, что на Лийришу падёт её тень – тень разведённой женщины, не сумевшей сохранить брак.

Они с мужем продолжали постоянно ссориться. Господин Рони был не так уж равнодушен к жене, и госпожа Авана часто беременела, но, не желая рожать детей, каждый раз вытравливала плод из чрева. Постоянные выкидыши и приём вредных зелий нанесли сильный вред её здоровью, от которого она так и не смогла оправиться.

К концу жизни от нескончаемых переживаний её стало одолевать нервное расстройство и появилась навязчивая мысль отомстить всем, кто с таким безразличием отнёсся к её судьбе: отцу, родному брату, мужу. Назначая наследницей дочь, женщина надеялась, что родственники передерутся за право опекать её.

Вышло всё не так, как она рассчитывала.

Рони через полгода после её смерти женился второй раз. Отец госпожи Аваны и вовсе почти забыл о существовании внучки, наследство его мало интересовало. А вот господин Арим, видимо, посчитал, что лучше оставить племянницу под опекой отца. Тогда и вся ответственность за дочь будет на нём. И стал наведываться слишком уж часто в гости к Холлыям.

По словам служанки, госпожа Авана обожала дочь. Но, как это нередко случалось между матерями и детьми, она передала Лийрише собственные страхи и обиды.

Отец к дочери от первой жены относился не очень приязненно, хотя, со слов уже старого домоправителя, покинувшего дом Холлыев пару лет назад, признавал её сильный характер. Но больше с досадой, чем с гордостью.

Когда Лийрише было двенадцать лет, она пропала и вернулась домой только через пару дней. И обвинила дядю Арима, что это он заманил её в лес близ имения и из-за него она заблудилась. По уверениям того же Арима, он в это время был в Жаанидые за сто вёрст от имения семьи Холлый. Он посетовал, что сестра настроила племянницу против него и девочка пытается переложить вину на невинного. Рони не стал докапываться до истины. И через две недели девочка наелась отравы. Вызванный лекарь усмотрел в этом желание отомстить родственникам и посоветовал показать Лийришу лекарю душ. Сама Лийриша яростно отпиралась и утверждала, что убить себя не пыталась.

В бумагах описывалось ещё около десятка то ли несчастных случаев, то ли попыток самоубийства. К шестнадцати годам за девочкой начала закрепляться слава сумасшедшей. Но закрепиться не успела. Лийриша вдруг «образумилась», и «несчастные» случаи прекратились. Но слуги утверждали иное. Юная госпожа нередко ходила с синяками, но предпочитала не жаловаться. Последний раз она выпала со второго этажа на цветочную клумбу. По заверениям самой девушки, она всего лишь хотела отцепить край занавески, ветром заброшенный на карниз, и не удержалась.

За юной госпожой и помимо этого водились странности. Она с подозрением относилась почти ко всем и часто не ночевала дома. Конюхи не раз и не два находили её поутру на сеновале, а кухарка – в кладовке. Господа родители пытались суровостью и строгостью приучить дочь хоть как-то обуздывать свои странности, но это ничуть не помогало.

Слуги перешёптывались, что юной госпоже передалось нервное расстройство матери.

Разве мог в таком окружении вырасти обычный ребёнок? Иерхарид и в мыслях избегал называть Лийришу ненормальной, не желая предавать хрупкое доверие девочки, даже общаясь с собой. Затравленный, затюканный зверёныш, боящийся, что его объявят сумасшедшим. А может, Лийриша опасалась, что она на самом деле сумасшедшая. Маленькая девочка, оставленная в одиночестве во враждебном мире, с грузом материнских тревог, страхов и обид. Желающая вырваться на свободу и незнающая, что с этой свободой делать, боящаяся её.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Иерхарид подошёл к окну и замер, увидев Лийришу. Девушка сидела рядом с Виканом и что-то горячо, с возмущённым лицом ему выговаривала. Парень прервал её взмахом руки и начал в свою очередь в чём-то с жаром убеждать. Лисичка смотрела на него с подозрением и недоверием, но слушала. Иер невольно улыбнулся. Ещё вчера Риша хотела поколотить Викана зонтом, а сегодня сидит рядом. Мужчина невольно ощутил прилив гордости, но поспешил задавить недостойное чувство.

Но всё же было приятно видеть, что этот ребёнок стал более открыт миру. Такая сильная яркая девочка.

Викан, продолжая что-то говорить, махнул рукой на спинку скамьи, и Лийриша, с сомнением прищурившись, вдруг поднялась, наступила на сиденье и вольготно уселась на спинку. Расправив платье, она кокетливо склонила головку и немного скованно улыбнулась Викану. Тот отрицательно мотнул головой и – сперва вопросительно изогнув брови – протянул руку и провёл ладонью по боку девушки, вынуждая её принять более соблазнительную позу.

Иер отшатнулся от окна, растерянно хлопая глазами. Острое чувство неприязни окатило его слишком уж неожиданно. И он прекрасно понимал его природу.

Неужели он теперь относится к стареющим мужчинам, которым нравятся исключительно свеженькие девочки?

– Иер, тебе шесть веков, – с тяжёлым вздохом напомнил себе хайнес. – Будь достойным примером для сына и страны.

Внутри недовольно ворохнулся сов, и Иерхарид, скривившись, полез в ящик стола.

Рылся он там долго пока не нашёл небольшое круглое зеркальце. Уставившись в него, мужчина убедился, что по синей радужке глаз от зрачков лучами расходится желтизна, и с укоризной произнёс: