Текст книги "Разбитые песочные часы (ЛП)"

Автор книги: Дж. Борн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 21 страниц)

ГЛАВА 16

Американская застава 4 – где-то в Арктике

– Вас понял, «Лима Чарли». «Джордж Вашингтон», укажите ваше местоположение, приём.

После минуты статических помех корабль ответил:

– Сожалеем, ОП-4, мы не можем раскрывать точное местоположение на этой частоте. Мне разрешено сообщить лишь то, что мы действуем где-то в Мексиканском заливе, приём.

И у Марка, и у Крусоу упало сердце. С тем же успехом корабль мог находиться в световых годах отсюда.

Связь осуществлялась за счёт отражения радиоволн от ионосферы – явления, которое даже в лучших условиях оставалось крайне нестабильным. Марк продолжал разговор с первыми живыми американцами, с которыми говорил со времени прошлой зимы – с тех пор, как умерла жена Крусоу. Он не знал, как долго продержится ионосферное отражение высокочастотного сигнала.

– «Джордж Вашингтон», это ОП-4, вас понял. Мы – арктическая научно-исследовательская станция. Наше положение критическое: топлива и продовольствия осталось менее чем на шестьдесят дней. На станции пять человек, некоторые находятся в тяжёлом состоянии, приём.

– ОП-4, это «Джордж Вашингтон», подтверждаю. Я немедленно передам ваш доклад по командной цепочке – на самый высокий уровень, приём.

– «Джордж Вашингтон», это ОП-4, прошу вас сделать это. Какова ситуация на материке, приём?

– ОП-4, это «Джордж Вашингтон». Ситуация крайне тяжёлая. Континентальные Соединённые Штаты признаны непригодными для жизни. Ядерные удары уничтожили множество захваченных городов, однако без ощутимого результата. Нежить по-прежнему господствует в нижних сорока восьми штатах. Данных о ситуации на Аляске нет.

– «Джордж Вашингтон», это ОП-4, понял вас. Здесь зима выдалась исключительно суровой. Худшее ещё впереди. Возможно, вам будет интересно узнать: твари плохо переносят местный холод. Они практически теряют подвижность, если остаются на морозе дольше нескольких минут, приём.

– ОП-4, это «Джордж Вашингтон», принял к сведению. Эта информация будет крайне важна для тех, кто сможет её использовать. Прежде чем мы потеряем связь, рекомендую установить график радиоконтактов с указанием времени, а также основных, вторичных и резервных частот, приём.

– «Джордж Вашингтон», это ОП-4, звучит чертовски разумно.

Марк продолжил обмен информацией с кораблём, согласовав стандартные частоты Глобальной высокочастотной системы связи и время сеансов по Гринвичу. Он завершил составление графика радиоконтактов и начал обмениваться новостями, когда сигнал начал искажаться и постепенно затихать.

– Чёрт побери, – раздражённо сказал Марк.

– Держись, дружище. Это лучшая новость за последние месяцы. Если этот корабль всё ещё на ходу, значит, возможно, уцелели и другие. Может, найдётся способ нам помочь, – ответил Крусоу.

– Даже не пытайся быть оптимистом. Мы в доброй сотне миль от тонкого льда. И даже если бы это было не так, погода настолько отвратительная, что ни один капитан в здравом уме – если только он не командует ледоколом – сюда не сунется. А даже если решатся… как, чёрт возьми, мы преодолеем сотню миль по местности, изрезанной трещинами, при температуре минус пятьдесят, Крусоу?

– У нас есть «Кот», верно?

– Да… полагаю, есть.

– Уже что-то. Я не собираюсь сдаваться. Если уж на то пошло, это впервые за долгое время даёт мне надежду. Я не намерен умирать на вершине мира. Я сохраню свои 98,6 °F – и ты тоже. Ни один из нас не отправится в какую-нибудь ледяную расселину. Будь я проклят, если не выберусь из этого морозильника живым. Мы ещё увидим солнце. Работы впереди много. Сделай три копии согласованного графика связи: одну оставь себе, одну отдай мне, а третью повесь под стекло на столе. Нужно собрать всех и довести информацию до остальных.

– Хорошо. Уже начинаю, – сказал Марк, выпрямляясь в кресле – теперь с заметно большей сосредоточенностью и проблеском надежды.

ГЛАВА 17

Вскоре Тара и Лора нашли дорогу в изолятор – к Джен.

Лора скучала по маме и хотела понять, почему та всё время проводит с больными. Как только Джен увидела Лору, она сняла запачканный кровью лабораторный халат и перчатки, убрала защитный экран с лица и подхватила дочку на руки, крепко прижав к себе.

– Прости, малышка, мама должна быть здесь. Это очень важно.

– Мамочка, я скучаю по тебе. Разве ты не можешь уйти? Тебя всё время нет.

– Я знаю, милая. Мама пытается придумать, как остановить плохих людей. Мама устала от монстров и хочет, чтобы они исчезли.

– Я тоже хочу, чтобы они исчезли, – нахмурившись, сказала Лора.

Со вздохом опустив Лору на пол – девочка уже подросла, – Джен спросила Тару, как та держится в отсутствие Кила.

– Всё нормально, – ответила Тара. – По правде говоря, присмотр за Лорой отвлекает меня от мыслей о том, что его нет рядом. Я помогаю Дину с уроками – это занимает меня почти весь день. Ты знала, что у Дина теперь почти сто учеников? Это практически работа на полный день.

– Да, ты не поверишь, но вчера после занятий Дин пришла в изолятор и помогла навести здесь порядок. Понятия не имею, откуда у неё берётся энергия учить детей весь день, а потом ещё и помогать здесь.

Тара рассмеялась, а затем неожиданно для себя расплакалась.

Джен обняла её.

– Всё будет хорошо. Он вернётся, обещаю.

– Дело не в этом, Джен. Дело в другом.

– Ну, милая, хочешь поговорить?

– Я беременна, – выпалила Тара, и новые слёзы покатились по её щекам.

– Ох… ничего себе, – широко раскрыв глаза, сказала Джен.

– Ура! – Лора вылезла из-под лабораторного стола.

• • •

Дэнни ненавидел монстров.

Взрослые смотрели на происходящее иначе, чем он. Вся его семья, кроме бабушки, была убита монстрами – так их называла его подруга Лора. Будучи немного старше, он понимал, что это не настоящие монстры, но это ничего не меняло. Они вели себя как монстры, гнались за тобой как монстры и ели тебя как монстры.

Взрослые относились к ним как к змеям или паукам – избегали и уничтожали только тогда, когда это было необходимо. Для Дэнни всё было личным.

Он знал, что не был бы жив, если бы не бабушка Дин. Она увезла их как можно дальше.

Несколько месяцев назад Кил нашёл их, когда Дэнни застрял на водонапорной башне и мочился сверху прямо на головы монстров. До этого был случай с пропеллером. Бабушке пришлось посадить самолёт для дозаправки – топлива почти не осталось. Дэнни помнил, как двигатель начал захлёбываться.

Когда монстры приблизились, бабушка направила самолёт прямо на них, рубя их вращающимся винтом, словно овощи. По мнению Дэнни, она уничтожила целую толпу.

Повреждённый самолёт больше не мог взлететь, и им пришлось укрыться на башне – вдали от безопасности неба.

Потом за ними пришёл Кил.

• • •

Дэнни закончил занятия и получил разрешение гулять до ужина – при условии, что останется на уровне О-3, не будет ходить по переходным мостикам и никому не станет мешать.

Он любил прятаться и подслушивать разговоры взрослых. Ему казалось, что это полезная практика. После того как его родители стали монстрами, он больше не считал подслушивание чем-то плохим – если только не думал об этом слишком долго.

Никто, кроме него, не знал, насколько сильной была его бабушка. Она спасла его и расправилась с ними. Она никогда никому об этом не рассказывала – поэтому молчал и он.

«Она сильная. Может, даже сильнее Кила», – думал Дэнни.

Он оказался в одной из наименее людных частей уровня О-3 и заметил нарисованный на стене номер 250. Услышав шаги на лестнице впереди, мальчик спрятался возле ящика с противопожарным оборудованием и за открытым люком.

Когда звук приблизился, он услышал разговор:

– Сколько ещё мы будем держать эти штуки на борту? Они меня чертовски пугают.

– Согласен. Хочу как можно скорее их сбросить. От них никакого толку. У нас нет нужного оборудования. Адмирал хочет оставить их до…

Голоса быстро затихли.

Дэнни на мгновение подумал последовать за мужчинами, но передумал и пошёл в противоположную сторону – туда, откуда они пришли.

• • •

Быть маленьким имело свои преимущества: прятаться было намного легче.

Дэнни показал Лоре все секреты искусства пряток. После нескольких десятков проигрышей она наконец освоила некоторые приёмы.

– Эл, тебе нужно выбирать менее очевидные места. Я нашёл тебя за две секунды.

Лора надувала губы, топала ногой и начинала считать до тридцати – чуть быстрее, чем было честно. Дэнни редко попадался, разве что специально, чтобы поднять ей настроение.

Однако сейчас его мысли занимал подслушанный разговор.

«…предметы на борту… пугают… сбросить…»

Он даже не знал значения слова «сбросить» и решил спросить учительницу английского на следующем уроке.

Он шёл всё дальше в кормовую часть корабля, вздрагивая от каждого звука. Когда перед ним возник выбор – вернуться или спуститься вниз, – он даже не колебался.

Дэнни тихо юркнул по лестнице.

Внизу было темно и странно пахло. Стерильный запах становился всё сильнее. Когда глаза привыкли к полумраку, он различил красные ночные огни.

Впереди находилась вентиляционная комната. Рядом – дверь с табличкой «Ограниченный доступ» и кодовая панель, подобную тем, что он видел в радиорубке у Джона.

Никого рядом не было.

Он бросился к вентиляционной комнате.

Сердце бешено колотилось.

Оставался всего один шаг.

В этот момент он услышал металлический щелчок открывающейся двери. Дэнни резко распахнул люк вентиляции и нырнул внутрь, не успев закрыть его за собой.

Под воздухораспределителем слой плесени достигал почти сантиметра. Резкая смена запахов скрутила желудок.

Свет из коридора перекрыли чьи-то ноги.

– Сегодня сюда заходила техобслуга?

– Нет. Мы попали в сильный шторм. Наверное, люк распахнуло качкой.

Люк захлопнулся, погрузив мальчика в темноту.

Дэнни свернулся калачиком, прислушиваясь к звукам корабля: скрежету цепей, шипению пара, далёким ударам металла.

Тишина наступила внезапно.

И вместе с ней вернулся страх.

Из вентиляционного канала над ним донёсся знакомый, отчётливый и жуткий звук.

Воздуховод уходил прямо в помещение с ограниченным доступом.

У Дэнни было богатое воображение – это правда.

Но этот звук он не выдумал.

Волосы на затылке встали дыбом.

ГЛАВА 18

Подводная лодка «Вирджиния» – Тихий океан – 03:00 по Гринвичу

Кил не мог уснуть. Подводная лодка «Вирджиния» находилась в зоне плохой погоды, похоже, с тех пор, как покинула побережье Панамы и вышла в голубые воды Тихого океана. Они шли в подводном положении, отрезанные от солнца и любых радиопередач.

Часы Кила были настроены на время по Гринвичу, и он уже забыл, как оно соотносится с положением солнца. Выбравшись из койки, он сразу нащупал ногами душевые тапочки. Взяв набор для душа, он двинулся по проходу, задев плечом одну из тысяч труб и распределительных коробок, выступающих из переборок. Это слегка взбодрило его перед тем, как он добрался до душевой.

Пространство для передвижения на «Вирджинии» не могли пройти рядом.

Когда Кил добрался до санузла, там уже было людно. Он узнал некоторых членов экипажа – в основном матросов. Обращаясь к нему как к командиру, они предложили пропустить его вперёд. Он отказался, подавив желание сказать, что ещё недавно был лейтенантом и получил повышение при весьма странных обстоятельствах.

Чистя зубы, он продвигался вдоль ряда раковин к душу. Позади уже выстроилась длинная очередь моряков, сменившихся с вахты. Чтобы сэкономить время, он решил намылить волосы ещё до того, как зайдёт в душ.

«Голливудские» души – долгие и неспешные – сделали бы его мишенью для всеобщего недовольства на борту любой подводной лодки. Пресной воды у них было достаточно – её производили прямо на борту, – однако экипаж «Вирджинии» сейчас был укомплектован на 105 % с учётом Кила, Сайена и группы спецназа. Будучи офицером, Кил решил вести себя максимально скромно и незаметно, пока не разберётся, как здесь всё устроено.

Вскоре подошла его очередь. Он быстро повесил свой набор на крючок снаружи и зашёл внутрь. Вода оказалась горячей – куда лучше, чем едва тёплый душ в «Отеле 23». Мысленно он напевал «Звёздно-полосатый флаг», и к тому моменту, как дошёл до строчки «родина храбрецов», понял, что пора тянуться за полотенцем.

Выходя из санузла, Кил заметил, что один из подводников пошёл в душ босиком, и подумал:

«Мерзкий тип. Я бы скорее вышел на ринг против одного из нежити, чем пошёл босиком в душ на подводной лодке ВМС США. Почти».

Вернувшись в каюту, он постарался не разбудить Сайена: тот всё ещё громко храпел и что-то бормотал во сне. Кил надел комбинезон, кепку и кобуру с оружием и направился в камбуз. Офицерская столовая была закрыта – все ресурсы объединили, и теперь офицеры и матросы питались вместе.

Кил снял со стены свою кружку. Он с удовлетворением отметил, что на её внутренней поверхности уже образовался приличный кофейный налёт. Поскольку посуду здесь мыли сами, риска, что кружку случайно отдраят до блеска, не было. Большинство офицеров подшучивали над ним из-за этого, но Кил раньше был рядовым и любил, когда внутри оставался плотный слой старого кофе.

«Так вкуснее. А кофе на этой лодке нуждается в любой помощи, какую только может получить».

Они работали на сокращённом рационе, и напиток чаще всего напоминал грязную воду из мойки.

Он заказал омлет из порошковых яиц с сыром у матроса за плитой. Пока омлет готовился, Кил насыпал себе овсянки в щербатую миску. Ещё во время первого завтрака на борту он заметил в каше сваренных долгоносиков, но решил притворяться, будто их там нет.

Он сел за стол в одиночестве и стал смотреть трансляцию с бортового телевизора. На экране, висевшем над столовой, шёл фильм «Бегство Логана». Кил вспомнил, что смотрел его много лет назад, и тихо усмехнулся, глядя на блестящего робота, неуклюже размахивающего руками – типичный стиль семидесятых.

Капитан Ларсен, командир «Вирджинии», вошёл в столовую со своим подносом как раз в тот момент, когда Кил зачерпнул ложкой порошковые яйца.

– Могу я присоединиться? – спросил капитан.

– Да, сэр, – ответил Кил, пытаясь одновременно говорить и есть. – Как дела, шкипер? Что-нибудь происходит?

– Ты же знаешь, что не стоит звать меня шкипером – мы не в кают-компании, – с улыбкой сказал капитан. – Но отвечу: корабль полностью готов к выполнению задач, и через неделю мы сможем увидеть Даймонд-Хед из люка рубки. Единственный минус – нестабильная связь с авианосцем. Мы можем выходить на связь только тогда, когда капризная КВ-волна решает отразиться нужным образом.

Кил на мгновение задумался.

– Какова основная цель на Гавайях? Я слышал слухи о пополнении запасов, но это выглядит довольно рискованно.

– Продолжай. Почему ты так считаешь? – спросил капитан.

Неохотно Кил начал:

– Во-первых, это остров. Оаху, особенно Гонолулу, был густо населён, когда мертвецы начали возвращаться к жизни. А с острова невозможно было сбежать. Пополнение запасов будет крайне опасным – слишком много этих существ скопилось в районах предполагаемых операций. Кроме того, я случайно услышал разговор коков: даже при экономии у «Вирджинии» запасов продовольствия хватит примерно на шесть месяцев – более чем достаточно, чтобы добраться до Китая и вернуться в Панаму или любой другой порт.

Капитан кивнул.

– Очень хорошо. Раньше это было бы совершенно секретно, но сейчас риск утечки минимален. Пополнение запасов – лишь второстепенная задача. Нам нужна возможность отслеживать обстановку при продвижении на запад от Гавайев. Нам необходимы сигналы и предупреждения. Мы не знаем, кто уцелел. Возможно, у побережья Китая действует флот ВМС Китая. Если так, мы не знаем их правил ведения боя и без предварительной разведки можем оказаться в крайне невыгодном положении.

– И какое отношение к этому имеют Гавайи? – спросил Кил.

Капитан усмехнулся:

– Ты же бывший специалист воздушной радиоразведки.

Кил мгновенно понял.

– Куния?

– Верно. На борту есть китайский лингвист, который вскоре станет последним оператором объекта RSOC Kunia. Он служил там два года назад и знает системы. После зачистки пещерного комплекса он обеспечит поддержку оперативной группе «Песочные часы».

– Но как мы собираемся что-то зачищать? На острове, вероятно, сотни тысяч тварей. И в подземном комплексе ситуация вряд ли лучше.

Капитан сделал большой глоток кофе.

– По последним разведывательным оценкам, население Оаху сейчас крайне невелико – возможно, около двухсот тысяч на весь остров.

Кил скептически нахмурился.

– Откуда эта цифра? Даже с учётом несезона она кажется слишком маленькой.

Ларсен откинулся на спинку стула и достал из нагрудного кармана карту.

– Похоже, тебе этого не рассказывали. Посмотри.

Развернув карту, Кил сразу понял ответ.

Капитан забрал её обратно и спокойно сказал:

– Как видишь, стратегическое ядерное оружие навсегда положило конец туристическому сезону на Оаху.

В этот момент Килу окончательно расхотелось доедать омлет из порошковых яиц.

ГЛАВА 19

Участок шоссе, по которому продвигались Док и Билли, зарос высокой травой – она образовала настоящие джунгли на разделительной полосе и по обочинам. Теперь они находились глубоко в техасских пустошах, направляясь к таинственной партии припасов, обозначенной на загадочной карте лишь маленьким символом.

Время от времени им удавалось различить дорогу там, где обломки сдерживали рост растительности. Сезонные заморозки и оттепели в сочетании с полным отсутствием обслуживания превратили некоторые участки шоссе в настоящие гравийные карьеры. Док вспомнил поблёкшие остатки железнодорожных путей XIX века возле своего родного города.

«Скоро и шоссе станет таким же», – подумал он.

Карта Дока находилась в прозрачном чехле, закреплённом на левом предплечье; она была сложена так, чтобы отображать район их текущего маршрута. Он вёл подсчёт шагов, сверяя положение каждые сто метров.

Док тихо сказал:

– До цели тысяча метров.

– Принято, – шёпотом ответил Билли.

Они двигались вдоль старой скотопрогонной тропы, держась совсем близко к шоссе. Признаков нежити не наблюдалось – их сопровождали лишь ночной ветер и свет неполной луны.

– Билли, впереди эстакада. Нам нужно выйти на дорогу и перейти по ней, приятель.

– Мне это не нравится, босс. Плохая идея.

– Тогда что ты предлагаешь? – спросил Док, намеренно заставляя Билли предложить альтернативу. Он часто поступал так со своими людьми, подталкивая их к быстрому принятию тактических решений. Док считал, что это делает бойцов лучшими лидерами.

– Давай останемся в нескольких метрах от дороги, подойдём максимально близко к эстакаде и посмотрим вниз. Если там всё кишит – идём поверху. Если нет – пройдём снизу.

– Чёрт, ты что, «Скалу» не смотрел? Никогда не ходи снизу, – шутливо ответил Док.

Тихо посмеиваясь, они приблизились к эстакаде, держась в стороне от дороги. Док был командиром, но не глупцом: он прислушивался к своим людям, особенно к Билли Бою. Билли был индейцем из племени апачей, и его инстинкты поражали. Он был осторожен, как волк: если Билли побежит, поднимет карабин или рухнет на землю, Док сделает то же самое – и без колебаний.

Док осмотрел эстакаду через увеличитель своего карабина. Пролёт оказался забит машинами – и сверху, и снизу. Он внимательно изучал детали через оптику, пока Билли инстинктивно прикрывал его. Док заметил лишь нескольких тварей, впавших в спячку внутри автомобилей или застрявших между грудами разбитого металла.

Внезапно Билли уловил на ветру запах гнили и хлопнул Дока по плечу. Затем беззвучно подтвердил тревогу, зажав нос.

Через несколько секунд они увидели, как впереди, за поворотом, по дороге движется передний край толпы.

– Они идут. Теперь я чувствую их очень отчётливо. Их много.

– Подождём минуту и посмотрим, что будет. Не стоит бежать прямо им навстречу, – ответил Док.

Спустя несколько напряжённых минут выбор стал очевиден. Огромная ревущая орда приближалась с севера и двигалась прямо на них вдоль шоссе под эстакадой.

Времени почти не осталось.

– Билли, нужно двигаться. Сейчас. Мы не можем оказаться по эту сторону от них – иначе до точки сброса не доберёмся.

Оба бойца рванули вперёд. Шестьдесят фунтов снаряжения казались лёгкими, как подушка: адреналин гнал их к западной стороне эстакады. Они пересекали дорогу перпендикулярно, поднимаясь на мост. Стоны приближающейся орды разбудили ближайших тварей.

Билли повернул голову:

– Открываю огонь.

Глушитель на его карабине позволил бесшумно уложить трёх тварей на осыпающемся пролёте. Док последовал за ним, уничтожив ещё двоих. Во втором случае он выстрелил слишком низко – пуля прошла через шею, не задев позвоночник, и разбрызгала мёртвые мышцы и жир по ограждению.

Док мысленно выругался: он забыл о поправке на высоту прицела. Как и у большинства коллиматоров, его Aimpoint Micro находился на несколько дюймов выше ствола М4, поэтому на близких дистанциях попадание уходило ниже точки прицеливания, если не целиться чуть выше.

Следующий выстрел пришёлся точно в верхнюю часть головы – прямо в «выключатель».

«Таймеры и выключатели», – вспомнил Док.

В человеческом теле существует множество «таймеров» смерти, но лишь несколько «выключателей». Бедренная артерия – таймер. Сердце или мозг – выключатель. Но это относилось к живым.

Теперь действовало только одно правило.

Нежить не уважала таймеры.

С тех пор как мертвецы начали ходить, планка точности для «морских котиков» поднялась: попадание в центр массы теперь считалось промахом. Единственно верная точка – выше носа и ниже линии скальпа.

Док и Билли двигались по эстакаде словно воры в ночи. Через приборы ночного видения они заметили впереди, примерно в тридцати метрах, груду машин. Им предстояло преодолеть эту стальную «Дженгу», чтобы попасть на другую сторону.

Передний край орды начал просачиваться под мост. Основной поток стремительно приближался. Когда ветер сменился и донёс запах разложения, Дока замутило.

Он знал: самое опасное в орде – её непредсказуемость. Голову этой «змеи» могла повернуть любая мелочь: бродячая собака, олень, всё ещё сигналящий автомобиль.

Что угодно.

– Док, может, задержимся здесь и посмотрим, куда они пойдут? Не хочу выбрать неправильную сторону, – предложил Билли.

Док на секунду представил худший вариант: орда разделяется и накрывает мост с обеих сторон.

Без шансов.

– Нужно перебраться через машины и уйти на несколько сотен метров вперёд. У нас около двух часов, прежде чем придётся возвращаться домой до рассвета. Подождём немного… но мне это не нравится. Смотри.

Они выглянули через ограждение. Даже сквозь ПНВ было ясно: перед ними двигалась масса нежити длиной не меньше мили и шириной около тридцати футов. Ни один из них не хотел считать их.

Поток усилился – ручей превратился в реку.

На середине эстакады Док и Билли поползли, плотно прижимаясь к покрытию – не потому, что это было необходимо, а потому, что им было чертовски страшно. Как пригибаться при выходе из вертолёта: необязательно, но и не худшая идея.

Они добрались до груды разбитых машин. Река ходячих внизу достигла пика, заставляя мост заметно вибрировать. Док снова выглянул и увидел не меньше полукилометра движущихся трупов по обе стороны.

Твари, похоже, даже не подозревали, что добыча наблюдает за ними сверху.

Некоторые упыри пытались оторваться от стаи, но быстро возвращались, снова втягиваемые гулом орды.

– Давай передохнём и перекусим, – тихо сказал Док.

– Отличная идея. У нас есть минут двадцать.

Они вскрыли просроченные энергетические батончики и запили их йодированной водой, пока мост дрожал под ними, а ничего не подозревающая река мертвецов катилась по заброшенному шоссе в никуда.