Текст книги "Ведьма для императора (СИ)"

Автор книги: Дарья Ву

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 24 страниц)

Глава 70

Я бы хотела найти господина, да только стражи меня оттеснили, оставив небольшой выбор между комнатой своей или Дзюн. Ещё разрешили вернуться в сад, но там делать было уж совсем нечего.

Тогда я отправилась к Дзюн. Шла я медленно, прислушивалась к перешёптываниям вокруг. Я понимала, случилось нечто невообразимое. Мало кто мог поверить в то, что кто-то осмелится на подобное. Это страшило сильнее.

Перед дверью в комнату Дзюн я медлила. Опасалась встретить Райю, не понимала, о чём говорить с самой Дзюн, но чувствовала, что надо к ней, а не к себе. Наконец, немного справившись с волнением, я постучалась и толкнула дверь.

Дзюн сидела одна. В её комнате оказалось очень тихо. Лишь из открытого окна в помещение попадали хоть какие-то звуки вроде шуршания листвы и чужих отголосков. Дзюн не сразу заметила меня, а увидев, вздрогнула от испуга и неожиданности.

Впрочем, она быстро собралась с мыслями и пригласила меня присоединиться, а заодно подать ей подставку для вышивки. Так и сидели. Я подавала указанные нити, она вшивала их в полотно.

– Как вам удалось покорить сердце самого императора?

– Ещё не удалось, – не стала я лукавить. – Он не любит меня, но ценит энергию, я думаю.

Задумавшись, Дзюн смешно сморщила аккуратный носик и сказала несусветную глупость.

Я смотрела на неё и не понимала. Всё при ней! Красивые глаза, стройное тело с едва заметным рельефом мышц, средний рост и приятный голос. Всё это хорошенько сдабривалось безупречной родословной. К тому же её уже выбрали. Чего так тревожиться?

– Нет, я ему точно не понравлюсь, – повторила Дзюн. – Я не гожусь Его Высочеству принцу, я его недостойна.

– Постой-ка! – не выдержала я. – Что ты сказала? Недостойна кого?

– Рёмине. Он же тако-ой.

– Наглый? Невоспитанный?..

Чем сильнее я распалялась, позабыв о вежливости и дозволенных рамках, тем больше округлялись глаза девы Хасели. В конце концов, она не выдержала и положила ладошку на мой рот.

– Как можно такое говорить? Неужели вы никогда не мечтали хотя бы раз оказаться с ним? – поняв, что произнесла глупость, Дзюн плотно сжала нежные розовые губы. – Скажите, вы ведь мечтаешь выйти замуж за… Вы ведь выйдете замуж за самых завидных женихов Саада! Вот и я очень хочу за Рёмине. Неужели не ясно?

Вздохнув и прикрыв глаза, я убрала её руку со своего рта. Дзюн беспокойно поднялась и заходила по комнате, словно это могло как-то помочь ей собраться с мыслями после явно слишком насыщенного дня. Однако после каждой двойки-тройки шагов дева останавливалась и выжидательно поглядывала на меня.

– Во-первых: не мечтала. Во-вторых: вы за него выйдете, всё уже решено. В-третьих: не пожалейте о желании своём.

– Как можно? Летта! Вы же не против, если я назову вас по имени?

– Не против! – рассмеялась я от напряжения. – И на ты тоже можно. Возможно, я лишь пару раз встретила принца, но осмелюсь сказать, вы с ним ещё не знакомы, так что зря волнуетесь.

– И вы тогда на «ты», – отстранённо произнесла Дзюн, заламывая свои руки.

Она всё вышагивала по комнате.

– Нет, я его недостойна, – безнадёжно шептала дева.

И как-то так получилось, что с того дня общаться стало легче. Я почти целыми днями находилась возле Дзюн. С горем пополам мы перешли с официальной речи на дружескую. И каждый раз, когда вопрос касался грядущей помолвки и свадьбы Дзюн с принцем, она всё чаще обращалась за советом не к Райе, а ко мне. И чем сильнее приближался день их помолвки, тем чаще моя новая подруга в свободное время выходила из дворца и будто пряталась в саду. Там имелся чудесный укромный уголочек, который я выбрала себе для медитаций и тренировок. Там же тихонько присаживалась на каменную скамью Дзюн. С собой она брала вышивку, а свою компаньонку прогоняла, убеждая её, что остаётся не одна, а со мной.

– Она же ни на что не реагирует, – замечала Мия.

– Нет, она нас точно слышит. Дольше двух часов подряд Летта в медитации никогда не сидит. И, время! – завершила Дзюн весело и громко.

Вздохнув, я открыла глаза и потянулась. Господин уехал на следующий день после того случая, а мне велел постараться найти общий язык с Дзюн, с чем я и без его подсказок справилась. Более того, за то немногое время, что мы успели познакомиться, Дзюн стала мне почти как сестра. Хорошая, добрая сестра, которую мне бы хотелось иметь, а не те сёстры, которые у меня были прежде.

Господин согласился, что гарпий убивать не хотели, но добавил, что произошедшее очень и очень плохо. Император отправил его к гарпиям, как самого понимающего гарпийский язык, пояснять ситуацию. Меня господин брать с собой отказался. Потому я лишь наблюдала со стороны, как он воспользовался заряженным амулетом, похожим на тот, что мне давала Мара, и переместился. Я же осталась во дворце и, подобно Дзюн, всеми возможными способами ускользала от образовавшегося жениха. Например, уходила в медитацию в то самое время, когда он освобождался от дел.

– Время, время, – пробубнила я, подавляя ответную улыбку.

– Мне помощь нужна, – вдруг скуксилась Дзюн. – Завтра церемония. Моя матушка приедет.

– Здорово же? Маму повидаешь.

Вместо ответа Дзюн закусила губу и нахмурилась. Плечи её опустились. Я подсела ближе и накрыла её руки своими, в немой поддержке.

– Матушка мной вечно недовольна. И мне так ни разу не удалось пообщаться с принцем, – опустив голову, она продолжила тише, а голосу Дзюн надломился. – Мне не по себе во дворце. Ты кажешься свободной, а Райя говорит, я не имею права вести себя так. Она всё давит с правилами, напоминает, что матушка на меня надеется, что у меня очень ответственный статус.

– Мне тоже неуютно, – обняла я Дзюн. – Но я не знаю, что тебе сказать. Прости.

Отстранившись, я увидела, как Дзюн быстро смахнула не успевшие скатиться слёзы. Подумав, что надо как-то её поддержать, я было раскрыла рот, но сказать ничего не успела.

– Ведьма, – раздался поодаль спокойный голос императора, и мы с Дзюн одновременно вздрогнули.

Глава 71

Я вздрогнула, не ожидав увидеть императора. Мне-то казалось, он будет занят и не скоро освободится. Всё же у него имелось много дел, а после взрыва их число лишь увеличилось.

Дзюн, склонившись вместе со мной в приветствии императора, тут же попросила разрешения удалиться и торопливо ушла. Предательница.

– Владыка, я не ожидала встретить вас здесь, – призналась я честно.

– Вижу. Что ты делаешь?

– Просто отдыхала после тренировок.

Император не ответил, но пригласил за собой. Мы неспешно прогуливались по ухоженным аллеям сада. Воздух наполнялся ароматами цветов, и я почувствовала, как внимание узковатых синих глаз устремилось на меня.

– Тренировки, говоришь? Ты всегда так усердно подходишь к своей магии?

– С недавних пор. На самом деле я долгое время даже не подозревала о том, каким видом магии наделена.

– Меня всегда поражало, как люди могут не стремиться к магии, – он вытянул руку вперёд, и её тут же окутали тени. – Для меня это сродни дыханию. Всегда со мной, часть меня.

Я улыбнулась, неожиданно для самой себя, заворожённо глядя на то, как Муроми игрался с тенями, то собирая их в бусины и птиц, то распуская туманом.

– Ты знаешь, Летта, – назвал он меня по имени, что случалось нечасто, – сегодня я понял, что не только твоя магия привлекает меня. То, как ты изо дня в день стараешься справиться с огнём, подчиняя его, то, как общаешься с юной Хасели, поддерживая её, привлекает.

Я почувствовала, как краска заполнила мои щёки, а в синих глазах императора промелькнуло что-то нежное.

– Было бы замечательно провести больше времени в твоём обществе. Что думаешь?

Я замешкалась, чувствуя непонимание. Мне казалось интересным познакомиться с императором ближе, но в то же время разве это не предательство господина? Я металась в своих ощущениях, пока Муроми терпеливо ждал ответа. Он лишь наблюдал за мной, а цепочки в его волосах позвякивали в такт нашим шагам.

– Почему бы и нет, Владыка. Я была бы рада провести больше времени с вами.

Мы расслабленно прогуливались по саду, наслаждаясь моментом и обществом друг друга. Нам почти не приходилось общаться. Достаточно было лишь нахождения рядом. Ветер шелестел листвой, донося до нас удивительные цветочные ароматы и прохладу воды, журчащей в глубине сада.

– Давно я не испытывал такого умиротворения. Но скажи мне, что ты думаешь о магии печати? – он осмотрел вязь, на собственном запястье.

– Я пока не понимаю, как она действует на меня, – покраснела я.

– Интересно, – протянул Муроми отстранённо.

Он замедлил шаг, останавливаясь возле одного из местных фонтанов. Вода лениво стекала по узорчатому камню, создавая мелодичное пение, смешивающееся с запахом цветов.

– Магия печати – это нечто удивительное, – продолжил Муроми, осматриваясь вокруг. – Она связывает судьбы, создавая невидимые нити, которые нельзя разорвать.

Я призадумалась, вглядываясь в игру теней на его лице. Император снова заговорил, на этот раз с мягкой улыбкой:

– Иногда печать становится своего рода судьбой. Мы не всегда можем выбирать, кому отдать своё сердце, ведьма, но, быть может, можем вместе создать свою историю, сотканную при помощи магии и взаимопонимания.

Внезапно раздался тихий звук, напоминающий треск ткани и звон металла. Он исходил отовсюду и ниоткуда. Муроми изменился в лице, будто прислушался.

– Что это? – спросила я, чувствуя беспокойство.

Он поднял руку, словно желая отпугнуть невидимого нарушителя покоя.

– Ничего важного, ведьма. Просто нечаянный звук, наверное. Но вернёмся к нашей беседе. Ты согласна, что магия печати может вести к удивительным открытиям?

Я кивнула, и мы продолжили свою прогулку по живописным тропинкам сада. Однако странное ощущение меня не оставляло. Я видела, что и Муроми насторожился, хотя пытался это скрыть.

Не удалось.

Печать помолвки словно превратилась в змею и пожелала сдавить меня в своих тисках. Хватая ужаленную руку, я прижала её к груди и вскрикнула, краем зрения отметив, что Муроми тоже больно.

– Что… что это? – всхлипнула я.

– Сагамия, – ровно произнёс Муроми, справляясь с болью лучше меня. – Он не справился.

Глава 72

Муроми

Сама мысль о том, что Сагамия мог не справиться, звучала ужасно. Однако куда хуже было смотреть на ошарашенное лицо ведьмы. Она шёпотом повторила мои слова. Растерянная, не верящая. Печать же вновь успокоилась, избавив от неприятных ощущений.

Понимая, что дело-дрянь, я направился обратно во дворец. Ведьма побежала за мной. Схватила за руку, моля остановиться. Скрипнув зубами, я позволил ей повиснуть на моей руке. Я ждал, что она попросит спасти Сагамию, заверить её, что его жизни ничего не угрожает, и прочее, о чём обычно просят женщины, если беспокоятся за своего мужчину.

Ведьма глубоко вздохнула, глядя мне прямо в глаза.

– Отправьте меня к нему, – потребовала она, почти в приказном тоне. – Мне нужен артефакт-портал, чтобы добраться до него. У вас ведь есть ещё такие, заряженные для перемещения к гарпиям?

Я оценивающе посмотрел на Летту.

– Ты понимаешь риски? Это непростое путешествие. Их язык отличается от нашего. Их порядки отличаются от наших.

Летта решительно встретила мой взгляд. Губы её искривились в кривой улыбке.

– Я понимаю, но не могу оставить Коэна на произвол судьбы. Пожалуйста, помогите, отправьте меня к нему. Я справлюсь. Я знаю их обычаи и язык куда лучше ваших.

С удивлением я глядел на ведьму, чувствуя её настойчивость в воздухе.

– Летта, ты слишком торопишься. Печать сообщила, что Коэн ошибся, – заговорил я. – Это ещё не значит, что мы должны сразу бросаться на помощь. Он не ребёнок.

Я понимал, что всё серьёзно, серьёзней, чем в других его походах, но говорить об этом ведьме, вокруг которой то и дело вспыхивало нервное пламя, не собирался.

– Муроми, – обратилась она ко мне по имени, – я не могу просто сидеть здесь, не зная, что происходит с Коэном. Я могу помочь.

– И умереть тоже можешь.

Я склонил голову и поднял руку, пытаясь успокоить ведьму.

– Я понимаю, что ты волнуешься, но отправляться к гарпиям без подготовки – опасное занятие.

Ведьма с упорством ослицы смотрела в мои глаза, её руки дрожали от внутреннего напряжения. Я не мог ощущать энергию, как то делал Коэн, но в этом не было нужды. Пламя искрилось на кончиках её волос, шипело в воздухе и плясало в огромных карих глазах.

– Я понимаю риски, – шипела она, – но я не хочу и не намерена просто оставить его. Пожалуйста, дайте мне артефакт-портал. Я знаю, что смогу добраться до Коэна.

Задумчиво я наблюдал за ней, не зная, как выразить тревогу.

– Я – ведьма огня. Неумелая, да, но зато я ведьма! И я знаю язык гарпий. Пожалуйста, отпустите, – по её щекам покатились крупные слёзы.

Я не знал, как реагировать на такое. Ведьма, едва попавшая в мои руки, собиралась кинуться следом за Сагамией и, возможно, умереть. В непонятном порыве я притянул девушку к себе. Она затихла, но не надолго.

– Муроми, пожалуйста, дай мне шанс.

Я кивнул, перебарывая растущую тревогу. Взглянул на ведьму со смешанными чувствами. Меня захватило беспокойство, но в то же время в её решимости я видел что-то влекущее. Некую силу, веру в успех. В конце концов, я и сам беспокоился о Сагамии. Пусть его родители предатели, сам он не раз доказывал свою преданность и, если честно, за годы нашего знакомства, стал мне почти так же близок, как брат.

– Летта, – прошептал я, касаясь её плеча, – я понимаю, насколько важен для тебя Коэн. Но будь осторожна.

Летта закивала. Теперь она улыбалась искренне и шептала слова благодарности.

Тогда мы прошли в зал, где хранились заряженные вещицы. Прогнав прислугу, я взял тот камень, который пах солёным морем и холодом. Я долго смотрел на него, держа в руках и не решаясь передать нетерпеливой ведьме, которая подобно утёнку семенила следом за мной.

Я пристально следил за ней, пока ведьма исчезала в появившемся из ниоткуда вихре. Когда ведьма испарилась, а зал наполнился ароматом шторма, я остался стоять в тишине. Сердце билось быстрее, и я понимал, что не только печать противилась её исчезновению. Я сам не хотел отпускать её.

– Будь осторожна, ведьма, – прошептал я в тишине, словно надеясь, что мои слова достигнут её.

Но не время стоять истуканом. И заталкивая поглубже странное, неприятное ощущение в груди, я кликнул стражу. Как бы ведьма ни верила в собственный успех, а я вынужден был готовиться к худшему. К новому конфликту с гарпиями.

Глава 73

Летта

Меня окатило водой. В ушах раздался свист, а над головой заорали морские птицы. Упав коленями на острые камушки, я взвыла, сильнее сжав в руках истощённый амулет. Почти как в первое своё перемещение, я очутилась невесть где. Заполненный галькой пляж время от времени уходил под широкие волны. За спиной высились скалы. Перед лицом к ним добавилось море. Кажется, я на месте.

Поднявшись на ноги, я всё оглядывалась и ходила туда-сюда вдоль кромки воды, не понимая, что делать дальше. То ощущение, что потянуло меня в неизвестность, сошло на нет, оставив лишь растерянность и страх.

Вдруг на горизонте над неспокойным серым морем я заметила странное движение. Прищурившись, я всматривалась в непонятную птицу, мелькающую над водой. Она то взмывала в небо, то стрелой пронзала воду, скрываясь в глубинах. Чем ближе я подходила, тем отчётливее понимала, что наткнулась не на птицу. Раз за разом в воду ныряла крылатая женщина, вылавливая угрей и закидывая извивающихся тварей на камни.

Небеса прятались под тяжёлыми тучами, ветер нарастал, поднимая волны, но отважная гарпия не обращала внимания на угрозы природы. Заворожённая, я подбиралась ближе, разглядывая необычную рыбалку. Как вдруг заметила ещё одно движение прямо в тучах. Поначалу я решила, что там, к своей подруге, летит другая гарпия, но вскоре поняла, что ошиблась. Извиваясь не меньше угрей, по небу, набирая скорость, спускался стихийный змей. Водяной. И я понимала, он охотился не на угрей и не на рыбу, а на ныряющую в море гарпию.

Я заорала во всё горло, но море скрадывало звуки. Гарпия выныривала и исчезала, не слыша предостережений. Змей подбирался всё ближе, будто спускался по невидимой лестнице. Тогда я стала карабкаться между скалами, по колено войдя в солёные воды. Море пробуждалось. Волны накидывались на берег. Били меня в живот. Я орала, пока голос не осип, а гарпия не оказалась достаточно близко, чтобы я разглядела её вытянутое лицо. Знакомое, но чужое, привлекающее всё внимание к клюву, которого я прежде не видела.

– Мара! – вода плеснула мне в лицо, заставив зажмуриться. – Берегись! Там…

Я недоговорила, повалившись на камни. Вода накрыла меня и швырнула обо что-то твёрдое. Поднявшись из-под воды, я ухватилась руками за каменный выступ. Новая волна накрыла меня с головой. Оторвала от спасительного камня. Швырнула вглубь. Я вновь ухватилась за что-то. За что-то скользкое, с острыми, будто лезвия, усами. И закричала прямо под водой. Миг, и пузырьки скрыли от меня вытянутую пасть. Ещё один, и меня окружили сизые перья. Вскрик. Это змей цапнул гарпию за бок. Жар. Я прогнала ненавистного зверя в пучину. Взмах. Разбрызгивая солёные капли, мы выскочили из воды и на мокрых, но быстросохнущих крыльях, помчали к берегу, туда, куда Мара скидывала свой улов.

Уже после она стискивала меня в крепких объятиях и звонко, переливчатой трелью, повторяла, как боялась за меня, как искала, ежедневно улетая к скалам, как ей намекали, что подруга, которую она так ждала, могла погибнуть, так и не добравшись до Серых островов. До Серых скал, как называли их в Сааде. И одежда, характерная для Саада, богатая, какую носили лишь особы знатных кровей, не ускользнула от взора Мары.

– Что же с тобой произошло? – причитала Мара, инстинктивно гладя меня по волосам и вытягивая из них запутавшиеся водоросли. – Как же я рада, что ты добралась.

– Мара, – отвела я виновато взгляд. – Я не останусь с гарпиями.

– Зачем же ты пришла?

– За Коэном. Он, – я закусила нижнюю губу, долго готовясь к продолжению, – мой мужчина.

– Как Рей был моим? – её слова больно ударили в сердце.

Я не нашлась с ответом. Лишь задрожала от холодного ветра, свистящего в скалах.

– Рей был да пропал, – сказала Мара ровно. – И все они пропадают. Ты знаешь, кто твой Коэн?

– И ты тоже знаешь, – поняла я.

– И не отпущу, – нахохлилась Мара, сложив мускулистые руки под грудью и даже не поморщившись оттого, что из бока её новым потоком хлынула кровь.

– Он не виноват.

– Неважно, – перебила Мара. – Если ты пришла к нам в поиске защиты, мы её дадим. Гарпии никогда не обидят ведьму. Но если ты пришла к нам за саадцем, то отринь своё желание сразу. Старейшины его не пустят.

– Проверим.

– А ты изменилась, – рассмеялась Мара. – Где та вечно плачущая по поводу и без девчушка? Кто эта воинственная дева, появившаяся передо мной?

– Сагамия Летта, – я склонилась в характерном для Саада знаке приветствия. – Невеста вашего пленника и самого императора. Вот видишь, какой важный человек пришёл за Коэном? Неужто мне откажут хотя бы в попытке?

– В попытке не откажут, – протянула Мара, всё ещё улыбаясь подобно матери, увидевшей, как её дитя впервые само встало на ноги, готовясь сделать первый самостоятельный шаг. – Но на большее не надейся и не упорствуй. Помни, мужчины сменяют один другого, и твоей жизни не стоит ни один из них. Даже самый знатный. А как ты этого знатного заполучила, расскажешь по пути.

Глава 74

Я никак не могла справиться с дыханием. И пока с моих пальцев то и дело слетали то искорки, то дымок, Мара не желала двигаться вперёд. Она лишь осматривала меня, как может только женщина, ощущающая свою ответственность за жизнь ребёнка.

– Как ты сняла печати?

– Это не я. И они не сняты. Гос… Коэн сказал, что подцепил лишь немного.

– И этого достаточно, – хмурилась Мара, а перья дыбились на её плечах. – Погляди, печати расплетаются сами, словно что-то подталкивает их изнутри. Неужто твоего огня так много?

Лишь улыбнувшись в ответ, я отчего-то не стала говорить Маре про саламандру, которую видела, но не ощущаю. Я понимала, что она всегда со мной, господину не нравилось, что ему не выгнать дух, но он, похоже, то ли не подозревал, то ли умолчал, что дух взялся за освобождение меня от удерживающих печатей.

– Плохо, – пуще прежнего нахмурилась Мара.

– Почему? – не поняла я. – Что случилось?

– Неважно, – помассировала виски Мара. – впрочем. Это рана. Мы не сможем дождаться, когда твой огонь успокоится. Придётся выдвигаться сейчас, пока я ещё могу лететь.

– Лететь? – севшим голосом переспросила я.

Женщина кивнула и поднялась на ноги. Вся её одежда уже пропиталась тёмной кровью. Хмурясь и клацая клювом, она попросила меня крепко обнять её за шею. Обняв меня в ответ и крепко прижав к себе, мара взмахнула огромными сизыми крыльями. Я порадовалась, что она оказалась гарпией с руками, не представляя, как бы я удержалась без её поддержки.

Едва мы поднялись, ветер засвистел в ушах, ударил в лицо, а я завизжала от неожиданности, испуга, а после и от восторга. Но куда сильнее меня поразил дом гарпий.

Под чёрными тучами, посреди тёмного, синего моря возвышался не менее тёмный скальный остров. Могло показаться, что вокруг него кружат огромные птицы, но я знала, что это были гарпии. Я не видела ни растений, ни домов, но Мара уверенно летела к чернеющей глыбе.

Нас окутала тьма – это Мара влетела в одну из многочисленных пещер, не видных издалека. Там под каменными сводами, на стенах висели факелы, а полы и потолки выглядели столь шикарно, словно из камня их долгие годы выбивали лучшие мастера. Чёрная снаружи, изнутри скала оказалась насыщенного багряного цвета. Но и это оказалось не самым поразительным. Другие гарпии, встретившие нас, среди которых встречались и рукокрылые, и те, у кого, подобно Маре, руки и крылья являлись отдельными частями тела, все будто знали, что она придёт не одна. Никто из местных жителей не удивился моему появлению. Обсуждался и осуждался лишь мой помятый наряд. И обсуждался, и осуждался он за принадлежность к Сааду.

– Я хочу встретиться со Старейшинами, – проговорила Мара уверенно, – представить мою гостью.

Мужчина гарпия вежливо поклонился и ответил не менее переливчато, что Старейшим можно будет увидеть ближе к полуночи. После чего Мара обменялась с ними парой вежливых фраз, и мы отправились к её жилищу. Поднялись по извилистым лестницам, вырубленным в скале, и попали в дом Мары. Внутри было прохладно и тихо, свет от единственного факела нестройно танцевал на стенах, создавая загадочные игры теней. Жилище Мары оказалось украшено различными морскими сокровищами – ракушками, кораллами, чешуёй стихийного змея. На полу лежали тюфяки разных размеров.

Мара подошла к окну без стёкол, откуда открывался великолепный вид на бескрайнее море. Я уселись на набитый соломой тюфяк и устало прикрыла глаза.

– Рассказывай, что с тобой было? – повернулась Мара ко мне.

– Только если ты расскажешь мне… – я и сама не знала, про что хотела узнать больше и потому лишь развела руками и окинула взглядом всё вокруг.

Мара хмыкнула и села в окне, скрестив ноги.

За долгой беседой наступила полночь, и мы, переодевшись, отправились к Старейшинам. Теперь из саадского на мне остались лишь удобные сапожки на мягкой подошве. Дорогие платья сменились тогой из грубой ткани. В ней я мёрзла, но старалась не подавать виду и мысленно взывала к внутреннему огню.

Наши шаги звучали гулко по извилистым коридорам пещеры. Мы шли, лишь иногда встречая других гарпий по пути, но чем ближе приближались к огромному залу Старейшин, тем громче звучало скопление голосов, напоминающих гомон на птичьем дворе.