Текст книги "Ведьма для императора (СИ)"
Автор книги: Дарья Ву
сообщить о нарушении
Текущая страница: 15 (всего у книги 24 страниц)
Глава 65
– Вы хоть раз видели своего жениха? – спросила я, удерживая рукав в попытке спрятать печать, о которой скоро все узнают.
– Матушка говорит, это не важно, – не отрываясь от вышивки, вздохнула Дзюн. – Его Высочество я видела издалека. Он показал себя как сильный мужчина, которому можно довериться. Матушка же отца впервые увидела лишь в день их свадьбы. Мне повезло, мы успеем познакомиться до свадьбы. Ведь сложно так и не пообщаться с тем, с кем живёшь под одной крышей?
Её лицо озарила такая честная улыбка, что я не поняла, надо ли отвечать на заданный вопрос. Лишь улыбнулась в ответ. Криво, должно быть, ведь сложно радоваться за девушку, которой предстояло жестоко ошибиться в своих представлениях о муже.
– Какая глупость, – вновь встряла Райя. – Конечно, важно. Что, если муж запретит учиться и работать? Или притащит в дом с десяток вей и станет всё свободное время проводить в постели с ними, позабыв о жене?
«И господин так хотел?» – чуть не спросила я, про учёбу с работой, разумеется.
Мы почти весь день просидели в выделенных Дзюн комнатах. К вечеру оказалось, что из всех сопровождающих её дев, во дворце с госпожой оставаться собирались лишь три. Одна из них – Райя. Остальные пожелали Дзюн благополучия в новом доме и уехали. Я видела, это заставило Дзюн понервничать. Она держалась поближе к низенькой и полноватой деве, оставшейся с ней, словно та оказалась единственной, с кем она познакомилась до отъезда из отчего дома.
Похоже, из оставшихся дев, включая меня, уверенно, как, находясь на положенном месте себя, ощущала лишь Райя. Дзюн, пошептавшись с полненькой знакомой, поправила пышную причёску и взглянула на высокую, кудрявую красавицу.
– Могу я обратиться к вам как к старшей? – с доброжелательной улыбкой начала она. – Вы знакомы с императорской семьёй и уже бывали здесь раньше, а мне бы понадобился ваш совет.
– Не её? – вздохнула Райя в мою сторону, под смешок своей спутницы. – Конечно, Дзюн, я о вас позабочусь, как того просила ваша матушка. Запоминайте: если кого-то под свою опеку взял мужчина, приближённый к императору, это ещё не значит, что она достойна вашей дружбы.
Не справившись, я выпустила огонь. Короткий всполох окутал мои руки до локтей. Борясь со злостью, я с трудом старалась затушить красные всполохи.
Дзюн встрепенулась. Райя лишь хмыкнула, не придав вспышке значения.
– Вот видите. Она даже не способна себя сдержать. Сразу видно простолюдинку.
– Прошу простить, – сквозь сжатые зубы процедила я. – Людям сон необходим чаще, чем тенери. Должно быть, я устала.
Склонив голову и присев, я не сразу обратила внимания на перемену вокруг. И лишь когда выпрямилась, заметила, что девы, включая Хасели, смотрели на моё запястье. Рукав обгорел, продемонстрировав помолвочную печать и им.
Райя среагировала первой. Издав не то рык, не то крик, она развернулась и стрелой покинула комнату. Девушка, которая весь день провела возле неё, извинившись, помчалась следом. Дева, которая сопровождала Дзюн, лишь тихонько охнула, упомянув богов. Обсидиановые глаза Дзюн загорелись детским восторгом.
– Это же символ правящей семьи! – повернулась она к своей личной деве. – Это он, верно?
– Да, моя госпожа, – тихонько просипела она.
– Так вы не фаворитка Сагамии, – развернулась Дзюн ко мне.
– Вообще-то, – всё ещё тихо продолжила дева, указывая пухлым пальчиком в сторону моего запястья. – Символ семьи Сагамия там тоже присутствует.
– Ну, да, – нехотя призналась я и ощутила, как жар расползается по щекам и шее. – Только давайте мы обсудим это завтра. Мне и правда надо бы прилечь.
Я вылетела из комнаты ни на миг не менее стремительно, чем Райя. Вот только сбежала не к себе, а в сад. В беседку, потому что других мест во дворце не знала.
Уселась в уголке так, чтобы снаружи остаться незаметной. Подобрала ноги и обняла руками, а лицо спрятала в коленях. Не хотелось ни двигаться, ни существовать вовсе. Ну разве плохо мне жилось в нашей деревне? С утра до ночи занятая ходила. И никогда не приходилось думать о том, что будет завтра? Мне всегда говорили, что и как делать. Да, ругали, бранили. Да, отгородились от меня, как от прокажённой, но как же там было тихо и спокойно.
Слёзы текли по моим щекам, а с ними уходили как горечь, так и оставшиеся силы. Когда мне на плечи лёг плед, я находилась на грани сна и яви, и не понимала, кто подхватил меня на руки и куда понёс.
Глава 66
Проснулась я в просторных и светлых покоях. Над широкой, мягкой постелью стелился полупрозрачный балдахин. Потянувшись, я почти позабыла о том, что произошло за вчера. В комнате пахло благовониями, терпкими, но приятными. Лёгкий ветерок скользил по тканям, внося свежий воздух. Я ощущала себя невероятно выспавшейся и бодрой. Давно такого не бывало. С довольной улыбкой я перекатилась с боку на бок и замерла.
С улыбкой за мной наблюдал император, который, как оказалось, тоже лежал со мной в этой уютной постели.
– Доброе утро, ведьма.
Шурша тканью, я натянула одеяло до подбородка.
– Что заставило тебя заснуть в беседке? Ждала меня?
Невнятно промычав в ответ, я подтянула одеяло повыше.
– Ты вольна приходить ко мне и сюда. Ни к чему делать вид, что наши встречи случайны. Сегодня я объявлю о нашей помолвке. Так что не беспокойся о своём статусе в моём доме.
– И не думала, – шепнула в ответ я и закусила губу.
– Я опробовал твою силу. Её так много, что удивительно. Ты знала, что, обычно, вее нужно дня два на восстановление после? Ты же на ногах всего спустя ночь, – Муроми задумчиво глядел на меня. – Вместе мы смогли бы обладать такой силой, о которой другие и мечтать не смеют. Ты помогла бы мне укрепить власть.
– Кто может сомневаться в вашей власти? – с сомнением спросила я. Не думаю, что я подхожу вам. Понимаете?
– Мы слишком разные, в этом вся прелесть, – голос императора звучал убедительно, а синие глаза сверкали решимостью. – Именно поэтому наши энергии прекрасно дополнят друг друга.
Он коснулся моего лба. С нежностью и деликатностью сместил волосы с моих глаз. Придвинулся, нависая надо мной, и коснулся моего лба своим.
– Летта, – моё имя, прозвучавшее из его уст, наполнилось удивительной нежностью, – Ты– уникальная и могущественная ведьма. Драгоценный камень, которому не хватает всего-то огранки. Вместе мы достигнем небывалых высот.
Казалось, Муроми говорил лишь о власти, но в его словах проскальзывало нечто большее. Я смотрела в его удивительные по своей яркости узковатые синие глаза, и мне чудилось в них что-то глубокое и тёплое. Мне захотелось придвинуться ближе. Сбросить одеяло, чтобы высвободить руки и обнять мужчину.
Да, он меня не любил. Я это понимала. Да, говорил обо мне, как любой тенери, как о способе подпитки. Однако я чувствовала, что о таком источнике император готов заботиться со всей щедростью и нежностью, на которую он только способен. И ещё мне показалось, что он просто не встречал любви. Не знал этого чувства. Уж не знаю, какой смелостью я наполнилась рядом с ним, но так об этом и спросила. В лоб.
Глаза Муроми на миг расширились. На лице его отразилась растерянность, которая, правда, вскоре сменилась привычным спокойствием.
– Мои родители женились по любви, но их любовь жила недолго. Я слышал, как часто они ругались, пусть перед подданными всегда вели себя подобно возлюбленным. Матушка обвиняла отца во многом, но никогда в связях с другими женщинами. Только этот разговор вряд ли понравится тебе.
– Мне интересно, очень, – подбодрила я, обращаясь вслух.
Улыбнувшись Муроми продолжил. Он рассказал, что, пусть его отец всегда был верен его матушке, пусть привёз её из дальних земель и по любви сделал своей женой, их чувства угасли слишком быстро. Его мать находила отраду в заботе о своих сыновьях и Коэне, которого они приняли в дом на воспитание ещё до их рождения. Муроми отзывался о своих родителях с теплотой. Вспоминал, как любил проводить время с ними, как Рёмине в детстве закатил истерику, когда назвал Коэна братом, а его за это отругали и разъяснили, что Коэн жил с ними лишь для того, чтобы Сагамия оставались верны императорской семье. Лишь раз в рассказе Муроми проскользнула горечь. Тогда он подходил к самому концу своего повествования.
– Когда мы думали, что любовь между матушкой и отцом возродилась, когда матушка огорошила нас о том, что вскоре у нас появится ещё один брат или сестра, они уехали в северные земли. Там зимы суровые, а города и сёла вырастают в тени высоких гор, и дороги, порой, пролегают на невероятной высоте между снежными пиками. С такого моста и сорвался их экипаж. Отца и матушку отыскали лишь спустя две недели после схода лавины и разрушения моста. Матушка была обычным человеком, без капли магии. Отец собрал все тени, которыми только был способен управлять, но спасти не сумел ни себя, ни её.
Я не знала, что сказать в ответ. Муроми потерял родителей, едва войдя в брачный возраст. Хлюпнув, я попыталась не расплакаться. Тонкий, изящный палец смахнул слезу с моей щеки.
– Не стоит печалиться, ведьма.
Отчаянно закивав, я лишь повеселила мужчину. Он придвинулся ко мне. Обнял и потянулся к моим губам, когда послышался стук. Сев так, словно кого-то ожидал, император повелел:
– Войдите.
– Ваше Величество, – на пороге показался слуга с низко склонённой головой. – Пришла весть от гарпий. К вечеру посол прибудет в столицу.
Глава 67
Муроми
К вечеру – слишком рано. Я ожидал гарпий дня через два. Не пользовались же послы амулетами?
Конечно! Крылатые твари сократили свой путь полётом. Зачем обходить горные цепи и искать мосты через реки, если можно перелететь в любом желанном месте.
Кивнув слуге, я велел слуге подготовить дворец к встрече важных гостей. Ведьма смущённо потрескивала прорывающимся огнём на моей постели.
– Не спали, но можешь остаться отдохнуть, если желаешь.
Я оставил девушку одну, а сам занялся делами. Хотелось расправиться с обыденным скорее, чтобы успеть передохнуть перед встречей с гарпиями.
К их приезду послов в тронном зале собрались многие из тех, кого я надеялся увидеть подле себя, и те, кого слишком поздно было куда-то уводить. Так, я видел, как в дальнем уголке собралась маленькая стайка дев во главе с юной Хасели. Должно быть, она надеялась встретить Рёмине, не зная, что он уехал ещё ночью. Коэн о чём-то тихо беседовал с ведьмой. Она слушала внимательно, пугливо озираясь по сторонам. Во дворце в этот день присутствовал и Мэйру, которого прислал Рёмине. Изначально его верный пёс не планировал оставаться, но услышав про гарпий, решил задержаться. Не понимаю, что интересного в крылатых тварях? Или он надеялся, что я буду отстаивать права Саада на Серые скалы?
Солнце успело закатиться, когда объявили о прибытии гарпий. Лишь магические фонари освещали тронный зал, отбрасывая достаточно длинные тени по полу, чтобы любой наш житель сумел подтянуть их в случае необходимости. Я даже подивился, что гарпии не пожелали прийти в олее светлое время суток, посчитав, что мы могли оказаться слабее при более ярком свете.
Три женщины ступили на каменный пол, не скрывая особенностей своей внешности. Они не нуждались в обуви, цокая по полу широкими птичьими ногами. Тела же прятали под серыми, похожими на холщовые, тогами. Их длинные крылья оканчивались вполне себе человеческими пальцами, а хищные глаза обшаривали зал. Я ждал, когда главная из них защёлкает клювом.
Её несложно было выделить из свиты. В отличие от рукокрылых сестёр, она меньше их походила на уродливую голую птицу, а на её шее и поясе висели бусы из косточек, окрашенных во все цвета моря. Главная имела руки. Обычные, человеческие руки, отдельные от широченных крыльев, выросших из лопаток. Увы, её личико не многим отличалось от рукокрылых гарпий. Тяжёлый клюв привлекал к себе внимания куда больше, чем слегка выпуклые глаза.
– Мы пришли с дарами от Великой Матери, – заговорила она с магической помощью, не раскрывая клюва, а её помощницы вынесли вперёд деревянный сундук. – И в надежде на мирное соглашение.
Обменявшись приветствиями и приняв дары, я выразил своё желание об успешном договоре между нами. После долгих переговоров мы сошлись на том мирном способе, который подходил обеим сторонам. Серые Скалы переходили к гарпиям, тогда как водная гладь вплоть до первых каменных возвышений оставалась Саадской территорией.
Всё шло хорошо и на удивление просто. Я подписал договор следом за главной из пришедших гарпий и готовился запечатать, когда раздался взрыв, потрясший стены дворца.
Собрав тени, я выпустил в защиту двух тёмных птиц на защиту ведьмы и юной Хасели, а также соткал купол над разрастающимся светом от места взрыва. Я не видел, чтобы кто-то выкинул что-то, что могло бы создать столь сильную волну. Не слышал, чтобы кто-то произносил заклинаний. Да и как могли допустить нечто подобное мои охранники? Как мог бы не заметить чужой, враждебный след Сагамия, который тоже был тут?
Купол треснул. Меня сдвинуло волной. В ушах гудело. От рогов к голове перетекала трещащая боль. Я с трудом устоял на ногах, лишь едва успев перенаправить энергию в стопы, утяжелив их и почти приклеив к полу. И всё же мне понадобилось продолжительное время, чтобы прийти в себя и оглядеться. К тому моменту ко мне подскочил один из стражей.
– Кто? – зарычал на него.
– Выясняем, – склонился страж, с трудом скрывая страх. – Владыка…
– Что? – я выпрямился, хотя хотелось согнуться, прижимая ладони к вискам.
– Гарпии. Все они мертвы.
Глава 68
Коэн
А ведь ещё в прошлом месяце ожидалось, что в этот день Рёмине и Дзюн принесут друг другу клятвы, а их помолвка станет официальной. Право же, хочешь рассмешить богов, поделись с ними планами. Вместо этого Дзюн привезли с опозданием. Помолвка отложилась, Рёмине благополучно сбежал под благовидным предлогом в виде рабочих дел, надо, понимаете ли, именно сегодня разобраться в споре на земли двух горожан, чьи просьбы просматривались вполглаза вот уже около полугода. Зато гарпии подоспели к столице и, по моим данным, с утра отдыхают на местном постоялом дворе, пугая детей и женщин своим видом.
Пообщавшись с начальником стражи и убедившись, что всё уже готово к встрече гостей, что им передали пожелание императора явиться на закате, я надеялся немного отдохнуть.
– Боги, чем же я так провинился перед вами?
Ведьма, блуждающая по коридорам дворца, но находящаяся в лабиринтах собственных дум, мигом нахохлилась в ответ на моё замечание. Желание огрызнуться так и сквозило на её миловидном личике. Не в силах, да и не имея желания сдерживаться, я рассмеялся. И притянул её к себе, согревая в объятиях. Летта притихла, выжидательно замерев и напрягшись. Воздух вокруг неё угрожающе заискрился, но помимо меня этого никто бы не заметил. Так что и я сделал вид, что не заметил. Держал малышку в своих объятиях, поглаживал короткие для девушки волосы, отмечал, как она неторопливо успокаивалась и всё сильнее прижималась ко мне.
– Как тебе юная Хасели?
– Понятия не имею, – пробубнила девушка недовольно. – У меня к тебе вопрос.
– Задавай.
– Почему у тебя не сложилось с Райей?
Да, признаться честно, я не ожидал. Воздух вокруг Летты теперь неприятно пощипывал мои руки. Мне уже доложили, что Райя осталась в маленькой свите девы Хасели. И хоть бы кто рассказал, о чём общались девушки, оставшись в комнатах. Увы, прислуга не нашла ничего интересного в их разговорах. Лишь сообщили, что Хасели вознамерилась подобраться к власти через принца. Разве можно относиться к подобным словам полностью серьёзно?
– Летта, – начал я, ощущая, как она всё больше напрягалась, готовая отстраниться в любой момент. – Райя, на самом деле, очень хорошая девушка. Просто мы не подходим друг другу. Так бывает, когда кажется, что всё хорошо, а стоит съехаться под одну крышу, и оказывается, что оба ошибались.
– И кто в ком ошибся? – не унималась Летта, подняв на меня любопытное личико.
– Оба, – наклонился я к ней и коснулся губами прохладного лба. – Она не плохая, но росла в очень строгой семье. Прошу, не ругайся с Райей.
– Ничего не обещаю, – хмыкнула девушка, привстав на носочки и хватаясь за мои плечи.
Как же хотелось никуда не ходить, думал я, чертя линии губами по её лицу. Слушал, как ускорялось её сердце, как бунтовал ведьмин огонь, как дыхание становилось поверхностным. С нежеланием отстранившись, я оглядел растерянную Летту.
– Ты когда-нибудь видела гарпий?
И, глядя на загорающиеся восторгом и недоверием глаза, предложил пройти со мной в тронный зал.
Летта жалась ко мне и спрашивала обо всех присутствующих. Особенно её заинтересовал Мэйру. Глядя на него, она так хмурилась, что захотелось расспросить, уж не успели ли они встретиться во время пряток в лесу? Весь её вид говорил, что вопрос глупый, что встретились и не самым приятным образом.
Всё шло своим чередом. Обычные просители сменяли друг друга, пока им не сообщили, что на сегодня время прошений окончено. Тогда появились три гарпии. Восторженный вздох Летты чуть не рассмешил меня вновь. Пока девы, окружившие Дзюн, включая время от времени смотрящую в мою сторону Райю, не скрывая отвращения, отворачивались от пришлецов, Хасели с интересом рассматривала послов. Летта чуть не прыгала на месте, чтобы лучше их увидеть, не выказывая ни толики неприятия.
Я знал, чем всё закончится. Конфликт давно исчерпал себя и всем надоел. Нам ни к чему безжизненные Серые Скалы, но воды, подходившие к ним, полнились рыбой и угрями, излюбленными угощениями местных жителей. Из-за вод и шли споры, но если оставить скалы гарпиям, если оставить им воды, переполненные острыми каменистыми выступами, в которые они с такой ловкостью ныряли, их народу окажется достаточно. Так и поступили.
Всё шло хорошо. Я видел, как Муроми подписывал соглашение, когда в воздухе, словно из-под пола, волнами грянула чужая, смешанная энергия.
Швырнув Летту к стене, я заметил, что перед ней уже раскрыла крылья теневая птица, вставшая защитным щитом. Не беспокоясь о девушке, я помчался к Райе. Наши девушки мало чем уступали по силе гарпиям, но в Сааде не принято обучать боевой магии женщин. Я знал, что она не защитится. Не успеет вытащить щит, которому я обучил её в своё время.
Запаниковав, Райя споткнулась и закричала. Купол, выставленный императором и усиленный его охранниками треснул под четвёртой волной обжигающей энергии. В тот самый момент, когда я успел подхватить Райю и закрыть нас обоих.
– Спасибо, – шепнула она, даже сейчас стремясь отстраниться от меня.
– Не за что, – отозвался сухо, подождав, пока чужая энергия успокоится.
Она не давала мне покоя. Слишком яркая, слишком смешанная. Будто ни один, и ни два, а куда больше тенери поучаствовали в накоплении для взрыва.
– Что это? Кто смог проникнуть во дворец, пока ты здесь? Как ты сумел не отследить?
– Райя, не лезь.
– Не лезь, – передразнила она, поправляя причёску, словно совсем недавно не находилась на краю от гибели. – Скажи, почему ты хочешь жениться на девчонке?
– Влюбился? – хотел пошутить, но голос подвёл.
Лицо Райи стало непроницаемым. Она шумно вдохнула, отчего её ноздри раздулись.
– Тогда желаю счастья, господин Сагамия, в будущем браке.
– Благодарю, – склонил я голову в вежливом поклоне.
Отступив от Райи я оглянулся, проверить обстановку. Кто-то из пришедших пострадал. Кто-то нет. Я заметил и погибшим, среди которых растерзанными птицами лежали гарпии.
– Не слишком красивые слова для мужчины вашего положения, – заметила Райя на ругательство из меня вырвавшееся.
– Поверь, существуют слова куда неприятнее.
Глава 69
Летта
Голова гудела от звуков. Болело левое плечо из-за удара о стену. Вновь заныла нога, повреждённая ещё во время игры в прятки. Я озиралась по сторонам, с ужасом понимая, что произошло нечто из ряда вон.
До того, как успела многое увидеть, ко мне подскочил стражник и выволок наружу. Там уже сидела на каменной лавочке Дзюн и обмахивалась веером. Причёска её поистрепалась. У её компаньонки оказались поцарапаны лицо и кисти рук. Райя фыркала, стоя в стороне, явно недовольная тем, что её выставили вместе с нами.
– И так всегда, – недовольно постукивала каблучком Райя, – стоит произойти чему-то серьёзному, как нам даже послушать не дают! А у других народов, между прочим, женщинам позволено куда больше.
– И чем это для них оборачивается! – лицо Дзюн то зеленело, то бледнело. – Ты видела, во что превратились гарпии? О, а если у них дома остались дети?
– О них позаботятся отцы, – фыркнула Райя. – Уверена, у гарпий даже вынашивают отцы.
– Или они откладывают яйца? – засомневалась одна из дев.
– Какая разница, как они размножаются! – вскрикнула Дзюн, дрожа всем телом и переходя на шёпот. – Сегодня там, в центре зала, не они должны были стоять. Я слышала, их ожидали позже.
– А кого ожидали раньше? – поинтересовалась я.
Дзюн подняла на меня наполненные слезами глаза, но из её рта вырвался лишь всхлип.
– Её, – Райя указала на разрыдавшуюся госпожу Хасели. – Если б Дзюн не заболела, то сегодня провели церемонию помолвки. Ну, и куда ты побежала? Думаешь, пустят обратно, докладывать Коэну? По-твоему, он не знает, кого хотели убить сегодня?
Остановившись на полпути, я покачнулась, но равновесие удержала. Райя мне не нравилась, но рассуждала она здраво. Конечно же, Коэн знал, что целью были не гарпии, а принц и его невеста. Любимый младший брат императора, которого изначально и подозревали в измене, и его невеста, из семьи тоже подозреваемой.
И если убить собирались их, то кто же за всем стоит?
Дзюн обхватила себя руками за плечи. Когти царапали и рвали украшенное платье. Её компаньонка теперь сама обмахивала лицо своей госпожи, слишком сильно мотая веером перед зарёванным лицом. Райя ходила взад-вперёд, не желая просто оставаться в стороне. Я, не зная, что делать, плюхнулась на скамейку возле Дзюн.
– Может, поиграем, пока ждём? – предложила компаньонка Дзюн и икнула под презрительное цоканье Райи. – Ну, или, мы могли бы познакомиться лучше? Да, хорошо? Я начну. Меня зовут Мия. Я раньше никогда не покидала дома, лишь ездила в гости к Дзюн. Люблю вышивать гладью, а ещё мне очень плохо даётся счёт.
– Меня зовут Катэра-Соу Райя. Я единственная наследница двух семей. В отличие от неё, – очередной презрительный кивок в сторону Мии, – мне хорошо даётся и счёт, и чужие языки, и каллиграфия, и магия. В двадцать три года я открыла собственную швейную мастерскую, не глядя на запрет отца когда-либо работать, и сумела скрывать её от родителей восемь лет. Я пять лет обучалась в храме Ёми на местную служительницу, а по ночам сбегала к слепому монаху, живущему неподалёку и, притворяясь мальчишкой, училась у него боевым искусствам. У него были и другие ученики. Как говаривал про них сам монах, почти все менее способные, нежели я. Лишь одного он очень хвалил. Этот один спалил наши занятия, но не раскрыл старику, что перед ним не мальчишка, а девушка, что помогло мне и дальше заниматься. И даже сам научил паре трюков. А чем ты заслужила столько внимания?
– Я… – я сглотнула и сжала пальцы в кулаки. – Я ведьма. Мне достаточно и этого.
– Ну а я ничего не умею, и ничего не достигла, – полуплача, полусмеясь, вставила Дзюн, вытирая слёзы расписным платочком. – Я Хасели Дзюн. Шестой ребёнок, третья дочь. Мне ничего не положено, практически никакого наследства, помимо украшений и одного-единственного сундука монет. Всё это уже перевезли во дворец. Всё прекрасно разместилось в одной-единственной комнате. Я никто, а внимания мне с некоторых пор уделяют больше некуда. Ну и что? – хмыкнула она посмеиваясь. – Что с того, что я всю жизнь была позором семьи, а нынче стану женой принца? Думаете, мне повезло? нет. Матушка ненавидела прошлого императора. Ой, Мия, замолчи. Все это знают. И матушка решила отыграться за то, что её помолвка не удалась. Только поэтому принцу подсунули меня, а не более способную и привлекательную сестру.
– Хватит, – прервала почти истерический поток Райя. – Нечего разбалтывать свою подноготную всем подряд.
– Но она не все подряд, – шмыгнула носом Дзюн. – Она невеста императора… И господина Сагамии тоже.
– Невеста ещё не жена. Я тоже была невестой Сагамии, и что?
– А что? – понадеялась я на откровенность. – Что между вами случилось?
Но ответа не получила. К нам вновь подошли стражи и разрешили вернуться во дворец.
