Текст книги "Ведьма для императора (СИ)"
Автор книги: Дарья Ву
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 24 страниц)
Глава 55
Господин учил, что грубить особам императорской семьи нельзя, только потому сдерживалась. Огонь же внутри меня закипал, готовый в любой момент опалить засранца. Засранец же моего настроения явно не замечал, потому что продолжал, как ни в чём не бывало, выставлять себя взбалмошным, избалованным наследничком, ничуть не благородным.
– Летта, это Рис, она будет следовать за тобой. И поможет не заблудиться, – указал на пухленькую служанку император. – Дела не ждут.
Он поднялся, отставив недопитый чай и нетронутое печенье. Я с раздражением поняла, что меня оставляют совсем не одну, а с перемахнувшим через невысокие перила двойником, он же младший брат императора – Рёмине. Широко улыбаясь, он рассматривал меня с ног до головы и обратно.
– Братец опять позабыл, что людям необходим отдых, – удивил меня Рёмине здравой мыслью. – Давай, Рис, покажи новой вее, где её комнаты, а я пока отдохну.
И с этими словами он скрестил руки за головой, прикрывая глаза, но всё также улыбаясь. Я сглотнула, на всякий случай поблагодарила и пошла за Рис, попутно её обо всём расспрашивая.
Она отвела меня в кухню, пропахшую специями и заполненную горячими парами. После еды сопроводила меня в купель, а следом помогла добраться до небольшой, но уютной комнаты с балконом, выходящим во внутренний сад. В комнате имелась смежная дверь, Рис пояснила, что она ведёт в комнату утех, и тут же меня в названное помещение провела.
– Император часто занят, но в его свободные минуты, вам положено ожидать его здесь.
И она указала на роскошную кровать, на которой поместилось бы как минимум пять меня.
– А что мне делать в остальное время? – раскрасневшись, я приложила прохладные ладошки к щекам.
– Отдыхайте, набирайтесь сил. Можете гулять в саду, вышивать, музицировать или рисовать. Назовите ваше хобби, и мы принесём всё необходимое в вашу комнату.
– Ага, – протянула я, не особо слушая.
Меня заинтересовал вид с балкона. Оттуда наблюдалась уже знакомая беседка, а покидал её не менее знакомый императорский брат.
– И сейчас император занят, верно? – произнесла я, решая последовать за Рёмине и узнать получше того, кого Того подозревал в ненависти к родному царствующему брату. – Я хочу погулять.
– Пойдёмте, – согласилась Рис.
Я сконфуженно воззрилась на неё. Если Рис пойдёт за мной, проследить за Рёмине окажется сложным, но отделаться от служанки вряд ли выйдет. Была не была!
Переодевшись, я как можно быстрее покинула комнату и попросила Рис поскорее вывести меня обратно в сад. Как раз кстати, чтобы заметить, как Рёмине вразвалочку его покинул и отправился в западную часть дворца.
– А что там? – как бы невзначай спросила я, поправляя ворот. – Мне же можно гулять везде-везде?
И я шустро, но так, чтобы соблюдать дистанцию, направилась следом. Мне казалось, ожидается что-то интересное. Неспроста же принц дождался, пока останется один, прежде чем куда-то пойти?
Он вилял по коридорам и открытым террасам замка, а я шла следом, но на почтительном расстоянии. Вроде как и его из виду почти не теряла, и нельзя с точностью сказать, что преследовала. Я шла и шла, пока в один момент Рёмине, наконец, не скрылся в одной из явно рабочих комнат. У входа стопками свалили грязное бельё. Должно быть, внутри комната для стирки. Рис ничего не говорила, молча следуя за мной, но в момент, когда я захотела заглянуть внутрь, напомнила, что я вея императора, а не принца.
– Да знаю я, – отмахнулась от служанки и просунула голову в открытый проём.
Не знаю, что я ожидала увидеть в подобном помещении, но о таком почему-то не думала.
Придерживая служанку за бёдра, Рёмине, с приспущенными штанами, явно наслаждался своим положением. Служанка, застигнутая им врасплох, сидела на стопках белья. Её одежда съехала и развязалась, распахнув обнажённое под верхним одеянием тонкое тело. Её грудь с тёмными ареолами подпрыгивала каждый раз, когда Рёмине толкался вперёд. Она охала и ахала, он молчал. До моих разгорячённых ушей доносились лишь шлепки о голое тело и характерные похлюпывания. Рис тактично молчала о моём времяпрепровождении. Рёмине то ускорялся, то замедлялся. Служанка извивалась, поглаживала его плечи и шею, покусывала. Его руки всё сильнее впивались в нежную кожу её разведённых ног. Сквозь хлопки и женские постанывания до меня донеслось его сбивчивое дыхание. Захотелось плотнее свести ноги, ощутив непонятное напряжение. Я закусила нижнюю губу, всматриваясь в его напрягшиеся руки, в проступившие тёмные вены на белоснежной коже. Его рубашка съехала, обнажив могучие плечи, по которым стекала капелька пота. Он перешёл на рык. Служанка под ним застонала ещё откровенней, как вдруг принц остановился. Отстранился и стащил девушку на пол. Теперь она стояла перед ним на коленях, а в её тонких руках подрагивал крупный, твёрдый член. Рёмине смотрел на девушку, глаза в глаза. Она завиляла бёдрами и лизнула головку. Обвела язычком круг.
Не сможет, подумала я, не справится. С ужасом гадала, одинаковые ли близнецы и в этой части тела? И с трепетом наблюдала, как губы служанки покрывали мужской член, как она прогибалась, вбирая его в рот, пока Рёмине совсем неласково опускал руку на её затылок, побуждая ускориться. Я невольно залюбовалась венами на его руке. Скользнула по ним взглядом вплоть до оголённого плеча. Засмотрелась на вспотевшую шею, на сдвинувшийся с места кадык, на хищную улыбку, обнажившую клыки.
– Хочешь? – надрывно спросил он и протяжно выдохнул, прикрыв от полученного удовольствия глаза. – Я тебя спрашиваю, ведьма.
Глава 56
Меня, как молнией прошибло. Поняв, что незамеченной остаться не вышло, я попыталась сбежать. Отскочила от дверного проёма, развернулась и дала дёру. Да только далеко не ушла. Передо мной сгустилась плотная тень. Я отшатнулась и попала прямиком в сильные мужские руки.
– С чего бы начать? – наклонился ко мне Рёмине.
Его правая рука слегка сжалась на моей шее, заставляя запрокинуть голову и взглянуть в его лицо. Он облизнулся. Я задрожала. Как выбираться, если выбора не оставляют? Что делать, если принцу перечить нельзя?
– С уроков вежливости? – чуть не пища предложила я и вжала голову в плечи.
Бровь Рёмине дёрнулась. Улыбка съехала с губ. С лёгким ругательством меня выпустили на свободу. И я, недолго думая, рванула по коридору как можно дальше от принца.
Сердце бухало так, что за ним ничего не было слышно. Глаза застилали слёзы, а руки и ноги всё ещё подрагивали. Пробежав неизвестно сколько, убежав непонятно куда, я грохнулась на четвереньки и рвано задышала. Из-под пальцев вырвались струйки дыма, но ладони не обожгло. Благо полы и стены дворца сделаны из камня, иначе бы я их подпалила.
– Вот вы где, – спустя какое-то время меня отыскала Рис. – Зачем же вы убежали?
– А что мне делать было? – взвизгнула я и уставилась на её спокойное личико.
– Отказали и хватит. Не с деревенским мужиком общались, а с Его Высочеством принцем.
– И в чём разница? – буркнула, отряхивая полы одежд.
Рис раскрыла рот и закрыла. Всё её лицо покрылось пунцовыми пятнами, словно служанка услышала нечто невообразимое и вопиющие. Не дожидаясь ответа, я попросила проводить меня в выделенную мне комнату. По пути, держась от меня на некотором расстоянии, Рис тихо-тихо проговорила, что Его Высочество никогда бы не принудил не желающую того девушку к соитию. Я лишь хмыкнула на это. Верилось с трудом.
Очутившись в своей комнате, я вдруг осознала, как сильно устала. Колени подгибались, зевки сами просились наружу, а на плечи словно камней положили. Забравшись на, куда более мягкую, постель, нежели у меня была в доме господина, я провалилась в сон, и с радостью осталась бы в нём подольше. Мне снился танцующий огонь, который отбрасывал две тени. Обе они тянулись к огню, но от близости не исчезали, а лишь сильнее темнели. Будто наливались силой. Огонь между ними плясал всё безудержней, всё горячее.
Не удалось.
Меня окатило холодом. Распахнув глаза, я увидела лишь тьму. От испуга я закричала, но звука не последовало. Тьма зашевелилась, а я всё дрыгалась и орала, как угорь на сковороде, пока она совсем не рассеялась. Лишь тогда я успокоилась, постепенно придя в себя. Себя я обнаружила на постели с подгоревшим пологом и до хруста чёрным одеялом.
– Ты горела, – ровно пояснил император, стоявший у изножья. – Не знал, как ещё потушить.
Тьма сгрудилась маленькой, но очень хвостатой птичкой, на его костяшках. Клюнула императора в палец, расправила крылышки и растворилась. Я впервые видела теневое существо, и сама не заметила, как уселась, в надежде разглядеть поближе.
– Нравится? – император сел на подпалённое мной одеяло и создал новую. – Сколько кроватей ты спалила в доме Сагамии?
Я нехотя перевела взгляд с птицы на её создателя. Императору пришлось повторить вопрос, чтобы я поняла смысл и смущённо ответила, что не одной. Тогда он позволил поиграться с теневой птичкой. Кроха скакала по его ладони, но император подбросил пташху, и она перелетела на мои руки. Я снова чуть не задрожала, теперь от охватившего меня восторга. Птичка смешно крутила головой и взмахивала маленькими чёрными крылышками, оставляя за собой быстро тающие вихры теней. Птичка прыгала с места на место. Вот она на моём пальце, вот на ладони, на плече и вдруг на запястье. Упёрла свои тоненькие ножки прямо в огненную печать. Нахохлилась. Безмолвно раскрыла клювик и стала больше, темнее, тяжелее. Печать в ответ заискрилась, разгораясь всё ярче. Я испугалась, что огонь печати сожжёт птичку. Встряхнула рукой, но птичка сидела крепко.
Краем уха я слышала, как хмыкнул император, наблюдая за разгорающейся печатью, за нахохлившейся птичкой, за моими попытками задуть неощутимый, но уже хорошо видимый огонь.
– Интересно, – протянул Муроми, склонив голову.
Птичка чирикнула и с тихим: “Пум”, испарилась. Печать затихла. Я печально вздохнула, жалея несчастное создание, но заметила ещё одно. Оно словно отделилось от моей руки и юркнуло под одеяло. Я вскрикнула и подскочила. Существо, походившее на саламандру, появилось вновь. Оно шустро перебирало огненными лапками и нацелилось на императора.
– Осторожно! – предупредила я
А император без всякого страха протянул руку ладонью вверх к быстрой ящерице. Та остановилась с зависшей в воздухе задней лапкой. Лизнула протянутую ладонь и шмыгнула в неё.
– Вы в порядке? – я подскочила к императору и схватила его за руку.
Печать на руке повторно загорелась, теперь принеся жгучую боль, и сразу же стихла. Я сжалась, из глаз проступили слёзы. Шипя и тряся ужаленной рукой, я подняла голову и увидела, как император с интересом разглядывал собственную руку.
На его белоснежном запястье красовалась такая же вязь, как у господина.
– Интересно, – протянул он, а цепочки в его волосах тихонько звякнули.
Глава 57
Муроми
О таком я уже слышал. Мой дед собирался жениться на одной девице и сочетаться с ней вот таким традиционным, магическим образом, а стихийный дух выбрал ему в пару и первую избранницу, и её сестру. Если подумать, то я слышал и другие такие истории, когда вместо пары получалось трио. Вот только… Только в основном мужчина был один, а девушек две. И в тех редких случаях, когда случалось обратное, мужчины всегда являлись братьями. Я нахмурился. Должно быть, у нас с Сагамией найдётся по капле родственной крови. Всё же наши семьи почти всегда шли к власти рука об руку, но слишком уж мы дальними родственниками выйдем для подобного сочетания.
Пока я размышлял, разглядывая помолвочную печать, отчитавшую мне чуть больше четырёх месяцев до крайнего срока соития, ведьма зажмурилась и ухватилась за свои волосы, что-то шепча.
– Не может быть, не может… – прислушался я и быстро потерял интерес к повторяющимся речам.
Ещё не успел отчитать Сагамию за тайную помолвку, а уже вынужден вызывать его к себе по несколько иной причине. Вздохнув, я создал новую птицу и отправил её к Коэну.
Ведьма затихла, теперь согнув ноги в коленях и, обняв их, спрятав лицо. Коснулся её макушки. Девушка встрепенулась. По её щекам текли слёзы. Носик раскраснелся, а губы дрожали
– Я не хотела, правда. Это не я.
– На такую магию способны лишь стихийные духи. Человеку не под силу создать такую печать. Лишь слабое подобие.
– Подобие? – хлюпнула она, вытирая слёзы.
Кивнув, я встал, оставляя её одну. Надо разузнать побольше о стихийных печатях. Конечно, я изучал их в бытность учеником, но то, что не используется, часто забывается.
С утра приходили просители из простолюдинов, после встречи с главами ведущих семей, среди которых присутствовала госпожа Хасели. Она добродушно пообещала привезти свою девочку сразу, как мы подготовим для неё подходящие покои. Я заверил, что всё уже готово, а мы с Рёмине лично встретим юную Дзюн. Тогда старая карга притворно пожаловалась на тяжесть пути для юной особы. В конце концов, мы уговорились, что девушка приедет спустя четыре дня. И лишь тогда я получил возможность забраться в библиотеку и отыскать в неё записи о стихийных духах и помолвочных печатях.
Уж не знаю для чего, но даже в книге под названием: «Становление и снятие печатей простых и сложных» текст начинался с описания того, в каком году стихийный дух впервые отозвался на зов несчастной девицы, желающей замужества, и даровал ей печать помолвки. Затем целой сказкой, на добрых семь страниц, шло повествование судьбы несчастной, а уже после автор перешёл к описанию видов стихийных печатей, путям их наложения и способам избавления.
В других книгах и свитках я нашёл упоминания семей, созданных с помощью стихийных духов. Один автор пустился в долгие размышления о том, чьи печати крепче и помогают подыскать лучших партнёров, а чьи чаще случаются ошибочными. Однако никаких доказательств к своим размышлениям не приложил. Другой же провёл целое исследование подобных браков и выписал имена семей как знатных, так и нет, созданных таким путём.
– Слишком много пустых излияний, – заключил я, промаявшись остаток дня в библиотеке.
Единственное интересное, что удалось найти, так это то, что если печать выбрала не двоих, а троих, то и для её закрепления понадобятся все трое. Более того, она могла не подпустить меня к ведьме без присутствия Сагамии. Стоило это проверить.
Ведьма же, как мне доложили, весь день провела относительно спокойно. Ела по расписанию, а в перерывах занималась либо медитацией, либо магическими тренировками. Так она уже слёзно извинялась за подожжённый куст, и когда я отыскал её в саду, восторженно прыгала на месте, создав маленькое пламя на ладони. Она точно сильна?
Задумавшись, я наблюдал за её потугами увеличить огонёк, но не сильно. В любом случае: сильна или слаба, другой ведьмы у меня не имелось. Зато, помимо передачи Дзюн, вот-вот должна была прибыть и делегация от гарпий. Ведьма мне нужна. Мне нужна её энергия. Помоги же мне, Хиноко, завладеть ею.
– Ведьма, вижу, ты не теряешь времени зря. Каждая минута чему-то посвящена.
Пламя на мгновение вспыхнуло ярче и погасло. Ведьма развернулась ко мне лицом. Опустила блестящие глаза и покраснела. Смущена моим появлением, или воспоминанием о том, как следила за Рёмине?
– Уделишь и мне немного драгоценного времени?
– Конечно, – поклонилась она и сцепила руки в замок. – Что вы хотели, владыка?
Глава 58
Летта
Император просто прогуливался по саду. В лёгких шёлковых одеждах его фигура будто плыла, такими плавными казались движения. Цепочки почти не звенели, а распущенные волосы струились лёгкими волнами. Луна серебрила пряди императора. Я же шла следом, спрятав руки в рукавах и жалея, что не переоделась перед вечерними тренировками. Солнце давно село, позволив ночи взять бразды правления. Я зябла и надеялась скорее скрыться в своей комнате, натянув тёплые шерстяные носочки и завернувшись в мягкое одеяло. Хотя, если честно, это мало помогало.
Запутавшись в мыслях о том, как бы согреться, я не заметила, что мужчина остановился, и врезалась в него. Он же на удивление нежно обхватил меня, сокрыв в объятиях. Тепла, увы, мне это не дало, но сейчас мягкость прикосновения крепких и сильных рук не вызывала страха и желания высвободиться. Наоборот, незаметно для самой себя, я просунула свои руки под его и обняла в ответ. Прижалась лицом к тёплой груди. Прислушалась к мерному стуку сердца. Так странно, но так умиротворяюще. Мы стояли молча, никто не торопился прервать странное мгновение. Я прикрыла глаза, вдохнула поглубже и ощутила, что император пахнет терпкими благовониями.
Пока правая рука императора обнимала меня за спину, левая скользнула к моему подбородку. Приподняла для того, чтобы встретились наши губы. Я замерла, вздрогнула, охнула от удивления. Император остановился на тонкой грани. Его дыхание скользило по моему лицу, а приоткрытые губы находились так близко, но отчего-то не касались моих. И тогда я сама, переместив руки с его спины на грудь, ухватилась за шёлковые одежды, подтянулась повыше и коснулась губ императора в пугливом поцелуе. Он ответил мгновенно. Закопался рукой в моих волосах. Обдал жарким дыханием. Сжал сильнее в своих руках. Провёл кончиком языка по моим губам.
Опомнившись, я отстранилась, но император потянулся ко мне вновь. Как вдруг щёлкнул огонёк и сразу же затих. Это Муроми остановился, так и не достигнув повторно моих губ.
– Интересно, – вновь сорвалось с его губ ровным тоном.
Моргнув, я отстранилась. Он не удерживал, лишь осматривая меня подобно невиданной диковинке.
– Так тебя печать подпускает, а меня нет? – проговорил император.
Обняв себя руками, я захотела уйти. Сказаться уставшей, ведь это не ложь, и поскорее уйти. Хорошо бы вовсе покинуть дворец, но что-то подсказывало, что отныне меня не отпустят.
Поклонившись, я набралась смелости попроситься уйти спать. Император разрешил. А когда я уходила, то мимо меня пронёсся слуга с известием о прибытии Сагамии. Уходить я передумала.
Увидев, что я затормозила и развернулась, император одарил меня лёгким кивком и жестом пригласил вернуться. Мы проследовали в беседку. Нам почти сразу принесли сладости и пухлый чайник с тремя чашками. Я с трудом подавляла зевки, но сидела в беседке в ожидании господина.
Он пришёл к нам в походных одеждах, прямо как в первую нашу встречу. На мгновение взглянул на меня, и в его глазах, я почти уверена, промелькнула радость от встречи.
С позволения императора он сел так, что я оказалась между ними.
– Ты просил приехать скорее, – произнёс господин, дождавшись, когда рядом с нами не окажется слуг.
Император одним элегантным движением закатал свой левый рукав, демонстрируя свежую печать. Господин шумно вдохнул. Его глаза расширились. Он потянулся к столу, к чашке, но остановился.
– А покрепче чая ничего не найдётся? – скривился господин.
– Я этого не хотела.
– Почему? – подивился император.
– Знаю, – поддержал господин.
Мы просидели в беседке до глубокой ночи. Звёзды слабо мерцали в чернеющем небе. Время от времени они прятались за сонными облаками. Господин и император оживлённо спорили, а я вставила свою фразу лишь раз, под конец. Когда император выдал свою вовсе не чудесную мысль, что для закрепления печати понадобится участие всех нас, а господин поперхнулся принесённым вином, я вспылила. Ударила руками по низкому столику, отчего на ладонях завибрировал жар, и встала на ноги.
– Ни с одним из вас я закреплять печатей не стану! – заявила твёрдо и без разрешения покинула беседку.
Глава 59
Удивительно, но два дня меня никто не тревожил. Я покидала отведённую мне комнату лишь для того, чтобы поесть да посетить купальню. Даже медитировала и тренировалась в комнате. Рис никогда не заходила ко мне, если только я не звала её сама. Однако служанка всегда дожидалась меня возле двери.
Ещё два дня я провела в чуть меньшем спокойствии. Когда спускалась в кухню, то каждый раз сталкивалась с переполохом в честь скорого приезда юной госпожи Хасели. Когда отвлекалась от происходящего вокруг, то помолвочная печать, осознавшая, что женихи поблизости, так и тянула к ним. Я безрезультатно грела руки о чашку с горячим ароматным чаем, а безмятежный сон меня оставил. Я разжигала пламя на ладони и совала в него пальцы, но магия не то что не обжигала, она даже не легонько согревала свою создательницу.
Что-то подсказывало, здоровый сон ждал меня лишь в объятиях императора, а тепло – в объятиях господина.
Память в такие моменты меня не щадила, пробуждая до боли явные воспоминания головы Коэна между моих ног. Ощущения горячего языка на моём лоне и будоражащие воспоминания о лёгких покусываниях наполняли меня тянущим ощущением внизу живота. В такие моменты я радовалась, что осталась одна, что никто ко мне не приходил, позволив проводить время наедине с собой. Зажмурившись и не в силах успокоиться, я проскальзывала рукою под тонкую шёлковую ткань, нажимала подушечкой указательного пальца на чуть взбухший клитор, тёрлась пальцами между половых губ. Сжималась, напрягалась, выгибалась и второй рукой скользила к собственной груди. Одной всё смелее водила между своих ног, второй теребила сосок. Я закусывала губы, чтобы тихие стоны не привлекли внимания бдящей за дверью Рис. Скользила меж набухших, влажных губ. Вводила пальцы в собственное лоно.
Дыхание поверхностное. Внизу живота напряжение.
– Ну же, – сквозь зубы стонала я, но довести себя самой до того же состояния не выходило.
Так, проведя четыре дня в относительном спокойствии, я подозревала, что рано или поздно это изменится. Меня потревожат и одну уже не оставят. Не знаю, что помогало принять сей факт, то ли магия печати, то ли состояние полной обречённости, но я не сильно удивилась, когда в узком дверном проёме появились двое.
Один очень высокий, со светлыми, собранными в тугой хвост волосами, со множеством заколок по краям, удерживающим непослушные пряди от попытки из хвоста сбежать. Он виновато смотрел на меня своими зелёными глазами. Я почти ощущала, как он мысленно подбирал правильные слова, прежде чем начать.
Второй тоже был высок, хотя и ниже первого. Его чёрные волосы серебрились вплетёнными в них цепочками и свободно спускались на плечи. Узковатые синие глаза осматривали не меня, но комнату, местами обуглившуюся после неудачных практик.
Мне хотелось прогнать обоих. Я схватила подушку, но в полёт не отправила. Лишь сжала до побеления костяшек. Какая-то часть меня, с ужасом понимала я, радовалась появлению господина. Некая часть меня, похоже, жалела молчавшего императора. Надо же такому приключиться, чтобы двум высокопоставленным особам магия в невесты предложила безродную иноземку? Надо же такому приключиться, чтобы у меня появился личный, пусть и маленький, гарем!
– Что тебя так рассмешило? – подивился император.
– У неё истерика, – заключил господин.
