Текст книги "Восемь недель за вуалью (СИ)"
Автор книги: Дарья Верескова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 19 страниц)
– Завтра отправлюсь на верхние этажи, – выругался самый юный участник миссии. – Наверняка там найдётся что-то получше технических помещений. Может, мы наконец узнаем, о чём твердили члены предыдущих групп.
«Только сильнейший Дракарр сможет подняться на Красную Башню, только сильнейший дракарр сможет править Вермитуром»
Исабо в моих снах называла Вигорра дракарром. Мог ли он быть таким же, как Рой и Таррен? Означало ли это, что только с помощью одного из них мы сумеем подняться на Красную Башню?
– Угу, – подтвердила я. – Это место слишком огромное, чтобы служить только мёртвым. Я думаю, здесь есть и другие залы. Может, некие архивы?
К вечеру в лагере собрались остальные, но, к моему удивлению, завидев моё… более тесное общение с Тарреном, даже стражники не проронили ни слова. Как и Рой, который теперь явно контролировал их куда строже. Я видела презрение на лице Генриха и многих других бойцов, которые, вероятно, считали меня лишённой чести изменщицей, посмевшей гулять на стороне при живом… «муже».
Но мне не было дела до его чувств, пока он хранил молчание. Я не давала согласия на ритуал, на этот брак, и не считала, что с Роем меня связывает хоть что-то, за исключением прошлых отношений.
Стоило мне лечь в постель, как я почувствовала, как сзади ко мне прижимается горячее сильное тело, а тяжёлая рука обхватывает меня чуть ниже груди. Не сдержавшись, я зарылась носом в собственный шерстяной плащ, пряча счастливую улыбку и сжимая ладонь Таррена, после чего провалилась в сон неожиданно быстро и глубоко.
Я видела мир Исабо – без красной вуали, под ярко-голубым небом. Видела, как карета приближалась к огромному городу, застройка которого не отличалась высотой, за исключением одного-единственного строения.
Величественной, невероятно широкой каменной башни зловещего красноватого оттенка, уходящей в самое небо и утопающей в облаках. Башня высилась на скале, окружённая самыми богатыми и роскошными поместьями…
– Не шевелись, – я почувствовала руку у горла и растерянно заморгала, не понимая, нахожусь ли я всё ещё во сне или уже в реальности. – Ты совсем потеряла хватку рядом с ним.
Голос…
Это был не голос Вигорра.
Резкий вдох – и я распахнула глаза, пытаясь разглядеть мрачную фигуру в темноте, но не это беспокоило меня больше всего. А отсутствие такой приятной тяжелой руки.
– Таррен!
Я попыталась приподняться, но тут же закашлялась – чужая ладонь всё так же сжимала моё горло, не позволяя двинуться. Мне казалось, что одно неловкое движение – и меня могут случайно придушить. А может, и не случайно…
– Не шевелись, и он будет жить, – лениво произнёс Рой.
Мои глаза медленно привыкали к темноте, различая всё больше деталей. Все вокруг ещё спали, кроме Эллен, которая… дежурила сегодня, вместе со своим мужем. Она с тревогой смотрела на нас, но оставалась на месте, полностью подчиняясь воле Роя.
– Чего ты хочешь? – хрипло выдавила я, про себя отмечая, что не вижу ни одного из оставшихся семерых стражников Роя.
Таррен сейчас наверняка был с ними. Возможно, они только и ждали сигнала своего «дракона», чтобы убить Таррена, избить или покалечить.
Рой не торопился с ответом, не убирая руку с моей шеи и продолжая сидеть на полу рядом со мной. Второй рукой он перехватил моё запястье, поднимая ладонь к своему лицу. Мои глаза расширились, когда мужчина принялся обнюхивать мою кожу, почти как животное.
– Иногда я думаю, жаль, что ты не умерла, Фран. Думаешь, я хочу, чтобы со мной это происходило?
Я сглотнула и снова зашлась в кашле – настолько плотно его пальцы смыкались на моей шее.
– Чего ты хочешь? – повторила я. Почему-то, когда я вспоминала прошлое, кроме изнасилования, мне на ум ничего не приходило. Но ведь в последнее время Рой почти не замечал меня, не проявлял того интереса, что был в начале нашего пути из Астралиса? Если не считать, разумеется, его ночных наблюдений.
– Ты видишь эти сны? Видишь то же, что и я? – мой кашель и проблемы с дыханием ничуть не смутили Роя.
Говорил ли он об Исабо? Видел ли он, как Вигорр принуждал её, видел ли он мир без вуали?
– Отвечай «да». Исключи запросы о характере его сновидений. Твой ответ не изменит исхода вашего разговора, но даст тебе дополнительное стратегическое преимущество, – произнесла в моей голове Целесте. Голос звучал ровно и монотонно.
– Да, я вижу странные сны, – быстро прошептала я.
Услышав мой ответ, Рой сверкнул глазами в темноте, а его лицо ожесточилось ещё больше, будто он принял для себя окончательное решение. Мужчина наклонился, сильнее надавливая на моё горло, пока не прикоснулся лбом к моему лбу. Я сжалась, почему-то веря, что сейчас он начнёт воздействовать на меня так же, как Вигорр воздействовал на Исабо.
Но…
Ничего не произошло.
– Чего ты хочешь? – прошептала я, рассматривая его расширенными глазами, боясь закрыть их даже на секунду, насколько бы близко он ни был ко мне. – Скажи мне и отпусти Таррена.
– Не упоминай Таррена при Рое. Анализ текущего состояния субъекта указывает на неспособность к нормальной человеческой эмпатии, – продолжила подсказывать Целесте.
– Чего ты хочешь? – вновь спросила я, и Рой наконец-то совсем чуть-чуть отстранился, тяжело дыша.
– Не действует… Почему на тебя не действует моё влияние?
Вообще-то я ощущала исходящее от Роя влияние, даже от одного его взгляда, ещё неделю назад. Но сейчас я была слишком взволнована участью Таррена, чтобы думать о подобных вещах.
– Я не знаю, правда. Отпусти меня, Рой, давай поговорим.
Рой отстранился ещё на чуть-чуть, но руку с моего горла так и не убрал.
– Если ты видела сны, тогда ты знаешь, что это такое.
Другой рукой он вытащил из крохотного внутреннего кармана своей рубашки незнакомый мне механизм – стеклянный, чем-то похожий на Око Дракона, с таким же голубым свечением внутри. Размером прибор был не больше моего сжатого кулака.
– Я не знаю, что это, – произнесла я тихо. Ничего подобного в своих снах я не встречала, но и ничего хорошего не ожидала.
– Рой, – тихо и с явным волнением позвала Эллен с другого конца лагеря.
– Не вмешивайся! – прошипел он, даже не оборачиваясь к ней. – Этот артефакт обяжет тебя оказать мне одну услугу в обмен на услугу с моей стороны.
Почему Эллен так волновалась?
– Откуда ты вообще его достал?
Что-то подсказывало мне, что артефакт настоящий, и что я ещё могла бы увидеть его в одном из своих видений…
Где Целесте, когда она так нужна?
– Параметры голоса Роя Феррела указывают на отсутствие лжи. Но это не гарантирует исправную работу механизма. Не принимай его условия.
Я думала, что мне нечего терять…
– Мне передали его в Доминис Мора. И я надеюсь найти куда больше таких артефактов в Красной Башне.
За время нашего разговора Рой явно почувствовал себя увереннее.
Он смотрел на меня так, будто я была игрушкой в его руках, которую он при желании мог сломать в любой момент. Сильные пальцы едва заметно сжимались и разжимались на моем горле.
Когда всё изменилось?
Мы ведь были близки, доверяли друг другу… В какой момент он решил, что я не заслуживаю собственной жизни и годна лишь на то, чтобы дополнять его желания и нужды?
Я не желала оказывать Рою Феррелу никаких услуг, но понимала, что, что бы ни происходило сейчас – он очень долго вынашивал эту идею.
– Говори, – хрипло приказала я.
– Ведёшь себя как гордячка даже сейчас. Не понимая, что твоя жизнь в моих руках. Я чувствовал твою измену... – он сузил глаза. – Моя услуга будет заключаться в том, что я не убью твоё ничтожество… Таррена. Не убью прямо сейчас и в течение всего нашего пути до Красной Башни.
***
Огромное спасибо за награды, Юлия, Гирита, Татьяна Дунаева
***
Дорогие читатели, сегодня на все мои эксклюзивные книги ссылка 20% =)
Глава 20.2. План Роя
Услышав щедрое предложение Роя, я рассмеялась, но из-за тяжёлой руки на шее смех вскоре перешёл в болезненные хрипы.
– Думаешь, я поверю тебе? Ты не убьёшь, а что касается твоих шавок? Да и не убить человека можно очень разными способами.
Меня почти передёргивало от мысли, что прямо сейчас происходит с Тарреном. Они могли сделать с ним что угодно.
– Ты правда считаешь, что сейчас в позиции торговаться? – Рою, кажется, доставлял удовольствие наш диалог, пока я находилась в настолько подчинённом положении. – Время, когда я пытался быть понимающим с тобой, давно закончилось. Теперь от тебя ожидается только «да» или «нет», и ответственность за свой отказ ты будешь нести всю свою долгую жизнь…
Рой даже не мог представить мира, в котором ритуал не сработает. И это означало, что он совершенно точно знал больше, чем давал понять остальным.
– Что ты хочешь взамен? Я не буду соглашаться на открытую договорённость, – видимо, я не смогла скрыть степень боли и презрения в своих глазах, потому что лицо Роя ожесточилось – улыбка превосходства исчезла, и даже рука на шее ослабла.
Я не узнавала его. Неужели люди могут так измениться за полтора года? Никаким понимающим со мной с момента нашего расставания он не был – нет, он чуть не изнасиловал меня после того, как мы пересекли вуаль, и принудил к ритуалу после.
Только сейчас я начала в полной мере осознавать, что на него действовал мир за вуалью… Он и сам это чувствовал, и даже пытался сказать об этом мне. Мог ли он это контролировать?
Или эти тёмные чувства всегда были в нём, но я просто их не замечала?
– Я мог бы приказать тебе переспать со мной, но это всё равно случится, рано или поздно. Ритуал начнёт притягивать тебя ко мне, даже против воли, стоит только подождать. Скоро ты будешь умолять.
Неужели это правда?
– Параметры речи Роя Феррела указывают на отсутствие лжи, – подтвердила в моей голове Целесте. – Я повторяю, не соглашайся на его условия, даже ценой жизни «объекта».
Как Целесте могла говорить такое? И как, зная меня, могла думать, что я осознанно позволю убить Таррена?
– Назови свою цену! – рыкнула я.
Где-то за спиной Роя послышался шум: несмотря на то, что Рой и Эллен старались вести себя как можно тише, остальные всё равно начали просыпаться, услышав мои ответы.
– Ты откроешь мне дверь в подвалы красной башни. Только носитель крови Исабо сможет это сделать. Ты видела сны, ты понимаешь, что сейчас почти повторяешь её судьбу, – Рой выглядел так, будто ненавидел меня в эту секунду. – В тебе нет ничего особенного, только её кровь…
– Не соглашайся на его условия, – повторила Целесте совершенно безэмоциональным голосом, и я внезапно начала чувствовать знакомую боль…
Ту, которую испытывала только раз – на дне озера красной вуали.
Голову сдавило словно в тисках, я замычала, выгнулась, закрывая глаза, чувствуя, как они начинают гореть и как слёзы скапливаются в уголках. Перед веками пульсировало и взрывалось, но что бы ни происходило – это не было действиями Роя.
– Какого… – выругался он, но его голос внезапно заглушил другой – голос одного из стражников.
– Маски!
Я не осознавала, что происходило дальше, потому что боль никуда не уходила. Я не могла даже подняться с лежанки, едва дыша, чувствуя, будто мою голову пронзают тысячи раскалённых штырей. Вокруг метались люди: мой отряд, проснувшийся моментально, стражники, маски, лица которых невозможно было назвать человеческими – настолько они разложились…
Глаза никак не улавливали Таррена, но в этот момент новая вспышка боли почти полностью парализовала меня, если не считать дёрнувшихся рук, двигающихся бесконтрольно.
А потом я почувствовала, как моё тело подняли с земли и куда-то понесли. Сквозь крики я слышала приказы Лойда, видела, как пара стражников наряду с нашими мужчинами несут по несколько рюкзаков каждый, как проснувшаяся Анна сражается наравне с Биллом.
Но больше всех выделялся Рой. Он двигался быстрее, чем обычные люди, атаки масок никак не сказывались на нём. Он словно был везде и нигде одновременно – страховал Эллен, сопровождал отступление…
Почему маски напали в таком количестве? Где они прятались до этого?
Я пришла в себя только тогда, когда мы смогли укрыться в одной из внутренних зал катакомб, отрезав путь назад, по крайней мере временно. Билл отчаянно и грязно ругался, пока Ленор, так и не оправившийся полностью от ран, полученных ещё в самый первый день за вуалью, перебинтовывал его лысую голову, а Лойд громко раздавал указания.
Прямо передо мной маячило лицо Таррена. Он был избит – очень сильно, до страшных пятнистых кровоподтёков. Один глаз заплыл полностью, губы были разорванными, потрескавшимися, с запекшейся кровью в уголках. Нос, без сомнения, сломан.
Но взгляд – живой, пронзительный, полный волнения… Это Таррен нёс меня, несмотря на то что был избит стражниками Роя до полусмерти.
– Всё в порядке, на мне заживёт за пару дней, – хрипло усмехнулся он, и капля крови появилась в уголке рта, пугая меня до ужаса. А следующие слова были произнесены куда более жёстко. – Всё в порядке, Фран. Что с тобой? Что это было?
Впервые раз в его голосе послышалось волнение – он не понимал, что со мной произошло, не ожидал этого и не знал, как реагировать. Хаос за спиной его не смущал: ни нападение масок, ни собственное избиение.
– Я не знаю, – хрипло попыталась ответить я, пробуя привстать на локте.
Мы оказались в тёмной и мрачной зале с высокими каменными потолками, несколькими каменными табличками и двумя дверями, через одну из которых мы пришли. Эта дверь сейчас укреплялась всеми, кто не был ранен, включая стражника Генриха и ещё одного – покрытого кровью, но, на первый взгляд, полностью здорового.
Я подозревала, что это была кровь Таррена.
– Какого чёрта, Рой?! – я не собиралась молчать. Несмотря на то, что моя голова раскалывалась, я встала, чувствуя, как тянет в груди и как кружится голова.
– Мы не можем двигаться дальше вместе! В любой момент он может спустить на нас своих шавок, избить любого из нас до полусмерти, даже убить! Его стражники, избивающие невинного человека ночью, и привлекли масок!
Последнее моё обращение было не к Рою – к Лойду. После сегодняшнего я никак не могла представить, что мы будем передвигаться вместе с ненормальным Роем, готовым покалечить человека только потому, что может.
– Кого ты называешь шавкой?! – Генрих, услышав это, оторвался от двери, но я не мешкала, а он не ожидал от меня подобного.
Бешенство буквально горело в моей груди, оно затуманило мне разум, а кинжал на его поясе привлекал слишком много внимания. Я рванулась к мужчине, почти сбивая его с ног, выхватывая кинжал за рукоятку и тут же прикладывая к шее.
– Я убью тебя, клянусь, я убью тебя, урод!
Он дёрнулся, пытаясь перехватить меня справа, но кинжал надавил на его шею, сразу же немного подрезая кожу, и тогда стражник остановился, поняв, что я не шучу.
– Фран, – Лойд явно пытался успокоить меня, а вот Рой наблюдал с интересом – словно не верил, что я действительно на это способна. Или же ему просто не было дела до жизни стражника Генриха.
– Думаешь, это я так его побил? – усмехнулся мне в лицо Генрих, но… я читала в его глазах страх. – Это Бен, который в крови. Я так, немного бока намял.
Бен, тот самый стражник, которого я сразу заприметила, ничего не произнёс – он и до этого был невероятно молчаливым… Однако из всех он, судя по всему, готов был пойти дальше всех.
– Мы не можем так продолжать, Лойд, – громко сказала я. – Мы не можем доверять им.
Почему он тянет?
– Думаешь, они примут твою сторону, просто потому, что мы избили Таррена? – Рой неожиданно сделал шаг вперёд, но стоило ему приблизиться, как я чуть не зашипела на него и надавила на кинжал ещё сильнее. – Ты не хочешь убивать людей и не можешь, думаешь, я не знаю тебя? Если я уйду, Эллен и Анна уйдут вместе со мной, и вас останется всего шесть человек. Недостаточно для того, чтобы выжить при любом серьёзном нападении.
– Но Фран права, – Лойд, слава богам, не собирался так просто давать Рою делать всё, что тот только вздумает. – Мы не можем тебе доверять. Ты должен был дежурить с Эллен и одним из стражников, но вместо этого вы избили члена отряда, шантажировали второго и привели к нам масок! И теперь я должен сделать вывод о том, что для нас опаснее – двигаться вперёд без вас или с вами.
– А ты не такой покорный, каким выглядел всё это время, – оскалился Рой.
– Я вообще не покорный. Просто я не собираюсь мериться яйцами, пока есть реальные проблемы. Я сделаю всё, чтобы наш отряд дошел до Красной башни живым.
Они стояли друг рядом с другом – Рой намного выше Лойда и шире в плечах, хотя когда мы покидали Астралис, они были похожего роста и комплекции. Рой просто не мог отступить, не мог показать, что он подчиняется Лойду, тем более при стражниках…
– Мы правда должны выяснять это сейчас?! Билл ранен, как и Руди, и если мне придётся выбирать между отрядом и Роем, я совсем не обязательно отправлюсь со своим мужем!
Анна отвлекла всеобщее внимание на себя, вызвав на секунду гнетущую тишину, а после Бен, покрытый кровью Таррена, чуть не отлетел от двери – настолько сильно по ней ударили с той стороны. Так сильно, как маски не могли бы.
– Мы должны идти, – произнёс Лойд. – Поднимайте пожитки, кто может, помогайте раненым, закрывайте за собой проходы чем можете!
Наш конфликт так и остался нерешённым, но времени говорить сейчас просто не было – а вдруг мы окажемся в ловушке с двух сторон?
– Мы дойдём с ними до башни… Он не тронет тебя, ты нужна ему. Ни на что не соглашайся, Фран, они не убьют меня, даже если захотят. – Тихий шёпот Таррена на ухо действовал успокаивающе, и я отпустила Генриха, считая, что этот вопрос мы можем решить вдвоём, позднее.
Я вообще не знала, была ли я способна убить человека. Совершенно точно мне не хотелось убивать.
Таррен нёс оба наших рюкзака, несмотря на то что был ранен, и это позволило мне помочь Биллу, который едва мог ходить. Рана на его голове выглядела очень серьёзной, как и рана одного из стражников – похоже, Руди.
Мы двигались строго на север, пока не натыкались на закрытый проход, и тогда мы вынуждены были свернуть. В нашей ситуации нас устроил бы любой выход…
Но мы нашли именно тот, что вёл к Красной Башне.
Мы были слишком заняты, укрепляя выходы и убеждаясь, что у нас есть достаточно места для нормального лагеря – кислотный дождь, похоже, продлится ещё один день. Ленору стало хуже, Билл и Руди даже не поднимались, и я впервые подумала о том, насколько жалок был наш отряд в нынешнем покалеченном виде, если случайная встреча с масками, которых мы и так ожидали, смогла нанести такой урон…
Но никто из наших раненых не погиб в тот день. Ночью неожиданно умер другой стражник – Бен, тот самый, кто избивал Таррена больше всего. Он просто не проснулся, и никто не мог найти на нём даже самой крохотной раны.
***
Большое спасибо за награду, Никита Никифоров
Глава 21.1. Ритуал Исабо
Смерть Бена шокировала отряд, но её быстро списали на атаку масок – возможно, у него были внутренние повреждения, а может, он отравился, вступив в контакт с нежитью. Времени оплакивать его не было, тем более, что впервые за весь поход, мы видели нашу цель.
Красная Башня возвышалась далеко на горизонте – на вершине горы, по меньшей мере в неделе пути.
Ближе всего к нам тянулись заброшенные, выжженные до черноты поля с редкими каменными оградами, давно осевшими в землю. За ними начиналась полоса выветренной земли – открытый пустырь, почти каменистый. Его пересекала широкая трещина, и я пока не могла даже представить, как мы окажемся на другой стороне.
За пустырём поднимались серые каменистые зубастые гряды, низкие и неровные. Между ними угадывались узкие лощины и сухие русла, где когда-то текла вода.
А дальше… обзор был закрыт светло-красной вуалью. Единственная причина, по которой мы видели башню, заключалась в том, что она стояла очень высоко на горе – там, где вуаль становилась прозрачной. По крайней мере, так казалось отсюда.
– Не могу поверить, что мы так близко, – произнёс Альберт, стоя рядом со мной.
Я тоже не могла в это поверить… Но что случится, когда мы окажемся там? Единства в нашем отряде не было, я чувствовала, что мы буквально живём рядом с врагами.
– Завтрак! – громко позвала всех Анна, которая в последнее время была практически единственной, кто мог общаться с «другой стороной». – Лойд…
Лойд кивнул и встал рядом с небольшим раскладным столом, где сейчас находились сухари, сыр и тяжёлое, сытное овсяное печенье.
– Мы не можем оставить раненых – кто-то должен находиться рядом с ними. Дождь, судя по всему, закончится сегодня или же завтра с утра – после этого мы сможем отправляться к Красной Башне. Нам следует исследовать то, что мы можем, но опасность масок велика, а потому разумным решением будет не передвигаться в одиночестве или даже вдвоём. Фран, Альберт и Анна – отправляйтесь на восток и постарайтесь найти всё, что сможете, о Красной Башне и о том, что нас ждёт там. При первой же опасности возвращайтесь назад.
Я кивнула, а рядом со мной тут же вырос Таррен.
– Ты ранен, – заметил Лойд, на что Таррен в ответ только холодно, уверенно улыбнулся.
Его глаз, совсем недавно полностью заплывший, уже открывался, а синяки и кровоподтёки светлели с невероятной скоростью. Это заставляло остальных коситься на него с опаской, потому что они понимали: с мужчиной что-то не так.
Но напряжение в лагере и без того было таким тяжёлым, что этот вопрос просто не поднимался.
Чувствовали ли себя так же остальные миссии? Или же они действовали вместе, дружно, доверяя друг другу как никогда?
Я поторопилась уйти вместе со своей небольшой «командой», прежде чем сторона Роя возразит – если что, мы всегда могли вернуться или уйти в другую сторону. Феррел, похоже, немного пришёл в себя и не пытался угрожать, только следил за мной опасным тёмным взглядом.
– Что ты собираешься делать? – сразу же спросила меня Анна, стоило нам удалиться.
– Прости, я не могу тебе сказать, – я видела, что она пытается сделать всё, что в её силах, чтобы мы не переругались. – Я не доверяю Рою… И я знаю, что ты всё ещё на его стороне.
На самом деле я думала о том, чтобы уйти вместе с Тарреном – особенно теперь, когда мы видели цель. Но что случится, когда мы достигнем Красной Башни? Как вообще выглядела удачная миссия, успешный результат?
Мне кажется, никто не ожидал, что мы на самом деле продвинемся так далеко.
Мы старались вести себя очень тихо, закрывая и частично баррикадируя двери, которыми не пользовались, желая сохранить безопасный путь отступления в лагерь на случай нападения масок.
Одним из залов недалеко от выхода оказалась некая регистрационная комната, где находилось множество деревянных стульев, частично сохранившихся, вместе с парой широких столов. Параллельно ей шла приёмная галерея с несколькими каменными выступами, стоящими прямо посреди зала для того, чтобы на них можно было держать тела.
– Вернёмся в регистрационную комнату, – предложила я. – Там больше шансов найти что-то полезное.
Мы обыскивали в основном залы, в которые вели широкие двери или арки, но то, что мы искали, скрывалось прямо за залом регистрации – в узком, незаметном в темноте проходе, за чудом сохранившимся столом. Скорее всего, сильно помогало то, что в отличие от комнат, которые мы исследовали вчера и позавчера, здесь было сухо.
За узким проходом, почти расщелиной, скрывалось служебное помещение, которое использовалось как архив – и когда-то здесь наверняка хранились тысячи записей.
Сейчас же…
Дерево за четыреста лет пострадало сильнее всего. Многочисленные стеллажи перекосились, часть рухнула, превратившись в груды серых, расслоившихся досок. Там, где влага хоть раз пробиралась внутрь, дерево превратилось в труху. В других местах оно высохло до ломкости.
Но не всё погибло.
В самых сухих углах некоторые нижние полки всё ещё держались. Там можно было найти отдельные фрагменты, обложки книг без страниц, непонятные бурые комки, кожаные корешки с едва различимым тиснением, дощечки с выжженными или вырезанными пометками.
Были и несколько свитков, пропитанных маслами или смолами, и мы тут же принялись раскрывать их, надеясь, что сможем что-то прочесть.
– Осторожней! – произнесла Анна, когда Альберт раскрыл один из сохранившихся свитков слишком резко. – Нужно отнести их Беку, мы всё равно ничего не можем прочесть. А может, стоит привести его сюда.
– Идите, – отправила я их, легко улыбнувшись. – Я принесу оставшееся вслед за вами. Мы укрепили все выходы, должно быть безопасно.
Мы с Тарреном остались наедине – впервые за долгое время. И я… очень хотела бы исследовать оставшиеся свитки здесь, когда он мог сразу же перевести их.
Но другое беспокоило меня куда больше. Поэтому я приложила свой факел к стене, где выступали несколько камней, так, чтобы он случайно не упал.
– Я не могу, Таррен, – тихо, но решительно произнесла я.
Мужчина оказался рядом со мной в ту же секунду – готовый поддержать, выслушать… Такой безукоризненный и настолько скрытный.
– Я знаю, что ты что-то скрываешь от меня. И я не хочу лезть в твою душу, если ты не готов или не хочешь делиться. Но я не думаю, что смогу идти дальше к Башне с Роем. Скажи, что у тебя на уме, скажи, что мы ищем, что ты сам надеешься обнаружить в Красной Башне. Чего нам ожидать? Для чего нам Рой?
Он выслушивал меня до отвратительного спокойно, так, что мне впервые захотелось его встряхнуть. Словно давал мне время задать ещё вопросы, если они у меня возникнут.
А потом Таррен поднял мою ладонь к своему лицу, сделал глубокий жадный вдох и поцеловал кончики пальцев.
– Всё будет хорошо, Фран, – произнёс он, так и не отпуская моей ладони. – Красная Башня не пуста. Вы не видите этого сейчас, но вокруг башни не просто город, это столица целого королевства. Доминис Мора по размеру меньше сотой доли даже центра Вермитура. Но я не знаю, что нас там ждёт.
Я нетерпеливо подалась вперёд, понимая, что была права, что он именно оттуда.
– До моего заточения в Вермитуре была строгая монархия, абсолютная власть одного человека. Сильнейшего дракарра, который мог доказать свою силу в поединке. Как только мы пересечём вуаль, нас тут же отправят в темницы и казнят, но Рой, вызвав на поединок правителя, купит вам статус сопровождения претендента, и вы сможете передвигаться по городу… почти свободно. И найти свои ответы.
– Что если он победит? – нервно спросила я.
– Тогда он станет правителем Вермитура. Но этого не случится. Рой не полноценный дракарр, он не победит правителя. Если, конечно, я не ошибаюсь. За время моего отсутствия могло произойти что угодно.
Таррен достал один из свитков и вложил в другую мою ладонь.
– А ты? Что надеешься найти там ты? – я не тешила себя мыслями, что он направляется туда ради меня.
– Моя семья давно мертва. – Его взгляд, направленный на меня, был серьёзным и завораживающе спокойным, как и всегда, без единого сомнения. – Я надеюсь обрести там дом, вновь. Надеюсь, что ваши истории из Астралиса – правда, и мы сможем снять с тебя печать. И может, ты не захочешь возвращаться назад.
От его слов что-то горячее разливалось внутри меня, мне отчаянно хотелось бы поверить, что всё так просто. Что мы можем попытаться построить что-то совместное, но…
Он недоговаривает. Я на полном серьёзе верила, что он сам может вызвать правителя Вермитура на бой. Потому что обычного человека не подвергнут тому, чему подвергли Таррена.
– Я связана с Роем ритуалом, пусть и не полностью. Он сказал, что скоро я начну испытывать влечение к нему. Даже если я выживу, я не смогу быть ни с кем другим. И я не знаю, хочу ли я будущего в роли его влюблённой комнатной собачки, которая никогда не будет иметь собственной семьи.
– Только если он завершит ритуал, – покачал головой Таррен. – Если я и осознал что-то после заточения, так это то, что у нас всегда есть второй шанс. Второй, третий, пятый, пока мы не мертвы.
И я буду выгрызать свой второй, третий, пятый шанс всем, чем только возможно. Он прав…
– Сюда! – Уши уловили громкий голос Анны, которая, по всей видимости, вела в архив Бека.
Я отступила назад – не потому, что хотела прятать свои отношения с Тарреном, а потому, что не хотела показывать им степень своей уязвимости. Но, похоже, моему «объекту» это не понравилось. Его глаза потемнели, а челюсть напряглась, но он ничего не сказал.
Вместе с Анной в архив пришёл не только Бек, но и Рой вместе с Эллен и даже Лойд. И первым они прочли свиток, который я держала в руках – я понимала, что Таррен не случайно всучил мне именно его.
– Коррин из дома Астери, младшее что-то, погиб в кругу семьсот двадцать первом после Пробуждения Этарра, – Бек переводил очень медленно. – В кругу триста девяносто означенный Коррин явился к… тут стёрто, и, соблюдая непреложный обычай, воззвал к праву поединка за титул Повелителя Вермитура. Исход – поражение. Дом Астери остался младшим.
***
Огромное спасибо за награды, Ирина, Евгения Марар, Людмила Черенкова, Vera
Глава 21.2. Ритуал Исабо
Несмотря на всё, что произошло полтора дня назад, мы, расположившись единым лагерем на выходе из катакомб, вместе наблюдали чистое звёздное небо. Путь вперёд, к красной башне, был открыт и доступен нам, но передвигаться всё же следовало днём, когда концентрация нежити становилась намного меньше.
– Я хочу, чтобы ты передал мне артефакт, Рой, – произнёс Лойд. – Мы не можем двигаться дальше вместе, если ты и впредь будешь угрожать членам отряда.
Рой, услышав это, громко хмыкнул, но, к общему удивлению, всё же отдал Лойду механизм, который демонстрировал мне в ту ночь, когда избили Таррена.
– Мне не нужен этот механизм. Фран и без того сделает всё, что требуется.
Почему он это сказал? Потому что верит, что ритуал начал привязывать меня к нему? Или потому что у него в запасе так много рычагов влияния на меня?
По нахмурившемуся лицу Лойда я видела, что он порывается сказать что-то ещё, но не решается, опасаясь, возможно, что следующий конфликт станет последним.
– Фран? – наконец обратился он ко мне.
– Я ещё не решила, готова ли продолжать путь вместе с Роем, – прямо ответила я. – Я не верю ни единому его слову. Я не могу даже спать спокойно, если не знаю наверняка, что я или Таррен сейчас дежурим.
– Доверяешь какой-то нежити, с которой ты трахаешься, больше, чем собственному мужу, – зло выплюнул Генрих.
– А ты, Генрих, с чего вдруг преисполнился такой преданности Рою, которого знаешь всего ничего? И к чему такая ненависть ко мне, просто за то, что я не хочу иметь ничего общего с твоим хозяином? – огрызнулась я, сознательно стараясь озлобить мужчину ещё сильнее.
Пусть лучше он покажет своё истинное лицо сейчас, пока никто не спит, чем они нападут исподтишка.
– Ему жена изменила, вот и бесится, – подал голос раненый стражник Руди. – Ушла от него к молодому.
