Текст книги "Восемь недель за вуалью (СИ)"

Автор книги: Дарья Верескова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 19 страниц)

Рой покачал головой, но затем указал пальцем на Бека.

– Это мой переводчик, я хочу, чтобы он жил поблизости и присутствовал на всех мероприятиях.

Как только они обменялись любезностями, нам представили жён правителя Вермитура. Их имён я не запомнила, кроме той, кому досталась роль старшей жены, – её звали Марелин из Старшего Дома Ардор. Десять жён! И это только из тех, кого мы видели.

Я продолжала внимательно осматривать широкие, богато украшенные коридоры, картинные галереи и чайные комнаты этого самого настоящего дворца, пока нас вели к покоям. Марелин и Эллен шли на четыре шага впереди меня и Анны, а остальных уже увели в другое крыло. Снаружи стемнело. Нам сообщили, что ужин будет накрыт в большой обеденной зале, а вода для ванн уже нагрета в наших купальнях.

– Желаете ли вы принять ванну в одиночестве или со своими жёнами? – спросили Роя так буднично, будто это было самым нормальным времяпрепровождением.

– Конечно же, со своими жёнами, – уверенно ответил Феррел.

***

– Я удивлён, что ты до сих пор не попыталась наброситься на меня и обвинить во всех грехах, – произнёс Рой, сидя в широкой круглой деревянной ванне рядом с самым настоящим бассейном.

Купальни представляли собой роскошное помещение с несколькими встроенными в мозаичный пол ваннами, большим бассейном, бочками и кадушками. Рой прибыл сюда почти сразу, судя по его расслабленному виду.

– Можешь не волноваться, я не трону тебя… пока, – он кивнул на моё полотенце, под которым я была совершенно обнажённой. – Тем более что там нет ничего, чего бы я не видел уже сотни раз.

И это было правдой.

– Не похоже на твоё поведение сразу после того, как мы покинули Астралис, – ответила я.

– Зачем мне мучить себя… да и тебя тоже, когда я могу просто дождаться, пока ритуал станет полным? Тогда ты не сможешь сопротивляться собственному желанию, сама будешь умолять меня. – Его глаза сверкнули чем-то ненормальным, заставляя меня замереть. – Ты помнишь это место? Из своих снов?

Я не помнила, хотя и верила, что до этого многое из того, что видела я, Рой наблюдал тоже.

– Вигорр и Исабо провели здесь очень много часов… Особенно приятных после того, как ритуал стал на неё действовать и она наконец приняла свою судьбу. Интересно, почему ты не видела этих снов?

Он спрашивал лениво, как истинный хозяин жизни, обводя помещение властным взглядом, будто всё здесь уже принадлежало ему. Возможно, он так себя и чувствовал, он же говорил мне, что я не способна понять Вигорра. Что, если мышление и взгляды на жизнь того мужчины, бывшего правителя Вермитура, перешли и к Рою?

Мог ли Таррен защищать меня от этих снов? После того как он увидел, насколько плохо мне стало от последнего – того, в котором Исабо заставили участвовать в ритуале, включая насилие перед сотнями людей?

При мысли о Таррене меня почти скрутило от осознания, что с ним может случиться беда. От страха, что я больше не услышу его голос и не буду знать, что впереди его ждёт долгая, спокойная жизнь – после всех тех мучений, что он уже пережил.

– Почему ты так поступил с Лойдом? – спросила я, стараясь взять себя в руки.

– Какого чёрта он мне сдался? – усмехнулся Рой. – Да и… можешь винить себя, и остальных тоже. Возможно, если бы ты так явно не восхищалась им, он сейчас бы получал медицинскую помощь… А может, и нет.

Прочитав выражение моего лица, он громко рассмеялся. Его низкий, хриплый смех эхом разнёсся по просторному помещению, и в этот момент в бассейн вошли Эллен и Анна. Как и я, они были завёрнуты в большие широкие полотенца и явно не до конца понимали, что происходит.

– Вот только не надо строить из себя всю такую правильную. Ты трахалась с другим, прекрасно зная, что я это почувствую. Интересно, понимала ли ты, как подставляешь Таррена? Твои моральные терзания и рассуждения о том, что такое хорошо и что такое плохо, никак не задевают меня. Я уже объяснял тебе, я не такой, как ты. Я вижу жизнь глазами Вигорра, вижу сотни лет, которые теперь будут доступны и мне, вижу ответственность и власть, которую ты не в силах осознать. Те, кто подрывают мою власть, мне не нужны.

Эллен приблизилась к нам и теперь стояла совсем рядом, впитывая каждое слово Роя так, будто он был каким-то оракулом, вещающим о будущем.

– Чего ты хочешь? – спросила я прямо. – Ты говорил, что я должна открыть для тебя двери в подвалы Красной башни. Как это должно выглядеть? И освободишь ли ты взамен Таррена и Лойда?

Я не собиралась соглашаться на что-либо прямо сейчас – сперва нужно понять, смогу ли я справиться без Роя. Но необходимо было хотя бы выведать его план. А позже и план Целесте.

– Раздевайся, и я скажу, – с какой-то почти жестокостью произнёс он. Это место пьянило его, делало по-настоящему опасным. – Будь послушной девочкой, и, может быть, для кого-то из твоих друзей всё не закончится смертью.

Глаза Анны расширились, когда я сбросила полотенце, она не ожидала от меня такой покорности. Я же считала, что Рой прав – он и так всё это видел уже давным-давно.

– Подойди, – уже тише произнёс он, маня меня рукой. – Прямо как во сне…

***

Большое спасибо за награды, Irina Emelyanova, id12291815

Глава 25.2. Чего хочет Рой

Я подошла, двигаясь медленно и бесстыдно, прямо под тёмным взглядом мужчины. Его глаза нагло переходили с моего лица на мою грудь, по очереди оценивая каждую, а после скользнули по поджатому животу ниже, к треугольнику между ног.

– Ты стала более мускулистой, – произнёс он. – Хотя никогда раньше не интересовалась тренировками.

– Готовилась к миссии. – В прошлом году я не прошла именно потому, что была слишком слаба для этого отряда. – Хотя кажется, для Эллен сделали исключение, и её не проверяли так, как остальных.

Я говорила это без зависти и без злости, хотя мне и твердили, что более слабые участники тянут вниз остальных, подвергая их опасности. По сравнению со мной, Анной и другими… умершими девушками из отряда Эллен казалась крошкой, и я не помнила ни единого случая, где она приняла бы участие в сражении с нежитью.

– Эллен со мной, и моё присутствие даёт ей особое положение, – холодно ответил Рой.

В ответ я только пожала плечами – по большей части, мне было плевать. Во время миссии Эллен не помогала, но и не мешала.

– Насмотрелся? Так что тебе нужно там, в подвалах Красной башни?

– Встань на колени, – грубо приказал он.

Его ноздри раздувались, и он, похоже, наслаждался всем происходящим. Жёсткие, чётко очерченные губы скривились в издевательской, полной власти полуулыбке, и он даже не обращал внимания на присутствующих здесь Эллен и Анну.

– Ты правда этого хочешь? – предупреждающе, с угрозой спросила я. – Если ты не псих, ты прекрасно знаешь мои мысли.

Потому что на колени я не встану. И ему в присутствии других придётся отказать мне в попытке освободить Таррена и Лойда, но тогда он и сам потеряет возможность влиять на меня.

Наши глаза сражались, мы почти читали в этот момент мысли друг друга, разговаривая только взглядами. В нём боролось желание увидеть меня униженной – на коленях, по какой-то причине это заводило его, – с желанием использовать меня для своих, неизвестных мне целей.

Насколько сильно ему нужно попасть в подвалы Красной Башни?

– Ты всё равно это сделаешь… сама, совсем скоро, и будешь хотеть этого, – хрипло произнёс он. – А теперь убирайся, если не хочешь оказаться на моём члене. Анна!

Анна медленно, на негнущихся ногах подошла к Рою, и почему-то это зрелище невероятно меня разозлило. Она не тупица, она знает, чего хочет, она уважает себя, так почему она это делает? Она могла бы быть с любым мужчиной в отряде, и они носили бы её на руках!

Я развернулась и вышла, не желая наблюдать за этим, чувствуя, как бурлит в моей груди ненависть к Рою. Он добился своего: моё холодное равнодушие прошло, сменяясь яростью. Феррел постепенно вновь начал влиять на каждый аспект моей жизни.

– Фран! – резкий крик Эллен заставил меня остановиться, но вовремя – я поняла, что находилась в прихожей, выходя из купальни, и на мне не было ни клочка ткани. Здесь же лежало несколько полотенец, одно из которых я подняла. – Остановись!

Да остановилась, вроде.

Эллен обошла меня, преграждая путь к двери.

– Какого чёрта ты творишь?! – она буквально полыхала от ярости. – Всё твоё равнодушие было лишь игрой? Ты правда готова трахнуться с Роем?

Тот факт, что он в очередной раз предпочёл ей Анну, даже для такой унизительной близости, явно задел её за живое, делая ситуацию ещё более невыносимой.

– Даже не представляю, как ты пришла к такому выводу…

– Ты играешь с ним! Дразнишь, зная, что это сводит его с ума и только сильнее привлекает к тебе внимание. Я не знаю, то ли ты просто больная и так развлекаешься, то ли действительно готова спать с тем, кто тебя так унизил, но… я живой человек. У меня тоже есть чувства, а ты вечно встаёшь между нами. Все эти годы!

Что?!

Абсурдность ситуации была настолько велика, что я едва не рассмеялась.

– Скажи мне, Эллен… почему меня вообще должны волновать твои чувства?

Её ведь ничуть не заботило, что я тоже человек, когда она спала с Роем. Конечно, решение принимал он, но я бы в здравом уме никогда не легла в постель к мужчине, своему другу, зная, что он состоит в долгих отношениях.

– Наверное, я была о тебе лучшего мнения… Да и Рой тоже. Если бы он только знал…

– В отличие от тебя, моя жизнь ограничена… коротким временем. И нет, строить из себя моралистку, беречь нервы той, кому до меня нет никакого дела и кто существует только ради мужского одобрения, я не буду. А теперь отойди!

Последнее я буквально прорычала. Глаза Эллен расширились, будто она только что впервые увидела меня настоящую, и она поспешно отступила в сторону.

Мне было жаль её. Всё, что происходило между ней и Роем, отдавало какой-то болезненной зависимостью. Она годами жила только им и ради него, но даже став его женой, так и осталась несчастной.

***

Ужин, накрытый для нас несмотря на глубокую ночь, я пропустила. Ни Альберта, ни Билла, ни Ленора в зале не было – только несколько жён правителя Вермитура и конечно же Рой. Слуги пояснили, что утром для нас проведут экскурсию по городу, но пока покидать замок запрещено. К счастью, меня всё же проводили к месту, где разместился наш отряд.

– Фран! Скажи, что Рой отпустит Лойда! Это ведь какая-то дурацкая шутка, да?! – ребята не находили себе места, и, если говорить откровенно, не знали что делать без командира. – И где Анна?

– Не шутка, – я тяжело покачала головой. – Анна сейчас занята. Лучше скажите, есть ли у вас идеи. Я надеюсь завтра попасть в город и выяснить, в каком они состоянии и оказали ли им хоть какую-то медицинскую помощь.

– Мы должны помнить, зачем мы здесь, – внезапно перебил Альберт, тут же поймав на себе яростный взгляд Билла.

– Слабак! Может, ты уже решил спеться с Роем, раз так спокойно бросаешь Лойда в тюрьме со сломанной рукой?! Его казнят!

Спор вспыхнул мгновенно, они начали обвинять друг друга в бесполезности, кричать, что миссия будет провалена и все жертвы были напрасны. Снова пошли разговоры об Астралисе и тех, кто несёт на себе метку. И… о цене этой миссии, может ли в неё входить Лойд.

Про Таррена они не вспоминали.

Без Лойда дисциплина в отряде рушилась на глазах.

– Успокойтесь! – устало оборвала я. – Сегодня мы всё равно ничего не решим, идите спать. У нас есть две недели, чтобы вытащить Лойда и найти источник печатей в Красной Башне. Завтра, когда осмотримся в городе и поймём, насколько свободно мы можем перемещаться, распределим обязанности.

И может, к нам даже присоединится Анна. А я узнаю на что конкретно согласен Рой, если он немного отошёл.

– Вы не знаете, когда возвращается этот их… правитель? – я в задумчивости почесала голову.

– Нет, нам почти ничего не говорят. Но я слышал, что в картинной галерее есть портреты всех правителей с датами их жизни. Это в твоём крыле, можешь глянуть.

Глава 25.1. Правители Вермитура

Оказаться в картинной галерее сразу мне не удалось – она была закрыта на ночь. Слуги и даже встреченные в коридорах стражники настойчиво советовали мне ложиться спать, ведь давно уже миновала полночь.

С утра нас ждала экскурсия по городу, организованная специально для Роя и его жён. В дверь моих богато обставленных покоев вежливо постучали, приглашая к завтраку. Когда я ответила, что не голодна, мне объявили, что трапеза пройдёт в одной из лучших кофеен города, как часть экскурсии.

Я очень, очень хотела поскорее выбраться из дворца.

Вчера, перед сном, мы с Целесте обсудили наши условия: она требовала, чтобы я проникла в подвалы Красной башни, без Роя и уничтожила там некую «единицу». Взамен она пообещала помочь мне пробраться в тюрьму, но предупредила, что для этого потребуется долгое наблюдение, с которого мы и начнём. Помогать мне освобождать Таррена и Лойда она наотрез отказалась, но я решила действовать пошагово и честно предупредила её, что пока я не узнаю больше об этой «единице», уничтожать ничего не стану. Но в подвалы башни спущусь.

– Доброе утро, леди Фран, – поприветствовала меня служанка Бетси, низко поклонившись, вчера именно она помогала мне найти покои. – Коляска уже готова.

Во внутреннем дворе нас ждал экипаж на шесть человек – тёмно-синий, с золочёной окантовкой, широкими дверцами и мягкими сиденьями, обтянутыми светлой кожей. Внутри было просторно, а на подножке замер кучер в парадной ливрее. Здесь же, рядом с коляской, уже находились Рой и две его жены.

А также советник Таледор Стоун и старшая жена правителя Вермитура.

– Не думаю, что кто-то знает город лучше меня, – произнесла Марелин Ардор. – Вы не возражаете?

Спрашивала она, разумеется, у Роя, его мнение здесь считалось самым важным, точно так же, как и в Доминис Мора. Одержимость людей вне Астралиса статусом дракона или… дракарра просто поражала. И почему никто, кроме меня, не видит, что Таррен почти такой же, как Рой?

Мысли о нём заставили сердце сжаться – я отчаянно по нему скучала. Я знала, что он в порядке, знала, что он как никто другой способен постоять за себя и планировать наперёд, но всё равно не могла перестать думать о том, как он там, в тюрьме.

И в каком состоянии сейчас Лойд со своим серьёзным переломом.

– Можем ли мы навестить городскую тюрьму? – тут же спросила я.

Времени терять не хотелось. А вдруг мы можем просто прийти туда и потребовать встречи с «преступниками»? В Астралисе подобное было в норме, существовали процедуры.

– Только с разрешения вашего мужа или самого правителя Вермитура, – вежливо, но почти иронично улыбнулся мне советник. Умные, тёмные глаза этого худого мужчины, казалось, проникали прямо в голову, и я подозревала, что он подмечает каждый наш шаг.

Каждую нашу ошибку. В этой внимательности и неторопливости Таледора Стоуна было что-то… змеиное.

Дорогу специально расчистили, чтобы коляска такого внушительного размера могла беспрепятственно проехать. Внутри мы расположились с комфортом, не задевая друг друга. Эллен и Анна не произнесли ни слова, более того, Анна старательно избегала смотреть на меня, но иногда я ловила ее больной взгляд.

Как мы до этого дошли?! Так она представляла себе своё спасение?

Коляска тронулась, начиная долгий выезд с территории дворца, что в очередной раз заставило меня осознать, насколько огромен этот комплекс. На небольшом отдалении за нами следовали стражники на лошадях.

В голове отозвался голос Целесте:

– Сохраняй фокус. Постоянно отслеживай численность и ротацию стражи, без исключений. Я скорректирую твой маршрут на ближайшие дни и оптимизирую точки перемещения. Учти, что одной этой поездки для нашей цели недостаточно.

Стоило нам покинуть дворцовые земли, как Марелин чуть подалась вперёд, словно желая, чтобы мы увидели город её глазами.

– Это сердце Алтуса, – торжественно произнесла она, когда экипаж выехал на Главную площадь. – Здесь празднуют победы и объявляют указы. Здесь же народ впервые слышит приговоры. И именно здесь состоится казнь тех мужчин, с которыми вы прибыли.

При виде помоста, на котором уже вовсю что-то строили, мне стало дурно. Анна даже не смотрела в окно, упорно разглядывая пол под ногами, зато Эллен охотно включилась в беседу, ведя приторно вежливый разговор с Марелин и Таледором Стоуном.

Следующей достопримечательностью оказался храм Этарра – высокий, светлый, с величественными мраморными колоннами, тяжёлыми дверями и богатой отделкой. Марелин заметила, что здесь венчают правителей и принимают клятвы, от которых невозможно отказаться. Здесь же и она когда-то стала старшей супругой правителя Вермитура.

Чуть в стороне раскинулся университет. Внешне напоминающий дворец, он возвышался на холме, но выглядел куда менее впечатляющим, чем «Гнездо Этарра» или же храм.

Дорога неожиданно вильнула влево, и по обе стороны от неё раскинулся огромный городской парк. Там прогуливались приятно одетые мужчины и женщины, нередко в сопровождении компаньонок; здесь же устраивались пикники и семейные празднества.

– Прямо за этим парком находятся дома богатейших жителей Алтуса – власть без титула. Думаю, вам будет интересна архитектура этого района, вряд ли вы видели что-то подобное у себя.

Астралис сейчас действительно выглядел слишком индустриальным – где уж ему было до утончённых архитектурных изысков Вермитура или даже Доминис Мора?

Всё это время я подмечала городскую стражу: десятки, сотни человек постоянно патрулировали улицы. Я совершенно не понимала, как Целесте собирается проложить для меня оптимальный путь к тюрьме, которую я к тому же до сих пор не нашла.

– В одном из этих домов выросла и я. Мой отец – богатейший человек Вермитура, разумеется, после моего мужа, – гордо произнесла Марелин.

– Почему вы вышли за него замуж? – спросила я. – Вряд ли вам хочется делить любимого с кем-то ещё.

Женщина уставилась на меня так, будто мой поступок – этот вопрос – был за гранью всего дозволенного в этом обществе. Однако она быстро взяла себя в руки, хотя по её побледневшему лицу я и видела, что она глубоко оскорблена.

– Нет ничего постыдного или неправильного в традициях Вермитура, чтящихся и передающихся нами из поколения в поколение, – ответила она, гордо вскинув голову. – Я старшая жена, я ничего не теряю, лишь приобретаю защиту от печати истощения.

Да! Именно на такой ответ я и надеялась.

– Значит, вы тоже… подвержены печатям здесь, в Вермитуре? – спросила я в лоб.

Женщина поджала губы, а советник подался вперёд – мои вопросы, явно казавшиеся Марелин оскорбительными, никак эмоционально его не задевали, но он был полностью вовлечён в разговор.

– К сожалению, эта зараза коснулась и нас. С тех самых пор, как в Алтус попали пришлые, чужаки, принёсшие с собой проклятие печати.

Они считают, что печати приносят жители других городов! Поэтому они их и убивают!

– Ни у Лойда, ни у Таррена нет печатей… – решительно начала я, но меня перебил советник.

– Ваша младшая жена, мой лорд, позволяет себе непозволительно много. В том числе и открыто засматриваться на других мужчин, она почти не сводила со стражников взгляда в пути. А одного из них и вовсе приманивала рукой в ритуальном приглашении.

Голос Таледора был проникновенным, почти ласковым.

Я не приманивала! Мне показалось, что стражник посмотрел на меня с подозрением, и я просто отмахнулась!

– Анализ речевых параметров советника Таледора Стоуна указывает на его неудовлетворённость текущим балансом власти. Я предполагаю, что в Рое Ферреле он видит окно возможностей. Вероятнее всего, он рассчитывает, что Рой вызовет правителя Вермитура на поединок. В случае смены короны Таледор займёт позицию верховного советника при новом монархе.

Какая же она полезная, когда мы действуем заодно.

– Подобное поведение непростительно для жён дракарров, и младшие жёны должны быть серьёзно наказаны. Иначе их поступки – прямое публичное оскорбление вам, мой лорд. Но я уверен, что вы и так прекрасно об этом знаете.

Глава 25.2. Правители Вермитура

В коляске повисло тягостное молчание, нарушаемое только громким биением моего сердца. Никаких правил Вермитура при пересечении вуали нам не объяснили, и я знать не знала, что общение с другими мужчинами даже на уровне знаков считается здесь едва ли не публичной изменой.

И что будет, когда советник разнюхает о том, что вчера я в полном одиночестве навещала Билла, Ленора и Альберта?

– И в чём же заключается наказание, Таледор? – вкрадчиво поинтересовался Рой.

– Младшая жена может искупить свой проступок долгим публичным трудом или же принести извинения перед вами в храме Этарра, пройдя через традиционный ритуал, мой лорд, и публично признав вашу власть над ней.

– И это все варианты?

В эту секунду я была благодарна Рою за эти вопросы, потому что меня саму интересовало то же самое. Варианты есть всегда, из любой ситуации можно выкрутиться, и единственное, что нельзя изменить – это смерть.

– Выше дракарров только они, – Таледор таинственно указал на небо, намекая на богов. – И мы не можем позволить проявлять к вам неуважение, даже если вы решите простить глупую младшую жену. Леди Фран будет изгнана из Вермитура и отправлена за вуаль…

– Моя младшая жена была незнакома с традициями Вермитура, и я отношусь к ней слишком мягко, – спокойно произнёс Рой. – Уверен, выслушав ваши правила, она примет верное решение…

Он смотрел на меня, прекрасно зная, что для меня это выбор без выбора. Тратить драгоценное время на публичную работу я не собиралась, да и уходить за вуаль мне сейчас совсем не с руки – моя цель здесь. Красная башня, а теперь ещё и тюрьма.

– Имеет ли этот ритуал последствия? – спросила я советника и Марелин, почему-то веря, что сейчас они не станут лгать.

Они думали, что Рой, да и мы все, знаем об обычаях дракарров и статусе жён куда больше.

– Многие младшие жёны, особенно благородных кровей, находят его… очень унизительным, леди Фран, – невозмутимо ответил Таледор Стоун. – Зачастую они даже не покидают дворца неделями… Но это учит их впредь не совершать подобные ошибки.

– Я уверена, в замке найдётся учитель, который объяснит нам, чего в дальнейшем ожидают от младших жён? – вопросительно обратилась я к Марелин. – Вы могли бы быть более снисходительны к промахам, совершенным по незнанию, ведь там, откуда мы родом, подобное не считается проблемой.

Ссориться с ними я не планировала – у меня просто не было на это времени. Поэтому я почти копировала их интонации, делая вид, будто извинения и ритуал для меня – сущий пустяк.

– Незнание законов не освобождает от их исполнения, – сурово отрезала старшая жена правителя. – И конечно же, мы найдём вам учителя.

***

Ритуал назначили на завтра. Кроме того, за завтраком нам объяснили, что мы не сможем передвигаться без компаньонок, полагающихся всем, кроме старших жён. Их нам представят позднее – сейчас они только прибывают в Алтус из других городов.

Вернувшись с экскурсии, я сразу же направилась в галерею с портретами правителей Вермитура, помня о том, что сказали мне вчера ребята. Могла ли я теперь с ними общаться? Влезать в новые проблемы совершенно не хотелось – нужно хотя бы дождаться учителя и выяснить, что именно мне дозволено как младшей жене и в каком формате.

Будь проклят Рой! Где бы он ни появлялся, он тут же становился самым важным человеком, а я превращалась в нечто, зависимое от его милости. На моё счастье, сейчас ему что-то от меня нужно, и я обязана использовать этот рычаг давления до последнего.

Галерея оказалась просторной и вытянутой, с высоким сводчатым потолком и витражными окнами, пропускающими тусклый дневной свет. Вдоль главной стены висели огромные портреты правителей Вермитура – не больше пятнадцати штук, все поясные, в церемониальных одеждах, с регалиями и знаками власти. Лица были строгими, застывшими в своей неподвижности. Имена и годы правления были выбиты на небольших табличках под рамами.

На противоположной стене теснились женские портреты. Их было заметно больше, сами полотна уступали в размерах, а под некоторыми и вовсе отсутствовали таблички. Именно эти женские лица изучала Анна – единственный человек в галерее, если не считать стражи, замершей у дверей.

– Анна, – тихо позвала я её, заставив девушку вздрогнуть.

Она была непривычно тихой в последнее время, будто лишилась всей своей энергии и здоровой злости, в то время как я, наоборот, чувствовала здесь особый прилив сил. Я знала, что буду сбегать из дворца и по ночам наблюдать за стражей, и знала, что Целесте мне в этом поможет.

Анна не ответила, словно не знала, что сказать, и я, пожав плечами, принялась изучать большие портреты.

Наряды правителей отчётливо выдавали разницу в веках между многими из них. Первые полотна отражали совсем малые сроки правления – кто-то не продержался и года. На одних были надеты тоги, на других – древние кольчуги и кирасы. Современные, по меркам Вермитура, одежды красовались только на нынешнем правителе – высоком светловолосом мужчине с жёстким лицом. В руках он держал скипетр, а на его голове покоилась неожиданно чёрная корона.

«Беррай Ардор, второй сын Вигорра Уничтожителя» – гласила надпись, находившаяся чуть ниже другой, на незнакомом мне языке, напоминающем тот, что мы видели в катакомбах.

Этот самый Беррай ни капли не походил на своего отца – портрет Вигорра тоже был здесь, и я сразу узнала мужчину из моих снов. На табличке Беррая не значилась дата конца правления – только начало.

– Сейчас круг тысяча двести шестидесятый после пробуждения Этарра, – тихо произнесла Анна за моей спиной. – Этот Беррай правит Вермитуром…

Триста семьдесят восемь лет.

Я тупо пялилась на даты правления Беррая Ардора, пытаясь осознать услышанное. Неужели ритуал… действительно сделал их бессмертными?

Рядом с огромным портретом Беррая находилась не менее внушительная рама. Но внутри неё было лишь иссиня-чёрное плотное полотно, а надпись внизу впервые не содержала ни имени, ни дат.

«Предатель Вермитура лишён имени. Ни камень, ни дерево, ни живая душа не удержат памяти о нём. Имя его недостойно ни молитвы, ни летописи. Да будет он связан вечной мукой».

Глава 26.1. Жёны младшие и старшие

– Это предыдущий правитель Вермитура? – спросила Анна. – Разница между нынешним правителем, Берраем, и этим Вигорром Уничтожителем составляет двести два года.

Я смотрела на чёрное полотно в огромной дорогой раме, чувствуя, как липкое дурное предчувствие охватывает моё тело. Я не знала почему, но в эту секунду я думала только о Таррене.

«Я не чувствую, что у меня есть семья. Была когда-то, но они давно погибли».

«Да будет он связан вечной мукой».

Мог ли он быть… предателем Вермитура? Правление Вигорра закончилось в семьсот шестнадцатом году, а значит, этот таинственный предатель правил почти пятьсот пятьдесят лет назад.

– Фран? – Анна заметила, что я застыла и почти не дышу. – Ты видела портреты жён? Полагаю, они скажут тебе больше, чем изображения этих правителей.

Я кивнула, отходя от рамы с чёрным полотном и чувствуя, как бешено колотится сердце. Портретов жён было множество, но чем больше я вчитывалась в таблички, тем отчётливее понимала, что здесь только старшие жёны.

«Старшая жена Беррая Ардора Ведана», «Старшая жена Беррая Ардора Лейла, пришедшая в Гнездо Этарра младшей женой». Портрет Марелин тоже был здесь – самый последний на стене на данный момент.

– Похоже, жёны живут совсем не столько, сколько эти… дракарры. А ещё выходит, что младшая жена может стать старшей.

Я сравнила даты жизни Лейлы и Веданы и поняла, что Лейлу «повысили» после смерти предыдущей старшей жены. Как, однако, удобно устроились эти правители.

– Они всё равно жили долго, больше ста двадцати лет… кроме Веданы, – произнесла я, изучая даты.

В голову пришла дурацкая мысль… А вдруг Берраю захотелось детей от другой женщины, и он попросту избавился от Веданы?

Перед Веданой висел портрет женщины – без таблички, без имён и дат жизни. Я догадалась, что она была единственной старшей женой того самого предателя Вермитура. По крайней мере, пока он оставался у власти.

– Фран? Что бы ни произошло там, с этим дурацким извинением в храме Этарра… это не будет ничего значить. Все знают, что ты делаешь это только ради того, чтобы вермитурцы от тебя отвязались. Что ты же поможешь нам освободить Лойда… и пробраться в Красную Башню.

– Да. Это ничего не значит, – тепло и благодарно улыбнулась я Анне. – Дождёмся учителя, который растолкует нам, что можно, а что нельзя, и этих компаньонок. А после обсудим передвижение по Алтусу с ребятами.

Девушка кивнула мне, выглядя куда бледнее обычного, и направилась к выходу. Я уже собиралась последовать за ней, когда заметила знакомое лицо на одном из портретов.

Сердце пропустило удар, а ладони мгновенно вспотели.

Но глаза меня не обманывали.

«Старшая жена Вигорра Ардора Исабо, пришедшая в Гнездо Этарра младшей женой».

***

– Вы слушаете, леди Фран? – сурово спросила меня сухонькая старушка, женщина по имени Лиида Ларре, которая расписывала нам с Анной правила поведения младших жён.

Эллен здесь не было – она вовсю наслаждалась статусом старшей жены, которого на самом деле не имела, но я даже не злилась. Никто из нас не воспринимал эти правила всерьёз, а Эллен, если честно, и должна быть… его единственной женой.

Многоженство незаконно в Астралисе, и как Рой вообще собирается объяснять там свой статус? Впрочем… планирует ли он возвращаться? Или думает вызвать Беррая на поединок?

– Леди Фран!

– Извините, – я улыбнулась старушке, а после продолжила аккуратно записывать сказанное ею.

Не позволять прикасаться к своим рукам выше запястий, не смотреть в глаза дольше пятнадцати секунд, иначе это сочтут приглашением, и уж тем более не приглашать самой. Не принимать из рук мужчин еду или одежду, не позволять им касаться волос, не брать их камзолы и плащи. С нашими друзьями мы могли общаться лишь в присутствии других жён – желательно старшей, но и младшая подойдёт, – или же в сопровождении компаньонки, с которыми нам велели передвигаться по городу.

– А можно гулять по городу с другой женой?

Лиида Ларре посмотрела на меня с подозрением, нахмурилась, но тут же выдала причину своего недоумения.

– Младшие жёны соперничают за внимание правителя и нередко создают для других… компрометирующие ситуации, – ответила она. – Не думаю, что это хорошее решение.

– Мы с Анной, да и с Эллен и… Катариной просто-таки лучшие подруги, – я улыбнулась от уха до уха. – И мы очень любим долгие прогулки по городу, часов на пять-шесть, чтобы выплеснуть энергию. Не думаю, что наши компаньонки оценят такой темп.

– Дело ваше, леди Фран. Помните только, что к семи вы обязаны быть во дворце, на ночь он закрывается.

– Миссис Ларре! – после короткого стука в комнату заглянула девушка невероятной красоты – с густой гривой иссиня-чёрных волос и голубыми глазами. Она кого-то мне напомнила, но я не могла сразу сообразить, кого…