Текст книги "Восемь недель за вуалью (СИ)"
Автор книги: Дарья Верескова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 19 страниц)
– Так я был одним из тех, кто отправился на поиски дракона! – мужчина даже оскорбился. – И не думай, что жители Доминис Мора не покидают свой город. Просто мы не делаем этого как тупицы, отправляясь неведомо куда и неведомо зачем без должной подготовки. Без нашей помощи вы давно бы померли!
Я шумно выдохнула, желая его прибить – во многом потому, что он был прав. О том, что в Красной Башне мы найдём ответ об источнике печатей истощения, мы знали лишь из легенд и старых архивов. Где гарантии, что всё это вообще правда?
– В следующий раз, когда тебя будет поглощать Мирекса, помогать не буду, – огрызнулась я. – Раз мы такие тупые.
Астралис гордился этими миссиями. Гордился тем, что мы пытаемся изменить то, что кажется невозможным.
Стражник уже собирался что-то мне ответить, но его отвлёк Рой, вернувшийся назад в одиночестве. Эллен давно уже была в лагере и сейчас пила горячий чай, мирно переговариваясь с одним из стражников и Альбертом.
– Я сделала целую кучу записей. Бек, посмотришь?
Беком оказался тощий молодой стражник, почти никогда не снимавший с головы шапки. Теперь я поняла почему – его волосы отличались такой рыжей кудрявостью, что делали мужчину младше лет на пятнадцать, несмотря на все попытки отрастить куцую бороду на худом лице.
Стражник и правда, хоть и косо, перевёл большую часть надписей, подтвердив слова Таррена. А ещё в Доминис Мора действительно использовали календарь Этарра – и некоторым захоронениям, обнаруженным нами, было больше шестисот лет…
Чем ближе мы подходили к башне, тем больше вопросов у меня появлялось.
Той ночью, первой в катакомбах, мне снова приснилась Исабо.
Глава 18.1. Земляне
~ ~ ~
– Ты уверена, что всё в порядке? В последнее время ты сама не своя, – Том ходил за Исабо по их небольшой квартире, пока она собирала вещи в Вермитур.
– Да... Наверное, я схожу к врачу, когда вернусь. Сейчас просто не успеваю.
Она не хотела волновать своего жениха, не хотела говорить ему о том, что её беспокоят странные провалы в памяти и пугающие образы.
В основном это был Вигорр. Над ней, вокруг неё, внутри неё.
Она видела его лицо, искажённое больной страстью, видела, как он целовал её лодыжки, закинутые на его плечи. Он брал её – трахал почти безумно – в болезненной позе, так, что всё вокруг содрогалось.
А потом она моргала, и наваждение исчезало. Правитель Вермитура сидел перед ней либо в нарядах аборигенов, либо в идеально выкроенном пиджаке и спрашивал что-то до отвратительного банальное и профессиональное. Это несовпадение жутких образов и реальности сводило Исабо с ума.
Она могла бы подумать, что он оказывает на неё знаменитое воздействие дракарров, но подобное она бы запомнила. Тем более, земляне куда более устойчивы к нему.
Если бы она кому-то рассказала, ей наверняка бы ответили, что она просто сексуально одержима Вигорром, как и огромное количество других девушек из колоний.
Но она не была одержима.
Исабо не хотела Вигорра, её не возбуждали эти видения.
Они пугали её, а иногда пугал и сам мужчина, хотя по отношению к Исабо он всегда был вежлив и не слишком навязчив. Она даже попыталась выйти из группы сопровождения вермитурцев, но начальник, пытаясь выяснить причины и поняв, что ничего внятного она произнести не может, выглядел очень разочарованным.
Исабо так сильно хотела повышения, что, заметив его реакцию, сразу же заверила, будто всё в порядке, она просто устала, но обязательно примет участие в предстоящей поездке.
– Да, это хорошая идея, – Том замечал перемены в ней, он давно уже не узнавал свою невесту. – Мы почти не проводим время вместе. Из-за этой работы ты так изменилась, стала холоднее, закрылась.
Исабо потянулась к любимому, сразу же оказываясь в привычных объятиях, в которых ей становилось легче. Она знала, что Том недоволен – у них уже давно не было секса, но по какой-то причине близость в последнее время воспринималась ею… без прежнего энтузиазма.
– Прости. Ты прав, конечно, и мы обязательно выберемся куда-нибудь. Я возьму отпуск, что ты об этом думаешь? Мы можем отправиться на каньоны, севернее Калмана… – Исабо знала, насколько Том любил скалолазание, а это место славилось несколькими знаменитыми площадками.
– Попробуем, – он ласково поцеловал её в шею, почти мурча. – Надеюсь, ситуация с нежитью улучшится к тому моменту. И наши друзья из Вермитура помогут с зачисткой огнём.
– Должны, у нас соглашение. Всё, мне пора, люблю тебя.
– Я тебя больше.
***
– Вы выглядите рассеянной, Исабо, – заметил Вигорр, сидящий перед ней в… повозке.
В повозке, запряжённой конями. И пусть этот транспорт был удобным, с поворотной передней осью и рессорами, сути дела это не меняло.
– Я никогда до этого не была в карете, – ответила она вежливо, надеясь скрыть нервозность.
– Ваши железные машины запрещены в Вермитуре, да и не пройдут по многим дорогам. Слишком уж они… хрупкие. Я заметил, что они постоянно ломаются, и вы проводите больше времени в попытках их починить.
Он больше не оборачивался к Исабо, смотря строго вперёд, но в его голосе сквозила лёгкая властная ирония. Он был искренне убеждён, что их образ жизни предпочтительнее. И он имел на это право – в конце концов, он был правителем целой страны, которую они называли королевством.
А они так и не смогли развернуть полноценное машиностроение.
– Я готова следовать традициям Вермитура на время поездки. Извините, если вам показалось, что я жалуюсь, – Исабо не хотела бы, чтобы Вигорр счёл её поведение неуважительным.
Без дракарров было бы очень тяжело – именно они отвечали за контроль над нежитью. Исабо помнила первый раз, когда увидела древнейших представителей этой планеты. Они пролетали над её головой, сжигая тысячи тварей, против которых лучшие учёные так и не смогли разработать подходящего оружия.
– Уверяю вас, вам будут оказаны все удобства в соответствии с версией соглашения шестьсот тридцать третьего года, – заверил её ассистент Вигорра. Или телохранитель, а может оруженосец – она так до конца и не поняла.
– Но я думала, мы будем жить во дворце правителя? Всей командой? Вы же проводите исследования в специально оборудованной зоне рядом?
– Да, и ваши покои были переделаны под ваши нужды, мисс Исабо, – учтиво ответил ассистент.
~ ~ ~
Я проснулась от шума лагеря, готовящегося к новому дню, и попыталась быстро подняться – вспомнила, что сегодня моя очередь готовить завтрак, раз уж меня освободили от ночного дежурства. Получилось плохо: мы спали на камнях, которые были куда тверже привычной земли, и все тело затекло.
Мне было даже жаль, что сон закончился – он был немного спокойнее предыдущего и в этот раз в нём не было насилия... Если не считать образов, возникавших перед глазами Исабо.
Сколько раз Вигорр насиловал её и стирал ей память зельем?
Было ли всё это реальностью, прошлым или плодом моего воображения?
Рядом со мной бесшумно поднимался Таррен. Он выглядел так, будто проснулся уже много часов назад – настолько он был сосредоточенным и собранным. Он посмотрел в сторону выхода из катакомб, дождь лил всё с той же интенсивностью, и стена воды не думала редеть.
– Сегодня мы должны найти выход из катакомб, тот, о котором упоминали в отчётах другой миссии, и убедиться, что Красная Башня действительно находится по ту сторону. А после продолжим исследования здесь, – объявил Лойд, вызвав недовольные гримасы у стражников, которые явно не горели желанием выслушивать его приказы.
Но Роя здесь не было. Он появился из-за угла единственного коридора вместе с сонной Анной, которая смотрела на него тревожно, так, будто не узнавала.
– Всё в порядке? – я подошла к ней, свернув свою лежанку и закинув её в общую кучу. Девушка потирала запястье. Присмотревшись, я увидела на нём синяк. – Он был жесток с тобой?!
– Нет, – Анна покачала головой. – Но… ему что-то снилось, что-то странное, и он сам не заметил, как схватил меня. С ним происходит что-то неладное, Фран, и я не могу этого понять. Он говорит всё меньше с каждым днём.
– Не спи с ним, если не хочешь, ты не обязана. Ты уже приняла участие в ритуале. Если он окажется правдивым, метка исчезнет!
– Я… – Анна прикусила губу. – Я хочу. Всё ещё хочу…
– Фран? – Лойду не понравилось, что приготовление завтрака ещё не началось. Но бернувшись, я не сдержала широкой улыбки, потому что Таррен уже занялся делами и ставил большой котёл на огонь.
– Иду!
Я быстро подошла к мужчине, сразу же включаясь в процесс, когда Таррен отвлёк меня прикосновением. Почти неуловимым, к моим запястьям. Он встал так, чтобы закрыть обзор почти всем остальным.
– Сегодня, Фран, – уверенно произнёс он, а после развернулся нарезать сыр, пока я занималась кашей.
От его слов волнение сжало мою грудь и я встряхнула головой, пытаясь избавиться от наваждения. Я сама попросила Таррена, я хотела его, хотела быть свободной, но слова Анны и тяжёлые впечатления от снов об Исабо сбивали весь мой настрой…
А потом я вспомнила, что видела во сне прошлой ночью.
Мир без вуали.
***
Большое спасибо за награду, Татьяна
Глава 18.2. Земляне
– Фран, ты продолжишь на нижнем этаже, – Лойд Рассел закончил раздавать указания, и я тут же с готовностью кивнула. Мне не терпелось добраться до гробниц «землян», хотя я и не была уверена, что именно это означало.
– Я отправлюсь с Фран, – уверенно заявил Таррен, заканчивая отодвигать к стене всё необходимое для завтрака.
Командир согласился после короткой паузы, в которой было… слишком много недосказанности.
– Конечно.
Что они думали обо мне и Таррене? Считали ли нас парой – из-за того, что мы почти всё делали вместе и почти никогда не расставались? Таррен без слов поднимал все тяжёлые предметы, он всегда был на моей стороне и даже безропотно выслушивал от стражников Роя целую кучу издёвок. Которые, каким-то образом, совсем не цеплялись к нему.
Возможно, дело было в его ледяном спокойствии…
Или в его ярких зелёных глазах – умных, спокойных, выжидающих. Будто он знал больше, чем все здесь присутствующие, будто для него это был просто незначительный этап.
Моё молчаливое поведение также никак не сбивало Таррена с его настроя – он никак не упоминал мою неожиданную холодность и отсутствие реакции на его слова о том, что он хочет попробовать… сегодня.
Мы почти бесшумно спустились на тот же этаж, где закончили осмотр прошлой ночью, и продолжили работу – на этот раз у меня был свой факел. Отсутствие солнечного света немного угнетало, как и бесконечные захоронения вокруг, но я была слишком глубоко погружена в свои мысли, думая о сне и об Исабо.
Мир без вуали… Сколько же веков назад это было? Мы знали, что когда-то он существовал – так же, как и мир без печатей истощения. Но стоило заглянуть в записи даже на десять-пятнадцать поколений назад, как выяснялось, что вуаль уже тогда принимали за данность. Возможно, в городских архивах Астралиса сохранилась хоть какая-то информация, но доступа у обычных людей к ней не было…
А вот у Роя был.
Стоит ли мне спросить его о том, что он нашёл в архивах? Он ведь получил к ним доступ, после чего отношения Феррелов с Конклавом стали намного ближе… Могло ли решение Роя отправиться в миссию быть связано с его находками в тех бумагах?
Почему я вижу сны о том, что происходило в моей собственной жизни, наравне со снами об Исабо? Почему я начала видеть их только здесь, за вуалью?
– Сюда, – тихо произнёс Таррен, делая пометки в журнале, и я приказала себе собраться.
Вообще-то, направляясь сюда, мы на полном серьёзе ожидали, что это место будет кишеть масками, но этого не произошло – мы пока не встретили вообще никого из нежити. Но если что-то случится с Тарреном из-за того, что я невнимательна…
– Захоронения этих… «землян» в конце коридора, – произнесла я впервые за долгое время. – Ты знаешь, кто это?
– Так называется одна из народностей. Как жители Доминис Мора или вы – жители Астралиса, – ответил он спокойно, и я подумала, что это, наверное, имеет смысл.
– Почему они захоронены отдельно? Другая вера? Традиции?
– Возможно, – глаза Таррена блеснули, отражая огонь факела. – Совсем скоро мы и сами всё увидим.
В тишине мы миновали одну погребальную комнату за другой. В какой-то момент счёт этим крохотным подземным залам перевалил за сотню, и это не считая многочисленных ответвлений, уходящих коридорами вглубь.
– Вряд ли это место использовалось только для захоронений, – уверенно произнесла я. Сейчас мы двигались по особенно длинному и узкому переходу, где мог пройти только один человек. – Эти коридоры простираются на много километров вокруг. Какой смысл строить их здесь, в горе, вдалеке от больших городов? Эти туннели можно использовать для безопасного передвижения, особенно если здесь нет нежити…
Я не договорила, завидев едва заметный свет, и поспешила туда, сразу же сильно ускоряясь.
– Фран, – голос Таррена оказался неожиданно жёстким, заставив меня остановиться в растерянности. – Я пойду первым.
Мне на секунду захотелось возразить, напомнить, что он всё ещё не полностью восстановился, и что я долго готовилась к этой миссии. Привычка опекать Таррена, заботиться о нём – с того момента, когда я тащила его на себе в сторону Доминис Мора – никуда не исчезла.
Но Таррен мужчина. Твёрдость и непоколебимость в его голосе ясно давали понять, насколько это важно для него.
– Конечно.
Чем ближе мы подходили к источнику света, тем лучше я видела туннель и грубые деревянные балки, которыми он был укреплён. Влажная земля хлюпала под ногами – я и не заметила, как камень закончился. Время от времени нам встречались ниши в стенах, но они пустовали.
Однако того, что открылось нам в конце туннеля, я совсем не ожидала.
Пространство уходило в значительную высоту, холодное и лишённое всяких запахов. Вдоль стен тянулись ряды гладких матовых капсул, зафиксированные в выступающих ячейках. Я никогда раньше не видела такого материала. Бесшовный, не пропускающий свет, он не выдавал своего содержимого, но форма не оставляла сомнений. Это были своего рода гробы, которых не коснулось время.
– Это оно? Место захоронения «землян»?
Единственным источником света служило крохотное отверстие в стене. Внутри него, вероятно, находилась лампа, но её форму я не узнавала – подобные технологии не были нам доступны.
– Именно на это место указывали каменные таблички, обнаруженные нами вчера, – ответил Таррен, осматриваясь и задрав голову вверх.
– Но эти каменные таблички означают, что те захоронения и эти были сделаны в одно и то же время. Как такое возможно?
Я видела подобный уровень технологий лишь однажды – в озере красной вязи. Там, где держали прикованным Таррена, там, где я нашла лечебный аппарат.
– Так же, как вы живёте совсем рядом с Доминис Мора… И если верить твоим словам и словам членов вашего отряда, между вами сотни лет развития, – Таррен указал рукой на металлическую пластину над дверью, на которой красовалась вполне читаемая мною надпись «ВЫХОД».
Казалось, мужчину совсем не интересовало это место. Совсем не удивляло.
– Я хочу осмотреться.
Помимо сотен, а может и тысяч тел, расположенных на множестве уровней в гладких капсулах, здесь находился лишь один предмет – прямоугольный пьедестал, похожий на тот, что я видела у медицинского аппарата. Но в отличие от того, у этого отсутствовал источник энергии. Я ощупала его со всех сторон, но ничего не происходило. Я даже немного попинала его, надеясь, что что-то изменится, но безрезультатно.
Не знаю, почему я ожидала иного. И Целесте, как назло, молчит в моей голове, но спросить её прямо я не могла – я почти никогда не оставалась одна на достаточном расстоянии от остальных. Так, чтобы они меня не слышали.
Я уже собиралась направиться к выходу, когда заметила горстку пыли под одной из капсул. В принципе, грязь и земля были здесь повсюду, но из этой кучки… что-то торчало.
Предмет оказался чёрным, вытянутым и плоским, он удобно лёг в ладонь, словно был создан именно под человеческую руку. Материал был холодным и гладким – не металл, но и не дерево, без единого шва или видимых креплений. На одной стороне располагалось несколько мелких кнопок, пружинящих под пальцами, а в верхней части виднелся ряд крошечных отверстий.
Я не имела ни малейшего понятия, что это такое.
***
Большое спасибо за награду, анонимный пользователь
Глава 19.1. Эксперимент
Табличка с надписью «выход» указывала не только на выход из комнаты захоронений, но и на выход из катакомб. Я неверяще рассматривала грубую каменную арку и радовалась, что мы не обнаружили всем отрядом именно этот вход – внутри было недостаточно места для того, чтобы разбить лагерь.
– Это не тот выход, о котором писали члены предыдущей миссии, – пришла я к выводу.
Таррен за моей спиной молчал, но я чувствовала, что он стоял совсем рядом. Казалось, стоит мне откинуться и сделать шаг назад, и я уткнусь спиной в твёрдую грудь.
Кислотный дождь всё так же шёл стеной, плотные тучи закрывали солнце, из-за чего мир снаружи казался даже мрачнее, чем обычно. Но красной башни совершенно точно нигде не было видно – тем более этот выход находился с той же стороны скалы, в которую мы вошли изначально.
В руках я держала найденный предмет, размышляя, как он там оказался и какая у него функция. Хаотичное нажатие на кнопки ничего не дало.
– Возможно, в прошлом здесь находилось что-то другое. Поселение этих землян, – предположил Таррен.
Даже если оно и существовало, здесь ничего не осталось – даже пыли. Возможно, если их поселения были сооружены из того же материала, что и капсулы, кислотный дождь просто уничтожил их. Единственные руины, которые мы встречали, были из природного камня.
– Хочешь попробовать? – от вопроса мужчины за моей спиной я даже вздрогнула.
Он… о моей вчерашней просьбе? Долгий поход по туннелям катакомб отвлёк меня от неприятного сна, заразил азартом, вернул привычное желание действовать.
– Я говорю про дождь.
Чёрт!
Жар тут же прилип к щекам – я не сдержала румянца.
А ещё – лёгкого чувства разочарования. Я надеялась, наверное, что Таррен тоже хочет меня. Что он думает об этом по поводу и без, что попытается использовать эту возможность.
– Кислотный дождь уничтожит мою одежду, – произнесла я почему-то тихо, хотя рядом никого не было.
Я всё так же не оборачивалась, не желая сталкиваться со своим разочарованием лицом к лицу.
– Тогда сними её, – предложил Таррен так же тихо. – Мы запишем, сколько ты можешь выдержать под кислотным дождем. И можем прийти сюда завтра. И послезавтра, пока дождь не закончится, так же, как с ядом.
Какой он практичный. Всё, чтобы развивать мои способности?
Я начала раздеваться – неторопливо, стараясь не показывать смущения, стараясь выглядеть уверенной в себе – в конце концов, я планировала спать с этим мужчиной. Собственная смелость и открытость были очень новыми.
Назвать меня опытной было трудно – до Роя у меня был только один мужчина, и привычной для меня реакцией была бы неловкость… Но вместо этого я чувствовала опьянение.
Таррен уже сказал «да» вчера. И терять мне было нечего, поэтому я развернулась.
Мужчина напротив молчал.
А ещё – не отводил от меня взгляда, пока я заканчивала раздеваться. Не стесняясь, скользил взглядом по моему животу, треугольнику между ног, худощавым крепким бёдрам, коленям, икрам, ступням… И обратно, наверх.
Закончив, я стояла перед ним совсем обнажённая, в выходе из катакомб, отчаянно стараясь не краснеть, думая про себя о том, что с каждым днём этот мужчина знает обо мне всё больше, в то время как он сам, мне казалось, становился всё большей тайной.
Но мы ничего друг другу не обещали.
Возможно, я умру через три месяца, возможно, мы не сможем даже прикоснуться друг к другу… потому что ритуал с Роем работает.
Шум дождя за моей спиной почти оглушал.
Шаг назад – и капли попали на мою кожу. Они сразу же показались мне раскалёнными. Я крепко зажмурилась, но вместо спокойствия почувствовала, как меня накрывает волна паники и воспоминаний – о моменте, когда я проснулась около озера красной вязи. Когда моя кожа сползала от одного прикосновения, когда я буквально разлагалась заживо.
Я задыхалась.
– Дыши, Фран! Дождь не причиняет тебе вреда, это в твоей голове! – Таррена не было там, он не знает о моих воспоминаниях, но, похоже, он смог прочесть по моему лицу, насколько мне плохо.
А через секунду передо мной выросла тень, и к моим губам прикоснулись твёрдые мужские губы. Он тут же проник внутрь языком, целовал жадно, жёстко, так, как никогда прежде, стараясь привести меня в чувство. Так, что даже мои губы заболели.
Возбуждение, настолько неуместное в этот момент, захлестнуло с головой, внизу живота образовался болезненный спазм, и я всхлипнула в его губы.
И только потом вспомнила.
Безумно замычала в его рот, открывая глаза, наблюдая за тем, как под повреждённой одеждой его кожа пузырится, потому что у самого Таррена никакой устойчивости к кислотным дождям не было!
В эту секунду я словно стала в сто раз сильнее и толкнула мужчину назад, в безопасность катакомб, так, что мы оба упали. Столкновения с земляным полом я не почувствовала – весь удар принял на себя мой «объект».
Мои глаза шарили по его лицу, я нависла над Тарреном, тяжело дыша. Знакомые чешуйки выступили на висках, отсвечивая, переходя на шею, и я медленно провела по ним указательным пальцем. Возбуждение, остро и неожиданно возникшее под дождём, никуда не ушло – даже несмотря на то, что мужчина подо мной явно испытывал боль от многочисленных поверхностных ожогов.
Но не только боль.
Через плотные штаны, совсем рядом с средоточием моего желания, я отчётливо чувствовала его возбуждение. Он не моргал, смотрел всё тем же взглядом, в котором я никогда не читала сожаления или сомнений, и приподнял свои бёдра, показывая, что я поняла всё правильно.
Даже моя грудь болела – настолько сильно я этого хотела.
Его рука прошлась по моей обнажённой спине, сползла по задней стороне бедра до колена, а после притянула за него вбок – так, что мои ноги раздвинулись в совершенно бесстыдном жесте.
Если бы кто-то увидел нас со стороны…
– Если не хочешь, ничего не будет. Ничто, кроме тебя здесь, и кроме твоего желания, не имеет значения.
***
Большое спасибо за награды, Алтын, Мария, Диана Рукавишникова, Забава Путятична, Екатерина
Глава 19.2. Эксперимент
Оказывал ли Таррен на меня воздействие? Нормально ли было так сильно хотеть близости с тем, кого почти не знаешь, с тем, кого я видела при смерти? Слабым, беспомощным?
– Фран…
– Я хочу этого, – прямо заявила я, не отводя взгляда от мужчины.
Наклонилась ниже и поцеловала его – медленно, глубоко, выгибаясь всем телом и прижимаясь к нему. Я чувствовала, как его тело подо мной откликается – каменеет, везде. Чувствовала, как его рука переползает с колена на моё бедро и крепко обхватывает его. Он давал мне столько контроля, сколько я никогда не имела с Роем.
Я вообще почти никогда не выступала инициатором – не потому, что не хотела, а потому, что Рою всегда было мало. У нас, наверное, был разный аппетит, по крайней мере, так считала Луиз. Сколько я помнила наши отношения, почти ни одно наше утро не начиналось без секса.
Долго Таррен не позволял мне главенствовать: он перевернул меня на бок, частично закрывая мне обзор и открывая себе доступ ко всему моему телу. Доступ не только для рук, но и для глаз.
Мои губы вновь потянулись к нему, но, вернув поцелуй, Таррен отстранил меня, а после перешёл на шею, вылизывая её, покусывая и одновременно проводя рукой по моему боку и бёдрам. Возвращаясь наверх, к груди, которая судорожно поднималась и опускалась, он уделял внимание каждой клеточке моего тела. Постепенно передвигаясь вниз руками и ртом, он действовал не спеша, исследуя меня, но не его прикосновения сводили меня с ума больше всего.
А его взгляд – уверенный, почти спокойный, словно он изучал мои реакции. Таррен следил за моими глазами, сосками, моими губами, тем, как я прикусывала их, злясь на то, что мы не целуемся каждую секунду этого момента. И когда одних только зрительных реакций ему стало мало, он опустил руки ниже, туда, где я давно уже вся горела и текла.
– Ты всегда можешь сказать «нет», Фран, помни об этом, – напомнил он почему-то, и это вывело меня из себя.
– Я уже сказала «да», – ответила я, тяжело дыша. Его спокойствие раздражало, и я вцепилась в плотную мужскую рубашку, желая стянуть её с него. Он позволил, помогая мне раздевать его и обнажая свой торс. Но этого мне было мало – я потянулась к завязкам на его штанах, пропуская руку сразу вниз. Прикоснувшись к нему там, я поняла, насколько не сочетались его внешнее спокойствие и бешеное возбуждение.
– Надо же, в постели ты не отличаешься терпением, – хрипло произнёс он. Его рука, всё ещё влажная после того, как касалась меня, вернулась к груди и обхватила её, так что сосок оказался между двумя пальцами. Таррен смотрел на это почти заворожённо, а после, всё так же не убирая руки, коснулся вершины языком.
Не знаю, мог ли он читать мысли, но для меня всё это было слишком – а может, я просто не умела наслаждаться медленной прелюдией. Как будто почувствовав это, он бесшумным движением скользнул вниз, к моим бёдрам, оставляя меня на секунду с острым чувством пустоты – мне так хотелось, чтобы он был рядом.
Но оказавшись внизу, Таррен развернул меня на спину и приподнял за ягодицы, словно я была чёртовой едой, а он – варваром, который ел только руками и губами. От невероятной порочности происходящего я почти не могла думать, особенно когда он коснулся языком самого средоточия моего желания.
Вскрикнула, понимая, что болезненный спазм теперь прошил всё тело – долго я точно не продержусь. Ожидание секса с Тарреном, эта бесконечная прелюдия, его тотальный самоконтроль – я горела от одной только мысли. Внизу, казалось, разливалась лава, и местами мне даже становилось больно, особенно когда я чувствовала давление языка внутри.
Лучше бы я не смотрела…
Стоило мне поднять голову и увидеть, что он буквально утопил своё лицо между моих ног, как всё для меня закончилось – слишком быстро!
Но как же хорошо…
– Зз… Зачем ты это сделал? – хрипло прошептала я, чувствуя, что пожар внутри не потух. Открыв глаза, я поняла, что Таррен внимательно наблюдал за мной, пока я наслаждалась своей кульминацией, и продолжает смотреть сейчас, пока я медленно прихожу в себя.
Он не ответил – навис надо мной, целуя жёстко и сразу же засовывая мою руку себе в штаны, недвусмысленно намекая, что ему сейчас не до разговоров.
– Таррен… зачем, я хочу по-настоящему…
– Не сегодня, – неожиданно жёстко ответил он. Если бы я не чувствовала рукой, насколько он возбуждён, то подумала бы, что он способен уйти в любой момент – столько пугающего контроля было в его голосе. – Я хочу, чтобы после сегодняшнего у тебя остались только хорошие воспоминания.
***
Я поняла, о чём Таррен говорил, позже – когда жжение не прошло ни через полчаса, ни через час, пока мы возвращались назад в лагерь бесконечными коридорами. Я ничего не говорила ему, но он и так всё понимал по моему лицу.
Этот внимательный всевидящий взгляд… Он буквально читал меня как открытую книгу.
В какой-то момент Таррен и вовсе остановился, позволяя мне, стиснув зубы, переждать особенно болезненную вспышку жара. Я даже немного согнулась, а после громко выругалась.
– Ритуал работает, да? – спросила я прямо.
– Посмотри на меня. – Таррен положил руку мне на щеку, заставляя успокоиться, смотреть на него и не думать о жжении. – Всё будет хорошо, Фран. Но да, ритуал работает, пусть и не полностью. Не думаю, что близость с другим мужчиной убьёт тебя, но и… приятной она не будет.
Я не знала, что на это ответить – почему-то я до последнего верила, что ритуал не действует. Не знаю, с чем была связана моя надежда – какая, казалось бы, разница, ведь печать истощения всё равно отсчитывала оставшиеся мне дни.
– Ты знал? – поинтересовалась я, чувствуя, как его прикосновение и само его присутствие дают мне силы. Воспоминания о недавней близости, пусть и неполной, грели изнутри, и, не сдержавшись, я прижалась к Таррену в поисках поддержки и тепла.
Мужчина обнял меня, продолжая другой рукой держать факел, и я внезапно осознала, что широко улыбаюсь куда-то ему в грудь. И эта улыбка стала только шире, когда я почувствовала осторожный поцелуй в макушку.
– Я не знал наверняка, но и рисковать не собирался. В Красной Башне… я не знаю, что Рой собирается найти там и как он планирует завершать ритуал. Зачем вы вообще туда направляетесь?
Он не отпускал меня, но я поняла, что пора возвращаться, и отстранилась сама, обдумывая его слова.
– Мы ищем источник печатей истощения, – ответила я, направляясь вглубь коридоров. – В городских архивах Астралиса упоминается первый носитель печати; он сказал, что источник находится именно там, в Красной Башне, и что его можно уничтожить. Тебе, наверное, кажется, что это полная глупость, но миссии в основном сформированы из тех, кому осталось совсем немного… Терять уже нечего, и если у нас есть шанс изменить будущее для остальных, почему бы не использовать его?
– Сколько точек на твоей печати?
Я молчала, не зная, готова ли делиться такой информацией с кем бы то ни было. Я почти никому не признавалась, что печать существует, хотя, конечно, все догадывались.
– Несколько месяцев у меня есть, – уклончиво сказала я, продолжая двигаться вперёд.
Горячая железная хватка остановила меня – Таррен держал меня за запястье, ожидая, когда я развернусь. Стоило мне это сделать, как он поцеловал меня – глубоко, горячо и достаточно жёстко, словно пытаясь сказать что-то этим поцелуем.
– Это не конец, слышишь?
Я только кивнула, чувствуя, как Таррен ведёт меня вперёд, всё так же не отпуская моё запястье.
Ах да, он сказал, что не собирается скрывать наши отношения, какими бы они ни были.
– Откуда ты, Таррен? Из Красной Башни? – спросила я, думая про себя о том, что не знаю о нём совсем ничего.
– Наверное… Я не уверен.
Я только криво улыбнулась, не позволяя себе расстраиваться этим ответом.
Глава 20.1. План Роя
К обеду в лагере почти никого не было, но мы заработали пару удивленных взглядов от Лойда и Альберта. Казалось бы, в нашем общении ничего принципиально не изменилось – Таррен и прежде постоянно помогал мне, как и я ему, но теперь мы начали обмениваться едва заметными улыбками и лёгкими прикосновениями…
Лойд и Альберт промолчали – краткосрочные романы считались нормой в миссиях, ведь они давали умирающим дополнительную мотивацию идти дальше и бороться за свою жизнь.
Вторую половину дня мы исследовали этаж выше, на сей раз вместе с Альбертом, однако ничего интересного там не обнаружили – лишь несколько обрушенных коридоров, многочисленные залы непонятного назначения и комнаты отпевания…
