Текст книги "Ожидая рассвет"

Автор книги: Дарья Бухарова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 45 страниц)

– Мне всё равно! Он мой друг! – воскликнула Тия. – Что вы можете понимать?!

– Я думаю, Чувствующие позволят тебе. Я знаю того, кого ты называешь мастер Лимас. То есть, я его знала, когда была примерно в твоём возрасте, – девушка почувствовала, что Тия сопротивляется меньше, и осторожно отпустила её руку. Тия действительно не бросилась вон, хотя вполне об этом раздумывала. – Он больше любит свободу, чем порядок, и ценит личное больше общественного.

– Это неправда! – проворчала Тия.

– Расскажи мне о нём то, что знаешь ты, – попросила такейка. – Потом вернётся твой друг. Он помнит о тебе и о Лимасе и попросит за тебя, я ручаюсь.

– Ты так думаешь? – девочка надулась, но не очень охотно. Такейка кивнула в ответ, и она немного успокоилась – ну пусть тогда уж так… чем бегать по этой диковатой деревне в лесу и искать Лимаса самой.

* * *

Муравей деловито полз вверх по штанине, не сворачивая с намеченного пути. Тэм осторожно подставил руку и перенёс его обратно в траву. Он сидел на невысоком пеньке, изучая горстку свежесорванных ягод в своей ладони, и слушал лес.

Мае'ар не могла спокойно сидеть и посвящать время завтраку, пусть и такому заманчивому, как сочные ягоды, и даже не потому, что привыкла к трапезе, напоминающей театральное представление и состоящей из пары десятков блюд.

– Почему мы сидим, Хранитель? – спросила она в очередной раз, оглядываясь по сторонам.

Лес не внушал тревогу. Тэм никогда не был в Такее, хотя много слышал о тераиках и их заколдованных землях. Долгое время он вовсе был уверен, что тераиков не осталось, но миф стал реальностью ещё на пороге дома Ат Лавов… Вроде бы не так давно это было, а Тэм не мог забыть собственной бестолковости тогда. Он считал себя настоящим Светлым, готовым противостоять Ночи и способным выдержать что угодно. На деле он был ребёнком, которому приходилось изображать взрослого, приходилось внушать всем доверие, верить в собственные силы и заставлять верить других. Он был уверен тогда, что Силы Дня с ним достаточно, чтобы даже Лорд Тени его признал…

Сейчас Тэм уже не был уверен, что он имеет право быть истинным Хранителем. Нельзя измерить то, чему он научился за этот срок – но он не научился быть… победителем. Может быть, Хранителю это и не надо – но не в таких условиях, в которых должен был жить он, и в которых он находится сейчас.

"Я – жертва, и Великая Охота уже началась, – подумал Тэм. – Но у меня уже нет двойников Камня Света… И я сам уже почти мертвец…"

– Ты отчаялся, да? – Мае'ар опустилась на мягкий мох, всхлипывая. – Я видела, ты надеялся на него… Он тебя оставил… Почему? – принцесса Маари попыталась схватить его за руку, Тэм протянул ей ягоды.

– Он всегда прав, а я всегда ошибаюсь, – с тёплой улыбкой сказал он. – Я… Я не отчаялся, – может быть, это была ложь, а может и нет. Отчаиваются глупцы, он просто… всё знает.

Им дали шанс уйти. Привезли и выбросили в лесу, не дав сориентироваться. Без оружия и питьевой воды, в лесу, который, по слухам, населён множеством призраков, и который скоро будет нанесён на ту карту, где отмечает все события войны Верховный Князь Эмералдмора… Их будут искать эмералдморцы и, отыскав, убьют. Лес – хорошее место, не то, что равнины княжества, здесь можно прятаться…

Мае'ар почему-то испугалась протянутой руки с красными кисловатыми ягодами.

– Не бойтесь, принцесса. Они так же не знают этого леса, как мы. Мы достаточно долго блуждали, от того, будем ли мы бродить или немного посидим, не сможет зависеть успех.

– От чего он тогда зависит, Хранитель Тэрмис?

Тэм поднял глаза к небу. Лес не такой густой, даже странно, как в нём можно заблудиться… Если бы они изначально знали, где Шавалин, а где центр Такеи, можно было бы попытаться найти тераиков… Хранитель не мог заставить себя не улыбаться. Пока кроме леса он ничего не слышал, но если рядом нет эмералдморцев, что ищут их, должны быть такейцы! Они ведь охраняют свои границы! Или ушли вглубь, готовясь к войне?…

– Не бойтесь, – повторил он.

– Ты не должен был из-за меня идти сюда. Я знаю, что твоё дело было куда важнее…

Ей давалось это с трудом. Как она похожа на Бастиана!… Бастиан… они давно расстались, и даже не попрощались, как следует. Тэм надеялся, что бывший король Алвалена переменился в лучшую сторону и не творит сейчас ничего губительного, а то с него может статься что угодно

– Я всё делаю правильно. Я всегда был жертвой, – добавил он тихо. – Это немного обидно…

– Хранитель?

– Не слушайте меня, ваше высочество! – Тэм поднялся на ноги. Он отыскал хороший сук, как будто специально созданный природой для того, чтобы временно заменить ему посох, от которого Хранитель уже успел немного отвыкнуть. – Нам надо идти туда, куда движется солнце.

"Я думаю", – добавил он.

Его смущала Великая Охота. Традиция эмералдморцев, теряющаяся корнями в глубокой древности, должна быть связана с пророчеством ЛаВинира, но… Если всё уже кончено, всё ясно! Что же не так, ошибся ли он, или Зэрандер, или они оба…

Мае'ар взяла его под руку. К счастью, у неё хотя бы были крепкие сапожки, Тэм не мог себе представить, что было бы, если б принцесса оказалась в какой-то неподходящей для прогулок по лесу одежде. Пришлось бы наверное выслушивать много жалоб… Тэрмис бы выслушал их, не воспротивившись ни на секунду. Но зато Мае'ар почти удобно. И ещё она едва сдерживается, чтобы не заплакать.

– Мы не обречены, принцесса, – ободрил её он. – С нами Свет.

"И нас ищет оружие княжества… Я наверное уже не так нужен Хозяину, если Олема велел убить и меня…"

Мох здесь был повсюду. Удивительно мягкий и светлый, в него хотелось упасть…

"Коварный мох, – улыбнулся Тэм. – Он останавливает, в нём завязаешь взглядом почти как в настоящем болоте!"

Внезапно ему привиделись на этом зелёном ковре несколько тёмных красных пятен. Тэм замер, как вкопанный, задержав дыхание. Просто видение, следствие усталости, изношенных нервов и грядущих сложностей… Но страшное видение.

– С нами Свет, – повторил он, закрывая глаза.

– Хранитель? – Маари подняла на него глаза. Она надеется на него, хотя у Хранителя нет даже оружия иного, кроме молитвы.

– Я буду вас защищать, принцесса, – пообещал Тэм. – Вот увидите…

Он успел почувствовать удар сзади. Кто-то подкрался к ним совершенно бесшумно, и тяжёлая булава непременно раскрошила бы в пыль кости, если бы Тэрмису не подсказала об этом Сила Дня. Обхватив за плечи Мае'ар, он успел броситься в сторону, падая в тот самый желанный и притягательный мох, оставив в нём глубокую впадину, потемневшую из-за поднявшейся снизу влаги.

Эмералдморец недовольно фыркнул и несколько раз взмахнул в воздухе своим смертоносным тяжёлым оружием. Такой крепкий, большой мужчина, в длинной кольчуге – но был неслышим и невидим, пока не атаковал.

Оставалось признать: эмералдморцы – потрясающие воины. Лучшие во всём мире, наверное.

Мае'ар вскрикнула, отползая назад. Тэм задержал дыхание: всё-таки нашли… но ведь они почти и не скрывались. Тэрмис не пытался скрыть следы, хотя в принципе умел – ему показалось это бессмысленным. Вряд ли солдаты Эмералдмора не умеют раскрывать простейшую маскировку.

– Конец охоты, – фраза была явно ритуальной, хотя короткой и по сути бессмысленной. Обычно ритуал куда более высокопарен – но тут не было ничего, достойного торжественности. Оружие должно было опуститься на безоружного юношу и испуганную женщину.

Опешивший Тэрмис успел только, схватив за плечи принцессу, броситься в сторону, лицом в холодный, влажный мох. В нём остались тёмные пятна, наполнившиеся водой мгновенно, как Тэм вновь поднял голову. Промахнувшийся эмералдморец выразил своё недовольство коротким урчанием, Мае'ар запоздало вскрикнула – Тэму пришлось как можно более ласково закрыть ей ладонью рот – одного эмераллморца тут вполне хватает, зазывать других не стоит…

Дар Ветра сбил противника с ног, но ненадолго. Видимо, самому воину кольчуга не казалась настолько тяжёлой, чтобы не дать двигаться свободно и быстро. Тэм тоже пытался подняться на ноги, но они расползались, к тому же, яростно заколотилось сердце, явно норовясь раздробить грудную клетку. Мае'ар отползала назад, всхлипывая – она изо всех сил изображала равнодушие к смерти, пока та не оказалась слишком близко.

"Кто знает, что за испытания будут впереди, – вспомнились ему слова Клинка, – я только хочу, чтобы ты был подготовлен к ним, чтобы с тобой не случилось ничего непоправимого. Лорд Зэрандер защищает тебя, но защитницы надёжнее Силы Дня у тебя нет".

Зэрандер уехал, оставив его жертвой охоты, которая может завершиться только успехом охотников. Рядом женщина, которой он даже не может помочь, потому что против вооружённого силача у него действительно нет оружия. Иного оружия, чем единственно подходящий Дар.

Эмералдморец приближался, не слишком медленно – он никак не упивался моментом, но и не быстро, Тэм успел почувствовать холодок на спине. Кто придумал, что Хранители не умеют бояться? Если это не страх, то что же?…

С тоской Тэм поднял глаза к небу. Хранитель не должен сражаться, если приходит смерть – он принимает её. Есть ли исключение для тех, кто последние Хранители в мире?…

– Дар Дня, охраняющего нас и дарящего нам Свет, – губы отказывались шевелиться и подрагивали, Тэм впервые боялся запнуться, произнося эти слова, – пусть смерть и посмертие не принесут ему страданий…

Мае'ар с изумлением поглядела на своего спутника. Он стоял на коленях, утопая во мхе, и был невероятно бледен, вокруг протянутой вперёд руки сгущалось нечто, похожее на туман, тёмный, но прозрачный. Когда Тэм закончил говорить, опустил голову, туман, как тёмная стрела, метнулся к груди эмералдморца и рассеялся от удара о кольчугу. Выражение недоумения скользнуло по лицу врага, и он, пошатнувшись, упал, выпуская из рук палицу. Тэрмис обхватил руками плечи и, как показалось принцессе, всхлипнул.

– Хра… Хранитель?

Клинок дал ему сложный Дар, доступный в целом только Стражам. Ни одному Хранителю не пришло бы в голову спасать свою жизнь, прячась за смертоносным Даром… Глупо говорить о вынужденности самому себе. Самому себе стоит признаваться в грехах…

– Давайте уйдём отсюда поскорее, ваше высочество! – Тэм поднимался медленно, и выглядел разбитым. Раньше умирали из-за него, а теперь он сам оказался убийцей, потому что испугался… Он с волнением прислушивался к ощущениям: после всего этого, отвернётся ли от него Свет?…

Мае'ар ещё раз посмотрела на лежащего ничком силача. Непроизвольно вспомнился Лорд, принёсший страшную смерть в разбойничий лагерь с помощью своей сверхъестественной Силы. Такой странный спутник для Хранителя… и такой необычный Хранитель… Но ей не с чем было сравнивать: истинный Хранитель – это не житель Сэнктима, требующий внимания и уважения.

И Тэм оказался не так уж бессилен, как себя преподносил. Хранитель, покидая место, едва не ставшее ему смертным ложем, споткнулся о выступающий корень и чуть не упал. Мае'ар поторопилась за ним следом. Внезапно забрезжила надежда, что они всё-таки не умрут.

* * *

– Бросивший! – окликнули его. Лимас не спал, но отозвался не сразу – за время своего пребывания здесь он привык к тоскливой и беспокойной тишине. Кроме того раза, его не беспокоили, только единожды в день приносили еду, и у него была пропасть времени, чтобы строить предположения о возможном будущем – своём и всего мира заодно.

С неохотой он обернулся. Неужели, его заключение уже закончилось, и пора умирать? Они долго тянули…

– К тебе пришёл ребёнок, бросивший, – Чувствующий отодвинул засов, и разомкнувшееся пространство вдруг подарило Лимасу невероятное чувство свободы, хотя он не успел даже сдвинуться с места.

– Ребёнок?…

– Выходи, – Чувствующий посторонился, – детям нельзя видеть тюрьмы, – не очень гуманная ирония мелькнула в голосе тераика. Лимас просветлел: жестокого намёка было достаточно, чтобы понять, что этот ребёнок уже знал и так, что такое заключение.

– Тия?…

Лимас не успел за долгое время пребывания в клетке забыть, что такое стоять на ногах и идти навстречу свету, льющемуся в дверь. Чувствующий остался за спиной. Лимас был уверен, что ни у одного тераика, кто знает о нём как выпущенном бросившем, нет предположения, что он попытается убежать. Бросившие редко возвращаются сами, но их больше уважают, чем тех, кто остаётся прятаться в вне родных лесов. Их желаниям можно верить.

– Мастер Лимас! – она бросилась к нему на шею. – Мастер Лимас!

Лимас зажмурился, осторожно поднимая её в воздух. Руки тоже не ослабли… он был в порядке после безделья, бесполезности и беспомощности, но на душе скребли кошки. Тия расплакалась, не разжимая рук. Лимас гладил её по волосам, пребывая в состоянии растерянности. Чувствующая из этой деревни, стоявшая неподалёку, что-то тихо говорила Стражу, игнорируя изучающий взгляд Лимаса. Тераик узнал Увлера и поприветствовал только кивком головы. Страж с лёгким поклоном пожелал ему Света.

– Мастер Лимас, я так боялась за вас, когда вы ушли! – забормотала Тия, всхлипывая.

– Почему ты здесь? – негромко спросил он.

– Меня забрали слуги Ночи, – Тия, хотя и была самой младшей, втянутой в эту историю, знала не меньше других. Лимас не стеснялся не скрывать своего уважения к этому ребёнку, чьи силы он знал уже почти как свои, и не переставал им удивляться. – Они заставили Сати поклясться Хозяину, – Лимас опустил её на землю и сел перед ней на колени. Какая разница, где говорить и где смотреть на неё – а ведь он думал, что больше не увидится с Тией Вэсмерт. – Я не знаю, где он и что с ним.

– Почему ты не вернулась домой? – ещё тише задал он вопрос. Расспрашивать о Сати Лимас не стал – догадки оказались верными, теперь Хозяин действительно властвует над юным телом и сдавшимся разумом. Тераики были правы, когда хотели его убить – а он, Лимас, стоял на их пути вместе с Клинком Света, веря в силу мальчика… Нет, у Сати не оказалось достаточно силы.

Это так печально…

– Я не успела. Мы узнали, что великое княжество должно воевать с Такеей, – Тия сказала это неуверенно, будто боялась что-то перепутать.

– Эмералдмор? – Лимас поднял глаза на Стража Увлера. Белый плащ напомнил ему об убийце брата. Странное и пугающее чувство овладело им – среди Стражей есть враги Света… среди слуг Ночи – невинные дети… Как жить в мире, где всё перевернулось?

– Таисмар Маттака Олема стал Верховным Князем и Эмералдморская конница совсем недалеко от границы с Такеей, – подтвердил Увлер. – Он служит Хозяину. Скоро здесь будет война.

– Хозяин Зла всегда приносит с собой смерть, – Чувствующая подняла руку и сжала её в кулак. – Такея не падёт от руки Слуги Зла. Эмералдморская конница погибнет в этих лесах совсем скоро.

– Вы позволите мне сражаться? – Лимас вскочил на ноги. Тия тайком вытирала слёзы с лица, несомненно, стесняясь их. – Я всё равно должен умереть, я хочу биться с ними и погибнуть там!

Чувствующая разжала пальцы:

– Только эта победа не принесёт Света в мир, куда возвращается первородная Тьма. Она будет значить не так много… Но мы дадим тебе сражаться вместе с остальными.

– Спасибо, Чувствующая, – Лимас чувствовал, как потихоньку возвращается спокойствие.

Тия взяла его за руку. Она боялась его смерти, как своей – слишком много пришлось пережить вместе на грани между просто страхом и безумием безнадёжности. Но такеец не выглядел печальным при мысли о необходимости своей смерти.

Спустя несколько дней, накануне первого сражения, довольно далеко от этой деревни, на определённом удалении от леса, где скрывались бесчисленные резервы такейских воинов, эта же Чувствующая подошла к нему с единственной фразой.

– Умри в бою, бросивший, – сказала она. Это было приказом.

Но это случилось позже.

26
Помощь Такее

Почему он надеялся, что вновь всё обойдётся? Болван? Без сомнения!

Мае'ар отползала, платье давно уже стало совершенно непригодным, потому что леса Такеи не отличались проходимостью и засушливостью, но сейчас ей меньше всего было дела до внешности. Тэрмис, как оглушённый, не шевелясь и даже не следя взглядом за приближающимся воином, стоял на одном колене между эмералдморцем и шавалинской принцессой.

О, Свет! Ну почему он надеялся? Кретин! Нужно было, не мешкая, нырять в такейские дебри, потому что там были друзья… По крайней мере, должны быть… Тэм на это надеялся.

А теперь…

Этот эмералдморец прекрасно знал, как погиб его сородич… Так Тэму казалось. На самом деле, вряд ли охотники обо всём были оповещены, да ещё и в чужих лесах, да и кто умеет определять, Дар ли причастен к смерти? Но в карих глазах под железным ободом лёгкого шлема Хранитель видел только осуждение. Хранитель защищает и проповедует, а не… убивает… На его руках кровь… Это знают… Это ставят ему в укор…

– Тэм! – закричала Мае'ар отчаянно, вырывая его из ступора. Шипы палицы не разворотили его лицо, он в последний миг бросился в сторону. Защищать! Принцесса Мае'ар… Он здесь только ради неё.

– Да бегите же! – выдохнул он. Может, у неё получится. Эмералдморские воины плохо знают эти места, подробные карты Такие вообще вряд ли существуют, местные жители и так знакомы с каждой травинкой… Почему до сих пор они не встретили ни одного такейца? Где патрули, охраняющие границы? Хоть кто-нибудь!

С громким криком метнулась между ним и владельцем смертоносного оружия тень. Воин покачнулся и упал назад, прямо на огромный муравейник. Местные жители, крупные, рыжие, засуетились, почти мгновенно покрыв верхнюю часть его тела. Кольчуге-то хоть бы хны, но укусы насекомых пришлись на шею и лицо, эмералдморец раздражённо вскричал, и непременно, вскочив, обрушил на нового врага смертельный удар, если бы его жизнь не пресёк пронзивший сердце меч.

Победный крик, несомненно, был женским. Победительница отёрла с лица чужую кровь, закинула косу обратно за спину…

– О, Свет! – выдохнул Тэрмис, оседая на траву. – Ирисья!

Девушка обернулась, и Хранитель едва её узнал. Сарафан исчез, прежними остались только мягкие сапожки с меховой опушкой, да ленты в косе. Кольчуга лёгкого, почти воздушного плетения – но у Тэма почему-то не было и капли сомнений в её прочности – доставала до колен, из-под неё виднелись мужские полотняные брюки, поверх же была накинута жилетка, меховая, с вшитыми железными пластинами. Ирисья убрала меч за спину и бросилась к Тэму на шею, тот и ахнуть не успел. Принцесса Мае'ар ещё не пришла в себя ни после неожиданного нападения, ни после не менее чудесного спасения, а Ирисья, как ни в чём не бывало, теребила Хранителя за руку.

– Что ты… здесь делаешь? – Тэм большим пальцем стёр с щеки юной эмералдморки размазанную кровь. Она засмущалась и отодвинулась.

– Я страшно за вас беспокоилась, Хранитель Тэрмис…

– Так беспокоилась, что совсем сошла с ума? – он едва перевёл дух. – Я… благодарен тебе, но… Почему ты здесь?

– Ну говорю же! Я за вас беспокоилась! Отец только и думает, что про войну да про войну! – она махнула рукой. – Он даже не заметил, что я пропала!…

Кажется, она выглядела обескураженной. Ирисья определённо ожидала более бурной радости… но это нисколько не убавило решимости в её взгляде.

– Я должна вам помочь, Хранитель, – повторила она. – Мне… Мне не страшно.

– Ты не должна была вмешиваться в ритуал, – пробормотал Тэм.

– Терпеть не могу эти ритуалы, – задорно мотнула головой Ирисья, коса с вплетёнными бубенчиками звякнула о металл. И как она умудрилась подкрасться бесшумно? – Я не хочу, чтобы вы умерли! А я хорошо дерусь! Я не хочу быть девкой, хочу быть воином! – упрямо воскликнула она.

Тэм не выдержал и улыбнулся. Окровавленное тело, скрытое под живой массой муравьёв, почти перестало его волновать, только вот под рыжим шевелящимся покрывалом он почему-то продолжал различать укоряющий кареглазый взгляд.

"Он не мог знать, как умер другой,… – Тэм скривился. – Свет… Он не мог знать!"

– Что случилось, Хранитель? – девушка взяла его за плечи, заглядывая в глаза. На её лице тёмные капельки чужой крови казались веснушками.

– Ты… Это земли врагов твоей страны, Ирисья! Твой отец будет в ярости, когда узнает…

– Ему плевать! – сердито буркнула девушка. – Хранитель, я буду вас защищать, и мне всё равно, какие глупые традиции заставляют вас страдать, ясно?!

Принцесса, отучившаяся ещё спустя сутки ходьбы по лесу отряхивать платье каждый раз, как поднималась с травы, не встревала в разговор. Для неё безусловным облегчением было появление здесь этого пусть ребёнка, но зато с оружием… К тому же, силача этот ребёнок запросто повалил.

– Ирисья,… – мягко прошептал Тэрмис.

– Вы не рады, что я вас спасла? – нахмурилась она. – Что я помогла вам?…

– Я рад, – опустил он голову. – Но как ты теперь вернёшься?

– Я останусь с вами! – радостно ответила Ирисья. – Ваш телохранитель вас бросил, и я буду с вами! Вы же видите, я на самом деле не просто нюнька, как остальные девки! – она похлопала по рукояти меча ладонью.

Хранитель закрыл глаза, не зная, что больше приличествует ситуации, плакать или смеяться. Но делать это всяко нужно на ходу.

Ирисья действительно двигалась на удивление бесшумно, хотя её отец, например, отличался грохотом и звяканьем при каждом шаге. Она держалась за меч, слушала лес и постоянно смотрела на Тэма. Хрупкий, бледный Хранитель Света, изукрашенный ссадинами и царапинами, увёл её из родного племени за собой в чужую, враждебную страну… Она этого не боялась.

Сам Хранитель был не рад, но сетовать тоже не смел. Храбрость и безрассудство девочки спасло ему жизнь и дало надежду. Тэрмис никогда не думал, что о смерти будет думать с настолько сильным нежеланием. Хранитель не должен бояться смерти – да Тэм и не боится, просто он должен жить. Обязан жить, пока не изгнан чёрный призрак, весь мир поставивший на дыбы. Ирисья и не подозревает, какой страшный человек её отец, и может быть, даже лучше, если она будет с ним… Когда Эмералдмор будет побеждён.

А он должен быть побеждён, иначе, безо всяких сомнений, Хозяин станет обладателем огромного количества земель.

Тэрмис подобрал подходящий сук в качестве нового посоха, и почувствовал себя уверенней. Ему захотелось что-нибудь запеть, сначала мешали сомнения, что это равносильно оповещению всех эмералдморцев в округе, что они прогуливаются именно тут, потом сомнения исчезли, и он забормотал себе под нос что-то, что уже давным-давно не пел.

Он вообще уже, кажется, сто лет не пел.

Мае'ар держала его под руку, слегка спотыкалась, слушала и молчала.

Сгущались вечерние сумерки.

* * *

Наймира, несмотря на своё не самое лучшее самочувствие, упорно не соглашалась лечь в постель и предоставить королю Арфейну самому защищать Гийское королевство, и даже не потому, что чувствовала свою вину в проблемах Гия.

Элинин просил её и даже грозился, что не выпустит однажды из покоев, но Наймире не хотелось "отдыхать". Она знает о Мариле совсем немного, но он хотя бы жив. То же самое можно сказать и о слугах Ночи…

"Марбли, – считала она, – Ессиг… Кастел…"

Союзники Гия в защите его земель, если удастся уговорить их, конечно. В конце концов, вместе с Небесной Пристанью и Чёрным Маревом, это были союзные государства, связанные определёнными договорами и обязательствами. Хотя Гий и не признавал себя частью Побережья, он был вплетён в многовековую историю отношений, как и другие небольшие государства. Наймира знала, что давить придётся тем, с чем не поспоришь – слуга Ночи Тамериан Чёрный не просто связан со Злом, а помогает ему обрести власть над миром. Для этого есть Страж и свидетель среди гийцев – лорд Клеот.

Приезд короля Теролия Ессигского в большей степени радовал Наймиру, чем тревожил. Элинин поделился с ней слухами, что Ессиг мобилизует свои хотя и не самые сильные в мире, но по крайней мере боеспособные войска. Судя по всему, хотя маленькое королевство и зависело сильно от Чёрного Марева, решило воспользоваться случаем и не просто вступить под знамёна армии Света, но ещё и отвоевать независимость.

Принцесса Наймира уже встретилась с Теролием, пришлось потратить ещё полтора часа своей жизни на бесконечный подбор нужных и многозначных фраз, чтобы уверить короля в грядущей опасности.

Стычки с отрядами маревцев на границе Гия случались всё чаще и чаще, Арфейн выглядел раздражённым и почти больным – побледнел за последние несколько дней, а глаза стали злыми, особенно когда он встречал её высочество алваленскую принцессу. Судя по всему, не будь вопрос войны вопросом выбора стороны Сил, он подарил бы Наймиру вместе с её одноглазым нахальным супругом и лордом Клеотом в придачу Тамериану Чёрному.

Наймира была довольна результатами беседы с королём Ессига. Теролий был готов отправить своих солдат на войну с Силой Ночи без колебаний – может быть, дружеские отношения с Арфейном сыграли окончательную роль, а может, старания Наймиры. Понимая необходимость игры, она следила, чтобы бледность не сходила с лица, чтобы взгляд был усталым и больным, перетягивала платье выше живота, чтобы всегда дышать тяжело. Иногда на это покупался даже Элинин, а уж Ардат Глэдгер – тем более. Зато сомнений в том, что несчастную женщину зверски мучили Дарами Ночи, ни у кого не возникало.

Ат Лав не была в курсе подробностей переписки с Кастелом и Марбли. За короткое время она успела разобраться в расстановке сил на Побережье, и наибольшее волнение испытывала по поводу именно Кастела. Богатый небольшой город-государство с крупной армией и возможностью нанимать воинов, помимо собственных солдат, был, судя по всему, многим обязан Мареву, к тому же, отношения с Гием, из всех трёх возможных союзных королевств, были самыми сложными. Каждый раз, встречаясь с королём Арфейном Гийским, Наймира непременно интересовалась положением дел. Арфейн каждый раз отвечал сухо и недовольно, но сам готовился к военному походу, потому что давать маревцам подходить к стенам Гия он точно не собирался.

Когда пришло дело на меру, Наймира настояла на том, что она должна ехать с его величеством, потому что её связь с этой войной слишком велика. Разумеется, Элинин так не думал, он рассчитывал, что любимая предпочтёт пользоваться гостеприимством в стенах замка. Однако Ат Лав не особенно интересовалась его мнением.

Как стало вскоре ясно, Марбли, наиболее удалённый от моря, готовился ударить по основным силам маревцев с востока. Наймира не знала, молчит ли Кастел в ответ на письма Гийского и Ессигского королей, или просто не отвечает ничего определённого.

Походная жизнь, к которой, как Наймире казалось, она уже успела привыкнуть, внезапно оказалась слишком тяжёлой. Несмотря на то, что им отвели отдельный шатёр, а также удобную карету и охрану, Ат Лав даже пару раз ловила себя на мысли, что остаться в Гие было действительно неплохой идеей.

Спустя несколько дней начала боев на границе, шпионы Ессига принесли удивительные новости: армия Чёрного Марева, дойдя до границы Гийского королевства, уменьшилась чуть ли не втрое, при этом "потери" были явно спланированы, потому что беспорядка в рядах и лагерях нет. Нужно было ждать либо нападения с фланга – и надеяться на то, что солдаты Марбли доберутся достаточно быстро, либо чего-то более необычного.

Король Арфейн был склонен радоваться внезапному уменьшению количества врагов, король Теролий – беспокоиться.

Затем пришло письмо из Кастела. Военачальник Кастела сообщал, что Чёрное Марево сменило планы. Тамериан Чёрный попросил поддержки у Кастела раньше, чем Гий, и Фрерий, владыка Кастела, не счёл полезным ему отказывать, однако вскоре выяснилось, что не в покорении Гия нужна была помощь одного из сильнейших войск на разрушенном ещё Лордом Зэрандером Побережье, а в атаке на Такею. Туда и отправилась большая и сильная часть воинов, охмурённых Силой Ночи. Фрерий понял, что идти дальше плечом к плечу с таинственным Тамерианом – значит оказаться под карающим мечом Клинка Света, и поменял сторону.

Наймира потребовала у короля Арфейна, чтобы он поддержал Кастел и, победив почти безопасные отряды на своей границе, поспешил догнать короля Тамериана, не дав слугам Ночи добраться до Такеи. Арфейн весьма невежливо тогда попросил её уйти и больше не досаждать ему советами в делах, в которых женщины ничего не смыслят.

Тем временем, до Побережья дошли слухи о падении Шавалина и активных военных действиях Эмералдмора против такейцев. Наймира продолжала добиваться от Арфейна срочных мер, рискуя оказался насильно отправленной из лагеря. Король Марбли боялся ввязываться в войну, Теролий – настаивал на необходимости этого.

Элинин просил Наймиру вернуться в далёкую от всех войн Небесную Пристань. Лорд Глэдгер звал в Алвален. Он смирился даже с присутствием "жениха Наймиры", на его взгляд, отъявленного разбойника.

Время утекало.

* * *

Необыкновенно спокойным было сегодня небо, безмятежно голубым и высоким. Зато редкие облака висели невысоко, приплюснутые снизу и пышные сверху, как сдобные булки. Клинок с тоской проводил взглядом один такой замысловатый крендель и оторвался от созерцания неба.

От Матаира по-прежнему не было вестей, беспокойство Клинка становилось всё сильнее и сильнее. Ночь сгущалась, а яркое солнце над головой этого будто и не подозревало… Какие же на севере ясные дни, даже с башен Цитадели видно не столь светлое небо. Светлое, чистое, спокойное…

– Клинок! – подскочивший молодой Страж отсалютовал немного неловко. Несомненно, думал, что оторвал предводителя от важных размышлений. Ага, о небесах… и покое.

– Я слушаю.

– Прибыл Страж из Колдсоула. То есть… Из Шавалина, – Страж смутился, увидев вспыхнувший интерес Клинка.

– Я немедленно должен поговорить с ним! – Глэдгер спешился и отдал оказавшемуся рядом солдату поводья.

Из Колдсоула… Это больше недели пути до Драттерена. Ардат извёлся с тех пор, как получил пугающее известие, и уже успел испугаться, что вовсе не узнает подробностей.

Переговоры с драттеренцами оказались не столь тяжёлыми, как он изначально предполагал. Свободный Драттерен не признавал никаких государственных связей, кроме товарно-денежных отношений, и ещё никогда ни с кем не вступал в союз, но к словам Клинка Света прислушались все до единого из тех, кого здесь уважали и кому подчинялись. Выборная власть хоть и не имела тысячелетней упорядоченной истории, прекрасно понимала опасность Силы Ночи, пусть Свободный Драттерен и образовался уже позже гибели Хозяина Ночи, то есть очень недавно. До этого жившие на этих землях племена занимались междоусобицей и разбоем… И их нисколько не занимали никакие Силы.

– Да будет с тобой Свет, друг! – Глэдгер узнал Тафиса ещё издали. Они были ровесниками, знакомыми являлись с детства. И хотя никогда не имели тесных отношений – все среди Стражей друзья, не правда ли?…