Текст книги "Мой хвостатый избранный или Курс на Бездну (СИ)"

Автор книги: Айштария Райс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 24 страниц)

Глава 23

Глава 23

– Сестрица, поднимай локти, – бодро распорядилась Сиарран. – Если хочешь сиять, как надо, – не дёргайся.

– С чего это вдруг “сестрица”? – я подняла бровь, позволяя ей нанести на плечи густой перламутровый состав, который приятно холодил кожу и пах морскими травами. Он крепко взялся и не оттирался пальцем. Его наносили перед купанием. Вода поможет ему замерцать ярче.

Сиарран задумалась ровно на вдох. Но всё равно отвечала как-то нервно.

– Ну… Ариан же мой брат, – выдала она с самым невинным видом. – А ты его супруга. Значит, сестра. Всё логично. – она почему-то покосилась на старшую сестру. Я подозрительно нахмурилась. Но младшая захлопала ресницами.

– Потрясающая формальная логика, – хмыкнула уступившая ей место у зеркала Иарасса. – Только не урони флакон с люминесцентными водорослями.

– У меня точность лучше твоей, – немедленно возразила Сиарран. – И вообще, это наша избранная сестрица, не отвлекай. Да и сражение нас сблизило, правда, Рейна? Младшенькая мне подмигнула. – Согласись, это было так весело!

Я нахмурилась и возмущенно на неё посмотрела. Без капли наигранности.

– Что было весело? – отчеканила я. Младшая замерла с баночкой. – Жертвоприношения моих людей? Предательство столпа власти вашего народа? Или может гибель прекрасного создания ради своего дитя? Или, может, тебя позабавил возможный прорыв Хаоса и угроза гибели всего мира? – я не заметила, как повысила тон. Меня потряхивало. Напряжение, боль потери не могли так быстро отпустит меня. Сиарран поникла. Баночка с сияющим составом едва не выскользнула на пол. Старшая молча подхватила.

– Прости, – донеслось тихое из-за спины.

Я бросила на неё взгляд через аналог зеркала. Бездна! Лучше бы я сдержалась и не портила праздничное настроение ни себе, ни сёстрам.

И тут мерцающие от состава руки Сиарран, украшенные многочисленными браслетами обвили мою шею. Вот так просто.

– А как же протоколы и неприкосновенность посла другого народа? – притворно забурчала я, хотя меня тронул этот порыв. Тронул так, что в носу защипало. И я совсем не по протоколу венценосных особ шмыгнула носом. Мягко накрыла своими руками её ладони. Я ощущала её искреннее сожаление и поддержку. А ещё тепло. И тихую радость. Она действительно привязалась ко мне. Это не было маской.

– Мне правда так жаль, что ты потеряла людей и перенесла гибель дракона…Просто я другое имела ввиду. Было так хорошо сражаться на одной стороне, поддерживать друг друга, противостоять злу и спасать наш мир. Прости, сестрица Рейна.

Я усмехнулась, сквозь подступающие слёзы. Старшая только кивнула младшей и легонько похлопала её по плечу.

– Раз я теперь сестрица, то какая? – я скорчила задумчивую мину, переводя тему. – Старшая? Или средняя?

Сиарран серьёзно задумалась.

– Вот тебе сколько циклов? Ну, годов по-вашему.

– 25 лет, – я недовольно фыркнула. А младшая радостно потёрла ладошки.

– Отлично! Я всегда мечтала быть старшей сестрой. И вот мечта сбылась!

– В смысле!

– Ну смотри, простейшая арифметика. Тебе 25 циклов, мне 46, а Иарассе всего 53. Следовательно, ты теперь – младшенькая, а для тебя я – старшая! – эта русалка-егоза радостно хлопнула в ладошки и принялась как в ни в чём не бывало натирать мои плечи, ключицы и руки биолюминисцентным составом. Он мерцал то голубоватым, то переходил в фиолетово розовый спектр. Было так красиво.

– Приплыли, – пробурчала я. И ещё раз внимательно посмотрела на своих, нда, старшихсестричек . А по ним и не скажешь, что им столько лет, то есть циклов. СтаршАя только пожала точёными плечиками и хитро улыбнулась мне.

– Ты не интересовалась продолжительностью жизни мирэн? – выгнула она бровь.

– Как-то не этого было, знаешь ли!

– Половозрелость у мирэн наступает в 23 цикла, а затем наше старение замедляется. Циклов 200 – это средний возраст. А королеве всего лишь 100 циклов. А Ариану…

– Стоп, я сама у него выпытаю за закрытыми дверями, – сестрички захихикали.

– У нас средний возраст – это примерно 100 лет. Максимум для большинства – это 200 лет. В основном люди живут 160-170 лет.

Я задумалась, как же у нас с Арианом совпадут жизненные циклы? Конечно, он наполовину человек. Вполне вероятно, что мы сравняем счёт. Тем более у меня огромный резерв по людским меркам. Значит, и я вполне могу жить дольше, чем большинство. Если не убьюсь раньше где-нибудь, латая очередную прореху измерения. Я передёрнула плечами от такой перспективы. Средненькая теперь сестрица зашипела, попросив не дёргаться.

– А резонанс душ как-то влияет на продолжительность жизни пары?

– Я читала, что да. Ведь воля нашего Мира не жестока. Он не заставит страдать одного из пары, если кто-то уйдёт к мировому источнику раньше. Поэтому жизненные циклы тоже резонируют.

Я выдохнула. Не хотелось бы оставлять Ариана страдать в одиночестве, когда наше время подойдёт к концу. Потом сама себе усмехнулась. О как меня унесло, уже продумываю совместную жизнь. И даже уход к источнику в один день.

*****

Подготовка шла по всем канонам глубинного народа. Сначала – купание в неглубокой светлой купели с добавлением микроскопических светящихся водорослей: вода нежно журчала, лаская кожу и снимая остаток ломоты. Потом – мягкий песочно-жемчужный скраб, от которого кожа стала будто глянцевой – гладкой и прохладной. Волосы бережно промыли отваром из коралловых мхов, и теперь служанки, заплетя мне множество тонких кос, ловкими пальцами вплетали в мои – всё ещё непривычно белые – волосы тонкие синие и голубые люминесцентные ниточки-водоросли, жемчуг и крошечные глянцевые раковины.

Сёстры тоже готовились. На соседней водной площадке две мастерицы полировали их хвосты особым составом – мутно-золотистая мазь, едва коснувшись чешуи, уходила в глубь и раскрывала цвет так, что он начинал переливаться, будто живой. Их хвосты были почти одинакового цвета – королевской глубокой бирюзы, а чешуйки отливали золотистым. Но от состава у них чуть изменились оттенки. У Сиарран хвост засиял переливами морской лазури. Её текриды более зелёного оттенка мерцали почти салатовыми нитями. В отличии от меня, у мирэн они были натуральными, и росли как текриды, просто были другого оттенка. Они пульсировали энергией. А у Иарассы текриды больше уходили в синеву. И редкие отростки мерцали голубым цветом. Глаза у обеих были практически как у Ариана – глубокая бирюза. Только у средненькой больше зелёного оттенка, а у старшОй больше синего. И эти их вытянутые зрачки! Это было просто нереально красиво. Я меня появилась возможность рассмотреть особенности их аналога волос так близко. Они, посмеиваясь, позволили мне это, особенно когда я сказала, что мол, раз уж мы теперь сестрички, давайте делиться особенностями вашей анатомии.

– Давай сюда правую руку, – велела Сиарран и ловко защёлкнула на моём плече изящную широкую спираль – браслет из матового золота с вкраплениями синих минералов. Вторая спираль легла на левое плечо. На щиколотки, конечно же снова, – тонкие кольца с подвесками-каплями из тех же синих минералов. Нда, теперь мой официальным цветом окончательно стал синий. Но мне нравилось, как он играл с моим новым обликом.

Затем на меня накинули платье. Спереди более короткое чуть выше колен, оно мягкими волнами расходилось от талии от середины и удлинялось к низу. А сзади тянулось небольшим полукруглым шлейфом. Оно было великолепно. Платье не стесняло движений. Ткань в меру плотная и приятно увесистая, податливая, сотканная так, что казалась чешуёй водного дракона – глубоко-синяя, к низу уходящая в более тёмный оттенок, и по всей длине – настоящие мерцающие золотистые чешуйки, что становились реже к низу. В области талии и лифа их было особенно много. Словно элементы доспеха. Я покосилась на старшую. Та сразу же меня заверила, что чешуя снята не с дракона. А сделана из особого растительного материала. Я выдохнула. Платье мягко облегало грудь, оставляя плечи обнажёнными. Но чуства, что оно с меня упадёт не было. Оно хорошо поддерживало грудь. Непривычно её открывая. Русалочья мода, чтобы её. При дворе, в те редкие моменты, когда удавалось нацепить на меня платье и затащить на бал, я всегда выбирала закртый верх.

Высокая причёска из множества тонких кос вплеталась в единую корону, в прядях мерцали синие и голубые нити люминесцентных водорослей. Я подняла взгляд на своё отражение и непоправимо вздохнула.

– Чувствую себя принцессой.

– Какое совпадение, – невозмутимо ответила Иарасса, закрепляя последний жемчужный шпиль. – Именно этого эффекта мы и добивались.

– Мы скромные девушки, – сообщила Сиарран так серьёзно, что я рассмеялась.

– Конечно, – поддакнула я. – Невероятная скромность, почти незаметно громыхающая жемчугами.

– Идёт тебе, – мягко сказала Иарасса. – Очень.

Я смутилась. Ненадолго. Потому что Сиарран уже тянула меня к выходу.

– Пошли, сестра. Время блистать.

Я вздохнула и пошла блистать. Тем более теперь мне действительно хотелось. Но только для одного – для Ариана.

*****

Перед приёмом нас с принцессами позвали в кабинет королевы. Там уже собрались жрицы Май-Нур – те, что остались верны. Ариан, сдержанный и каменный как всегда… и всё-таки нет, не как всегда: в глазах горел тот самый новый свет, которого я раньше в нём не видела. А когда он увидел меня в полном торжественном облачении… Мне очень понравился его мгновенно потемневший взгляд. Он, как крейсер, двинулся на меня, не отводя взгляд. Я даже попятилась к столу. Со стороны раздалось деликатное покашливание Иарассы и совершенно нетактичный смешок Сиарран. Ариан замер на мгновения, затем медленно поцеловал мою руку и, не выпуская её, развернулся к королеве. Вместо тысячи слов. Я ощутила, как мои щёки горят. Стыдно было поднять взгляд.

Королева стояла собранная, как натянутый трос, и усталая ровно настолько, чтобы стало ясно: едва держится на воле. Пока я сладко отсыпалась после подвигов, они тут чистку проводили. Неудивительно.

– Начнём с главного, – сказала она официально, не тратя времени. – Не вся ваша команда погибла, капитан Рейна Эстервальд. Искусственный шторм вырвал с палубы только часть. Их захватили жрицы. Вы спасли уцелевших…– на миг в её голосе прозвучало то, чего королевы обычно не позволяют себе. Вина и сожаление, что подобная ситуация с культом вообще возникла.

Горло сжало так, что я не смогла вдохнуть. Это было напоминание. Ужасное.

– Я всё же спрошу, – я посмотрела на королеву и на Ариана. – Как так вышло, что охранное ведомство пропустило под носом целый культ? Это не упрёк, Ариан. Но… как это вообще возможно?

Ариан едва заметно сжал кулаки.

– Вопрос закономерен, – королева кивнула. – И ответ неприятен. Мужские ведомства отвечают за внутренний порядок, интриги домов, охрану Завесы и границы. С этим Ариан справлялся безупречно.

Он удивлённо мелькнул взглядом – будто не привык к открытой похвале.

– Но делами жречества испокон веков занимались сами жрицы, – продолжила королева. – Надзор, наказания, доктрина – прерогатива жриц. Этим как раз занималась Шаар’Энна, как правая рука Верховной Жрицы. По нашему праву ни мой Совет, ни ведомство Ариана не имели права вмешиваться без прямых улик. А их… не было. Потому что они умели заметать следы. И потому что я, – она тихо вздохнула, и в глазах мелькнуло недовольство собой, – пустила многое на самотёк.

Она на миг опустила взгляд.

– Мы привыкли считать жриц неприкосновенными. Они – связующее звено с Май-Нур, с энергией нашего мира. Мы даже представить не могли, что предательство придёт отсюда. Мне до сих пор кажется это страшным сном.

Она выпрямилась – уже как венец, а не как женщина, признающая ошибку:

– Но теперь иллюзий больше нет.

Мы все помолчали, переваривая. Я прижала руку Ариана к себе плотнее, он незаметно погладил её.

– Но остальные живы, – продолжила королева теплее, глядя мне в глаза. – Мы отправили посланцев к “Дикой Вьюге”, корабль обнаружили у границ Завесы. Они всё ещё искали выживших и проводили ремонтные работы. Им передали, что часть команды и капитан живы и скоро прибудут на борт. Просили подождать.

Я неверяще кивнула. Живы! Корабль цел! На секунду мир качнулся, и я почувствовала руку Ариана у локтя – быструю, почти незаметную поддержку.

– Благодарю.

– Это меньшее, что мы могли сделать, – тихо отозвалась королева.

Она перевела взгляд на Ариана. Тот выдержал его ровно.

– Для тебя это тоже перелом, – произнесла она уже иначе, почти семейно. – Правда вскрыта. Культ был связан с гибелью твоей матери, моей дорогой сестры. И ты больше не отверженный при дворе. Я никому больше не позволю смотреть на тебя с пренебрежением. Ты – наследник страшной тайны и герой.

Я видела, как напряглись у него скулы. Как он кивнул – коротко. Как в этом кивке было и признание, и горечь.

– Мой народ был предвзят к людям, – королева произнесла это вслух так, словно сама себе давала клятву впредь называть вещи своими именами. – Но не зря Мир даровал тебе избранную супругу-человека. Не зря вы соединились. Воля Мира ведёт нас, направляет. И мы принимаем её.

Она перевела взгляд на меня. И вдруг – очень не по-королевски – улыбнулась.

– Рейна, я хочу предложить тебе остаться. Официально. Почёт, место советницы при венце, статус, богатство. И, разумеется, – уголки её губ на миг лукаво дрогнули, – при желании достойно расширить брачный круг. Желающих кандидатов будет достаточно.

– Ей достаточно одного мужа, – немедленно и очень недовольно прошипел Ариан, крепко прижимая меня за талию к себе

Я рассмеялась так, что напряжение в комнате спало на полтона.

– Ваше величество, – я склонила голову, – благодарю за щедрое предложение. Но мне нужно вернуться к своим людям. К своей цели. А других супругов мне не нужно, уверена в благородстве ваших кандидатов, однако моё ядро давно определилось. Там есть место только для Арина, – тепло я выдохнула его имя, посмотрев на него. Кажется, это прозвучало как признание. Ариан потянулся ко мне, с явным намерением увлечь меня в долгий поцелуй. Я быстренько подставила щёку, он недовольно рыкнул и поцеловал так, что я засомневалось, стоит ли сейчас идти на торжество. И вернуться в наши покои?..

Королева долго смотрела на меня. Я начала неловко себя чувствовать. Но не позволила себе спрятаться за спину к Ариану, капитан я или кто.

Потом она перевела взгляд на Ариана. В нём было слишком много всего: семейное, политическое, личное. Желание удержать. И понимание, что удерживать нельзя.

– Не хочу отпускать тебя, дорогой, – честно сказала она. – По многим причинам.

Королева медленно подошла к Ариану и плавно притянула его к себе, мягко обнимая. Он сначала замер, а потом на мгновения прикрыл глаза, обнимая в ответ. Жрицы тактично смотрели в окно. Старшая изучала свой маникюр, а средняя пялилась, не скрывая радостной улыбки.

– Я вернусь, – тихо отозвался он. А я радовалась умиротворению, что обволокло его душу.

Она кивнула. И отступила. И – как королева – приняла решение.

– Тогда пойдёмте. Нас ждут. – снова собранная и величественная правительница. Старшая жрица помогла надеть на голову тот самый венец, рогатый. И вся наша процессия двинулась к залу.

Глава 24

Глава 24

Торжественный зал был прекрасен. Основная его часть была водной. Поэтому большинство русалок были в хвостатой форме.

Стрельчато-волнистые своды, напоминающие внутреннюю сторону раковины, сияли мягким перламутром. По стенам вились ленты живых люминесцентных водорослей, розового, голубого, фиолетового оттенков. Они, казались, дышали в такт тихой музыке воды. Но большая часть света, конечно же, шла от энерго-линий, которые тянулись по стенам зала, пронизывали пол. Сквозь высокие окна струился глубинный свет, и за ними проплывали тени морских существ. Гости заняли места – аристократия мии-рэнл в лучших украшениях, мужья рядом со своими разряженными супругами, изящные, более неземные, чем остальные мирэны, жрицы Май-Нур, стражи, по всему периметру и у трона. И мои люди, аккуратно сгруппированные у одной из воздушных боковых галерей. На всех, как и на мне, – костяные камланы, менее изящной конструкции, чем мой, однако также позволяющие не задыхаться и не мокнуть в водной среде дворца.

Мне захотелось расплакаться снова. Я так была счастлива видеть их живыми!

Королева поднялась на подиум и жестом призвала к тишине. Бубнёж и эхолокаци смолкли.

– Народ мии-рэнл, – её голос прокатился по залу чисто и твёрдо. – Мы пережили страшное. Среди нас нашлись те, кто запятнал служение Май-Нур и Миру скверной. Они называли это силой. Они называли это истиной. Но это был Хаос. Они приносили жертвы, рвали Завесу, прятались в самом сердце нашего народа. Стремились уничтожить наши устои.

Она назвала имена. Имя Шаар’Энны, что была правой рукой Старшей жрицей, её преемницей – прозвучало первым.

Зал затаил дыхание. Многие не знали подробностей.

– Отныне культ Хаоса объявлен ересью и преступлением против Мира и народа мии-рэнл! Мы завершили расследование здесь, в Доме Тэйл-Наар, поймали всех предателей. Но мы предупредим все дома, принесшие клятву служения венцу. Никто не спрячется. Никого больше не поглотит скверна под видом света.

Шум одобрения прошёл по залу, глухой, тяжёлый, как прибой. Королева подняла руку – и в голосе прозвучало тепло.

– А теперь – к благодарности. Бывают мгновения, когда мы обязаны признать: спасение пришло не оттуда, откуда его ждали. Сегодня мы благодарим Рейну, капитана людей, и Ариана Тэйл-Наар – тех, кто спас не только наш дворец. Они спасли наш народ. И, возможно, весь наш Мир!

Я попыталась незаметно стать меньше ростом. Не получилось. Королева продолжала:

– Мы были предвзяты к Ариану долгие годы. Были несправедливы. Ортодоксальные жрицы – те самые, что оказались служительницами Хаоса – искусственно подогревали это отчуждение, пользуясь нашим страхом. Ариан, мой дорогой племенник, наполовину мии-рэн. – она сделала паузу. По залу пошёл тихий гул. – Вторая его половина – кровь людей! Его отцом был человек, военный Нолан Бёрнс, которого спасла моя покойная сестра. Он узнал тайну культа, но не мог довериться нам – и пытался уйти, чтобы предупредить свой народ. Люди – доблестные и стойкие, – она жестом указала на мою команду, что скромно держалась у галереи. – И не зря сила Мира даровала Ариану избранную супругу-человека. Рейну, героиню этого вечера – и всех последующих.

Мне срочно понадобился воздух. Неожидала, что так буду реагировать на внимание.

– Мы будем чтить твой подвиг, Рейна, – сказала уверенно и твёрдо королева Саэллира, – пока течёт энергия по нашим жилам, пока идёт ток Мира в наши души.

Она торжественно протянула ладони в нашу сторону:

– Это торжество – ваше.Принцесса Рейна.Принц Ариан.

Я… поперхнулась собственным вдохом, вцепившись в руку Ариана. Он тоже на миг остолбенел. У Сиарран радостно вспыхнули глаза, и она многозначительно подмигнула мне из-под сцены. Так вот к чему все эти «сестрицы» были! Вот егоза хвостатая!

Зал замер. Потом – будто кто-то дал невидимый знак – мии-рэнл дружно ударили правой рукой себе по плечу, издавая радостный рёв-шипение, что всколыхнуло водную массу. Мои матросы и офицеры, дёрнувшись от неожиданности, переглянулись – и, оглянувшись на меня, повторили жест.

– В знак того, что вы избранные супруги друг для друга, герои, которые спасли, вероятно, весь мир, – продолжила королева, и две служанки подали ей длинный чехол. Королева вынула оттуда саблю.

Боевая костяная сабля была лаконична и прекрасна – белая, как вымытое штормом кость-дерево, с инкрустацией из тёмного золота и синих минералов в рукояти. Традиционное оружие мирэн.

– Прими, – сказала она мне, когда я поднялась. – В знак чести и признательности.

– Это честь для меня, – я с поклоном двумя руками уверено приняла этот дар. Остро-режущее я люблю!

Тут же дочери королевы принесли два увесистых ларца – один с украшениями и драгоценными минералами, второй с различными артефактами из кости и ещё чего-то неизвестного, но наверняка весьма ценного!

И, наконец, королева возложила мне на голову тонкий, но увесистый венец из плотной кости глубинного чудища, украшенный резьбой из сиалан и украшенный голубоватым жемчугом. На лоб спускался треугольный шип, украшенный синим минералом. Более суровой версией венца украсили и Ариана. На его венце не было жемчуга. Но остроконечный шип, окованный золотистым материалом, возвышался над его лбом. Создавая образ грозного властителя.

– И ещё, – она повернулась к залу. – Я назначаю Ариана послом народа мии-рэнл. Он отправится со своей супругой в мир людей, чтобы связать наши берега не страхом, а дружбой.

Зал снова загудел – но теперь уже иначе, с восторгом и надеждой. Никто не смел возмущаться. По крайней мере вслух. Не думаю, что одним таким заявлением удастся переломить предвзятое отношение мирэн к сухопутным двуногим. Но главное, что начало положено. Музыка перелилась в мягкий размеренный ритм ударных мембран и каких-то вибрирующе-звенящих инструментов. Которые одинаково хорошо звучали в обоих средах.

– Принц и принцесса, – объявила распорядительница. – Первый танец.

– Принц и принцесса, – шепнула я, когда мы вышли в центр. – Мы-то с тобой как-то не договаривались.

– Как будто у меня был выбор, – шепнул в ответ Ариан. И мы перешли в водную среду. Продолжать словесный разговор больше не было возможности. Я активировала свой камлан. Энерго линие вспыхнули по контуру, оттесняя от меня водную среду, нивелируя давление воды.

Я фыркнула и положила ладонь ему на плечо. Он взял меня за талию, бережно, но уверенно, и мы закружились. Мы танцевали в водной среде. Он с хвостом, а я на своих двух. Танца у меня всё равно не вышло бы, так что я просто обхватила ножкой его хвост, словно в танго, а он и был рад прижиматься ко мне сильнее, просто кружил меня.

Подводная музыка текла, как прилив, ткань платья дышала, как море, и в какой-то момент я перестала замечать зал. Остался только Ариан. Его ладонь, его взгляд, который стал мягче, чем когда-либо, и те самые золотистые искры в его глазах, что так поразили меня в нашу первую встречу на берегу Океана. С хвостом, спутанный моей сетью, он был так невозмутим.

В конце танца он наклонился. Поцелуй вышел… совершенно не протокольным. Послышались весёлые возгласы, где-то негромко свистнул Вельт, Сиарран ахнула нарочито громко, Иарасса закрыла глаза ровно на миг – возможно, чтобы не видеть безобразие.

Я улыбалась. И – как назло – прямо в этот момент из одного из высоких окон в зал торжественно протиснулась огромная тёмно-синяя чешуйчатая морда.

Мой мракон.

Он недовольно фыркнул на меня, посылая волну, что меня всколыхнула. И не одну меня, а весь зал. Придворные, хотя их заранее предупредили о наличии у меня питомца, инстинктивно отступили от окон подальше – всё-таки длинное мощное тело, тень крыльев в глубине, свет, ломающийся на чешуе, – такое зрелище как минимум впечатляло, но вызывало вполне законные опасения. Особенно после того, как Сиарран всем растрезвонила, как дракон проглотил жрицу, что была очень плохой девочкой. На Ариана это чешуйчатое негромко, но выразительно зарычало.

– Ревнует, – с высокой компетентностью диагностировала Сиарран где-то за моей спиной.

Я подошла к его недовольной морде. Окна в тронном зале были выше и шире, чем в наших покоях, и на этот раз внутрь пролезли не только нос и глаза – ветвистые рога тоже. Я провела ладонью под его челюстью, немного почесала нежные чешуйки. Затем прислонилась лбом до его лба.

– Позже обязательно поплаваем, – шепнула. Я знала его чуть меньше, чем Ариана, но также чётко ощущала его настроения и желания. А также чувство глубокого единения. Этот резонанс душ…Такая необычная штука… И прекрасная, признаться.

Дракон глухо, довольно заурчал, словно принимая клятву. Зал притих. Я обернулась к королеве. Она кивнула.

И я заговорила – уже не для одного дракона.

– Народ мии-рэнл, – сказала я так, чтобы мой голос лёг не ломким звуком, а мягкой волной. – Вы могучие, доблестные и уникальные. Ваша цивилизация прекрасна! Но рядом с вами живут другие разумные создания, – я снова погладила дракона по носу. – Я – как та, кого избрал сам Мир своим орудием против Хаоса – прошу вас: не наносите вреда водным драконам и иным разумным существам глубин. Присмотритесь к ним. Поговорите с ними. И они вас удивят.

Зал замолчал на длинный вдох. Первым правым кулаком по левому плечу стукнул Ариан.

Следом – Иарасса. И – чуть громче всех – Сиарран. Потом жест подхватили остальные.

Я счастливо улыбнулась. Дракон довольно фыркнул и уплыл, сверкая золотистыми искрами по чешуе.

Музыка вернулась – уже веселее. Воздух – точнее, вода – наполнился ультразвуковыми вибрациями разных тональностей, а сухие части зала – гомоном голосов.

– Пойдём, – шепнул Ариан. – Покажем людям, что у нас не только титулы.

– С радостью.

Мы двинулись по залу. Мои матросы и офицеры, впервые видевшие такую пышность, держались стойко. У каждого камлан. Инженер Джеймс – разумеется – почти сразу уткнулся взглядом в линии сиалы у своего соседа, что-то бормоча, выстраивая свою структурную аналитическую печать.

К нему плавно скользнула мирэна с необычным хвостом, я таких ещё не видела, – розовым с алыми отблесками чешуек. Её текриды искрились малиновым, взгляд был слишком прямой, чтобы его можно было не заметить.

Джеймс растерянно моргнул. Я поймала его взгляд и едва заметно кивнула: мол можно, налаживай контакт с неизученной цивилизацией.

Они отошли в сухую нишу у колонны, где было слышнее. И я, стараясь не таращиться, всё-таки прислушалась к интонациям.

– Больно ли менять хвост на ноги? – очень серьёзно спросил Джеймс, и я чуть не подавилась воздухом. – И… можно ли потрогать текриды? С чисто научной целью.

Мирэна сначала опешила. Потом рассмеялась, сверкая изящными клыками, – низко, мелодично.

– Ты смешной, человек, – сказала она. – Но интерес к науке я приветствую. Я служу при одном из ведомств, – она показала на тонкий браслет-связь у запястья, узнаваемый по вживлённому кристаллу. – Давайте обменяемся наблюдениями.

– Д-давайте, – обрадовался Джеймс так искренне, что Сиарран за моей спиной хихикнула.

Ариан, стоявший рядом, покачал головой.

– Кажется, течения сдвинулись, – заметил он. – Мирэна заинтересовалась человеком открыто.

– Может, она такая же бунтарка, как я? – невинно предположила я.

– Вполне, – ухмыльнулся он. – Она одна из немногих знатных мии-рэн, что предпочла служить венцу лично. Обычно в службу отправляют мужей.

– Вот значит как… – протянула я. – Это будет интересно.

Я прищурилась, глядя на их силуэты – как они наклоняются друг к другу, как оживляются жесты… и резко замолчала, потому что вдруг почувствовала тонкое знакомое покалывание.

Их течение энергии сонастраивались. Едва. Осторожно. Слабее, чем у нас с Арианом – но вполне отчётливо.

– Ариан, – шепнула я, почти не шевеля губами. – Кажется, я права. У них резонанс. Слабее нашего – возможно, потому что она чистокровная мирэна… Но он есть.

– Ох, – сказал он с таким видом, будто только что увидел новую статью расходов для казны. – Весело-то как будет.

– Ещё как.

Мы переглянулись и засмеялись. Впервые за очень долгое время – легко.

Музыка звенела. Люди и мии-рэнл перемешивались, как тёплые и холодные течения, – осторожно, но всё ближе. Королева с кем-то говорила у тронной ниши, Иарасса – как всегда – держала половину протокола на себе. Сиарран уже умудрилась стащить нечто похожее на пирожок. Вполне вероятно, что он был из водорослей и, разумеется, с рыбой, но всё же. И теперь дёргала Вельта за отросшую бородку и удивлялась. Ведь у мирэн-мужчин щетина не росла. Вельт стоически терпел.

А я стояла рядом с мужчиной, который стал моим якорем и приливом сразу, и думала: вот он, мир после шторма.

И он – великолепен во всех своих гранях.