Текст книги "Мой хвостатый избранный или Курс на Бездну (СИ)"

Автор книги: Айштария Райс

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 24 страниц)

*****

Комендантский час ввели ещё до наступления полной ночи.

Все внешние переходы были перекрыты. Доступ к энергоузлам – только по особому допуску. Водные технические ходы – под двойной охраной.Связные браслеты почти непрерывно вспыхивали на руках стражей, разнося по общей волне сухие, короткие команды.

Двор официально ни о чём не уведомили. Но, разумеется, слухи поползли сразу.

Когда мы с Арианом шли по одному из верхних переходов к жилому крылу, я ещё издалека услышала приглушённый шёпот в соседней галерее. Пара придворных дам и двое мужчин из малого круга советников обсуждали случившееся с той мерзкой уверенной интонацией людей, которые ничего не знают, но уже решили, что знают всё.

И, конечно же, в центре их предположений внезапно оказалась я.

Сухопутный посол. Чужачка. Та, после чьего прибытия во дворце начались сбои. Какое удивительное совпадение.

Я только закатила глаза. Но Ариан даже не сбавил шага, уверено держа меня за руку.

Лишь один раз повернул голову в сторону шепчущихся. Совсем чуть-чуть.

В полутьме перехода его глаза блеснули золотом, клыки на миг обозначились слишком отчётливо, а выражение лица стало таким, что весь этот кружок сплетников подавился собственными домыслами быстрее, чем если бы он на них зарычал.

Я еле удержалась от улыбки.

– Какая прелесть, – пробормотала я. – Ты умеешь воспитывать придворных буквально одним взглядом.

– Иногда это единственный действенный способ.

– Напомни не раздражать тебя слишком часто.

– Поздно. Ты уже вошла во вкус.

– И где это я успела тебя пораздражать?! – я возмущенно уперла руки в бока. – Насколько я вижу, в твоих глазах живёт одно восхищение моими непревзойдёнными талантами, умом и красотой.

– Угу, – лишь отозвался он. И блеснул на меня глазами так, что мне срочно пришлось опустить свои и покраснеть. И вообще, тут матриархат или как? Значит, я тут в нашей паре должна быть главной. Но как-то у нас не по местным правилам складывается общение.

*****

Когда мы добрались до покоев, я почувствовала это почти как удар – насколько же, оказывается, устала.

Нам принесли перекус почти сразу. Лёгкий, но сытный – что-то из местных солоноватых лепёшек, нарезанные водорослевые пластины, белую рыбу в пряном маринаде, фрукты из сухих садов и тёплый напиток с минеральным привкусом, от которого по телу постепенно разливалось спокойное тепло.

Я сидела, завернувшись в мягкую накидку, и смотрела в одну точку, пока слуга бесшумно расставлял блюда.

Ариан отослал всех, кроме внешней охраны. Только тогда тишина наконец стала настоящей.

Не дворцовой. Не допросной. Не служебной.

Просто тишиной комнаты, в которую на время не пускают мир.

Я взяла чашу обеими руками, грея пальцы.

– Удивительно, – сказала я спустя какое-то время. – После всего пережитого меня почему-то особенно трогает факт существования еды.

– Это нормальная реакция живого существа после тяжёлого дня.

– Спасибо. Твоя поддержка бесценна.

– Я стараюсь.

Я всё-таки улыбнулась. Слабо. Но уже искренне. Улыбаться ему становится моим любимым хобби, как это ни странно.

Снаружи за тонкой перегородкой негромко журчала вода. Где-то далеко прошёл дозор. В остальном дворец словно затаил дыхание. Водная масса стояла за окном. И снова этот потрясающий вид на пульсирующий город. Нас не было всего день, но сколько всего произошло.

Сегодняшний день прошёл. Но не завершился.

Это ощущалось слишком отчётливо. Всё только затаилось.

И где-то глубоко под камнем, светом, ритуалами, приказами, охраной и великолепием царского дворца уже шевелилось нечто, до чего мы пока не могли дотянуться.

Глава 17

Глава 17

Я успела смыть с кожи остатки соли, крови и чужой энергии, переодеться в более лёгкую домашнюю тунику (Ариан приказал слуге доставить несколько нарядов на выбор) и, впервые за весь день, сесть без необходимости куда-то бежать или кого-то проверять.

Только тогда накатила усталость.

Не резкая. Тяжёлая. Глубинная.

Та, что сначала делает движения медленнее, а потом вдруг напоминает, что ты вообще-то весь день ходила по краю.

Я закрыла глаза и откинулась на спинку низкого ложа.

Перед внутренним взглядом всё ещё вспыхивали линии узла. Расходящиеся трещины. Сорванный контур. Чужой удар. Лицо Ариана – в тот миг, когда он понял, что я сунулась туда, где могла погибнуть.

Я поморщилась.

Да, наверное, со стороны это действительно выглядело… выразительно.

– Снова пытаешься делать вид, что всё в порядке?

Я открыла глаза.

Он стоял у входа в покои – уже без части боевого снаряжения, но всё ещё в тёмной одежде, слишком подчёркивающей широкие плечи и ту опасную, собранную пластику, которая не исчезала в нём никогда. Волосы были ещё чуть влажными. На скуле – тонкая светлая царапина. На поясе – привычная костяная сабля.

И глаза. Спокойные снаружи.Совсем не спокойные внутри.

– А у меня выходит неубедительно? – спросила я.

– Ужасно.

Он подошёл ближе и остановился передо мной.

– Как ты?

– Это официальный вопрос или настоящий?

– Начни с настоящего.

Я выдохнула и всё же ответила честно:

– Устала. Немного дрожат каналы. Но не критично.– Голова?– Уже лучше.– Ядро?– Если ты сейчас снова начнёшь меня сканировать без предупреждения, я, возможно, даже не стану возражать.

Уголок его рта дрогнул. Совсем чуть-чуть.

И от этого у меня внутри что-то очень тихо сдвинулось.

Потому что весь день он был напряжён так, словно держал на плечах не только бой, не только дворец, а ещё и меня – как отдельную катастрофу, которая упрямо отказывается лежать там, где её положили в целях безопасности.

Он опустился рядом. Не вплотную – оставляя мне пространство, будто заранее знал, что я замечу и это тоже.

Некоторое время мы молчали. Странная, редкая тишина после такого дня.

– На тебя теперь смотрят иначе, – сказал Ариан.

Я усмехнулась.

– Ты о том моменте, когда жрицы и принцессы чуть не начали кланяться мне как малой спасительнице дворца?

– Не “чуть не”.

– О, ну прости. Значит, как вполне состоявшейся спасительнице дворца.

– Рейна.

Я повернула голову и встретила его взгляд. Он смотрел без улыбки.

Слишком прямо.

– Ты правда спасла их, – сказал он тихо. – И меня тоже.

Я уже было собралась отшутиться. Чем-нибудь лёгким, привычным, удобным. Но не смогла.

Потому что он не давал мне уйти в игру.

Не сейчас.

– Я не думала, – призналась я после паузы. – Просто увидела схему. Поняла, где лопнет контур. И сделала то, что нужно.

– Именно поэтому ты и сделала больше остальных.

– Это комплимент моей безрассудности?

– Это признание того, что ты не отступаешь, когда страшно.

Мне стало неловко.

– И даже если попрошу больше так не делать…– он тяжко вздохнул.

– Да, – лишь тихо подтвердила я.

Я медленно провела пальцем по краю ткани на колене.

– Страшно было, – сказала я. – Очень. Просто времени на это не оставалось.

Ариан опустил взгляд на мои руки, будто запоминая и это тоже.

– Знаю.

И вот это тихое“знаю” ударило сильнее всего.

Не восхищение. Не пафос. Не попытка превратить меня в героиню. Просто знание цены.

Он понимал. И от этого вся моя привычная броня вдруг дала трещину.

– Ты был напуган, – сказала я совсем тихо.

Он не ответил сразу.

За окном, за полупрозрачной стеной водного сектора, медленно качнулся голубоватый свет.

– Да, – сказал он наконец. – Я мог потерять тебя.

Только одна фраза. Без оправданий. Без маски. Без попытки смягчить.

Я смотрела на него и вдруг очень ясно увидела всё разом: его силу, его сдержанность, его упрямую верность, его одиночество, то, как долго он привык быть для всех удобным оружием, королевским племянником, с тайной происхождения, тем, кем можно пользоваться, но не обязательно беречь.

И то, как сегодня он держал меня за руку так, будто это единственное, что имеет значение.

Мне стало трудно дышать. Не больно. Просто слишком полно.

– Ариан… – начала я и замолчала.

Он поднял взгляд. И я поняла, что если сейчас снова отступлю в шутку, то предам не его – себя. Поэтому шаг сделала сама. Подалась к нему первой.Совсем немного. Достаточно, чтобы расстояние между нами исчезло.

Он замер, словно давая мне последнюю возможность передумать.

Не стал хватать. Не стал торопить. Не стал превращать это в победу.

Только ждал. Я коснулась его щеки кончиками пальцев.

Тёплая кожа. Жёсткая линия скулы. Едва заметная царапина.

– Это я сейчас делаю глупость? – шепнула я.

– Нет, – так же тихо ответил он. – Это ты сейчас выбираешь.

И тогда я поцеловала его.

Медленно. Осторожно. Почти недоверчиво.

Не вспышка. Не жадность. Не голод.

Сначала – как признание. Потом – как ответ.

Он вдохнул резко, будто всё же не ожидал, что я правда это сделаю. И только после этого его ладонь легла мне на затылок, зарываясь в волосы – бережно, почти благоговейно. Он поцеловал меня в ответ так, что у меня дрогнули пальцы.

Без спешки. Сдерживаясь. Но так честно и трепетно, что внутри стало жарко. Неужели твёрдая уверенная линия его мягких губ оказалась тем, чего мне так не хватало…

Это был не поцелуй игры. Не тот флирт, которым можно прикрыть страх, усталость или близость.

Это было другое. То, что мы оба выбрали.

Я сама не заметила, как придвинулась ближе, как он слегка запрокинул мою голову, вбирая мой воздух, как моя рука скользнула на его мощную грудь, как он другой ладонью обнял меня за талию, удерживая бережно, но так надёжно и безапелляционно, будто отпустить уже не сможет.

Когда мы всё же отстранились, я судорожно вдохнула влажный солоноватый воздух. Он, как и я, пытался восстановить дыхание. Его крепкая грудь под моими руками тяжело вздымалась, давая ощутить в полной мере свой рельеф. Должно быть подобные чувства изматывают не менее сильно, чем кросс.

И если для меня это был первый осторожный шаг изучения, то ему, наверно, стоило больших усилий не напирать на меня. Он всё ещё прижимал меня к себе за талию. И было так надёжно и спокойно в его бережной хватке… Вот тебе и противница отношений. Уплыла так уплыла, капитан, сразу в дальнее плавание исследовать неведомые для меня воды взаимоотношений. Главное не утонуть с головой…

– Ну вот, – сказала я хрипловато. – Теперь всё стало значительно сложнее. —нда, уместнее было бы промолчать и не портить момент.

Он посмотрел на меня так, что у меня снова сбилось сердце. И пропало желание иронизировать. Начисто.

– Для меня – нет.

– Конечно. Ты же весь такой невозмутимый.

– Рейна.

– Что?

– Если ты сейчас опять попытаешься спрятаться за иронию, я всё равно не поверю. И повторю так, чтобы у тебя не осталось сомнений. – он в подтверждение своих слов ласкающе провёл рукой от талии до шеи, притягивая к себе, разогнав стаю мурашек. Я вздрогнула и закусила краешек губы, бросив на него взгляд из-под ресниц, и тут же снова замерла под его жаждущим взглядом, наполненным золотистыми всполохами. Печать на его запястье, как и на моём налилась энергией. Но его взгляд меня не пугал, не настораживал. Как и его желание. Я не чувствовала от него ни стремления подавить меня, ни затаённого обмана, от Арина через нашу связь я ощущала только решимость быть рядом, оберегать, поддерживать и полное принятие. Его волны щемящего чувства нежности окутывали мою душу тихим счастьем. А с трудом сдерживаемая страсть, что пробивалась сквозь его нежные чувства не пугала, а интриговала так, что во мне начала просыпаться особа, которой ой как стало интересно ощутить на себе весь спектр его эмоций. Неужели и вправду возможно вот так вот чувствовать человека с потрохами?! И не ходить вокруг да около, пытаясь понять, что у него на уме… Резонанс душ – бесценный дар Мира своим потерянным и часто самоуверенным детям.

Я не удержалась и тихонько рассмеялась лёгким счастливым смехом, уткнувшись лбом ему в плечо. Какая же лёгкость во всём ядре, во всей моей структуре!

– Ты не можешь поверить в своё счастье? – он, улыбаясь, пощекотал носом прядку за ушком. Ну да, резонанс действует в обе стороны.

– Это ужасно нечестно – так хорошо меня читать.

– Но и ты можешь полностью прочитать меня. У меня нет тайн от тебя, – он глубоко вдохнул мой запах, не таясь. В то время как я тихонько исподтишка тоже дышала им, знакомясь с тем, как пахнет доверие, забота и надёжность. Они пахнут Арианом.

– Только когда я чувствую твои эмоции, я начинаю краснеть, – тихонько пробурчала, но он услышал, разумеется.

Он коснулся губами моих волос. Не как собственник. Не как победитель. Просто с той тихой нежностью, от которой становилось одновременно спокойно и страшно.

Потому что это уже было по-настоящему.

Я не знала, сколько мы так просидели.

Может, несколько минут. Может, дольше. Но покой оказался недолгим.

Сначала я почувствовала это едва-едва. Тонкую дрожь под кожей.Знакомый отклик, от которого всё внутри насторожилось.

Потом – сильнее.

Я выпрямилась так резко, что Ариан сразу напрягся.

– Что?

Я не ответила сразу.

Потому что в этот раз это не было смутным беспокойством. Не было странным эхом на границе сна.

Это былзов .

Тянущий. Настойчивый. Почти болезненный.

Словно кто-то далеко внизу снова и снова задевал невидимую струну, уже связанную со мной. Я прижала ладонь к груди.

Там, где после храмового ритуала энергия отзывалась особенно ярко.

– Он опять, – прошептала я.

– Кто?

– Не знаю. Но… это не случайно.

Зов усилился.

Не в ушах. Не в голове. Глубже.

В каналах. В рёбрах. Под сердцем.

Как будто нечто живое, испуганное и упрямое пыталось дотянуться именно до меня.

Я закрыла глаза, стараясь не потерять нить ощущения.

Темнота внутри была не пустой. В ней пульсировало слабое чужое присутствие.

Маленькое. Измученное. Но уже знакомое.

И в следующую секунду я поняла.

– Дракончик, – сказала я вслух, и сама поразилась уверенности в собственном голосе.

Ариан замер.

– Тот самый?

– Да. Кажется… да.

Я открыла глаза.

– Он зовёт меня.

Несколько ударов сердца Ариан молчал.

Потом встал сразу – без вопросов, без сомнений, как человек, который уже принял решение.

– Значит, идём.

Я моргнула.

– Даже не попытаешься меня отговорить?

– Нет.

– Это подозрительно разумно с твоей стороны.

– Я начинаю привыкать, что, если ты говоришь “чувствую”, это обычно означает, что через полчаса мы находим проблему размером с катастрофу.

– Приятно знать, что ты так высоко ценишь мои таланты.

Он уже подошёл к стойке у стены, забирая пояс с оружием.

– Я ценю твою способность быть правой в самых неудобных обстоятельствах.

– И всё же это комплимент, – я шутила, скрывая нервозность. Но он всё понимал. Ариан склонился ко мне, глядя на меня так, что защемило сердце, и провёл ладонью по моей щеке. Нежно коснулся моих губ в поцелуе. Затем кивнул мне.

Я тоже поднялась. На губах ещё теплело послевкусие его поцелуя. Такого желанного и дорогого… Тело ещё помнило усталость, но странным образом собралось быстрее, чем должно было. Зов не оставлял пространства для лености. Он не просто тревожил – тянул.

Туда. Ниже. Вглубь.

Я быстро надела свои капитанские сапоги, брюки и рубашку. Закрепила на поясе кортик, проверила крепление камлана на груди. Ариан тем временем коротко переговорил со стражей у входа.

Один из охранников тут же коснулся браслета связи, принимая код по общей волне, затем отступил к водному каналу в стене, погрузил в него руку и голову, считывая пришедшее сообщение. Выпрямился через несколько секунд и коротко кивнул Ариану.

– Двоих с нами, – сказал Ариан. – Ещё двое пойдут по верхнему обходу.

– А если я просто хочу прогуляться посреди ночи по тайным глубинам дворца? – спросила я.

Он посмотрел на меня холодно-ласково.

– Тогда я особенно настаиваю на сопровождении.

Я фыркнула, но спорить не стала.

Через несколько минут мы уже покинули жилой сектор.

Сначала шли знакомыми переходами – теми, где стены ещё были светлыми, гладкими, украшенными тонкой резьбой и спокойными линиями энергии. Здесь дворец всё ещё выглядел как место власти, красоты и порядка.

Но чем ниже мы спускались, тем сильнее всё менялось.

Стало меньше света. Меньше украшений. Меньше воздуха в самих пространствах.

Коридоры сузились. Камень стал грубее.На стенах всё чаще встречались старые технические метки, крепления, каналы для тока Мира, узкие водные рукава и тяжёлые затворы, скрытые в толще стен.

Мы миновали нижний ярус арен – огромные тёмные чаши, сейчас почти безмолвные. Где-то далеко отдавался глухой металлический звон. Потом прошли мимо закрытых зверинцев. За толстыми решётчатыми переборками в полутьме шевелилось что-то крупное, дышащее влажно и медленно. Я уловила блеск глаза размером с кулак и решила, что мне совершенно не нужно знать, кто именно живёт здесь у мирэн для особых случаев.

– Ты специально не рассказываешь мне о местной фауне, чтобы не травмировать раньше времени? – тихо спросила я.

– Да.

– Заботливо.

– Это одно из моих лучших качеств.

Зов снова качнул меня изнутри.

Я невольно остановилась.

– Ниже, – сказала я. – Ещё ниже.

Один из стражей обменялся взглядом с другим.

– Там начинаются старые служебные уровни, господин, – сказал он негромко. – Их давно почти не используют.

– Почти? – переспросила я.

Страж замялся.

Ариан ответил за него:

– Старые храмы, запечатанные ходы, технические колодцы, древние водосборы. Часть схем сохранилась только у жриц.

Мне это не понравилось сразу. Потому что зов шёл именно туда. Как раз то, о чём мы говорили в кабинете королевы перед нападением.

Мы спустились ещё ниже – по длинной винтовой галерее, где сухой камень постепенно уступал место влажному, а воздух становился тяжелее, с привкусом минералов, соли и чего-то древнего, застоявшегося. Здесь уже не было дворцовой мягкости. Только функциональность. И возраст.

На очередном переходе пришлось пройти через полузатопленную арку. Вода доходила почти до бедра, а дальше коридор уходил ещё глубже, уже в тёмный подводный рукав. Стражи первыми скользнули в него. Мы с Арианом вошли следом.

Под водой мир опять изменился.

Свет здесь был не дворцовый – не тёплый и не торжественный. Скорее служебный, редкий, холодный. По стенам тянулись старые энергожилы. Некоторые пульсировали исправно. Некоторые мигали с перебоями. Некоторые были погашены вовсе.

Вода была тяжелее, чем в верхних секторах. Темнее. Тише.

Я шла рядом с Арианом, и чем дальше, тем сильнее ощущала странную примесь в потоке.

Не просто сырость или старую энергию. Ритуальный след. Чужой.

Замаскированный. Подчищенный. Но не до конца.

Когда мы выбрались в очередной сухой карман, я резко втянула воздух и остановилась.

– Ты тоже это чувствуешь? – спросила я.

Ариан нахмурился.

– Слабый след искажённого контура.

– Не просто искажённого. Намеренного.

Он посмотрел на стену, где под налётом времени едва заметно проступала старая символика.

– Да.

Один из стражей подошёл ближе и коснулся браслета связи.

– Прикажете дать запрос по общей волне?

Ариан покачал головой.

– Пока нет. Если здесь кто-то действует скрытно, предупреждать их раньше времени не стоит.

Я кивнула.

Правильно. И всё равно по спине прошёл неприятный холод.

Потому что пространство вокруг становилось всё менее похожим на нижние ярусы живого дворца и всё больше – на что-то, что пережило слишком много эпох и давно перестало быть частью открытого мира.

Мы двинулись дальше.

Ещё один проход. Ещё один узкий мост над чёрной водой. Ещё один затвор, наполовину вросший в камень.

Зов теперь был почти непрерывным.

Он не бил рывками. Он тянул тонкой нитью, становясь всё яснее. Всё болезненнее.

И в нём уже было что-то, что отзывалось мне так странно, будто я действительно не просто слышу его, а связана с ним изнутри.

Энергетически.

Нелепо. Невозможно. Но слишком реально, чтобы отмахнуться.

– Рейна, – тихо позвал Ариан. – Что именно ты чувствуешь?

Я замедлилась, пытаясь подобрать слова.

– Не мысль. Не образ. Не речь.Скорее… отклик. Как если бы часть чужой структуры уже зацепилась за мою.Он… ищет меня. Или тянется к тому, что узнаёт.

Ариан посмотрел на меня очень внимательно.

– После храма Май-Нур и после сегодняшнего… это возможно.

– Что именно возможно?

– Что ты вошла в резонанс с чем-то, что обычный мирэн даже не услышал бы.

Меня это совершенно не успокоило.

– Прекрасно. Значит, я официально становлюсь магнитом для всех древних аномалий этого прекрасного дворца.

– Я же говорил, у тебя выдающиеся таланты.

– И ты снова называешь это комплиментом.

Он уже хотел ответить, но тут перед нами открылся новый проход – узкий, почти скрытый за каменным выступом и тяжёлой завесой из минеральных нитей, проросших прямо из стены.

Стражи замерли.

– Этого хода нет на обычной схеме нижнего яруса, – сказал один из них.

Зов рванул меня к нему так сильно, что я сама шагнула вперёд. Бессознательно формируя печать, чтобы разрушить барьер. Даже не разрушить, а сделать в нём проход так, чтобы сигнал о нарушении контура не пошёл дальше. Я влила столько энергии в печать, что у стражей удивлённо распахнулись глаза. Ариан только хмыкнул. Моя печать просто наложилась на этот барьер, поглощая его энерголинии и замещая их собой. Я шагнула вперёд. За мной Арина и стража.

Сердце ударило быстрее.

Там. Именно там. Из тёмной глубины за проходом веяло водой, старой ритуальной пылью, чем-то звериным… и ещё чем-то, от чего у меня внутри всё сжалось.

Болью. Страхом. Ожиданием.

– Он там, – сказала я.

Ариан встал рядом.

Одной рукой слегка отодвинул меня себе за плечо, другой уже касаясь рукояти сабли.

Стражи без лишних слов заняли позиции.

И в этот миг я вдруг очень ясно поняла: мы больше не идём по дворцу.

Дворец остался где-то выше. А здесь начиналось нечто другое. Более старое.Более тёмное. Слишком долго скрытое под его фундаментом.

И именно туда нас вёл зов.