Текст книги "Магия любви (СИ)"

Автор книги: Анна Курлаева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 22 страниц)

Джефферсон при этих словах заметно напрягся. Бейлфайр же вытащил из сумки горсть золотых монет и высыпал их в лапы кролику:

– Достаточно за услугу?

Тот с энтузиазмом закивал:

– Вполне. Так куда вы хотите попасть?

– Одну секунду, – вмешался Джефферсон. – Нам надо кое-что обсудить.

Он поманил Бейлфайра и Грейс в сторону. Кролик пожал плечами и сложил лапы на груди с безразличным видом.

– Нельзя ему доверять, – прошептал Джефферсон. – Он работает на королеву.

– У нас нет другого выхода, – резонно заметил Бейлфайр. – Либо он, либо мы не попадем домой.

– А если он переместит нас в ловушку?

– Мы что-нибудь придумаем, – беспечно отозвался Бейлфайр и уже серьезнее добавил: – Слушай, Джефферсон, даже если эта королева так ужасна, она нас не знает – зачем мы ей нужны? Не заманивает же она к себе всякого, появляющегося в Стране Чудес? В любом случае, придется рискнуть – это наш единственный путь домой.

Джефферсон поджал губы, не убежденный до конца, с сомнением посмотрел на Грейс. Та улыбнулась:

– Правда, пап, не будь параноиком.

Он еще немного помолчал и махнул рукой:

– Ну как знаете. Но потом не говорите, что я вас не предупреждал.

Бейлфайр повернулся к хозяевам и уже громко сообщил:

– Нам надо в Зачарованный лес.

– Проще простого, – фыркнул кролик.

Он крутанулся на месте, и в полу закружилась зеленая воронка, от вида которой Бейлфайра передернуло: уж больно неприятные ассоциации она вызывала. Поежившись, он взял за руку Джефферсона, а тот, в свою очередь – Грейс, и они прыгнули в воронку.

Охватило уже знакомое тошнотворное ощущение падения в пустоту, которое, к счастью, быстро закончилось. Кажется, прыжки между разнообразными мирами входят у него в привычку. Оглядевшись, Бейлфайр обнаружил, что они приземлились в поле на берегу небольшой речки – в незнакомом ему месте.

– Где мы? – тихо спросила Грейс, вертя головой.

На ее лице застыло то же сомнение, что грызло Бейлфайра: а дома ли они? Не закинул ли их кролик в еще какой-нибудь чужой мир? Джефферсон же глубоко втянул воздух и вдруг упал на колени, прижавшись ладонями к земле.

– Я думал, что больше никогда сюда не вернусь, – срывающимся голосом произнес он.

Значит, все-таки дома. Бейлфайр облегченно перевел дыхание и обменялся с Грейс понимающими взглядами. Джефферсон вскочил и с широкой улыбкой повернулся спиной к реке.

– Нам туда, – махнул он в направлении видневшегося на горизонте леса.

– Ну хоть кто-то знает нужное направление, – тихонько пробормотал Бейлфайр.

Джефферсон не обратил внимания на его слова, без промедления зашагав вперед, а Грейс тихонько хихикнула и поспешила за отцом.

Они шли три дня, проводя ночи под открытым небом. К счастью, большая часть пути проходила через лес и там можно было хотя бы укрыться под деревом. Впрочем, на их удачу дождя не было.

И вот местность стала знакомой: здесь Бейлфайр бывал пару раз. Это все еще было довольно далеко от дома, но, по крайней мере, теперь он знал куда идти.

– Что ж, здесь наши пути расходятся, – сказал Джефферсон, когда они вышли на небольшую полянку.

Бейлфайр растерянно посмотрел на Грейс – за время их совместного путешествия, он совсем забыл, что им скоро придется попрощаться. Она ответила столь же растерянным взглядом. Джефферсон протянул руку и проникновенно произнес:

– Спасибо, Бейлфайр. За то, что не бросил Грейс, за то, что помог мне, – и, ухмыльнувшись, добавил: – Я бы сказал, что я теперь твой должник, да как-то опасаюсь говорить такие вещи сыну Румпельштильцхена.

Бейлфайр хмыкнул, пожимая ему руку. Ему стало грустно – он успел привязаться и к Грейс, и к ее отцу, и чувствовал, что будет скучать по ним. Будто прочитав его мысли, Грейс с надеждой спросила:

– Мы ведь еще встретимся?

– Если хочешь, – ответил он с той же надеждой.

Грейс закивала, лучезарно улыбаясь.

– Мы живем вон там, – взмахом руки она указала направление, – в деревне Хитчкот.

Бейлфайр кивнул. И вдруг Грейс, привстав на цыпочки, быстро поцеловала его в щеку и тут же отбежала к отцу. Бейлфайр еще пару мгновений смотрел им вслед, после чего, не спеша, направился к дому. Своим приключением он остался доволен, и оно дало ему идею. Бейлфайр давно размышлял о занятии для себя. Ведь он уже не ребенок, а у мужчины должно быть дело. И сейчас ему пришло в голову, что он мог бы помогать людям, попавшим в необычные неприятности. В какой-то мере, как отец. Тот, правда, делал это не бесплатно. И не потому что ему так нужны были жертвы от призвавших его на помощь, а потому что магия требовала оплаты. «Всякая магия имеет цену», – каждый раз говорил он просителям, предупреждая. На самом деле это было не совсем так: не всякая, а меняющая судьбы. Но поскольку Румпельштильцхена призывали только в крайних обстоятельствах, этот нюанс не имел значения.

Бейлфайр не собирался пользоваться магией, а значит, не придется и требовать с людей вознаграждения. Эта мысль нравилась ему чем дальше, тем больше. Быть героем – это действительно достойное занятие. И увлекательное.

***

Вечером Белль вместе с Румпельштильцхеном пришла к зеркалу – проверить, как дела у Бейлфайра. При виде появившейся на стекле картины, оба в ужасе замерли. Бейлфайр лежал без сознания с глубокими длинными царапинами на спине – будто от гигантских когтей. Над ним хлопотала какая-то женщина, промывая и смазывая раны, а Джефферсон с Грейс замерли неподалеку, с беспокойством наблюдая за ней. Белль судорожно вздохнула, прижав ладонь ко рту. Что там у них случилось? Ведь до сих пор все шло хорошо! Ну почему никогда не может обойтись без опасных приключений? И почему его не защитил плащ?

Первым порывом Румпельштильцхена было рвануть туда – к сыну. Это было заметно по тому, как он дернулся к зеркалу. Но в следующее мгновение остановился. Впервые у Белль возникло ощущение, что они в этот момент думают абсолютно одинаково. Бейлфайр ранен, но жив, и в данный момент его жизни ничто не угрожает. Напротив, от снадобий той женщины царапины затягивались чуть ли не на глазах. Что бы там ни случилось, сейчас он в безопасности. А вот их неожиданному появлению вряд ли обрадуется. И даже наверняка обидится, что его по-прежнему пасут, как маленького ребенка.

Просидев перед зеркалом до позднего вечера, они успокоились, только увидев, что Бейлфайр пришел в себя и, похоже, чувствовал себя сносно, даже пикировался с Джефферсоном. Именно из их разговора и стало известно, что они столкнулись с Чеширским котом.

– Вот же… везет на приключения, – пробормотал Румпельштильцхен – в его голосе смешались пережитый недавно страх, облегчение, раздражение и чувство вины. – Магические существа, значит… Надо будет исправить этот недостаток плаща.

Белль обняла его, прижавшись лбом к плечу, успокаивая – и его, и себя. Только когда Бейлфайр и его спутники отправились спать, они решились оторваться от зеркала и в свою очередь пойти отдыхать.

После этого случая Румпельштильцхен не отходил от зеркала буквально ни на секунду, забыв обо всем. Белль пыталась образумить его, но он только зарычал на нее и упрямо остался на своем посту. Вздохнув, Белль перешла на новую тактику: заставлять его хоть немного есть и объяснить Летти, что к папе сейчас лучше не соваться.

К счастью для всех, больше с Бэем ничего не случалось, и он благополучно вернулся в Зачарованный лес вместе с Джефферсоном и Грейс. И через несколько дней должен был добраться до дома. И Белль начала осторожно внушать Румпельштильцхену, что не стоит сразу набрасываться на Бейлфайра за то не совсем удачное сражение с Чеширским котом, а главное – запирать его в замке подальше ото всех опасностей. Румпельштильцхен уговаривался с трудом.

Однако, когда Бейлфайр наконец перешагнул порог замка – уставший, но счастливый, – он был встречен только крепкими объятиями. Белль поздравила себя с победой – все-таки переломить паранойю Румпельштильцхена дорогого стоит – и в свою очередь обняла сына.

Торжественность момента разрушила Летти, которая с радостным воплем повисла у брата на шее и тут же потребовала:

– Рассказывай!

Собственно, этим Бейлфайр и занимался весь вечер: рассказывал. Они собрались возле камина в большом зале, уютно потрескивал огонь и все опасности казались лишь сном или сказкой из книги. Он заметно отредактировал свое приключение с Чеширским котом. То ли из опасения (весьма близкого к правде), что отец запрет его в замке и больше никуда не пустит; то ли просто не желая их беспокоить. Бейлфайр явно остался доволен своим приключением, и это еще больше убедило Белль в том, что они правильно поступили, когда не стали вмешиваться. Как бы ни было страшно, надо найти в себе силы отпустить сына в самостоятельную жизнь.

Комментарий к Глава 13

Во избежание возможных вопросов: все реалии Страны Чудес взяты из спин-оффа “Однажды в Стране Чудес”. Кто еще не смотрел – рекомендую.

========== Глава 14 ==========

Бейлфайр стал появляться дома еще реже, чем раньше. Иногда он брал с собой Летти, но лишь в ближние прогулки, когда ничего не планировал – просто, чтобы развлечь сестру, обижавшуюся, что он совсем ее забросил. Белль подозревала, что большую часть времени Бэй проводит с Грейс. Тем более иногда он приводил ее в гости. Белль скучала по нему и знала, что Румпельштильцхену тоже не хватает присутствия сына, но они оба понимали, что у Бэя теперь своя жизнь, куда им не стоит вмешиваться.

Летти же любила бывать в гостях у Эммы, с которой они сдружились как сестры. Белль переносила ее в королевский дворец, пользуясь случаем, чтобы пообщаться с Белоснежкой. Иногда та делала ответный визит, но не часто – все-таки у королевы слишком много обязанностей и забот, чтобы постоянно ходить в гости. Регина, прежде без конца возившаяся с названной сестрой, теперь чаще стала пропадать на конюшне. Впрочем, ни Эмма, ни Летти не жаловались – им было прекрасно и вдвоем.

С не меньшим увлечением, чем играла с подругой, Колетт перенимала приемы магии у отца. Она все лучше и лучше контролировала свои силы. И теперь в доме больше ничего не билось и не взрывалось.

Тем утром Белль проснулась с ощущением недомогания. И вроде бы ничего не болело, но общее самочувствие было довольно скверным. Румпельштильцхена рядом уже не было, и Белль, с сожалением вздохнув, уткнулась носом в подушку, еще хранившую его запах. Увы, справиться с чувством легкой дурноты это не помогло. К тому же стало душно. Снова вздохнув, Белль поднялась, накинула шелковый пеньюар и открыла окно. И только с наслаждением втянув в себя прохладный осенний воздух, она вдруг осознала, что с ней происходит.

Белль радостно улыбнулась и положила ладонь на живот, осторожно касаясь магией. Да! В ней действительно зародилась новая жизнь. И на этот раз все будет, как положено: она сообщит мужу новость, а не наоборот!

– Ты простудишься, если будешь стоять у открытого окна – не лето все-таки, – раздался голос Румпельштильцхена.

Белль улыбнулась еще шире и обернулась. Он водрузил поднос с едой на ближайшую табуретку, а Летти увлеченно расставляла все принесенное на круглом мраморном столике. Когда-то, когда еще не было с ними ни Колетт, ни даже Бейлфайра, Белль с Румпельштильцхеном любили завтракать в своей спальне за этим столиком, не спускаясь в зал. Это воспоминание вызвало волну нежности.

– Мы с Летти решили, что можно сегодня позавтракать здесь – думаю, втроем мы уместимся, – сообщил Румпельштильцхен.

– Отличная идея, – одобрила Белль и, наклонившись, поцеловала дочь в макушку, после чего обняла мужа. – Спасибо.

– Я знала, что тебе понравится, – довольно сообщила Летти, устроившись на стуле и тут же принявшись накладывать себе в блюдце варенья.

Не менее довольный собой, чем дочь, Румпельштильцхен коротко поцеловал Белль – если бы не присутствие Летти, поцелуй был бы гораздо более долгим – и призвал недостающие стулья.

Ощущение тошноты прошло, и Белль с аппетитом съела несколько блинчиков с вареньем, слушая веселую болтовню Летти, которая умудрялась есть и говорить одновременно, хотя ее неоднократно за это ругали.

– Летти, сколько раз повторять – ведь подавишься, – укоризненно заметила Белль.

– Извини.

Дочь мило улыбнулась и некоторое время ела молча. Но хватило ее ненадолго. Правда, на этот раз она соизволила прожевать, прежде чем начать говорить. Румпельштильцхен с усмешкой покачал головой.

– Мам, смотри, как я умею! – Колетт повела рукой над своей чашкой, и над ней поднялся густой пар, медленно сложившийся в изображение скачущего на лошади человека.

– Чудесно, милая, – улыбнулась Белль.

И заинтересовалась, будет ли ее второй ребенок столь же сильным магом. Скорее всего – да, учитывая, кто его отец. Эта мысль, а также то, с какой гордостью Румпельштильцхен наблюдал за фокусами Колетт, заставила ее улыбнуться еще шире. Ее переполняло такое счастье, что даже становилось немного страшно – не придется ли за него заплатить?

– Белль? – Румпельштильцхен смотрел теперь на нее – с веселым любопытством. – Что-то случилось?

Она кивнула, уже не в первый раз поражаясь его умению чувствовать оттенки ее настроения. Но прежде чем Белль успела ответить, Летти, взмахом руки развеяв свою иллюзию, заявила:

– Мама очень-очень счастлива, потому что… – внимательно посмотрев Белль в глаза, она неуверенно заключила: – Узнала что-то хорошее?

Белль ошарашено поморгала. Румпельштильцхен говорил как-то, что предполагает у их дочери сильные способности эмпата, но до сих пор ей не приходилось с этим сталкиваться. Муж же не удивился ни капли – только слегка улыбнулся и, откинувшись на спинку стула, спросил:

– И что же это за хорошая новость?

Белль сглотнула. Вот вечно ее опережают. С ума сойти – жить с магами!

– Ребенок, – лаконично ответила она.

Румпельштильцхен недоуменно приподнял брови:

– В смысле?

– В прямом, – Белль ухмыльнулась – в кои-то веки удалось его удивить. – У нас будет ребенок. Летти, милая, хочешь братика или сестренку?

Колетт взвизгнула от восторга, подпрыгнув на стуле.

– А я могу выбрать?

Белль рассмеялась:

– Нет, родная, выбрать ты не можешь – уж кто родится, тот родится.

– Ну и ладно, – Летти не слишком и расстроилась. – Я все равно рада.

Белль ласково потрепала ее по голове. За все время их маленького диалога Румпельштильцхен не пошевелился и даже, кажется, моргать перестал, неотрывно глядя на Белль. Она адресовала ему вопросительный взгляд, и тогда он, взяв ее руку, с безграничной нежностью поцеловал пальцы. Когда же Румпельштильцхен поднял голову, снова посмотрев ей в глаза, в них Белль прочла всю его любовь и благодарность – никаких слов уже было не нужно.

– Как мы его назовем? – вмешалась Летти.

Румпельштильцхен с улыбкой повернулся к дочери, так и не выпустив руки Белль, переплетя их пальцы.

– А как бы ты хотела?

Это ее озадачило, и она на некоторое время замолчала, размышляя. Белль тихонько хихикнула и обменялась с мужем веселым взглядом. Наконец, Летти пожала плечами:

– Пока не знаю. Но я еще подумаю.

Позже Белль нашла Колетт в библиотеке, изучающей книгу столь объемную, что удивительно, как ей не тяжело было держать фолиант на коленях.

– Что ты читаешь, Летти? – с любопытством спросила она.

Колетт, рано научившаяся читать, унаследовала от матери страстную любовь к этому занятию. Но все-таки книга была ей не по возрасту.

– Ищу имя, – сообщила она, не отрываясь от своего занятия. – И одно уже нашла.

Немного подождав продолжения, Белль спросила:

– И какое же?

– Лорелейя, – Колетт подняла голову и солнечно улыбнулась. – Это если будет сестренка. А для братика я не могу выбрать из трех вариантов: Раймунд, Алард и Дедрик.

Белль хмыкнула. Нарочно ли Летти подбирала такие имена или случайно вышло? Все они в своем значении заключали силу, защиту, храбрость. Хотя, учитывая книгу у нее на коленях, скорее всего, искала специально.

– Давай мы предложим выбрать папе? – мягко предложила Белль.

– А ты? – удивилась Летти.

– А я выбирала имя для тебя. Думаю, будет справедливо, если теперь решит он.

Летти подумала, кивнула и тут же сорвалась с места, заявив, что хочет немедленно сообщить отцу, какие варианты нашла. Белль тихо рассмеялась, посмотрев ей вслед.

Позже Румпельштильцхен сообщил, что после длительного обсуждения они остановились на Аларде. И надо было видеть, с каким счастливо-довольным видом он это говорил. Кажется, он был уверен, что будет мальчик. Впрочем, может, и правда был уверен – ведь про Колетт знал же заранее.

И оказался прав. Их сын родился в начале лета, почти одновременно с сыном Прекрасных – с разницей всего несколько дней. Белоснежка пригласила их на церемонию представления новорожденного принца подданным.

Зал уже был полон народу, когда появились Белль с Алардом на руках, Румпельштильцхен, Бэй и Летти. Оказавшиеся неподалеку люди невольно вздрогнули от их неожиданного появления, но никто не отшатнулся испуганно, как это бывало когда-то. Напротив – улыбались и вежливо кивали. Да, многое изменилось в Зачарованном лесу.

К ним уже спешила Регина в пышном белом платье, следом за которой чуть не бежала Эмма – в светло-розовом. Присев в реверансе и поздоровавшись, как подобает по этикету, обе тут же потеряли свою величественность. А еще несколько мгновений спустя умчались вместе с Бейлфайром и Колетт.

Румпельштильцхен проводил их слегка обеспокоенным взглядом и едва заметно шевельнул ладонью, навешивая на Летти магический маячок, чтобы сразу узнать, если что-нибудь случится. Белль покачала головой – он неисправим, – но ничего не сказала. В конце концов, учитывая неугомонный характер Летти, это могло и впрямь оказаться нелишним.

– Дорогие друзья, – на возвышение в центре зала поднялся Дэвид с сыном на руках, и все разговоры немедленно смолкли, – мы давно с нетерпением ждали церемонии коронации новорожденного принца. Его появление стало для нашей семьи поводом для безмерной радости. Жители Зачарованного леса, позвольте представить вам нашего сына. Принц Теодор.

Белль поаплодировала вместе со всеми и направилась к сияющей Белоснежке, чтобы поздравить ее. Румпельштильцхена, несмотря на попытки сопротивления, она потащила за собой.

– Белль! – Снежка, едва заметив ее, тут же бросилась навстречу со счастливой улыбкой. – Рада, что ты пришла. Я боялась, ты не сможешь…

И выразительно посмотрела на мирно сопящего Аларда, которого нисколько не беспокоил шум вокруг.

– Мы и не собирались, – вставил Румпельштильцхен с ноткой недовольства. – Глупая традиция.

Белль укоризненно на него посмотрела, Белоснежка же не обратила внимания, забирая у Дэвида начавшего хныкать сына.

– Забавно все-таки, как наши мальчики родились почти в одно время, – жизнерадостно произнесла она, покачивая его.

Румпельштильцхен фыркнул на это заявление, заработав от Белль еще один укоризненный взгляд. Он пожал плечами, всем своим видом демонстрируя, что мирится с окружающей обстановкой только ради дорогой семьи, которой почему-то нравится здесь бывать. Белль закатила глаза – и ведь никогда не признается, что и сам за эти годы успел подружиться с Дэвидом. Не переставая при этом поддевать его по любому поводу. Но и принц теперь в долгу не оставался, и, похоже, оба получали от этого огромное удовольствие.

***

Солнце немилосердно жарило, и Бейлфайр с Грейс спрятались в тени раскидистого дерева на берегу реки. Они полулежали на широком покрывале, посередине которого были разложены хлеб, сыр, копченое мясо и фрукты. Бейлфайр спонтанно устроил этот пикник – просто захотелось посидеть с Грейс где-нибудь на природе. И он утащил ее, оторвав от выпечки пирога. Точнее она еще не начала – только собиралась, с забавно-сосредоточенным видом изучая кулинарную книгу. Грейс немного посопротивлялась для виду, но сдалась, когда Джефферсон с усмешкой сказал:

– Иди, милая, отдохни. Пирог подождет.

Если поначалу Джефферсон подозрительно посматривал на Бейлфайра, когда тот забирал куда-нибудь Грейс, то теперь стал гораздо дружелюбнее и даже сам убеждал ее пойти погулять.

Река убаюкивающе журчала, навевая сонливость. Бейлфайр прикрыл глаза, наслаждаясь тишиной и спокойствием. Из этой полудремы его вырвал голос Грейс:

– Бэй, а научи меня сражаться.

Он удивленно распахнул глаза. Грейс теперь сидела по-турецки, натянув на колени бежевую юбку.

– Зачем? – ошарашено спросил он.

Он всегда считал, что сражения – не то, чем следует заниматься женщине.

– Я хочу вместе с тобой помогать людям.

– Для этого тебе не нужно уметь сражаться.

Грейс упрямо нахмурилась:

– А вдруг придется отбиваться от каких-нибудь разбойников. Я тогда стану для тебя обузой. А могла бы быть помощью. Ну, пожалуйста, Бэй…

Она сделала умоляющие глаза и похлопала ресницами. И он сдался:

– Ладно, если уж тебе так хочется.

Грейс радостно заулыбалась и, хлопнув в ладоши, вскочила.

– С чего начнем?

– Что, прямо сейчас? – удивился Бейлфайр.

Честно говоря, вставать не хотелось. Но пришлось. Грейс быстро заплела свои длинные волосы в косу, чтобы не мешали, и выжидающе посмотрела на него. Бэй подыскал две достаточно длинные и прочные палки и бросил одну из них подруге. Она подхватила палку на лету, и он одобрительно кивнул – хорошая реакция.

Грейс училась быстро. Внимательно слушала инструкции, не менее внимательно следила за своим учителем, старательно повторяла движения и к концу урока более-менее усвоила основные принципы. Правда, она быстро устала, да и длинная юбка сковывала свободу движений. Но для первого раза было просто отлично. О чем Бейлфайр искренне сообщил Грейс. От ее счастливой улыбки стало радостно на душе, и невозможно было не улыбнуться в ответ.

– Что ж, значит, надо купить тебе меч, – смущенно кашлянув, произнес Бейлфайр.

Грейс заулыбалась еще шире и с энтузиазмом закивала. Так вот они и оказались в оружейной лавке небольшого городка в нескольких милях от ее дома. Бейлфайр подозревал, что они свели с ума хозяина, пока методично выбирали наиболее подходящий меч: легкий, чтобы женская рука не устала, но острый и прочный – из первоклассной стали. Бэй, внимательно изучив оружие, предлагал по очереди один меч за другим, а Грейс проверяла, как он будет лежать в руке, и делала несколько пробных взмахов. Пару раз чуть не разбив витрину. Каждый из них смущенно улыбаясь, она говорила: «Простите», – с таким невероятно милым виноватым выражением, что хозяин лишь рукой махал.

Наконец, добрый час спустя, они выбрали изящный узкий меч и вышли из лавки. Кажется, хозяин вздохнул с облегчением. На мгновение остановившись у дверей, они переглянулись и рассмеялись.

– Он нас теперь долго не забудет, – шутливо-сожалеющим тоном заметила Грейс.

Бэй фыркнул, согласно кивнув. Это уж точно.

Увы, так прекрасно начавшемуся дню не суждено было столь же прекрасно закончиться. Когда они уже возвращались – Бейлфайр как настоящий джентльмен всегда провожал Грейс до дома, – в лесу раздался отчаянный крик. Переглянувшись, они со всех ног бросились на голос.

Шестеро разбойников окружили испуганно прижавшихся друг к другу мужчину, женщину и мальчика лет семи.

– Грейс, не вмешивайся, – тихонько произнес Бейлфайр. – Ты еще не готова для боя.

Она кивнула, но у него возникло смутное подозрение, что слушаться она не намерена. Впрочем, думать сейчас об этом было некогда. Выхватив меч, он бросился на разбойников. Благодаря эффекту неожиданности ему удалось оглушить двоих.

Зато остальные тут же окружили его со всех сторон. Бэй вертелся вокруг оси, успевая только защищаться – на нападение его уже не хватало. И естественно, наступил момент, когда он начал пропускать удары. Первый пришелся ему в левое плечо, но благодаря верному плащу, он только почувствовал толчок, не потерпев ни малейшего вреда. Это выбило из колеи нападающих. К сожалению, ненадолго. В общем, ситуация сложилась патовая – разбойники не могли ранить Бейлфайра, но и ему не удавалось их достать.

Он уже начал задумываться, кто из них раньше выдохнется и рухнет от усталости, когда краем глаза заметил, что Грейс пытается подобраться к ним. Бейлфайр сдержал желание крикнуть, чтобы она не вмешивалась, опасаясь привлечь к ней внимание. Увы, ее заметили – один из разбойников резко повернулся, наставив на нее меч. Бэй рванулся в ее сторону в стремлении защитить. Остальные воспользовались тем, что он открылся и навалились на него все разом. И неизвестно, чем бы это закончилось, если бы неожиданно не подоспела подмога. Из леса выскочил какой-то парень, закрыв собой Грейс. Двое разбойников вынуждены были оставить Бейлфайра, занявшись новым противником. И после короткой ожесточенной схватки бандиты были обезврежены. Причем одного из них вырубила Грейс, со всей силы ударив в затылок эфесом своего новенького меча.

– Великолепно, миледи! – восхитился незнакомец, помогая Бейлфайру связывать бандитов.

– Я не леди, – смущенно возразила Грейс. – Но спасибо.

Семья, которую они спасли, очнулась от оцепенения и бросилась их благодарить:

– Не знаем, что было бы с нами, если бы не вы. Спасибо огромное!

– Рады помочь, – Бейлфайр слегка поклонился. – С вами все в порядке? Никто не ранен?

Мужчина покачал головой. Убедившись, что они пришли в себя достаточно, чтобы продолжить путь, распрощавшись с ними, Бэй повернулся к неожиданному помощнику. Он был примерно одного с ним возраста, может, чуть постарше, светловолосый и сероглазый, высокий, вызывающий в памяти ассоциации с викингами. Кожаная куртка, белая хлопковая рубашка, темные штаны из плотной ткани, явно дорогие сапоги – вроде бы не дворянин, но и на крестьянина не похож. Да и мечом владеет вполне профессионально – не по-крестьянски.

– Бейлфайр, – представился Бэй, протянув руку. – Спасибо за помощь.

– Стивен, – парень лучезарно улыбнулся, ответив на рукопожатие. – Всегда пожалуйста.

Грейс в свою очередь представилась, разглядывая его с долей восхищения, что вызвало у Бейлфайра смутное неудовольствие, но он загнал его подальше. Стивен тем временем почтительно поцеловал руку Грейс – словно на приеме во дворце – и произнес:

– Вы неправы: всякая женщина – леди.

Грейс хихикнула от неожиданности. С ней иногда флиртовали, за ней ухаживали, но руки еще никто не целовал. Будто она высокородная дама. Бейлфайр выругался про себя – ну почему он до такого не додумался? Улыбнувшись Грейс, Стивен вновь повернулся к нему:

– А я знаю вас – слышал. Собственно, я хотел попроситься в команду.

Бэй удивленно приподнял брови. Вот как – о нем уже молва идет в народе? До сих пор он не задумывался о том, чтобы собирать команду, но почему бы и нет.

– Буду рад, – улыбнулся он.

Идею с голубиной почтой предложила Грейс. Они тогда сидели в своем импровизированном штабе, устроенном в пещере, которая стараниями все той же Грейс из холодной и пустой быстро превратилась в уютное место. Они держали здесь полезные запасы, приходили обсудить планы или просто пообщаться.

В тот день все трое собрались у костра, на котором Грейс готовила что-то весьма аппетитно пахнущее. Бейлфайр со Стивеном расположились неподалеку, разбирая последнее дело – устройство сына бедной вдовы-крестьянки в школу. Тогда-то у Бэя и возникла мысль: как бы сделать так, чтобы люди при необходимости могли позвать их на помощь.

– Отец вот всегда слышит, когда его зовут по имени, – задумчиво произнес он. – Но я сомневаюсь, что нам удастся устроить то, что досталось ему в наследство со времен бытности Темным.

– Да, средства связи были бы не лишними, – кивнул Стивен. – Ситуации ведь бывают не требующие отлагательств.

Стивен сидел, прислонившись спиной к стене и бездумно вертя в руках свою неизменную флейту. Он мог играть на ней так, что завороженные слушатели забывали обо всем на свете, однако редко кто удостаивался такой чести. Стивен родился в знатной, но не особо богатой семье. И, рано оставшись сиротой, отправился бродить по миру в надежде обрести если не счастье, то что-то, ради чего стоит жить. Флейта, на которой его когда-то научила играть мать, была его главной драгоценностью, с которой он никогда не расставался.

– Можно использовать голубей, – заметила Грейс, разливая свое варево по тарелкам. – И чтобы люди с нами связывались, и чтобы мы – друг с другом.

Бейлфайр переглянулся со Стивеном, и они кивнули друг другу – неплохая мысль, надо только обдумать некоторые моменты с организацией. И как сделать так, чтобы люди об этом узнали и начали пользоваться. Впрочем, это-то как раз наименьшая проблема: слухи имеют свойство распространяться с фантастической скоростью.

– Грейс, где ты научилась так восхитительно готовить? – спросил Стивен, старательно выскребывая свою тарелку.

Она пожала плечами:

– Папа упорно не желает снова жениться, должен же кто-то следить за хозяйством.

– Повезет же тому, кто станет твоим мужем, – мечтательно протянул Стивен и озорно ей подмигнул.

Грейс слегка покраснела, тем не менее иронично хмыкнула и воинственно осведомилась:

– А по-твоему, предназначение жены – кухня?

– Нет, не только. Одно из.

Грейс прищурилась, и они начали одну из своих обычных пикировок. Бейлфайр не особенно прислушивался. Ругаться, они никогда по-настоящему не ругались, зато препираться могли долго и со вкусом.

***

Белль занималась цветами в саду, установив неподалеку переносную колыбельку, в которой спал Алард. Чутким материнским ухом услышав, что сын проснулся и заагукал, Белль живо повернулась и нежно улыбнулась. Рядом с колыбелью стоял Бейлфайр и, склонившись над ней, увлеченно развлекал брата блестящей погремушкой, которую тот усиленно пытался схватить.

– Из тебя получится замечательный отец, – заметила она, подойдя к ним.

Бейлфайр бросил на нее неуверенный взгляд, поколебался, будто собираясь с духом. Наконец, выпрямившись, заявил:

– Я как раз хотел с тобой поговорить…

– Что?!

Белль схватилась за сердце и чуть не осела на землю там же, где стояла. Заметив ее реакцию, Бейлфайр смущенно хихикнул и помотал головой:

– Нет-нет, я не это имел в виду. Просто хотел посоветоваться… Как понравиться девушке?

Белль облегченно перевела дыхание и шутливо пригрозила ему:

– Не пугай меня так больше.

Бэй ухмыльнулся:

– Извини. Я не подумал.

Забытый Ал захныкал, требуя внимания, и Белль взяла его на руки.

– Что касается твоего вопроса: почему бы тебе не спросить отца?

– Я спрашивал, – Бейлфайр хмыкнул с непонятной интонацией, одновременно строя брату рожицы. – Он сказал, что не специалист в этом вопросе и что до сих пор не понимает, почему ты его полюбила.

– Похоже на него, – Белль покачала головой. – Ну, хоть в самом факте сомневаться перестал.

Она помолчала, думая, что можно посоветовать в такой ситуации. Как-то раньше ей не приходилось задумываться, каким именно образом мужчина должен добиваться внимания девушки. Тогда она задалась вопросом: а что оценила бы она сама?