Текст книги "После развода. Ненужная истинная дракона (СИ)"

Автор книги: Анна Томченко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 21 страниц)

Глава 65

Анна

От бессилия я готова была разрыдаться.

У меня действительно оставался только один вариант на предположение герберта – если у него обнаружили настоящую истинную, кто-то, кто залез так глубоко в тайны рода Чёрной Стали и обнаружил настоящую истинную Герберта, вовремя подсунув её ему, глядя на то, что со мной у него дети без дара, и, ожидая, что ребёнок родится сильный, а вышло наоборот, то теперь проблема заключалась в том, что дело было не в Герберте, а во мне.

Я вновь стала той молодой Анной, которая сидела в стенах Дринроу, ожидая, когда по её душу появится какой-нибудь аристократ, который светлым платочком взмахнёт и скажет, что мне надлежит выйти за него замуж. Я сейчас испытывала тот же самый страх. Потому что если корона посчитала, что сильные наследники это моих рук дело, значит, корона будет это использовать так, как ей выгодно и как ей правильно. И да, я была готова в этом ключе снова обвенчаться с Гербертом. Я была готова закрыть на многое глаза, потому что свой предатель на то и свой, что знаешь, чем надавить. И даже если выбросить из головы постыдный поступок с украшениями, содержанием со всем этим, оставить просто измену. Эта измена намного лучше, потому что он меня не трогал бы в своей измене. Он бы изменял где-то там, а я бы с детьми жила спокойно в отдалении от столицы и подальше от королевского двора, пропитанного интригами.

Если брак с господином Гербертом Шейном гарантировал бы мне моё спокойствие, я бы наплевала на его измены, на его истинную, да на все, что угодно.

– Как ты думаешь, кого они предложат в качестве… – я стояла и смотрела в заснеженное окно.

– Я об этом ещё не думал, – холодно ответил Герберт, останавливаясь у меня за плечом. – И как бы я хотел тебе сказать, что да, мы с тобой обвенчаемся и этим решим проблему, к сожалению, не получится. Нас также разведут. Сделают все, что будет удобно короне.

Я опустила глаза, и у меня затряслись плечи.

– Поэтому четыре кареты?

– Да, Анна… Поэтому четыре кареты, потому что дети с родителями должны уехать.

– А я…

– А ты и я должны остаться. Лишние манипуляции сейчас не к месту, согласись?

Я поспешно кивнула, принимая, что Герберт прав, если дети останутся в столице, то это будет очень удобным способом для того, чтобы сделать меня смиреннее. А Герберта – терпимее.

– Когда?

– Подозреваю, сегодня ночью.

– Форест?

– Либо сдохнет, либо принесёт клятву верности. Одно из двух. На меньшее я не рассчитываю, потому что без клятвы вполне может быть, что он и есть тот самый соглядатай, который был отправлен в Раудан для того, чтобы проконтролировать с точки зрения короны, взросление детей.

– Он не может, он…

– Пусть принесёт клятву.

Я всхлипнула, понимая, что находилась в безвыходном положении.

– А если… Я не знаю, Герберт, если все это не так, как мы с тобой видим?

– Серьёзно? – бывший муж изогнул бровь, и его отражение клыкасто усмехнулось – Анна, таких совпадений не бывает. Совпадение в этой истории одно. Прабабка Лукреция, которая не вовремя влезла со своими проклятиями, если бы не она, если бы Руперт сразу же показал силу, никому не было бы интересно копаться в нашей с тобой истории. Вот это единственное фатальное совпадение, которое произошло за последние двадцать лет, а все остальное, Анна, это удачно сложенная игра. Если бы дракон не отвлекал меня настолько сильно, я бы в этом разобрался намного раньше. Но поскольку, сидя в Айтроби, у меня была цель добиться аудиенции, я мало рассуждал над тем, что все это может быть удачно кем-то спланировано. Нет, я не говорю, что меня опоили, одурманили, нет. Все было намного проще, это не так сложно, зная, что у меня по-прежнему нет истинной просто периодически подсовывать мне каких-то девок. А ты что думаешь, как дознаватель я этих девок не видел? Поверь, с с завидной регулярностью ко мне в постель рвутся шпионки разных стран. Ещё немного шпионки тайной канцелярии короля. Иногда даже…

– Ты мог бы замолчать? – тихо попросила я, понимая, что Герберт говорил, чтобы я не расклеилась, чтобы я не отчаялась.

– Прости, я хочу, чтобы ты уехала с детьми. Но тогда, к сожалению, их найдут намного быстрее.

– И что я должна буду делать на приёме у короля? – Тихо произнесла, сдерживая слезы.

– Все что угодно, поскольку я ещё не забыл как бросать вызов на дуэль…

Форест был в одной из гостевых спален.

Я зашла, постучав в дверь, и посмотрела пристально в глаза.

– Почему вы не хотите принести клятву верности?

– Потому что эта удавка ничем не лучше, чем кандалы от короны.

– Вы умрёте. И времени на раздумья у вас нет. – Тихо произнесла, и Йен усмехнулся.

– Дракона не так просто убить.

– Принесите клятву верности моему мужу, пожалуйста.

И что-то в этой фразе заставило Йена посмотреть на меня другими глазами.

Я отвернулась, и он переспросил:

– Мужа?

– Мужа, господин Форест, мужа, – уточнила я и развернулась к двери.

Сердце клокотало. Сознание то и дело упархивало в разные стороны.

Когда напольные часы отбили двенадцать раз мне показалось, что во всем доме похолодало. Осторожно посмотрев заледеневшие стекла окон, я увидела морозную паутинку.

Тадеуш вздохнув, ударил указательным пальцем по циферблату своих часов.

Леди Айлин наклонившись вложила в камин больше огня.

Я прикрыла глаза.

Адалинда спала у меня на руках, и отдавать мне её до ужаса не хотелось. Полными слез глазами я смотрела на Герберта.

– А если с ними что-то случится? – Тихо спросила я, стоя возле лестницы.

– Побойся Бога! – зло прошипела леди Айлин, хлопнув мерня перчаткой по плечу. – И прекрати быть похожей на прабабку Лукрецию, которая вечно со своим языком только и знала, что проклинать.

Герберт туго сглотнул так, что кадык дёрнулся вверх вниз.

– Анна, я прошу тебя…

Я шмыгнула носом.

Со второго этажа спустился Форест.

Я шагнула в тень лестницы, а Герберт, медленно развернувшись, холодно произнёс:

– Одно слово, Йен, одно всего лишь слово.

– Согласен. – Бросил форест и Герберт, взмахнув рукой, выкинул золотистую прядь, тонкую, как нитка. Она впилась сначала в шею Форесту. А потом и вовсе исчезла.

Йен глубоко вздохнул, хватаясь сведёнными от боли пальцами за перила, процедил:

– Господин Шейн… Вы всегда так, без подготовки и прелюдии?

– Ну, вы же не барышня, – холодно ответил Герберт и, вздохнув, произнёс: – У вас есть несколько лучин для того, чтобы собрать свои вещи? И чем быстрее вы это сделаете, тем проще вам будет, потому что тогда вы услышите все, что я рекомендую сделать вам в дальнейшем.

Я прижала к себе Адалинду, поняла, что не могу успокоиться.

Руперт тяжело вздохнул, приобнял меня за плечи.

– Мы справимся, мам. Мы справимся.

Но я просто не могла смириться с тем, что я должна расстаться со своими детьми и, что самое ужасное, не понимала насколько…

Глава 66

Анна.

Четыре кареты уехали в разные стороны. Одна отправилась в направлении центральной улицы города. Другая в пригород. Третья карета петляла между улочками старого города до тех пор, пока не приблизилась к северным воротам. Четвертая карета отправилась на запад.

Я рассматривала в заледеневшем окне оставшиеся следы от колёс и копыт лошадей.

– Что теперь будет?

В кабинете у Герберта вкусно пахло настоем трав, книжной пылью и горьким ландийским шоколадом.

– Мы будем собираться на приём, Анна. – Прозвучал глухо и сдержанно голос Герберта.

И всю ночь я не могла сомкнуть глаз. Тогда, выйдя из своей спальни, я короткими шажками приблизилась к одной из гостевых комнат, которую занял Герберт. Он не спал. Лежал на спине, глядя в потолок. Только, как кошачьи зрачки, мерцали в темноте его собственные.

– Если отец и мать прекрасно справятся с тем, чтобы забрать излишки сил, в дальнейшем, я надеюсь, прибудет Люсиль.

Я прошла к кровати и опустилась на край. Герберт подвинулся и откинул одеяло.

Я не должна была здесь находиться, не должна была даже притрагиваться к его постели. Но изменник и предатель – это единственное, что осталось реальным в моей жизни.

Я упала на край, прижала подушку, поджав колени к груди. Меня затрясло от рыданий.

– Если Люсиль прибудет вовремя, то тогда вопрос с даром Адалинды решится в кратчайшие сроки. Она сможет использовать один из своих любимых артефактов – поглотитель магии, для того, чтобы Адалинда не мучилась больше.

– А если все пойдёт не так? А если их найдут раньше, чем…

– Их не найдут. Ты же прекрасно это знаешь.

Я не знала. Мне просто было страшно.

Герберт лёг на бок и придвинулся ко мне. Горячее дыхание я ощущала на себе.

– Прости меня. – Дрогнул его голос.

Я, не выдержав, завыла.

– Прости меня, Анна. Прости, что обманом скрепил наш брак. Прости, что предал, не сумев совладать ни с чем. Прости за эти два года вдали, в глуши, без денег и без всего того, к чему ты привыкла. Прости за предательство и за брошенные от злости слова. Прости меня, душа моя.

Герберт много чего ещё говорил. И только пальцы сильнее сжимались на моём плече. А меня трясло от слез, от боли, от страха, от непонимания. Я не могла представить два года назад, что, уезжая из дома, окажусь здесь и сейчас.

И сна не было ни в одном глазу.

И даже когда я проревелась и стала более или менее похожей на нормального человека, внутри все равно клокотала и била паника.

Напольные часы ударили шесть раз, отрезая от вчерашнего дня. Герберт тяжело выдохнул и встал с постели, которая тут же мне одной показалась безумно большой и холодной.

– Скоро привезут наряды. – Произнёс он сквозь зубы, останавливаясь напротив окна и расправляя плечи, тяжело наклонил голову в одну сторону, в другую. Шея хрустнула.

– О чем будет говорить свет?

– Я надеюсь, что о том, как некогда развалившаяся семья появилась перед лицом короля в полном составе: муж и жена.

Я тяжело встала. Зябко повела плечами, потянула плед себе на спину.

– Я тебя проклинала. Я хотела, чтобы ты испытал все то, что переживала я. Все то, что испытывали дети, не веря в то, что у них такой отец. Я тебя проклинала так сильно, что в какой-то момент подумала, будто мои проклятия дали хоть какой-то результат.

– Ты не умеешь проклинать, Анна. И это плохо. – Медленно ответил Герберт.

Он был хорошим мужем. Тот молодой дознаватель, появившийся на пороге Дринроу, оказался хорошим мужем. Если бы не события двухлетней давности, я бы по-прежнему была в этом уверена.

Я встала с постели и прошла в ванную комнату. Вода обжигала, и кожа тут же краснела. А когда я появилась в гостиной, Герберт, отложив пачку писем, покачал головой.

– Мне иногда кажется, что игры короны направлены только на то, чтобы никто не сумел заскучать. Переворот бы. – Посетовал Герберт и встал с кресла.

Он протянул мне руку, которую я не оттолкнула, а вложила свою.

– Позавтракаем?

– Да. – Тихо призналась я.

И после долгого, вычурно правильного завтрака, впервые с момента развода вместе, мне казалось, что так выглядит обречённость, знание, что вот-вот будет гильотина, эшафот, приговор.

После полудня наряды действительно доставили. Красный тяжёлый атлас, кружева. У Герберта был чёрный камзол. А украшения на мне были: рубины и бриллианты.

Герберт присел на корточки, когда я опустилась на кресло, и дёрнул юбки наверх. Я отстранилась, но он перехватил меня больно за щиколотку, провёл жёсткими пальцами вверх до колена, а потом, вытряхнув ещё из одной шкатулки тонкий агатовый браслет, застегнул быстро на ноге. Юбки стали выворачиваться сильнее. Звякнули фляжки, тонкие, узкие, намного мельче, чем алхимические мензурки. Настолько миниатюрные, что от силы пучок иголок мог в них спрятаться.

– Здесь что?

– Яды. – Произнёс тихо Герберт, крепя к нижней юбке маленькие флаконы в тканевом мешочке.

– Органические дракон отрыгнёт, магические….

– Слава Богу, это алхимические.

Я вскинула брови.

– Если в структуру магического зелья внести химические изменения, то тогда это приобретает немного другую окраску. Яд на основе цикуты становится для дракона смертельным. Третий флакон. – Медленно произнёс Герберт.

– Зачем ты мне это даёшь?

– Королевские вечера такая вещь, что никогда не знаешь, что тебе пригодится.

Жёсткие пальцы сомкнулись на моём запястье. Герберт потянул из шкатулки некрасивое вычурное кольцо.

– Распознает ложь. Меняет цвет с кристально прозрачного на голубой. Смотри за камнем. Рубины – отводит сглаз, проклятие. Диадема – призвана отклонить несколько магических ударов.

– А это? – Браслет переливался всеми огнями красного.

– Усилит то, что у тебя уже есть.

– А ты сам?

Герберт улыбнулся, поправляя серебристые петлицы на камзоле. Погладил фамильный перстень и обручальное кольцо.

– Я? – Спохватившись, прикусил губу и качнул головой. Вытащил из шкатулки моё кольцо...

И почему-то отчаянно больно было находиться в моменте, когда много лет назад, Герберт сделал меня своей.

Когда мы закончили собираться, Герберт тяжело выдохнул.

Белая, длинная лисья шуба легла на мои плечи, которые тут же сжал муж.

– Я, наверное, очень большую ошибку совершал весь брак. Но сейчас я готов признать – я слишком мало раз говорил, что люблю тебя.

Глава 67

Герберт.

– Лорд и леди, – медленно протянул церемониймейстер и запнулся, не зная, как нас представить.

Я перекинул в ладони поудобнее трость с набалдашником в виде морды грифона и дотронулся этим самым набалдашником до плеча услужливого мужчины.

– Лорд и леди Шейн. – Тихо поправил я, намекая на то, что мы здесь появились в качестве семьи.

Церемониймейстер замялся, растерялся, начал бросать пугливые взгляды по залу, но все-таки, совладав с единственным потоком эмоций, прогорланил:

– Лорд и леди Шейн, из рода Чёрной Стали.

Ладонь Анны в моих руках дрожала. Я обвёл взглядом зал, который был залит светом, и поморщился.

Прекрасное, просто чудесное место, чтобы начать покушение на короля.

А какие чудесные галереи, полностью не просматриваемые с первого этажа.

Мне даже интересно, если это устраивал мой заместитель, то вполне возможно, ему пора на пенсию.

– Что нам теперь нужно делать?

– Мы поздороваемся с вон тем человеком. – Направил трость в сторону министра финансов. – Потом ещё вот с тем. Видишь вон ту леди с лисьим манто?

– Безвкусица. – Медленно произнесла Анна.

Я поспешно кивнул. Ей было виднее.

На самом деле сначала пришлось подойти к министру финансов, который рассыпался в восхищениях и пристально рассматривал Анну, как будто бы надеясь разглядеть в ней что-то особенное.

– Я как-то упустил, – медленно произнёс, глядя министру в глаза, – с чем связан сегодняшний приём?

– Затяжная зима. Король просто хочет посмотреть на своих подданных.

И это была ложь.

Потому что перстень на среднем пальце Анны полыхнул голубым.

Я отметил про себя, что министру финансов надо бы получше научиться врать.

А вот министр внутренних дел, который шпионил внутри страны, периодически путая показания, оказался более честным.

– Что вам сказать, лорд Шейн, – медленно произнёс он, обводя весь зал неприязненным взглядом, в котором было намешано и брезгливость, и равнодушие. А ещё усталость. – На мой взгляд, короне просто некуда девать деньги. И всё это самое логичное объяснение, которое находится у меня в последнее время.

Я цокнул языком. Министр внутренних дел взмахнул тонкой кистью, намекая мне на то, что по нему плаха давно плачет, поэтому ничего страшного, если он наговорит ещё на одну статью. Но я был благодарен.

– А если серьёзно?

– А если серьёзно, то наш король, как любой монарх, очень озадачен вопросами поголовья знати. – Процедил едко так, как будто бы самому пришлось жениться на ненавистной бабе.

В толпе я увидел блёклые глаза леди Трилони. Горячая волна прошлась по телу. И Анна сильнее, словно бы почуяв угрозу, сдавила мне пальцы так, как будто собиралась сломать.

Я не понял, как Анна узнала, что это именно она. Скорее всего, что-то интуитивное. Но сейчас дракон только любопытно поднял морду. А на болючий жест со стороны Анны посмотрел с оценивающим интересом.

И я зашипел про себя:

– Только попробуй.

Анна терялась в этом многообразии запахов, цветов и показной роскоши. Я мог по пальцам пересчитать тех, кто действительно занимал своё место по праву, а кто просто попытался казаться таким.

Леди Бенедикт – вдовствующая графиня, едва сводила концы с концами. Несмотря на то, что умудрилась выдать замуж всех троих дочерей, это никак не помогло ей вылезти из долговой ямы. Я подозревал, что намного эффективнее в этом случае было бы не тратиться на молодых любовников.

Я качнул головой. Лорд Август едва поклонился, разглядев меня в толпе, и вскинул удивлённо брови, оценивая Анну заинтересованным взглядом.

И когда пришла очередь поприветствовать одного из наследников, многоуважаемого Ратирона, я приложил всё своё красноречие для того, чтобы это приветствие не казалось вычурным.

Анна учтиво поклонилась, не поднимая взгляда от пола.

– Я не рассчитывал вас увидеть, господин Шейн.

– От таких приглашений, как ваши, не отказываются.

Ратирон улыбнулся. Зелёные глаза с прожилками малахита оставались серьёзными.

– В таком случае вам очень понравится сегодняшний вечер.

– Не сомневаюсь. – Коротко произнёс, понимая, что никто здесь никому не дорогой и ненадёжный друг.

И от этого десны ныли.

– Через несколько лучин сможете выразить свои восхищения королю с королевой. – Добавил Ратирон и, слегка поклонившись, заметил: – Леди Анна, вам безумно идут рубины.

Рык утробный, гулкий поднялся из глубины.

И это рычал не я.

Комок паники застыл в глотке. Я вслушался в свои ощущения, понимая, что что-то зверь сегодня был не в духе. Я бы сказал, не в ресурсе.

Анна проводила взглядом наследника и уточнила:

– А что он имел в виду?

Я вздохнул.

– Рубины принадлежали прабабке Лукреции, если я не ошибаюсь, она их получила как один из королевских даров.

Пришлось коротко рассказать Анне эту историю, и она положила тонкие пальцы на центральный рубин.

– Может быть, это был тонкий намёк на то, что принадлежит короне – вернулось короне? – Заговорщицки произнесла Анна, вставая на носочки и дотягиваясь до меня.

Я улыбнулся, как будто бы она сказала очень удачную шутку, и приобнял её за талию. Наклонился к шее и заворковал:

– И это была бы самая меньшая из проблем, которая у нас сейчас есть. Но, к сожалению, это не так. Мне кажется, просто он в курсе, что делает это ожерелье.

Анна положила ладонь мне на грудь и лукаво улыбнулась. Она поняла меня.

Король соизволил выслушать от нас восхищение, и этим вечером была брошена очень интересная фраза.

– А как вы, леди Шейн, чувствуете себя в разводе?

Король говорил мягко, тихо, так, что приходилось безумно сильно вслушиваться. Но Анна прекрасно всё расслышала, всё поняла. Поэтому сильнее сдавила пальцы на моём предплечье.

Я опустил глаза.

– Я по-прежнему леди Шейн. Я по-прежнему жена своего мужа, какие бы бумаги не говорили об обратном.

Глава 68

Анна.

Король рассмеялся, словно я сказала удачную шутку, и смеялся так искренне, что я поддержала его тонкой полуулыбкой, которая говорила о том, что я, конечно, понимаю, что вам весело, но это истинная правда.

– Леди Шейн, вы так юны и так романтичны.

Я не первый раз встречалась с королевской четой. До этого были кратковременные встречи на таких же вечерах. Но на меня никто никогда не обращал какого-либо внимания, поэтому я постоянно терялась где-то в тени Герберта, стараясь далеко от него не отходить.

– У нас с мужем двое детей. Я думаю у меня достаточно житейского опыта для того, чтобы романтике я уделяла меньше всего времени.

Король ещё раз засмеялся. Королева поддержала. В её серых глазах мелькнуло даже какое-то сочувствие. И это мне не понравилось.

– Леди Шейн… – король покачал головой. – Это, конечно, замечательно, что вы, несмотря на то, что пережила ваша семья, по-прежнему придерживаетесь постулатов семейности и всепрощения. Но я не так добросердечен.

Ладонь Герберта сдавила мои пальцы, я напряглась. В серых глазах королевы взметнулось плохо сдерживаемое раздражение.

– Дорогой, – картавя на буквах «р», протянула королева, наклоняясь к мужу, – мне кажется наше участие будет лишним.

– Дорогая, – в тон ей и, слегка передразнив, отозвался король. Тёмные, как смоль, волосы, зачёсанные назад и перехваченные жемчужным шнурком были тяжёлыми. И поэтому при наклоне к жене пряди упали с плеча. – Я все же считаю, что если люди приходят к какому-то решению, то не надо его никогда отыгрывать назад, именно поэтому леди Анна, чудесная, прекрасная леди Анна из рода Лунного Камня.

Мне не нравился его взгляд, мне не нравилось то, как он со мной разговаривал.

– Генерал Антрас жаждет познакомиться с вами. И сделать предложение, от которого вы не сможете отказаться.

Я прекрасно поняла, что это не предложение, это приказ.

В глубине души взметнулась паника, боль, страх, животный, необъяснимый.

Я готова стоять напротив дракона, я готова смотреть вертикальные зрачки дракона. Гладить чешую, которая как холодный гранит.

Но это должен быть мой дракон.

Герберт выдохнул тяжело.

– Ваше величество…

– Не надо, мальчик мой, не надо, – поспешно остановил Герберта король, – не надо, мальчик мой. Ты будешь сейчас, конечно, очень недоволен, но некоторые решения не имеют обратной силы. Так я сказал.

– А моё мнение здесь не учитывается? – Дерзко спросила, понимая, что в разговоре с королевской четой нельзя поступать так. Королева посмотрела на меня с сочувствием, намекая на то, что глупая я, глупая, совсем ничего не понимаю.

– Генерал Антрас один из достойнейших мужей. Его грудь изранена шрамами, и также эта грудь занята медалями. Северный гарнизон принадлежит генералу. Его называют герцогом севера. Вы не знаете, от чего отказываетесь, милая моя Анна.

Король слегка склонился, показывая пренебрежение. Герберт стиснул мои пальцы сильнее, намекая на то, чтобы я прекратила.

– И поэтому вам следует познакомиться. И как минимум уделить несколько лучин своего времени для того, чтобы генерал Антрас провёл его в такой приятной компании. Он холост, силён, знатен. Он покоряет земли. И приумножает влияние нашей империи. Это один из достойных мужей, леди Анна, и крайне необдуманно сейчас действовать так, будто бы вам это в тягость.

– Как жена своего мужа я не имею права.

– Вы не жена своего мужа. – Повысив голос, произнёс король.

Я опустила глаза.

– Генерал Антрас прибудет с минуты на минуту. Леди Анна, вам оказана великая честь.

Я понимала, что любой мой протест будет воспринят в штыки. Я не достучусь до голоса разума. Я не объясню, что есть лорд Шейн, который изменник, предатель, но лучше он, чем кто бы то ни было.

Генерал Антрас появился среди толпы.

Я почему-то сразу поняла, что это он.

Высокий, широкоплечий, светло-русые волосы. Только улыбка разбойника с большой дороги. Хищный разлёт бровей. И когда генерал приблизился с поклоном поприветствовать короля и королеву, меня меня коснулся его запах – кровь и металл.

– Герберт. – Тихо произнесла я одними губами, но муж сжал сильнее мои пальцы.

– Артур… – Герберт сделал шаг вперёд, заслоняя меня своей спиной и протягивая руку генералу.

– Рад приветствовать, – голос неприятный, скрипучий, как несмазанные петли. – Представите мне свою бывшую супругу, господин Шейн.

– Леди Анна Шейн, – спокойно и слишком буднично отозвался Герберт.

Я не представляла, что происходит, меня решили передать, как надоевшую игрушку или что. Я понимала, что я оказываюсь в той самой ситуации, что и много лет назад. Никому не нужная сиротка из Дринроу, за которую все, как всегда, решили.

Антрас поклонился. Прошёлся маслянистым взглядом по линии декольте. Спустился ниже, подмечая затянутую талию в корсет.

– Вы чудесно выглядите, леди Анна, – дежурный комплимент, от которого девка в портовой таверне сходила с ума от счастья, визжала.

Но я продолжала давить на своё.

– Заслуги мужа, – чётко отделяя границу того, что я по-прежнему замужняя дама.

– Насколько мне сейчас известно, – Антрас не успел договорить, потому что воздух разрезал голос Герберта.

– Ваше величество. Вы же помните дарованное мне право отменять те или иные указы.

Король захохотал.

– Мальчик мой, Герберт, я даже не удивлён!

– Я отменяю эдикт о дуэлях. – Медленно поклонившись, произнёс Герберт. – Генерал Антрас, окажете честь?