Текст книги "Куклы: Пробуждение (СИ)"

Автор книги: Анна Душинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 34 страниц)

Глава 12

Холи

– Поделишься? – Кайла подсела ко мне в кресло, подтолкнув бедром и обняв со спины, и положила подбородок на плечо.

Мы вернулись около получаса назад, сделав одну остановку, чтобы переодеться в другом торговом центре, и ещё одну, чтобы забрать машину Кайлы с парковки. И всё это время я молчала, пытаясь переварить всё, что сегодня узнала.

Дэнни остался с Маркусом. Думаю, после нашего разговора он нуждался в нём больше, чем мы.

– Дэнни кое-что рассказал мне, – тихо начала Кайла, – он говорит, между вами двумя образовалась очень сильная связь, которую он заметил ещё раньше, чем вы сами признались себе в этом.

Я поджала колени к груди, всё ещё глядя на ту чёрную футболку и покручивая между пальцами розовую резинку с крошечным бантиком.

– Это его футболка. Он говорит, что мы оставили друг другу напоминания на случай, если забудем друг друга. Словно маячок, – я протянула ей резинку, – это то, что было на его запястье.

– Полагаю, она твоя? – в голосе Кайлы послышалась улыбка.

– У меня не было таких. Но, возможно, я купила их, когда была Хэйли. Одна осталась у меня, а другая у него.

– Ммм... Это так романтично, – она мечтательно закрыла глаза и сморщила носик.

Мне было не до шуток. Передо мной всё ещё стоял образ разбитого парня, со взглядом, полным отчаяния и боли. Моё появление было неожиданным для него. И я допустила мысль, что резинка на его запястье служила доказательством, что он держался за это крошечное напоминание обо мне изо всех сил.

– Расскажи, что произошло там между вами? – я всё ещё гипнотизировала футболку и даже не представляла, с чего начать. Но Кайла ободряюще погладила меня по плечу и убрала упавшие на лицо пряди за ухо, – что именно тебя так расстроило?

– Мне кажется, он надеялся, что я узнаю его, – я сделала паузу, пытаясь собраться с мыслями, – когда он спустился, то не узнал меня в парике. Как мне кажется. Он выглядел настороженным. Но когда я произнесла его имя, он назвал меня Хэйли и рванул ко мне. Он обнимал меня так крепко, Кайла. Я никогда не ощущала в человеке такой нужды. Кроме мамы. Это немного напугало меня, но я не помню, чтобы чувствовала себя неуютно. Я раз за разом прокручиваю все моменты, которые показались мне странноватыми в начале, но связывая всё воедино, я начинаю осознавать, что не чувствовала неприязни или необходимости отстраниться. Это было так естественно – ощущать его взгляд, его руки. И его голос...

Я замолчала, вспоминая те ощущения мурашек, когда он прикасался ко мне в ванной. Его отчаянный шёпот и это Бэмби снова прозвучали в моей голове, и я закрыла глаза, чувствуя, как странная приятная волна тепла разливается по моему телу.

– Почему я его не помню? – мой шёпот был тихим, и я не была уверена, кого именно я спрашивала: Кайлу или саму себя?

– Дэнни говорил, что ты забыла обо мне и твоих настоящих отношениях с мамой. Он говорил, что ты очень тепло отзывалась о Кристофере и практически с ненавистью рассказывала о Меган. Что, если тот, кто сделал это с вами, сделал то же с твоими воспоминаниями о нём?

Я развернулась к ней лицом и прищурилась.

– О чём вы болтали, пока я была там?

– Он рассказал мне практически всё – что сам знал о вашей ситуации. О том, что вас преследовали, что у вас обоих были проблемы с родителями. Причём такие серьёзные, что ни один из вас не желал возвращаться обратно. Твои полюсы словно поменялись: ты испытывала тёплые чувства к отцу, но ненавидела мать. Хотя мы знаем, что в реальности всё наоборот. А со временем ты начала подозревать что-то неладное, когда Меган появлялась в репортажах, убитая горем, а твой отец – наоборот – даже и не пытался найти тебя. Разве это не странно? – Кайла приподняла бровь.

– Маркус сказал, что они не ладят с отцом. И никто его не ищет: ни друзья, ни семья. Он в этом состоянии уже три месяца, представляешь?

– Да, Дэнни рассказал мне, – она отвела взгляд.

– Что? – я нахмурилась, чувствуя, что она что-то не договаривает.

– Я не уверена, стоит ли тебе рассказывать об этом, – Кайла тоже уставилась на футболку, лежащую на кровати.

– Говори, – твёрдо произнесла я.

Кайла снова посмотрела на меня и вздохнула.

– Дэнни говорит, что опасается за него. Маркус почти не спит. Плохо ест. Его мучают кошмары, и он места себе не находил, пытаясь выяснить, что случилось с тобой. Он убит горем и постоянно повторяет, что это он виноват в том, что тебя похитили.

Горло снова свело от подкрадывающихся слёз.

Что мне было делать? Я ничего не чувствовала к этому парню. Не знала его и не знала, что конкретно происходило между нами, а лишь догадывалась о том, чего он прямо не отрицал.

Телефон Кайлы издал звук оповещения о новом сообщении, и она разблокировала экран. На её всё ещё красных губах мелькнула лёгкая улыбка.

– Дэнни спрашивает, как мы добрались, и всё ли у нас хорошо.

Она снова взглянула на меня, и я удивлённо выгнула брови.

– Что? – подруга невинно хлопнула ресницами.

– Вы обменялись номерами телефонов?

Кайла пожала плечами.

– Что в этом такого? Мы подумали, что нам нужно будет поддерживать связь, пока вы двое будете разбираться.

– И вы явно это сделали до того, как я выскочила в истерике, – я не удержалась от ухмылки, и подруга закатила глаза.

– Ничего в этом такого нет – просто дополнительные меры.

– И чья это была идея? Твоя или его?

– Это он предложил, опасаясь, что ты не захочешь выходить на связь.

– Ну да, ну да, – я улыбнулась и поднялась с кресла, чтобы направиться в душ.

– Что ты имеешь в виду?! – воскликнула Кайла.

– Этот парень обаял тебя, – я обвела пальцем вокруг себя, – и подцепил на крючок, – загнула указательный палец, наглядно показывая ей суть ловушки, и закусила губу.

– Ничего подобного, – проворчала девушка.

– Ой, да ладно, этот парень стремительно пересёк черту твоего личного пространства дважды, прежде мы оказались на пороге его квартиры, и то и дело глазел на тебя в зеркало заднего вида. Ты явно приглянулась ему, и хоп, – я щёлкнула пальцами, – твой номер уже у него.

Кайла скрестила руки на груди и надула губы. Эта девчонка была известна тем, что могла склеить кого угодно. Но, вероятно, осознание, что её переиграли, загнало её в тупик.

– Кае, да ладно, в этом нет ничего такого, – повторила её же слова, – Дэнни – милашка. Думаю, перед ним трудно устоять.

– Это мы ещё посмотрим, – она снова взяла в руки телефон и принялась что-то писать.

Стараясь сдержать смех, я подхватила с кровати футболку и поспешно выскользнула из комнаты.

Хихикая и размышляя об этих двоих, я не сразу осознала, что крепко прижимаю футболку к груди. Я заметила это, уже когда вошла в ванную и встала перед зеркалом. Улыбка сразу сползла с лица, возвращая мои мысли к хозяину вещи.

Насколько я ему доверяла? Насколько сильные чувства нас связывали? Могло ли между нами быть что-то большее?

Я не делал ничего, чего бы не хотела ты.

Вопрос оставался в том, чего захотела Хэйли?

Глава 13

Маркус

– Тебе надо поесть, – Дэнни оторвался от телефона и подтолкнул коробку с пиццей.

У меня кусок в горло не лез. Я пялился на тонкую розовую резинку на своём запястье, прокручивая её и вспоминая ощущение её мягких волос, скользящих между пальцами.

Холи не помнит меня. Ничего из того, что было между нами, сколько всего мы пережили за это короткое время. Всё обнулилось. В её взгляде не было ни капельки того драгоценного тепла, той любви, которую она чувствовала ко мне. Я был для неё совершенно чужим человеком. Тем, кто мог рассказать о том, что произошло с ней, только и всего.

Я не должен был прикасаться к ней, должен был быть осторожнее. Но чёрт возьми! Она была здесь. Прямо передо мной. Такая же соблазнительная, нежная, бесстрашная. Аромат её волос всё ещё витал в воздухе. Или я уже бредил? Я не должен был переступать черту. Нужно было дать ей время освоиться, привыкнуть, узнать больше. Но я потерял контроль, и всё полетело к чертям.

– Маркус! – Дэнни со стуком положил телефон на стол, – соберись! Ну накосячил ты, не сдержался. Всё не так плохо.

– Почему ты не предупредил, что везёшь её сюда? – я встретился с ним взглядом, и Дэнни откинулся на спинку стула и развёл руки в стороны.

– Когда мне было? Я был занят тем, что заметал следы, меняя отцовскую тачку на свою, и искал эти грёбаные парики. Да и я не был до конца уверен, что они придут. Холи выглядела напуганной, так что я решил не обнадёживать тебя раньше времени.

– Вместо этого ты устроил сюрприз, и я всё просрал.

– Ничего ты не просрал, – фыркнул парень, – ты просто немного ошарашил её.

– Она была напугана.

– Она не была напугана, – Дэнни скрестил руки на груди, и на его губах мелькнула улыбка, – она скорее была расстроена.

– Расстроена?

– Холи сбежала не потому, что испугалась тебя, а из-за того, что ей было стыдно, – я нахмурился, не понимая о каком стыде он говорит, – очевидно ты был раздавлен настолько, что вызвал у неё муки совести за то, что она тебя не помнит. Не помнит то, что было между вами.

Отлично! Это было ещё хуже. Теперь она считает себя виноватой?

– Не думаю, что тебе стоит париться по этому поводу. Просто дай ей время.

– Если ей стыдно, она не вернётся сюда больше, – я упёрся лицом в ладони, в попытках успокоиться.

– Может и не вернётся, – подтвердил Дэнни, но в его голосе послышалась насмешка, и я снова посмотрел на него, – сама.

Когда я ничего не ответил, а лишь продолжил пялиться на него, он поднял телефон и с довольной улыбкой помахал им в воздухе.

– Я переписываюсь с её подружкой, – неестественно промурлыкал парень.

– И что мне с того?

– А то, что они как сёстры, и Кайла, кажется, прониклась вашей историей. Они заботятся друг о друге, и если надавить на правильные точки, она сможет уговорить Холи вернуться.

Я не переставал удивляться его изворотливому уму, но, признаться честно, направление его мыслей мне нравилось и воодушевляло.

– Это ты с ней переписываешься?

– Спросил, как они добрались, и как себя чувствует Холи.

– И что говорит?

– Добрались нормально, как я и советовал, чтобы их не вычислили...

– Как Холи? – резко прервал его, и друг закатил глаза.

– Холи нормально. Расстроена, но в целом всё хорошо.

Я поднял бровь в ожидании продолжения.

– Что?

– И это всё?

– Ну, хочешь, пожелаю им спокойной ночи, – я стрельнул в него убийственным взглядом, и Дэнни вздохнул, – ну что ты хочешь от меня? Я же сказал: они слишком сильно опекают друг друга. Кайла не станет мне трепать всё, что знает. Дай мне время, и я вотрусь к ней в доверие.

Глава 14

Холи

– Я рад, что с тобой всё в порядке. Я пристально наблюдал за новостями и твоими поисками. И, признаться честно, сам начал отчаиваться, что тебя не найдут.

– Да уж, много шума подняли, – я ухмыльнулась, сидя на кремовом велюровом диване, подогнув ноги под себя.

– Расскажи мне, что привело тебя на этот раз? Панические атаки вернулись?

– Нет, – я покачала головой и поёрзала на подушках, – ну, проблемы из-за смерти Мики всё ещё есть: я уже могу ездить на переднем сидении, но за рулём – нет. Но сейчас нас волнует кое-что другое.

– Что именно? – доктор Салас пристально смотрел на меня, сидя в своём кресле на другом конце кабинета.

Не знаю, почему сегодня я заняла место подальше от него. Обычно я располагалась на тёмной кожаной кушетке, рядом с его креслом. Но сегодня в этом кабинете было не так уютно, как раньше. Не было того успокаивающего запаха, который всегда вселял мне чувство защищённости.

– Я не помню ничего из того, что происходило со мной последние дни. Все вокруг мне рассказывают, что я пропала, что вела себя странно. Но я ничего из этого не помню. Будто кто-то вырезал этот отрезок времени из моей памяти.

– Может твоё сознание намерено блокирует эти воспоминания, чтобы не нанести тебе вред? – предположил доктор Салас.

– Мы допускали такие мысли. В первые сутки после возвращения моя мама протащила меня по всем возможным специалистам, чтобы выяснить, что произошло со мной.

Эдриан молча слушал меня, продолжая изучать, как делал это всегда.

– Ни анализы, ни снимки не показали каких-либо изменений, которые могли повлиять на мои воспоминания.

– Ты испытываешь дискомфорт из-за этого? – поинтересовался Эдриан.

– Не знаю, – я пожала плечами, – не могу сказать, что я сильно тревожусь по этому поводу. Несомненно, когда у тебя провал в памяти, это не может не напрягать, но мне не страшно.

– Тогда почему ты решила возобновить сеансы?

– Мама предложила. Она всё ещё напугана моим провалом в памяти и переживает, что я могла находиться в плену или что-то вроде того.

– Почему она так думает? – мужчина скрестил ноги одну на другую.

– У меня был вправленный вывих и профессионально зашитая рана на ладони, – я показала ему тонкий шрам.

Тёмные густые брови мужчины нахмурились, когда он прищурился, пытаясь разглядеть его, а затем голубые глаза странно блеснули.

– Ты помнишь, как это произошло?

Я покачала головой. Не знаю, почему, но я не торопилась делиться тем, что уже обнаружила.

– Ты испытываешь необходимость найти ответы?

Я вздохнула и перевела взгляд на свою ладонь, скользя большим пальцем по ровному углублению в коже.

– Вы боялись в детстве заглянуть под кровать? – я искоса взглянула на Эдриана, но он не ответил, продолжая наблюдать за мной, – знаете это чувство, когда из-за недостатка информации, твой мозг начинает работать на полную катушку? Когда твоя спальня погружается в темноту и тишину, ты начинаешь воображать совершенно невероятные вещи: слышишь странные звуки, ощущаешь присутствие чего-то или кого-то неизвестного в этой пустоте. И тебе так хочется заглянуть и посмотреть, что там, но твой инстинкт самосохранения заставляет тебя спрятаться под одеяло и зажмуриться. Потому что кажется, что если ты не посмотришь в глаза своему страху, то и он тебя не увидит, пока не взойдёт солнце, и мрак не рассеется.

Я замолчала, продолжая гладить шрам.

– Почему ты использовала такое сравнение?

– С тех пор, как я вернулась, моя жизнь изменилась. Травмы лишили меня места в команде по плаванию, и моё лидерство в команде болельщиц тоже под угрозой. Директор школы настоятельно рекомендовала отойти от дел, чтобы не столкнуться с последствиями, которые могла вызвать моя амнезия. Люди болтают за моей спиной: кто-то открыто интересуется, как я, и что со мной было; другие – шушукаются по углам и злорадствуют. Плюс, мама не может сосредоточиться на работе, волнуясь, не выкину ли я ещё какой-нибудь фокус, – я усмехнулась и посмотрела на него.

– Она обеспокоена больше обычного? – доктор Салас склонил голову, параллельно записывая что-то в своём блокноте.

– Она не находит покоя из-за того, что не может помочь мне разобраться в причинах амнезии. Сейчас она ощущает необходимость чаще интересоваться, где я, и что со мной происходит. Более того, возле моего дома постоянно топчутся зеваки и репортёры. Это раздражает. А мама боится, что кто-то может проявить агрессию по отношению ко мне.

– Агрессию? – он изогнул бровь.

– Ну, знаете, я сбежала, привлекла столько внимания, заставила людей беспокоиться, а потом вернулась, как ни в чём ни бывало. Я слышала, многих подростков практически заперли дома на все каникулы, потому что родители слишком сильно беспокоились, что меня похитил маньяк, или вообще убили, и их дети обязательно будут следующими. Я же примерная девочка, постоянно на связи, а тут, бах, – я хлопнула в ладоши, – и пропала. Такие, как я, просто так не исчезают. А я исчезла, а потом вернулась. Сама. Словно ничего не произошло. Люди злятся, за то, что я потратила их время, испортила им праздники.

– Так как ты поступаешь сейчас? Ты прячешься под одеялом?

Взгляд Эдриана стал непривычным: он всегда был мягким, наблюдательным, молчаливым. Но сегодня мужчина был слишком заинтересован происходящим. Его глаза блестели, носок его ботинка плавно покачивался вверх-вниз, пока лодыжка покоилась на колене. В его руке была зажата ручка, которую он медленно покручивал на сто восемьдесят градусов раз за разом, упираясь концом в подлокотник кресла после каждого разворота.

– Думаю, да, – я кивнула, продолжая смотреть на него, – я делаю вид, что ничего не происходит. Что ничего не изменилось. Что я всё та же Холи.

– Но монстр может стоять прямо над тобой. Не боишься, что он сорвёт одеяло?

– Боюсь.

– Не хочешь проверить, может ли он нанести тебе вред?

В его взгляде горел вызов, и это провоцировало странное бунтарство где-то глубоко внутри меня.

Я молчала, изучая это новое чувство.

– Я долго жил с монстром под кроватью, – начал Салас, – долгие годы я делал вид, что его не существует. Что он не высасывает мои силы, не разрушает меня. Но однажды одеяла не оказалось, и я встретился с ним лицом к лицу.

– И что вы сделали? – я чувствовала, как внутри меня растёт маленький бунтарь.

– Я показал ему, что я сильнее, – странная улыбка коснулась его губ, обрамлённых аккуратной бородкой.

Кайла была права: в этом мужчине было что-то, чего я раньше не замечала.

– Хотите сказать, нужно перестать делать вид, что ничего не изменилось?

– Думаю, стоит наконец посмотреть в глаза своему монстру и выяснить, настолько ли он опасен для тебя.

Глава 15

Холи

Я смотрела на своё изображение в экране телефона, и не могла собраться с духом. Впервые за всё время, что я веду свой блог, мне было не по себе от того, что я собиралась сделать.

Никто не защитит тебя лучше, чем ты сама.

Я планировала последовать совету доктора Саласа и сорвать одеяло. И начать нужно было с этого. Я умела общаться со своей аудиторией и могла рассказать всё именно так, как нужно было мне, а не той пронырливой репортёрше. Моя мама могла использовать свои связи для поисков, но я не обязана делать то же самое, чтобы рассказать свою историю. Я могла сделать это без посторонней помощи, и никто бы не извратил мои слова. Кому нужна пресса с удовлетворением их собственных интересов, когда есть соцсети?

Пугало лишь одно: с тех пор, как я вернулась, количество моих подписчиков увеличилось втрое, и я понятия не имела, кто эти люди и по какой причине они наблюдали за мной.

Выдохнув горячий воздух, я поёрзала в кресле и поправила волосы.

– Ладно, – глубоко вдохнула, выдохнула и трясущимся пальцем нажала на кнопку выхода в прямой эфир.

Я старалась держаться расслабленно, заняв удобную, но не слишком беззаботную позу: мои ноги были скрещены по-турецки, а колени прикрыты бледно-розовой пушистой подушкой. Свет в комнате был приглушён, позади меня зажжены неоновые ленты, а на лицо падал свет от лампы. Сама я была одета в светлый трикотажный костюм, а волосы распустила, позволив им струиться по плечам мягкими волнами. Мне хотелось создать атмосферу интимности и доверия, потому что, как бы я не надеялась, что люди, наблюдающие за мной, поддержат меня, я заранее предполагала, что может быть и наоборот. Да и мне самой хотелось чувствовать себя комфортнее, спрятавшись в полумраке.

Я смотрела в экран телефона, стараясь фокусировать взгляд на фронтальной камере, но постоянно возвращалась к списку зрителей, пребывающих каждую секунду.

– Всем привет, – я робко помахала рукой и слегка улыбнулась, читая приветствия давно знакомых ников. Кто-то выражал радость от моего возвращения, некоторые писали, что переживали за меня, кто-то сходу начал интересоваться, где я пропадала.

– Я благодарна всем, кто подключился, – я старалась выглядеть спокойной и бодрой, но при этом в моём поведении не было привычной улыбки и жизнерадостности, – знаю, что многих взбудоражило моё исчезновение, и большинство настолько хочет получить ответы, что некоторые, особо настойчивые, ежедневно околачиваются около моего дома. Вынуждена вас разочаровать: я мало чем могу поделиться с вами.

В чате появлялись всё новые и новые сообщения.

То, что сказал Терри, правда? Что ты не помнишь, что с тобой произошло?

Говорят, ты сбежала из дома.

– Это правда, – я решительно кивнула головой, – я ничего не помню о том, где была с 20 декабря по 7 января. Не знаю, что происходило со мной. У меня обнаружилась травма плеча, из-за которой я лишилась места в команде по плаванию. А те, кто со мной уже давно, знают, насколько важно это было для меня. И нет, я не сбегала из дома.

Чат запестрил сочувствующими эмодзи и словами поддержки.

– Мне было страшно признаться людям в том, что у меня провал в памяти. И вообще не считала нужным отчитываться перед кем-то за то, в чём я не виновата. У меня не было причин сбегать из дома и уж тем более подвергать жителей волнениям и страху. Но, как бы то ни было, я осознаю ответственность за то, как произошедшее отразилось на окружающих. Мне очень жаль, что моё исчезновение напугало многих родителей и доставило неудобства моим сверстникам. Но, случилось то, что случилось. И реакции наших родителей вполне оправданы.

Я отвлеклась на сообщение, в котором некто, чей ник я видела впервые, писал следующее:

Я смотрела пару выпусков новостей, где твоя мама обращалась к жителям с просьбой о помощи в поисках. Она была убита горем. Но смотрю на тебя сейчас – ты жива и невредима и выглядишь так, будто ничего не изменилось. Как ты смотришь в глаза своей матери?

Выражение моего лица наверняка стало мрачным, когда я ощутила давящий ком в груди.

– То, что пережила моя мама, страшно. Я бы не пожелала ни одному человеку столкнуться с тем горем, отчаянием и бессилием, через которые она прошла, пока пыталась найти меня. Мне нечего сказать, кроме того, что сейчас я пытаюсь сделать всё, чтобы моя мама могла вернуться к привычному темпу жизни. Мама – самый дорогой мне человек, и я бы никогда сознательно не причинила ей вреда. И она в свою очередь поддерживает меня. И я, и мама, и моя подруга Кайла – мы знаем, что я бы никогда не поступила так с близкими людьми. И это в очередной раз доказывает, что то, что происходило со мной, я не могла контролировать.

Как-то неубедительно.

– У каждого может быть своё мнение о сложившейся ситуации. Я никого не собираюсь переубеждать. Понимаю, что многих это коснулось, но что бы со мной не произошло, как бы вы не были шокированы, раздосадованы или злы на меня, это моя история. Это я оказалась в этих обстоятельствах. Поверьте, нет ничего страшнее, чем не доверять собственной памяти.

Мой взгляд замер на сообщении, в котором в несдержанной манере меня обвиняли в том, что я типичная загулявшая малолетка. Наверняка шаталась где-то под наркотой, а когда закончились бабки, приползла обратно к мамаше.

Я чувствовала, как моё горло поджимает очередная волна слёз, но я изо всех сил старалась сдержаться. Это оказалось тяжелее, чем я думала, без поддержки Кайлы, мамы. Да даже Терри смог бы сейчас приободрить меня. Но если продержусь сейчас, то будет гораздо проще противостоять с глазу на глаз тем, с кем я встречаюсь каждый день.

В чате начался полный бардак: верные подписчики и приятели начали защищать меня, нападая на тех, кто говорил гадости. Те в свою очередь распалялись ещё сильнее.

Я потеряла дар речи буквально на мгновение, прежде чем додумалась отключить комментарии.

– Честно, я не ожидала, что эта тема настолько сильно задела вас. Я не хочу служить причиной разжигания конфликтов. Я искренне благодарна всем, кто выразил слова поддержки: спасибо вам, ребята, для меня это правда очень важно. Но с этого момента для всех, желающих высказать своё мнение, открыты исключительно личные сообщения, комментарии больше недоступны. Я благодарю каждого за то, что позволили высказаться и выслушали меня. И надеюсь на ваше понимание и уважение моих личных границ. Я по-прежнему остаюсь с вами на связи, вы по-прежнему можете встретиться со мной в реальной жизни. Но мой дом – это место, где я хочу чувствовать себя под защитой. Поэтому убедительно прошу: покиньте наш газон и позвольте нам с мамой наконец-то почувствовать себя в безопасности.

Я зафиксировала взгляд на камере на несколько секунд и, как только нажала на кнопку завершения прямого эфира, моя дверь с грохотом отворилась, и на пороге появилась Кайла.

– Ты с ума сошла?! Зачем ты это сделала?! – она рванула к телефону, но я успела сорвать его со штатива и зажать в руке, – Холи, тебе мало проблем?

– Я устала озираться и слушать, как люди шепчутся за моей спиной, строя немыслимые догадки. Мне нужно было наконец объясниться перед ними, чтобы мы могли хотя бы беспрепятственно попадать домой. Я уже с ума схожу от того, что в мои окна заглядывают чужие люди. Мама постоянно переживает, когда я покидаю дом, ожидая, что кто-то переступит границы и причинит мне вред. Мне надоело, что люди обвиняют меня в том, в чём я не виновата. Я знаю, что, будучи Хэйли, сама приняла решение спрятаться. Но это была не я. Это был человек, проблемы и мотивы которого мне совершенно непонятны.

– Так может пора разобраться? – Кайла снова подняла эту тему, и я замолчала, ощутив, как по моему телу прокатила холодная волна.

Я хотела понять, что послужило причиной моей амнезии. Хотела помочь Маркусу. Но я не знала, как снова показаться ему на глаза.

– Спроси у Дэнни, где мы можем встретиться.

– Ты же понимаешь, что Дэнни не знает всего. Он лишь временами контактировал с вами. Тебе нужно поговорить с самим Маркусом.

– Я не могу, – я почувствовала, как горячий удушающий ком сковал моё горло, заставляя глаза налиться слезами, – он ждёт от меня больше, чем я могу дать. Ты не видела его в момент, когда я уходила. Он надеется, Кайла. Он ждёт, что всё, что бы между нами ни было, ещё можно вернуть. Но во мне этого нет. Кроме чувства вины, я не испытываю больше ничего. Мне хватает и того, что окружающие обвиняют меня в том, в чём я не виновата.

– Холи, ты сама повесила на себя эту вину. Маркус тебя ни в чём не обвиняет. Он беспокоится о тебе. Он в первую очередь озабочен твоей безопасностью и невозможностью защитить тебя.

– На чьей ты стороне? – я притянула ноги к груди, обхватив их руками, и свернулась в защитной позе, утопая в кресле.

– Я на твоей стороне. Всегда! – в зелёных глазах подруги вспыхнула обида, – именно поэтому я считаю, что тебе нужно поговорить с ним, узнать обо всём, что вы уже успели обнаружить. Что, если ты действительно в опасности, но даже не знаешь, откуда она подступает?

Кайла подошла ближе и, отодвинув штатив в сторону, присела рядом со мной и обхватила руки своими тёплыми ладонями.

– На этот раз я тебя не оставлю, слышишь? – она встряхнула меня, требуя ответа, и я коротко кивнула, чувствуя, как по моим щекам текут слёзы, – и я, и Дэнни будем рядом. Всё, что тебе нужно, просто выслушать их теорию, собрать подсказки. Ты должна была о чём-то спросить маму. Только подумай: что если она тоже в опасности? Что если вы обнаружили что-то, что будет иметь значение и для неё? Дэнни сказал, что дело в ваших родителях.

Кайла надавила на самое больное.

– Нечестно использовать против меня благополучие мамы.

– Прости, – Кайла пожала плечами, – но мы не можем быть уверены, что её это не коснётся. Неужели ты хочешь, чтобы она снова прошла через ад?

Беспокойство за маму было самым большим стимулом, и она это знала.

– Я могу договориться о встрече в любой момент, – она показала свой телефон, и я закрыла глаза, откидываясь на спинку кресла.

– Дай мне время подумать.

***

Из дома доносилась музыка, когда я уже коснулась дверной ручки. Но Кайла остановила меня.

– Мне всё ещё не кажется это хорошей идеей.

Я повернулась к ней, замерев на месте.

– Я просто хочу вернуться к своей прежней жизни. Вернуть себе тот устойчивый уровень, который занимала прежде. А если буду прятаться, рано или поздно меня спишут со счетов.

– Тебе не кажется это глупым? Что он закатил вечеринку в твою честь, вместо того, чтобы уделить внимание тебе? – лицо подруги выражало явное неодобрение.

– Это же Терри. И ты знаешь, что я с ним в основном из-за этого.

Терри может и был поверхностным, иногда совершал странные поступки, но с ним было легко. Он помогал мне отвлечься от мрака, в который я окуналась временами. Может он и не был проницательным, но мне и не нужно было, чтобы он видел меня насквозь. Достаточно того, что самый популярный парень обожал меня, гордился мной и давал мне чувство стабильности и защищённости. Он был достаточно терпелив, чтобы не требовать от меня больше, чем я могла дать, а я в свою очередь делала всё возможное, чтобы он не ощущал нехватки внимания. Я поддерживала его, восхваляла его эго и иногда давала ему то, в чём он нуждался. Мы были той самой парочкой, которые становятся безоговорочными королём и королевой выпускного бала. В наших руках было сосредоточено лидерство, дух первенства, которые мы подпитывали друг в друге, воодушевляя окружающих. Этого было достаточно.

– Ладно, – Кайла подняла ладони вверх, показывая, что сдаётся, и я решительно надавила на ручку двери. Едва мы вошли внутрь, мелодия Heat Waves Glass Animals наполнила моё сознание, разливаясь странной волной по венам. Трек был слишком романтичным для масштабной вечеринки, и создавалось впечатление, будто мы собрались, чтобы почтить память об ушедшей любви, а не отпраздновать моё совершеннолетие.

С момента своего возвращения я так и не отпраздновала свой День рождения. Я запретила маме и Кайле дарить мне какие-либо подарки, потому что они и так были раздосадованы тем, что в этот день я была в неизвестных нам обстоятельствах. Но после встречи с парнями я задумывалась: а как мы на самом деле провели этот день? Ясно, что они и понятия не имели, что я родилась в Рождественскую ночь. Я видела в квартире Дэнни огромную ёлку. Ненаряженную, но всё же. Почему-то мне хотелось думать, что этот день был особенным, и я была не одинока.

Сейчас же Терри закатил настоящую вечеринку с толпой наших друзей в гостевом домике на заднем дворе. Я бывала на многих его вечеринках, и летом здесь было особенно атмосферно. Его родители не позволяли занимать основную часть дома, но домик у бассейна в любое время года был доступен для развлечений.

Внутри было уже довольно шумно: парни как всегда торчали возле барной стойки, разливая напитки по стаканам, в то время как девчонки расположились на диванах и креслах, болтая и руководя музыкой.

Мы с Кайлой стянули свои куртки и бросили их на кресло возле входа.

– А вот и именинница! – воскликнул Терри, первым заметив нас у двери, и ребята обернулись.

– Наконец-то главная королева этого вечера прибыла, и мы можем начать вечеринку!

Терри подхватил меня на руки и закружил. Парни из футбольной команды поддержали его дружным воем, а девчонки из группы поддержки подорвались с диванов и двинулись в нашу сторону.

– Выглядишь сногсшибательно! – воскликнула Бекка, обнимая меня и проводя ладонями по полупрозрачным рукавам блузы с россыпью камешков, надетой поверх короткого чёрного топа.