Текст книги "Куклы: Пробуждение (СИ)"

Автор книги: Анна Душинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 34 страниц)

– О чём ещё вы говорили? – Маркус снова открыл глаза и провёл рукой по лицу.

– О делах в школе, о том, как я себя чувствую после возвращения. Ничего особенного, – я покачала головой.

– Холи, каждое его слово может иметь значение, – возразил парень, и Дэнни его поддержал.

– Он прав: ты можешь не обращать внимания на некоторые вещи, потому что не знаешь, что именно может иметь значение. Он следил за вами, его шестёрки, чёрт возьми, засняли, как вы занимаетесь сексом, – от прямоты его слов моё лицо налилось краской, и я поймала пристальный взгляд брюнета, – и после этого ты исчезла. Зачем ему нужно было это видеть? Если дело в ваших родителях, всё выглядит так, будто именно это послужило триггером к его активным действиям. Что, если сейчас фокус его внимания сместился с твоей матери на тебя?

– У нас нет никаких вещественных доказательств, что это он. Только догадки, – прошипела я, снова поглядывая на дверь.

– Холи, ты до сих пор не понимаешь?! – Маркус повысил голос, снова припав к экрану, – Салас уже однажды провернул это с твоим сознанием! Он знает, что хозяин положения, потому и ведёт себя так!

– Я верю тебе, – мой голос понизился до шёпота, – я просто не знаю, как доказать, что он сделал это с нами. Как вывести его из равновесия?

– Я против того... – по ту сторону двери раздался стук, и я, вздрогнув, прижала указательный палец к губам, умоляя замолчать, и передала телефон Кайле.

– Детка? – мама заглянула в комнату, – у вас всё хорошо? Я слышала мужские крики.

– Всё хорошо, – я улыбнулась и махнула рукой, – Терри снова возмущается насчёт травмы Марвина.

– Ясно, – мама рассмеялась, – передавай ему привет. Я отправляюсь спать. Долго не засиживайтесь.

– Конечно. Спокойной ночи, – я отправила ей воздушный поцелуй.

– Спокойной ночи, Меган, – присоединилась Кайла.

– Спокойной ночи.

Дверь закрылась, и я перевела взгляд на экран телефона, который Кайла снова протянула мне.

Лицо Маркуса стало таким растерянным и печальным, будто ребёнку только что сказали, что он никогда не получит игрушку, о которой мечтает. Его глаза казались такими уставшими, и только сейчас я заметила, какими тёмными стали синяки под ними. Маркус выглядел ухоженно: по-модному взъерошенные волосы, гладко выбритая кожа, выглаженная одежда – полная противоположность тому, кого я встретила несколько дней назад. Только сейчас он казался ещё более измученным.

Он сглотнул, и его скулы сжались, когда наши взгляды встретились.

– Холи, слишком опасно провоцировать его.

– Что, если рассказать ему то, что рассказала мне мама? – взгляды обоих парней сосредоточились на мне, – это ведь может сработать? Если это действительно он, эта история должна задеть его, так ведь?

Маркус замотал головой и что-то хотел возразить, но Дэнни опередил его.

– Она права, это поможет прояснить ситуацию и убедиться, что мы не ошиблись. Стороннего человека это не тронет, но на того, кто имеет к этому отношение, она подействует.

– Как я могу прятаться здесь, пока она там рискует? – Маркус переключил всё внимание на парня, – это всё неправильно! Она не должна этого делать!

– Тогда мы ничего не сможем доказать, – я скрестила руки на груди, начиная раздражаться, – мы тратим кучу времени. И хочется понимать, что всё это не впустую. Выведем его из равновесия, и картина станет яснее. Мы договаривались, что я буду сообщать о своих планах и не импровизировать. Так вот я сообщаю: я собираюсь рассказать ему историю от другого лица.

– Холи...

– Я понимаю твои переживания, Маркус, – я собрала всю волю в кулак, пытаясь быть убедительной, – но сейчас только я могу повлиять на происходящее. Посмотри на себя – ты измучен, так не может больше продолжаться. Нужно расшевелить его, чтобы столкнуть наконец процесс с мёртвой точки. Сколько ещё мы собираемся плясать под его дудку? Если я расскажу ему это, он даже не заподозрит, что мне что-то известно. Я ведь рассказываю ему всё. Это будет вполне логично и покажет, что я всё ещё ему доверяю.

– Сколько у нас времени на подготовку? – Маркус закрыл глаза и потёр веки пальцами.

– До пятницы.

Брюнет перевёл серьёзный взгляд на Дэнни.

– Мы сможем придумать что-то, чтобы иметь возможность наблюдать за происходящим?

– Я попробую.

Маркус кивнул и снова посмотрел на меня.

– Я не отпущу тебя одну, без возможности знать, что происходит с тобой здесь и сейчас, – твёрдо произнёс парень, – так что, пока мы не будем готовы, не говори с ним о Меган, тяни время.

Что-то в его взгляде, полном тепла и беспокойства, заставляло довериться ему, и я сбросила с себя флёр самоуверенности.

– Хорошо.

***

Мои босые ноги ступали по холодным ступеням, и тело вздрагивало от каждого шага. Я слышала, кто-то звал меня.

Так темно. Видно лишь слабые огоньки вдалеке. Кажется голос доносится оттуда.

– Давай же. Пожалуйста. Не сдавайся.

Чьи-то мольбы болезненным шёпотом заполняли пространство, становясь всё более отчётливыми по мере приближения.

Вдруг справа от меня проскользнуло что-то тёмное, словно тень, и я резко обернулась, пытаясь сосредоточить взгляд.

– Кто здесь? – я закрутилась вокруг своей оси, слыша шаги вокруг себя, но никак не могла поймать взглядом того, кто прятался в темноте.

– Пожалуйста, – очередной болезненный стон раздался где-то совсем близко, и я обернулась на свет, заметив мужскую фигуру, лежащую на диване.

Маркус?

Некто, очень похожий на Маркуса, лежал в позе эмбриона, дрожа и всхлипывая. Его усталое лицо, изуродованное синяками и впалыми щеками, исказилось в безмолвном крике, и моя рука потянулась к нему в попытках успокоить.

Но в этот момент из темноты выскользнула тоненькая фигурка с растрёпанными светлыми волосами и в длинной бесформенной футболке с ободранным плечом. Её рука была перебинтована и прижата к животу.

Хэйли?

Точная копия меня опустилась на колени перед парнем и провела пальцами от его лба к щеке, убирая прилипшие пряди. Я сместилась влево, чтобы видеть её лицо.

– Маркус, проснись. Это всего лишь сон.

Глаза парня распахнулись. В них застыл ужас, заставляющий жадно хватать воздух ртом, будто рыба, выброшенная на берег.

– Молодец. Смотри на меня, дыши со мной, как ты учил.

Дыши. Вдох-выдох. Смотри на меня.

Это то, что помогало мне успокоиться. То, что я слышала в моменты панических атак.

Следя за тем, как он цепляется за её руки, как прижимает их к своей груди, с каким отчаянием в глазах смотрит на неё, я ощущала странную боль, сковывающую мои лёгкие.

– С тобой часто такое? – спросила девушка, и чья-то тень снова проскользнула справа от меня, так близко, что я кожей ощутила чьё-то присутствие.

– Каждый раз, когда я засыпаю, – я обернулась, но тень скользнула с другой стороны, заставляя меня следовать за ней, – не стоило мне засыпать.

Это было правдой? Дэнни говорил, что ему снились кошмары, и сейчас стало ещё хуже.

– Прошлой ночью ты спал спокойно, – кто-то обхватил мои плечи, заставив подскочить от испуга.

– С тобой мне становится спокойнее, – губы Маркуса продолжали шевелиться, но голос был другим, он звучал прямо позади меня, над ухом.

Эдриан?

Внезапно картинка изменилась, и я оказалась стоящей посреди спальни и наблюдающей, как, будто стволы деревьев, тела Маркуса и той меня, которую я не помнила, переплелись во сне. Его лицо было спокойным, таким живым и умиротворённым, пока его руки крепко держали Хэйли в объятиях.

– Поразительно, не правда ли? – глубокий спокойный голос над ухом снова заставил моё тело вздрогнуть, – посмотри, каким спокойным он становился рядом с ней. Но ты его разрушаешь, Холи. Вспомни, как он выглядит сейчас.

Длинные мужские пальцы щёлкнули прямо перед моим лицом, и тело девушки испарилось, оставляя Маркуса лежать посреди кровати. Его лицо снова помрачнело, дыхание ускорилось, а тело задрожало.

– Нет, пожалуйста, – голова заметалась по подушке, – держись, умоляю. Не оставляй меня, – отчаяние в его голосе заставило искать взглядом девушку, но её не было рядом.

Хэйли, где же ты?

Пронзительный мужской вопль выбил воздух из моей груди.

– Хэйли нет больше, – в таинственном голосе звучало ликование, – я её уничтожил. Ему никто не поможет.

Но ведь я могу? Я ведь тот же человек, что и Хэйли.

Не в силах вынести душераздирающие крики, я рванула к кровати и, взобравшись на неё, принялась тормошить парня.

– Маркус. Маркус, проснись, – я встряхнула его за плечи, но он всё ещё продолжал извиваться. Его тело было холодным и потным, дыхание обрывистым, а пальцы с такой силой впивались в простыни, что я слышала треск разрываемой ткани.

– Ты ему не поможешь, – гадкая усмешка эхом разнеслась по тёмной комнате, – ему никто не поможет.

– Нет, у меня получится. Пожалуйста, просыпайся. Это я, – я обхватила его голову ладонями, – иди на мой голос. Открой глаза, это всё не по-настоящему. Просто иди на мой голос.

– Хэйли была его маяком, его спасением, – злорадствовал голос, – ты же – его боль. Открытая кровоточащая рана. Тебе не спасти его.

– Заткнись! – я развернулась, уставившись в темноту, всё ещё слыша, как Маркус задыхается в агонии, – заткнись! Заткнииииись!

– Холи! – чьи-то тёплые ладони обхватили моё тело, и всё вокруг затряслось от знакомого встревоженного голоса. Стены и пол вокруг кровати начали рассыпаться, а измученное тело парня, всё ещё дрожащее, резко провалилось, исчезнув в куче простыней, – Холи, проснись!

Я резко вдохнула воздух и вздрогнула, открыв глаза. Моё тело колотилось так, будто ко мне подключили оголённые провода.

– Холи, кошмар? Тебе приснился кошмар? – Кайла склонилась надо мной, вытаращив глаза.

Я не могла сфокусировать зрение, мечась по кровати.

– Что мне сделать? Позвать Меган?

– Нет, – мне удалось сконцентрироваться на голосе подруги, – только не её.

– Тогда что? Что мне сделать?

– Я должна спасти его, – задыхаясь, я тараторила, всё ещё встревоженная состоянием парня из сна, – мне нужно вернуть его.

– Кого? – Кайла в недоумении уставилась на меня.

– Маркуса. Я должна спасти Маркуса.

Глава 21

Холи

– Ты хочешь сделать Голди основным флайером? – тренер Кларенс с сомнением взглянула на девчонок.

– Вы видели, как она флипует? Я несколько раз наблюдала за ней после тренировок: у этой девчонки много рвения, но она скромняга – сама не решится предложить свою кандидатуру. Она может больше, чем показывает.

– Тогда нам нужно искать кого-то в базу, – тренер перевела взгляд на бандаж, натянутый поверх рашгарда, – с плечом всё безнадёжно?

– Врач велел месяц не тренироваться, – я скривилась, и Миранда закатила глаза.

– Что скажешь насчёт Лизи?

– Лизи воображает о себе больше, чем есть на самом деле, – я бегло глянула на шатенку, наблюдающую за нами из толпы девушек, – слишком много пустых амбиций: хочет внимания, но подготовки у неё гораздо меньше. Да и Голди гораздо легче, чем Лизи.

– Эванс! – крикнула тренер, и маленькая белокурая девушка вытянулась струной и развернулась, выходя из толпы, – можешь сделать флип или питч?

Голубые глаза Голди распахнулись от удивления, и она сделала несколько нерешительных шагов в нашу сторону.

– Я пробовала кое-что, – она кивнула головой, спрятав за спиной руки.

– Так показывай. Базы! – скомандовала Кларенс, и несколько девчонок вышли на маты.

Голди перевела на меня взволнованный взгляд и нервно улыбнулась, но я лишь ободряюще подмигнула ей и показала большие пальцы.

Пока девчонки выстраивались, чтобы сформировать поддержку для выброса, я почувствовала странное покалывание на коже и повернула голову, едва успев поймать взгляд заносчивой сучки. Лизи, натянув милую улыбочку, проследила за Голди, когда та встала в центре.

Миниатюрная блондинка, уперевшись ладонями в плечи девчонок, сделала пару раскачивающих прыжков, затем запрыгнула на руки баз и с толчка подлетела вверх, сделав сальто в воздухе. Когда она успешно приземлилась, команда взорвалась одобрительными возгласами, а некоторые даже зааплодировали.

– Кое-что, – ухмыльнулась Миранда, – молодец, Эванс! Почему я раньше об этом не знала?

Я пожала плечами и улыбнулась, краем глаза наблюдая, как желваки на скулах Лизи напряглись, а глаза прищурились.

– На время травмы Джебсон ты будешь её заменять. Так что приготовься, нам предстоит много работы.

Девушка поражённо улыбнулась, а я испытала лёгкий укол сожаления. Мне было обидно, что я не могла сейчас заниматься тем, чего так сильно хотела. Но, если я могла выбирать, кто поведёт команду к победе, малышка Голди точно стоила этого больше, чем та, что пылала яростью от того, что выбрали не её.

Можете считать, что я нарочно отвергла её кандидатуру из-за личной неприязни и страха – мне плевать. Даже, если бы она не имела ничего против меня, Лизи Мур недостаточно хороша для этого.

***

– Чёрт, я думала, она живьём проглотит тебя, – смеясь, прошептала Кайла, когда мы выходили из здания школы после окончания тренировки.

– Признаюсь, было чертовски приятно наблюдать, как она свирепеет, – я широко улыбнулась, и мы обе рассмеялись.

– В этой сучке слишком много яда. Ладно, плевать на неё! У нас есть дела поважнее, – Кайла разблокировала замки, и я открыла дверь с пассажирской стороны.

– Как думаешь, что они придумали? – мысль о том, что день Х приближался, и парни усердно искали способ принять участие в ходе расследования и остаться незамеченными, заставляла меня нервничать.

– Не имею ни малейшего представления, – я растерянно покачала головой, пристёгивая ремень безопасности.

Уже который день я не могла выкинуть из головы тот сон. Мы должны были сделать всё возможное, чтобы помочь Маркусу вернуться к привычной жизни. Состояние парня пугало меня: он был так сосредоточен на моей безопасности, что, казалось, совершенно забыл о том, что это он сейчас в ловушке, а не я. Что это он нуждается в помощи и мучается от того, что бессилен в этой ситуации. Я не знала, в каких на самом деле отношениях Мэтью и Филипп, но, даже если в реальности у них всё не так хорошо, как хотелось бы, Маркусу необходимо вернуться к прежней жизни. Если мои отношения с родителями были изменены в моём сознании, вполне возможно, что и отношения Маркуса с отцом были не так плохи, как он помнил. Жаль, что я не успела расспросить маму о Филиппе.

Каждый раз, когда я закрывала глаза, передо мной всплывала картинка, как Маркус спокойно спит, крепко прижимая к себе тело девушки, которой я была. Его дыхание замедлялось, брови были расслаблены, а на губах застывала умиротворённая улыбка. Я видела, как он улыбается, всего раз, когда я вернулась в ту квартиру. Его взгляд был таким тёплым и счастливым, будто и правда всё, что ему требовалось, чтобы почувствовать себя лучше, это я. Но потом я снова вспоминала, как он мечется по постели и отчаянно кричит, умоляя, чтобы я... чтобы та девушка, в чьих объятиях он находил покой, вернулась. Его тело скрючивалось в муках, а прекрасные черты лица искажались болезненной гримасой.

Прекрасные? Да, Маркус определённо нравился мне, даже будучи измученным. И я не думала исключительно о внешней привлекательности. Меня тянуло к нему, я постоянно думала о нём, потому что этот парень был другим: он умел сострадать, умел поддерживать, даже когда сам еле держался; его взгляды заставляли мою кожу заливаться румянцем и волновали дыхание; в его руках я чувствовала себя так, словно он мог защитить меня от всего на свете. Впервые в жизни я доверяла парню тайны, которые не рассказывала практически никому. И это было так естественно – делиться с ним болью. Будто у нас была одна душа на двоих, словно мы понимали друг друга без слов, достаточно было лишь прикоснуться, чтобы почувствовать силы идти дальше.

Я всё чаще стала думать о том, что было между нами. Насколько хорошо это было? После того, что мы случайно увидели на записи с камер, не было смысла сомневаться – мы занимались сексом. И, чёрт возьми, я этого не помнила! Я знала многих девчонок, кто хотел бы забыть свой первый раз. Но я же, напротив, хотела вспомнить. Хотела знать каждую деталь, хотела почувствовать каждое прикосновение. Как он смотрел на меня? Нравилось ли ему то, что он видел? Мне было мучительно интересно знать, каково это – ощущать его крепкое тело в своих объятиях?

– Ты раскраснелась, – промурлыкала Кайла, и я заморгала, пытаясь прийти в себя, – даже не вижу смысла спрашивать, о чём ты думала.

Я смущённо улыбнулась и, не в силах сдержать эмоции, захихикала, чувствуя, как моё лицо становится ещё краснее.

– Оу, чёрт! Звоните девять-один-один! – закричала подруга, обмахивая меня ладошкой, – кажется в салоне лёгкое воспламенение!

– Кае! Заткнись! – я прыснула от смеха и оттолкнула её руку.

Продолжая смеяться и иногда подпевая песням на радио, мы сделали уже привычную остановку в очередном торговом центре, а затем отправились в квартиру парней.

***

– Это камера, – Дэнни подтолкнул пальцем маленькую круглую штуковину размером со стандартную пуговицу, – достаточно подключить её к вай-фай, чтобы поступил сигнал на любое подключенное устройство.

Я подняла со столешницы устройство и покрутила его между пальцами. Затем встала со стула и подошла к зеркалу.

– Вы уверены, что он не заметит её? – я с сомнением приложила камеру к блузке.

– Думаю, если ты наденешь блузку в тон и сядешь подальше от него, Салас не должен ничего заметить, – предположил Дэнни.

– А как насчёт сигнала? – я снова вернулась к острову, – у него звуконепроницаемые стены.

– Что? – Маркус нахмурился.

– Ну да. Я заметила это на прошлом сеансе. Ты никогда не замечал, насколько тихо в его кабинете?

Взгляд брюнета стал настороженным, и он отрицательно покачал головой.

– Окна и стены звуконепроницаемы. По его словам, это сделано для того, чтобы пациенты чувствовали себя комфортнее и более расслабленно, и во время сеансов гипноза ничто и никто не мог помешать.

– Откуда ты это знаешь? – Маркус прищурился.

– Он сам это мне рассказал, когда я поинтересовалась, почему так тихо.

– Это может стать препятствием. Толщина стен может заглушить сигнал. Что насчёт телефона? – предложил Дэнни, – ты можешь подключить точку доступа...

Я покачала головой, прерывая его.

– Без вариантов: телефоны запираются в сейфе у его помощницы до начала сеанса.

– Какого хрена? – возмутился парень, – вам не кажется это странным?

– Он и в правду требует оставлять любые гаджеты – телефоны, часы, планшеты – всё, что может издавать неконтролируемые звуки, включая вибрацию, и отвлекать внимание, – подтвердил Маркус, скрестив руки на груди.

– Этот псих пугает меня, – прошептала Кайла, и в комнате повисла пауза.

– Вы проверяли работу камеры?

– Только в нормальных условиях.

– Так давайте испытаем. Понятно, что звуконепроницаемых стен здесь нет, но мы ведь можем отойти на некоторое расстояние от роутера и проверить, насколько качественным будет звук и картинка.

– Роутер находится в кабинете, идите наверх, а мы исследуем докуда доходит сигнал, – предложил Дэнни.

Разделившись, мы с Маркусом поднялись на второй этаж и, когда Дэнни включил камеру, подключились к трансляции через ноутбук. На экране крупным планом показалось лицо парня, и широченная улыбка заставила меня прыснуть от смеха.

– Итак, как слышно?

– Отлично! – крикнул Маркус, уперевшись одной рукой в спинку кресла, на котором я сидела, а другой в край стола, нависнув надо мной так, что практически окутал своим телом.

– Хорошо, я буду отдаляться, а вы фиксируйте, в какой момент потеряется связь. Пойдём, кудряшка, – парень улыбнулся Кайле и приобнял за плечи, утягивая за собой в сторону выхода.

– Что ты постоянно лапаешь меня? – фыркнула девушка, и мы оба рассмеялись.

– Может ты мне нравишься? – промурлыкал Дэнни, подмигивая в камеру, и Кайла закатила глаза, отпихивая его от себя.

– И что? Это значит, что ты можешь хватать меня каждый раз, когда тебе вздумается? – ребята вышли из квартиры, и дверь захлопнулась.

– Она правда нравится ему? – продолжая смеяться, я повернулась к Маркусу, и на его лице расплылась тёплая улыбка.

– Он не выпускает телефон из рук и улыбается как дурак, когда переписывается с ней.

– И часто они это делают? – я вдруг осознала, что настолько погрязла в своих проблемах, что даже не знаю, что происходит в жизни близкой подруги.

– Каждый день, – голос Маркуса стал тоскливым.

Крошечное пространство между нами вдруг стало совсем тесным, когда я вздохнула и снова почувствовала его запах. Такой насыщенный. Терпкий аромат шоколада растёкся по моим венам, щекоча кожу холодком ментола, и дыхание сбилось, когда парень наклонился ниже, едва касаясь моего плеча грудью. Его лицо было так близко, что я могла ощутить дыхание, опаляющее кожу моего виска. Голос Дэнни, прерывающийся помехами, ушёл на задний план, и я на секунду закрыла глаза, пытаясь понять, что чувствую от этой близости.

Маркус недовольно фыркнул и переместился, наклоняясь немного ниже, тем самым огибая меня, и его рука скользнула по спинке стула, задевая мои лопатки. Лёгкая приятная волна прокатила по телу, вызывая щекотку где-то внутри, будто маленькое пёрышко дразнило каждую крошечную мышцу, и заставляя закусить губу в попытках сдержать вздох. Ощущения рядом с ним всегда были такими насыщенными, несмотря на то, что я совершенно не знала этого парня. Будто моё тело жило отдельно от меня, чувствовало то, что мой мозг отказывался вспоминать. Моему телу было спокойно и комфортно в его объятиях, но сейчас я испытала новое ощущение – импульс, затронувший самые чувствительные точки, вызвал непривычную дрожь и напряжение внизу живота.

– Проклятье! – выплюнул Маркус, и я вздрогнула, вернувшись в реальность, – она не справится.

Снова посмотрев на экран, я заметила, что сигнал пропал.

– Как далеко им удалось отойти?

– Сигнал с трудом достиг лестничного пролёта. Чего мы ожидали от камеры, купленной на eBay? – парень оттолкнулся от стола и принялся расхаживать взад-вперёд по кабинету.

Его тело было напряжено: кулаки крепко сжаты, спина непривычно прямая, желваки играли на скулах. Но его взгляд был растерянным.

– Маркус, – я поднялась с кресла и двинулась к нему, – может всё не так плохо. Расстояние действительно большое. Но там я буду находиться гораздо ближе.

– Нет, Холи, – он резко повернулся ко мне лицом, – если твой телефон запрут в сейфе, а камера будет за звуконепроницаемой стеной, это двойная преграда. Ничего не выйдет!

– Но, даже если бы у вас была возможность наблюдать за происходящим, что бы вы сделали, если бы всё пошло не по плану? – я встала напротив него на расстоянии одного шага, заставляя посмотреть на меня, – если бы он как-то попытался навредить мне, вы бы всё равно ничего не успели предпринять.

– Я не могу сидеть здесь, сложа руки, Холи. Пока ты там, – он махнул рукой, и его брови изогнулись так, что выражение лица стало ещё более измученным.

– Маркус, послушай, – я приблизилась вплотную к нему и коснулась его ладони, – перестань терзать себя. У него нет причин что-либо делать. Пока что. В конце концов, мы можем использовать диктофон, чтобы записать разговор. Пожалуйста, положись на меня.

Я переплела наши пальцы, и взгляд брюнета опустился к нашим ладоням.

– Это я подверг тебя опасности.

– Перестань себя винить. Они выследили нас, это не твоя вина. А если план состоял в том, чтобы Хэйли вернулась домой и выяснила причины происходящего, вероятность опасности не сократилась бы.

– Я виновен в том, что они нашли нас, узнали о нашей связи, – его глаза были полны отчаяния, – я прогнал тебя, а потом бегал по улицам, пытаясь найти. Так они узнали, что мы связаны.

– И всё же, – возразила я, сжимая его ладонь крепче, – даже если бы этого не случилось, никто не знает, что ждало бы меня за стенами этой квартиры.

Маркус зажмурился, а затем его губы дрогнули, когда я протянула ладонь к его гладковыбритой щеке и коснулась тёплой кожи.

– Ты изнуряешь себя чувством вины, но ты не знаешь, как бы всё сложилось, действуй мы иначе. Пожалуйста, перестань. Ты выглядишь плохо. Так нельзя. Ты совсем не спишь.

– Тяжело спать, когда ты так далеко, – его веки распахнулись, и моё сердце сжалось от болезненного взгляда, – и я не знаю, что с тобой происходит.

Он прижался к моей ладони, обхватив её другой рукой, и потёрся щекой.

Перед глазами снова всплыли картинки того кошмара, где Маркус кричал, умоляя, чтобы девушка, в чьих объятиях он был так спокоен, вернулась.

– Можно кое-что спросить? Я просто хочу разобраться с собственной головой, – Маркус замер и перевёл на меня взгляд, – иногда мне снятся кошмары или являются размытые видения, и я не могу понять, воспоминания это или мой мозг сам генерирует эти картинки.

– Что за кошмары? – его взгляд стал сосредоточенным, но рука всё ещё удерживала моё запястье.

– На днях мне приснилось, будто я наблюдаю, как ты спишь на диване и умоляешь кого-то не сдаваться. Потом тебя разбудила Хэйли. Ты спал спокойнее рядом с ней, ты сам так говорил во сне. Я не знаю, – я замотала головой, – может это просто мои переживания за тебя обрели такую форму во сне.

– Пойдём, – всё ещё держа меня за руку, Маркус проследовал к столу и закрыл программу видеотрансляции. Кликнув по другой папке, он запустил видео и промотал примерно треть. Когда Маркус наконец нашёл нужный фрагмент и остановил перемотку, на экране показалась картинка: в приглушённом свете комнаты, озаряемой лишь плавными переливами тёплого свечения гирлянды, свернувшись клубком на диване, лежал Маркус. Его тело, точь-в-точь как во сне, корчилось от боли, слабый шёпот и стоны едва ли можно было разобрать. Он выглядел таким слабым и маленьким, несмотря на то, что едва помещался на диване.

На верхней ступени показалась Хэйли, с подозрением перегибаясь через перила.

– Маркус, – голос был обеспокоенным, – Маркус!

Я молча наблюдала за тем, как Хэйли спустилась вниз и присела рядом с диваном на колени. Снова неразборчивый шёпот, и её пальцы коснулись щеки брюнета.

– Маркус, проснись. Это сон. Это всего лишь сон, просыпайся.

Выражение её лица было встревоженным. Когда парень вздрогнул, на лице девушки расплылась улыбка.

– Эй! Всё хорошо, всё хорошо. Это не по-настоящему. Что бы тебе не снилось, это не по-настоящему.

Она заставляла его сконцентрироваться на ней, поглаживала его лицо и выглядела такой заботливой и встревоженной, хоть в её взгляде ощущалась неловкость, когда Маркус обхватил её и прижал к своей груди.

– Я с трудом засыпал, – начал Маркус, – до твоего появления, да и несколько ночей после, потому что боялся снова погрузиться в кошмар, из которого не было выхода. Но в ночь, когда ты получила травму, я впервые спал спокойно.

– Это был не сон, да? – я развернулась к нему лицом, – всё, что я вижу сейчас, и то, что я видела во сне, – одно и то же.

– Да, – он задумчиво кивнул.

– Можно мне взять запись? Может я найду какую-то зацепку?

– Конечно, я попрошу Дэнни, чтобы он сделал копию для тебя, – Маркус снова изучающе оглядел меня, – что ещё ты вспоминаешь?

– Не знаю. Временами... Это всего лишь мгновения... Будто я пытаюсь ухватиться за что-то, что проносится мимо меня на бешеной скорости. Иногда это просто фразы, иногда определённые события, запахи или звуки провоцируют картинки или разговоры. На прошлой неделе, когда мы были на вечеринке в честь моего Дня рождения, один из парней поранил руку, и, мне кажется, я частично погрузилась в момент, когда Дэнни зашивал мою рану: кисть пронзила острая боль, и я услышала голос. Твой голос. Ты говорил, что я сильная и значима.

– Ты была поразительной. Никто из нас не ожидал, что ты вынесешь это.

– И вы великолепно справились со своей задачей, – я указала на плечо, заключённое в бандаж, и на губах Маркуса мелькнула грустная улыбка.

– Всё могло быть гораздо хуже. Вы позаботились обо мне, хотя, я уверена, для вас это тоже было непросто. Так позволь мне позаботиться о тебе, – я снова взяла его за руку, заставляя посмотреть на меня, – тебе необходимо выбраться из этой западни.

– Как тебе это удаётся? – смущённая улыбка на его лице стала шире, и он провёл большим пальцем по костяшкам, снова вызывая мурашки, – не отчаиваться в сложных ситуациях и концентрироваться на чём-то хорошем?

– Моя жизнь и так дерьмовая штука: то предательство отца, то смерть подруги, теперь весь этот кавардак, – я усмехнулась, и инстинктивно крепче сжала его ладонь, – если позволить себе раскиснуть, вообще ничего не останется.

– У вас с Хэйли очень много общего, – он присел на край стола, расставив ноги так, что, сделав ещё шаг, я бы оказалась между ними, – из нас двоих она всегда была более жизнерадостной. И даже когда мы осознавали, чем может всё это закончиться, она думала о том, как сохранить это в памяти. Обменяться напоминаниями было твоей идеей.

Я уже не понимала, была ли Хэйли реальной? Была ли разница между нами? Было ли то, что я чувствовала, находясь здесь, рядом с ним, воспоминаниями Хэйли или моими собственными чувствами?

– Футболка, которая осталась у меня, уже почти не пахнет, – к слову подметила и тут же поняла, как это звучало.

Я почувствовала, как мои щёки налились румянцем, когда в глазах Маркуса промелькнула какая-то искра.

– Я могу дать ещё одну, – голос парня стал непривычно игривым, с хрипотцой, царапающей обнажённые нервы, и внизу живота разлилось приятное тепло.

– Я не то имела в виду, – я замахала руками, понимая, что щёки становятся ещё краснее.

– Ты говорила, что так лучше спишь. Кто, если не я, знает лучше, насколько это важно? – он решительно поднялся, почти соприкоснувшись с моим телом, и направился в сторону спальни.

– Хорошо, – я последовала за ним, пытаясь поспевать за широкими шагами, – тогда что могу сделать я? Чтобы ты тоже смог заснуть?

Брюнет остановился на пороге спальни и окинул меня таким взглядом, что по коже пробежались шаловливые мурашки, заставившие меня проглотить собственный вздох. Его глаза заблестели, и лицо приобрело соблазнительное выражение.

– Могу я взять твой номер? – медленно произнёс он, всё ещё мягко скользя взглядом по моей коже.

– Номер? – удивилась я, – но ведь у Дэнни есть мой номер.

– Чтобы я мог разговаривать с тобой без надсмотрщиков.

Он хотел созваниваться. Только мы, без участия Дэнни и Кайлы. Это звучало интригующе. Будто мы пытались спрятаться, словно это тайный роман.

Я кивнула, поймав взволнованный взгляд парня.