Текст книги "Куклы: Пробуждение (СИ)"

Автор книги: Анна Душинина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 28 (всего у книги 34 страниц)

Глава 44

Мэтью

Господи...

Неужели я всё ещё живой? Неужели мне удалось дожить до этого дня, и то, что сейчас происходит со мной, не следствие очередного помутнения рассудка?

Её крошечное, хрупкое горячее тело прижимается к моему. Её нежные губы впиваются в мои так жадно, будто это её единственный шанс.

Нет, малышка. Всё закончилось. Я боролся так долго, только чтобы заслужить эту возможность прикоснуться к тебе.

И, чёрт возьми, это стоило того.

Не прошло и дня, чтобы я не думал об этом моменте, с тех пор, как узнал, кто она такая. Но мне нужно было это время. Я должен был завершить этот путь самостоятельно.

Пальцы девушки скользнули по моей шее и впились в затылок. Из моей груди вырвался стон, и я прижал её тело крепче к себе, отрывая от пола, когда почувствовал, как она привстала на носочки.

Она тянулась ко мне. Святые небеса! Эта девушка всё ещё тянулась ко мне. Спустя столько времени.

Поражённо всхлипнув, она отпрянула от моих губ и, тяжело дыша, обхватила моё лицо ладонями и подняла взгляд.

Это даже лучше, чем он говорил.

Расплывшись в улыбке от собственных мыслей, я вгляделся в её глаза. Холи казалась опьянённой, заторможенно скользя взглядом за пальцами, изучающими моё лицо.

– Это гораздо красивее, чем я мог себе представить, – хрипло произнёс, вглядываясь в глубину её сияющих глаз, в темноте кажущихся тёмно-синими. Тонкие белые паутинки, больше похожие на пенные волны бушующего океана, пульсировали и будто гипнотизировали меня, засасывая в глубину почерневших зрачков.

Её глаза заслезились, и она зажмурилась, снова прижимаясь к моим губам.

– Почему ты не пришёл раньше? Почему, если давно уже знаешь о нас, ждал так долго? – всхлипнув, прошептала девушка, опаляя мои губы жаром своего дыхания.

Сладковато-пряный аромат её кожи наполнил мои ноздри, и всё моё застывшее нутро вспыхнуло. Всего один вдох, а я уже отчаянно пытался удержать в узде тело, внезапно проснувшееся от длительной спячки.

– Я должен был стать сильнее, Холи. Ради тебя, – прошептал, прижимаясь лбом к её, – ты так много сделала для меня. Так отчаянно боролась и держала меня на плаву, что я хотел, чтобы... – я сглотнул, пытаясь собрать мысли в кучу, – если ты всё ещё любишь меня, если всё ещё веришь в нас, я должен был стать достойным тебя.

– Достойным? – она снова всхлипнула и откинулась назад, повиснув в моих объятиях и глядя в глаза, – ты всегда был достойным.

– Я был размазнёй, Холи, – я криво улыбнулся, – всё время, находясь в сознании Маркуса, я был слаб. В моей голове творился такой беспорядок, а ты постоянно вытаскивала меня на поверхность. Я не хотел, чтобы наша свобода начиналась с борьбы. Я должен был разобраться со всем, прежде чем снова посмотреть в твои глаза. Должен был снова научиться бороться сам.

Она снова зажмурилась и опустила голову.

– Я сдалась, Мэтью, – прошептала девушка и отпустила меня, сползая вниз по моему телу, пока не коснулась ногами пола, – все эти месяцы я медленно скатывалась к смирению с тем, что мои страхи оказались правдивы.

Её слова звучали еле слышно, пока она, глядя перед собой и пряча от меня взгляд, пыталась выразить то, что тревожило её всё это время.

– Я с каждым днём убеждалась всё больше, что не нужна тебе. Что мне нет места в твоей реальной жизни. Что ты наконец-то обрёл всё, чего хотел, и я больше не нужна тебе.

– Я постоянно чувствовал тебя, – я обхватил её лицо ладонями, заставляя снова взглянуть на меня.

– Первые недели казались каким-то безумием. Иногда я словно впадал в транс, отключался от реальности, слыша голоса в своей голове. Сны казались слишком реальными. А ещё у меня было это, – я запустил руку в задний карман джинсов и достал маленькую розовую резинку с крошечным бантиком.

Лицо девушки озарилось улыбкой, и она закусила губы, глядя на маленький якорёк, который я оставил в память о ней.

– Я ломал голову, откуда это у меня. Пока Дэнни не рассказал о тебе. Пока я не увидел собственными глазами, чей призрак преследовал меня в сладостных видениях.

Холи склонила голову, вглядываясь в мои глаза, и я заметил, как её щёки зарумянились.

– Почему ты велела отцу, чтобы он не рассказывал о тебе?

Она отвела взгляд, глядя куда-то в сторону моего плеча, и рвано вздохнула.

– Я тоже не хотела, чтобы, обретя свободу, ты чувствовал себя взаперти. Не хотела, чтобы ты был со мной, только потому что чувствовал себя обязанным. Это худшее, что я могла представить для нас обоих: отношения из благодарности, из чувства долга. Это никого бы не сделало счастливым. Я чувствовала тебя повсюду: ты снился мне, я слышала твой голос. Я, чёрт возьми, не могла поцеловать своего парня, потому что моё тело противилось этому. Оно всё ещё помнило тебя.

Мои скулы напряглись оттого, что я увидел чуть больше часа назад, когда Холи подъехала к дому с тем парнем. Терренс, кажется. Я растерялся и разозлился одновременно, что она могла возобновить отношения с ним.

– Но тебя не было так долго, – она закрыла глаза и покачала головой, – и я решила, что с тобой этого не произошло, а значит нужно отпустить. Я понимала, что наши жизни вряд ли пересекутся. А когда увидела тебя на той вечеринке, – брови девушки нахмурились, – поняла, что совершенно не вписываюсь.

– Признайся честно: это единственное, что являлось препятствием для тебя? Неуверенность в моих чувствах и нежелание давить на меня были единственной причиной, которая удерживала тебя подальше от меня?

– Я ни секунды не переставала тебя любить, – она покачала головой и закрыла глаза, – мои чувства остались неизменными, но я боялась взглянуть в твои глаза и не увидеть той любви и обожания, которые были в них прежде.

– Малышка, – я выдохнул, опьянённый сладостным привкусом удовлетворения, и притянул её снова в свои объятия, – я не мог найти покоя, пока не обнял тебя на пороге твоего дома.

Её ладони скользнули по моей спине, и я едва не застонал от ощущения шаловливых мурашек, бросившихся врассыпную по моей коже.

– Позволь мне начать всё с начала, – мои пальцы скользнули по тонкой шее, и Холи судорожно вздохнула и запрокинула голову.

– С начала? – переспросила девушка и непонимающе нахмурила брови.

– У нас ведь теперь есть всё время мира? – я улыбнулся, и Холи настороженно прищурилась, – и мы никогда не ходили на свидания.

– Свидания? – она округлила глаза, и её губы распахнулись от удивления.

– Свидания, – кивнул я, – как все нормальные люди, узнающие друг друга постепенно.

Она рассмеялась и покачала головой.

– Мы – не нормальные, Мэтью.

– А даже если и так, – я пожал плечами, – ты пойдёшь со мной на свидание, Холи?

Она закусила губу, продолжая хихикать, и всё моё тело охватила волна тепла от её застенчивого вида.

– Так да или нет? – я выжидающе смотрел на неё, склонив голову, и моё сердце восторженно подпрыгнуло в груди, когда она одобрительно закивала.

– Первое свидание... Звучит интригующе.

Её взгляд стал игривым, и она посмотрела на меня из-под полуопущенных ресниц.

– Тогда завтра?

– Завтра?

– В 6.

– В 6. Хорошо, – она кивнула, продолжая улыбаться, словно выиграла в лотерею.

– Я заеду за тобой в 6, – повторил я и отступил спиной вперёд, двигаясь к окну, но всё ещё не в силах оторвать взгляд от неё.

– Тогда спокойной ночи? – хрипло произнёс, бросив взгляд на её закушенные губы.

– Спокойной ночи, – выдохнула Холи.

Я достиг окна и замер.

– А знаешь, – я снова двинулся навстречу девушке, – я не смогу дожить до завтра.

И, поравнявшись с ней, обхватил ладонью её шею, утопая в мягких локонах, и снова притянул к себе, накрывая губы поцелуем.

Она была нежной, горячей и такой сладкой на вкус, отдаваясь мне с желанием. Её тонкие пальчики скользили по коже лица и шеи, заставляя дрожать от сладостных волн, прокатывающих по моему телу.

Начать всё с начала будет чертовски сложно, зная, как она хороша на вкус. Но у нас было всё грёбаное время мира, чтобы узнать друг друга заново. Не торопясь, наслаждаться каждым мгновением.

– До завтра, Холи, – прошептал, отстраняясь и глядя, как дрожат её ресницы.

Облизнув губы, я отступил снова к окну, оставляя её стоять возле кровати, и, взявшись за всё ещё поднятую створку, вылез наружу. Прохладный вечерний майский воздух всколыхнул волоски на обнажённой коже рук, и я расплылся в улыбке от блаженного чувства эйфории.

Ещё раз взглянув на Холи, будто сияющую в свете уличного фонаря посреди тёмной комнаты, я двинулся вдоль стены.

Чёрт возьми, этот день стоит отметить, как начало новой жизни.

Осторожно ступая по узкому выступу крыши над гаражом, я старался держаться как можно ниже и не привлекать внимание соседей. Внезапно мне захотелось рассмеяться от ощущения, будто мне снова шестнадцать, и я тайком пробираюсь домой после вечеринки, чтобы отец не поймал меня пьяным.

Погрузившись в воспоминания, я растерял внимательность, оступился и соскользнул, нелепо махнув ногами в воздухе, а затем приземлился на задницу и поехал вниз по наклонной. Сердце замерло на мгновенье, но я всё же сумел ухватиться за козырёк и безопасно и бесшумно приземлиться между домом и забором.

– Мэтью, – послышался встревоженный писк девушки, и я вскинул голову, – ты в порядке?

Глядя на неё снизу вверх, я рассмеялся и поднял руки вверх.

– Лучше не бывает.

Холи рассмеялась вместе со мной, присев на край окошка.

Точно, будто подросток.

– Спокойной ночи, – игриво произнесла малышка.

– Спокойной ночи, – тихо прошептал в ответ, всё ещё ощущая, как мои скулы сводит от широченной улыбки.

Уже направляясь домой, расслабленно откинувшись в кресле своего Рэндж Ровера, я всё ещё с трудом осознавал, что это случилось.

Мы наконец-то встретились.

Я чувствовал себя мальчишкой, который залазит в окно к девчонке, чтобы украсть её поцелуй, и с нетерпением ждёт следующего дня, потому что она, чёрт возьми, согласилась на свидание.

Я даже не помню, когда в последний раз моё сердце так колотилось от восхищения.

Она согласилась на свидание!

– Уоу! – громко вскрикнул, ударив по рулю, и в этот же момент какая-то попсовая песня на радио прервалась рингтоном звонка.

Увидев имя на экране, я ответил.

– Да?! – трудно было сдержать радость в моём голосе.

– Ну что? Как всё прошло? – послышался голос Дэнни из динамиков.

– Просто отлично.

– Что это значит? Ты встретился с ней? Вы поговорили?

Я рассмеялся, слыша, как друг взволнованно пыхтит в трубку.

– Ты смеёшься, – хмыкнул Дэнни, – значит это хороший знак?

– Чертовски хороший знак, – ответил я, – ты даже не представляешь насколько хороший.

– Да какого чёрта ты томишь?! – взревел парень, и я почувствовал, как в груди разлилось тепло.

– Дэнни, – сделавшись серьёзным, произнёс я, – твой план сработал.

Три месяца назад

Проклятье. Что я здесь забыл? Мне совсем не хочется всего этого.

Стакан с пивом в моей руке уже стал тёплым, а я за всё это время сделал всего один глоток.

Ничего не приносит радости. Почему я не могу вернуться к нормальной жизни? Раньше всё казалось таким простым: днём учёба, вечером тусовки. Даже если сил к концу дня не оставалось после подработки в больнице отца, я чувствовал себя расслабленно, зависнув на чьём-нибудь диване, со стаканом в руке и окружённый вниманием девчонок. Но сейчас мне казалось, будто я не на своём месте.

– Чёрт, Бриана, кажется, сейчас выпрыгнет из трусиков, – мой приятель Саймон кивнул в сторону брюнетки, медленно покачивающей бёдрами в центре комнаты и пристально глядящей на меня, – кажется, кое-кто соскучился.

Парень прыснул от смеха и сделал глоток из своего стакана, продолжая глазеть на девушку.

Бриана Уолкокс. Она училась на курс младше меня, и мы несколько раз проводили время вместе. Без обязательств. Она не особо сдерживалась, когда наши пути не пересекались, и с лёгкостью находила того, кто сможет охладить её пыл на время. Но стоило мне попасть в её поле зрения, другие парни оставались за бортом.

Меня не особо волновало, с кем тусуются девчонки, с которыми я спал время от времени. У меня никогда не было потребности удержать кого-то из них рядом с собой дольше, чем мой пульс вернётся к нормальному ритму. Но некоторые из них были особенно хороши, чтобы отказывать себе в удовольствии.

Бриана знала свои лучшие стороны. У неё была пышная упругая грудь, которую было приятно сжимать в ладонях, пока трахаешь её сзади, стройная фигура и чертовски соблазнительная задница, так горячо врезающаяся в мои бёдра. И она знала, как показать себя во всей красе, покачиваясь в танце.

Но сейчас при взгляде на неё у меня не вздрагивала ни одна жилка.

– Нууу, если не хочешь её, я могу тебя выручить, – парень выгнул бровь дугой, хищно улыбаясь.

Я перевёл взгляд на него и ухмыльнулся.

На самом деле, мне было без разницы, кто сегодня решит её проблему. Но странное спокойствие в моём теле тревожило меня.

С тех пор, как вернулся в собственное сознание, я словно потерял вкус к жизни: мне не хотелось развлечений, не хотелось тусовок. Проклятье, меня не влекло ни к одной девчонке. Я знал, что прошлые полгода провёл, скрываясь от отца и от людей Саласа, которые меня преследовали, не посещал занятия, не виделся с друзьями и вряд ли прикасался хоть к одной девушке. Так почему, спустя столько месяцев воздержания, я не хотел наброситься ни на одну из тех, с кем даже не пришлось бы напрягаться?

Что с тобой не так?

Саймон продолжал что-то говорить о прелестях Бри, а меня это уже начинало выводить из себя. Поднявшись с дивана, я двинулся в сторону второго этажа, пробираясь через толпу, и прошёл мимо девушки, всё ещё продолжающей бросать мне недвусмысленные взгляды. Преодолев несколько ступеней, я остановился и, облокотившись на перила, окинул толпу взглядом.

Эти люди кажутся такими живыми. Им легко. Весело. Они выглядят расслабленными.

Мой взгляд зацепился за неизвестную мне парочку, танцующую неподалёку от Брианы: парень прижимался пахом к бёдрам девчонки, откинув её длинные светлые волосы в сторону и скользя губами по обнажённой коже шеи и плеча. Его губы медленно шевелились, и девушка распахнула рот, а затем улыбнулась, явно поражённая тем, что он шептал ей.

Внезапно в паху стало тесно от промелькнувших перед глазами картинок: как размытые образы фигур прижимаются друг к другу, как голова незнакомой девушки откидывается на грудь парня, а он неспешно двигается, то проникая, то выскальзывая из её миниатюрного тела.

Я неосознанно отсалютовал стаканом, будто самому себе, признавая, что, чёрт возьми, мой член не вышел из строя, и я был способен возбудиться.

Отпив глоток пива, я едва не скривился оттого, каким противным оно стало на вкус, и встретился взглядом с Брианой.

Кокетливо улыбаясь ярко-красными губами, она определённо направлялась в мою сторону.

Я пристально следил за ней, прислушиваясь к реакциям собственного тела, но прогресса не было. Глухо. Она была симпатичной, сексуальной, и я знал, что ночь будет не скучной, если мы закроемся в одной из спален наверху. Но мои мысли рассеивались. Глядя на неё, я всё равно отвлекался на тех двоих в моей голове.

– Где ты пропадал? – послышался томно-игривый голос девушки, и взгляд снова прояснился и сфокусировался на её лице, – я скучала без тебя.

Неужели?

Я ухмыльнулся про себя.

Провожаемая моим взглядом, она обогнула меня и провела ногтями по моей шее, а затем запустила пальцы в волосы.

– Чёрт, ты ещё сексуальнее, чем прежде, – восхищённо прошептала девушка, слегка сжав мои отросшие волосы, а затем заскользила рукой по плечу.

Твою мать! Заставь меня почувствовать хоть что-то!

– Может не будем тратить время на прелюдии? – прощебетала Бри, практически уткнувшись сиськами мне в лицо, и я едва сумел подавить смех, снова отхлёбывая пиво.

Да какого хрена с тобой не так? Это уже смешно!

Её ладони снова скользнули по моей шее, и я попытался представить, как это будет ощущаться. Её стройное подтянутое тело распластано передо мной на кровати, и она жаждуще разводит бёдра шире, призывая скорее войти в неё.

Я провожу ладонью по её талии, пытаясь напомнить, какая она на ощупь, но перед глазами вспыхивает снова незнакомый образ: как белокурая девушка, оседлав мои бёдра, запрокидывает голову, пряча своё лицо от меня, и раскачивается вверх-вниз, а мои ладони крепко сжимают её талию.

Холи...

В мыслях шепчу я, но голос кажется не моим и таким реальным.

Осознав, что поднимаюсь по лестнице следом за Бри, я снова сфокусировал взгляд.

– Холи, подожди! – снова послышался голос сквозь музыку, и я резко обернулся на звук.

Белокурые волосы мелькнули в толпе, и я нахмурился, видя, как Дэнни Картен пробирается через толпу, пытаясь угнаться за девушкой, движущейся в сторону выхода.

Какого...?

Почему-то мне вдруг срочно понадобилось выяснить, что происходит, и я, как загипнотизированный, оторвался от Брианы и побрёл вниз по лестнице, не выпуская макушку Дэнни из виду.

– Мэтью! – разочарованно воскликнула Бри, но я лишь бросил мимолётный взгляд в её сторону.

– Прости! Не сейчас, – и снова принялся искать парня.

Проклятье! Куда ты подевался?

Проталкиваясь через толпу, я двинулся в сторону выхода, куда, как мне показалось, могла побежать блондинка. Сердце грозилось пробить грудную клетку, и я вдруг осознал, что это именно то, чего я так долго желал. Потому что после того, как я пережил мысль, что мог потерять отца, моё сердце больше ни разу не выходило из себя. Мой пульс зашкаливал, я отчаянно плутал взглядом над головами людей, боясь, что упущу её из виду.

Это ведь она была тогда там, возле кабинета психиатра, когда я только вернулся в собственное сознание. Я не сумел выбросить из головы воспоминания о её глазах и о том, как она провожала меня взглядом.

Повернув за угол, я заметил у порога парня с высветленными волосами. Он стоял лицом к выходу и выглядел растерянным.

– Эй, Дэнни! – окликнул его я, не сводя глаз с двери, и парень повернулся.

Склонив голову, он нахмурился, но выглядел скорее озадаченным, чем раздражённым.

– Девушка, – я указал на дверь, – блондинка, за которой ты гнался. Твоя девушка?

Он прищурился, но я заметил странную улыбку на его лице.

– Почему ты спрашиваешь? – поинтересовался парень.

Действительно. Почему?

Если это его девушка, какого чёрта я вообще лезу к нему?

– Я...

Что я должен был сказать? Что не могу выбросить из головы девчонку, которую видел лишь мгновение? Его девчонку?

– Не знаю... – выдохнул я, – забей, ладно?

Мне нужно было... Я должен был оставить его в покое.

Я сделал шаг назад, всё ещё растерянно глядя на закрытую дверь.

– Серьёзно? – усмехнулся Дэнни и закатил глаза, – ты вот так просто сдашься?

– Что? – я остановился, снова посмотрев на него.

– Она моя подруга, а не девушка. И мы оба здесь из-за тебя.

Из-за меня?

– Думаю, сейчас самое время, – произнёс парень, глядя на меня так, будто моей миссией было спасти мир или, как минимум, маленькое государство.

– О чём ты?

Глава 45

Три месяца назад

Мэтью

– Если ты смотришь это, значит всё получилось. Значит, ты наконец-то можешь вернуться в родной дом, спокойно поговорить с отцом. Чего не мог сделать я.

Это так странно. Я сидел в совершенно незнакомой мне комнате, в доме, где никогда не бывал ранее, и смотрел в собственное отражение, говорящее со мной.

Это было бы странно, если бы не то, что произошло со мной полгода назад.

– Я бы хотел сказать, что мне жаль, что всё так вышло. Что я запустил всё настолько, что почти разрушил собственную жизнь. Твою жизнь. Что подверг отца страданиям. Я не хотел ничего этого. Правда. Но всё сложилось, как есть, и это было сильнее меня.

Моя точная копия смотрела на меня с экрана ноутбука, сидя на том же самом месте, что и я сейчас.

– Не вижу смысла пересказывать всё, что произошло с нами. Наверняка, ты знаешь уже достаточно. А, если у тебя и остались вопросы, Дэнни отдаст тебе записи. Но я хочу рассказать кое-что. То, что ты не увидишь на этих записях.

Маркус опустил взгляд, и задумчивая улыбка отразилась на его лице.

– Я прожил в этой квартире... – он усмехнулся, – ты. Ты прожил в этой квартире почти два месяца. Практически в одиночестве. И мне нечего рассказать об этом времени, кроме того, что тебе чертовски повезло встретить Дэнни. Не помню, есть ли в твоей жизни настолько преданные и надёжные друзья, но этот парень... Он стал мне братом.

Скулы на лице Маркуса напряглись, и он сглотнул.

– Дэнни, словно кол в заднице, – он снова усмехнулся, и я невольно хмыкнул, расплываясь в улыбке, – который сводит меня с ума и не даёт спокойно жить, заставляя шевелиться, заниматься чем-то полезным, чтобы я не загнил взаперти в этой квартире и в собственных спутанных мыслях.

Выражение его лица стало серьёзным.

– Он столько всего сделал для меня. Ты знаешь хоть кого-нибудь, кто совершенно безвозмездно дал бы тебе крышу над головой, хранил твою тайну и днём и ночью искал решение твоей проблемы?

Он изогнул бровь, сделав паузу, будто ожидал ответа.

– Вот и я не знаю.

В комнате повисла тишина, пока я ожидал, когда же Маркус продолжит.

– Дэнни – лучший друг, которого у меня, наверно, никогда не было. Он поддерживал меня, вытаскивал со дна, когда отчаяние затмевало мой разум. И если бы не он, ничего бы не вернулось на свои места. И ты никогда бы не обрёл её.

Её.

Маркус тяжело вздохнул.

– Я не надеюсь на счастливый конец. Но, чёрт возьми, я так хочу, чтобы у нас был шанс.

Его глаза заблестели, и он снова улыбнулся.

– Я встретил Холи незадолго до Рождества. Точнее, тогда она тоже была не в себе и называла себя Хэйли. В ту ночь она была напугана, растеряна и огорчена. Я не должен был приводить её сюда. Я понятия не имел, кто она такая, и её появление могло быть ловушкой для меня. Но вопреки всем доводам рассудка, я не смог оставить её там. Странный инстинкт, требующий защитить её, полностью захватил моё сознание в ту ночь. Это было плохим решением, поселить её здесь. Но я повторил бы это снова тысячи раз, если бы знал, что мы будем проживать это вновь и вновь. Она бесстрашная, упёртая, немного безумная временами, – он расплылся в улыбке, а в следующее мгновение его глаза наполнились восторгом, – и чистая. Невинная настолько, что способна открыть своё сердце тому, кто причиняет ей боль.

Перед глазами снова всплыл её образ. Как она, стоя возле кабинета, с надеждой смотрит на меня.

– Она невероятная, Мэтью. Эта девушка, словно первый вдох, пробуждающий тебя от глубокого сна. И я столько раз обижал её, насмехался над ней, заставлял чувствовать себя одинокой. Но только потому что знал, как больно будет потерять её. Знал, что, если я не позволю ей стать значимой, отпустить её будет гораздо легче.

Он замолчал и закрыл глаза. Его губы поджались, но я видел, как трясётся его подбородок. Лицо объяла гримаса боли, а когда он снова открыл глаза, в них сияли слёзы.

– Но это невозможно. Её невозможно не любить, Мэтью. Я не знаю человека прекраснее и сильнее Холи. Она боролась за тебя. Боролась тогда, когда у меня уже опускались руки. Рисковала, чтобы у тебя был шанс вернуться и восстановить свою жизнь. Не зная тебя настоящего.

К горлу подкатил ком, и я на мгновенье задержал дыхание, чувствуя, как лёгкие распирает необъяснимая боль. Не помню, когда я чувствовал себя так отчаянно, как Маркус. Последний раз, вероятно, после смерти мамы.

– Я так люблю её, Мэтью. Так сильно её люблю, что боюсь закрыть глаза. Боюсь, что, когда открою, её уже не будет. Не потому что она оставит меня. Нет, – он покачал головой, не сводя с меня взгляда, – а потому что я её больше не вспомню.

Я совершенно ничего не знал об этой девушке, но я помнил момент нашей первой встречи. Помнил, как, входя в кабинет доктора Конрада, необъяснимо тянулся к ней, желал снова посмотреть в её восхитительной красоты глаза. И как вчера бросился догонять её, потому что... потому что меня влекло к ней. Как не влекло ни к одной девушке.

– Она была моей. Всегда и безоговорочно принадлежала только мне, даже когда забыла меня. Даже когда вернулась к своему парню, она всё равно осталась только моей. Будучи Хэйли, она спрятала меня где-то глубоко в сердце до тех пор, пока Холи не была готова принять правду. Она забыла, как любила меня, но это не помешало ей полюбить меня снова. Словно сама судьба подталкивала нас друг к другу.

Судьба.

– Она словно ангел. Крошечное небесное создание, вдохнувшее в меня жизнь, оберегавшее меня и подарившее мне надежду. И я не хочу её потерять. Знаю, что завтра, вероятнее всего, уже не вспомню её. Но я не хочу даже допускать мысли, что она будет принадлежать кому-то другому. Не будет принадлежать тебе.

Маркус поднял руку, и моё внимание привлекла тонкая эластичная розовая повязка с маленьким бантиком на его левом запястье.

Это та загадочная вещица, которую я то и дело крутил и перебирал между пальцами, пока доктор Конрад излагал мне суть произошедшего, и каждый раз, когда я оказывался в кабинете своего нового психотерапевта. Она успокаивала меня. Будто была моим оберегом.

– Мы оставили напоминание о себе, прежде чем Хэйли забрали. У неё была моя футболка. Та, в которой я наслаждался ею с тех пор, как она получила травму.

Травму?

Я нахмурился, но у меня не было времени на раздумья, потому что Маркус не останавливался.

– А мне досталась её резинка для волос, как напоминание о том, как спокойно в её объятиях, когда она прижимается к моей груди, а я утопаю в аромате её волос.

Маркус потеребил крошечный бантик между пальцами, а затем снова посмотрел на меня.

– Сейчас она вместе с нашими родителями, должно быть, выводит Саласа на чистую воду, заставляя его вернуть всё на свои места. И если у неё получится до него достучаться, значит, скорее всего, нам осталось совсем немного. И я надеюсь, что это, – он оттянул резинку и шлёпнул ею по запястью, – поможет тебе вспомнить её. Или хотя бы докажет, что всё это было в действительности.

Маркус снова глубоко вздохнул, и его плечи поникли.

– Я не могу тебя заставить полюбить её так, как она того заслуживает. Но я просто хочу, чтобы ты дал ей шанс. И дал шанс самому себе проникнуться ею.

Затем парень протянул руку вперёд, и в следующую секунду экран потух. А я всё так же продолжал гипнотизировать почерневший монитор.

Это было послание. На случай, если я забуду всё это.

Но, если всё так, как сказал Маркус, значит Холи помнит всё это. Тогда почему до сих пор не объявилась? Почему не попыталась рассказать мне обо всём?

Нет. Мне этого было недостаточно. Маркус рассказал в общих чертах, но я хотел большего. Хотел знать каждую деталь.

Записи. Он сказал, у Дэнни есть записи.

Я подорвался из кресла, обогнул стол и направился к выходу из кабинета. Спустившись до середины лестницы, оглядел пространство первого этажа и заметил Дэнни, сидящего за кухонным островом, глядя на чашку кофе в своих руках.

– Дэнни.

Парень поднял взгляд на меня.

– Досмотрел?

– Да, – я кивнул, ступая на пол, и направился к нему, – Маркус сказал что-то о записях. Они у тебя?

– Да.

Дэнни тут же нырнул в карман толстовки и извлёк маленькую флешку.

– Здесь всё, что мы успели сохранить с момента появления Хэйли и до того дня, когда ты покинул эту квартиру.

Он положил её на стол, но тут же накрыл ладонью.

– Хочу сразу акцентировать твоё внимание на том, что я не смотрел ничего из того, что происходило здесь между вами. Только некоторые моменты, – он взметнул ладони вверх, – и только до того момента, где вы решили осквернить мою кухню! Так что, если в тебе проснётся инстинкт собственника, я хочу остаться в живых, заранее предупредив, что я не видел её голой, и всё в таком роде.

Осквернить кухню?

Я обвёл взглядом кухонную зону, и почувствовал, как моё тело оживает от волны жара, при мыслях, где и в каких позах это могло происходить.

В это же мгновенье перед глазами снова всплыли видения, теперь уже не кажущиеся наваждением.

Что, если это и были воспоминания, которые я игнорировал?

– Если ты не против, я бы предпочёл, чтобы ты предался фантазиям где-нибудь в уединённом месте, – рассмеялся Дэнни, и я мгновенно протрезвел.

– Так, хорошо, – тряхнул головой, приводя мысли в порядок, – с записями ясно. У меня другой вопрос: почему никто из вас не рассказал мне раньше о том, что произошло здесь? Вы были вместе там, когда я вышел из кабинета. Кажется, ты сказал, что пришёл поддержать подругу.

Дэнни сцепил ладони в замок и внезапно сделался серьёзным.

– Мы знали, что всё может закончиться именно так, как закончилось, – он взглянул на меня, – я должен был убедиться, что ты действительно вернулся в свою шкуру, и что мне придётся поступить так, как ты велел. И я знал, что Холи будет нелегко перенести это. А она бы не ушла, пока не увидела тебя.

– Как я велел?

Дэнни кивнул.

– Когда Хэйли похитили, Салас вернул её в прежнее состояние, стерев все воспоминания о тебе, обо мне и о том, что здесь происходило. А когда через некоторое время она связалась со мной, обнаружив мой номер телефона в своём рюкзаке, была шокирована, что забыла абсолютно всё. И ей пришлось заново вспоминать, привыкать. Поэтому, когда стало ясно, что с тобой может произойти то же самое, ты записал обращение и велел показать, когда я пойму, что пришло время.

– Почему сейчас?

Я не понимал, почему нужно было ждать так долго. Почему нельзя было показать мне всё это сразу после пробуждения?

– Холи не хотела торопить события. Сказала, чтобы я подождал, пока ты освоишься, наладишь отношения с отцом. Но сегодня она увидела то, к чему не была готова.

Парень нахмурился и одарил меня суровым взглядом.

Увидела...

Вот чёрт!

Меня окатило холодным потом.

– Бриана, – прошептал я, и Дэнни кивнул.

– Холи решила, что опоздала. И что с тобой не произошло того же, что и с ней.

Я откинулся на спинку стула и уставился на флешку, лежащую передо мной.

– Слушай. Она расстроилась, да. Но я знаю Холи. Она упёртая и сильная. И то, что она чувствует к тебе, это не мимолётное. Она любит тебя. По-настоящему любит того, кого знала, когда ты был Маркусом. И даже, если сейчас она увидела то, что её разочаровало, она не совершит импульсивных действий. Она придёт домой, вероятно, запрётся в своей комнате и будет плакать, может даже ругать себя, что упустила возможность. Но ты был важен для неё, и она хранила веру достаточно долго, чтобы не отказаться от всего этого в одно мгновенье.

Он подтолкнул флешку ко мне.

– Просто разберись с этим. Тебе стоит увидеть очень многое. И я буду рядом, если тебе понадобится помощь. Но не принимай решений второпях. Холи достойна большего, чем импульсивных чувств. Но и не затягивай слишком долго, чтобы она не зачерствела.

***

Обижал?

Я бы так не сказал. Маркус вёл себя дерьмово каждый раз, когда вступал с ней в диалог. Дразнил, насмехался, игнорировал.

Бэмби. Как такое пришло на ум?