Текст книги "Разведка и контрразведка"
Автор книги: Андрей Шаваев
Соавторы: Станислав Лекарев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 29 (всего у книги 49 страниц)
Ротшильды и кавказская нефть Российской империи
К концу XIX века семейство Ротшильдов стало источником финансирования различных отраслей промышленности. Одной из сфер приложения их капитала было строительство железных дорог в Америке и Европе. Поскольку представители этой семьи владели еще и нефтеперерабатывающим заводом в Фиуме на побережье Адриатического моря, они были заинтересованы в приобретении дешевой российской сырой нефти. Исходя из этого, на совете семьи было принято решение выделить средства на завершение строительства железной дороги, которая шла из Баку на Запад через Кавказ к Батуму, порту на Черном море, который был включен в состав России в 1877 году в результате победоносной войны с Турцией. Взамен Ротшильды приобрели закладные на российские нефтяные сооружения и договорились о гарантированных поставках российской нефти в Европу по выгодным для них ценам.
Следует сказать, что в России это был период проявления крайнего антисемитизма: в 1882 году императорским указом евреям было запрещено арендовать землю или владеть ею в пределах империи. Однако парижские Ротшильды, которые занимались российской нефтью, были самыми известными евреями в мире и по отношению к ним этот указ, как это часто бывает, силы не имел.
Французскую ветвь тогда возглавлял барон Альфонс де Ротшильд, который организовал после подписания и ратификации Национальным собранием Франции мирного договора выплату репараций за поражение в войне с Пруссией в 1871 году, и в ходе этой сделки значительно приумножил капитал своего дома.
Благодаря прекрасно поставленной конкурентной разведке барон считался одним из самых информированных людей во всей Европе. В данных прогнозистов-разведчиков нуждался и его младший брат барон Эдмонд, который в этот период активно занимался «проблемами Сиона» и обеспечивал финансирование переселения евреев в Палестину. Итак, особое внимание Ротшильды уделяли укреплению своих позиций в России. Кредит, предоставленный ими, позволил закончить строительство железной дороги Баку – Батум уже в 1883 году, и почти сразу же превратил Батум в один из крупнейших нефтяных портов в мире. Развивая достигнутый успех, в 1886 году Ротшильды образовали «Батумское нефтеперерабатывающее товарищество», известное впоследствии лишь по его русской аббревиатуре «БНИТО». Они построили в Батуми нефтехранилище и предприятия по сбыту нефтепродуктов. Благодаря им железная дорога Баку – Батум открыла российской нефти дверь на Запад, именно из-за нее развернулась яростная тридцатилетняя конкурентная борьба дома Ротшильдов с семействами Рокфеллеров и Нобелей за мировые нефтяные рынки. Заняв второе место в России по объемам нефтедобычи, Ротшильды в 1888 году пошли на очередное обострение конкурентной борьбы и организовали свои собственные компании по импорту и сбыту нефтепродуктов в Британии. Спустя 24 часа после официального открытия нового предприятия Ротшильдов в Британии руководство «Стандарт ойл» в лице Рокфеллера пошло на создание своего первого зарубежного филиала – «Англо-Америкэн ойл компани».
В марте 1895 года консорциум нефтяных компаний Рокфеллеров, Ротшильдов и Нобелей «от имени нефтяной промышленности США» и российские нефтедобытчики «от имени нефтяной промышленности России» подписали союз, по которому американцам досталось 75 процентов мировой продажи на экспорт, а русским – 25 процентов.
О том, каким влиянием пользовалась семья Ротшильдов в начале XX века, свидетельствует тот факт, что британские государственные деятели были вынуждены периодически согласовывать с этим семейством все основные долгосрочные политические планы Британской империи.
В июне 1902 года европейские нефтяные короли Генри Детердинг, Маркус Сэмюэль и Ротшильды решили объединить свои усилия на нефтяном рынке и подписали всеобъемлющее соглашение, в результате которого компания «Бритиш Датч» была поглощена более крупной компанией «Эйшиэтик петролеум».
Преследуя финансовые интересы семейства, влиятельные Ротшильды стремились управлять событиями в различных жизненно важных для их капитала регионах. Так, принимая участие в экономической борьбе против русского самодержавия, Ротшильды во время русско-японской войны предоставили противнику России неограниченный кредит банков, которые они контролировали, что позволило японцам вести войну гораздо дольше, чем рассчитывало русское командование. Естественно, что в этот период для России были закрыты почти все зарубежные кредиты, в том числе, конечно, и самими Ротшильдами.
В архивах Департамента полиции царской России сохранились свидетельства тайной деятельности семейств Ротшильдов в России. Российская охранка, осуществляя наблюдение за операциями Ротшильдов на территории России, перехватила в апреле 1904 года письмо из Нью-Йорка от масона Гофмана, члена ложи «Бнай Брит», на имя Виктора Померанцева, в котором расписывались «выгоды» для России от возможности получения займа у Ротшильда при условии дарования льгот евреям. Состояться этой сделке помешали начавшиеся на кавказских нефтяных предприятиях Ротшильдов забастовки. Рабочие волнения во всей России вылились в первую в империи всеобщую забастовку, которая привела к правительственному кризису. Политическая нестабильность, антисемитизм и враждебность к иностранцам в России весьма беспокоили членов дома Ротшильдов, тем более что они не понаслышке знали о забастовках, поджогах, убийствах и революции. Все это заставило семейство Ротшильдов начать в 1911 году переговоры с «Роял Датч/Шелл» о продаже всего своего нефтяного бизнеса в России. В 1912 году сделка была завершена. В результате Ротшильды перевели свои ненадежные и непрочные российские активы в значительные пакеты перспективных акций в обеих стремительно растущих международных компаниях этой группы. Нобелям вместо Ротшильдов пришлось думать о том, каким образом провести «распродажу погорелого после большевистской революции добра». Тем не менее, это не помешало Ротшильдам принять участие в распределении «немецких» денежных потоков, направлявшихся связанным с американским финансовым миром А. Гомбергом и американским банкиром Я. Рубиным на нужды российских революционеров. Яков Рубин, в частности, имея отношения с П.А. Рокфеллером, семейством Ротшильдов, М.Л. Шиффом, Армандом Хаммером и Джеймсом Шпейером, помог установлению советской власти в Одессе. Утечка информации об этом факте в прессу произошла только в августе 1928 года, когда американский банк «Кун, Лейб и Ко», получивший от большевиков в «погашение долга» золота на сумму 102 290 тыс. долларов, был обвинен в субсидировании русского большевизма.
Ротшильды и проблема Палестины
Еще до Первой мировой войны в Англии был создан влиятельный «Круглый стол», членами которого являлись Мильнер, Бальфур и семейство Ротшильдов. В США аналогичный, но более широкий «Совет международных отношений» во главе с Рокфеллером и Морганом был создан лишь в 1921 году.
Из переписки «Круглого стола» известно, что 2 ноября 1917 г. британский министр иностранных дел А.Д. Бальфур направил лорду Ротшильду письмо, в котором были сформулированы основные идеи «Декларации Бальфура» по Палестине. В своем письме Бальфур извещал лорда Ротшильда о том, что английские правящие круги приветствуют создание еврейского национального государства в Палестине и готовы начать переговоры с сионистскими лидерами при условии соблюдения интересов нееврейских общин.
Трагическая сторона истории борьбы за создание еврейского государства состояла в том, что изначально, с 20-х годов, все сионистские организации вели свою деятельность главным образом в условиях конспирации и вооруженного подполья, особенно на самой территории Палестины. В течение всей первой половины XX века сионисты и их сторонники формировали массовую нелегальную сеть, так или иначе, вовлекая в «большую игру» крупнейшие мировые спецслужбы. Эти связи использовались и британской, и американской, и советской разведками. Нодля англичан поборники еврейского государства представляли определенную опасность, поскольку речь шла, прежде всего, о статусе подмандатной Великобритании территории Палестины. Разведка США также держала сионистов под наблюдением, поскольку в Америке это были крупные объединения иностранцев, ставивших вопрос о своих особых интересах в этом регионе.
Еврейские благотворительные организации типа «Джойнт», «Сохнут» и другие, конечно, имели широкие связи с политическими лидерами и движениями сионизма. Они получали деньги, главным образом, от крупных предпринимателей и банкиров, подобных Ротшильду. В феврале 1918 года в Англии на деньги Ротшильдов был создан «еврейский полк», который был включен в состав новозеландской армии для участия в военных действиях в Палестине. На знаменах полка было написано: «В крови и огне пала Иудея, в крови и огне она восстанет».
В феврале 1929 года по решению организаций, представляющих еврейский народ в мире, было создано Всемирное еврейское агентство для Израиля, получившее название «Сохнут». Организация была призвана возглавить движение и усилия еврейского народа, направленные на осуществление его вековой мечты о возвращении на свою историческую Родину. В июле 1929 года при спонсорстве Ротшильдов в Цюрихе был проведен сионистский конгресс, на котором было принято решение о формировании еврейского агентства в Палестине, а позднее создана «Хагана» – сионистские подпольные силы сопротивления, действовавшие в Палестине, находившейся под британским правлением. Для обеспечения этого агентства информационной поддержкой была создана специальная служба – «Шерут Йедиот».
Для обеспечения нелегальной эмиграции евреев из Европы в Палестину в июне 1937 года при финансовой поддержке Ротшильдов была создана организация под названием «Учреждение для проведения нелегальной иммиграции», которую возглавил Шауль Авигур, считающийся одним из основателей израильской разведки.
Нелегальная деятельность сионистских организаций в различных странах с трудом поддавалась контролю. Фактически все консультации по вопросу образования еврейского государства в Палестине велись неофициально и неформально. Лишь после войны проблема вышла на дипломатический уровень и решилась в рамках ООН. При этом ряд крупных политиков еврейской национальности не поддерживали создание Израиля, понимая, что для СССР это могло бы служить двойным геополитическим выигрышем.
После вхождения западных областей Украины и Белоруссии, а также Бессарабии и республик Прибалтики в состав СССР большое количество ранее действовавших там легальных и полулегальных сионистских организаций ушли в глубокое подполье. При этом основной задачей «подпольщиков» оставались вербовочная работа и сбор денежных средств для переброски сионистов в Палестину, чем, собственно, и занимался Эдмонд Ротшильд, являвшийся родственником Виктора Ротшильда по французской ветви. Советские спецслужбы, конечно, отслеживали связи ряда еврейских организаций с зарубежными разведками. Об этом, в частности, говорится в справке 3-го управления НКГБ СССР «О состоянии оперативной работы по разработке еврейского националистического подполья» от 15 июня 1941 г. Советские власти осуществляли разгром национального движения, отсекая от него те группировки, которые с точки зрения политики СССР было признано целесообразным использовать в дальнейшем. Именно на этой базе строил свое сотрудничество с зарубежной общественностью Еврейский антифашистский комитет (ЕАК) как элемент «сталинской антифашистской политики».
Позднее новые израильские спецслужбы получили возможность привлекать к своей работе и «Джойнт» и «Сохнут», которые до того отчасти вынужденно сотрудничали с британскими и американскими разведками. Но пока не было Израиля, часть сведений сионисты получали от активистов именно благотворительных организаций, которые позже стали принимать участие в формировании военной и политической разведки и контрразведки, рекрутируя туда своих членов. Знаменательно, что после войны «Джойнт» возглавил Генри Моргентау, бывший в 1934 – 1945 годах министром финансов США. Подтверждением того, что советская разведка тоже не дремала, свидетельствуют данные о том, что в 1934 году с помощником Моргентау активно поддерживал контакт нелегальный резидент ИНО ОГПУ в США Исхак Абдуллович Ахмеров, в поле зрения которого уже тогда среди прочих объектов из числа видных экономистов и финансистов находились члены семейства Ротшильдов.
Слишком долго данные об участии СССР в решении палестинской проблемы и создании там еврейского государства оставались недоступными для историков. Причины этого не столько политические или идеологические, сколько прагматические, относящиеся до недавнего времени к категории государственной тайны. Дело в том, что до образования в 1948 году государства Израиль контакты советских руководителей с лидерами сионистского движения и других международных еврейских организаций по вопросам будущего Палестины велись через влиятельных посредников методами секретной дипломатии. И важную роль здесь играли тайные каналы спецслужб.
Накануне Второй мировой войны в конце 1938 – начале 1939 года в отместку за неудачи Англии в Палестине и провал Декларации Бальфура (1917 г.) предусматривавшей создание еврейского «национального очага» в Палестине, английская контрразведка попыталась создать сильную оппозицию лидеру Израиля Хаиму Вейцману. В недрах МИ-5 и СИС был составлен план раскола сионистов на враждующие между собой группы. Разработка этой операции была поручена Гаю Бёрджессу, получившему от СИС конкретное задание привлечь к этой акции своего друга Виктора Ротшильда, имевшего влиятельные связи на Альбионе. НКВД не имело возражений против выполнения этого задания британской разведки Бёрджессом, который сумел убедить Ротшильда в том, что сионистское движение уже не в состоянии действовать активно, а его друг Хаим Вейцман «выбился из колеи», в связи с чем истинные сионисты не должны ему более доверять. В соответствии с разработанным планом Виктор Ротшильд поделился своей тревогой с лордом Ротшильдом. В результате Вайцман был настолько дискредитирован, что Ротшильды фактически сумели создать оппозиционное сионистское движение, правда, просуществовавшее недолго. Завершив блестяще эту операцию, Бёрджесс в одном из своих отчетов для советской разведки прямо писал: «Я расшевелил Ротшильда». Хотя некоторые специалисты считают, что НКВД к этой операции не имело никакого отношения, нельзя отрицать, что в этот период действия Бёрджесса уже находились под полным контролем резидентуры советской разведки в Лондоне, а Бёрджесс уже в этот период привлекал Виктора Ротшильда в качестве оперативного источника советской разведки, увеличив, таким образом, состав «кембриджской пятерки» до шести человек.
Занимая видное и самостоятельное положение в британском обществе, Виктор Ротшильд вел свою комбинацию в реализации идеи создания государства Израиль. Советский Союз разыгрывал «палестинскую карту» против англичан, и в этом вопросе Ротшильд «работал» с советской разведкой, являясь для нее важным источником информации. Создание еврейского государства подрывало влияние Англии в арабском мире, что отвечало также интересам и США, и СССР. Поэтому на американском направлении деятельность Москвы по укреплению связей с еврейской общиной не ослабевала. Через представителей спецслужб, типа Ротшильда, возникали бесконечные цепочки новых контактов.
Тайное общество «Апостолы»
Общество «Апостолы» было создано в Кембридже на базе Тринити-колледжа еще в начале XIX века. Один из первых членов общества был поэт Альфред Теннисон, который назвал этот коллектив «тайным обществом взаимного восхищения». В начале XX века членами этого общества были знаменитый физик Джеймс Максвелл, будущий капитан английских ВВС и кавалер «Военного креста» Британской империи разведчик Сидней Рейли, будущий премьер-министр Роберт Уолпол и лауреат Нобелевской премии Аллен Хаджин. В 30-е годы общество превратилось в элитный клуб революционных интеллектуалов-марксистов. Лидером клуба в это время стал Энтони Блант, чья семья имела родственные связи с самыми знатными семьями Англии. Мать Бланта была двоюродной сестрой графа Стрэтмора, дочь которого вышла замуж за короля Георга VI. Таким образом, Энтони Блант являлся близким родственником королевы Елизаветы (ныне королевы-матери) и троюродным братом правящей королевы Елизаветы II.
Традиции «Апостолов» обязывали его членов хранить тайны общества и никому не открывать своего членства в нем. Эти традиции оказались весьма на руку тем, кто относился по своим взглядам к левым. По роковому стечению обстоятельств среди них оказались гомосексуалисты и заядлые пьяницы. В этот период советская разведка, имевшая налаженные с помощью Коминтерна связи с коммунистической партией Великобритании, пристально изучала потенциальных кандидатов на вербовку, собирая на них с помощью своих информаторов в партийных ячейках, разбросанных по всей стране, «наводки» и различный «компромат». При этом особое внимание Москва настоятельно рекомендовала обращать на представителей молодого и политически активного поколения англичан, придерживавшихся левых взглядов, которые в перспективе, после получения университетского диплома, должны были занять ведущие позиции в государственных ведомствах и различных политических партиях страны. Вполне естественно, что общество «Апостолы» очень быстро оказалось в поле зрения сотрудников лондонской резидентуры НКВД, которая уже в тот период вела дело оперативной разработки «Смена поколений», в котором накапливались материалы на «перспективную с точки зрения вербовки молодежь».
Выполняя в те годы директивы Коминтерна, компартия Великобритании направила в Кембридж одного из самых талантливых своих пропагандистов – Палма Датта. Кроме него в Кембридже с конца 20-х годов работал известный экономист Морис Добб – член исполкома английской компартии, основавший в университете «Лигу борьбы против империализма». Он не скрывал своих симпатий к Советскому Союзу, который называл моделью «общества будущего» В этот же период кафедру кристаллографии в Кембридже возглавлял марксист Дж. Д. Бернал. Эту компанию дополнял пользовавшийся большим авторитетом среди студентов и преподавателей известный философ и математик Бертран Рассел. Его жена Дора Блейк – декан одного из женских колледжей Кембриджа – была также активной сторонницей СССР и его внешней политики.
В начале 30-х годов левые настроения просто захлестнули Кембридж, и очень скоро на его территории было создано «Общество культурных связей с СССР» а также «Кембриджское кинематографическое общество», которое полностью находилось в руках левых, регулярно бесплатно показывая своим членам кинофильмы, полученные в советском торгпредстве.
Вся информация, собранная членами компартии кембриджской ячейки на кандидатов в агенты, по налаженным каналам поступала в резидентуру Иностранного отдела НКВД полпредства СССР в Лондоне и реализовывалась ее сотрудниками с применением самых изощренных приемов, рождавшихся в изобретательных умах интеллектуалов НКВД, еще не ставших жертвами «ежовщины». Блант и ряд его близких друзей были завербованы Арнольдом Дейчем в 1934 году. Дейч одновременно сумел завербовать целую группу кембриджских студентов, в то числе сына капитана первого ранга королевского ВМФ Гая Бёрджесса, сына гражданского губернатора одной из индийских провинций Гарольда Рассела Филби и одного из лучших студентов Кембриджа Джона Кернкросса. Имена многих завербованных до сих пор держатся в тайне. СВР частично рассекретила дела лишь тех, кто в той или иной степени ранее «засветился». Характерен следующий пример из опыта вербовочной работы лондонской резидентуры ОГПУ того времени. В августе 1934 года Виктор Ротшильд неожиданно получил билет на симфонический концерт, а через пару дней ему передали короткую «рекомендательную» записку от его сотоварища Кима Филби с явным намеком на инициатора предстоящего знакомства с текстом: «Дорогой Виктор, не получал ли ты недавно приглашений?». Ротшильду стало ясно, что с ним кто-то хочет встретиться, причем с подачи Филби. За несколько секунд до начала концерта в зрительном зале место рядом с ним занял высокий голубоглазый человек. Во время антракта они разговорились о музыке, незнакомец представился как Отто, на самом деле это был Теодор Малли, венгр по национальности, кадровый сотрудник иностранного отдела ОГПУ, один из лучших вербовщиков советской разведки.
Малли произвел на Ротшильда самое благоприятное впечатление, и их знакомство было продолжено. Вскоре после этого Виктор был привлечен к сотрудничеству на основе идеи борьбы с фашизмом и помощи СССР – единственной стране, которая была способна противостоять Гитлеру. Именно Малли порекомендовал Ротшильду порвать все контакты с коммунистической партией, тем более что в 1937 году Виктор Ротшильд уже занял место своего умершего дяди в палате лордов, став, таким образом, лордом Ротшильдом.
После отъезда руководителя нелегальной резидентуры советской разведки Дейча из Англии в 1938 году его работу по вербовке студентов Кембриджа продолжил Энтони Блант. Вербовки, проводившиеся им, распространялись и на иностранных студентов, обучавшихся в Англии. Так, известно, что он завербовал студента из Канады Герберта Нормана, который в конце 40-х годов стал канадским послом в Египте. Когда его связь с советской разведкой была раскрыта канадскими спецслужбами, Норман выбросился из окна посольства. В своей предсмертной записке он написал, что идет на этот шаг, чтобы «не выдать сотню людей».
Советская разведка успешно использовала в своих интересах то обстоятельство, что члены общества «Апостолы» принадлежали к людям, которые в силу своих политических взглядов и сексуальных наклонностей должны были с особой тщательностью следить за сохранением тайны о своем образе жизни. Таким образом, лондонской резидентуре ОГПУ удалось сэкономить усилия, поскольку ей не потребовалось тратить время на обучение вновь завербованных интеллектуалов правилам особой конспирации.
Еще одним положительным с точки зрения советской разведки обстоятельством было то, что связи «Апостолов» оставались крепкими на протяжении всей их последующей жизни. При этом те из них, кто не сотрудничал с иностранной разведкой, наверняка знали или подозревали, что на самом деле происходит в их окружении, но, будучи «повязанными» взаимными тайнами, не допускали в свой круг посторонних, надежно храня молчание.
Являвшийся членом элитного клуба «Апостолы» Виктор Ротшильд, нужно полагать, прекрасно знал, «кто есть кто» среди его друзей, которым он на вечеринках под настроение не один раз виртуозно исполнял на рояле джазовые мелодии. Его не смущало, что многие из них придерживались левых взглядов и поддерживали Советский Союз.
Ряд одаренных интеллектуалов из числа его близких друзей были завербованы разведкой Коминтерна в период, когда они учились в Кембридже. Под оперативными псевдонимами действовали Дональд Маклин («Стюарт», «Гомер»), Гай Бёрджесс («Медхен»), поступивший в октябре 1930 года в Тринити-колледж; а также окончивший Тринити-колледж в 1930 году Энтони Блант («Тони»), который являлся членом «Апостолов» с 1928 года. Кроме того, членами «Апостолов» были Лео Лонг («Ральф», «Элли»), Ким Филби («Сынок», «Стенли», «Том»), а также шотландец с выраженным акцентом, происходивший из рабочего класса и обладавший природным блестящим интеллектом рыжеволосый Джон Кернкросс («Лист»). В 30-е годы в Кембридже Джон Кернкросс вступил в коммунистическую партию, откуда, по инструкции резидентуры НКВД, вскоре вышел и устроился на работу в Форин офис.
Работа в палате лордов и основанная на заслугах Ротшильдов в истории империи дружба с Уинстоном Черчиллем создавали Виктору Ротшильду уникальную возможность заниматься для своих новых друзей-единомышленников политической разведкой.
Особенно близкие отношения у Ротшильда в этот период сложились с Энтони Блантом.
Очень близкие отношения Ротшильд поддерживал и с Гаем Бёрджессом. Мать Виктора, миссис Чарльз Ротшильд, материально поддерживала Бёрджесса в то время, когда он искал работу. Одно время она выражала недовольство рекомендациями, которые давались экспертами дома Ротшильдов с Нью-стрит в Сити относительно капиталовложений семьи. Она полагала, что они недостаточно глубоко учитывают реальную политическую обстановку. Гай Бёрджесс в ее присутствии всегда охотно высказывался по поводу актуальной политической ситуации. Как-то он посоветовал миссис Ротшильд как можно скорее продать свои акции, которые она имела в железнодорожных компаниях ряда латиноамериканских государств, поскольку последние, скорее всего, будут национализированы. Она сделала это как раз вовремя, несмотря на противоположные советы своих служащих. Миссис Ротшильд также помнила, что однажды, отдыхая в их семье во время очередных каникул, Гай Бёрджесс предсказал грядущее повышение акций военной промышленности, в связи с чем посоветовал приобрести акции компании «Роллс Ройс». Виктор Ротшильд последовал этому совету и из прибыли от этой операции подарил Гаю чек на 100 фунтов. Сопоставив два случая, миссис Ротшильд предложила выплачивать Гаю гонорар в размере 100 фунтов стерлингов ежемесячно с тем, чтобы он выступал в роли ее личного советника по капиталовложениям.
Особый интерес для советской разведки в тот период представлял еще один весьма заметный член клуба «Апостолы» – Деннис Проктор, будущий постоянный секретарь Министерства топлива и энергетики правительства Великобритании, а также близкий друг Бёрджесса, Бланта, Филби и Уотсона. Проктор разделял левые взгляды своих друзей, правда, членом коммунистической партии не являлся. Заслуживает внимания тот факт, что незадолго до того, как Бёрджесс и Маклин в 1951 году из-за разоблачения вынуждены были бежать СССР, Проктор неожиданно уволился с государственной службы, предпочтя престижной карьере работу в небольшой копенгагенской морской транспортной компании.
Еще одним влиятельным членом клуба «Апостолы» в этот период был и Эндрю Коэн, который, являясь студентом Кембриджа, был связан с существовавшим в 30-е годы в Оксфорде дискуссионным клубом «Кларендон». Этот клуб левого толка также являлся активной вербовочной базой советской разведки, у которой просто не хватало сил на организацию там работы, аналогичной той, которая велась ими в Кембридже. Впоследствии Эндрю Коэн стал дипломатом высокого ранга, но как только началось проводившееся МИ-5 расследование агентурных позиций советской разведки в Оксфорде, Коэн после сердечного приступа внезапно скончался.
