Текст книги "Разведка и контрразведка"
Автор книги: Андрей Шаваев
Соавторы: Станислав Лекарев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 28 (всего у книги 49 страниц)
Перед его отъездом Филби передал Бёрджессу список и места заброски в СССР трех групп из 6 украинских агентов-парашютистов. Через несколько часов после возвращения в Лондон Бёрджесс предупредил Бланта о надвигающейся катастрофе, и тот на следующий же день передал сигнал опасности Модину. Возникла паника, поскольку, как оказалось, у МГБ не было плана побега в случае провала «кембриджцев». Получив указание Москвы об организации вывоза Маклина, Модин и его коллега по резидентуре Коровин провели очередные встречи с Блантом и Бёрджессом. На встрече с Коровиным Бёрджесс сообщил, что Маклин пьет запоем и отказывается бежать, поскольку его жена ждет ребенка. Кроме этого Бёрджесс, со слов Маклина, высказал опасение, что если «Гомера» арестуют, тот не вынесет допросов и «пойдет на полное признание». Кроме того, Маклин отказывался ехать в одиночку через Париж, опасаясь, что напьется в этом городе, а «это конец».
Проблему разрешил приказ из Москвы, в соответствии с которым Бёрджесс должен был при побеге сопровождать непредсказуемого и агрессивного в состоянии опьянения Маклина, держа в узде своего друга. Первоначально предполагалось, что Бёрджесс сможет после этого вернуться в Англию. При этом серьезно обсуждалась идея вывоза Маклина на подводной лодке, но, в конечном счете, от этой мысли пришлось отказаться. Блант предложил другой вариант: воспользоваться тем, что для кратковременных поездок во Фракцию паспорт для британских подданных не обязателен. Тут же Модин обошел агентов по продаже билетов на Оксфорд-стрит и выяснил, что из Саутгемптона в Сен-Мало отправляется теплоход «Фалез». На нем Маклин и Бёрджесс 25 мая 1951 потихоньку ускользнули во Францию.
Как считают китайцы, бегство – лучшая стратегия, но такое решение проблемы, в конечном счете, привело к фактической расшифровке Филби, который после скандального побега друзей попал под подозрение спецслужб США и Англии как советский агент. 20 июня 1951 г. в связи с подозрением в причастности к побегу Маклина и Бёрджесса командировка Филби в посольство Великобритании в Вашингтоне была прекращена. В ЦРУ в этой связи был составлен 5-страничный меморандум, отражающий с целью доказательства причастности Филби к агентуре советской разведки историю его продвижения по службе, а также перечень его связей с источниками информации.
После прибытия в СССР несколько месяцев Бёрджесса и Маклина продержали в Куйбышеве (ныне Самара) на разных конспиративных квартирах, расположенных в противоположных концах города. И лишь позже им разрешили приехать в Москву.
Только в 1956 году Москва официально признала, что Бёрджесс и Маклин получили политическое убежище в СССР, но еще долго отрицала их работу на советскую разведку. В СССР Гай де Монси Бёрджесс был награжден орденом Красного Знамени и получил паспорт на имя Джима Андреевича Элиота. Но советским гражданином он так и не стал.
В Москве к специфическим сексуальным наклонностям Бёрджесса отнеслись «недружелюбно». Ему было сказано, что «у нас строгие законы на этот счет и их надо выполнять», тем не менее, он как-то выходил из положения.
Из трех «кембриджцев», нашедших пристанище в Москве, Бёрджессу было труднее всех приспособиться к советским условиям. Где бы он ни находился, новое окружение не было способным повлиять на него. Он был тем, кто оказывал воздействие на свое окружение. А русские никогда не пленяли его воображение, даже их музыка и литература. Он даже не позаботился, чтобы выучить русский язык. Когда он попросил у КГБ разрешения вернуться в Англию, ему было отказано.
В 1960 году Бёрджесс вновь заявил своим английским контактам, что хотел бы приехать в Великобританию на время отпуска при условии, что ему будет гарантирована возможность возвратиться в Советский Союз, добавив для печати следующее: «Каждый начинает осознавать совершенную им ошибку, и вы можете ссылаться на мои слова по этому поводу». Это явно не вязалось с планами КГБ.
В ноябре 1962 года в связи с делом Пеньковского из Советского Союза были выдворены объявленные персонами нон грата 11 английских и американских разведчиков, работавших в посольствах Англии и США в Москве. В ответ в Великобритании обвинили в шпионаже в пользу СССР Уильяма Джона Кристофера Вессела, сотрудника разведывательного управления ВМС, работавшего ранее в Москве и завербованного КГБ под псевдонимом «Оскар Уайльд». При обсуждении создавшейся ситуации на уровне министров иностранных дел Великобритании и СССР был затронут и вопрос о желании Бёрджесса посетить Англию. Тогда Громыко, видимо с санкции Хрущева, объявил, что Бёрджесс и Маклин могут свободно уехать из Советского Союза, когда захотят, и сделал, возможно, ставшее роковым, добавление: «На них не оказывается никакого давления с целью заставить их уехать или остаться. Мы ничего не знаем относительно их намерений».
Случилось так, что в тот момент, когда поднялась эта шумиха, Бёрджесс только что уехал на трехнедельный отдых в Самарканд. Друзья заметили перемену в его внешности после того, как он вернулся в Москву. Его лицо стало более одутловатым, а волосы поредели и поседели. Некоторое время он лежал в клинике им. Вишневского, где его лечили от язвенной болезни и атеросклероза. Затем у него случился сердечный приступ. Он отказывался принимать пищу, выкуривал до 60 сигарет в день между глотками армянского коньяка и вскоре утратил волю к жизни.
Гай Бёрджесс умер 30 августа 1963 г. в Боткинской больнице, где ему выделили железную койку в общей палате на третьем этаже с окнами, выходившими во двор. По медицинскому заключению, смерть наступила от атеросклероза и алкоголизма. В своем завещании Бёрджесс оставил Филби часть своей библиотеки, которую он собирал еще с кембриджских дней. Брат Гая Бёрджесса Найджел, которому было завещано право распоряжаться активами Бёрджесса в Великобритании, прилетел в Москву. 12-цилиндровый автомобиль Бёрджесса марки «линкольн», оставленный в британском посольстве, оказался проданным за 35 долларов кому-то «из своих», и посольство, не моргнув глазом, объявило, что деньги от продажи автомобиля были использованы в качестве платы за его хранение.
Кремация состоялась через несколько дней после приезда Найджела Бёрджесса. При прощании была короткая надгробная речь Маклина, сказавшего, что «одаренный и смелый человек Бёрджесс посвятил себя делу мира и борьбе за лучшую жизнь для людей. Он приехал в Советский Союз с известным идеализмом, которого многие не поняли». На русском языке выступили коллеги из КГБ.
Духовой оркестр исполнил «Интернационал». Филби на похоронах не присутствовал. Немногие ветераны ИНО НКВД-КГБ перешептывались, поминая недобрым словом лабораторию Майрановского, занимающуюся в свое время разработкой токсичного оружия.
Некоторые считали, что английская разведка, которая в свое время рассматривала вопрос о ликвидации Филби как фактора риска для британского истеблишмента, в равной степени могла иметь отношение к устранению Бёрджесса, который мог принести британской элите «уйму неудобств» в случае своего возвращения в Лондон, где хорошо понимали, что он располагает обширными сведениями о недостатках и слабых сторонах должностных лиц, с которыми он встречался во время своей деятельности. Это сделало бы их посмешищем, если не хуже.
Урна с прахом Гая Бёрджесса была перевезена в Англию и захоронена на церковном кладбище в деревне Уэст-Меон (графство Хэмпшир) рядом с прахом отца в фамильной могиле Бёрджессов, которая расположена на травяном склоне, обращенном в сторону деревни.
Роберт Максвелл
Одна из самых загадочных фигур мировой истории разведки крупный британский книгоиздатель Р. Максвелл имел связи с английской разведкой еще в годы Второй мировой войны. Владея шестью европейскими языками, он во время службы в британской армии активно привлекался к работе подразделений разведки Адмиралтейства, известных под названием МИ-9 и МИ-14, которые в военный и послевоенный период специализировались на допросах бывших офицеров германской армии и флота. Целью их деятельности была вербовка в этой среде агентуры. Тех, кто соглашался на тайное сотрудничество, освобождали от ответственности перед судом. Из вновь завербованных создавались агентурные группы, которые передавались на связь в соответствующие резидентуры британской военной разведки.
Осенью 1945 года британские спецслужбы активизировали свою деятельность в британской зоне оккупации Германии, реорганизовав МИ-9 и МИ-14 в следственные органы министерства обороны. Интерес этих подразделений по-прежнему был сконцентрирован на работе с военнопленными. В лагерях для военнопленных осуществлялся тщательный отбор бывших офицеров Абвера и штаба верховного главнокомандующего вермахта. Эта категория направлялась в лагерь Остенд, который находился в ведении 21-й армии фельдмаршала Монтгомери. В этом лагере следователи МИ-14 и МИ-9 отбирали для углубленных допросов офицеров, служивших в оперативных подразделениях на Восточном фронте. Генералитет германской армии направлялся в штаб-квартиру МИ-6 в Мюнстере, где с ними проводилась дальнейшая работа. Максвелл в период своей службы в британской армии, имея соответствующий допуск, лично участвовал в допросах арестованных нацистских военных преступников, в том числе чинов гитлеровской разведки.
В тот период для работы с военнопленными МИ-9 и МИ-14 в качестве прикрытия использовали созданную в рамках администрации британской зоны оккупации Комиссию по делам криминальных организаций. Одним из руководителей Максвелла был полковник Эйри Ниви, бывший начальник подразделения «900» в структуре МИ-9. В его функции входил допрос офицеров Абвера, СД и гестапо.
В результате усилий подчиненных Ниви ряд пленных фашистов передали англичанам данные о тайниках, где были спрятаны секретные документы их подразделений с обобщенной информацией германской разведки военного периода. Позднее эти данные были положены англичанами в основу организации военной разведки против Советского Союза. После нескольких лет допросов большинство военнопленных были переданы англичанами вновь созданной разведке Германии, возрожденной под руководством Рейнхарда Гелена.
Известно, что в качестве прикрытий для разведывательной деятельности своих сотрудников и наиболее квалифицированных агентов МИ-6 практиковалось использование самого широкого набора учреждений, должностей и профессий.
В 1946 году английской разведкой было предложено Максвеллу занять выгодную «подкрышную» должность в учрежденной Союзной контрольной комиссией экспортно-импортной фирме, осуществлявшей поставки в Германию промышленного сырья. В результате это дало ему возможность установить полезные связи с рядом крупных немецких бизнесменов, включая будущего главу издательского концерна Ф. Шпрингера, под влиянием которого он решил сам стать книгоиздателем.
Руководство МИ-6, узнав об этом, предложило Максвеллу принять участие в организации в Вене, где располагалась крупнейшая резидентура британской разведки, работавшая, в основном, против СССР, издательства, которое, по замыслу английских спецслужб, должно было специализироваться на выпуске научно-технической литературы. Предполагалось, что таким образом Р. Максвелл сможет завязать нужные знакомства в научно-технических кругах иностранных государств и получать секретную информацию о состоянии их технической оснащенности и потребностях. На эти цели из фондов МИ-6 ему в 1951 году было выделено 30 тыс. фунтов стерлингов (можно допустить, что Максвелл к этому моменту уже не являлся кадровым сотрудником военной организации).
Став процветающим бизнесменом, Р. Максвелл сумел наладить деловые контакты с Академией наук СССР, а впоследствии и с представителями высшего руководства КПСС. Он был, в частности, лично знаком с М. Горбачевым, книгу которого выпустило контролируемое им, а соответственно и английскими спецслужбами, издательство.
Можно предположить, что услугами Максвелла в этот период пользовался отдел оперативного управления МИ-6, который был сформирован еще в середине 20-х годов. В период существования Советского Союза отдел отвечал за разработку объектов стран так называемого Восточного блока и среди профессионалов был известен как «Группа русской орбиты».
Известно, что в середине 80-х годов Р. Максвелл установил довольно тесные связи с израильской разведкой Моссад, с представителем которой однажды встречался в Москве в закрытой гостинице ЦК КПСС (нужно сказать, что это был одно из немногих мест в Москве, где с определенной гарантией можно было избежать подслушивания иностранных граждан по заданию одного из многочисленных оперативных подразделений разведки или контрразведки).
Максвелл также очень часто посещал Софию, Варшаву, Прагу, Восточный Берлин. И хотя точных документальных данных о характере его тайной деятельности нет, но можно с уверенностью сказать, что такие контакты «друзей» КГБ проходили под полным контролем со стороны органов госбезопасности, о чем не могли не знать в соответствующем подразделении английской разведки, откуда направлялась деятельность Максвелла.
Один из руководящих работников Моссад позднее заявил, что Максвелл «многое сделал для Израиля». Он, например, помог организовать в апреле 1991 года в Лондоне встречу между израильским премьер-министром И. Шамиром и премьер-министром СССР В. Павловым, что способствовало определенной нормализации советско-израильских отношений. По признанию самого Максвелла, он лично информировал советника президента США Дж. Буша по национальной безопасности генерала Б. Скаукрофта о ситуации в Москве накануне событий 19 августа 1991 г.
Участвуя в разведывательных операциях, Максвелл не забывал и о своих финансовых интересах. Он помогал некоторым бывшим соцстранам организовывать совместные предприятия за границей. В результате бесследно исчезли 2 млн. долларов, отпущенных правительством одного из этих государств на развитие подобного бизнеса (скорее всего для «отмывания» преступного капитала в западных банках). В связи с этим в 1991 году Максвелл проиграл в Англии дело по обвинению некоего Боуэла в клевете, содержавшейся в статьях данного журналиста, так как суд не усмотрел в этом нарушения законности. Однако во Франции, где также печатались подобные материалы, суд удовлетворил иск Р. Максвелла и приговорил автора к уплате крупного штрафа.
В ноябре 1991 года во время морской прогулки на своей яхте Максвелл погиб. Точная причина его смерти до сих пор не установлена. Предполагается, что он мог быть случайно смыт за борт волной. Не исключается также и версия самоубийства (неизлечимая болезнь), а также заказного убийства.
Последняя представляется многим экспертам вполне вероятной, поскольку Р. Максвелл был тесно связан с целым рядом спецслужб и мог запутаться в отношениях с ними. К тому же он был вовлечен в ряд финансовых афер и подозревался в присвоении значительных денежных сумм.
Тело Максвелла было обнаружено испанским спасательным вертолетом в океане недалеко от Канарских островов. Обращает на себя внимание появившееся в СМИ мнение экспертов считающих, что к факту гибели Максвелла могли быть причастны спецслужбы Ирана, учитывая, что в одном из своих публичных выступлений он оскорбительно отозвался об аятолле Хомейни. Были допущены намеки на то, что Максвеллу не могли простить его усилий по налаживанию израильско-палестинского диалога, хотя и в этой версии не исключено появление в СМИ легенды прикрытия операции, проведенной заинтересованными спецслужбами.
Теми, кто вел независимое расследование гибели Максвелла, не исключалась и возможность мести сообщников по тайным сделкам, связанным с продажей оружия (это также всегда было сферой деятельности британской разведки, практиковавшей внедрение в «горячих» точках своих подставных фирм-поставщиков и консультантов).
По имеющимся данным, спецслужбы Великобритании с 1989 года не доверяли Максвеллу и вели за ним постоянное наблюдение, прослушивали его телефонные разговоры, перехватывали его факсимильные сообщения.
Газета «Файненшл таймс», в частности, опубликовала сведения о том, что, по заданию Объединенного разведывательного комитета Великобритании, британскими спецслужбами был подготовлен отчет, в котором нашли отражение все сведения, касающиеся его зарубежных поездок и контактов. Вместе с тем участие Объединенного комитета в решении судьбы Максвелла свидетельствует лишь о том огромном значении, которое придавалось разведывательным сообществом Великобритании его тайной деятельности.
Нельзя не упомянуть и о том, что английских обозревателей насторожил тот факт, что сотрудники Скотланд-Ярда, участвовавшие в расследовании гибели Максвелла, не придали значения тому обстоятельству, что палуба его яхты перед их приездом была тщательно вымыта. Лишь после того, как тело книгоиздателя было доставлено в Израиль и обследовано патологоанатомами, выяснилось, что на нем имелись следы физического насилия.
Зарубежные аналитики отмечают, что каких-либо политических или иных мотивов для ликвидации Максвелла у советской внешней разведки в ноябре 1991 года не существовало. СВР в этот период находилась в состоянии, когда подобного рода операции были для разведки непосильны (как на уровне согласования, так и на уровне исполнения). Для ГРУ, если оставить в стороне мотивацию, техническое исполнение такой задачи также было слишком трудоемким и дорогостоящим заданием.
У спецслужб Ирана или Израиля оперативные средства для ликвидации объекта в этом регионе также практически отсутствуют.
Непосредственным исполнителем злой воли мог быть морской спецназ Великобритании (СБС).
Следует подчеркнуть, что современные корабли Королевского флота Великобритании располагают мощными радиолокационными и радиотехническими установками, способными осуществлять всеобъемлющий радиоперехват. Это они могли быть полностью информированы обо всех планах передвижения яхты Максвелла.
Максвелл – агент особого рода, можно сказать, агент новой формации. В эпицентр его деятельности поставлены финансы; из никого сделали, накачали, надули как воздушный шарик, мультимиллионера, миллиардера, магната. И не нужно никаких сногсшибательных вербовок, шифровок, тайников, микропленок и микроточек, нелегальных резидентур, наружного наблюдения, операций прикрытия
Слеплена и высвечена управляемая фигура, космополит, человек мира, вхожий в мировое сионистское братство, фигура в целом нейтральная и, следовательно, устраивающая всех; позиция занята ключевая – средства массовой информации, вот и не надо искать каналов продвижения дезинформации в рамках активных мероприятий; зависимость от разведцентра легендируется независимостью финансовой и, соответственно, правом, причудой сильного высказывать, выстраивать любую, пусть самую крамольную, точку зрения; ну и что из того, что совпадает эта точка зрения с политическими установками противника.
Слуга как минимум трех разведок не смог переиграть ни спецслужбы, ни судьбу и был выброшен за борт истории, как только в нем отпала надобность.
Олигарх и барон Виктор Ротшильд – спонсор «кембриджской пятерки»
Созданная советской разведкой перед Второй мировой войной агентурная сеть Англии, известная во всем мире как «кембриджская пятерка», на самом деле включала в себя гораздо больше источников информации, многие из которых оказались незаслуженно или преднамеренно забытыми. Вспомним о «шестом», ключевом, члене «кембриджской» группы лондонской резидентуры Иностранного отдела НКВД. Имя его – Виктор Ротшильд, а история его такова.
Вскоре после того как в Букингемском дворце в Лондоне умер Эдуард V, и на британский престол вступил Георг V, в семье банкира Натаниэля Чарльза Ротшильда, являвшегося вторым сыном первого барона Ротшильда, 31 октября 1910 г. родился мальчик, которого назвали Натаниэль Мейер Виктор. Отец новорожденного Виктора был наследником одного из пяти братьев семейства Ротшильд, основавшего в начале XIX века в пяти европейских столицах – Лондоне, Париже, Вене, Франкфурте и Неаполе – банковскую сеть. Британская банковская ветвь Ротшильдов ведет свою историю с 1804 года, когда она финансировала английскую армию в войне против Наполеона.
Банковская династия Ротшильдов, основанная в начале XIX века Мейером Амшелем Ротшильдом, была традиционно связана с разведывательными службами. Во время войны с Наполеоном Ротшильды создали разветвленную агентурную сеть, в которую входило более чем 200 источников информации. Все полученные ими разведданные, как, впрочем, и налаженные банковские возможности по межгосударственному переводу капиталов, Ротшильды предоставили в распоряжение Британской короны, добавив к этому крупные займы на войну против Наполеона. Когда речь шла о защите отечества, они не останавливались перед затратами и умели рисковать, делая большие ставки, но при этом семейство не забывало о приумножении при любой удобной возможности собственного капитала.
В ходе войны с Францией секретные агенты Ротшильдов стояли за спиной заговорщиков-роялистов, которые 23 октября 1812 г. попытались в Париже осуществить дворцовый переворот. Однако им не удалось сохранить в тайне от секретной полиции свои приготовления, и в результате роковой оплошности их коварный заговор против императора был раскрыт. Среди 12 арестованных главарей оказались генерал Клод Франсуа де Мале, министр полиции Франции Савари, префект Парижа генерал Паскье и аббат Лафон. Бонапарт приказал всех заговорщиков расстрелять.
Расходы, понесенные в ходе провалившегося заговора, Ротшильды с лихвой покрыли с помощью ловкой биржевой аферы. Получивший после смерти. Мейера Ротшильда, скончавшегося 19 сентября 1812 г., титул барона, Натан Ротшильд первым в Лондоне узнал от своих тайных информаторов о поражении Наполеона при Ватерлоо. После чего он немедленно приступил к массовой продаже своих акций. Все остальные биржевики, не без основания доверяя его информированности, попались в эту ловушку и сразу же последовали этому примеру, так как решили, что сражение проиграли англичане. Когда цены упали до предельно низкого уровня, Ротшильды скупили все акции и добились баснословной прибыли.
С помощью приумноженного капитала в XIX веке Ротшильды, которые к этому времени финансировали большинство правительств, основали строгий орден со своими законами, моралью и всемирной банковской сетью. Превращение Ротшильдов в международных банкиров и их возвышение над остальными финансовыми домами фактически положило начало изменению всей структуры международного бизнеса того периода. Их банковский капитал стал транснациональным. Не лишним будет напомнить, что отец основателя другого всемирно известного американского финансового концерна – Морган ранее был банкиром в Англии и, находясь в тесной связи с Ротшильдами, перебрался в Америку как их финансовый агент. Известно, что и отец другого финансового лидера США Якоба Шиффа также был связан с Ротшильдами, начав развивать свою финансовую деятельность как их доверенное лицо. В результате перекрестных «династических» браков вскоре возникла настоящая международная независимая каста-корпорация, что в конце концов и привело к созданию мондиалистской структуры закрытого типа.
Позднее, укрепляя свои позиции, семья Ротшильдов вошла в историю Англии тем, что купила для британского правительства Бенджамина Дизраэли построенный французским инженером Лессепсом на французские и английские деньги Суэцкий канал. Основная доля акций открытого в октябре 1869 года канала принадлежала Великобритании, Франции, Египту и Турции, при этом гарантом стабильной работы канала выступала Великобритания.
Когда в августе 1875 года, в результате неплатежеспособности правителя Египта Хедива Исмаила, египетские 44 процента акций канала были выставлены на рынке, британский премьер-министр Бенджамин Дизраэли благодаря своевременной финансовой поддержке английской ветви банкиров Ротшильдов незамедлительно выкупил у Египта его долю Суэцкого канала, уплатив 4 млн. фунтов стерлингов. После этого «Суэц ченел компани» стала англо-французским концерном, а Дизраэли завершил свои усилия лаконичной и бессмертной запиской королеве Виктории: «Вы владеете им!». Великобритания благодаря британским и французским Ротшильдам стала фактически полновластным хозяином канала и страны, о чем в Лондоне не забывали никогда.
Спустя много лет, когда 26 июля 1956 г. президент Египта Насер объявил о национализации этой иностранной собственности, в зону Суэцкого канала вошли войска Республики Египет, прекратившие доступ в него торговых судов бывших владельцев. В ответ правительства Англии и Франции 30 октября 1956 года предъявили Египту ультиматум, содержащий требования прекратить в течение 12 часов все действия военного характера на суше, море и в воздухе, отвести его вооруженные силы на 10 миль от Суэцкого канала и согласиться на оккупацию английскими и французскими вооруженными силами ключевых позиций в Порт-Саиде, Исмаилии и Суэце. Египетское правительство отклонило ультиматум, объявив в стране всеобщую мобилизацию, после чего авиация Великобритании и Франции начала бомбардировку египетской территории. Что плохо для Ротшильдов, то плохо для Англии и Франции.
