Текст книги "Разведка и контрразведка"
Автор книги: Андрей Шаваев
Соавторы: Станислав Лекарев
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 49 страниц)
Андрей Шаваев, Станислав Лекарев
Разведка и контрразведка.
Фрагменты мирового опыта и теории
Об авторах:
Андрей Гургенович Шаваев – действительный член Академии проблем безопасности, обороны и правопорядка, доктор юридических наук, лауреат премии им. Ю.В. Андропова.
Станислав Валерьевич Лекарев – полковник в отставке, с 1958 по 1994 год работал в различных подразделениях центрального аппарата разведки и контрразведки, а также в информационно-аналитических и научных структурах КГБ СССР, МБ и ФСК РФ. Являлся сотрудником лондонской резидентуры КГБ (1966-1967, 1972-1975 гг.). Кандидат исторических наук, профессор Академии проблем безопасности, обороны и правопорядка.
Введение
Подробная история мировых спецслужб еще не написана, и вряд ли в этом есть необходимость. Вопрос не во времени и не в исчерпывающем доступе к архивам. Одной деталью больше или меньше – общей картины они не меняют и изменить что-то кардинально не в состоянии. Определенные закономерности существовали всегда, а методы и приемы разведки и контрразведки неизменны с тех времен, когда их описали великие мыслители и полководцы древности. Меняется лишь цветовая спектральная гамма исторических событий, чувственное репрезентативное, восприятие картины в целом рутинной работы разведки и контрразведки.
История спецслужб подобна маятнику – от безудержного восхваления до крайне претенциозной критики.
В то же время вопрос о роли и месте спецслужб в политической системе государств в прошлом и перспективе далеко не праздный и является одним из ключевых в понимании, осмыслении мировой истории.
Многочисленные исследования работы разведки и контрразведки нередко страдают: во-первых, «маятниковостью»; во-вторых, рассмотрением отдельных эпизодов деятельности спецслужб вне контекста глубинных исторических событий и их истинной подоплеки; в-третьих, отсутствием хотя бы попыток вычленить закономерности, характерные для развития такой значимой части государственного механизма, какой являются спецслужбы; в-четвертых, отсутствием вскрытия противоречий как внутри самой системы государственной безопасности, так и в структурах государственного механизма в целом.
Вниманию читателей предлагается лишь отдельные фрагменты мирового опыта работы отечественных и иностранных спецслужб без каких-либо претензий на истину.
Раздел 1. Фрагменты древнейшей теории и практики
Искусство разведки есть плод искусства политического и искусства военного.
Политического – ибо разведка является тайным инструментом политики внешней и внутренней; военного – в силу общности как единой фундаментальной категории противника, так и параметральных характеристик форм и методов достижения превосходства и победы над противником.
В древнейших политико-философских и военно-исторических исследованиях разведка в качестве самостоятельного объекта и предмета изучения и анализа, как правило, не фигурировала, а рассматривалась в совокупности с другими взаимосвязанными, преимущественно военного характера, проблемами и концепциями.
Тай Гун
Старейшим и высочайшим достижением китайской военной мысли традиционно считалось «Искусство войны» Сунь-Цзы.
Между тем текстологические исследования последнего времени и относительно недавние археологические открытия показывают, что за несколько столетий до Сунь-Цзы появились «Шесть секретных учений» Тай Гуна – книга, защищающая и проповедующая свержение правящей династии. Тай Гун почитался на протяжении всей китайской истории как первый полководец и основатель стратегической науки. При династии Тан в честь него, военного покровителя, был воздвигнут государственный храм, и он, таким образом, обрел священный статус, сравнимый со статусом Конфуция, – покровителя гражданского. «Шесть секретных учений» – всеобъемлющий труд, который не только обсуждает стратегию и тактику, но и предлагает ряд мер, необходимых для обеспечения эффективного государственного контроля и достижения национального процветания. Для нас интересны затрагиваемые автором разведывательные и контрразведывательные аспекты политической и военной стратегии.
В основе всеобъемлющей стратегии Тай Гуна – подрыв сил противника, упрочение своей материальной базы, создание эффективной государственной системы управления в мирное и в военное время. Среди так называемых специальных методов Тай Гун уделяет внимание способам интенсивного собирания информации, зондирования противника и управления им путем обмана, психологической войны; способам нагнать на противника страх, привнесения смятения во вражеские ряды путем дезинформации, распространения среди противника ужаса масштабными перемещениями сил, агрессивности и инициативности.
Тай Гун настаивал на использовании любых средств ради достижения поставленных целей, в числе которых сочетаются выдумки и хитрости, чтобы обмануть врага и устранить подозрения, взятки, дары и другие способы, чтобы вызвать предательство среди чиновников врага и посеять смуту и испуг в его стране, потакание слабостям врага. Особое место Тай Гун уделяет необходимости соблюдения полной секретности политических и военных действий.
В разделе III «Секретное учение дракона» Тай Гун выводит отдельные специальные категории чиновников, ответственных за реализацию политических, военных, экономических, пропагандистских, разведывательных и контрразведывательных задач. Так, чиновники по стратегииответственны за опасность и угрозу; предвосхищение непредвиденного; обсуждение нужного и возможного; разрешение сомнений.
Чиновники уваженияответственны за удивление и обман; за неузнанное, невиданное, за переменчивость и хитрость.
«Уши и глаза»ответственны за вездесущность, подслушивание и подглядывание, оценку чиновников... и действительного положения в армии.
Блуждающие чиновникиответственны за выявление распущенности врага и наблюдение за изменениями; за управление чувствами врага; за наблюдение за его размышлениями, чтобы шпионить, когда потребуется.
Чиновники «способов»ответственны за сеяние сплетен и обманов...
«Методы Сыма»
Самостоятельный научный характер носят «Методы Сыма» – сжатый, загадочный текст, датируемый IV веком до н.э., когда он, по всей видимости, был составлен из материалов, относящихся к древности. Ряд исследователей военной стратегии древнего Китая утверждают, что основу данного трактата могли составить мысли Тай Гуна и это вполне вероятно, ибо в «Методах Сыма» обсуждаются законы, предписания, политика правителя, военная организация, военная администрация, дисциплина, основные ценности, великая стратегия и просто стратегия.
По «Методам Сыма», сознательное использование силы является основой политической власти.
Военное дело – это управление стратегией при сохранении неуловимости.
Управление гражданской и военной сферами государства разделено: «того, что было пригодно для военной сферы, не было в гражданской.
В сфере гражданской слова высокопарны, а речи вялы. При дворе каждый вежлив и почтителен и воспитывает себя для службы другим. Не будучи призван, не сделает шаг; не будучи спрошен, не заговорит. Трудно продвинуться, но легко устраниться.
Среди военных каждый говорит прямо и стоит твердо. Носящие боевые доспехи не совершают поклонов. Стоящие на укреплениях не суетятся. Во время опасности никто не обращает внимания на раны».
В числе главных принципов политического и военного противоборства закладывается всестороннее изучение противника, говорится о необходимости глубокого анализа противника, проникновения в его мысли, взвешивания баланса сил и правильное их использование, избежания возможности быть введенным в заблуждение, собирания сил в единый кулак.
Также важно использование психологических методов, распространения сомнения в умах противника.
По «Методам Сыма» в целом, чтобы вести войну необходимо использовать шпионов против дальних; наблюдать за ближними; действовать в соответствии с сезонами.
Сунь-Цзы
Ставший широко известным благодаря популяризации достижений синологии «Трактат о военном искусстве» Сунь-Цзы является древнейшим военно-теоретическим исследованием. Известно, что Сунь-Цзы (Сунь У) родился в царстве Ци. В 514 – 496 годах до н.э. был военачальником в царстве У и успешно руководил походами против государств Чу, Ци и Цзин. Его трактат является, в сущности, кумулятивной суммой военных знаний Древнего Китая, системой основных взглядов на военно-политическую доктрину государства. В трактате война рассматривается как важнейшее событие, от которого зависит судьба государства. Рекомендовалось всячески избегать войны, начинать ее только в крайнем случае; отмечалась большая роль политики в подготовке войны. Сунь-Цзы утверждал, что от военного искусства во многом зависит достижение победы, искусство воевать определяется главным образом моральным духом армии и народа, учетом обстановки, качествами полководца, обученностью, дисциплиной и численностью войск, умелым управлением ими и снабжением. В своем трактате Сунь-Цзы требовал знания противника, оценки его разведки. Использованию агентуры Сунь-Цзы посвятил отдельную главу, где им выдвигается концепция тотальной разведки.
Все последующие теоретики разведки и контрразведки являются последователями великого китайского мыслителя.
По Сунь-Цзы объектами шпионажа может служить все у противника: нет ни одного человека, ни одной области, ни одного явления в стране противника, которые могли бы оставаться неизвестными противоположной стороне. И основное орудие этого знания – шпионаж.
Сунь-Цзы различает пять категорий шпионов:
1) местные;
2) внутренние;
3) обратные;
4) шпионы смерти;
5) шпионы жизни.
«Местными шпионами»он называет тех местных жителей в неприятельской стране, которые доставляют нужные сведения во время нахождения там армии. «Внутренними шпионами»он называет чиновников и вообще лиц, состоящих на службе у противника и являющихся одновременно агентами чужого государства. Своеобразное название «обратный шпион»он прилагает к агенту противника, проникшему в лагерь, не разоблаченному и использованному «обратно», то есть в интересах той страны, шпионить за которой он явился. «Шпионами смерти»называются агенты, засылаемые к противнику с таким заданием, выполнение которого неминуемо влечет за собой смерть. «Шпионами жизни»называются такие свои агенты, которые посылаются к противнику за какими-либо сведениями и от которых требуется во что бы то ни стало вернуться живыми и эти сведения доставить. Таким образом, первая категория шпионов – информаторы; вторая – агенты в лагере противника из среды его собственных людей; третья – агенты противника, используемые против их собственной стороны; четвертая – лазутчики и диверсанты; пятая – разведчики-рейдеры.
Базовые аспекты агентурной работы – это приобретение агентурных позиций. Комментарии исследователей разведывательной доктрины Сунь-Цзы конкретизируют его общие тезисы и посылки. Так, о вербовке местных шпионов говорится: «Когда местные жители не получают от противника (то есть от своих властей) чинов и жалования, чувство долга у них очень слабое. Если обласкать их своими милостями, они, привлеченные этими милостями, расскажут о слабых и сильных местах противника. Низменных из них можно прельстить деньгами и драгоценностями; другим можно внушить, что они и есть те самые правители, которые в случае, если они будут у власти, станут полезны для народа; третьих можно заставить говорить, припугнув их своей силой. Это значит пользоваться жадностью и отсутствием чувства долга... Среди местных жителей могут найтись и благородные, которые потерпели неудачи и скрываются. Такие люди стремятся проявить свои таланты, получать чины и жалованье. У таких людей можно пользоваться их честолюбием». Таким образом, жадность, отсутствие гражданского долга, эгоизм и честолюбие – вот почва, на которой вербуются шпионы из населения противника.
Из кого вербуются «внутренние шпионы»? Мотивация формирования агентурных отношений по Сунь-Цзы достаточно разнообразна. «Среди чиновников противника есть люди умные, но потерявшие должность; есть люди, провинившиеся в чем-либо и подвергшиеся за это наказаниям; есть любимцы, жадные до богатства; есть люди, поставленные на низшие должности; есть люди, не выполнившие возложенных на них поручений; есть люди, стремящиеся приобрести более широкое поле для приложения своих способностей, пользуясь несчастьем других; есть люди, склонные к хитрости и обману, двоедушные. С такими людьми надлежит тайно вступить в шпионские сношения, щедро одарить их, привязать их к себе и через них узнавать о положении в их стране, разведывать о планах против себя, а также заставлять их сеять рознь между их государем и его вассалами».
Третий тип шпиона именуется «обратными шпионами» или «двойниками». Так называются шпионы противника в своем стане, деятельность которых, однако, искусно направляется в обратную сторону: на пользу той страны, против которой они направлены. Это неприятельский шпион, обращенный против самого неприятеля.
Как это достигается? «Когда у меня появляется шпион противника и следит за мной, я должен заранее знать об этом; при этом можно привлечь его щедрым подкупом и заставить его выполнять мои собственные поручения; можно притвориться ничего не знающим, дать ему ложные сведения и отпустить его. В таком случае шпион противника будет, наоборот, сам выполнять мои поручения». Следовательно, орудиями для использования неприятельского шпиона служат подкуп и обман.
«Шпионом смерти» называется свой агент, который направляется к противнику специально для того, чтобы передать ему ложные сведения, ввести его в заблуждение и склонить его на действия, которые идут ему во вред или даже могут послужить причиной его гибели. Естественно, что когда ложь обнаруживается, разоблаченный противником агент, как правило, предается смерти.
Последняя категория шпионов называется «шпионами жизни». Это те, кто «возвращается с донесением», шпионы, засланные в чужую страну для собирания нужных сведений. Поскольку весь смысл их работы заключается в том, чтобы эти сведения доставить, они обязаны всячески стараться сохранить свою деятельность в тайне и вернуться к себе живыми. Отсюда и их название. Естественно, для такой работы необходим особый подбор людей. Об этом говорят все комментаторы Сунь-Цзы и перечисляют качества, которые требуются от таких шпионов. «В шпионы жизни надлежит выбирать людей внутренне просвещенных и умных, но по внешности глупых; по наружности – низменных, сердцем же – отважных; надлежит выбирать людей, умеющих хорошо ходить, здоровых, выносливых, храбрых, сведущих в простых искусствах, умеющих переносить и голод, и холод, оскорбления и позор». Другие качества, требуемые от этих агентов: «Выбирают таких, кто обладает мудростью, талантами, умом и способностями, кто в состоянии сам проникнуть в самое важное и существенное у противника, кто может понять его поведение, уразуметь, к чему идут его поступки и расчеты, уяснить себе его сильные стороны и, вернувшись, донести об этом...». Также, нужно посылать умных и красноречивых людей, состоящих в дружеских отношениях с влиятельными и могущественными лицами у противника, теми, кто находится «на высоких постах и в высших рангах».
В этой связи понятны и требования, которые должны предъявляться к лицу, пользующемуся шпионами, руководящему их работой. Первое, что требуется от такого человека, это ум. Потому что нужно сначала оценить характер шпиона, его искренность, правдивость, многосторонность ума, и только после этого можно пользоваться им. Нужно иметь большой ум, чтобы распознать «в донесении шпиона ложь, различить правильное и неправильное; только тогда можно пользоваться шпионами». Чтобы пользоваться шпионами, нужно знать людей. А «если обладать совершенным умом, знать людей можно».
Второе, что требуется от того, кто руководит шпионской работой, это гуманность и справедливость. Когда гуманность и справедливость проявляются, к такому человеку приходят все мудрые; а если приходят все мудрые, он может пользоваться и шпионами. Если обласкать их своей гуманностью, покажешь им свою справедливость, сможешь ими пользоваться. Гуманностью привязывают к себе сердца их, справедливостью воодушевляют их верность. Гуманностью и справедливостью руководят людьми. Может ли тогда найтись что-либо невозможное для выполнения разведывательной задачи?
Третье, что требуется от руководителя шпионской работой, это тонкость и проницательность. Бывает, что шпион получит всякие драгоценности и деньги, но не добудет сведений о противнике. И тогда он постарается отделаться от поручения ложью. Вот тут-то и нужно быть осторожным и проницательным; нужно уметь распознавать, что истина и что ложь в его донесениях. Проницательность нужна и для того, чтобы «ограждать себя от шпиона, подосланного противником». Комментаторы Сунь-Цзы считают это свойство настолько могущественным, что человек, обладающий глубокой проницательностью, может заранее все знать, все предвидеть. Когда есть проницательность и еще раз проницательность, в делах нет ничего неважного, нет ничего незначительного: обо всем знают наперед.
Знание противника – это суть основы разведывательной доктрины Сунь-Цзы.
Ясно, что знать, с кем имеешь дело, крайне важно, чтобы определить свою стратегию и тактику борьбы с противником. «Когда хотят произвести нападение, совершенно необходимо узнать, кто находится на службе у противника, кто из них умен, кто искусен, кто нет, и тогда, взвесив их способности, сообразно с этим действовать против них».
Однако знать противника нужно не только для того, чтобы определить, как действовать. Это нужно и для шпионской работы. Шпионы могут работать хорошо только тогда, когда знают, с кем они имеют дело.
Специально подробно обсуждается вопрос об «обратных шпионах», которым придается особое значение. Сунь-Цзы указывает на два метода вербовки такого шпиона: подкуп и оказание особого внимания. Нужно со всей заботливостью поместить его, пустить в ход всякие ухищрения в своем красноречии, проявить к нему самую глубокую любовь и после этого насытить его богатыми дарами и пригрозить ему ужасным наказанием. Таким образом, наилучшим способом воздействия на такого шпиона является удовлетворение его корыстолюбия и одновременно запугивание его страхом смерти.
Что же может дать такой обратный шпион? «Через обратного шпиона ты будешь знать, кто из жителей его страны падок до денег, у кого из его чиновников какие недостатки». А к чему это может привести? Сунь-Цзы говорит точно: «Таким путем ты сможешь приобрести себе и местных шпионов и внутренних шпионов».
«Через него ты будешь знать все». Что именно? «Через обратного шпиона ты будешь знать, как обмануть противника». «Поэтому, – продолжает Сунь-Цзы, – сможешь, придумав какой-нибудь обман, поручить своему шпиону смерти ввести противника в заблуждение».
«Через него ты будешь знать все», – в третий раз повторяет Сунь-Цзы. Что именно? «Положение противника». «Поэтому, – продолжает Сунь-Цзы, – сможешь заставить своего шпиона жизни действовать согласно твоим предположениям».
Таково значение обратного шпиона. Через него открываются самые надежные пути для организации шпионской сети по всем направлениям, а также для обеспечения самых верных условий для шпионской работы. «Узнают о противнике обязательно через обратного шпиона», – говорит Сунь-Цзы. «Все четыре вида шпионов, и местные, и внутренние, и шпионы смерти, и шпионы жизни – все они узнают о противнике через обратных шпионов». «Начало всей шпионской работы зависит от обратного шпиона». «Поэтому, – заканчивает Сунь-Цзы, – с обратным шпионом нужно обращаться особенно внимательно».
«Гораздо лучше обращать на свою пользу шпионов, являющихся от противника, чем посылать своих шпионов к противнику. Людей с большим умом мало, а ординарных много. Поэтому наш шпион, попадая к противнику, может прельститься золотом и драгоценностями, красивыми женщинами; его волю можно сломить наказанием; страсти и боязнь смерти свойственны всем людям. Поэтому часто случается, что такой шпион раскрывает истину и приносит своим только вред. Даже твердый и стойкий человек, и тот, если у него не хватает ума, подвергаясь изо дня в день всевозможным допытываниям противника, в конце концов, проговаривается. Поэтому Сунь-Цзы и ставит обратных шпионов на первое место».
Применение агентурной разведки по Сунь-Цзы сочетается с активными формами воздействия на противника, а именно – дезинформацией – «на войне устанавливаются на обмане» (четыре вида маскировки: маскировка кажущейся своей слабостью; маскировка ложными действиями; маскировка расстоянием; маскировка ложной обороной), воздействием на психологию противника, его морально-боевые качества (четыре вида воздействия: внесение расстройства в его ряды; внесение раздоров в его лагерь; наталкивание на необдуманные и гибельные для него поступки; усыпление его бдительности).
Выше уже говорилось о том, что красной нитью разведывательной концепции Сунь-Цзы является знание противника. Конкретизируются объем и детали этого знания: 1) достоинства и ошибки в оперативных планах противника; 2) законы, управляющие его действиями; 3) его «жизненное место»; 4) его состояние: «в чем у него недостаток, в чем избыток».
Сунь-Цзы можно также считать одним из основоположников создания теории военной и оперативной обстановки. В самом начале своего трактата он говорит о важности расчетов, о необходимости еще до начала войны все заранее взвесить и обдумать, чтобы вступить в войну, твердо зная, что и как следует предпринимать. Для победы необходимо, как утверждает Сунь-Цзы знать его (противника), себя (свои силы и средства), Небо и Землю.
Еще в древнем «И-цзин» установлено, что в мире существуют три действующих начала: Небо, Земля и Человек. На языке «И-цзин» Небо – это времена года, атмосферные, климатические и метеорологические условия; Земля – географическая и топографическая обстановка; Человек – население Земли, люди.
Последующие китайские мыслители построили на этой формуле всю философию бытия, распространили ее на все области жизни. Сунь-Цзы, в полном согласии с данной концепцией, распространяет ее и на область открытого – война, и скрытого – разведка, противоборства.
Необходимость сослаться на Сунь-Цзы в описании теории и практики разведки стало необходимым и непременным, обязательным атрибутом многочисленных современных исследователей истории спецслужб, мемуаристов. Примечательно, что в своих мемуарах на Сунь-Цзы ссылаются такие видные и разноплановые разведчики, как Аллен Даллес, Рейнхард Гелен, Маркус Вольф.
