Текст книги "Часы бьют полночь (СИ)"
Автор книги: Анатолий Даровский
сообщить о нарушении
Текущая страница: 16 (всего у книги 23 страниц)
***
Идею полететь на Север озвучила Стаська в ходе памятного разговора несколько дней назад. Заявила, что, если Оля хочет помочь Женьке, то здесь, в Подмосковье, ей делать больше нечего. Для таких дел нужно быть рядом.
– Это невозможно, – отрезала тогда Оля. – Как ты себе это представляешь? Где я деньги возьму? Представляешь, сколько билеты стоят? Особенно сейчас, перед Новым годом…
– Значит, тебе придётся уламывать родителей, – стояла на своём Стася, – а если у них не будет – я помогу занять, у меня есть друзья, которые могут дать в долг. Отдавать, конечно, придётся кучу времени, но… разве ситуация не критическая?
Оля вздохнула. Вариант по-прежнему казался неосуществимым.
– Ладно, допустим, я найду деньги. Допустим, я даже смогу ухватить билеты до областного центра и оттуда на автобусе добраться в его глушь, раз уж прямые авиарейсы туда не ходят. Допустим – хотя это сложно. Но что я буду делать, когда доберусь? Где буду жить? Понятно же, что Женьке о моём приезде говорить не стоит, и ставить его придётся перед фактом, уже там! Вряд ли его отец позволит мне переночевать. К тому же это может быть опасно, кто знает, что там с ним. А в гостиницу меня не пустят. Мне ж даже шестнадцати нет!
Стася хитро прищурилась, и губы тронула знакомая полуулыбка.
– Не пустят? Ты уверена?
– Если ты про разрешение от родителей, то не сработает, – вздохнула Оля. – Слишком долго. Выходные у родителей не скоро, а нотариусов в городе мало, и все они закрываются рано… Ещё и очереди. И неизвестно, сколько её заверять будут. И вообще, он живёт в какой-то дыре, какие там гостиницы?
– Гостиниц в дыре, может, и нет, – кивнула Стаська, – а вот люди всегда найдутся. Не думаю, что ты не сможешь найти человека, согласного тебя приютить.
– И как ты себе это представляешь? Носиться по улицам с воплями «подберите меня»? – кисло поинтересовалась Оля.
Стаська хихикнула, снова превращаясь в саму себя – добродушную мечтательницу, живущую в мире фандомов и грёз.
– Нет, конечно! Ты забываешь, что есть я!
– Ты? – непонимающе переспросила Оля. – А ты тут при чём? У тебя что, есть родственники…
– У меня есть несколько тысяч подписчиков в соцсетях! – перебила её Стася. – Ты забыла? Я вообще-то группу по корейцам админю! И контент публикую, ясен фиг, у меня в сети много знакомых! А с такого старта по сарафанному радио можно найти кого угодно. Даже вписку в глуши.
– Быть не может, – нервно рассмеялась Оля. Звучало и впрямь фантастично: с помощью фандомной группы найти жильё? Такое бывает разве что в дурацких ситкомах про подростковую жизнь – но в реальности?
– Вполне может, мы так уже делали, – уверила подруга. – Попробуй! Что тебе мешает? Или ты просто отмазки ищешь, потому что боишься?
Оля умолкла. До сих пор ей казалось, будто её сомнения логичны, а то, что предлагает Стаська – неосуществимо. Но с последними словами одноклассницы она почти вживую ощутила, как охватывает грудь холодными лапами стылое оцепенение последних дней.
Какой смех, какие ситкомы? Ей предлагали возможность, реальную возможность что-то сделать, обещали настоящую помощь – а она просто иронизировала?
Похоже, Стася была права. Оля и впрямь искала отмазки.
Вспомнился внутренний огонь, что полыхал внутри в день, когда они с Женькой убили фамильяра Фролова. С тех пор тот поутих, но сегодняшний разговор как будто пробудил в душе позабытое пламя. Пламя, что разгоняло тварей и вело вперёд.
Set your demons on fire, пришли на ум строки из песни малоизвестной андерграундной группы. Do your best to win. Кто посоветовал ей эту группу? Уж не Женька ли?
– Пора сжечь своих демонов, – пробормотала Оля куда-то в пустоту, совершенно невпопад. Стася осеклась и странно посмотрела на неё.
– Так ты… согласна? – недоуменно произнесла подруга.
Оля медленно кивнула. Верно. Пока у неё есть силы, она должна делать всё, чтобы победить. Как в песне.
– Я попробую.
Самолёт коснулся колёсами земли, и Оля вздрогнула. Ну надо же – задремала в пути, так и не отстегнув ремни после взлёта. Даже не проснулась, когда пошли на посадку. Не полюбовалась с высоты на бескрайние северные леса и не обдумала план.
Плана, собственно, и не было. Найти Женьку, поставить перед фактом – приехала, мол. Застать врасплох и для начала поговорить, а дальше смотреть по ситуации. Думать о худшем не хотелось. Вот только всё равно думалось.
«А если у меня не получится? А если он… как Фролов?..».
Не раскисай, одёрнула себя Оля. Получится или нет – ты пока не знаешь. Может быть, шанс ещё есть. Мало времени прошло. Возможно, дорога обратно для него ещё не потеряна. Да и не факт, что её подозрения правдивы.
Она отстегнула ремни. Музыка в плеере всё ещё играла.
Север встретил Олю холодным серым пейзажем и морозом, забирающимся даже под пуховик. Знала же! Специально надела толстый свитер, а сверху – самую тёплую куртку из найденных дома. И всё равно здешние морозы оказались непривычными.
Интересно, каково тут Женьке? Он же даже в теплынь одевается как на север, а уж на настоящем Севере…
Тварь с крыла исчезла. Чудовищ здесь вообще было немного: видимо, не слишком любили холод. А те, что встречались, не походили ни на одного монстра из тех, кого Оля видела ранее. Осклизлые нагромождения льда, истекающие грязноватым серым соком и с трудом шевелящие ртами, похожими на трещины. Игольчатая громадина высотой с двухэтажный дом, сухая и серая, стрекочущая при движении, как будто вырезанная из гигантского дерева. Даже морда походила на пенёк – если у пеньков бывают конические, как сосульки, зубы.
Не хотелось бы Оле попасть на такие. К счастью, оно её не заметило. Прошло себе мимо и медленной походкой утопало вдаль, к металлическим громадам, уходившим на взлёт.
Кто знает, что оно там искало… Не стоило о таком думать.
На выходе из аэропорта поджидал автобус. Повезло: интернет-расписания говорили, что транспорт до нужного пункта ходил не чаще пары раз в сутки, и успеть вот так сразу – значило здорово сэкономить время. Оно и к лучшему. Не придётся тратить лишний день, тем более сейчас, в преддверии Нового года, когда некоторые предприимчивые граждане уже начали праздновать.
– Сто десять рублей, – гнусаво озвучил водитель, и Оля, кивнув, полезла в сумку. Багажа с собой она взяла совсем чуть-чуть: экономила на билете. Только самое необходимое. Сменное бельё, деньги с документами, салфетки, таблетки от головной боли да ещё взлётные карамельки.
– Дорого-то как, – вздохнул кто-то у Оли за спиной, и водитель тут же среагировал.
– А вы чего хотели? Рейс на межгород, невыгодно дешевле. Скажите спасибо, что в эту залупу ещё хоть что-то ходит, а то на тачке пришлось бы кататься.
Спасибо, подумала Оля. Действительно спасибо: не хватало ещё на такси разъезжать по междугороднему маршруту. И с чего отца Женьки потащили в такую глушь? Она ведь никогда не спрашивала, кем Дмитрий работает. Может, какая-то важная шишка?
Даже по автобусу разносился запах хвои: бабулька на заднем сиденье везла с собой целую охапку еловых веток. Оля примостилась неподалёку, отфыркиваясь. Холодный воздух щипал ноздри, и дышать было больно.
Хорошо, что в автобусе топили.
Автобусы… Она недолюбливала их, с тех пор как впервые столкнулась со сверхъестественным. Когда ненасытная пространственная петля пожрала их экскурсионный автобус – ровно такой же, как этот, междугородний, с отоплением.
Но ехать было нужно. Нужно, потому что сейчас, уже пройдя весь этот путь, приехав на Север, потратив родительские деньги, бросив всё и всех, она не могла отступить. Поздно. Оставалось только дышать на промёрзшее стекло да смотреть сквозь прозрачный островок среди нагромождений инея. Смотреть на бело-серые, однообразные северные пейзажи.
Спать не хотелось. Где-где, а в автобусе – точно не хотелось.
Оля потянулась к сумке, где ещё оставался почти полный пакет лимонных взлётных карамелек. Вытащила конфетку. Развернула. Сунула в рот.
Сладость в сочетании с кислинкой приводила в чувство, напоминала о важных вещах, что она ещё не сделала. Вещах, что ей предстояло сделать.
Стася подала прекрасную идею: соцсети. Их можно было использовать не только для поиска человека, согласного помочь с ночлегом. А такой ведь нашёлся на удивление быстро: приветливая девушка, фанатка аниме и кей-попа, вдобавок – сетевая знакомая подруги, согласилась «вписать» у себя путешествующую школьницу. Ира, кажется. В сети – Рэна.
«Ну как, ты едешь?)» – гласило сообщение от неё, датированное предыдущим часом. Оля тогда ещё в самолёте сидела.
«Я в автобусе уже, скоро буду, встреть меня, пожалуйста», – отпечатала она и, подумав, добавила. – «Спасибо)».
«Не за что ^_^ Жду!» – пришло от Рэны, и Оля улыбнулась. Мир не без добрых людей. Не то чтобы ей хотелось вот так кого-то эксплуатировать – но, раз та сама предложила, к чему стыдиться? Стыд остался в прошлом. Там, где она винила себя за случившееся с Женькой. Там, где Женька винил себя за случившееся с ней.
Теперь на месте вины поселилась обида. Почему он пошёл на такое ради неё? Разве она просила?
Оля спохватилась, вовремя вспомнив, зачем вообще вытащила мобильник. Она ведь собиралась проверить ещё кое-что! Тот самый второй способ помочь своему делу с помощью соцсетей. Паблик, где публиковали откровения жителей маленького северного городка.
Конфиденциальностью она озаботилась ещё раньше: создала фейковый аккаунт жительницы его города, поставила на аватарку фото девушки, совершенно не похожей на саму Олю. Изменила стиль письма.
Пост в группу она выложила ещё за пару дней до вылета. Сейчас настало время его проверить.
«Привет, ребят, – писала несуществующая девушка. – Я знаю, многие ищут в этом паблике знакомства)) я не хочу проводить НГ одной! Видела недавно на улице мальчика примерно моего возраста, успела его только сфоткать) подскажите, где его можно найти! Мальчик, отзовись)) Ты прикольный, я бы с тобой замутила».
Оля нервно усмехнулась. Если бы этот пост увидел реальный Женька, он бы сквозь землю захотел провалиться. Особенно с учётом фотографии, прикреплённой к записи, фотографии, насчёт которой она до сих пор боялась. Этого фото не могло быть ни у кого, кроме самой Оли, и Женька это знал.
Конечно, ни один из его аккаунтов в городской группе не засветился, да и вряд ли он сидел там, понимая, что может выдать своё местоположение, но…
На всякий случай она слегка отретушировала фото. Замазала следы синяков, что ещё не сошли перед его отъездом, чуть изменила свет и фон. Только лицо оставалось узнаваемым.
Вдруг она ошиблась? Вдруг «они» до сих пор не знают, где он? Тогда фото стало бы для них отличным компроматом, чтобы выйти на Женьку. Поэтому Оле хотелось верить, что она права.
Какой бы жестокой ни оказалась правда, прятаться от неё больше было нельзя.
Оля пролистала комментарии. Как и ожидалось: парочка невнятных «напиши лучше мне, красотка», одно рекламное предложение нарастить ногти и какой-то тролль, неумело пытающийся разжечь спор. Глаза зацепились лишь за один комментарий – кстати, набравший больше всего лайков:
«А я его знаю, он в моей школе учится в параллельном классе) Напиши мне, я про него расскажу».
– Написать? – пробормотала себе под нос Оля. – Возможно, не понадобится…
Страница комментатора оказалась идеальным ориентиром. Полностью заполненный профиль – фотографии с геометками, узнаваемые места, ещё и хэштеги. Место учёбы, указанное в описании – «школа №2», в списке групп – «Наша ДВОЕЧКА».
Первый, закреплённый пост в «двоечке» – сведения о расписании тридцатого числа. Сокращённые уроки, общая линейка и выдача дневников – до трёх. Позже начиналась новогодняя дискотека.
Бинго. Не пришлось даже общаться с незнакомцем, подставляя под удар собственную анонимность. Оставалось только узнать, где находится эта школа.
Как хорошо, что она приехала утром. Возможно, успеет поймать его даже сегодня – только оставит у Рэны сумку с вещами и сразу побежит к воротам школы номер два.
Оставалось надеяться, что на занятия Женька явится, а с выдачи дневников не сбежит.
***
– Какая ты бледная, – охнула Рэна. – Чаю? На таком холоде с непривычки простыть как нефиг делать, особенно если до того жила в Москве или где-то в тех широтах…
– Спасибо, – улыбнулась Оля, – но я тороплюсь.
Новая знакомая оказалась двадцатилетней девушкой-художницей, уже работающей и снимающей комнату. Как коротко пояснила Стася – сбежала от родителей. Не задались отношения.
Выглядела Рэна для местной глуши совсем нетипично: волосы с голубыми прядями, короткая стрижка, футболка с логотипом какой-то группы, за которой наверняка пришлось ехать в Москву. Глаза лучились дружелюбием, и, несмотря на пирсинг в губе и общую неформальность, Рэна казалась очень милой.
– А, ну да, у тебя же важные дела, – вспомнила она. – Точно всё нормально? Выглядишь такой уставшей…
Оля кивнула. Доброжелательность девушки подкупала, но ей нужно было бежать. Два часа дня. Если она правильно всё запомнила, линейка в школе закончится меньше, чем через час, а у ворот ей стоит быть заранее.
Хорошо ещё, что школа номер два оказалась совсем неподалёку. Минут десять пешком.
Только бы Женька пришёл на выдачу дневников! Только бы не сбежал раньше времени – или, наоборот, не задержался в местном аналоге их олимпиадного кружка! Вероятность казалась немаленькой, и Оля даже немного жалела, что не решилась написать единственному комментатору, узнавшему Женьку. Но выбор был уже сделан.
Да и потом – где гарантия, что этот комментатор, пообщавшись с ней, не скинет ему всю переписку? Она не могла так рисковать. Вдруг эти двое знакомы?
– Ну, как хочешь, значит, – улыбнулась Рэна. – Ключи, извини, не дам, но, как будешь возвращаться, – позвони. Я сегодня весь день дома, впущу тебя. И удачи.
– Спасибо, – искренне поблагодарила Оля. – Если бы не вы, я бы…
– Да не стоит, – засмеялась та. – Твоя подруга меня в своё время здорово пропиарила с моими фанартами, так что многими клиентами я обязана ей. Да и история у тебя интересная. Приехать на Север, чтобы помочь другу… тебя с героиней сказки никогда не сравнивали?
– Да какая из меня героиня, – Оля смутилась. – И сказка, надо сказать, довольно страшная.
Последняя фраза слетела с языка сама собой: приветливая Рэна заставила разговориться, а врать и скрываться больше не хотелось. Пусть воспринимает как хочет, всё равно. Главное – найти Женьку и помочь ему.
– Страшные сказки тоже хороши, – произнесла девушка. – Страшно – не значит плохо. И всё же я впервые такое вижу – девочка в пятнадцать путешествует одна. Нужно быть офигенно смелой, чтобы на такое решиться, ещё и ночевать у незнакомого человека.
– Да хватит вам, смущаете, – нервно рассмеялась Оля. – Говорю же, я не героиня. Я просто… хочу помочь другу. Вот и всё.
– Так с этого и начинается героизм, – возразила Рэна и улыбнулась снова. – Ладно, не буду тебя задерживать. Если тебе надо идти – иди.
Оля кивнула, пошарила в кармане и протянула девушке одну из оставшихся карамелек.
– По взлётной? – улыбнулась она.
– О, спасибо, – обрадовалась Рэна, принимая карамельку в ядерно-жёлтой обёртке. – Удачи тебе!
Удача мне понадобится, подумала Оля, выбегая за дверь. Сегодня – особенно понадобится.
Вторая школа ждала её, неприветливо оскалившись ржавым забором и глядя по сторонам мутными, совсем не праздничными стёклами. И Женька – он тоже ждал.
Хотя сам об этом наверняка и понятия не имел.
========== Глава 34. Метаморфозы ==========
Оля нетерпеливо подпрыгивала, потирая руки. Холод стоял такой, что взятые из дома шерстяные серые варежки и пуховик не спасали: мороз всё равно брал своё, щипал за лицо, задувал в уши сквозь плотную шапку. Когда она решилась ждать у школы, ей казалось, что будет теплее!
Из-за долгого стояния мёрзли ноги, и Оля принялась топтаться на месте: бестолковое бордовое пятно на фоне серого неба и бесконечных сугробов. Она раньше не носила яркие куртки, да и сейчас предпочла бы более нейтральный цвет – но этот пуховик оказался самым тёплым из тех, что нашлись дома.
Время шло. Школьники всё не выходили. Нужно было действовать, пока она окончательно не околела.
– Извините, – когда Оля наконец решилась заглянуть внутрь школы, часы показывали уже почти три. Занятия у девятиклассников должны были вот-вот подойти к концу, но звонка не слышалось. – Не подскажете… когда урок закончится? То есть, линейка.
Фойе школы встретило её тишиной и всё той же серостью, но здесь хотя бы было тепло. Немолодой охранник поднял на неё усталые глаза, на миг оторвавшись от мониторов. Полуседой, в линялой чёрной форме. Под стать обшарпанному холлу: стены выкрашены в унылый желтоватый цвет да увешаны чопорными портретами именитых учёных, по углам стоят старые деревянные лавки, а на окне доживает свой век старенький фикус.
Хуже, чем в родном лицее.
– Поздновато вы в школу собрались, – усмехнулся охранник в жёсткие усы. Вокруг глаз собрались лучистые морщинки, и он разом стал выглядеть по-доброму. – Чего сейчас-то приходить? Или думаете только на дискотеку успеть, а линейку прогулять? Так не дело это…
– Я… не здесь учусь, – на автомате ответила Оля. – Так во сколько?
– Да сейчас и закончится, – пожал плечами мужчина. – Сколько там осталось, пара минут?.. В три ноль пять звонок. Ну, может, учитель кого задержит или пораньше отпустит, я не знаю… А вы что, забрать кого-то пришли? Так у продлёнки сейчас уроков нет, праздник же…
– Нет-нет, я не забираю никого с продлёнки, – поспешно перебила Оля. – Извините. И спасибо. Можно, я тогда здесь подожду? На улице ужасно холодно. Обещаю, что не буду заходить дальше этого стола.
– Да сколько угодно, – тот снова улыбнулся в усы. – На террористку вы точно не похожи, да и кому эта школа нужна… Раз не продлёнка, значит, кавалер, да? Вместе собрались на вечеринку?
– Да какая там вечеринка, – невесело усмехнулась Оля, стараясь не вспыхнуть. В который уже раз совершенно незнакомый человек думает, будто Женька – её парень! – Нет, я просто приехала из другого города… повидать друга. Сделать ему сюрприз.
Признание вылетело само собой, и Оля только и успела, что внутренне себя обругать: опять палится. Сколько можно! Такими темпами через день весь город узнает, кто она такая и зачем приехала в это северное захолустье! А в их ситуации так безалаберно сообщать о себе было нельзя.
Конечно, если её догадки верны, «они» и так в курсе, где находится Женька, но…
Лишняя осторожность всё равно не повредила бы.
Хотя, кто знает, может, они уже сели ей на хвост? Ответов у Оли не было. Оставалось только ждать, когда закончится линейка.
Задребезжал звонок, разом пробудив воспоминания о таком же, старом, советском, что постоянно звенел в лицее номер шесть. Выходит, сюда цивилизация тоже не добралась? Оно и понятно – откуда бы? Раз уж у них в Подмосковье, в лучшей школе города по версии какой-то там проверки, не удосужились поставить, то здесь…
Оля вспомнила, что давно не видела тварей. Обычно около школ они сновали десятками, но здешние окрестности будто вымерли. Даже мелкие тени не шастали туда-сюда – хотя их-то как раз на Севере и так водилось мало.
Похожее случалось, когда…
Ей хотелось верить, что она ошибается.
Погрузившись в тяжёлые мысли, Оля не сразу заметила, как из коридора к проходу гурьбой повалили школьники. Вот, наконец-то! Теперь главное – не пропустить нужное лицо. Женьку она узнает сразу. Вряд ли за месяц в Сибири он успел сильно измениться.
– Что, высматриваете своего? – добродушно хмыкнул охранник, и Оля несмело кивнула, напряжённо вглядываясь в толпу. Не он, тоже не он… Да где Женька?! Может, вообще решил сегодня не приходить, благо из важных дел – одна только выдача дневников? Может, её авантюра изначально была обречена на провал? Может, и приезжать не стоило?
– Оля?! – донеслось откуда-то сбоку.
Она вздрогнула, завертела головой по сторонам, попыталась определить источник звука. Просмотрела? Он заметил её раньше, чем она – его?
– А… – начала было Оля, но не успела договорить: её схватили за руку и потащили в сторону от прохода, туда, где не так толпились вездесущие школьники. После звонка холл, до того тихий, разом наполнился голосами, и теперь тут шагу нельзя было ступить, не напоровшись на чьи-то спину или локоть.
Со стороны входа беззлобно фыркнул охранник – видимо, отследил её движение. Каким-то чудом Оля услышала его смешок даже сквозь гул и выругалась про себя, но виду не подала.
Как только поток школьников остался позади, Женька наконец отпустил её руку и развернулся, вытаращившись на неё во все глаза.
– Ты что здесь делаешь?!
Изумление в его голосе было настолько неподдельным, что Оле на миг даже сделалось неловко. Она, в общем, ожидала такой реакции. Даже представляла, что собирается сказать, – но, когда планы стали реальностью, слова вылетели из головы. Ситуация разом потеряла эффектность, став из почти героической – абсурдной и глупой. Оля вдруг поняла, как всё это выглядит со стороны.
– Я… приехала, – выдавила она. Звуки собственного голоса немного вернули уверенность в себе, и продолжить получилось уже спокойнее. – Я приехала. На Новый год. Сюрприз решила сделать.
– Серьёзно?..
Оля кивнула.
– Офигеть не встать! Даже не сообщила.
Женька всё глядел на неё с непривычным удивлением, так пристально, что Оле начало казаться, будто он в ней дырку просмотрит. И впрямь почти не изменился. Разве что немного отросли и без того непослушные чёрные волосы да лицо как будто стало неуловимо взрослее. А в остальном – те же светлые серые глаза, те же движения, тот же голос. И одежда…
Что?
Теперь изумилась уже Оля. Поначалу, сбитая с толку суматохой, она даже не заметила, но сейчас, когда они стояли в стороне, необычность его облика бросалась в глаза. Особенно на фоне её самой – закутанной, в пуховике.
– Ты в рубашке, – обескураженно произнесла Оля. – Ты… мать её, в рубашке! Тонкой!
Сколько она помнила Женьку, он никогда не носил ничего, кроме свитеров, худи и толстовок. Жарко на улице или холодно, солнечно или дождливо – неважно. Вечно одевался слишком тепло, даже живя в Подмосковье. Так почему на Севере?..
– Ага, а ты в Сибири, – отозвался Женька. – Дерьмо случается, как видишь.
Похоже, он тоже не знал, что сказать. Просто таращился на Олю, как будто не до конца верил в её реальность, и пытался хоть как-то сгладить повисшее неловкое молчание.
Не вываливать же ему в лицо подозрения. Сперва надо присмотреться. Понять, что происходит. Права ли она. В опасности ли он. И лишь потом, когда представится удобный случай…
…сделать что? Оля до сих пор не представляла. Вот и стояла в замешательстве, открыв рот и часто моргая.
До сих пор ей казалось, будто она обязательно что-нибудь придумает. Может, и придумала бы, окажись что-то не так. Но Женька выглядел таким… нормальным? Никаких змей и прочих тварей на теле, никакого инфернального блеска в глазах, ничего, что могло бы указывать на неладное.
Разве что рубашка…
Совершенно обычная, тёмно-синяя, из тонкого хлопка. Надетая под джинсы и зимние ботинки: кому нужна сменка в день линейки? Ничего странного. Только с чего бы ему, с его-то предпочтениями?..
Глаза продолжали цепляться за необычную деталь, и Оля никак не могла избавиться от навязчивых мыслей.
– Пойдём отсюда, – Женька наконец нарушил молчание, прерываемое лишь гомоном проносившихся мимо школьников. Радостным гомоном: наконец-то каникулы! – Не в школе же торчать. Тем более, тебя здесь не знает никто, мало ли… Я только в раздевалку сбегаю, погоди.
Оля только молча кивнула: не хотелось перекрикивать гам. Она подождёт. Она и так ждала месяц с лишним.
В голову так и не приходило никаких идей.
Наверное, для начала стоит добыть хоть какие-то улики, думала она, глядя вслед его удаляющейся к раздевалкам фигуре. Нечто, что укажет на правду о произошедшем здесь.
Что-то и правда произошло – теперь Оля не сомневалась. Иначе он сразу подумал бы, что «они» сели ей на хвост и начали слежку. Иначе встревожился бы куда сильнее. Возмутился бы даже. Но вот так…
– О чём задумались, милая? – позвал её охранник. – Переживаете за праздник? Да не бойтесь вы так, всё у вас получится. В конце концов, Новый год, время чудес…
Оля машинально кивнула, нахмурившись. Раз Новый год – время чудес, то это время наступило очень кстати.
Если худшее окажется правдой, только чудо им и поможет.
***
– Тебе идёт, – улыбнулась она. – Никогда бы не подумала. И всё-таки, с чего такая метаморфоза?
Говорить стоило о более важных вещах, но в голове упрямо вертелась его одежда. Сначала рубашка, симпатичная, конечно, но тонкая и совсем не греющая – это на Севере-то, посреди зимы! Потом – пальто. Не пуховик, не громоздкая куртка вроде той, в какую куталась сама Оля – чёрное шерстяное пальто, которое более уместно смотрелось бы где-нибудь в Москве!
– Отец уговорил, – нехотя признался Женька. – Сказал, что хоть на линейку стоит нарядиться цивильно, хотя я, если честно, эту цивильность в гробу видел. Как и линейку, кстати.
– А с чего тогда пришёл? – не удержалась Оля, хоть его появление и сыграло ей на руку. Как бы она иначе его искала?
Женька вздохнул.
– «Бла-бла-бла, а на вручение дневников обязательно приходить всем. А кто не придёт – того я запомню», – процитировал он и скривился. – Помнишь нашу Вивлу? Один в один. И ведь запомнит же! А мне только тёрок с учителями для полного счастья не хватало.
– Везёт тебе, – заметила Оля.
– И не говори, – он усмехнулся. – Вот, сходил в школу – встретил тебя. Девочку, которая пролетела пару тысяч километров, чтобы поинтересоваться особенностями моего гардероба. На Новый год, который я не праздную.
Оля нахмурилась. Что-то в его речи звучало неправильно. То ли напряжённый тон, где не слышалось ни тени улыбки, то ли сами слова, слишком колючие для человека, который встретил друга после месяца разлуки.
Конечно, она не предупредила его, а ещё в их ситуации поспешный приезд мог бы быть опасным, но…
– Я не поняла, – негромко произнесла Оля, – ты что, не рад меня видеть?
Прозвучало резковато, и она спохватилась, тут же добавив:
– Это не наезд! Я понимаю, что приехала очень внезапно, что у тебя могут быть планы, и вообще, что идея довольно идиотская, потому что опасность и все дела, но всё-таки…
– Оля, – перебил Женька, – нет. Нет, ничего такого, и вообще, я думаю, что следить за тобой «они» уже перестали, так что и опасности нет. Просто…
Он запнулся и умолк, глядя куда-то за её плечо, словно там притаилась в ожидании лёгкой добычи очередная тварь. Оля даже скосила взгляд в ту сторону: вдруг правда? Но нет, тварей не было. Как и в школе – вообще ни одной. Только белая снежная стынь да ещё линии электропередач, на фоне сугробов смотревшиеся одиноко и чужеродно.
Они успели выйти со школьного двора и сейчас стояли на какой-то улочке, наполовину занесённой снегом. Куда Женька её ведёт, Оля так и не спросила. Да он тоже вряд ли знал – просто, как бывает при важных разговорах, ноги сами несли не пойми куда.
Пауза затягивалась, и она уже хотела было заговорить снова, когда Женька всё-таки прервал молчание:
– А, к чёрту!.. Нет, Оля, ты не права. Я очень рад тебя видеть. Честно.
Он едва заметно улыбнулся и обнял её, прикоснувшись к Оле впервые с тех пор, как вытащил из толпы школьников.
И почему-то от этого прикосновения озноб прошёл по коже. Их разделял толстый слой ткани пуховика, и ещё его пальто, и ощутить что-то через такую преграду было бы невозможно, но Оля успела уловить мимолётное болезненное чувство, странное, неприятное, тревожащее. Такое бывает с сильного недосыпа или при высокой температуре – но сейчас оно мелькнуло всего на миг и почти тут же исчезло.
Мгновения Оле хватило, чтобы ещё сильнее укрепиться в подозрениях. Что-то заныло внутри, отказываясь признавать правду, но она усилием воли подавила это «что-то» и резко отстранилась от Женьки, вывернувшись из его рук одним быстрым движением.
– Ты чего? – моргнул он. – На себя не похожа… Я что-то не то сказал?
Оля покачала головой, нахмурилась и заглянула ему в глаза.
Серые. Такие же, как обычно. Никаких зловещих отсветов, как у Фролова и людей, что ему подчинялись. Вообще ничего. Но всё же…
Конечно, это было ожидаемо. Конечно, затем Оля сюда и ехала. И всё равно неожиданная горечь, едкая, как яд, вывела её из равновесия. Если всё правда, если каждое из её подозрений и впрямь верно…
– Почему тебе не холодно? – громко спросила она и сделала шаг вперёд, заставив Женьку отступить. – Я помню, каким ты был! Проблемы с терморегуляцией и всё прочее, ты сам говорил… Куда они делись? Почему ты здесь в минус тридцать, где я в пуховике околеваю, рассекаешь в пальто и рубашке? Почему? Что с тобой случилось? Что ты натворил?
Оле очень хотелось, чтобы в голосе не звенело отчаяние, которое пружиной сжималось внутри. Не это она пыталась сказать. Не так грубо и зло. Помочь же хотела, а не испортить всё окончательно!
Но злость поднималась в душе, непривычная, кипящая злость. И на себя – за то, что напоролась на неприятности. И на него – за то, что начал действовать себе в ущерб и скрывать правду. И ещё на «них», на чудовищ, на весь мир, на судьбу, которая завела её сюда и теперь не давала возможности исправить хоть что-то!
– Да всё со мной в порядке! – чуть ли не завопил в ответ Женька, но вовремя спохватился и продолжил уже тише. – Что с тобой, Оль? Вроде на праздник приехала, а ведёшь себя так, будто на войну. Только тут не с кем воевать. Уж точно не со мной.
Теперь он пытался говорить успокаивающе, но нервозные нотки в голосе сводили на нет все старания. Да и подозрения Оли не получилось бы развеять парой реплик.
– Почему тебе не холодно? – уже тише повторила она – глухо, безнадёжно. То, как Женька вёл себя, как реагировал – всё говорило об одном: правды он ей не скажет. Будет скрывать всеми силами, пока она не успокоится.
Или не раскопает истину сама.
– А я почём знаю, – пожал плечами тот, и это смотрелось настолько естественно, что Оля едва не заплакала от злой обиды. – Как приехал сюда, началось. Отец говорит, моя терморегуляция не выдержала нагрузок и перезапустилась… он инженер, ему такие сравнения в кассу.
Женька усмехнулся и взъерошил волосы, разом сделавшись таким же знакомым и привычным, как и месяц назад. От этого стало ещё хуже.
– В общем, я уже довольно давно так хожу. Так что не паникуй. Понимаю, почему ты разволновалась, но… не надо. Я – это я. И я тебе не враг. Успокойся, ладно?
Оля медленно кивнула, сделав вид, будто поверила. Пускай. Пусть считает себя отличным актёром, а её – глупой и наивной. Не понявшей, что просто так от неё бы никто не отстал. Не заметившей даже, что вокруг него совсем нет чудовищ, хотя, казалось бы, здесь их должны быть десятки. Но нет же – ни единой тени.
